Каталог :: Право

Курсовая: Европейская конвенция по защите прав человека и основных свобод и российское законодательство

                 Санкт-Петербургский юридический институт                 
               Генеральной прокуратуры Российской Федерации               
     

Кафедра государственно-правовых дисциплин

Предмет:

“Конституционное (государственное) право России” Курсовая работа по теме: “Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод и российское законодательство” Выполнил: студент 311 уч.гр. Лосев Д.П. Занятия ведет: к.ю.н., Михалевич И.В. Санкт-Петербург 2001 Содержание

Введение.

1. Основные сведения о Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, порядке работы Европейского суда по правам человека в г. Страсбург.

2. Сравнительная характеристика основных положений Конвенции и российского законодательство.

3. Обзор дел рассматриваемых Страсбургским судом по жалобам граждан Российской Федерации.

Заключение.

Список литературы.

2

3

11

19

21

22

Введение Выбирая данную тему для курсовой работы, я руководствовался важностью этой темы, ее новизной для российского права, актуальностью вопросов которые ставит Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод перед государственной системой России, а главное появившаяся реальная возможность гражданина РФ обжаловать действия публичной власти в международном суде, добиваясь реализации своих прав человека, оказать давление на государственную систему с целью приведения наших правовых норм в соответствие с международными стандартами, т.е. повлиять на построение в России правового государства. По мнению Уполномоченного РФ при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптева: “Необходимо срочно обучать наших юристов прецедентному праву, начиная от его теоретических основ. У нас разделили теорию права и теорию международного права, не заметив ст. 15 (ч. 4) Конституции РФ. Хватит говорить о том, что международное право является особой правовой системой. Ничего подобного! это устаревшая теория. Международное право в том объеме, в каком оно записано в нашей Конституции, является составной частью российской правовой системы. Необходимо по-новому рассматривать роль прецедента, который является важнейшим источником современного международного права” [5, стр.6]. § 1 Основные сведения о Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, порядке работы Европейского суда по правам человека в г. Страсбург. Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 г.* и те Протоколы, которые представляют собой дополнительные договоры к Конвенции, своего рода ее продолжение (Протоколы № 1, 4,6 и 7), но не вносят изменений в текст самой Конвенции, занимают центральное место среди договоров Совета Европы, относящихся к правам человека. В принципе участие в Совете Европы не предполагает обязательного участия во всех таких договора. Конвенция и Протоколы не являются частью Устава Совета Европы. Однако с течением времени сложилась практика, которая, скорее всего, свидетельствует о проявлении обычной нормы, согласно которой участие в Совете Европы должно влечь за собой участие в Конвенции. Вступая в Совет Европы в 1996 году, Россия взяла на себя обязательство подписать и ратифицировать Конвенцию и Протоколы к ней. К настоящему времени, что выполнено через ФЗ от 30.03.1998 г. № 54-ФЗ “О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней” за исключением ратификации подписанного Россией Протокола № 6, предусматривающего отмену смертной казни. Следует отметить, что есть члены Совета Европы, которые либо не подписали Протокол № 6, либо подписали его, но не ратифицировали. Россия ратифицировала Конвенцию с оговоркой и заявлением: “РФ в соответствии со ст. 64 (согласно Протокола № 11 от 11.05.94 года ст. 57) Конвенции заявляет, что положение пункта 3 и 4 статьи 5 не препятствуют применению нижеследующих положений законодательства РФ: санкционированного абзацем вторым пункта 6 раздела второго Конституции РФ 1993 года временного применения установленного частью 1 статьи 11, ч.1 ст. 89 , статьями 90, 92, 96, 96.1, 96.2, 97, 101 и 122 УПК РСФСР от 27.10.1960 года, с последующими изменениями и дополнениями порядка ареста, содержание под стражей и задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления; основанных на пункте 2 ст. 26 Закона РФ “О статусе военнослужащих” от 22.01.1993 статей 51-53 и 62 Дисциплинарного устава ВС РФ, утвержденного указам Президента РФ от 14.12.1993 г. № 2140, устанавливающих арест с содержанием на гауптвахте в качестве меры дисциплинарного взыскания, налагаемой во внесудебном порядке на военнослужащих – солдат, матросов, сержантов, старшин, прапорщиков и мичманов. Срок действия этой оговорки ограничен периодом, который потребуется для внесения в законодательство РФ изменений, полностью устраняющих несоответствия указанных норм выше положений положениям Конвенции”; Конституции РФ устанавливает: “Статья 15 часть 4. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Статья 46 часть 3. Каждый вправе в соответствии с международным договорами РФ обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты”. Т.е. кроме возможности в ходе рассмотрения дел внутри России использовать нормы данной Конвенции и Протоколов, на что дополнительно указано в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31.10. 95 ,у граждан РФ появилась возможность в спорах с гос. чиновниками РФ обратиться к более беспристрастному арбитру – Европейскому Суду по правам человека, по предмету нарушения своих прав и свобод (зачастую подробно регулируемых национальным законодательством). При правильном конструкции жалобы успех может выразиться не только в подтверждении Судом ваших прав и свобод, но и выплате вам компенсации за причиненный вред (неимущественный и имущественный). Суд давно установил, что заявитель не обязан ссылаться непосредственно на Конвенцию в судах у себя в стране, если он приводит внутренние правовые положения в основном аналогичного содержания, сделать это необходимо, если она является единственным имеющимся средством защиты. [2, стр.73] В Конвенции и Протоколах речь идет о следующих правах и свободах: Раздел 1 – Права и свободы - Право на жизнь ст. 2; - Запрещение пыток ст. 3; - Запрещение рабства и принудительного труда ст. 4; - Право на свободу и личную неприкосновенность ст. 5; - Право на справедливое судебное разбирательство ст. 6; - Наказание исключительно на основании закона ст. 7; - Право на уважение частной и семейной жизни ст. 8; - Свобода мысли, совести и религии ст. 9; - Свобода выражения мнения ст. 10; - Свобода собрания и ассоциаций ст. 11; - Право на вступление в брак ст. 12; - Право на эффективные средства правовой защиты ст.13; - Запрещение дискриминации; - Отступление от соблюдения обязательств в чрезвычайных ситуациях ст. 15; Протокол № 1 от 20.11.1952 г.: - Защита собственности ст. 1; - Право на образование ст. 2; - Право на свободные выборы ст. 3; Протокол № 4 от 16.09.1963 г.: - Запрещение лишения свободы за долги ст. 1; - Свобода передвижения ст. 2; - Запрещение высылки граждан ст. 3; - Запрещение массовой высылки иностранцев ст. 4; Протокол № 7 от 22.11.1984 г.: - Процедурные гарантии в случае высылки иностранцев ст. 1; - Право на апелляцию по уголовным делам ст. 2; - Компенсация в случае судебной ошибки ст. 3; - Право не привлекаться к суду или повторному наказанию ст. 4; - Равноправие супругов ст.5; Их содержание в значительной степени ограничено категорией “гражданских и политических прав”. Экономические, социальные и культурные права входят в первую очередь в сферу действия Европейской социальной хартии. Процедура обращения, компетенция суда изложены: Раздел 2 – Европейский Суд по правам человека Раздел 3 – Прочие положения. Кроме того, есть целый ряд справочной, поясняющей литературы в дополнение, к которой можно привести некоторые ресурсы Интернет: www.echr.coe.int – сайт Страсбургского суда. www.coe.ru – сайт Информационного центра Совета Европы в России. В Санкт-Петербурге работает Региональный Центр Информации и Документирования Совета Европы. тел. (812) 276 61 16 факс (812) 276 62 29 Можно сделать некоторые выводы вытекающие, непосредственно из текста Конвенции. Во-первых, согласно ст. 32 только суд наделен исключительной компетенцией официального толкования положения Конвенции и разъяснять порядок ее применения. Во-вторых, суд в своем постановлении не только констатирует факт нарушения Конвенции, но и осуществляет толкование отдельных конвенционных положений, применяемых судом в ходе рассмотрения этого дела. В- третьих, из Конвенции прямо вытекает то, что толкование Конвенции, данное Европейским судом по правам человека, является обязательным для любого государства, являющегося стороной в споре, переданном на рассмотрение суда. При этом Европейский суд “не может отменить решение, вынесенное органом государственной власти или национальным судом, не дает указаний законодателю, не осуществляет абстрактный контроль национального законодательства или судебной практики, не имеет права давать распоряжения о принятии мер, имеющих юридические последствия. Суд рассматривает только конкретные жалобы с тем, чтобы установить, действительно ли были допущены нарушения требований Конвенции”. Обязательства, которыми могут быть возложены на государство непосредственно решением Европейского суда, сводятся лишь к обязанности выплатить потерпевшей стороне справедливую компенсацию за причинение материального ущерба, морального вреда, а также возместить выигравшей стороне понесенные ей судебные издержки и расходы. Вместе с тем, наряду с выплатой компенсации по ст. 41, государства, в отношении которых принято решение о нарушении ими положений Конвенции, обычно предпринимают меры по устранению таких нарушений, в том числе и путем внесений изменений в законодательство и правоприменительную практику. [5, стр.24] Статьи Конвенции носят общий (“лозунговый”) характер, но конкретизированы в сотнях дел, что соответственно делает положения Конвенции жизнеспособными и придает им силу - формируется на основе них прецедентное право в области прав человека, так как Европейский суд считает для себя обязательным придерживаться вынесенным решениям в аналогичных делах. Вместе с тем, прецедентное право Европейского суда согласно общепризнанному мнению не является чем-то застывшим и неизменным. “Европейский суд, - как заявил его председатель Р.Рисдаль в своем выступлении на IV внеочередном всероссийском съезд судей 4 декабря 1996г., - рассматривает Конвенцию в качестве живого, развивающегося договора, который подлежит толкованию в свете тех условий, которые сложились на настоящее время”. Общепризнанным в теории права является принцип, согласно которого создатель нормы обладает и правами по ее отмене либо изменению. [5, стр.25] Надзор за выполнением решений Страсбургского суда осуществляется Комитетом министров Совета Европы (ст. 54 Конвенции), который в принципе уполномочен приостанавливать членство или исключать любого члена Совета, “в случае серьёзных нарушений прав человека” (ст. 3, ст. 8 Устава Совета Европы), в действительности особых механизмов исполнения решений суда нет в случае нежелания государства исполнять его решения, кроме деклараций самой Конвенции - ст. 52, ст. 53. Особенно примечательно отметить ситуацию, сложившуюся с приостановкой права голоса РФ в парламентской ассамблее Совета Европы. Очевидно, снисходительное отношение к России Комитета министров, у которого политические приоритеты конкурируют с правовыми. Интересно и то, как европейцы “проглотили” нарушение Конвенции Россией ещё при её ратификации, а именно статьи 64 (57) запрещающей оговорки общего характера и устанавливающей обязательность краткого изложения соответствующего закона, по которому оговорка делается. Схема контрольного механизма Европейской конвенции по правам человека. [2, Приложение 1]

Индивидуальное заявление:

статья 34

Европейский суд по правам человека (на постоянной основе)

Допустимое дело

Без дружественного урегулирования

Передача в Большую

Палату Суда:

статья 43

В суде действуют очень жесткие правила: жалоба принимается к рассмотрению, если пройдены все национальные судебные инстанции, все факты, являющиеся предметом иска, должны иметь место после ратификации страной Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (для России это май 1998 года) и между решением высшей национальной судебной инстанции и подачей заявления в Страсбург не прошло более 6 месяцев, а также если сама жалоба находится в компетенции суда по правам человека. [1, стр.4] Сложным является реализация на практике принципа обращения в Европейский Суд после того, как исчерпаны “все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты”, тем более что срок на обращение в Суд также ограничен – 6 месяцев после отрицательного ответа высшим национальным органом. Что это означает применительно к России? В принципе, для обращения в Европейский Суд может быть необходимо: А) Решения Конституционного Суда РФ в случае акцентирования внимания на несоответствии примененного в деле ФЗ Конвенции, так как правило, он в этом случае противоречит и Конституции. Б) Решение Президиума Верховного Суда РФ или отказ на внесение протеста в порядке надзора от лиц на это уполномоченных: 1. Председателя Верховного Суда РФ или лицо, его заменяющего; 2. Генерального прокурора РФ или лицо, его заменяющего. Последнее является наиболее проблематичным, так как сложилась практика на всех уровнях судебной системы РФ в отказе на вынесение протеста в порядке надзора от лиц, которые не имеют право на сам протест в порядке надзора (рядовые судьи следующих инстанций, всевозможные заместитель и помощники вплоть до секретарей). Есть несколько путей добиться ответа надлежащего лица: 1) Проходить поэтапно инстанции параллельно по каналам суда и прокуратуры. 2) Попытаться обращаться лично на приемах должностных лиц. 3) Крайний вариант обжаловать в порядке гражданского судопроизводства ( гл. 21-4 ГПК РСФСР, ФЗ “Об обжаловании действий должностных лиц нарушающих права и свободы граждан”, ст. 33 Конституции РФ) не ответа или ответа не того лица (хотя сопротивление в этом случае российской судебной системы надо ожидать ещё более сильное). При этом необходимо, чтобы заявитель исчерпал только те средства защиты, которые открыты для него по праву, а не в качестве привилегии[2, стр.73] т.е. необходимо и достаточно пройти всю судебную вертикаль, все судебные инстанции, где возбуждение процесса зависит исключительно от инициативы заявителя. Хотя это и не является в данное время обязательным, но как в случае общих, так и арбитражных судов будет неплохо, если заявитель попытаетесь инициировать возбуждение надзорного производства, при этом признание заявления неприемлемым в связи с тем, что не исчерпаны внутренние средства защиты, является лишь временным препятствие. Суд вновь рассмотрит это же самое заявление в случае его повторной подачи, как только заявитель использует все имеющиеся внутренние средства защиты, является лишь временным препятствием. Выдвигать возражения относительно того, что данный заявитель не исчерпал внутренние средства защиты, и нести бремя доказательства наличия имеющихся и достаточных внутренних средств защиты должно государство- ответчик. [2, стр.73] Главное не потерять право на обращение по истечению срока обжалования. § 2 Сравнительная характеристика основных положений Конвенции и российского законодательство. В целом Конституция РФ разрабатывалась с учётом Европейской конвенция о защите прав человека, только зачастую ей противоречат законы РФ и другие подзаконные акты, если не в прямую по букве, то косвенно, в результате извращения конституционных принципов в правоприменительной практике или разработке нормативных актов. Считаю, что Конституция РФ, при всех ее недостатках, в данное время идеал (“декларация о намерениях”), к достижению которого нашему государству придётся двигаться ещё долгое время. В данной работе я хотел бы осветить прямые основные противоречия между Конвенцией, практикой Страсбургского суда и российским законодательство. Не соблюдение законов РФ государственными органами, их извращения в судебной практике вряд ли поддаются описанию в рамках моей работы. В любом случае, при отсутствии таковых, мы уже жили бы в правовом государстве. Уверен, что даже в государствах с устойчивой правовой системой, демократическими традициями идущими со средних веков нет идеального правового государства (пример, Великобритания - родина права habeas corpus, проигрывает в Европейском суде до 70% дел[1, стр.6]), идеал вообще вряд ли достижим в жизни, хотелось бы чтобы Россия в движении к нему не была в отстающих. 1. Нормы, направленные на охрану жизни и здоровья человека. Статья 2 Конвенции – Право на жизнь Статья 1 Протокола № 6 – Отмена смертной казни Статья 3 Конвенции – Запрещение пыток Российское законодательство не противоречит в прямую нормам этих статей, но в силу их важности остановлюсь на некоторых моментах их применения. Главный принцип статьи, если брать ее в целом, состоит в том, чтобы защищать индивида против любого произвольного лишения жизни государством. По –прежнему сохраняет силу предусмотренный в п. 2 ст. 1 Конвенции перечень случаев, когда лишение жизни не рассматривается как нарушение ст. 1. Вместе с тем государства должны предпринимать соответствующие шага для защиты жизни. Право на жизнь, гарантируемое в статье 2, было расширено добавлением к Конвенции Протокола № 6. [2, стр.123] Россия подписала, но не ратифицировала Протокол № 6, предусматривающего отмену смертной казни. Де-факто позиция Российской Федерации ему не противоречит, так как смертная казнь не применяется, раннее через механизм помилования Президентом РФ (ст. 89 Конституции РФ), в данное время в соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ № 867 от 02.02.1999 года: “.ПОСТАНОВИЛ: 4. С момента вступления в силу настоящего Постановления и до введения в действие соответствующего ФЗ, обеспечивающего на всей территории РФ каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого ФЗ в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, наказания в виде смертной казни назначаться не может независимо от того, рассматривается ли дело судом с участием присяжных заседателей, коллегией в составе трех профессиональных судей или судом в составе судьи и двух народных заседателей". Вопрос о том, разрешается ли еще смертная казнь по Конвенции тех для стран, которые еще не ратифицировали Протокол № 6, необходимо рассматривать в контексте отдельных положений Конвенции, к статье 2 косвенно относиться статья 3 Конвенции, которая запрещает бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание. О нарушении статьи 3 необходимо судить по обстоятельствам конкретного дела с учетом господствующих на данный момент представлений. Абсолютных стандартов относительно видов обращения или наказания, запрещаемых статьей 3, не существует. В соответствии со статьей 7 преступление должно быть наказуемым в момент, когда оно совершено, и, кроме того, по статье 14 не должно быть никакой дискриминации при вынесении и исполнении смертного приговора или помиловании. Наконец, статья 2 косвенно связана со статьей 8 Конвенции, в частности, в отношении личной жизни, в контексте дел, связанных с абортами и эвтазией. [2, стр.125] 2. Нормы, направленные на охрану достоинства, независимости и равноправия людей. Статья 4 Конвенции – Запрещение рабства и принудительного труда. Статья 8 Конвенции – право на уважение частной и семейной жизни. Статья 12 Конвенции – Право на вступление в брак. Статья 14 Конвенции – Запрещение дискриминации. Статья 5 Протокола № 7 – Равноправие супругов. Особый интерес для российских граждан в связи с существующей ситуацией в законодательстве может представлять вопрос об альтернативной службе. Право на замену обязательной военной службы альтернативной гражданской гарантировано ст. 59 Конституции РФ, но на практике граждане испытывают сложности с его реализации, в связи с отсутствием соответствующего федерального закона. Поэтому не исключены коллизии, которые могут являться нарушением ст. 4 Конвенции. Семейный кодекс РФ признает браком только юридически оформленные отношения мужчины и женщины. Суду же для квалификации союза людей в качестве семьи существенно осознание ими себя в качестве семьи, совместное проживание и ведение общего хозяйства. Юридическое оформление семейных связей не имеет решающего значения для целей применения ст. 8 Конвенции. Статья 5 Протокола № 7 направлена на обеспечение равноправия супругов в отношениях между собой и в отношении со своими детьми, в том, что касается вступления в брак, во время состояния в браке и при его расторжении. В Семейном кодексе РФ также есть нормы, устанавливающие равенство родителей. Однако анализ судебной практике показывает, что зачастую суды по-прежнему необоснованно оказывают предпочтение матерям при разрешении споров о передаче детей на воспитание. Сохранение таких традиций в судебной практике может создать основания для обращения в Европейский суд. УИК 1997 года в статье 91 устанавливает, что получаемая и отправляемая корреспонденция подвергается цензуре. Исключение из этого правила закреплено в статье 15 кодекса, предусматривающей, что предложения, заявления и жалобы осужденных к аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, лишению свободы, смертной казни, адресованные в органы, осуществляющие контроль и надзор за деятельностью учреждений и органов, исполняющих наказание, цензуре не подлежат и не позднее суток (за исключением выходных и праздничных дней) направляются по принадлежности. Что противоречит позиции Суда в отношении переписки заключенных с адвокатом и судебными органами. Суд постановил, что в принципе переписка с адвокатом разрешается по статье 8. Тюремные власти вправе вскрывать письма юриста на имя заключённого, когда у них есть разумные основания полагать, что их содержимое противозаконно. Однако должны быть обеспечены надлежащие гарантии от перлюстрации писем. Перлюстрация должна разрешаться лишь при исключительных обстоятельствах. Суд постановил, что права заключенного на не перлюстрированную переписку с юристом или судебным органом является почти неприкосновенным как главное средство, с помощью которого индивид может пытаться защитить свои права. [2, стр.245, 262, 336] 3. Нормы, направленные на охрану развития и свободы самовыражения человека. Статья 9 Конвенции – Свобода мысли, совести и религии. Статья 10 Конвенции – Свобода выражения мнения. Статья 2 Протокола № 1 – Право на образование. Часть 1 статья 14 Конституции РФ формулирует светский характер российского государства и провозглашает: “Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной”. К сожалению, Преамбула Федерального закона “О свободе совести и о религиозных объединениях” нарушает эти принципы, признавая “особую роль православия в истории России” и высказывая “уважение” ряду других религий, оставляя без внимания остальные. Ряд других конституционных норм нарушен новым ФЗ “О свободе совести и о религиозных объединениях”. Содержащиеся в нем ограничения на регистрацию и деятельность “нетрадиционных” конфессий, продиктованные стремлением нейтрализовать активность “нетрадиционных конфессий” и зарубежных миссионеров в России, противоречат статье 9 Конвенции, как впрочем,и другим международным правовым актам. Следует также указать, что упоминание в части 3 статьи 55 Конституции РФ и в части 2 статьи 3 закона оснований для ограничений прав и свобод человека и гражданина (следовательно, и свободы мысли и свободы), как “обеспечение обороны страны и безопасности государства”, противоречат духу и букве Конвенции, изъявшей, в отличии от других статей Конвенции, ссылку на “государственную безопасность” для обоснования ограничений в осуществлении провозглашенных данной статьей прав. Статья 29 Конституции РФ по сравнению со статьёй 10 Конвенции более широко трактует свободу выражения мнения и свободу информации. Вместе с тем в нормативных актах России и, в особенности, в правоприменительной практике есть ряд недостатков: весьма сложно получение информации в международной сфере; в расплывчатом плане определены объекты государственной тайны; не решен в юридическом плане вопрос с журналисткой тайне. [2, стр. 350] 4. Нормы, направленные на охрану личной свободы и обеспечение судебной защиты прав и свод. Статья 5 Конвенции – Право на свободу и безопасность. Статья 6 Конвенции – Право на справедливое судебное разбирательство. Статья 7 Конвенции – Наказание исключительно на основании закона. Статья 13 Конвенции – Право на эффективные средства правовой защиты. Российское законодательство воспроизводит формулировку пункта 1 части 1 статьи 5 Европейской Конвенции (ч.1 ст.22 Конституции РФ), где говорится лишь о физической неприкосновенности личности, а законные ограничения этого права сводятся к задержанием и арестам. Но в отраслевом законодательстве РФ личная свобода и неприкосновенность личности трактуется гораздо шире. В комментируемом тексте понятия “задержание” и “арест” нередко употребляются как одно-порядковые. В российском законодательстве между ними проводится четкое различие. Все шесть оснований лишения (ограничения) свободы, установленные Конвенций, присутствуют в российском законодательстве. Кроме того, закон ввел еще три основания, четко не обозначенные в Конвенции: 1. Привод, т.е. принудительное доставление обвиняемого, потерпевшего, свидетеля к месту следствия или в суд, когда они уклоняются от явки или не являются без уважительных причин (ст. 147, 73, 75 УПК РСФСР); 2. Запрещение лицам, находящимся в помещении или ином месте, где производится обыск, покидать его до окончания обыска (ч.6 ст.170 УПК РСФСР); 3. Помещение подозреваемого или обвиняемого в медицинское учреждение для решения вопроса о болезни и вменяемости. При трактовке понятия законности задержания и ареста Европейский суд в решении по делу Малоне разъяснил, что закон- это не только писаное, но и неписаное право. В условиях России, где суды применяют только статутное право, такое истолкование закона неприемлемо. В комментируемом тексте говорится о специальном надзоре за мафиози и другими лицами, склонными к совершению преступлений, без возбуждения против них уголовных дел. В России отвергается “теория опасного состояния”. Административный надзор допустим в отношении лиц, освобожденных из мест лишения свободы, если они были осуждены за совершение тяжких преступлений. Законный арест или задержание за невыполнение законного решения суда, чтобы обеспечить выполнение обязательства, предписанного законом (п. “в” ч. 1 ст. 5), в России понимается как принудительное осуществление следственного действия, если обвиняемый от этого уклоняется, санкционированное судом, и доставление обвиняемого к месту его проведения. Однако такого рода принуждение в России допускается и без судебного приказа (например, при проведении освидетельствования потерпевшего), что не согласуется с требованиями Конвенции. Одним из существенных отступлений российского законодательства от европейских стандартов является отсутствие правила о доставлении задержанного и арестованного в судебный орган. Задержанный не доставляется не только в суд, но даже и к прокурору. Последний дает санкцию на арест задержанного, не видя и не допрашивая, его, и кладет в основу своего решения письменные материалы уголовного дела, доставляемые ему органом дознания или следователем (за исключением дел о преступлениях несовершеннолетних, которые должны допрашиваться прокурором перед выдачей санкции на арест). Суд пока не имеет никакого отношения к процедуре задержания и арестов, за исключением случаев обжалований в суд уже состоявшихся арестов и продления их сроков (ст.2201 , 2202 УПК РСФСР) и случаев продления ареста обвиняемого судом на срок свыше полутора, но не более двух лет (ст. 97 УПК РСФСР). В ст. 22 Конституции РФ указано, что для предварительного ареста, продления задержания на срок свыше 48 необходимо получит судебное решение, однако до принятия нового УПК эта норма не действует и сохраняет прежний (прокурорский) порядок санкционирования арестов. Не соответствует Конвенции и выводам суда следующие законоположения: прокурор дает санкцию на помещение подозреваемого на экспертизу в психиатрический стационар, тогда как это правомочие должно принадлежать суду; закон (ч. 3 ст.404 УПК РСФСР) допускает помещение на экспертизу в психиатрический стационар лиц, которым в силу их психического состояния не может быть предъявлено обвинение, однако и в отношении таких лиц следовало бы выносить постановление о наделении их правами обвиняемого: закон не устанавливает предельный срок нахождения, испытуемых в стационаре медицинского учреждения; лицо, помещенное на экспертизу в психиатрический стационар, имеет право пользоваться услугами защитника с момента установления психического заболевания, тогда как надо, чтобы оно пользовалось этим право с момента помещения в психическое учреждение. В российском законодательстве не употребляется формулировка “разумный срок” для судебного разбирательства после задержания или ареста. Закон лишь устанавливает предельные сроки ареста на предварительное следствие, по истечении которых (если они не продлены в установленном законом порядке) обвиняемый должен быть освобожден, даже если следствие еще не закончено и дело в суд не передано. После передачи дела в суд первой инстанции сроки ареста не текут, суд ими не связан и может содержать подсудимого под стражей сколько угодно. Это противоречит позиции суда, которые считают, что срок ареста течет во время производства в суде первой и даже апелляционной инстанции. Законодательные акты России не в полной мере соответствуют Конвенции и практике суда, так как они предусматривают неполную компенсацию вреда, причиненного незаконным лишением свободы. Принцип равенства исходных условий охватывается понятием состязательности и равноправия сторон. Европейский суд распространил требование состязательности и на апелляционное производство. В России нет апелляции, а при рассмотрении дел в кассационных и надзорных судебных инстанциях принцип состязательности реализуется не в полной мере: прокурор активно участвует в этих стадиях процесса, а вызов подсудимого и других участников процесса поставлен в зависимость от усмотрения суда. Судебное разбирательство по уголовным делам имеет две формы: 1) суд присяжных и 2) обычное судопроизводство. Состязательное начало в них в гораздо большей мере присуще суду присяжных. В суде присяжных стороны представляют доказательства. Суд относительно пассивен. Судья и присяжные заседатели задают вопросы подсудимым, потерпевшим, свидетелям, экспертам в последнюю очередь, т.е. после того, как их допросили стороны. Отказ прокурора от обвинения влечет немедленное прекращение дела (если потерпевший не возражает). В обычных судах (а их подавляющее большинство) состязательное начало развито в гораздо меньшей степени. Прокурор в суде первой инстанции дает от имени государства заключения по всем возникающим вопросам, а адвокат излагает суду только мнения. Прокурор выносит протест на приговор или решение суда, а адвокат подает жалобу. Прокурор в суде должен обнаруживать и пресекать нарушение закона, от кого бы они не исходили (ст. 25 УПК РСФСР), в том числе и от суда, а защитник такими правами не пользуется. Таким образом, прокурор рассматривается как орган надзора за законностью в суде, а адвокат (и даже суд) является объектом этого надзора, что не соответствует европейским и международным стандартам. В обычных судах не выделен этап предоставления доказательств сторонами; обвинительные и оправдательные доказательства исследуются вперемешку в зависимости от решения суда; доказательства, характеризующие личность подсудимого и влияющие на меру наказания, могут исследоваться раньше доказательств виновности или одновременно с ними; судья и народные заседатели допрашивают подсудимых, потерпевших и свидетелей в первую очередь, т.е. до их допроса сторонами (суд активен и задает изобличающие вопросы допрашиваемым). [2, стр.259, 263, 334] § 3 Обзор дел рассматриваемых Страсбургским судом по жалобам граждан Российской Федерации. Наиболее полная оперативная информация о решениях Европейского суда по правам человека представлена на его официальном сайте : . В Европейский суд по правам человека поступило более 3 тысяч жалоб против России [5, стр.2] ,пока Россия имеет ничтожное количество рассмотренных дел, основная масса жалоб отсеивается на стадии предварительного рассмотрения их допустимости или с помощью процедуры дружественного урегулирования. В данное время (обзор от 28.08.01) в его базе данных находятся следующие документы по делам: 1. TUMILOVICH v. RUSSIA Notice Decision Inadmissible 22/06/1999 40K 47033/99 2. SYRKIN v. RUSSIA Notice Decision Inadmissible 25/11/1999 36K 44125/98 3. LUKACH v. RUSSIA Notice Decision Inadmissible 16/11/1999 35K 48041/99 4. CHEREPKOV v. RUSSIA Notice Decision Inadmissible 25/01/2000 42K 51501/99 5. TAYKOV v. RUSSIA Notice Decision Struck off the list 28/03/2000 30K 48498/99 6. SHULMIN v. RUSSIA Notice Decision (Partial) Partly inadmissible 30/05/2000 50K 46502/99 7. O.V.R. v. RUSSIA Notice Decision (Partial) Partly inadmissible 20/06/2000 50K 44319/98 8. NIKISHINA v. RUSSIA Notice Decision Inadmissible 12/09/2000 45K 45665/99 9. KARALEVICIUS v. LITHUANIA AND RUSSIA Notice Decision (Partial) Partly inadmissible 17/10/2000 55K 53254/99 10. PANCHENKO v. RUSSIA Notice Decision (Partial) Partly inadmissible 10/10/2000 82K 45100/98 11. BURKOV v. RUSSIA Notice Decision Inadmissible 30/01/2001 40K 46671/99 12. PITKEVICH v. RUSSIA Notice Decision Inadmissible 08/02/2001 66K 47936/99 13. KLYAKHIN v. RUSSIA Notice Decision (Partial) Partly inadmissible 03/04/2001 62K 46082/99 14. O.V.R. v. RUSSIA Notice Decision Inadmissible 03/04/2001 50K 44319/98 15. BURDOV v. RUSSIA Notice Decision 21/06/2001 44K 59498/00 Единственным делом прошедшем стандартную, полную процедуру до вынесения решения судом, является дело по жалобе бывшего государственного нотариуса из города Северодвинск (пункт 14 списка), который обжаловал обязательность для себя после перехода к частной практике членство (оплату сборов и сдачу квалификационных экзаменов) в региональной организации частных нотариусов. Дело выиграла Россия, при этом по делу есть решение Конституционного суда РФ, тоже не в пользу заявителя. При ознакомлении с российской периодикой можно привести пример, как государственные чиновники стараются использовать процедуру дружественного урегулирования по заранее проигрышным и особо позорным для России делам. Так в № 4 2001 г. Журнала Российская юстиция стр. 62 –65 , рассмотрено обращение пенсионера Юрия Тайкова против РФ, который обжаловал факты задержки выплаты ему пенсии (после прохождения дела кассационной стадии обжалования) с возмещением ему материального (упущенной выгоды) и морального ущерба. Для того, чтобы его дело было пересмотрено областным судом и применена была процедура мирового соглашения (по которой Пенсионный фонд, обязывался выплатить 93 898 рублей) достаточно было запроса из секретариата Европейского суда в адрес Правительства РФ с цель уточнить факт дискриминации прав пенсионеров в РФ. Заключение. Можно сделать вывод, что трудно ожидать легкости и быстроты разрешения вопросов через Европейский Суд по правам человека (как наверное, через любой суд), вместе с тем контрольные функции Конвенции доказали свою эффективность. Выносимые решения не только восстанавливают нарушение прав в конкретном случае хотя и это также важно, - сколько предотвращают повторное нарушение и оказывают давление с целью приведение национальных стандартов в соответствие с Конвенцией. Наиболее актуальным, действенным для достижения указанной цели является переподготовка практикующих юристов судебной системы и прокуратуры РФ, преподавание прецендентного Европейского права в юридических ВУЗ-х - в подтверждении указанного тезиса кроме Уполномоченного РФ при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптева высказался и Уполномоченный по правам человека в РФ О. Миронов, “в органах Совета Европы сложилась коренным образом отличающаяся от российской системы так называемого прецедентного права (признающая одним из главных источников права судебные решения), во многом базирующаяся на англосаксонских принципах. В этой связи существенные перемены должны произойти в психологии российских юристов: судей, прокуроров и адвокатов. Также требуют соответствующих изменений механизмы подготовки и переподготовки юридических кадров”[1, стр.5].

Список литературы

1. Глотов С.А., Петренко Е.Г. Права человека и их защита в Европейском суде. М., 2000. 2. Гомьен Д..., Конвенция о защите прав человека и Европейская социальная хартия по правам человека. М., 1998. 3. Исаков В.Б. Конвенция о защите прав человека и основных свобод. М., 1999.Куинн Ф. Права человека и ты. Варшава 1998. 4. Постановление Конституционного Суда РФ № 867 от 02.02.1999 г.//Журнал “Собрание законодательства РФ” № 6 от 08.02.1999 . 5. А.В. Сафронов интервью с П.А. Лаптевым; М.В. Купчин «Прецедентное право Европейского суда по правам человека: к вопросу о юридической природе»//Журнал “Совет Европы и Россия” № 2, 2000. 6. Ю.Берестев. Юрий Тайков против РФ//.Журнала «Российская юстиция» № 4 2001 г. 7. Эрделевский А.М. Обращение в Европейский Суд. М., 1999. 8. Якубовские Дмитрий и Елена. Что такое арест и как с ним бороться. М., 1999.