Анисимов А. Компьютерная лингвистика для всех: Мифы. Алгоритмы. Язык

ОГЛАВЛЕНИЕ

1. АЛГОРИТМЫ И МИР

Мы - дети хаоса, и глу-
боко в основе каждого
изменения скрыт распад.
Изначально существует
только процесс рассея-
ния, деградации; все за-
хлестывают волны хаоса,
не имеющего причин и
объяснений. В этом про-
цессе отсутствует какая-
либо изначальная цель,
в нем есть только непре-
рывное движение. Одна-
ко, как мы убедились, и в
этом движении возможны
различные направления,
выбор которых диктуется
случаем.

П. Эткинс. Порядок
и беспорядок в природе

НАЧАЛО

Существует Вселенная, существует человек, объяс-
няющий мир, выражающий эти объяснения
колеба-
ниями авука, жестами или письменными
знаками.
В вечном движении мира действуют свои закономер-
ности, отражающиеся в языке. Поэтому,
исследуя
структуры языка, человек познает законы мира. Кро-
ме числовых количественных соотношений, изучаемых
математикой, в природе существуют универсальные
правила, относящиеся к динамической
структур-
изменений и превращении матерйи. ни невы
азимы
количественными соотношениями описываемыми
ма-
тематическими орм лами. Это законы - развития
и
взаи модействия, ни демонстрируются
в языках
йскусства, в литературе, музыке, живописи. Поиск
строгих формальных выразительных средств для вы-
ражения и изучения законов развития и взаимод-й-
ствия начался в давние времена. Об этом думали и
Пифагор, потрясенный несоизмеримостью диагонали
и сторон квадрата, и Платон, построивший теорию
диалогического взаимодействия для поиска истинных
суждений, и молодой Галуа, в ночь накануне смер-
тельной дуэли доказавший невозможность решения
общих полиномиальных уравнений в радикалах,
и Эйнштейн, искавший законы взаимодействия гра-
витации и вещества.
философы и математики, заметив одинаковые
законы развития разнообразных объектов, предложи-
ли общее понятие - сложная система. Система -
это структурно организованныи объект, в котором
выделяются состояния, переходы, подструктуры и
взаимодействия частей. Системный подход дает воз-
можность анализировать многие сложные объекты с
позиций единой общей методологии.
Наконец, в 30-е годы нашего столетия
логики
изобрели математическую теорию алгоритмов. Алго-
ритм - это сложная информационная система вместе
с заданными правилами функционирования. В каж-
дый момент, зная текущее состояние системы, ее пра-
вила и доступную ей информацию, можно предска-
зать множество ее возможных последующих измене-
ний. Одно из важнейших понятий теории алгорит-
мов - рекусия. Под рекурсией в общем смысле
понимают такой способ организации системы, при ко-
тором она в отдельные моменты своего развития,
определяемые ее правилами, может создавать (вызы-
вать) собственные измененные копии взаимодейство-
вать с ними и включать их в свою структуру. Законы
изменения копий при вызове также включаются в
правила системы и могут зависеть от многих пара-
метров: от состояния системы и других подсистем в
момент вызова копии, от информационного наполне-
ния заданных параметров, от правил самой системы.
Возможно отсутствие изменения при вызове копии -
чистая рекусия (это частный случай). Существует
многообразие вариантов поведения копий; они могут
существовать и развиваться параллельно с главной
системой, исчезать после окончания своего этапа
функционирования, по-разному взаимодействовать
между собой. Все определяется правилами системы.
Рекурсия - важнейшее фундаментальное понятие
теории алгоритмов. В этой теории было доказано, что,
используя рекурсию, можно из ограниченного коли-
чества функциональных единиц получить все много-
образие вычислимых функций.
Но не математики на самом деле открыли общий
принцип рекурсии. Еще в древнейших религиях нахо-
дим рекурсивные определения богов, а рекурсивные
приемы для описания развития встречались во мно-
гих древних текстах. Объективный закон рекурсивно-
го развития мира сначала выражался в текстах и
только затем, много веков спустя, проявился а тео-
рему алгоритмов. С появлением в конце 40-х годов
компьютеров и становлением программирования инте-
рес к рекурсии только усилился. Рекурсивные про-
цедуры и декларативные определения введены в боль-
щинство современных языков программирования. Это
понятие хорошо известно программистам.
Обогатившись в теории алгоритмов
и программи-
ровании, став привычным методом анализа и синтеза
сложных алгоритмических систем, рекурсия возвра-
щается в мир, где она впервые была замечена и
всегда существовала, даже неузнанная. Но теперь в
ее багаже - мощные развитые алгоритмические мето-
ды, теперь она на виду. Оказалось, что язык рекур-
сивен. Из базового ограниченного набора схем, ми-
фов и сказаний рекурсивным способом получаются
все сложные сюжетные построения современных
авторов. Анализ предложений показывает, что здесь
рекурсия проявляется еще более убедительным спо-
собом. Она определяет вложенность комментирующих
частей к различным частям предложения. Педложе-
ние, остававшееся до сих пор филологической загад-
кой, получает алгоритмическое определение, и сразу
становятся ясными многие проблемные факты тради-
ционного синтаксиса. Рекурсивные машины начинают
учиться говорить и понимать язык.
Так закон рекурсивного развития
мира сначала
отразился в древних текстах, затем в литературе и
только после этого получил математическое воплоще-
ние в теории алгоритмов и программировании. Потом
снова произошло обратное отражение. Рекурсия опре-
деляет развитие литературы, дает возможность целе-
направленно создавать сложные психологические
тексты. Начинается игра усиливающихся отраже-
ний - любимая игра Вселенной. Когда-то и разум
возник из такой игры.

АЛГОРИТМЫ

Любое целенаправленное действие сложной системы
связано с понятием алгоритма. Он определяет после-
довательность действий объекта для достижения
цели. Так первобытные охотники
придумывали алго-
ритмы охоты на зверей и на соседние племена,
а их
жены изобретали первые кулинарные рецепты
- тоже
алгоритмы. Алгоритмы повседневной
жизни человека
отличаются неоднозначностью выбора
ходов, рас-
плывчатостыо принятия решений,
неоптимальностью
исполнения. Это действие системы в ситуации
с не-
полной информацией. Когда все ясно, человек
целе-
направленно действует наиболее рациональным
обра-
зом - по кратчайшей прямой
стремится пересечь
местность, выбирает лучшее из возможного.
Познание всегда искало
способы описания алго-
ритмов. Сохранились древние
магические рецепты,
математические тексты, книги боевого искусства,
Где
описывались приемы действий в тех или
иных ситуа-
циях. В математической теории алгоритмов
существу-
ет большое разнообразие определений
алгоритма,
ориентированных на различные способы
вычисли-
тельной реализации: арифметическое исчисление
пре-
дикатов (К. Гедель, 1931), ґ-определимые
(А. Черч,
1936) и частично-рекурсивные (С. Клини, 1936)
функ-
ции, машины Поста и Тьюринга
(Э. Пост, 1936,
А. Тьюринг, 1937), алгоритмы Маркова
(А. А. Мар-
ков, 1951). Все эти определения
выражали формаль-
но интуитивное понятие вычислимости.
Как сразу
было доказано, различные
определения алгоритма
оказались эквивалентными в смысле возможности
мо-
делирования друг друга. Математические
определе-
ния алгоритма ориентированы на строгие
доказатель-
ства возможности тех или иных вычислений.
В силу
этого в их определениях используют
специфические
мелкомасштабные базовые операции
и специальные
строгие правила организации вычислений.
В реальной
работе человеку удобнее применять широкий
арсенал
гибких адекватных средств для записи
вычислений.
Этим занимается программирование.
Появилось мно-
жество языков программирования для
записи алго-
ритмов. Компьютерная программа
тоже представляет
собой алгоритм, но записанный на
специальном язы-
ке, понятном машине. Такое понимание
обеспечиварт-
ся аппаратными или программными
средствами, реа-
лизованными в ЭВМ и входящими в
состав "мозга"
ЭВМ: операционные системы, трансляторы,
компиля-
торы, интерпретаторы, драйверы и др.
Таким обра-
зом, даже в строгом определении алгоритм имеет
мно-
жество выражений, зависящих от языка,
на котором
он записан. Поэтому часто алгоритмическая система
поднимается как система, связывающая
некоторые
подсистемы в базовом, возможно, неопределяемом
выбираемом языке, но с указанными точными сред-
ствами взаимодействия и развития.
При исследовании сложных систем,
созданных
природой или человеком, применяют метод моделиро-
вания. Модель, обычно представляющая собой про-
грамму в том или ином алгоритмическом
языке и
отражающая основные особенности поведения систе-
мы, просчитывается на ЭВМ. Этим достигается боль-
шая степень понимания исследуемого объекта.
На-
пример, сейчас интенсивно разрабатываются и иссле-
дуются модели атомных электростанций с целью пра-
вильного управления, не допускающего
аварийной
ситуации. Моделируются физические процессы,
про-
исходящие на солнце, в галактиках и атомном
яд-
ре. Моделируются экономические, технологические,
управленческие процессы и многие-многие другие.
Иногда необходимая логическая строгость машинных
средств выражения алгоритмов вступает в противо-
речие с принципами функционирования изучаемого
объекта. Поэтому исследователям часто приходится
специально вводить разнообразные средства, имити-
рующие неопределенность: нечеткие множества, дат-
чики псевдослучайных чисел, недетерминированный
выбор в условных командах и т.п. Иногда невозмож-
но создать точную модель изучаемого объекта, но
удается заметить общие принципы организации этих
объектов. Такое мы наблюдаем при исследовании
творчества. В литературных произведениях выявля-
ются замкнутые взаимодействующие процессы. Спо-
соб их организации отражает те или иные алгорит-
мические принципы. Такое знание уже многое дает
для понимания произведения, хотя, конечно, точное
выражение самих процессов сведется к записи их на
естественном языке. Аналогично в музыке, живописи
и других жанрах искусства сюжетная система (текст,
картина, музыкалное произведение) в этих случаях
составляется из некоторых неуточняемых базовых
юбъектов. Выявляется внешняя организация этих
объектов, их взаимодействие между собой. При необ-
ходимости этот же принцип может применяться для
анализа составляющих элементов системы, вплоть до
неделимых объектов. Алгоритмический анализ оказы-
вается удивительно мощным средством познания и
Подтверждает единство выражения мира
как средст-
вами технических, так и гумаунитарных
наук. Оказы-
вается, что в природе и творчестве действуют одни
и
те же алгоритмические принципы.
Их выявление и
уточнение - наша задача.

КОМПЬЮТЕРНАЯ ЛИНГВИСТИКА

Человек придумал электронные устройства, облег-
чающие арифметический счет. Вскоре обнаружилось,
что эти машины можно легко приспособить для ре-
шения многих творческих задач, связанных с челове-
ческим знанием. Накапливались факты, писались спе-
циальные компьютерные программы, изобретались
искусственные языки обработки знаний. Этот процесс
привел к становлению
новой науки, названной
"искусственныи интеллект". В наше время многие
теоретические исследования по искусственному интел-
лекту получили практическое применение. Роботы
осуществляют точные механические операции, рас-
познают образы, ведут поиск в сложных условиях,
сочиняют стихи. В классификации наук США работы
по искусственному интеллекту из разряда теорети-
ческих переведены в разряд прикладных наук. Одна
из главных проблем искусственного интеллекта -
компьютерное понимание естественного языка. Эта
проблема относится к области компьютерной лингви-
стики.
Компьютерная лингвистика занимается
поиском
алгоритмов и компьютерной реализацией взаимодей-
ствия человека с ЭВМ на естественном человеческом
языке. В свою очередь ЭВМ может управлять други-
ми машинными устройствами. Поэтому в случае
успешной реализации проектов компьютерной линг-
вистики человек сможет управлять сложными техни-
ческими объектами посредством голосовых команд
или текстов на естественном языке. Мир человека,
мир слов и мир техники сольются.
Сейчас коммерчески доступен большой
ряд про-
граммных систем взаимодействия на естественном
языке с базами данных и экспертными системами.
Простое порождение подмножества английского язы-
ка для обращения к базам данных было обеспечено
одной из ранних американских систем LIFER (Lan-
guagе Interface Facility wich Elipsis and Recursion).
созданной в 70-е годы. Вслед за ней на компьютер-
ном рынке появились и другие, более
гибкие системы,
обеспечивающие ограниченный
естественно-языковой
интерфейс с ЭВМ. В 80-е годы
в США образовался
ряд компаний, занимающихся
разработкой и прода-
жей естественно-языковых интерфейсов с
базами дан-
ных, экспертными системами. В 1985
г. корпорация
"Семантек" представила такой пакет
программ Q&A,
компания "Карнеги Группа"
предложила аналогич-
цый пакет Languagt Craft. Ведутся активные
работы
по созданию систем автоматического
перевода. Полу-
чила распространение система автоматического
пере-
вода SYSTRAN, разработанная
под руководством
Д. Тома по заказу военно-воздушных
сил США. В те-
чение 1974 - 1975 гг. система была использована аэро-
космической ассоциацией NASA
для перевода доку-
ментов по проекту Аполло - Союз.
В наше время она
переводит с нескольких языков около 100
000 страниц
ежегодно. В Европе работы по
созданию компьютер-
ных систем перевода стимулировались
образовани-
ем Европеискои инормационной
Сети (EURONET
DIANA). В 1982 г. Европейское экономическое
сооб-
щество объявило о создании
европейской программы
EUROTRA, цель которой - разработка
системы ком-
пьютерного перевода для всех
европейских языков.
Первоначально проект оценивался в 12
млн долларов,
в 1987 г. специалисты определили
суммарные расхо-
ды по этому проекту более чем в 160 млн долларов.
В Японии исследования
по компьютерйой лингви-
стике концентрируются
вокруг общенациональной
программы создания компьютеров
пятого поколения,
объявленной в 1981 г.
Существует ряд военных проектов
создания чело-
веко-машинных интерфейсов на
естественном язы-
ке. В США они ведутся в основном
в рамках стра-
тегической компьютерной инициативы
- десятилет-
ней программы, поинятой министерством
обороны в
1983 г. Цель ее - создание нового
поколения "интел-
лектуальных" оружия и военных систем
с целью обес-
печить многолетнее технологическое
превосходство
США.
Естественно, что специалисты
по искусственному
интеллекту, прекрасно разбирающиеся
в компьюте-
рах и языках программирования,
энергично приня-
лись за решение проблемы
понимания языка своими
методами. Шел поиск алгоритмов
естественного язы-
ка. Были созданы сложные программы
понимания
языка для очень узких специальных областей, реали-
зованы программы частичного машинного перевода
и
ряд других. Но решающего продвижения
в решении
проблемы понимания языка так и не было.
Язык и
человек настолько связаны, что ученым пришлось за-
няться проблемой понимания мира человеком.
А это
уже область философии. В разных центрах мира спе-
циалисты по компьютерам начали изучать
мифологию, труды Платона, Гегеля, Канта,
Кьеркегора, Хайдеггера, М. Фуко и многих других классиков фи-
лософской мысли. Проблема понимания языка
машинами привела к вечной теме феномена человека. Кто
мы? Откуда мы? Куда идем?

2. МИФЫ

... Это и есть цель и смысл
нашего пребывания на
земле: мыслить и искать
и вслушиваться в даль-
ние исчезнувшие звуки,
так как за ними лежит
наша истинная родина.

Г. Гессе. Ирис

МИФ КАК СИСТЕМА

Человек всегда стремился познать истоки
своего бы-
тия, пытался понять свой путь, найти начало начал.
Почему "в начале было слово", почему
по всему
миру повторяются сходные предания, почему
в этом
повторяющемся мире возникают все новые
и новые
литературные формы и зтому процессу не видно
кон-
ца. Не одно поколение поэтов, философов,
ученых
мысленно прокладывало путь назад, в прошлое.
Каж-
дый достиг своего предела, но так и не увидел конца.
Чем старше человечество, тем в большую бездну вре-
мени удается заглянуть. Двигаясь в будущее, мы дви-
жемся в прошлое. И нет предела. И вновь
мы всту-
паем на древний путь, рискуя увидеть лишь смутные,
забытые, но все-таки - новые тени... В страну мифов
открыты ворота, но это и лабиринт, войдя в который,
можно всю жизнь блуждать по
затерянным тропам
прошедшего времени. И все же путь этот манит,
как
манит странника далекий свет в ночной темноте.
Древнегреческие философы много
внимания уде-
ляли мифам, ссылаясь на них как
на примеры для
подтверждения правильности своих систем понимания
мира. Аристотель в "Поэтике" одним из первых вы-
делил основные общие схемы построениятрагедий-
ных мифов. Он установил законИ персонажей
мифа ИИИили подобной родству
близостью.
Аристотель ввел
понятие фабулы как линии сю-
жетного развития. В фабуле трагедий
он выделяет
три части: перипетия - перемена событий к
противо-
положному, узнавание - переход от незнания к зна-
нию и страдание - действие, причиняющее гибель
или боль.
Аристотель рассматривает
древнегреческие траге-
дии как поэтическую переработку древних мифов с
сохранением их сюжетной линии. Поэтому его анализ
структуры трагедий переносится на мифы.
В последующие века в научном
изучении мифов
наступил длительный застой. Но мифы не прекратили
своего существования. Они перекочевали в библей-
ские предания, сюжеты картин и народный фольклор.
И только в начале нынешнего века наступил
пере-
ломный момент. Появились исследователи, сумевшие
собрать и обобщить огромный фактический материал.
Стала проясняться схема представлений древнего че-
ловека, зафиксированная в дошедших до нас сказа-
ниях. Английские этнографы Э. Б. Тайлор (1832 -
1917) и Дж. Фрэзер (1854 - 1941) проанализировали
и классифицировали тысячи мифов, ритуалов и обы-
чаев народов разных стран, В 60-е годы нашего сто-
летия сформировалось научное направление
исследо-
вания культурных систем, в частности языка, назван-
ное структурализмом. В основу его легли новые для
того времени методологические приемы исследований:
раскрытие системы не только
через классификацию
ее элементов, но главным образом через
установление
и изучение отношений элементов,
их взаимодействия,
инвариантов относительно
преобразований. Методы
были заимствованы из
структурной лингвистики.
Смысл имеют не просто звуки
или символы языка,
а структура их соединений друг
с другом. Один из
основоположников стуктурного анализа
французский
ученый К. Леви Стосс, изучив многочисленные
мифы
племен Южной Америки, пришел к
выводу, что их
сюжетные схемы отличаются
внутренней устойчи-
востью, не изменяются
под влиянием социальных
инфраструктур - т.е. мифы отражают
схемы мышле-
ния первобытного человека. Это дало ему возмож-
ность реконструировать некоторые духовные структу-
ры первобытных племен, обнаружить доисторическую
логику в действиях древних людей. Стало ясным, что
мифы имеют онтологическое значение, в них скрыты
базисные структуры мысли. Значительный вклад в
мировую структурную мифологию внесли советские
ученые Я. Э. Голосовкер, В. Я. Пропп, 0. М. Фрей-
денберг, А. Ф. Лосев, А. А. Тахо-Годи, Е. М. Меле-
тинский, С. С. Аверинцев.
Основной метод, применяемыи
в мифологических
исследованиях, состоит в получении общего факта на
основании сопоставительного анализа многочислен-
ных примеров. Чем больше примеров, тем лучше, тем
достовернее вывод. Это, индуктивный прием. Напри-
мер, Тайлор обосновал безусловно верный факт
одушевления объектов и явлений природы первобыт-
ными людьми. Эту особенность мышления он назвал
анимизмом (от латинского anima - дух, душа). Уче-
ныи подтверждает свой вывод следующими рассуж-
дениями.
Мифы возникли в период дикости, через который
прошло все человечество. Значит, в них должна быть
зафиксирована информация по интересующему нас
вопросу. Надо только выбрать подлинные архаичные
предания, отличая их от напластований более позд-
него времени. Далее идут многочисленные подробные
факты, заимствованные из мифов разных народов.
Среди пимеров: наказание дерева, если с него упал
человек; наказание предметов, случайно причинив-
ших боль, брак солнца и луны; пожирание звезд
солнцем; пожирание солнца драконом; звезда, гово-
рящая с индейцем; ветер в виде дракона; смерть и
чума в виде карающего ангела; превращения людей
в животных и т.п. 2
Аналогично размышляли и другие исследователи.
Например, Фрэзер проанализировал довольно запу-
танный древний обряд скрепления клятвы прохожде-
нием через части рассеченного тела животных,
а иногда и людей. В книге Бытие бог повелел
Аврааму разрезать на части домашних животных и
птиц, а потом ночью прошел между ними; у греков
есть выражение "резать договор", что означает

- - - - - - -
2 Тайлор Э. Б. Первобытная культура. -
М. Политиздат,
1989. - 573 с.

"скреплять договор"; защитники Трои клялись в вер-
ности Приаму, проходя между частями разрезанного
борова; скифы клялись в верности, стоя правой но-
гой на шкуре убитого вола и поедая при этом кусок
его мяса. Всего Фрэзер приводит 40примеров, под-
тверждающих универсальный характер процедуры со-
вершения такой клятвы 3.
В. Я. Пропп в "Мифологии сказки"
на примере
анализа 100 так называемых русских волшебных ска-
зок установил, что последовательность функций дей-
ствующих лиц во всех сказках всегда одинакова. Сто
сказок исследователь считает более чем достаточным
контрольным количеством, хотя полагает, что можно
было бы рассмотреть и все сказки из известного сбор-
ника Афанасьева (это неявно предлагается выпол-
нить сомневающемуся читателю).
Подобных примеров можно привести
множество.
Достаточно раскрыть любой сборник или книгу, по-
священную мифологии. Факты убеждают. Но остает-
ся главный вопрос: почему было так?
Существует другой, более строгий
дедуктивный
путь. Поскольку мифы отражают спосо представле-
ния мира древними людьми, достаточно установить
модель такого представления, хотя бы в тех общих
чертах, которые с определенной степеныо увереннос-
ти можно обосновать. Затем с помощью логических
заключений, как теоремы в математике, получать как
следствия факты, объясняюшие тот или иной феномен
древней жизни. Миф предстает как система со свои-
ми законами и следствиями. Такой подход обычно
исторически возникает только после фазы классифи-
кации и накопления сведений. Совершается качест-
венцый скачок, и начинается новый этап исследова-
ний. При изучении особенностей древйего мышления
предпочтительнее выбрать такой аксиоматический
путь. При таком подходе многие запутанные вопросы
получают логическое объяснение, а многочисленные
усилия по объяснению тех или иных феноменов соз-
нания сосредоточиваются только ца обосновании вы-
бранных базовых законов. Конечно, надо отдавать
себе отчет в том, что постулируемые аксиомы заве-
домо не полны в том смысле, что не любой мифоло-
гический или ритуальный факт может быть выведен
из них. Например, в этой книге мы не уделяем долж-
ного внимания законам, относящимся к области вос-
произведения потомства. Очевидно, что многие побу-
дительные мотивы манифестации сознания тесно свя-
заны с этой сферой. Система аксиом должна быть
пополняемой. Но здесь нужна осторожность при вы-
боре новых постулатов. Необходимо следовать извест-
ному философскому принципу, получившему название
бритва Оккаяма": не приумножай сущности сверх на-
добности.

- - - - - - -
3 Фрэзер Дж. Дж. Фольклор в Ветхом
завете. - М.: Полит-
издат, 1989. - С. 185 - 206.
4 Пропп В. Я. Морфология сказки. -
Л.: Асаdemia, 1928. 152 c.

Сам факт повторяемости структуры мифов в раз-
ных концах земного шара, даже у народов, никогда
не имевших контактов друг с другом, свидетельству-
ет, что существует скрытая логика мифа, логика пер-
вобытного мышления.
"Логика мифологического мышления
так же неумолима, как
логика позитивная, и, в сущности, мало чем от
нее отличается.
Разница здесь не столько в качестве логических операций, сколь-
ко в самой природе явлений, подвергаемых логйческому анализу...
Может быть, в один прекрасный
день мы поймем, что в ми-
фологическом мышлении работает та же
логика, что и в мыш-
лении научном, и человек всегда мыслил
одинаково "хорошо"5.

Нидерландский философ Б. Спиноза еще в ХVII в.
предпринял попытку в логической форме исследовать
человеческую душу:

"... без сомнения, покажется удивительным,
что я собираюсь
исследовать человеческие пороки и глупости
геометрическим пу-
тем и хочу ввести строгие доказательства в область таких
вещей,
которые они провозглашают противоразумными,
пустыми, неле-
пыми и ужасными. Но мой принцип таков: в природе
нет ничего,
что можно было бы приписать ее недостатку, ибо
природа всегда
и везде остается одной и той же; ее сила и могущество действия,
т.е. законы и правила природы, по которым
все происходит и
изменяется из одних форм в другие, везде и всегда одни и
те же,
а следовательно, и способ познания природы
вещей, каковы бы
они ни были, должен быть один и тот же, а именно
- это должно
быть познанием из универсальных законов и
правил природы"6,

Сейчас конец ХХ века. Неуклюжие
роботы еще
неумело, но упорно сочиняют стихи и музыку, пыта-
ются понимать речь, распознавать предметы, читают
тексты, рисуют картины, чертят сложные схемы. Пы-
таясь создавать системы искусственного интеллектом,
ученые все чаще задумываются над истоками разума.
В передовых компьютерных лабораториях специалис-
ты занялись необычным делом. Вместо руководств по
программированию они внимательно изучают
старые
философские трактаты. В творческих спорах наряду
с техническими терминами звучат слова "Кант", "Ге-
гель", "Хайдеггер", "Конфуций", "Будда", "санскрит"
и другие, привычные слуху гуманитария. Философы,
строя системы понимания мира, и не подозревали,
что их труды когда-нибудь смогут пригодиться прак-
тическим инженерам. Для установления эволюцион-
ных законов мышления нет другого
пути, кроме
изучения наследия далекого прошлого, данного
нам
в языке. Все тайны и разгадки бытия таятся в языке.
Поэтому просыпается интерес к древним мифам,
по-
этому становятся возможными сиатемыая
мифолагия
и мифическая логика систем искусственного интел-
лекта.

- - - - - -
5 Леви-Стросс К. Структурная
антропология. - М.: Наука,
1983. - С. 206 - 207.
6 Спиноза Б. 0 происхождении и
природе аффектов //Психо-
логия эмоций. Тексты. - М.: Изд-во МГУ, 1984. - С. 29 - 46.

Мы пытаемся определить человека как
логическое следствие общих законов природы. Само существова-
ние таких законов часто ставилось под сомнение и с
негодованием отвергалось, а их поиск мог привести
к трагическим последствиям. Еще тлеют костры
инквизиции. И большинство все еще верит, что чело-
век - великая, вечная тайна, непостижимое творение
вселенских сил. Все это так. Просто кто-то
хочет узнать - каких сил? И что это за сцена, на которой
нам суждено промелькнуть, и кто зрители, неузнан-
ные в темноте, и чей это хор все время звучит?
И если кому-то когда-нибудь удастся услышать
новый мотив, перевернуть еще одну страницу древней
книги, то от этого звезды могут стать только ярче,
а тайны еще притягательней.

ОХОТНИК И ЕГО ЖЕРТВА

Комментарии

к историям Борхеса

"Историй всего четыре. Одна,
самая старая - об укрепленном го-
роде, который штурмуюот и
обороняют герои. Защитники знают,
что город обречен мечу и огню,
а сопротивление бесполезно; самый
прославленный из завоевателей,
Ахилл, знает, что обречен
погиб-
нуть, не дожив до
победы. Века привнесли в
сюжет элементы
волшебства. Так, стали считать, что
Елена, ради которой погибли
армии, 6ыла прекрасным облаком, видением; призраком был
и
громадный пустотелый конь, укрывший ахейцев. Гомеру доведется
пересказать эту легенду не первым...
Данте Габриэль Россетти,
вероятно, представит, что судьба Трои решилась уже в тот миг,
когда Парис воспылал страстью к Елене; Йитс предпочтет мгно-
вение, когда Леда сплетается с богом, принявшим образ лебедя.
Вторая история, связанная с первой, - о возвращении. Об
Улиссе, после десяти лет скитаний по
грозным морям и остановок
на зачарованных островах приплывшем
к родной Итаке, и о се-
верных богах, вслед за уничтожением
земли видящих, как она,
зеленея и лучась, вновь восстает из
моря, и находящих в траве
шахматные фигуры, которыми сражались накануне.
Третья история - о
поиске. Можно считать ее вариантом
предыдущей. Это Ясон, плывущий
за золотым руном, и тридцать
персидских птиц, пересекающих
горы и моря, чтобы увидеть лик
сроего Бога - Симурга, который есть каждая из них
и все они
разом. В прошлом любое начинание завершалось удачей.
Один ге-
рой похищал в итоге золотые яблоки,
другому в итоге удавалось
захватить Грааль. Теперь поиски
обречены на провал. Капитан
Ахав попадает в кита, но кит его все-таки
уничтожает; героев
Джеймса и Кафки может ждать
только поражение. Мы так бедны
отвагой и верой, что видим в счастливом
конце лишь грубо сфаб-
рикованное потворство массовым
вкусам. Мы не способны верить
в рай и еще меньше - в ад..
Последняя
история - о осамоубийстве бога. Атис во Фригии
калечит и убивает себя; Один
жертвует собой Одину, самому
себе, девять ночей вися на дереве, пригвожденный
копьем; Христа
распинают римские легионеры.
Историй всего
четыре. И сколько бы времени нам ни оста-
лось, мы будем пересказывать их - в том или ином
виде"7.

Это простая и вечная тема
- охотник и его жерт-
ва. Древнее, пожалуй, и не бывает. С нее-то все
и
началось. В первом океане Земли простейшие прото-
организмы захватывали своих менее удачливых сосе-
дей, в темных лесах палеолита первобытные охотники
в жестоких схватках добывали себе пропитание,
в древних мифах первые герои не знали сомнений,
поражая врагов. По мере эволюции жизни захват
и
насилие царили повсеместно. Схема охотник
и его жертва,
была формулой существования. И только на
этом хрупком разделе между жизнью и смертью,
только в этой отчаянной дикой борьбе стала
возмож-
ной мысль, стал возможен человек.
До нас не дошли самые ранние
литературные па-
мятники. В песках египетских пустынь погребены;
древние храмы, сгорела Александрийская
библиоте-
ка, разрушена Троя, где-то затерялась мифическая
Атлантида. Остальное доделали орды диких племен
волнами прокатившиеся по центрам древних цивили-
заций. Но нам необходимо заглянуть в еще более да-
лекое, туманное прошлое, когда не было письменного
слова, когда человек с трудом узнавал свои неясные
отражения, а мифы еще ждали своего появления.
Только тогда мы сможем выделить те архетипы мыш-
ления, которые на века определили развитие литера-
туры. Задача, безусловно, трудная, и многие от нее
отступились. Но в нашей охоте мы пробуем новое
оружие, изобретение современной цивилизации, -
алгоритмический анализ. Да и цель мы определяем
достаточно четко: нас интересуют алгоритмы, а более
точно - глобальные схемы алгоритмов мышления
в рамках которых шлоразвитие литературы. Просле-
живая историю вплоть до истоков зарождения созна-
ния человека, анализируя следы того времени, дошед-
шие до наших дней, приходим к выводу: в перврбытном
сознании реализовалась однонаправленная
схема мышления охотник =" действие =" жертва (рис. 1),
Этому много свидетельств.

- - - - - -
7 Борхес Х.
Л. Четыре цикла(/Проза разных лег. - М.: Ра-
уга, 1989. - С. 280 - 281.

В первых наскальных рисунках времен палеолита,
обнаруженных в разных точках нашей планеты,
изображены только животные
- объекты охоты.
Позднее появились сцены охоты - фигурки бегущих
людей, стрелы, звери. В рисунках отсутствуют какие-
либо композиционные сюжетные усложнения. В го-
раздо более поздних древнеегипетских
изображениях
находим отголоски рассматриваемой схемы: могучий
правитапь в битве или на охоте поражает противни-
ков. Более того, он всегда изображен в более круп-
ном масштабе по сравнению с окружающими, он
управляющая сила, ему посвящен и рисунок.
Первые украшения относятся к периоду развития
человека, называемому ориньякским и начавшемуся
примерно 35 тыс. лет тому назад. Найдены многочис-
ленные бусы и подвески из зубов животных того вре-
мени. По всей видимости, люди ориньякского перио-
да пытались наделить себя особыми качествами жи-
вотных, из зубов которых - делались украшения.
Предпочтение отдавалось в основном хищникам. Тем
самым человек подчеркивал свой образ охотника.
Можно с уверенностью, предположить, что первые
жестовые и звуковыерассказы в первобытные време-
на имели сюжет бесхитростый, но от этого не менее
трагичной и величественной темы "охотник и его
жертва". Человек, возбужденный после охоты или го-
товящийся к предстоящей битве, передразнивал все-
ми доступными ему выразительными средствами
жестокую реальность. Такое стихийное
копирование
играло роль необходимой тренировки, но его можно
рассматривать и как первое проявление творчества.
И, конечно, при этом многократно закреплялись наи-
болееудачные, вначале случайно найденные приемы
охоты, например использование острых камней, палок
и других орудий. Сохранившиеся наиболее древние
ритуальные обряды африканских и южноамерикан-
ских племен в большинстве своем посвящены теме
охоты.
Формирование схемы мышления охотник="дейт-
вие=" жертва исторически шло в обратном порядке.
Сначала стало четко осознаваться абстрактное поня-
тие объекта охоты, жертвы, затем в сознании начал
фиксироваться сам акт охоты. Это еще фаза звери-
ного мышления. Позже человек осознал себя охотни-
ком, увидел в других таких же охотников. Даже если
охота была неудачной и охотник погибал, все равно
в сознании соплеменников он погибал, оставаясь охот-
ником. Схема приобрела завершенность. Появились
два общих абстрактных понятий - охотник и жертва.
С этого момента можно говорить о
появлении чело-
века. Мы не знаем и, наверное, никогда не узнаем,
сколько веков потребовалось для закрепления
зтой
схемы, мы до сих пор не знаем, как происходит гене-
тическая передача схем мышления, не знаем, в каких
структурах мозга они формируются, но знаем
точно,
что они существуют, а сейчас мы даже
в состоянии
уловить их общий вид. Первобытный
человек уже
может оперировать понятиями из
основной схемы
мышления, учить других, показывать повадки
живот-
ных и приемы охоты. Он может
показать (расска-
зать), как он охотился на медведя, а затем - как
медведь охотился на него. Но это будут два разных
разказа. Мышление на том зтапе развития не было
в состоянии воспринять два подобных действия в од
новременном единстве. Схема мышления динамична.
Это означает, что она может, в любой момент генери-
рироваться в сознании в новых вариантах, учитываю-
щих уже выполненные действия и прежний опыт. Это
базисная единичная схема мысли.
Так как схема охоты стала доминирующей осо-
бенностью мышления, она переносится на все случаи
жизни. Охотником уже воспринимается другой охот-
ник, воин со своими специфическими правилами охо-
ты на людей, женщина, собирающая корни и травы
и даже зверь, нападающий на человека. Любое на-
правленное действие понимается как вариант охоты.
Ничто другое в голову и прийти не может, так как в
мышлении нет других схем и других абстрактных по-
нятий. Собирание или изготовление острых камней -
охота за нужными камнями; солнце охотится за звез-
дами, ночь за солнцем, луна, хозяика ночи, охотится
за тем, что скрыто ночью. Первобытное знание сво-
дится к поиску в фактах реальности охотника, пра-
вил охоты и жертвы. Из жизненного опыта ищутся
аналогии, объясняющие поведение охотников и жертв.
Из рассматриваемой формулы мышления следует,
что в первобытном сознании с неизбежностью возни-
кает одушевление многих неодушевленных предметов.
Все они когда-то встречались в опыте первобытного
человека в ситуации, связанной с их направленным
действием, а все объекты, классифицируемые как охот-
ник или жертва, воспринимаются первобытным созна-
нием одушевленными. Камень-охотник, если его по-
просить, сам летит в цель, а жертва, если в это пове-
рить, не сможет избежать поражения. Где-то в этом
периоде следует искать зарождение понятия души.
Оно связано с одушевлением мертвых. Смерть вос-
принимается как уход человека (его души) в другой,
темный мир. Так как живой или мертвый человек
для древних представлял одну и ту же сущность, то,
и душа у живого или мертвого одна и та же.
Между тем в это время незаметно готовится новое
загадочное дейстие. На сцене мира бесшумно появ-
ляются первые боги. Зверь, уничтожаемый охотником,
И зверь, уничтожающий охотника, дающий пищу и
отнимающий жизнь, зверь - жертва и зверь - охот-
ник, два образа, непрерывно сопровождающих чело-
века, противоречивых при одновременном сближении
в первобытном мышлении, приобретая абстрактный
характер сливаются в один новый символ, приводят
к появлению нового архетипа сознания. Это абстракт-
ное понятие одушевляется по старой схеме и тут же
с логической необходимостью приобретает статус
необычного существа, по своему желанию помогаю-
щего человеку и карающего, а значит всемогущего,
по крайней мере в вопросах охоты, жизни и смерти
человека.
Отсюда животные-тотемы в индейских плелеменах, по-
клонение священным животным в древних восточных
религиях, полулюдоедский-полузвериный облик более
поздних египетских богов.
В схеме первобытного мышления образ бога все-
гда подставляется в управляюую часть, отводимую
месту охотника. Так жертва вдруг обернулась охот-
ником, а люди прониклись мыслью строительства
храмов и жертвенных алтарей. В мире идей возник
новыи управляющий образ, а человек впервые ощу-
тил себя постоянной жертвой собственного творения.
Позднее, когда первобытный человек начал посте-
пенно освобождаться от власти дикого леса, образ
зверя потускнел и стал вытесняться противоречивым
образом человека - свирепого врага и миного сози-
дателя. Тут же и боги изменили обличье: в стане бо-
гов-зверей появились новые боги, имеющие людское
подобие. Почти сразу они заняли главенствующее по-
ложение.
Схема мышления охотник ="действие=" жертва
получает широкое конкретное развитие и распадаешься
на множество частных подсхем. Жертва перестает
обязательно означать кровавый итог - это уже то,
что сейчас мы бы назвали целью. Охотник уже бли-
же к объекту - генератору действия, а жертва -
объект, на который оно направлено. Начали возни-
кать новые имена, обозначающие новые варианты
охоты и ее участников. Из зтой схемы мышления
возникли структуры простых предложений, отражаю-
щие направленное воздействие одного объекта на
другой. Образовался грамматический род. Появился
язык. Стали возможными мифы.
Возникновение языка многие связывают с темой
охоты. Х. Л. Борхес в очерке "Кеведо" приводит вы-
сказывание Честертона по этому поводу: ""Язык -
это факт не научный, а художественный; его изобре-
ли воины и охотники, и он гораздо древнее науки" 8.
Формула однонаправленного первобытного мыш-
ления хорошо объясняет единство структур древних
мифов разных народов, до сих пор удивляющее ис-
следователей. Окружающий мир для первобытных
народов в основном одинаков. Схема мышления одна
и та же. Территориальные особенности, различия в
животном и реальном мире проявляются
на уровне
конкретной реализации основной схемы
понимания
мира. Сами же реликтовые мифы -
это повторы и
комбинации общей темы "охотник и
его жертва"9.

- - - - - -
8 Там же - С. 208

Например, в древних мифах всегда заранее выделя-
ются охотники и жертвы. Освободить
жертву или
убить охотника может другой, более сильный
охот-
ник. Совершить действие, явно непосильное человеку,
например достать землю из океана, оторвать небо от
земли, может только могучий охотник в ранге боже-
ства.
Пр и человеческих жертвопрношениях древние
жрецы предпочитали иметь дело с потенцниальными
жертвами: слабыми детьми и молодыми девушками.
сильного охотника трудно представить в виде жерт-
вы. Возможно, мужественный воин Марк
Курций по-
спешил принести себя в жертву, верхом на коне
в
полном вооружении бросившись в разверзнувшуюся
на римском форуме пропасть, хотя он этим наверня-
ка спас жизнь нескольким красивым девушкам
10.
В действительности возможен вариант, когда просто
его конь споткнулся и упал вместе со
всадником,
а невнятный крик случайные зрители
истолковали
как признак воинской доблести и позднее сочинили
легенду.
Действующие в мифах лица в каждой
отдельной
ситуации всегда сохраняют принадлежность к
зара-
нее определенному типу охотника или жертвы.
Один из самых древних и устойчивых европейских
религиозных культов посвящен богине охоты.
С ним
связан жестокий обычай, просуществоваший века.
В священной роще Лесной Дианы,
неподалеку от
итальянской деревушки Неми, одинокий
мрачный
жрец с мечом в руке день и ночь охранял священное
дерево, отождествляемое с самой богиней. Опасения
немийского жреца были не напрасны - место его мог
занять только другой человек, убивший его. В свою
очередь убийцу когда-нибудь сменял другой убийца-
жрец. Удивительно, но претендентов на "должность"
немийского жреца было довольно много /11 Наследо-
вание через убийство - наиболее яркая демонстрация
устойчивости схемы мышления охотник и жертва..

- - - - - -
9 Многочисленные примеры древних
мифов, подтверждающие
сказанное, можно найти в книге: Тайлор Э. Б. Первобытная куль-
тура. - М., 1989. - С. 573.
10 Это предание приводит римский историк Тит Ливий.
Исто-
ия случилась в 392 р, до н. э. На римском форуме разверзлась
пропасть. Решили, что боги требуют то, в чем
главная сила
Рима. Молодой воин Мларк Курций объявил, что сила Рима -
в воинской доблести, и бросился в пропасть.

Интересны ранние
мифологические объяснения
мира и явлений природы. В
этом случае все также
основывается на рассматриваемой
формуле перво-
бытного мышления. Возьмем,
к примеру, многочис-
ленные мифы о солнце или
похищении огня для лю-
дей. Это мифы о возвращении и
освобождении, защи-
те и путешествиях. Они строятся
по логике следую-
щей схемы. Солнце исчезает, значит,
оно жертва, за-
хваченная сильным охотником.
Солнце возвращает-
ся - значит, его освобождает другой,
более сильный
охотник. Охотники, способные справиться
с похитите-
лем солнца, - боги или герои в ранге
божеств. Иногда
им необходимо совершать длительные
путешествия в
погоне за светилом, они не должны
бояться солнеч-
ного огня и власти ночной
тьмы. Остается подставить
имена богов и выбрать вариант
освобождения, наибо-
лее соответствующии природному
окружению того
или иного народа. Такой схеме подчиняются
все из-
вестные ранние "солнечные"
мифы североамерикан-
ских индейцев, - новозеландских,
австралийских и
африканских племен.
В древности затмения Солнца или
Луны всегда
ассоциировались с поглощением их каким-нибудь зве-
рем. До недавнего времени в туземных племенах во
время солнечного затмения люди поднимали крик и
стреляли в небо из луков, отгоняя напавшего зверя,
а на языке бразильских индейцев тупи затмение пе-
редается словами "Ягуар съел солнце".
Представления древних о
царстве мертвых несут
отпечаток схематического образа чудовища, пожи-
рающего солнце, туда же отправляются и мертвые
люди. Страшные врата греческого Аида: символизиру-
ют пасть чудовища, у скандинавов богиня смерти
Гела устрашает жертвы широко раскрытой пастью
санскритское слово, означающее вечер, дословно пе-
реводится как "рот ночи". У тех народов, которые
тысячелетиями наблюдали закат солнца над необо-
зримой водной гладью, над великими озерами, река-
ми морями и океанами, сформировалось представля-
ние о водной преграде, отделяющей царство мертвых
от мира людей: у греков это река Стикс, у египтян
озера и реки мертвой страны Запада.

- - - - - - -
11/ См,: Фрэзер Дж, Дж, Золотая
ветвъ. - М.: Политиздат,
1983. - С. 703.

Со временем в "солнечных"
мифах светило может
заменяться другим ярким образом. Орфей
спускается
в Аид, чтобы вернуть "сияющую" Эвридику; Ясон
до-
бывает золотое руно, покорив
изрыгающих пламя
меднокопытных быков; Геракл дает проглотить себя
морскому чудовищу, убивает его и освобождает пре-
красную деву Гесиону; Персей также убивает мор-
ское чудище и освобождает красавицу
Андромеду,
впоследствии превратившуюся в созвездие; в
русских
сказках герои освобождают красавиц с
золотыми во-
лосами. По аналогичной схеме строятся
ранние мифы
о сезонных изменениях в природе.
Как только первые боги укрепились в
своей управ-
ляющей связи, стало меняться мышление
человека.
Теперь уже, убивая животное или поражая
врага, он
оглядывается на бога - каково его отношение
к это-
му действию? Абстрактное и конкретное
понятия еще
не отделены друг от друга и взаимозаменяемы
в со-
знании древних. Убивая зверя охотник
убивает ча-
стицу собирательного образа бога
воплощенную в
жертве. Необходимость возместить эту
часть для
умиротворения бога частичной или
полной заменой
жертвы или имитацией приводит к
обычаю ритуаль-
ных подношений и жертвоприношений.
Становится
понятным высказывание Вячеслава Иванова
"Жерт-
ва древнее бога":

"... бог древнее своей истории, а жертва
древнее бога; но и в
жертве, и в боге, и в мифе о боге одно сохранилось
нетронутым
и изначальным: обоготворение страдания и
смерти жертвенной, -
религиозный зародыш поздней трагедии,
восходящей своими на-
чатками до темных времен обрядового человекоубиения
и чело-
векопожирания" /12

Мир жертвы, преломляясь в сознании первобыт-
ного человека через понятие божества, проецируясь
на управляющую связь от богов к человеку, начинает
вызывать обратное влияние на сознание. Возникает
слабая отрицательная обратная связь от жертвы
охотнику. Слабая, так как она не определяет поведе-
ния охотника. Он поступает, как поступал раньше, -
в течение веков. Единственное отличие - ему теперь-
приходится мысленно соотносить свои действия с до-
минирующим архетипом сознаня. Итак, формула
мышления позднего первобытного человека после по-
явления концепции бога приобретает новую особен-
ность: она включает в себя слабую обратную связь,
направленную от жертвы к охотнику. На этом закан-
чивается раннее детство человечества.

- - - - - -
/12 Иванов Вяч. Эллинская религия
страдающего бога // Эсхил.
Трагедии. - М.: Наука, 1989. - С. 310.

С развитием общества продолжается конкретиза-
ция старой схемы мышления, обогашение ее разнооб-
разными частными случаячи. Схема понимания мира
распадается на огромное множество подсхем. путе-
шественник - охотник за сказочными дарами, влюб-
ленный - охотник за призрачными чувствам, фил-
соф - охотник в царстве идей, вопрос - охотник за
ответом. В сознании человека укрепилось множество
независимых абстрактных понятий. Охотник и объект
его преследования: это уже некоторые переменные
величины, принимающие значения в конкретных про-
явлениях. Сохранив общую форму первоначальной
метасхемы, мышление преобразует ее в более удоб-
ный вид: объект - генератор действия =" действие ="
объект-цель. Это уже формула раннего античного
мышления. Здесь мы впервые встречаемся с Гоме-
ом /13
Сложная охота требует
многократного примене-
ния схемы охоты с разными охотниками
и жертвами.
В повествование входят перечислительные
конструк-
ции. Отдельные эпизоды, имеющие собственный
неза-
висимый сюжет, компонуются в линейной
последова-
тельности, образуя сложное мифологическое
описа-
ние. Перечисляются подвиги
Геракла, приключения
хитроумного Одиссея и других героев.
Стремление к
объединению независимых частей
в единое целое
приводит к рождению странных мифологических
су-
ществ. Появляются кентавры, сфинксы,
сирены, хи-
меры.
Забыты звериные боги.
На Олимпе разместились
могущественные человекоподобные существа. Они
живут такой же жизнью, как
и люди: сорятся,
воюют, интригуют, помогают и мешают
людям. Мир
богов и людей в
сознании тесно переплились. От
этого влияние управляющей связи от богов к челове-
ку только усиливается, а значит, усиливается и влия-
ние обратной связи в основной схеме мышления. Воз-
никает довольно сложная, но еще слабая рефлексия
образа жертвы в сознании охотника. Обратная связь
в алгоритмах мышления хотя и присутствует, но
отнюдь не доминирует. В "Илиаде" Ахиллес убивает
главного защитника Трои Гектора, а затем вместе с
его отцом проливает слезы. "У Гомера есть Приам,
который лобзает руки Ахиллеса убийцы"

- - - - - - -
/13 Гомер творил, преположительно, в XIII в. до
н. э. Троян-
скаю война датируется приблизительно ХII в. до н. э.

/14. Даже
когда Приам взывает к Ахиллесу, умоляя выдать ему
за большой выкуп тело сына, Ахиллес плачет только
потому, что вспомнил своего отца, затем резко пере-
ходит в другое состояние и начинает пир. Все мно-
гочисленные эпизоды, из которых композиционно по-
строены тексты Гомера подчинены схеме охотник и
его жертва со слабой обратной связью. Герои по оче-
реди выступают в роли охотника, то в
роли жерт-
вы, в каждой схватке заранее определяется победи-
тель, с подробностями описываются сцены
насилия
(битва в "Илиаде", расправа над женихами в
"Одис-
сее"). Герои без колебаний совершают свои действия.
Боги заранее предсказывают судьбу героев: победи-
тель - Ахиллес - знает, что скоро придет и его черед
уходить в царство теней; Гектор узнает своего убий-
цу; Гомер знает, что Троя падет.
Нам мало что известно о
самом Гомере - слиш-
ком велика пропасть времени,
разделяющая нас.
Воин, поэт, певец, знаменитый слепой
декламатор,
зачинатель античных трагедий, рассказывающий
еще
более древние мифы, - ему принадлежат первые
стро-
ки всемирной литературы. Борхес пытался
вообра-
зить одну его ночь:

"В той ночи, в которую погружались его смертные
глаза, его
уже ждали любовь и опасность, Арей и Афродита, ибо
уже уга-
дывался, уже подступал к нему отовсюду шум
славы и гекза-
метров, крики людей, защищавших храм, который не спасут боги,
и скрип черных кораблей, искавших зачарованный остров,
и гул
"Одиссеи" и "Илиады" - ему суждено воспеть их и запечатлеть
в человеческой памяти. Мы знаем об этом, но не знаем, что
он
ощущал, когда уходил в последнюю тьму" /15

Античные мудрецы,
поучаемые Платоном, сочиня-
ют философские диалоги. Диалогическая форма мы-
шления - типичная схема взаимодействия с устойчи-
вой слабой обратной связью. Вопрос - активное
управляющее воздействие, ответ - слабая отрица-
тельная обратная связь, уничтожающая вопрос, ответ
заранее предопределен вопросом. Чтобы рассуждать,
античному мыслителю необходимо видеть другого со-
беседника, по крайней мере предполагать его. В каж-
дой из поэм, "Илиаде" и "Одиссее", около 75 говоря-
щих персонажей, более половины текста занимают
речи и реплики. Длительное размышление затухает
без подкрепления обратной связью. А ее можно полу-
чить только от другого образа, на который направ-
лено мышление.

- - - - - - - -
/14 Борхес Х. Л. Кеведо// Проза разных лет. - С. 206.
/15 Борхес Х. Л. Творець // "Всесвiт". - 1989. - Э
8. - С. 15.

Мышление человека того времени было ориенти-
ровано на устное слово.
Литературные произведения
предназначались для исполнения голосом.
Такое вос-
приятие предполагает слушателя
- хотя бы самого
себя. Чтобы осознать образ, скрытый за письменным
знаком, его необходимо произнести. Только к концу
IV века н. э. письменное слово приобрело независи-
мость. Блаженный Августин
зафиксировал этот мо-
нумент. Его учитель, святой Амвросий,
удивлял совре-
менников тем, что читал молча: "Инеобычайное зрели-
ще: сидит в комнате человек с книгой и читает, не
произнося слов" /16.
Пришло время трагедий. Во многих
литературных
произведениях от древности до наших дней централь-
ное место занимают действия, совершаемые из чувст-
ва мести или ревности. Желание отомстить - очень
раннее чувство, возникшее в период, когда человек
уже обладал зачатками мышления, но еще не созна-
вал необратимость хода времени и событий. У зверей
чувства мести нет. Месть возникает из реликтового
рефлекса уничтожить источник неприятных раздра-
жений. Если есть некая жертва, являющаяся сущест-
венной частью мира человека, то естественным обра-
зом появляются отрицательные эмоции, связанные
с
понесенной утратой, человек пытается
уничтожить
вызывающую их причину. Его действие
направлено
против того, кто послужил источником этих эмоций.
Для древних достаточно было наказания убийцы
или
разрушителя, чтобы вновь перейти в состояние спо-
койствия. Так маленькие дети непроизвольно могут
ударить камень, о который споткнулись. В "Илиаде"
Ахиллес после гибели Патрокла больше думает о на-
казании Гектора, убийцы своего друга, чем о Патрок-
ле. Осознание факта бесполезности подобных дейст-
вий пришло гораздо позже, вместе с тихими пропове-
дями Христа.

- - - - - - - - -
/16 Борхес Х. Л. 0 культе книг// Проза разных
лет. - С. 220.

С местью и ревностью в мир человека
входит лю-
бовь и красота. Любовь - сознательное чувство,
кор-
нями уходящее в дикие времена охотников
и жертв.
От давних времен остались глиняные фигурки
палео-
дитических Венер, не имеющих никаких
персонифи-
цирующих признаков лица.
"Чувство пола было чувством всей
тайны, подос-
новою всех боговещих, внечеловеческих переживаний
духа. Ибо в то время, как любовь выбирает и обособ-
ляет личность, ее корни глубоко уходят в хаос без-
личного. Половая страсть, на миг прозревшая
свет-
лым оком любви, остается сама по
себе темной и
слепой. В каждом отдельном соединении
индивидуу-
мов весь пол ищет всего пола, идея рода торжествует
над идеей особи, и любящиеся с изумлением
и ужа-
сом открывают в своей страсти символы
и эмоции
первобытной, первозданной вражды, положенной
между двумя полюсами животной природы.
Древнейшие указания обнаруживают первобыт-
ную войну полов... Девы Ламоса нападают, с кинжа-
лами в руках, на мужчин, жрец Орхомена
с мечом
преследует женщин... менады, по живописи на вазах,
отбиваются тирсами от настигающих
сатиров или
сами пускаются за ними во враждебную погоню... " /17
Богини часто
убивали возлюбленных после пер-
вои же ночи. Так поступала вавилонская
богиня
Иштарь; египетская богиня Изида убила своего воз-
любленного Манероса; по фригийскому мифу
Матерь
богов Рея Кибела из ревности ввергла Атиса в без-
умие, и он сам убил себя; Афродита в образе вепря
убивала своих возлюбленных; по воле Артемиды
со-
баки растерзали влюбленного в нее Актеона;
из-за
любовной истории от стрелы Артемиды погиб
вели-
кан Орион.
У многих народов сохранился обычай
символичес-
кого похищения невест, уходящий корнями
в дале-
кие исторические традиции древних охотников. Жен-
щины инстинктивно предпочитают физически здоро-
вых преуспевающих мужчин. "Отсюда успех у прин-
цев и военных" /18.

- - - - -
/17 Иванов Вяч. Эллинская религия страдающего бога. - С. 341.
/18 Стендаль. 0 любви (( Психология эмоций:
Тексты. - М.: Изд-во МГУ, 1964. - С. 286.

Любовь - загадочное чувство, усложняющееся
по
мере развития сознания человека и отражающее все
особенности схемы мышления. В поэмах Гомера нет
места любовной лирике. Могучий Ахиллес подчиня-
ется Агамемнону и после ссоры, печальный, но спо-
койный, отдает ему любимую пленницу. Мы почти
ничего не знаем о Елене Прекрасной, хотя она дочь
главного бога, самая прекрасная женщина
мира и
из-за нее началась многолетняя война. С самого рож-
дения Елене отведена роль молчаливого дорогого
(цена - жизнь героев) переходящего приза победи-
телю. Сначала ее, совсем еще юную, выкрал Тесей,
затем освободили братья-близнецы Диоскуры.
Мно-
гие герои добивались ее руки, но победил царевич
Менелай. Парис похитил Елену и увез в Трою. После
его гибели еще до окончания войны
Елена вышла
замуж за брата Париса Деифоба.
В день падения
Трои Елена предала Деифоба и вернулась с Менела-
ем и Спарту. После смерти Менелая она
бежала на
остров Родос и там умерла. По одной из версий, боги
воскресили ее, и она стала женой Ахиллеса.
Гете
пытался продолжить историю Елены - вызвал
ее из
далеких времен и наградил ею Фауста. Кого любила
Елена, неизвестно. Одни считают, что она всегда лю-
била Менелая, другие отдают предпочтение Парису,
третьи полагают, будто Парис выкрал призрак
Еле-
ны, а ее настоящую боги укрыли в египетском храме.
Так же и Пенелопа - только символ долгого ожида-
ния. Описание человеческих страстей и психологичес-
кого состояния человека в высшие моменты духовных
проявлений - это уже достояние следующих
страниц
истории, начинаемых с эпохи Эсхила /19. А
маленький
охотник Эрос до сих пор метко посылает в цель свои
стрелы.
Появление афинских
трагедий стало возможным,
когда в сознании человека закрепились обраные свя-
зи, обеспечивающие активное сопереживание образу,
на который направлено мыщление. В основе трагедии
лежат сопереживания жертве и действия, вызывае-
мые этим чувством. В
гомеровский период людьми
еще полностью управляют боги. Через
какую-то сот-
ню лет олимпийские боги постарели,
и человек вдруг
обнаружил, что почти всегда,
даже в собственных
страданиях, может обходиться
без них. " Ипослегоме-
ровская поэзия находит ответ на
вопрос, как человек
теряет способность здравого размышления
без воз-
действия извне: промах, заблуждение
совершаются в
самом человеке, внутри его, безо всякого вмешатель-
ства " /20

- - - - - - - -
/19 Это знаменитый V
век до н. э. в Афинах творят "отец
трагедии" Эсхил (526 - 456 гг. до н. э. ), "отец комедии" Аристофан
(ом. 445 - 385 гг. до н. э. ), "отец истории" Геродот
(ок. 525 -
456 гг. до н. э. ). Следуя Эсхилу, трагические
мифы разрабаты-
вают Софокл (496 - 406 гг. до н.
э. ) и Еврипид (около 480 -
406 гг. до н. э. ). Размышляет о сути
бытия знаменитый философ
Сократ (469 - 399 гг. до н. э. ), вступает в век своей славы Платон
(427 - 347 гг. до и э )

Сюжетные построения трагедий в основном
пред-
определены основной схемой мышления и
имеют вид
циклического повторения основного
мотива темы
"охотник и его жертва".
Охотник становится жертвой на следующем
этапе
развития сюжета. Каждый последующий этап
подго-
товлен предыдущим и выражает влияние запазды-
вающей обратной связи от жертвы к охотнику. Зара-
нее предугадать последствия действии было невоз-
можно, так как мышление сориентировано на деиствие
а не на анализ обратных последствий.
Вот наиболее известная история.
Парис, сын тро-
янского царя, с помощью
богини любви Афродиты
выкрал Елену у спартанского
царя Менелая. Аргос-
ский царь Агамемнон, брат
Менелая, организует по-
ход против Трои и в конце
концов через десять лет
осады разоряет ее. Попутно он приносит
в жертву бо-
гине Артемиде собственную
дочь Ифигению. Клитем-
нестра, жена Агамемнона,
мстит за смерть дочери:
сговорившись со своим
любовником Эгисфом, она
убивает Агамемнона. Орест,
сын Агамемнона и Кли-
темнестры, убивает мать и
Эгисфа. Богини мести
Эринии преследуют Ореста
за убийство матери. На-
конец, внешняя сила пытается
прекратить цепочку
кровавых жертв. Богиня
Афина собирает ареопаг,
и там голосованием Орест
оправдан. Мнения людей
разделились, и только голос
Афины спас Ореста от
Смерти.
Знаменитый цикл трагедий Эсхила "Орестея" опи-
сывает умерщвление Агамемнона, месть и оправдание
Ореста. Мышление греков в послегомеровский период
изменилось. В отличие от "Илиады"
и "Одиссеи" в
афинских трагедиях внимание
сосредотачивается во-
круг душевного состояния героев и
оценки их дейст-
вий, сцены насилия
представлены фрагментарно
"охота" уже не главное, самое важное - загадочная
логика роковых событий и эмоции, вызываемые ими.
Чувство просветления и очищения, вызываемое
у
зрителей трагедиями (греки называют его катарси-
сом), возникает в результате активного сопережива-
ния жертве. Вначале трагедии порождают в человеке
ослабленные эмоции ужаса, боли, страха и гнева за-
тем устраняют их древним способом апостериорной
ликвидации виновника этих эмоций. Это как яд, кото-
рый в малых дозах - лекарство.

- - - - - - -
Ярхо В. Н. На рубеже двух
эпох // Эсхил. Трагедии. -
М.: Наука, 1989. - С. 485.

Одновременно с трагедиями в античной Греции
появились комедии. Комедию можно рассматривать
как вар иант плутовской псевдотрагедии.
Выбирается
ослабленный тип бед, грозящих героям: женитьба
против воли, потеря богатства, строптивая жена и т.п.
Действие построено по общему принципу. Охотник
гоняется за жертвой, но всем, кроме него, с самого
начала известно, что на самом деле он - настоящая
жертва, а те, кого он преследует, - веселые охотники,
загоняющие его в расставленные ловушки. Такой
охотник не страшен. Несоответствие его замыслов и
реальных результатов вызывает смех своей неле-
постью.
Теперь о самоубийстве богов. В древности люди
легко обращались с жизнью - погибали в войнах,
казнили рабов, совершали человеческие жертвопри-
ношения. Вплоть до гомеровских времен нигде не
упоминается самоубийство людей. Это также отраже-
ние доминирования - одностороннего направления
мышления. Нет самоубийств на почве несчастной
любви. Они появятся вскоре, но после гомеровского
периода. Личное физиологическое "я" древние обыч-
но ставили в управляющее место в схеме мышления.
Только богам иногда разрешалось управлять этим
"я". И вполне возможно было
религиозное самопо-
жертвование под влиянием внешней, внушенной идеи.
Этим часто пользовались жрецы,
совершая кровавые
ритуалы. Этим объясняются также
вынужденные са-
моубийства рабов и людей, попавших
в невыносимые
условия существования. Такое самоубийство есть ва-
риант последней молитвы, основанной
на призрачной
древней вере, что где-то там
далеко, в загадочной
стране снов и видений, в стране богов и героев, отку-
да нет возврата, откуда все пришли и куда
все уйдут,
где все растворяется в
необъяснимой прозрачности
мысли, куда можно войти только
через одну страш-
ную темную дверь - через смерть,
там вечные боги
даруют новую, лучшую жизнь. Правда,
Сократ созна-
тельно принял яд цикуты, - но только после
того, как
уже был осужден на смерть.
Самоубийства (имеются
в виду те, которые совершаются сознательно,
в здра-
вом, но, возможно, потревоженном уме,
в незаметной
тиши размышлений о смысле жизни
и своем месте в
ней) требуют достаточно сильной
обратной связи,
исходящей от роковой идеи, овладевшей сознанием,
и направленой к образу личного "я", осознаваемого
человеком. Самоубийство требует одновременного
присутствия в сознании по меньшей
мере двух управ-
ляющих "я" одно из которых
вторичное, голосующее
против жизни и побеждающее
естественное физиоло-
гическое "я". Наличие другого управляющего
"я" у
человека - это уже болезнь, безумие.
Поэтому древние
(до нашей эры) всегда связывали
самоубийства с
безумием. Иное дело боги. Они могли
быть безумны-
ми. Эта болезнь для них естественна.
При обращении
сознания человека к богу тот
всегда представлялся
"главным охотником". Экстраполируя свой
способ
мышления на богов, человек
мог представить бога
только с сильной управляющей
связью, направленной
на любой объект его восприятия. Если
бог занят раз-
мышлением о себе самом или о
другом, равном ему,
боге или о равной ему идее, в его
божественном со-
знании одновременно должны
возникнуть два силь-
ных управляющих образа. Один из них вполне
может
победить другой, и поэтому жертвой бога может
стать
сам же бог. Первые самоубийства
совершали боги и
герои, равные им.
Даже к идее самоубийства
богов древние авторы
подходили постепенно. Сначала в
сказаниях преобла-
дали темы родового убийства. Один
из самых древ-
них египетских мифов о уийстве бога
Осириса за-
вистливым братом Сетом был заимствован
из историй
эпохи древнего царства (более 2000 лет
до н. э. );
древнейшее доолимпийское божество
Кронос, пожи-
равшее собственных детей, было-изувечено
и низверг-
нуто своим сыном, знаменитым Зевсом; могуществен-
ная волшебница Медея разрубила на
части собствен-
ного брата, обманом заставила
детей царя Пелия
сделать то же с их отцом, из ревности
на глазах Ясо-
на убила собственных детей.
Мифы изобилуют подоб-
ными примерами.
Затем древние авторы
стали опробовать тему са-
моубийства богов и героев.
Один из героев троянской
войны Аякс, оскорблен-
ный тем, что доспехи погибшего Ахиллеса присудили
не ему, а хитроумному Одиссею, впадает в безумие и
перерезает стадо скота, думая, что расправляется с
судьями. Придя в себя, он бросается на меч, чтобы
смыть бесчестье, с трудом поражает себя (с трудом,

в свою волшебную львиную шкуру, тем самым сделав
Аякса неуязвимым).
Характерны самоубийства
богов природы, расти-
тельности, виноделия и плодородия. В этих мифах
отражено одушевляемое древними циклическое воз-
вращение времен года, умирание и возрождение
рас-
тительности. Атис (фригийское божество природы),
из ревности ввергнутый богиней Кибелой в безумие,
убивает себя и вновь возрождается в виде сосны.
С многоликим эллинским богом Дионисом - наибо-
лее ярким представителем древнейшего культа пло-
дородия, растительности и виноделия - связана тема
дионисийского безумия и самоубийства. "Принесение
в жертву Дионису его самого, через посредство им же
вдохновленных и исполненных, являющих собою
его же аспект служителей бога страдающего, состав-
ляло мистическое содержание Дионисова культа"/21.
Дионис часто появлялся в облике козла, и в жертву
ему эллинские жрецы также предпочитали приносить
козла. Бог пожирающий свое подобие (самого себя),
в представлении древних не мог не быть символом
безумия - все, кто с ним общался, заражались без-
умием. Женщины, нимфы, менады, вакханки, пора-
женные дионисийским безумием, в экстазе убивают
собственных детей, с ножами и тирсами нападают на
мужчин, совершают самоубийства. Так через само-
убийство бога мысль приходит к самоубийству лю-
дей. "Плутарх сообщает об эпидемии самоубийства
среди милетских девушек: они тайно лишали себя
жизни через удавление - род самоубийства, несом-
ненно связанный с религиозными преданиями"/22.

- - - - - - - -
/21 Иванов Вяч. Эллинская религия страдающего
бога.
с. 332.
/22 Там же. - С. 323.

Одно из первых любовных самоубийств совершает
жрец дионисийского культа. По легенде,
жрец Корес
влюбился в девушку
Каллирою, она отвергла его.
Жрец обратился за помощью
к своему богу. Дионис
поразил город безумием. Додонский
оракул предска-
зал, что необходимо принести в
жертву или Калли-
рою, или того, кто готов умереть за
нее. Корес зано-
сит над девушкой нож, но
в последний момент прон-
зает собственную грудь. Безутешная
Каллироя бро-
сается в реку.
Обряд священнодействия в богослужении
Дионису
совершался всей общиной
и назывался оргией. Смех
и плач экзальтированной толпы соединились
в этом
служении. "Что древнее, что изначальнее
- этот плач
или этот смех, жертва или пляска, тирс-копье или
тирс упоений, зимний плющ или весенняя
роза, гроб
или точило виноградное? " /23
Празднества
Диониса в Греции
происходили
весной, когда бог вновь возрождался
вместе с просы-
пающейся природой. По времени эти празднества со-
ответсствуют христианскому празднику
воскресения
Христова. Интересно, что, по данным современной
клинической психиатрии, число
самоубийств весной
возрастает /24.
Боги, безумие и смерть образовали устойчивую
для античного -
мышления ассоциативную связь.
В Древней Греции с религиозным почтением
отно-
сились к больным эпилепсией, считая, что в них все-
ляется бог. Прорицатели часто впадали в состояние
исступления. Дельфийский оракул вещал устами
жрицы-пифии, сидящей на золотом
треножнике и пре-
бывающей в экстатическом состоянии.
Безумная Кас-
сандра предсказывает собственную
смерть и смерть
Агамемнона:

Богом объятая, что, исступленная,

Зришь впереди, душа?

Что поешь? Смерть свою!.. /25

Считалось, что в состоянии вдохновенного экстаза

человеку могут открыться высшие божественные

истины. Платон рассматривал философствование как

религиозное священнодействие, а Гераклит Темный

- - - - - - -

Там же.
- С. 314.

Клиническая
психиатрия / Под ред. Н. Е. Бачерникова, -
Здоровье, 1989. -
С. 462.
Эсхил. Трагедии, -
М.: Наука, 1989. - С. 107.

еще раньше считал мышление разновидностью
паду-
чей болезни.

Итак, в представлении древних
боги обладали
более изощренным мышлением, чем человек.
Но очень
скоро люлд заняли место богов.
Мышление человека
обрело способность строить сильные обратные
связи.
Теперь любая охота опасна, теперь нет
однозначных
ответов. Кто более велик - охотник, следующий древ-
нему инстинкту нападения, или жертва, гибелью
сво-
ей уничтожающая охотника? Или
обе эти жертвы
равны перед лицом того, кто выше их?
Прошли вре-
мена веры, богов и героев. Стали
возможными раз-
рушения храмов, самоубийства людей, миражи
влас-
ти, загадочные переплетенья сюжетов,
тупики про-
странства и времени, зеркальные
лабиринты, лаби-
ринты зеркал, отражения в отражениях, сны
в снах,
иллюзии чувств, ностальгия по прошлому,
жертво-
приношения будущему, компьютеры,
думающие, что
они думают. Стала возможной эта
книга. И опять
повторяются старые мифы.
История об укрепленном городе,
который штурму-
ют и обороняют герои, об усталом
скитальце, воз-
вращающемся к родным берегам, о
любви богов и
смертных, о слепом певце, рассказавшем
зту исто-
рию, в разных вариантах будет повторяться в
веках,
потому что "жертва древнее бога", а символ
древнее
и жертвы и бога, и во
все времена найдется Елена,
и всегда будет мастер, воскрешающий
старые мифы,
и будут те, для кого они созданы.
История оказалась одна. Охотник
и его жертва -
вот вечная тема. Древнее, пожалуй,
и не бывает.
И сколько бы времени нам ни
осталось, мы будем
пересказывать ее в том или ином виде.

ЦАРЬ ЭДИП

Древняя страна, боги, герои, мифы,
белые стены
шумных городов, лазурное море, тихие
заливы, вол-
шебные острова, одинокий парус, исчезающий
вдали,
чей-то смех, чей-то голос, рассказывающий
старые
предания, чья-то мелькнувшая тень на песке,
беско-
нечное голубое небо, в котором неторопливо
плывут
облака... Картинки далекого счастливого сна. Но эти
картинки - только покров, за которым
скрывались
символы скорби и ужаса греческой души.
В том сне
были и другие картинки. Застывшие трагическиме мас-

ки, кровь на мраморных плитах дворца, пустынная
дорога, залитая красным тревожным светом заходя-
щего солнца, слепой старик, бредущий по этой доро-
ге, уходящей в черную вечность. Царь Эдип. С ним
его страшные воспоминания, с ним его верная не-
верная дочь Антигона, рожденная от брака с собст-
венной матерью. Боги заранее предсказали Эдипу его
судьбу. Но это еще не было страшно. Такое случа-
лось с богами. Это только условие теоремы. Трагеди-
ей стало логическое доказательство обыденной воз-
можности выполнения этой теоремы.
В послегомеровскии период сюжеты трагедий по-
степенно уходят от описаний циклических вариантов
родовой мести и начинают концентрироваться вокруг
роковой тайны человеческого существования. Человек
с ужасом начинает осознавать, что он сам может
быть собственным палачом. Рушится вера в незыбле-
мость и постоянство логических устоев. Символы и
вещественный мир сталкиваются в вечной борьбе
противоречий. Начинается загадочная игра абстрак-
ций. Внешне в трагедиях все совершается по старым
рецептам - всякое лицо, вызывающее противоречие
в порядке мира, должно бы наказано. Но вот появ-
ляется "царь, который разгадывает загадки и которо-
го судьба заставит угадать ужас собственной учас-
ти" /26. Этот человек совершает вполне обоснованные
действия, но последствия их вступают в ужасное про-
тиворечие с законами мира. Человек - порождение
мира - впервые столкнулся с его безумием. Это не
внешнее дионисийское безумие бога, а внутреннее,
обусловленное первичными мифологическими схема-
ми законов бытия.
Царь Фив по имени Лай похитил сына другого
царя, Пелопса. Разгневанный отец проклял Лая, по-
желав тому быть убитым собственным сыном. Оракул
подтвердил возможность свершения проклятия Пе-
лопса. Когда у Лая родился сын, царь проколол ему
ноги и повелел рабу бросить младенца в лесу на
съедение диким зверям. Но ребенок не погиб, царь
Полиб усыновил его и назвал Эдипом. Мальчик вы-
рос, считая своими родителями Полиба и его жену
Меропу. Дельфийский оракул предсказал Эдипу
ужасную судьбу: он убьет своего отца, женится на
своей матери, от этого брака у него будут дети, про-

- - - - -

/26 Борхес Х. Л. Кеведо. - С. 206.

клятые богами и ненавидимые людьми. Чтобы избе-
жать страшной участи, Эдип навсегда покидает род-
ной край, уходит по дороге, ведущей в Фивы. По
пути он убивает старика, ехавшего в колеснице с не-
большим количеством слуг и первым ударившего
Эдипа палкой. Не ведая того, Эдип убил собственного
отца. В Фивах, куда он пришел, царило горе. Кто-то
убил царя Лая. Вдобавок в окрестностях города по-
явилось чудовище Сфинкс - женщина с туловищем
льва, когтистыми лапами и крыльями птицы. Она
не давала покоя жителям Фив, нападала на людей и
требовала отгадать загадку: "Кто ходит утром на
четырех ногах, днем на двух, а вечером на трех? "
Не угадавших ответ чудовище пожирало. Эдип спас
Фивы. Он нашел ответ: "Человек".
Благодарные фиванцы провозгласили Эдипа
сво-
им царем. Он получил все владения Лая, женился на
вдове прежнего царя. От этого брака родились две
дочери и два сына. Но вот Фивы поразила страшная
болезнь. Оракул предсказал, что мор будет свиреп-
ствовать, пока не будет наказан казнью или изгнани-
ем убийца Лая. Слепой прорицатель Тиресий называ-
ет убийцу - это сам Эдип. Разгневанный царь не ве-
рит. Он разыскивает раба, спасшего ребенка Лая,
и убеждается в правоте Тиресия. Сбылись предсказа-
ния... Не выдержав позора, жена Эдипа - его же
мать - покончила с собой. Обезумев от горя, Эдип
выкалывает себе глаза, чтобы не видеть белого света,
и странствует в поисках места для могилы. Это место
он нашел в Колоне, местечке возле Афин. Эдип иску-
пил свою вину, и, прощенный богами, уходит в цар-
ство теней.
Миф об Эдипе был известен еще Гомеру
и, по всей
видимости, сформировался в гораздо более давние
времена. В самых ранних интерпретациях царь после
разоблачения богами таины брака продолжал пра-
вить Фивами, не помышляя о самоубиистве. Это Со-
фокл впервые создал загадочный двойственный образ
Эдипа - преступника и собсвенной жертвы. В траге-
дии "Царь Эдип", написанной примерно в 20-е годы
V в. до н. э., драматург описывает события, начи-
нающиеся с невольного разоблачения Эдипа, когда
он, уже царь Фив, имеет взрослых детей, а город по-
разила страшная болезнь. В трагедии Эдипу выносит-

- - - - -
/27 По-гречески Сфинкс женского рода.

ся приговор: он, безусловно, виновен в нарушении
установленного порядка мира. Поэтому
и наказан.
Но такая однозначная трактовка противоречит чело-
веческой сути образа Эдипа. Ведь он не ведал, что
творил, а когда узнал от оракула
свою страшную
судьбу, предпринял отчаянную попытку изменить ее.
Он не мог представить себе, что эта попытка и есть
его судьба. Вот почему Эдип - жертва,
и Софокл
пишет вторую трагедию "Эдип в Колоне", в которой
страдающий Эдип находит прощенье и вечный покой.

Так без стенаний, горести и мук

Пропал Эдип, всех более из смертных

Достойный изумленья... "

Так виновен или не виновен Эдип? И кто
пере-
двигал фигуры в игре его жизни? Ответа нет. Чело-
век, одновременно мятежный и покорный, великий и
павший, празднующий и погибающий, в вечных поис-
ках истины, не уступающий гордым богам, - вот на-
стоящая загадка. И это уже знают и боги, и Сфинкс,
и Софокл.

"Загадка Сфинкса, разгаданная мудрым Эдипом, означала:
человек. Не случайно такая ходячая энигма (загадка), почти по-
говорка, известная каждому встречному, попала в миф об Эдипе
и была использована Софоклом.
Мудрость этой загадки - в ее второй части - в разгадке.
Когда зрячий Эдип разгадал загадку Сфинкса: кто ходит утром
на четырех, днем на двух, а вечером на трех ногах? -
и сказал:
- человек, его мудрость была еще слепа. Ибо с разгадки, со слова
"человек" только и начинается мудрая загадка Сфинкса: что
знает Человек? Что может знать Человек? Загадка Сфинкса -
загадка знания. Только пройдя долгий путь страдания, опираясь
на посох нового внутреннего опыта, понял слепой Эдип тайну
знания, как бы прозрев в своей слепоте. И, думается, когда Эдип
разгадал Сфинксу загадку, и Сфинкс, признав торжество Эдипа,
кинулся в море, он загадочно улыбнулся:
так, как улыбается
Сфинкс.
И сам миф, и Софокл вряд ли воспользовались
бы этой ходя-
чей энигмой о хождении утром на четырех, днем на двух,
а вече-
ром на трех ногах, если бы она
не означала: "Человек, что
знаешь ты! " На тайне человеческого знания
построена трилогия
об Эдипе-фиванце у Софокла: трагедия "Эдип" -
трагедия слепо-
ты и прозрения" /29.

Приведем схему истории Эдипа.

царь/1 =" похищает =" сын (царь/2);

царь/2 =" проклинает=" царь/1;

проклинает: сын (царь/1)=" убивает=" царь/1;

- - - - - -
/28 Софокл. Трагедии. - М.: Худож. лит., 1988. - С. 166.
/29 Голосовкер Я. Э. Логика мифа. - М.:
Наука, 1987. - С. 54.

предсказание оракула: сын (царь/1)=" убивает
="
=" царь /1,
царь/1 =" изгоняет =" сын (царь/1);
царь/1 =" спасает =" сын (царь/1);

предсказание оракула:
НАЧАЛО

сын (царь/1) =" убивает =" отец;

сын (царь/1) =" замещает =" отец
КОНЕЦ
конец предсказания оракула;
сын (царь/1) =" покидает =" царь/3;
сын (царь/1) =" убивает =" царь/1;
загадка сфинкса:
НАЧАЛО

сфиикс=" загадывает загадку, убивает ="

=" людей;

сын (царь/1) =" уничтожает =" сфинкс;
КОНЕЦ
сын (царь/1) замещает =" царь/1;
сын (царь/1) наказывает
сын (царь/1)

Как видим, соблюдена классическая
схема антич-
ной трагедии - в каждой
последующей мифологеме
охотник становится жертвой. Слабый
вариант нака-
зания встречается всего один
раз (Полиб спасает
Эдипа). Но здесь схема построена таким
образом, что
в финале Эдип вынужден наказать
сам себя, Эдип -
жертва и Эдип - палач.
Проклятия и предсказания
оракула носят харак-
тер возможного действия - это еще
не само дейст-
вие, а только его обозначие
Для усиления-эффекта
такого ослабленного действия оно повторяется
дваж -
ды - в проклятии Пелопса и
в предсказании дель-
фийского оракула. Такое воздействие
уже достаточно
сильно, чтобы вынудить Лая принять
ответные меры.
Но здесь соблюден принцип симметричности.
На воз-
можную угрозу Лай отвечает не до
конца совершен-
ным убийством. Сохраняется и
впоследствии реали-
зуется возможность спасения
ребенка. Кто мешал
Лаю вонзить нож в сердце
младенца? Только закон
симметричности сил действия
и обратного воздей-
ствия.
В древности убийства часто
сопровождались на-
следованием победителем всех
объектов, которыми
владела жертва, включая женщин,
рабов, власть и
других атрибутов. При таком
убийстве происходит
замещение жертвы победителем, тождественное
вклю-
чение мира жертвы в мир победителя.
В этом древ-
ние не видели ничего необычного.
Подобное убийство
и пророчится Эдипу. Но при этом
возкикает семанти-
ческая проблема коррект-
ности замещения, особен-
но в случае родовых
убийств. На уровне рас-
смотрения схемы действий
эта проблема неразреши-
ма. Для проверки непро-
тиворечивости замещения
необходимо привлекать
семантические понятия -
отношения, в которых на-
ходятся с окружающим
миром убийца и его жерт-
ва. Это впервые раскрыл
Софокл. Эдип не знает,
что убивает своего отца.
Для него старик в колес-
нице, встретившийся по
дороге и ударивший его
посохом по голове, - про-
сто некая переменная ве-
личина, конкретное зна-
чение которой скрыто. Так же и Лай не знает, кого
он ударйл. Эдип полностью наследует все, чем владел
убитый: царство, жену, власть. Совершается формаль-
ная подстановка имен, Эдип замещает Лая (рис. 2, 3).
Трагедия Эдипа и Лая в незнании истинных значений
переменных величин отец и сын. Срабатывает схема
действий без анализа смысла.
В предсказаниях дельфийского оракула Лаю и
Эдипу сообщается только схема событий, детали за-
маскированы вмногообразных оттенках жизни. Соз-
дается иллюзия возможности
скрыться от роковой
схемы, затерявшись в конкретных
проявлениях мате-
риального мира. Лай предпринимает
неудачную по-
пытку избавиться от сына,
Эдип пытается избежать
предначертанной участи. Вначале
схема как бы от-
ступает, растворяется в течении событий,
прикрывает-
ся неузнаванием лиц и незнанием
имен. Но приходит
момент, и схема торжествует,
а затем опять превра-
щается в слабую тень вещей и событий.
В трагедии Софокла
"Царь Эдип" содержатся за-
датки использования рекурсии в
развитии сюжета.
Схема судьбы была сообщена Эдипу и играет важ-
ную роль в его последующих действиях. И до
Софок-
ла в трагедиях боги предсказывали судьбу
героев.
Но такие предсказания были статичными и неполны-
ми, относились только к определенному эпизоду жиз-
ни, чаще всего к гибели героя, и не влияли на пове-
дение персонажей.
История Эдипа в изложении Софокла -
это за-
гадка человеческого рода. Уход Эдипа в
мир иной
также сопровождается тайной. Слепому Эдипу
перед
смертью открылось какое-то новое знание, и он, про-
светленный и умиротворенный, уходит из жизни, уно-
ся с собой и эту загадку.
Это странная история, рассказанная много
веков
назад под шум вечного моря в древней стране. Про-
стая, выполненная по классическим правилам, замена
символов в игре жизни привела к трагическому пора-
жению. Человек, разгадавший загадки,
сам пре-
вратившийся в загадочный символ, ушел в неведомый
мир. С тех пор вновь и вновь расставляются фигуры
в игре жизни, проходят века, меняются игроки, но
никому не суждено победить в этой игре,
угадать
последнюю тайну, потому что изменчивые
правила
игры и сами фигуры призрачны, а в каждой разгадке
кроется новая загадка. И игра эта длится вечность.

*

АКСИОМАТИЧЕСКИЙ РАЗУМ

... машина мира слишком

сложна для человеческо-

го разума

Х. Л. Борхес. Ад

В мире нет ничего более

удивительного, чем соз-

нание, разум человека;

тем болышее удивление

вызывает то, что в своей

глубинной основе оно

обусловлено весьма про-

стыми явлениями.

П. Эткинс. Порядок

и беспорядок

в природе

ОДНИ ГЛАГОЛЫ

Дикие животные в своих ощущениях
делят мир на
две категории: на тех, кто на них нападает, и на то,
что они сами могут захвать. Их "схема
мышления"
конкретна, проявляется при непосредственном взаимо-
действии с окружающим миром и состоит
в целена-
правленном управлении движениями. Собака
гонится
за убегающим человеком, но тут же останавливается,
если тот остановится. Кошка ловит катящийся
клу-
бок ниток, но теряет к нему интерес,
как только
поймает его. Сложное управление требует от
созна-
ния определенной степени абстрагирования, необходи-
мой для опережающего планирования действий.
По-
видимому, звери могут представлять себе движения.
Хищник, притаившийся в засаде, нетерпеливо
вздра-
гивающий от возбуждения, уже ощущает
свой пры-
жок, уже видит растерзанную жертву. Его
прыжок и
есть его мысль. В мозгу животного происходят слож-
ные биохимические реакции, позволяющие сознанию
с удивительной точностью и быстротой
рассчитать
силу прыжка и представить траекторию полета
тела.

Когда-то предки человека обладали
только таким
"звериным" мышлением. Но в отличие от
животных
человек сумел приспособить
первобытную" схему
мышления для других действий. Он
стал сознательно
применять сложившуюся схему мышления
для трудо-
вых операций. Ясть много доводов
в пользу предпо-
ложения, что это было обусловлено
изменением усло-
вий существования, переходом от лесного
образа жиз-
ни к равнинному. Для того что вывыжить,
надо было
освоить другую охоту. Новая пища,
новые ощущения,
новые варианты охоты. Схема
мышления, сохранив
старую форму, приобрела универсальный
характер.
Камень в руках первобытного
охотника - жертва,
с которой он борется, пока камень не
достигнет за-
думанной формы. Плод на высоком
дереве или ко-
рень в земле, пока они не
съедены, тоже жертвы.
Появление многообразия новых
стабильных повто-
ряющихся ощущений, их запоминание
сознанием при-
вели к стремительному развитию
абстрактного мыш-
ления. Человек поднялся и тут же
увидел звезды.
Эволюция животного мира пошла по
линии специали-
зации и закрепления жесткой
схемы "мышления".
У человека разум эволюционировал по
линии универ-
сализации и гибкости. Из всех доисторических
набе-
гов, поисков, погонь, уверток, смертельной
борьбы,
кровавых пиршеств, из всех переплетений
движений,
ощущений, запахов, образов
сформировалось удиви-
тельное существо, получившее
впоследствии назва-
ние "человек".
По современным данным
антропологии первобыт-
ный предок человека сформировался около
7 млн лет
тому назад на территории к востоку
от Восточно-
Африканского разлома (тянущегося сейчас
от Крас-
ного моря до Мозамбика). Разлом,
возникший в то
время, отделил западную часть, где
выпадали обиль-
ные дожди, формировавшиеся
над Атлантикой, от
восточной области с редкими дождями.
К востоку от
него стали исчезать леса. Именно здесь
находят наи-
более древние ископаемые останки предков
человека,
Находки, возраст которых примерно 6 млн
лет, встре-
чены только в Кении. Все находки
в Европе и Азии
не старше миллиона лет. В Танзании
были обнару-
жены хорошо сохранившиеся
окаменевшие отпечатки
следов скелета существа женского
пола, жившего
примерно 3, 5 млн лет тому назад.
Схема мышления передается
по наследству на ге-

нетическом уровне. Ее правильное примеение, при-
вязка к небходимым понятиям происходит в детстве
в период обучения. Не случайно животные и люди
обучают своих детей. Известно, что если хищник в
раннем детстве не получил навыков охоты, не почув-
ствовал вкуса крови пойманной жертвы, он никогда
не сможет стать полноценным охотником. Отсюда не-
обходимость игр, забавных погонь, потасовок и пер-
вой охоты. То же и с детьми. Изолированные от об-
щества, они никогда не смогут стать полноценными
людьми. Известны примеры реальных детей - Мауг-
ли. Они усваивают многие привычки воспитавших их
зверей, но не могут освоить человеческую речь и при-
менять абстрактные понятия. Интересно, что в экстре-
мальных ситуациях у человека просыпается быстрое
звериное мышление. Нет времени на анализ и абстрак-
ции. Есть только действия. К примеру - одно из во-
споминаний недавней афганской войны:

"Но самым поразительным
является то, что почти ни один
солдат, который в этом бою горел, был ранен, стрелял, терял
друзей, также не может с абсолютной достоверностью
передать
свое состояние. Между тем моменты,
о которых идет речь, -
важнейшие в его жизни.
А не может!
Только движения - побежал,
прыгнул, увидел, выстрелил,
упал" /30

Одни глаголы!
Многочисленные подтверждения певичности дви-
гательного типа мышления находим в психологии.
Требовательные жестовые реакции младенца пред-
шествуют слову "дай". Во многих индейских племе-
нах до сих пор сохранились особые языки жестов,
Американский этнолог Кашинг в конце прошлого ве-
ка провел несколько лет среди индейцев племени
зуньи. Ему удалось настолько погрузиться в их
жизнь, что он даже освоил стиль "ручного мышле-
ния", в котором манипуляции руками и мысль сли-
ваются. Выдающийся кинорежиссер немого кино
С. М. Эйзенштейн освоил двигательное мышление по
методу Кашинга и описал свои ощущения от подоб-
ных опытов: "... двигательный акт есть одновременно
акт мышления, а мысль - одновременно пространст-
венное действие" /31. Известно также, что незакончен-

- - - - - - -
/30 Бочаров Г. Аfghаn // Лит. газ. - 1989. - 15 февр.
/31 Иванов Вяч. Вс. Чет и нечет. Асимметрия мозга
и знаковых
систем, - М.: Сов. радио, 1978. - С. 62.

ное действие запоминается лучше. По
всей видимос-
ти, здесь проявляется реликтовый инстинкт защитной
реакции.
Неоконченное действие может
представлять опас-
ность. Незавершенность анализа действия или са -
мого действия вызывает остаточное
напряжение в
сознании, побуждающее к завершению
представле-
ния действия.
Итак, выделяем первый
закон первобытного мыш-
ления.
Закон охотника и жертвы.
В раннем первобытном
сознании реализовывалась однонаправленная
схема
мышления охотник=действие=жертва.
Обоснованием этого закона, по
сути дела, мы уже
занимались в начале главы. Остается сделать
только
некоторые дополнения.
В любом единичном
действии можно выделить
его источник, условно называемый
"охотником",
и цель - "жертву". Вот почему такое
мышление со-
ответствует способу мышления движениями.
Закон достаточно прост,
но это уже онтология,
непротиворечивое объяснение мира. Человек
мог во-
образить охотника вообще, мог представить
себе лю-
бого зверя как собирательный образ
тех или иных
зверей, встречавшихся на охоте, увидеть и указать
в
других действиях аналогичную схему. Иной
схемы в
совершившихся вокруг него действиях он
не мог во-
образить. Вот почему в древнейших
мифах солнце-
охотник освобождает мир от ночи,
пожирает звезды
или в виде глаза бога наблюдает за
своими жертва-
ми. Вот почему солнце-жертва само
пожирается чу-
довищем-охотником, а затем освобождается
другим
героем-охотником. По этой же причине
смена времен
года олицетворяется в виде покорения
одной стихии
другой. Любой сюжет однозначно предполагает
охот-
ников и жертв.
Рассмотрим подробнее "солнечные"
мифы. Охот-
ником, захватывающим солнце, могут
быть: водное
чудовище, символизирующее закат над
водными про-
сторами; человек-охотник, гонящийся
за солнцем, -
обычно он стреляет из лука три раза, соответствую-
щие периодам дня (утро, полдень,
вечер); дракон в
ситуациях, соответствующих набеганию
туч и затме-
ниям солнца.
Тайлор, рассматривая природные
мифы, приводит
многочисленные примеры на эту тему.

В мифе североамериканских
индейцев племени от-
тава главное божество Манабозо
однажды, стараясь
выудить царя рыб, было проглочено им
вместе с лод-
кой. Но Манабозо удалось поразить
сердце чудовища,
а чайки проклевали в нем отверстие,
через которое
Манабозо смог выйти. Этот рассказ известен
по вве-
дению к поэме о Гайавате
Лонгфелло. Аналогичный
вариант истории существует
у племени оджибве и
повторяется с новозеландским героем
Мауи, Ловцом
Солнца.
Интересен красивый миф о
красной Лебеди, при-
надлежащий североамериканским
индейцем алгонки-
нам. Охотник увидел пролетающую
Красную Лебедь.
Яд трех пущенных им волшебных
стрел только по-
следняя достигла цели. Охотник погнался
за медленно
летящей раненной птицей, попал
в страну мертвых,
а затем вернулся с Красной
Лебедью, превратившей-
ся в его красавицу-жену.
Из европейских мифов наиболее
известны мифы о
Персее и Андромеде и о спасении
Геркулесом дочери
троянского царя Лаомедона Гесионы,
отданной отцом
в жертву Посейдону. Есть связь
этих мифов с хри-
стианской историей пребывания
Ионы в чреве
Кита.
У всех народов мифы
о затмении базируются на
представлении о чудовище, заглатывающем солнце.
У индусов, например, в одном из
мифов бог Вишну
наказал демона Раху и отрубил ему
голову, которая
с того времени преследует солнце
и луну. В другом
варианте два демона - Раху и
Кету - пожирают со-
ответственно дневное и ночное светила.
Монголы от-
гоняют чудовище Арахо от
солнца и луны громкой
музыкой. Во время затмений в ХVII
в. ирландцы и
валлийцы бегают из стороны в сторону,
стуча кастрю-
лями, думая, что так они помогают
солнцу или луне,
В Англии в календарях затмения
изображаются ста-
ринным символом дракона,
заглатывающего небесное
светило /32.
К этой же группе преданий
принадлежат сказания
европейского народного фольклора. В
Англии, Герма-
нии и России распространена сказка
о Красной Ша-
почке, пожираемой волком и спасенной
охотниками..
Аналогичные эпизоды находим
в сюжетах русской
сказки о Василисе Прекрасной и многих других.

- - - - - - - -
/32 Тайлор Э. Б. Первобытная культура. - С. 158 - 162.

Подобный тип древнего мышления,
в котором вы-
деляется подчинительное отношение, возможно, опре-
деляет возникновение этических запретов, различного
рода табу и норм поведения. Например,
ребенок во-
спринимает отца как могущественного хозяина. Такое
отношение сохраняется в юношеский период.
Поэто-
му убийство отца (и в меньшей степени матери)
про-
тиворечит схеме мышления, рассматривается как за-
претное действие. По этой же причине
юноша ищет
невесту вне круга своего рода - в противном
случае
он не может стать полноправным хозяином семьи.
Од-
носторонняя направленность мышления не
позволяла
уживаться одновременно двум владельцам одного
объ-
екта. Отсюда похищения невест и вполне допускаемые
первобытной этикой убийства тестя. В
сказках муж-
герой всегда вступает в род жены. В. Я. Пропп
счи-
тает, что это отражает первобытные матриархальные
отношения /33. Но в сказках коварный тесть-царь почти
всегда пытается извести жениха, а в итоге сам поги-
бает. Все объясняется рассматриваемым
законом
мышления. По этой же причине
сомнительно суще-
ствование когда-либо повсеместного матриархата. Эта
старая выдумка, кочующая из учебника
в учебник,
сейчас часто ставится под сомнение и представителя-
ми других наук, своими методами
изучающими про-
шлое. Доктор биологических наук В.
Дольник прямо
пишет: "Матриархат первобытных людей
был приду-
ман кабинетной наукой ХIХ века, в действительности
его никогда не могло быть" /34.
Предположим, некий робот проектируется
с целью
отправки на неизученную планету. Исследуя незнако-
мую жизнь, он должен реагировать на
движения ок-
ружающих его объектов. Только движение
может со-
здать опасную ситуацию. Поэтому робот
должен быть
снабжен анализаторами различных
форм движения,
включая наряду с механическими
пространственными
движениями химические, электрические,
полевые и
другие виды взаимодействия. Как и
человек, робот
должен уметь раскладывать на составляющие
части
каждое движение, распознавать его источник
и на-
правление. Если такой робот "мыслит""
по схеме
охотник и жертва, у него большие шансы
""выжить"

- - - - - - - -
/33 Пропп В. Я. Исторические
корни волшебной сказки. - Л.:
Изд-во Ленингр. ун-та, 1986 - - С. 301.
/34 Дольник В. 0 брачных
отношениях // Знание - сила. -
1989. - Э 7. - С. 75

дание на самых суровых планетах: от объектов, кото-
рые покажутся ему охотниками, он скроется, а жерт-
вы будет сам изучать.
У современного человека схема
мышления значи-
тельно усложнилась. В единичном мыслительном акте
он может одновременно охватить несколько действий
переменной направленности. Охотник и жертва могут
в пределах одной мыслительной операции
меняться
местами и даже сливаться. Вот некоторые образцы.

"Но теперь, когда я совершенно
очевидно узнал ее и она уже
знала, что я узнал ее, я
пытался внушить ей своим взглядом,
что вообще не помню ее. Но она
взглядом своим правильно опре-
делила, что отсутствие теперь в моем
взгляде любопытства к ее
личности объясняется не тем, что это любопытство
угасло, а тем,
что я ее уже узнал и именно поэтому делаю вид,
что не узнаю" /35.

У Леонида Андреева Иуда Искариот в безмерной
любви к Иисусу предающий, чтобы уйти вместе с ним
в вечность, в последнее мгновенье перед распятием
Иисуса шепчет: "Я с тобою. Туда. Ты понимаешь,
туда! " /36 Предатель, оплакивающий свою жертву, и
жертва, с тихой понимающей улыбкой принимающая
гибель.
"Джонни не жертва,
не преследуемый, как все думают, как
я сам преподнес его в своей книге о нем (кстати
сказать, недавно
появилось английское издание, идущее нарасхват,
как кока-кола),
я понял, что Джонни - сам
преследователь, а не преследуемый,
что все, его жизненные срывы - это неудачи
охотника, а не брос-
ки затравленного зверя. Никому не
дано знать, за чем гонится
Джонни, но преследование безудержно, оно
во всем: в "Страсти-
зе", в дыму марихуаны, в его загадочных речах
о всякой всячине,
в болезненных рецидивах, в книжке
Дилана Томаса; оно целиком
захватило беднягу, который зовется
Джонни, и возвеличивает
его, и делает живым воплощением
абсурда, охотником без рук
и ног, зайцем, стремглав летящим
вслед за неподвижным тиг-
ромИ" /37
У Борхеса, парадоксального грустного насмешни-
ка, прикрывающегося научной серьезностью, в основе
всех сюжетов лежит глубинное единство действия и
его отрицания. "Я тоже не я, я выдумал этот мир,
как ты свои созданья, Шекспир мой, и один из при-
зраков моего сна - ты, подобный мне, который суть
все и никто" /38.

- - - - - - -
/35 Искандер Ф. Стоянка человека
//Знамя. - 1989. - Э 8. -
С. 14.
/36 Андреев Л. Иуда Искариог //
Избранное. - М,: Сов. Россия,
1988. - С. 255.
/37 Кортасар Х. Преследователь // Другое небо. -
М.; 1971. -
С. 157,
/38 Борхес Х. Д. Everything and Nothing/
Проза разных лет. -
С. 232.

О БОГАХ, ДУШЕ, УКАЗАТЕЛЯХ И АБСТРАКЦИИ

На каком-то этапе в сознании человека
произошло
удивительное удвоение мира: рядом с конкретным,
осязаемым миром возник мир абстрактных понятий.
В абстрактные категории выделялись все
объекты
явления, объединяемые каким-либо
устойчивым за-
метным признаком.
Закон абстракции. Объекты или явления,
находя-
щиеся в устойчивых отношениях между собой, обра-
зуют целое - самостоятельный объект.
Закон абстракции проявляется в двух видах:
ана-
лиз наблюдаемой системы - выделение в ней состав-
ляющих элементов, рассматриваемых как целое, и в
установлении отношений между ними; синтез новых
понятий из различных элементов соединением их а
единое целое.
Так когда-то самостоятельное значение приобрели
глаза человека и другие части его тела, ветка дерева,
перо птицы, шкура животного. Благодаря объедине-
нию в единое целое появились понятия, отражающие
свойства класса объектов: "человек", "племя", "род",
"медведь", "река", "лес" и т.д. Приобретая способ-
ность выделять части целого, человеческое сознанание
начинает рассматривать их с разных сторон, комбини-
ровать их свойства, строить новые образы. Так, взяв
за основу понятие "виденье", греки создали мифы, в
которых появились одноглазый гигант Циклоп, тыся-
чеглазый Аргус, всевидящее око солнца Гелиос, арго-
навт Линкей, видящий сквозь землю, царь Эдип,
видящий, но слепой, а слепым познавший истину, сле-
пые провидцы Тиресий, Финей, наказание слепотой
Феникса, Ориона, Ликурга. Появились странные су-
щества, объединяющие части тела других организмов:
многоголовая Лернейская гидра, убитая Гераклом,
Горгона - Медуза со змеями вместо волос, взглядом
обращающая все в камень, грифон - чудовище с ту-
ловищем льва и орлиной головой, химера - дракон
с головой льва, туловищем козы и хвостом змеи, кен-
тавры - полулулюди-полулошали, сфинкс - крылатое
чудовище со львиным туловищем и головой женщины.
В древнеегипетской мифологии множество божеств
с туловищем человека и головой животного.
Сформировавшиеся абстрактные понятия в силу

конкретности первобытного сознания
включались в
основную схему мышления как реальные
объекты. От-
талкиваясь от конкретного, сознание
абстрагирует
и тут же включает абстрактное в конкретное. Способ-
ность абстрагировать возникла раньше ее осознания.
Абстрактные образы получили жизнь,
дублируя мир
человека, позволяя планировать дейстствия и предви-
деть их последствия. Если вдруг
встретится новое
ужасное существо, его образ уже сформировался
в
мифологическом мышлении, человек уже
готов к
встрече с ним.
Развитие абстрактного мышления в рамках кон-
кретного осязаемого восприятия мира вначале шло
посредством развития и закрепления ощущений. Пер-
вые абстрактные понятия - "охотник" и "жертва" -
свезаны с чувствами кровавого торжества победителя
и смертельного ужаса жертвы. Впоследствии возникли
оттенки этих ощущений, появились эмоции. С каждым
запомнившимся стабильным ощущением ассоцииро-
валась группа вызывающих его образов объектов и
действий. И наоборот, конкретный образ вызывал со-
ответствующие ощущения. Ощущения служили указа-
телями абстрактных понятий. В поэмах Гомера мир
настойчиво конкретен и осязаем, каждый образ усили-
вается уточняющими описаниями: шлемоблещущий
Гектор; Ахиллес быстроногий, ужасный; "быстро над
правым плечом пролетевши, блестящее жалом / В зем-
лю воткнулось копье... " и т.п. Во все исторические
времена влюбленные хранят воспоминания и сувени-
ры. Возможность абстрактного мышления через ощу-
щения подтверждается успехами современных мето-
дик обучения слепоглухонемых детей через единствен-
но возможные оставшиеся тактильные ощущения.
Развившись, абстрактное мышление стало возмож-
ным и без чувственных ощущений. Реализуется логи-
ческое манипулироване указателями. У человека за
эти действия отвечает левое полушарие мозга. Боль-
ного или испытуемого с выключенным правым полу-
шарием (такие возможности имеют физиологи) про-
сят, к примеру, сделать вывод по поводу следующего
рассуждения. Все обезьяны лазят по деревьям. Соба-
ка - разновидность обезьяны. Лазит ли собака по
деревьям? Ответ будет: "Да, лазит". Происходит ло-
гическое формальное манипулирование понятиями без
привлечейия конкретного смысла. Причем испытуемый
будет настаивать на правильности ответа.
В результате эволюции человек получил самое
мощное оружие - разум. И тут происходят удиви-
тельные события - появляются боги, появляется
душа.
При столкновении с конкретным зверем у челове-
ка вызывается его абстрактный образ. Человек бо-
рется одновременно и с конкретным зверем, и с его
абстрактным представлением. Он мог победить, но
мог и проиграть. Поэтому абстрактный образ зверя в
сознании обладает свободой выбора. Он может по
своему желанию даровать победу охотнику, но может
и стать его убийцей. Кроме всего прочего, этот образ
неуничтожаем - даже после гибели конкретного его
воплощения. Такими необычными свойствами облада-
ют новые существа, появившиеся в сознании челове-
ка. Самые первые главные боги были хищниками, их
боялись, им поклонялись. Прежде чем отправиться на
охоту, первобытный дикарь долго плясками, напева-
ми, криками выражал им почтение и просил разреше-
ния на удачную охоту. В истории нет упоминаний о
богах в виде козленка, лебедя, голубя, лягушки, ба-
бочки и подобных им слабых существ. Зато есть орлы,
змеи, драконы, тигры (рис. 4... Правда, поздние боги
могли на короткий срок превращаться в слабых су-
ществ, но только с целью обмана и реже - сообщения
вести. Особенно старался изменчивый эллинский бог
Дионис - известный обманщик. Понятно, почему в
украшениях ориньякского периода предпочтение отда-

валось зубам хищников: человек хотел походить на
своих богов.
Абстракции подвергались все объекты и явления,
объединяемые каким-либо устойчивым
заметным при-
знаком. Постепенно возникли боги ветров, моря, зем-
ли, охоты, плдородия, любви, ремесел. Появились
и
существа послабее - представители более безобидных
классов объектов: нимфы, феи, домовые, лешие.
Воз-
никло представление о душе.
Единичный конкретный объект -
просто картинка,
мимолетный образ, промелькнувший в мозгу.
Склады-
вая все картинки, получаем абстрактный
образ этого
объекта. Абстрактное понятие отделяется
сознанием
от объекта, его породившего, хотя и неразрывно с
ним
связано. Отделение возможно
вследствие закона
абстракции, так как все картинки
связаны устойчи-
вым, очень сильным отношением
принадлежности к
одному и тому же физическому объекту.
Это и есть
душа - подлинное, неизменяемое идеальное
имя объ-
екта, которое невозможно назвать. Душа была
у де-
ревьев, рек, зверей, человека. Если объект меняет со-
стояния, то общее, что есть во всех его состояниях,
что удерживает систему в едином целом,
что связы-
вает различные образы одного объекта,
осознается
в виде понятия души. Душа вещи -
конкретное осо-
знание абстрактного образа конкретной
вещи. Пре-
ломляясь через зеркало абстракции, образ конкретно-
го объекта существенно меняется.
Каждый объект
проявляет теперь двойную сущность
- физическое
бытие в мире вещей и
конкретизацию идеального,
представления в сознании человека.
Древние наделяли душой все,
что соответствовало
их схеме мышления, т.е. все, чему
было постоянно
присуще движение любого вида. Было
бы только что
удерживать в сознании во всех превращениях
вещи.
В любом движении можно выделить
источник, поро-
дивший его, само действие и объект, на
который оно
распространяется. Точно так же мыслит
древний че-
ловек. Поэтому он разговаривает с душой дерева,
а в
шорохе листьев улавливает ответы; поэтому он
всмат-
ривается в облака, пытаясь в их
расположении уга-
дать знаки богов. Все вокруг наполнено тайным
смыс-
лом, все дышит, живет, ждет проявления.
Только по-
стоянные абсолютные объекты: могли не
иметь души.
Вернее, она у них была, но совпадала с самим
объек-
том. Интересно, что среди сонма
богов у древних
греков не было специального бога гор. Зато были бо-
гини облаков, рек, радуги и даже дверных запоров.
Был Гефест, бог огня и кузнечного ремесла, ассоци-
ирующийся с огнедышащими вулканами. В Италии
существовало божество огня Вулкан. Горы неподвиж-
ны, их душа скрыта в них самих. Две сходящиеся и
расходящиеся морские скалы Сцилла и Харибда были
живы до тех пор, пока между ними не прошел ко-
рабль Одиссея. После этого они навсегда застыли в
неподвижности.
Конкретное представление абстрактного понятия
имеет вид указателя на некоторый скрытый конкрет-
ный образ (рис. 5). Указатель есть, а самого физиче-
ского образа не дано. Есть ключ, но неизвестно, где
дверь, хотя ключ подходит ко всем другим дверям
знакомого дома, за которыми скрыты конкретные об-
разы. Поэтому абстрактное в сознании человека реа-
лизуется в виде твердого убежления, что оно сущест-
вует конкретно (ключи даны), но его нельзя увидеть
и даже представить в виде постоянного осязаемого
образа. Можно только вызывать в сознании любые
конкретные воплощения этого образа. Поэтому никто
не может сказать, как выглядит душа, никто не мо-
жет произнести имя бога или увидеть его истинный
лик. Есть только указывающие знаки, возможность

манипулировать ключами, открывая разные
двери и
наблюдая там странные вещи. Эта многовековая тема
существует в литературе. Например, у Борхеса в рас-
сказе "Смерть и буссоль" читаем:

"Произнесена первая буква Имени.
Леннрот и не подумал
улыбнуться. Внезапно став библиофи-
лом, гебраистом, он приказал, чтобы книги
убитого упаковали,
у унес их в свой кабинет. Отстраняясь от ведения
следствия, он
углубился в их изучение. Одна из книг (большой ин-октаво)
озна-
комила его с изучением Исраэля
Баал-Шем-Това, основателя
секты благочестивых; другая - с могуществом
и грозным дейст-
вием Тетраграмматона, каковым является
непроизносимое Имя
Бога; еще одна - с тезисом, что у Бога есть тайное имя,
в кото-
ром заключен (как в стеклянном шарике, принадлежащем,
по ска-
заниям персов, Александру Македонскому)
его девятый атрибут,
вечность - то есть полное знание всего, что будет, что есть и
что
было в мире. Традиция насчитывает девяносто
девять имен Бога,
гебраисты приписывают несовершенство этого
числа магическому
страху перед четными числами, хасиды
же делают отсюда вывод,
что этот пробел указывает на существование
сотого имени -
Абсолютного Имени" /39.

Интересна эволюция зрительного восприятия
обра-
за души. В неолитических фигурках и росписях пред-
метов обихода часто встречаются изображения челове-
ческой головы со змейкой на ней.
В изображениях
древнейших культур Индии, Ближнего Востока,
Ки-
тая, Америки и Сибири широко распространен
мотив:
голова животного - рога - змея между рогами.
В ки-
тайских фольклорных сказаниях во время
сна героя
из его глаз и или уха выползает
змейка кото-
рая потом опять скрывается в одной из этих
частей
тела. В монгольском эпосе о Гэсере золотые
рыбки,
появляющиеся из ноздрей чудовища, называются
ду-
шой. В киргизском эпосе "Манас" душа предстает в
виде мышат, выползающих из ушей одной из героинь.
В' славянском, западноевропейском и азиатском фоль-
клоре распространены легенды о том, как душа в виде
ящерицы во время сна покидает тело человека
и на-
ходит клад. Бытует представление о
душе в виде
голубя.
Убеждаемся, что в ранних доисторических
пред-
ставлениях душа виделась зооморфным образом
-
чаще всего змейкой или рыбой. Впоследствии произо-
шло антропоморфное движение этого образа. На ико-
нах христианских святых душа предстает в виде
ха-

- - - - -
/39 Борхес Х. Л. Смерть и
буссоль // Проза разных лет. -
С. 106.

рактерного нимба вокруг головы. До недавнего
вре-
мени душа появлялась в виде бестелесной прозрачной
светящейся субстанции, сохраняющей внешние черты
своего тела.

Н. В. Гоголь привел такое описание.

"Звуки стали сильнее и гуще, тонкий розовый
свет становился
ярче, и что-то белое, как будто облако, веяло
посреди хаты;
и чудится пану Даниле, что облако то не облако,
что то стоит
женщина; только из чего она: из воздуха,
что ли, выткана?
Отчего же она стоит и земли не трогает, и не опершись ни на что,
и сквозь нее просвечивает розовый свет, и мелькают на стене зна-
ки? Вот она как-то пошевелила прозрачною головою
своею: тихо
светятся ее бледно-голубые очи; волосы вьются и падают
по пле-
чам ее, будто светло-серый туман;
губы бледно алеют, будто
сквозь бело-прозрачное утреннее небо льется едва приметный
алый
свет зари; брови слабо темнеют... Ах! это Катерина! " /40

В современном восприятии душа
мыслится в виде
некой неопределенной логической субстанции,
являю-
щейся частью поля неизвестнои природы.
Было время, когда бытовало
представление о на-
личии нескольких душ: одна неотделима от тела,
дру-
гая обретается на небе, а третья, реинкарнирующая,
живет в потомках /41. В этом случае абсолютизирова-
лись в одном понятии не все функции человека,
а три
наиболее явные: физическое бытие в реальном
осязае-
мом мире, способность абстрагировать
и связь с
потомками.
Объяснение неолитического представления
о душе
как о змейке может быть следующим.
Душа заключе-
на в теле человка. Он ее хозяин. Значит, она относит-
ся к категории "жертва" (здесь
применяется первый
закон мышления по типу "охотник и его
жертва"). Во
время сна душа проявляет самостоятельность,
ожива-
ет. Следовательно, она ведет ночной образ жизни,
по
меньшей мере умеет днем прятаться. Первые
образы,
осознаваемые живыми, были образами животных.
Ре-
шая ассоциативную задачу, получаем, что
по указа-
телю души человека в сознании
первобытных людей
должен был вызываться образ небольшой
змейки или
неагрессивного животного, жившего в темноте.
Образ, вызываемый по абстрактному
указателю,
определяется воспитанием человека в
социокультур-
ной среде обитания. С изменением
концептуальных

- - - - -
/40 Гоголь Н. В. Страшная месть// Вечера на хуторе
близ Ди-
каньки. - М.: Худож. лит., 1978. - С. 118.
/41 Евсюков В. В. Мифология
китайского неолита. - Новоси-
бирск: Наука, 1988. - С. 127.

установок общества изменяется конкретное
воплоще-
ние образов указателя. Наблюдаем движение
абст-
рактных представлений от зооморфности к
антропо-
морфности.
В энциклопедических словарях
можно прочесть
о религии: "Причина возникновения - бессилие
пер-
вобытного человека в борьбе с природой" /42. "Ани-
мизм - термин, обозначающий религиозные
представ-
ления о духах и душе. Введен в этнографическую на-
уку английским ученым Э. Б. Тайлором,
который счи-
тал веру в отделимых от тела духов древнейшей осно-
вой ("минимумом") возникновения религии,
создан-
ной "дикарем-философом" в результате
размышлений
над причинами сновидений, смерти и т.п. " /43
"Ани-
мизм лежит в основе первобытных религий
и возник
вследствие бессилия первобытных людей
перед сти-
хиями природы"/44.
И даже у Фрейда находим:
"Последний вклад в
критику религиозного мировоззрения внес психоана-
лиз, указав на происхождение религии из детской бес-
помощности и выводя ее содержание
из оставшихся
в зрелой жизни желаний и потребностей
детства"/45.
Фразы о бессилии дикаря перед
стихиями, о не-
возможности объяснения природы,
о размышлениях
над причинами снов и тому подобные абсолютно
не-
верны. Наши предки прекрасно объясняли мир
и бы-
ли вполне удовлетворены этим объяснением.
Они не
боялись стихий - они сами были частью стихии.
Они
не размышляли над снами - они просто их
видели и
верили им. Другое дело, что нас не устраивают
их
объяснения. Возникновение религиозных понятий
-
неизбежный этап эволюции мышления, когда
сложив-
шаяся установка воспринимать мир конкретно
стал-
кивается с возможностью разума абстрагировать.
Оживление природы в сознании
первобытных лю-
дей шло гораздо раньше возникновения
понятия ду-
ши или бога и было возможным в рамках конкретного
мышления. Понятия души или бога
требуют доста-
точно развитого механизма абстрагирования, которо-

- - - -
42 Советский энциклопедический словарь // Под ред.
А. М. Про-
хорова. - 4-е изд. - М.: Сов. энцикл., 1989. - С. 1128.
43 Философский энциклопедический
словарь. - М.: Сов.
энцикл., 1985. - С. 25.
44 Мифологический словарь - М.: Учпедгиз, 1961. -
С. 20.
45 Фрейд 3. Тридцать пятая лекция. 0 мировоззрении
//Ввеле-
ние в психоанализ. Лекции. - М.: Наука, 1989. - С. 406.

го, возможно, не было на ранних
этапах становления
человека. Анимизм не дает ответа, что предшествова-
ло этой стадии восприятия мира. За это часто крити-
ковали Тайлора.
В наше время считается, что анимизму
предшест-
вовал тотемизм, в котором люди связывали
себя с
окружающей природой. Но это тоже
не объяснение.
Следует отличать более позднее одушевление природы
и ее оживление в раннем сознании человека. Оживле-
ние неодушевленных предметов,
очеловечивание жи-
вотных и растений возможно
при приписывании им
функций, аналогичных
действиям человека. Ани-
мизм - следствие закона охотника
и жертвы. Схема
мышления и схема объяснения
мира совпадали. До-
статочно было уметь абстрагировать на
уровне рас-
членения каждого действия на три части:
источник -
охотник, действие, приемник - жертва. И
весь мир
предстает в удивительном единстве, в
жестоком пре-
красном единстве охотников и жертв.
С точки зрения излагаемого здесь
подхода интерес-
ны трудные теологические вопросы: есть
ли душа у
души? что такое душа бога? Душа и бог обладают
абсолютным постоянством - они постоянные указате-
ли на физические сущности, включающие все указа-
тели этих сущностей. Указатель на указатель объекта
указывает также и на сам объект. Поэтому душа ду-
ши - сама эта душа, а душа
бога и бог - одно и
то же.
Впоследствии изменилось мышление
и изменились
боги. Историю религии можно изучать как
историю
мысли. В наше время человек освоился с абстрактны-
ми понятиями. Его мышление переключается на
себя
и на коллективное сознание. С неизбежностью исче-
зают старые боги. Ницше объявил об убийстве
бога
и приходе нового человека.

"Нас разделяет не то, что мы не
находим бога - ни в истории,
ни в природе, ни по-за природой... Нас разделяет
то, что почи-
таемое богом мы воспринимаем не как "божественное",
а как да-
лекое, пагубное и абсурдное, не как заблуждение,
а как преступ-
ление перед жизнью... Мы отрицаем бога как бога... " /46

И даже в снах.

"Боги возвращались из векового
изгнания... Один держал вет-
ку, что-то из бесхитростной флоры сновидений;
другой в широком

- - - - - - -
/46 Ницше Ф. Антихристианин.
Опыт критики христианствами
Сумерки богов. - М.: Политиздат, 1989. - С. 68.

жесте выбросил вперед руки с когтями;
лик Януса не без опаски
поглядывал на кривой клюв Тота. Вероятно, подогретый овация-
ми, кто-то из них - теперь уже не помню кто - вдруг разразился
победительным клекотом... И тут мы поняли,
что идет их последняя
карта, что они хитры, слепы и жестоки, как матерые звери
в обла-
ве, и дай мы волю страху или состраданию - они нас уничтожат.
И тогда мы выхватили
по увесистому револьверу (откуда-то
во сне взялись револьверы)
и с наслаждением пристрелили
Богов"/47

И все же в сознании человека существует
указа-
тель на Великий Абсолют. Возникают новые религии,
новые веры в богов, инопланетян, Космический Разум.
Сознание генерирует новые разноречивые образы про-
явлений Великого Абсолюта.
В литературе все чаще встречаются фразы,
содер-
жащие утверждение и его отрицание. Возможно,
что
нас и придумали боги, но только не те, которых при-
дума и мы.

ЦАРЕВНА-ЛЯГУШКА И ЗАКОН УСТОЙЧИВОСТИ

Как уже подчеркивалось ранее (закон абстракции),
первобытное мышление умело анализировать конкрет-
ные явления и синтезировать новые абстрактные
си-
стемы. Так как любой сконструированный
сознанием
объект воспринимался живым, а живое
борется за
свои составляющие части, то, естественным образом,
сформировалась концептуальная установка.
Закон устойчивости целого.
Любая выделенная
сознанием как целое система стремится к сохранению
всех своих частей и отношений между
ними. Утрата
атрибутов системы вызывает действия системы
в на-
правлении восстановления утраченных свойств.
Во второй части закона устойчивости
подчеркива-
ется направленная экономность системы, выражаемая
только целевых действиях
последней, но не в ее
энергетичности. Похищение Елены Прекрасной
при-
вело к многолетней Троянской войне, погибло
мно-
жество людей, в конфликт были втянуты
боги, но
все же Елена была возвращена. Троянцы
даже роп-
тали, что Елена, возможно, не стоит принесенных ими
жертв. На самом деле, закон устоичивости может
быть дополнен или даже заменен законом сохранения
энергии, аналогичным соответствующему закону
фи-

- - - - - - - -
/47 Борхес Х. Л. Рагнарек// Проза разных
лет. - С. 233.

зики, Но для применения такого закона
миф надо рас-
сматривать в более широком историческом
контексте.
Все-таки Елена - дочь бога, а энергия
богов несрав-
нимо превышает энергию людей. Кроме
того, Геродот
в "Истории" свидетельствует, что Парис
(Александр),
сын Приама, Отправился в Элладу, чтобы
добыть себе
жену Елену в ответ на действия
эллинов, похитивших
дочь царя Колхиды Медею.
В свою очередь, еще
раньше, эллинов обидели
финикийцы, похитившие
боярскую дочь Ио из Аргоса. Цепочка
похищений жен
теряется в древних временах. Каждая родовая
систе-
ма совершает колебания, пытаясь
стабилизироваться
умыканием жен.
Системой могут быть семья, племя,
род, дом, от-
дельный индивидуум, герои и их
покровители боги,
а также другие, самые разнообразные
категории объ-
ектов. Каждая система имеет
определенные состав-
ляющие атрибуты, выражающие
свойства системы.
Таковы, например, родственная связь,
пространствен-
ная близость для людей - красота,
ум, доброта, си-
ла, богатство, храбрость и их отрицательные
анало-
ги - уродства, глупость, жадность, слабость, бедность,
трусость. Назовем отрицанием
системы уничтожение
одного или нескольких ее атрибутов. В системе,
имею-
щеи множество атрибутов, возможно
несколько вари-
антов отрицания. Мы не будем
специально отличать
отрицания, если из контекста ясно,
какие атрибуты
отрицаются. При отрицании уничтожение
атрибута
понимается как замена его противоположным.
Красо-
та переходит в уродство, богатство
заменяется бед-
ностью, слабость - силой, живое - мертвым и т.п.
Рассмотрим как систему
древнюю семью. Юноша,
достигший брачного возраста,
стремится образовать
семью - новую систему. В своем
роду взять невесту
он не может. Как мы уже объясняли,
это противоре-
чит мышлению по типу
охотника и жертвы. Юноша
крадет на стороне. Но такое действие
разрушает це-
лостность системы, в которую входила
жена. В ответ
возможны решительные боевые
действия. Вероятно,
в этом следует искать истоки брачных
обычаев и ве-
рований: сложные ритуальные
сватовства, жестокие
испытания жениха, необходимость
предварительного
пребывания юноши в лесу, опасность
первой брачной
ночи, отмечаемые в народном фольклоре
всех стран.
По крайней мере, можно развить
подробные выводы
этих фактов из установленными
законов мышления.

этом свете некоторые объяснения Проппа по поводу
брачных ритуалов, зафиксированных в сказках
и из-
ложенных в его книге "Исторические корни
волшеб-
ной сказки", получают другое, более последовательное
толкование. Наиболее безобидный вариант
брака -
женитьба сына на дочери брата матери.
В этом слу-
чае тесть воспринимает жениха как атрибут сестры,
а жених находится в ослабленном подчинении
тестю.
Как обнаружил Леви-Стросс, такая форма
брака бы-
ла наиболее предпочтительна у древних племен.
Почему в сказках герой, освобождающий
красави-
цу, женится на ней? Здесь также срабатывает
закон
устойчивости целого. Герой-освободитель и девушка
образуют систему. Иначе нет мотива для действий ге-
роя. Наиболее естественный способ объединения
та-
кой пары - женитьба.
В сказках выявление устойчивых родственных
свя-
зей героя обычно обнаруживается в конце, хотя есть
случаи, когда за жертву заступаются ближайшие род-
ственники. Например, в известной русской
сказке
Аленушка спасает братца Иванушку. В
отличие от
сказок в древнегреческих мифах всегда соблюдается
правило объединения жертвы и
мстителя априори
объявленными родственными связями.
В мифах и
сказках время особой роли не играет. Не важно, ко-
гда проявится система - в начале или в конце. Важ-
но только, что она есть.
Разушение семьи одним из ее элементов
противо-
речит закону устоичивости целого и воспринимается
сознанием как запретное наказуемое действие. Закон
объединения героев трагедий родственными
связями
был установлен Аристотелем. В "Поэтике" Аристотель
писал:

"Если враг заставляет страдать врага, то он
не возбуждает
сострадания, ни совершая свой поступок, ни готовясь
к нему,
разве только в силу самой сущности страдания; точно
так же,
если так поступают лица, относящиеся друг к другу безразлично.
Но когда эти страдания возникают срели друзей, например,
если
брат убивает брата, или сын - отца, или мать - сына, или сын
-
мать, или же намеревается убить, или делает
что-либо другое
в этом роде, вот чего следует искать поэту.
Хранимые преданием мифы нельзя разрушать.
... лучшие трагедии слагаются в кругу немногих родов,
напри-
мер вокруг Алкмеона, Эдипа, Ореста, Мелеагра, Фиеста,
Телефа
и всех других, которым пришлось или перенести, или
совершить
ужасное" /48

- - - - - -
48 Аристотель. Поэтика. - М.: Политиздат,
1957. - С. 83 -
84, 80.

В трагедиях система не достигает устойчивости.
мышление зрителя, действуя по принципу
устойчи-
вости, стремится завершить действие, наказать зло.
Действие выходит за рамки сцены. Человек переносит
свое стремление в обыденную жизнь.
В целом запретное действие понимается
как дей-
ствие одного из элементов, разрушающее целостность
системы. Особенно опасно разрушать подчинительные
иерархические связи. Например, жестоко карается
бунт человека против бога. В системе человек - бог
последний рассматривается как управляющий
эле-
мент. Неповиновение богу карается слепотой, вечными
муками или смертью.
С другой стороны, люди часто пытались заручить-
ся покровительством боогов образованием
с ними
устойчивой системы через обладание общими
пред-
метами.

"Тот же принцип обнаруживается в ряде
примеров из греческой
истории. Так, граждане Эфеса протянули веревку в
семь стадий,
т.е. почти в 1400 метров длиною, от стен города к храму Артеми-
ды, чтобы отдать себя под ее защиту от нападения
Креза. Участ-
ники заговора Килона привязали к статуе богини
веревку, когда
покидали священное убежище, и для безопасности
держались за
эту веревку, пока переходили через неосвященную
землю. К их
несчастью, веревка оборвалась, и они были безжалостно
преданы
смерти. И в наше время буддийские жрецы
в торжественной це-
ремонии связывают себя с священными
предметами, держась за
длинную нить, прикрепленную к этим
предметам и обвязанную
вокруг храма" /49.

Аналогично объясняется конструирование
различ-
ных магических систем.
Иногда древние специально прибегали
к хитроум-
ным абстрактным построениям сложных
устойчивых
систем. Одна из таких конструкций - система, обра-
зованная из мертвого и живого. Полностью разрушить
такую систему крайне трудно. Для этого необходимо
воскресить мертвое и убить живое. Последняя задача
доступна людям, но воскресить из
мертвых могут
только боги. А боги крайне неохотно занимались этим
делом. В обыденной жизни никто не видел воскреше-
ния из мертвых. Этим объясняется уже упоминавший-
ся способ скрепления клятвы прохождением
между
частями мертвого тела. Ритуал клятвы состоит в по-
строении целостной устойчивой системы. Этим же обь-
ясняется способ защиты городов частями разрезанно-
го тела, закопанными в тайных местах
в различных

- - - - - -
/49 Тайлор Э. Б Первобытная культура - С. 95.

концах города. Защитники города и части
мертвого
тела образуют сложную, но целостную систему.
Для
начала нападающим надо хотя бы
найти могилы.
В слабом варианте этого верования используют просто
могилу какого-нибудь известного лица. Так, отвержен-
ный Эдип в трагедии Софокла "Эдип в Колоне"
вдруг
неожиданно заявляет, что его могила будет служить
защитой Афинам. Причем Эдип подчеркнуто
уходит
в мир иной таинственным образом, и никто не знает,
где его могила. Аналогично объясняется ритуал про-
хождения войск между частями разрезанного
тела.
Такое действие служит единению и придает защитные
качества. По греческому мифу Пелей, захватив город
Яолос, убил царицу Асридамию и провел
свою армию
режду частями ее тела. Фрэзер считал такое прохож-
дение ритуалом очищения. Но, как показывает систем-
ный анализ, этот обычай следует считать функцией
скрепления и единения.
Неожиданные следствия проявляет
закон устойчи-
вости при превращениях мифологических и сказочных
объектов друг в друга. Выделим эту область
приме-
нения правила устойчивости в виде отдельного закона.
Закон метаморфозы. Элементы системы
могут пре-
вращаться друг в друга, оставаясь в рамках априорно
определенного абстрактного понятия, к которому они
относятся.
В древнегреческих мифах все превращения
бога -
только маски, за которыми легко угадывается его при-
сутствие. В Африке множество легенд о людях-львах,
людях-тиграх, людях-леопардах, людях-гиенах. В Ев-
ропе бытовало представление о людях-волках. Обычно
в зверей превращаются колдуны или отдельные
зло-
деи. Колдун понимается как охотник. Поэтому он пре-
вращается в хишных животных. В
сказках жертва
всегда остается жертвой. Она превращается в лебедя,
голубя, ящерицу или лягушку. Остановимся
подроб-
нее на превращениях красавиц в
лягушку. Пропп
пишет:

"Наконец, подобно тому, как все реки текут в море,
все вопро-
сы сказочного изучения в итоге должны
привести к разрешению
важнейшей, до сих пор не разрешенной
проблемы - проблемы
сходства сказок по всему земному шару. Так
объяснить сходство
сказки о царевне-лягушке в России, Германии,
Франции, Индии,
в Америке у краснокожих и в Новой
Зеландии, причем истори-
чески общения народов доказано быть не может? "/50

- - - - -
/50 Пропп В. Я. Морфология сказки. - С. 26.

*
Дж. Галардо. Лягушка

Решим логическую задачу
на ассоциативное мыш-
ление. Во что может превратиться
девушка по злой
воле колдуна? Прежде всего в сказках
подчеркивает-
ся ее главный атрибут - красота. Значит,
при отри-
цании этого качества она превращается
в уродливое
существо. Она остается живой и
способной передви-
гаться. Следовательно, это существо -
животное. На-
конец, самое главное, девушка -
жертва. Поэтому
животное должно быть слабым и
беззащитным. Кро-
ме того, дополнительно можно
потребовать, чтобы
оно напоминало что-то женское, обладало
мягким те-
лом и туловищем, расширяющимся
книзу. Какое жи-
вотное, часто попадающееся на глаза,
удовлетворяет
всем этим требованиям? Только лягушка!
В животном мире есть, конечно,
и лягушки-хищни-
ки. Но в превращениях
красавиц подразумеваются
только обыкновенные лягушки и жабы.
Интересно, что
латинские названия этих земноводных
в основном
женского рода: Нуlа - квакша, Rana
- лягушка, Bu-
lо - жаба. У земноводного с названием
мужского ро-

да нюблюдаются какие-то черты хищника. Например,
у пустынной австралийской жабы Chiroleptes platicep-
alu - верхняя челюсть вооружена
зубами, южноаме-
риканская рогатка Ceratophrus cornut
имеет заострен-
ные выросты над глазами и даже
охотится на мелких
зверьков.
В исследованиях по мифологии часто не учитывают
особенность метаморфоз, ограниченную
выделенным
абстрактным понятием. Считается, что все может пре-
вращаться во все. Например, А. А. Тахо-Годи пишет:
"Если и человек, и животное, и растение, и водная
стихия мыслятся единой природной материей, то нет
никакой разницы между формами,
которые прини-
мает то или иное существо" /51.
Я. Э. Голосовкер также не заметил этой тонкости
закона метаморфозы: "Абсолютную силу имеет
и за-
кон метаморфозы: любое существо или вещество
мо-
жет быть обращено по воле бога в любое другое" /52.
Превращения не произвольны, а
подчинены стро-
гим правилам закона мышления. В театре масок роли
строго закреплены.
При исследовании мифологических систем
следует
учитывать еще одну особенность первобытного
мыш-
ления.
Закон восприятия времени.
В раннем мифологи-
ческом мышлении время не воспринималось как
абст-
рактная категория.
Поэтому солнце веками заходит
и восходит, но
один миф все время обьясняет это явление, поэтому
в трагедиях убийца идет вслед убийце, поэтому уми-
рают вечные боги, а герои собираются
на вечном
пиру.

ЛОГИКА СКАЗКИ

Закон устойчивости объясняет целостность системы и
ее реакции на внешние или внутренние
изменения.
Можно выявить точные правила, объясняющие
функ-
ции проявления этого закона. Система отрицает дей-
ствие, приведшее к ее отрицанию. Но что такое от-
рицание? Если один философ все время отрицает дру-
гого и этот, второй, вдруг предлагает: "Выпьем ви-
на", - то отрицанием такого события может быть: "Не
выпьем вина" или "Выпьем, но не вина". Убеждаем-

- - - - - -
/51 Тахо-Годи А. А. Греческая мифология. -
М.: Искусство,
1989. - С. 25.

/52 Голосовкер Я. Э. Логика мифа. - С. 31.

ся, что отрицание действия может
быть реализовано
несколькими разными способами.
Закод отрицания
отрицания. Действия системы,
направленные на восстановление устойчивости,
выра-
жаются либо в отрицании причины,
приведшей к не-
устойчивости (наказание), либо
в восстановлении
утраченного атрибута, либо в выполнении
этих двух
действий в совокупности.
Таким образом, видим, что на одно
отрицание воз-
можны три разных ответа. Наказание
источника бед
не всегда может восстановить потерю
и иногда бес-
смысленно с точки зрения логики. Но
оно совершает-
ся. Происходит временная инверсия. Устраняется
при-
чина после свершения события. Это
правило домини-
рует в трагедиях и в мире животных.
Интересно, что физики тоже
пришли к трем видам
кварков - базисных элементарных частиц материи.
Обозначим отрицание логическим
знаком *, само
действие стрелкой =". Тогда действие
системы S1,
приведшее к отрицанию системы
S2, записывается
формулой S1 =* S2. Отрицание всего такого
действия
перепишем в виде * (S1 =" * S2).
Сформулирован-
ный выше закон отрицания отрицания
принимает вид

* (S1="S2) = (S2=" *S1)
ИЛИ (S2 =" **S2) ИЛИ

(S2 ="* S1) И (S2 =" **S2)-

Двойное отрицание **S2 означает
отрицание про-
тивоположного атрибута в * S2, т.е. восстановление
исходного атрибута системы S2. В одной
формуле воз-
можно одновременное отрицание
нескольких атри-
бутов.
В трагедиях запретное действие
обычно сопровож-
дается смертью персонажа. Оживления
не происхо-
дит. Для такого сильного действия -
двойного отри-
цания живого - надо привлекать
волшебную силу бо-
гов, но трагедии описывают земные
дела. Поэтому
для них закон отрицания отрицания
принимает более
простой вид

*(S1="*S2)= (S2="*S1)(закон наказания).

Наказывается тот, кто совершает запретные действия.
Если в роду уже некому мстить, за
дело принимались
боги. Богини мести Эринии не знали пощады.
Интересно наказание за запретные
действия, со-
вершенные либо случайно либо по
незнанию. Кто-то
должен быть наказан! И виновник
находится - это

глаза человека. Знание и виденье в древние времена
отождествлялись, так как через зрительные образы
человек получал основную информацию о мире.
В рус-
ском языке есть прямое указание на этот факт
- два
близких глагола: видеть - ведать. Поэтому глаза вы-
деляются в независимую систему, и человек наказы-
вается слепотой.
Слепой провидец Тиресий в юности был зрячим.
ро ему не повезло: он случайно увидел купающуюся
богиню Палладу. Богиня выпрыгнула из воды и вы-
царапала ему глаза. Другой провидец - Финей -
вопреки воле Зевса указал аргонавтам путь к золо-
тому руну и был наказан ослеплением. Страсть отри-
цает знание. Поэтому за запретную любовь боги тоже
карали ослеплением. Так али наказаны будущий
воспитатель хилля Феникс, охотник-великан Орион,
царевна Метопа, красавец Дафнис. Здип, по роковому
незнанию совершивший запретные действия, сам вы-
колол себе глаза.
В системе наблюдатель и мудрец последний может
становиться невидимым. По сравнению с мудрецом
у наблюдателя нет достаточного знания, он не ведает,
а значит, и не видит. Поэтому Василиса Премудрая
из русских сказок умела становиться невидимой, а
хитроумный Одиссей смог ослепить гиганта Циклопа.
С физическим видением человека связан атрибут
невидения мира богов. Уничтожение этого атрибута
приводит к отрицанию луховного видения, т.е. к про-
никновению в мир богов. Вот почему почти все мифо-
логические мужчины-прорицатели слепы.
Поиску таинственных элементарных неделимых
структурных единиц мифов (так называемых мифем
или мифологем) посвящено немало исследований. Ле-
ви-Стросс обнаружил, что они связаны с бинарной
оппозицией знаковых систем. При этом миф необходи-
мб рассматривать в более широком онтологическом
контексте, в связи с други-ли мифами, имеющими от-
ношение к излагаемым событиям. Но еще оставалось
замкнуть их в систему. С позиций предлагаемого под-
хода приходим к следующему определению.
Мифемой является
пара: действие по отрицанию
какого-либо атрибута и отрицание такого действия,
т.е. пара: (S1 =" *S2); *(S1 ="*S2). Раскрытие
второй составляющей формулы мифемы по закону от-
рицания отрицания дает возможные варианты
сюжет-
ных ходов.
Систему можно представить двоичным вектором,
координаты которого состоят из 0 или 1. Наличие 1
в соответствующем поле означает наличие атрибута,
0 - его отсутствие. Если в системе несколько элемен-
тов, можно соединить их представляющие вектора
в один большой вектор. Отрицание системы выража-
ется в изменении определенных полей вектора систе-
мы на противоположные. Например, ослепление Эди-
на или тех, кто подсмотрел жизнь богов, сопровожда-
ется изменением двух координат (рис. 6). Отрицание
может быть и положительным: не имел атрибута и
получил его. Построение точных таблиц соответствия
операторов отрицания в мифеме (связь полей в векто-
рах взаимодействующих систем) - главная задача
этнографа.
Рассмотрим теперь, как построена волшебная сказ-
ка. Есть две системы с выделенными атрибутами:
волшебная и обычная человеческая. Обычная система
при помощи волшебной явно или не явно выводится
из равновесия. Затем вступает в действие закон устой-
чивости целого. Система начинает действия по воз-
вращению утраченного атрибута. Для победы над
волшебной системой необходимы функции, отрицаю-
щие волшебные атрибуты. Появляются дарители и
волшебные помощники или средства. Но они не воз-
никают просто так, а включаются в обычную систему
по закону отрицания отрицания. Герой либо осво-
бождает своих помощников, либо захватывает их. Так
как каждое вспомогательное средство обладает од-
ним волшебным атрибутом и в этом только состоит
его смысл, отрицание обычной системы со стороны
этого средства состоит в отрицании свойства невоз-
можности его использования. Тем самым средство
включается в обычную систему. После этого возмож-
но взаимодействие с волшебной системой, заключаю-
щейся в использовании волшебной силой всех своих
атрибутов - попыток отрицания обычной системы и

нейтрализации этих попыток уже имеющимися воз-
можностями.
Таким образом, в сказке, как и в мифе, элементар-
ной неделимой единицей слелует рассматривать
пару
"действие и его отрицание"", т.
е. пару вида
(S =" *Q); * (S=" *Q). Раскрытие
каждого тако-
го отрицания действия по закону отрицания отрица-
ния и составляет сюжетное построение сказочного по-
вествования.
Для взаимодействия с волшебной
силой необходим
простор. Сказка почти всегда начинается с отрицания
отношения пространственного соседства. Люди,
живу-
щие под одной крышей, в одной пещере,
просто ря-
дом, образуют систему, связанную отношением
про-
странственной близости. В силу закона устойчивости
охотники возвращаются к родному
очагу, путники
стремятся в родные места, а перемена места житель-
ства сопровождается ностальгией о прошлом
месте
обитания. В сказках стремление системы к сохране-
нию пространственной близости выражается
в виде
запретов: не ходи в дальний лес, не заглядывай в эти
комнаты, вернись к указанному сроку. Нарушение за-
прета приводит к отрицанию пространственной
бли-
зости и жертва тут же переносится куда-нибудь
за
тридевять земель. Запрет эквивалентен отношению
пространственной близости.
Рассмотрим формальное применение
закона отри-
цания отрицания в случае отношения пространствен-
ной близости. Пусть S1 - волшебная система,
S2 -
обычная человеческая. Запрет как-то связан
с вол-
шебной системой. Поэтому его нарушение направлено
против волшебной системы.
Возникает ответное
действие, получаемое из
раскрытия формулы
* (S2 =" *S1). Возможны три варианта: S1 ="
*S2 -
волшебная сила похищает нарушителя; S1 =" **S1 -
волшебная система ограничивается восстановлением
запрета; S1 =" * S2 и S1 =" ** S1 - жертва
похища-
ется и запрет восстанавливается.
Все три варианта могут быть выбраны,
но второй
встречается значительно реже. Хотя отдельным геро-
ям удается некоторое число раз испытывать
терпе-
ние волшебной системы. В третьем случае, если
за-
берет восстанавливается, кто-то его еще должен нару-
шить. Сказка экономна. В ней нет
избыточных по-
строений.
Волшебное средство
всегда прикрыто каким-ни-
будь атрибутом. Это может быть
загадка или прось-
ба дарителя, охрана средства, продажа
и т.п. Отри-
цание атрибута приводит к
высвобождению волшеб-
ного средства и включению его в
систему героя. То
есть обычно выбирается третий
вариант раскрытия
закона отрицания отрицания.
Рассмотрим какой-нибудь
вариант формального
построения волшебной сказки. Пусть S1
- колдун, об-
ладатель волшебного меча, запрет;
S2 - красавица,
муж; Н - старик-даритель. Выберем
построение сказ-
ки по формулам

{S2="*S1;
* (S2="*S1); {(S2="* Н);

*(S2 =" *H)}; {(S1=" *S2); *(S1="*S2)}

Выбираем варианты отрицаний отрицаний. Получаем
возможную последовательность действий:

S2="*S1; S1="*S2; S2="*H; H =" **H
и H ="S2;
S1="*S2; S2="*S1 и S2="**S2.

Как может звучать
такая сказка? Надо только
уточнить, какие атрибуты отрицаются.
По этой инфор-
мации однозначно восстанавлива. тся сами действия.
Красавица нарушила запрет.
Колдун унес ее за
тридевять земель. Юноша встретил
старика и помог
ему. Старик дал юноше волшебный
меч и указал до-
рогу к колдуну. Колдун пытается
убить юношу вол-
шебным мечом. Юноша сам
своим волшебным мечом
убивает колдуна и возвращается
с красавицей-женой
домой.
В векторной форме волшебная
система в этом ска-
зочном варианте задается начальным
вектором, изо-
браженным на рис. 7.
Изменения представляющего
атрибутного вектора колдуна
будут следующие:
(0, 1, 1, 1) ="(1, 0, 1, 1) =" (1, 0, 1, 0) =" (0, 0, 0, 0). Движение
системы "колдун" выражается
постепенным обнуле-
нием всех координат представляющего
вектора, соот-
ветствующих потере атрибутов по ходу
сюжета. В кон-

це от колдуна остаются одни нули - все его
функции
исчерпаны.
Часто волшебным средством можно
воспользовать-
ся некоторое число раз. В этом случае в представляю-
щем векторе необходимо вводить дополнительные по-
ля выражающие количество попыток использования
средства, каждая осуществленная попытка - замеена
соответствующей еденицы на ноль. Таким образом,
битву можно представить как постепенную потерю
единиц, а существование сказочного объекта возмож-
но если он сохранил хотя бы одну единицу. Красави-
цы не умирают, а засыпают - та же смерть, но с
сохранением атрибута красоты; мертвый защитник
оживает, если он еще кому-то нужен. И только абсо-
лютные нули исчезают из волшебного мира.
В сказках и мифах возможна перестановка сюжет-
ных конструкций, составляющих элементарные едини-
цы. Например, юноша мог встретить старика и до по-
хищени. я девушки. Но нельзя переставлять элементы
внутри таких единиц - отрицание действия всегда
идет после его применения.
Каждое отрицание связано с некоторым функцио-
нальным атрибутом системы. Таких атрибутов не так
уж и много. Они уже перечислялись: мертвый, живой,
добрый, жадный, красивый, уродливый, сильный, сла-
бый, родовая связь, соседство и т.п. Сказки могут
начинаться с отрицания любого атрибута или несколь-
ких. Например, часто они начинаются со смерти отца,
у которого три сына, причем тот, кто будет героем, -
самый младший, некрасивый и глупый. Смерть отца -
это воздействиа волшебной силы, отрицающей "жи-
вое". Отрицание этого действия приводит к столкно-
вению с волшебным и получению новых положитель-
ных атрибутов. Некрасивый становится молодцем-кра-
савцем, а Иванушка-дурачок оказывается вовсе и не
таким уж дурачком.
Так как атрибутов только конечное число и у всех
народов они одинаковы, выходит, что функционально
все сказки устроены одинаково. Это не таинственный
эмпирический факт, а следствие законов мышления
и логики мира.
Интересно, что формальная математическая логи-
ка вытекает из мифологического мышления. Если дей-
ствие понимать как логическое следствие, должны
быть тождественно истинными следующие формулы,
Выражающие закон отрицания отрицания;

ЕСЛИ А =" *В ТОB=" * A
ЕСЛИ А =" *В ТОB =" * * B
ЕСЛИ А =" *В ТОB =" * A
& B =" ** B.

Для тех, кто знаком с
формальным исчислением
высказываний, не составляет труда проверить, что
в самом деле эти формулы тождественно
истинны,
т.е. являются теоремами исчисления
высказываний
Более того, добавив правило логической
транзитив-
ности, можно легко превратить их в аксиомы исчисле-
ния высказываний.
Так волшебная логика смыкается с формальной.
Законы логики придумал не Аристотель - они всегда
были в мифах и только ждали формальной системы
обозначений.
Как в физике, сказка предстает через динамиче-
ское столкновение двух систем, порождающее цеп-
ную реакцию с аннигиляцией элементарных частиц.
А может, и наш мир - та же длинная-длинная сказ-
ка, а мы, ее персонажи, в ней для того, чтобы ее рас-
сказать

*

ПАРАДОКСЫ ЯЗЫКА

"Я думаю, что все хоро-

шо", - говорит Эдип, и

эти слова священны. Они

раздаются в суровой и

конечной Вселенной чело-

века. Они учат, что это не

все, еще не все исчерпа-

но.

А. Камю. Миф о Сизифе

ЛЖЕЦ

"Это все еще остается загадкой.
Традиция приписывает ее
Евбулиду Милетскому, который прославился
тем, что сказал:
"Psevdomai" "Я лгу", что означает, что, говоря
это, он лгал.
Цицерон излагает зто так: "Если ты говоришь,
что ты лжешь,
и при этом ты говоришь правду, ты лжешь.
Но если ты гово-
ришь, что ты лжешь, и при этом ты лжешь, ты говоришь
правду".
Размышления над загадкой Лжеца
привели Филета Косского
к роковому концу, что явствует из следующей
эпитафии: "Пут-
ник! Я, Филет из Кос. Загадка Лжеца - причина моей гибели... "
/53
Так он дал посмертную, а главное, свободную
от дейктического
выражения "объективную версию" знаменитого софизма.
Единственное высказывание, создающее
"объективную вер-
сию", которое не запечатлено над его могилой,
это следующее:
"Выгравированное над могилой Филета
высказывание ложно".
представьте эту надгробную надпись: если она истинна, то ложна,
так как сама об этом заявляет; если она
ложна, то истинна,
так как сама говорит противоположное.

- - - - - - - - - -
/53 Филет из Кос - элегический поэт 1V в. до н. э., автор сло-
варя и компиляций, которому истории логики, такие, как Mates
и
Bochenski, да и сам Тарский вслед за Mates
создали репутацию
отчаявшегося и проклятого логика, ссылаясь
на Афенея ("Пир
софистов", IX, 40IЕ). Но манера, в какой Афеней
сообщает об
этом, позволяет думать, что он едва ли принимал это
всерьез. -
прим. Ф. Де Роулена.

Итак, все повторяется.
От греков до Рассела
и Тарского загадка лжеца цитируется
вновь и вновь. Знаменитое свидетельство Епименида, жителя
Кри-
та: "Все жители Крита лжецы, скверные животные,
ленивые утро-
бы" конечно пошло, но оно вдруг открыло новую форму этого
парадокса.
Святой Поль, излагая
его в экстралогических целях, добав-
ляет: "Это свидетельство истинно. Даже
не принимая во внима-
ние "скверных животных" и "ленивые
утробы", учтите, что это
высказывание должно быть ложным и
что вместе с тем, согласно
Епимениду, любой житель Крита говорит
правду, - вы опять ока-
зываетесь перед парадоксом" /54.

Как видим, антиномия /55 "Лжец" играла значительную
роль в философских системах античных софистов.
Много внимания этому парадоксу уделял Платон. На-
пример, в раннем сократическом диалоге "Евтидем"
он пишет:

"Что ты имеешь в
виду, Дионисодор? Не в первый раз, но от
многих и часто слышал я это
рассуждение и всякий раз удив-
лялся. Ведь и ученики Протагора
/56 всячески пользовались им,
и старшее поколение тоже. Мне
же оно кажется странным и ни-
спровергающим как другие рассуждения,
так и само себя. Но я
полагаю, что лучше всего убедишь
меня в его истинности имен-
но ты. Значит, ложь произнести нельзя
(ведь именно в этом сила
данного рассуждения, не
так ли? ) и говорящий может либо
говорить правду, либо молчать?
Дионисодор подтвердил это" /57.

В рамках обыденного универсального естественно-
го языка парадокс лжеца и не может иметь решения.
Дело в том, что понятие истинности определяется се-
мантической интерпретацией, которая неявно присут-
ствует в высказывнии "Я лгу". Но что представляет
собой такая интерпретация для естественного языка?
Здесь надо опираться на знание мира, а это знание
непостоянно, зависит от интерпретирующего человека

- - - - -
/54 Роулен де Филипп. Лжец
(0 теории истины Тарского) //
Логико-семантический анализ структур знания:
Основания и при-
менения. - Новосибирск: Наука, Сиб. отд-ние, 1989. - С. 93-94.
/53 Антиномия - логическое
высказывание, обладающее сле-
дующим свойством противоречивости. Если
А истинно, то из этого
выводится, что А ложно, если А
ложно, то следует, что А ис-
тинно.
/55 Протагор из Абдер (480 - 410
до н. э. ), один из основате-
лей софистики. Ему принадлежат
слова "0 богах я не могу
утверждать ни что они существуют,
ни что их нет", а также
знаменитое изречение "Человек есть
мера всех вещей, сущест-
вующих, что они существуют, и
не существующих, что они не
существуют". В 40-е годы V в.
до н. э. прибыл в Афины, имел
успех как учитель риторики и философ,
был обвинен властями в
вольнодумстве, бежал на Сицилию, погиб в бурю.
/57 Платон. Диалоги. - М.; Мысль, 1986. - С. 131.

и может меняться от ситуации к ситуации. Интерпре-
тация выходит за рамки формализма языка. Вот по-
чему парадокс лжеца не может иметь
решения в
этом же языке.
Аналогичная ситуация возникает и для формаль-
ных языков логики, являющихся лишь сложными,
но
слабыми подобиями естественного языка. Здесь также
необходимо решить проблему структурного определе-
ния истинности.
Решение антиномии "Лжец"
для формальных язы-
ков предложили английский философ
и логик Б. Рас-
сел в 1908 г. и польский логик
А. Тарский в 1931 г.
Они заметили, что следует
различать уровни языка.
Так, имя выражения имеет уже другой, более высокий
уровень по отношению к
самому выражению. Рассел
построил теорию иерархических типов.
Тарский пред-
дожил различать язык-объект
и метаязык, на кото-
ром проводятся рассуждения
относительно языка-объ-
екта. Здесь понятие истинности
для высказываний
языка-объекта относится к метаязыку
более высокого
уровня.

"Также доказано, что любое удовлетворительное определение
понятия истинности для объекта-языка конечного класса, содер-
жащего арифметическую репрезентацию, может проявиться только
в метаязыке высшего класса: представить противоположное -
это
значит так или иначе столкнуться с парадоксом типа "Лжец" /58.
В 1931 г. логик К.
Гедель доказал знаменитую тео-
рему о неполноте. В ней утверждается,
что любая не-
противоречивая формальная
теория, включающая
арифметику целых чисел,
неполна. Иначе говоря,
в этой теории существует
имеющее смысл утвержде-
ние, которое средствами самой теории
невозможно ни
доказать, ни опровергнуть. То, что
с ужасом предчув-
ствовали пифагорейцы, пытавшиеся
весь мир свести
к числам, свершилось.
Модификацию парадокса
"Лжец" используют и
для доказательства
существования алгоритмически
неразрешимых проблем. Схема
рассуждений в этом
случае такова. Пусть имеется некоторый
язык, в ко-
тором задаются алгоритмы.
Предположим для про-
стоты, что алгоритмы -
это некоторые математиче-
ские машины, перерабатывающие
входную информа-
цию в дискретные такты времени.
Это могут быть ма-
шины Тьюринга или другие
преобразователи. Такое

- - - - -
/58 Роулен де Филилп. Лжец. - С. 112.

предположение не нарушает общности.
Язык опреде-
ляет правила строгого описания таких
машин. Проб-
лема считается алгоритмически разрешимой,
если су-
ществует алгоритм (машина, задаваемая
в рассмат-
риваемом языке), который за конечное
число тактов
работы отвечает на вопрос проблемы. В
этом случае
вместо человеческого "Я лгу" алгоритм
заставляют
"говорить" другие машинные варианты
этой фразы,
например "Я никогда не останавливаюсь",
что озна-
чает, что при любом входе алгоритм работает
беско-
нечно долго. Предполагая, что свойство
"Я никогда
не останавливаюсь" в классе всех алгоритмов
распо-
знаваемо каким-то конкретным алгоритмом,
заставив
этот алгоритм рассматривать самого себя,
опять бы-
стро получим ситуацию антиномии
"Лжец". Отсюда
следует, что такого алгоритма не существует, т.е. по-
лучим доказательство существования
неразрешимости
проверки некоторых свойств в классе алгоритмов.
За-
тем из неразрешимости одной простой
проблемы ма-
тематики смогли получить доказательства
неразреши-
мости других, более интересных и сложных
математи-
ческих проблем.
Парадокс "Лжец" создает
ситуацию, которую так
любят писатели-фантасты. В рассказе "Лжец"
амери-
канский писатель А. Азимов описывает
неразрешимую
ситуацию. Специалист по психологии роботов
Сьюзен
Кэлвин поставила перед роботом
Эрби неразрешимую
проблему. Решение ее приводило к
нарушению перво-
го закона робототехники: "Робот не может
причинить
вред человеку".

" - Ты
не можешь сказать, - медленно повторяла Кэлвин, -
потому что это их огорчит, а ты не должен
их огорчать, Но если
ты не скажешь, это тоже их огорчит, так что
ты должен сказать.
А если ты скажешь, ты их огорчишь,
а ты не должен, так что
ты не можешь сказать. Но
если ты не скажешь, ты причинишь
им вред, так что ты должен. Но если
ты скажешь, ты причинишь
вред, так что ты не должен. Но если ты не скажешь,
ты... " /59

В итоге Эрби, не выдержав, превратился
в бесфор-
менную кучу металла.
Физиологов еще со времен Линнея
волнует вопрос:
в чем отличие мышления человека
и животных? Сам
Линней демонстративно признавал, что
он не может
указать черты, разделяющей человека
и обезьяну.

- - - - -
/59 Азимов Л. Три закона робототехники //
Сб. науч. - фантаст.
рассказов ( Пер. с англ. - И.: Мир, 1979. - С. 164 - 165.

В наши дни известны эксперименты ученных по обуче-
нию обезьян жестовому и знаковому языку. Начали
их американские психологи Б. и А. Гарднеры. Они
обучали группу шимпанзе американскому языку гл -
хонемых известному под названием "амслан". Обе-
зьяны, используя свои подражательные способности,
освоили несколько сотен слов в этом языке и могли
самостоятельно давать новые имена вещам и строить
нетивиальные грамматически правильные конструк-
ции. Например, семилетняя шимпанзе Уошу, однаж-
ды увидев самолет, сказала знаками: "Покатай меня
на самолете". Шимпанзе Люси, попробовав арбуз,
самостоятельно определила его как "фрукт для пи-
тья", а горькую редиску как "плакать больно пища".
постаревшую Люси отпустили в заповедник на остро-
ве в Сенегале. Неизвестно, как она справлялась там
с миссионерскими обязанностями среди других обе-
зьян, но в литературе описан забавный случай. Од-
нажды заповедник инспектировал известный защит-
ник природы Б. Гржимек. К нему подошла шимпанзе
и жестами просигналила: "Здравствуй, учитель! Я -
Люси. Нет ли у тебя чего-нибудь вкусненького? " Обу-
чали обезьян и специальному компьютерному языку.
В этом варианте животные могли обращаться с ком-
пьютером, установленном в питомнике, в любое вре-
мя суток. Однажды ночью шимпанзе Лана набрала
на дисплее фразу: "Пожалуйста, машина, почеши
Лану". В другой раз эта же гениальная обезьяна тру-
дилась над составлением какой-то фразы. Инструктор
все время со своего терминала вставлял в предложе-
ние слова, делавшие его бессмысленным. Лана немно-
го понаблюдала за ним. Затем набрала фразу: "По-
жалуйста, Тим, выйди из комнаты".
Язык обезьян напоминает раннюю детскую речь,
которую человек воспринимает как вполне интеллек-
туальную. Некоторые специалисты подвергают крити-
ке успехи обучения обезьян - они считают, что это
только проявления подражательного рефлекса. Кри-
тика базируется на том факте, что обезьяны испыты-
вают тудности при создании отрицательных и вопро-
сительных предложений например, вопрос Люси к
Гржимеку вполне может быть объяснен устойчивым
рефлексом, выработанным у Люси в годы обучения.
Легко представить как любимица Люси быстро усвои-
ла последовательность жестов, в ответ на которые по-
лучала что-нибудь вкусное. Однако многие считают,

что обезьяны в самом деле обладают значительными
языковыми способностями. Они умеют задавть
во-
просы и давать отрицательные ответы. Но сможет ли
обезьяна когда-нибудь самостоятельно
сказать;
"Я лгу"? Именно в этой антиномии отличие языка че-
ловека от языка животных. Вот черта, разделяющая
человека и остальной животный мир. И если когда-
нибудь появится порода лживых обезьян, осознавших
собственную ложь, их придется включить в разряд
обезьян разумных.
Парадокс лжеца вскрывает загадочную
асиммет-
рию языка относительно понятий истины и лжи. Если
некто твердит: "Я говорю правду", - парадокса не
будет. Люди равнодушно пройдут мимо такого фило-
софа. Нельзя получить парадоксальную антиномию,
используя только утвердительные высказывани, не
содержащие отрицания. Именно отрицание ввергло
молчаливый мир неподвижной истины в вечное движе-
ние, превратило истину в ускользающую неопределен-
ность, в зыбкий символ, стираемый волнами времени
и вновь начертанный силой разума.
Интересные логико-семантические антиномии
воз-
никают при дальнейшем развитии и усложнении пара-
докса "Лжец". Предположим, честный философ, о ко-
тором известно, что он всегда говорит правду, вдруг
серьезно заявляет: "Я не существую". Если это выска-
зывание истинно, тогда оно ложно, потому что налицо
сам акт его появления и существования. Если предпо-
ложить, что высказывание ложно, это противоречит
аксиоме правдивости философа, следовательно, оно
истинно. Усомниться в правдивости философа нельзя,
потому что никто не докажет, что он лжец, даже если
он сам произнесет: "Я лгу". Таким образом, никто
не сможет опровергнуть убежденную ложь честных
людей. Такая ложь приводит либо к парадоксу, либо
к безумию. Вариаций на эту тему бесконечно много.
Сенека в начале нашей эры писал:

"Протагор говорит, что
утверждать и то и другое можно оди-
наково о каждой вещи, в том числе
и о том, каждая ли вещь
дозволяет утверждать о ней и то
и другое. Навсифан говорит:
все, что кажется нам сушествующим,
существует в такой же
мере, как и не существует. Парменид говорит:
все, что нам ка-
жется, не отличается от единого. Зенон Элейский
камня на камне
не оставил от всех сложностей, сказав:
ничего не существует.
Примерно к тому же приходят и последователи
Пиррона, и мегар-
цы, и эритрейцы, и академики,
которые ввели новое знание -
о том, что мы ничего не знаем...
Если я поверю Протагору,

в природе не остается ничего, кроме сомнения; если
Навсифа-
ну - достоверно будет только то, что нет ничего
достоверного;
если Пармениду - Остается только единое,
если Зенону - и еди-
ного не останется. Но что такое и мы сами, и все,
что окружает
нас, питает, держит на себе?
Вся природа оказывается тенью -
или пустой, или обманчивой. Нелегко мне сказать,
на кого я
сержусь больше: на тех ли кто
объявляет нас ничего не знающи-
ми, или на тех, кто и возможности ничего не
знать нас лишает" /60.
По-своему разрабатывал парадокс лжеца Ф. М.
До-
стоевский. В "Дневнике писателя" он даже исследует
процесс, названный им логическим самоубийством,
Его персонажи мучительно ищут ответ на
вопрос о
существовании бога. Кириллов, герой "Бесов", чув-
ствует, что бог необходим, значит, он должен быть.
Но инженер Кириллов понимает, что бога нет
и не
может быть. Логического решения нет, звучит выст-
рел - Кириллов уходит из жизни.
Вечный спор на эту тему ведут братья
Карамазо-
вы. Поиск таинственного убийцы
старика-отца -
только повод для развертывания борьбы логических
первоидей. Кто убил? Признался в убийстве и казнил
себя Смердяков, предполагаемый побочный сын
уби-
того. Ошибочно осужден и пошел на каторгу
Дмит-
рий, старший из братьев. Сошел с ума
Иван Кара-
мазов, пытавшийся провести логическое следствие.
Каждый из них мог быть убийцей, но таковым
никто
себя не считает. Убийство произошло как бы в другом
измерении. В кошмаре Ивана Карамазова появляется
еще один претендент на роль убийцы - черт. И тут
начинается парад антиномий. Есть ли высшее суще-
ство? Для Ивана черт реален, значит, в мире должно
существовать и его отрицание. Но Иван остается ате-
истом, он требует логического доказательства суще-
ствования бога. Но такого доказательства нет и быть
не может.

"Оказывается, окончательный "секрет
черта" вовсе не в том,
что бога и бессмертия нет. "Секрет черта" в том,
что бог и бес-
смертие есть, но надо утверждать, что их
нет - нечто обратное
тому, что утверждал великий инквизитор.
Секрет в том, что истина на стороне
тезиса, но надо провоз-
глашать, что истина на стороне антитезиса.
Но зачем надо провозглашать
торжество антитезиса, зачем
надо "отрицать", зачем черту
нужно быть "необходимым мину-
сом" - этого черт не знает. Он только знает, что
без отрицания
не будет "происшествий", не будет нелепостей
- и он творит
"неразумное по приказу", обреченный на вечное
сомнение. Любя

- - - - -
/60 Сенека Л. Л. Нравственные письма к
Луцилию. Трагедии. -
М.: Худож. лит., 1986. - С. 186,

людей, желая добра, он творит зло,
потому что зло необходимо;
иначе прекратится жизнь" /61.

В эпилоге "Братьев Карамазовых"
есть интересное
название предпоследней главы: "На минутку
ложь
стала правдой".
Каждый герой Достоевского
воплощает в себе
определенную идею и сущеествует до тех пор, пока она
не оборачивается ложью. Поэтому
в романах До-
стоевского столько трупов и сошедших с ума. А
от-
вета нет. Человек Достоевского подобен жонглеру,
ба-
лансирующему на тонкой проволоке
между двумя
космическими безднами. И только князь
Мышкин из
романа "Идиот", кажетя, находит для себя ответ,
но
он безумен и с безразличной улыбкой
смотрит на
остановившийся мир. "Удивителен ответ
творца своим
персонажам, ответ Достоевского
Кириллову: жизнь
есть ложь, а она является вечной" /62.
Аналогичный парадокс
возникает, если вместо
"Я не существую" произнести "Я сплю".
Отсюда лег-
ко вывести антиномию "жизнь - сон" - любимую те-
му многих современных писателей
древних филосо-
фов. На уровне языковых рассуждений
нельзя отли-
чить жизнь от сна. Платон развивает этот
вопрос в
диалоге "Теэтет". Ему также приписывают
знамени-
тое парадоксальное утверждение: "Я знаю, что
ничего
не знаю". Впрочем, Платон все же
сомневается и
задает вопросы.
"Платон, заявляют они,
сам признается в своем
диалоге "Теэтет": "Я ничего не знаю и ничему не учу,
я только сомневаюсь... " К словам
же "Я ничего не
знаю" Платон прибавляет затем: "Кроме
сущей без-
делицы - задавать вопросы и отвечать
на них", -
имея в виду искусство диалектики,
которым владел
в совершенстве" /63.
Таким образом, при помощи
неприметной частицы
"не" в язык заключается парадоксальное
могущество
и странное очарование принципа отрицания. Так
язык,
человек и весь мир сливаются в
неразрывном един-
стве, как сливаются волны, исчезающие,
чтобы опять
возродиться. И если долго вслушиваться в это
движе-

- - - - - - -
/61 Голосовкер Я.
Э. Достоевский и Кант. - М.: Изд-во АН
СССР, 1963. - С. 85 - 86.
/62 Камю А. Миф о
Сизифе //Сумерки богов. - М.: Политиз-
дат, 1989. - С. 301.
/63 Анонимные пролегомены к платоновской
философии //Пла-
тон... Диалоги... - С. 487.

ние волн вглядываться в мимолетные знаки, пытаясь
понять их таинственный смысл, то в какой-то неуло-
вимый момент перехода между явью и сном можно
услышать тихий зовущий голос сирен, от которого
нельзя оторваться: "Что этот мир? Только сказка в
загадке сна снов, только книга из непрочитанных зна-
ков и слов". И даже в последней
лжи того сна, из
которого нет возвращения,
кто-то опять повторяет:
"Не существую, не знаю... "
Кажется, из какой-то
непостижимай дали Платон
удыбнулся и произнес: "Я существую, я знаю".
Вот почему, слушая такие
речи, Одиссей привязал
себя к мачте корабля.

- - - - - - - - - - - - - - - - - - -

ЗА ПРЕДЕЛОМ

С развитием абстрактного
мышления катастрофиче-
ски увеличивается количество
самоубийств. Человек
перенял редкую болезнь богов. Еще
в начале нашей
эры философским анализом
этой печальной проблемы
занимался Луций Анней Сенека
(ок. 4 до и. э. -
65 н. э. ). В последнем
произведении "Нравственные
письма к Луцилию" он
в разнообразных вариантах
настойчиво повторяет печальный
итог своих размыш-
лений.
"Жизнь - как пьеса: не то
важно, длинна ли она,
а то, хорошо ли сыграна. К делу не относится,
тут ли
ты оборвешь ее или там. Где хочешь,
там и оборви -
только бы развязка была хороша"64.
Кажется, Сенека
в большей степени убеждал себя.
По приказу своего
жестокого ученика императора Нерона
он трагически
уходит из жизни. С трудом перерезав
вены, медленно
умирая, он диктует писцам
последние мысли. Жаль,
что эти тексты до нас не дошли.
Самоубийство связано
с возможностью сознания
человека воспринимать самого себя
как отчужденный
абстрактный объект. Это новое качество - достижение
эволюции разума. Какое-нибудь домининирующее
не-
приятное чувство, возникшее по той
или иной причи-
не, может быть связано с абстрактными
указателями,
вызывающими образы различных
вещей, включая об-
раз самого человека. Возникает навязчивая
идея из-
бавиться от неприятного чувства. Может так случить-
ся, что среди всех опротивевших
вещей первичная

- - - -
/64 Сенека Л. А. Письма к Луцилию. Трагедии. - С. 148.

причина затеряется, а объектное "Я" займет весь
пе-
редний план. Уничтожается абстрактный
обьект, но
с мгновенным освобождением исчезает
сама лич-
ность.

"Теперь
анализ меланхолии показывает нам, что "я" может
себя убить только тогда, езли
благодаря обращению привязаннос-
ти к объекьам на себя оно относится
к себе самому как к объ-
екту; если оно может направить против
себя враждебность, отно-
сящуюся к объекту и заменяющую
первонанчальную реакцию "я",
к объектам внешнего
мира... Таким образом, при регрессии от
нарцистическога выбора объекта этот
объект, хотя и был устранен,
все же оказался могущественнее,
чем само "я". В двух противо-
подожных положениях
крайней влюбленности и самоубийства
объект совсем одолевает
"я", хотя и совершенно различными
путями" /65

Самоубийство - свойство
циклического мышления
с развитыми ассоциативными связями. В
мысли "объ-
ект - охотник" соединяется действием с "объектом
-
целью", но тут же по ассоциативной связи возбужда-
ются новые образы, вызываемые "объектом
- целью".
Эти образы посылают импульсы "объекту
- охотни-
ку", сигнализируя о возможных
отношениях с ним.
"Объект - охотник" аналогичным
способом вступает
во взаимодействие с новыми образами.
Если "объект - охотник"
и "объект - цель" пред-
ставляют объективное "я" человека, то возможно
уси-
ление потенциала циклического пути,
соединяющего
эти два одинаковых "я". Мысль замыкается в
кольце,
напряжение возрастает, неприятные ощущения
усили-
ваются. Хорошим профилактическим средством
может
быть любая работа, связанная с необходимостью
бы-
строго управляющего реагирования.
Такая работа
требует одностороннего древнего мышления
по типу
"охотник и жертва". При
этом отсекаются лишние
ассоциативные потоки сознания. В частности, полезен
спорт. Футбол изобрели в первобытных
племенах ин-
дейцев, правда, играли тогда отрубленной человече-
ской головой.
У особо чувствительных людей
в наше время абст-
рактное созерцание приводит в действие потоки
ощу-
щений, непрерывно меняющие свои
полюса, которые
могут вызвать опасное ощущение абсурдности
жизни.
Вещи в своей обыдепности, повторяемости
и усколь-
зающих подробностях могут вызвать
странные ощу-

- - - - - - - - - - -
/65 Фрейд 3.
печаль и меланхолия //Психология эмоций
Тексты. - М.: Изд-во Моск. ун-та 1984. - С. 209.

щение. Как на картинах пуантилистов, каждая вещь
изображается множеством разноцветпых изолирован-
ных точек, каждая точка есть тоже вещь, состоящая
из точек, и, вглядываясь в детали причудливой кар-
тины мира, теряешь ощущение реальности существо-
вания.
В 1938 г. в Париже появился знаменитый роман
Ж. - П. Сартра "Тошнота", возникло философское те-
чение абсурда, получившее название "экзистенциа-
лизм". Герой романа созерцает в парке деревья.

"Я приготовился увидеть, как
движение возникает из небытия,
как мало-помалу зреет и расцветает - наконец-то
мне удастся
подсмотреть, как существование рождается на свет.
Но не понадобилось и трех секунд,
чтобы все мои надежды
рухнули. На колеблющихся ветках, слепо шаривших
вокруг, я не
мог уловить "переход" к существованию. Сама идея
перехода
тоже придумана людьми. Слишком определенная идея.
Все эти
крошечные подрагивания были отделены друг
от друга, выступали
сами по себе. Они со всех сторон кишели на ветках
и сучьях. Они
вихрились вокруг этих высохших рук, обволакивая
их крохотными
ураганами. Само собой, движение было чем-то иным
нежели де-
рево. И все равно это был абсолют. Вещь. Все, на
что натыкался
мой взгляд, было заполнено. На концах веток роились
существо-
вания, они непрерывно обновлялись, но они не рождались
ни-
когдаИ И все существующее, что мельтешило
вокруг дерева, не
являлось ниоткуда и не исчезло никуда. Вдруг оказывалось,
что
оно существует, и потом вдруг что уже - нет.
Сществование
лишено памяти: от ушедших оно не сохраняет ничего
- даже
воспоминания. Существование всюду до бесконечности
излишне,
излишне всегда и всюду. Существование всегда ограничено
только
существованием... Они не хотели существовать, но
не могли не
существовать - вот в чем загвоздка" /66

Экзистенциализм отличается
пристальным внима-
нием к переход между существованием и небытием.
Только этот переход объявляется истинным бытием,
все остальное, включая само существование и небы-
тие, абсурд - логические ловушки нашей, мысли.
В 1942 г. среди дрожащих неторопливых
мелодий
экзистенциализма прозвучал новый восточный мотив.
Вышла в свет повесть Камю "Посторонний". Герой ее,
алжирец Мерсо, живет в абсурдном мире вещей и со-
бытий. Он видит вещи, слышит звуки, хоронит мать,
совершает бессмысленное убийство и все время без-
участно наблюдает себя со стороны. Он посторонний,
он тоже вещь в мире вещей. И только в
ночь перед
казнью он неожиданно избавляется от гипноза посто-
роннего наблюдателя и запоздало бунтует.

- - - - - -
/66 Сартр Ж. П. Тошнота (( Иностр. лит. - 1989. - Э 7. - С. 96.

"Тошнота" Ж. П. Сартра и "Посторонний" Камю
дают описание чувства абсурда. Это сложное чувство
нуждается в объяснении. Абстрактные концепции,
связанные с философией абсурда, излагаются в "Объ-
яснении постороннего" Сартра и "Мифе
о Сизифе.
Эссе об абсурде" Камю. Логика абсурда (в нем тоже
есть свои структура и логика) раскрывается в твор-
честве Кафки.
В "Мифе о Сизифе" Камю начинает
с проблемы
самоубийства.

"Есть лишь одна
по-настоящему серьезная философская проб-
лема - проблема самоубийства. Решить, стоит
или не стоит жизнь
тогд, чтобы ее прожить, -
значит ответить на фундаментальный
вопрос философии. Все остальное - имеет
ли мир три измерения,
руководствуется ли разум девятью
или двенадцатыо категория-
ми - второстепенно. Таковы
условия игры: прежде всего нужно
дать ответ" 87.

Ф. М. Достоевский - один из тех,
кто наиболее
остро воспринимал все грани абсурда. В своих поис-
ках он поднимаетсч к богу и опускается на землю,
парит над ужасающей бездной и падает в нее. Нико-
му не дано удержаться между небом и землей. Только
вверх или вниз. Преступление требует наказания или
наказание требует преступления? В абсурдном
мире
однозначных ответов нет. Есть только две условные
грани - существование и небытие. Одну истертую,
потрескавшуюся грань мы, кажется знаем. Что
же
там, за пределом? И в каком-то кошмарном, повто-
ряющемся, черном, абсурдном сне Свидригайлов мед-
ленно подносит к виску пистолет и равнодушно нажи-
мает курок. От звука выстрела он хотел проснуться,
но выстрел прозвучал не во сне.
И все же экзистенциализм решает в
пользу пре-
красной и потрясающей в своей абсурдности жизни,
вернее в пользу творчества, высшая цель которого -
выявление как можно более точного раздела между
нашим абсурдным миром и его переходом в свое
от-
рицание. Неважно, что стоит за этим отрицанием, -
другой абсурд или вечерке ничто.

МИФЫ И РОБОТЫ

Парадоксы языка тина антиномии "Лжец" часто обы-
грывают фантасты. Перед роботом ставится скрытая
логическая загадка, любое решение которой противо-

/67 Камю А. Миф о Сизифе. - С. 2Ю

речит жестоким законам поведения роботов.
В такой
ситуации робот либо погибает, либо застывает в абсо-
лютной неподвижности, совершая
бесконечный цикл
бессмысленного пересчета. Люди радуются
бессилию
роботов, хотя сами не в состоянии справиться с подоб-
ными загадками. Такие игры
фантастов помогают
глубже понять логику законов управления
роботами.
Кроме того, они предостерегают от
возможных ката-
строфических ситуаций в будущем. Сейчас
наступает
время созидания промышленных систем
искусственного
интеллекта. Такие системы, обладая определенной сво-
бодой воли, ограниченной только заложенными
в них
правилами функционирования, могут случайно
или по
злому умыслу столкнуться с упомянутой
логической
ситуацией. Возможно даже создание специальных "ло-
гических бомб" разрушающих
интеллектуальные си-
стемы. Причем, чем выше уровень
"интеллекта" си-
стемы, чем доступнее она в общении с человеком,
тем
больше у нее шансов попасть под
удар такой "бом-
бы". Возникает парадоксальная ситуация.
С одной
стороны, современные вычислительные
системы под-
вергаются многочисленным атакам
компьютерных ви-
русов, разрушающих данные и
программы, с дру-
гой - в перспективе для
компьютеров ожидается
опасность "заболевать психическими расстройствами",
аналогичными болезням человека. Поэтому
для раз-
работчиков систем искусственного интеллекта
логико-
семантические парадоксы языка, вскрытые
в древних
мифах, представляют не только философский,
но и
практический интерес. По крайней мере,
их следует
классифицировать и изучать. Так древнее
гуманитар-
ное знание неожиданно приобретает
новый техноло-
гический аспект. Мифы
обнаруживают загадочное
свойство возвращаться. Парадокс лжеца
широко рас-
пространен в сюжетных построениях. Менее
разрабо-
тана схема загадки Эдипа. Возможно потому,
что она
требует более тонких логических построений.
Фабула
литературного произведения, основанного на
такой
схеме, должна содержать последовательность
дейст-
вий: забывание, запретные действия, узнавание.
За-
бывание означает снятие запретов
на определенные
действия персонажа. Запретные действия
при выпол-
нении не должны противоречить логике
мира, учиты-
вая, конечно, предварительное забывание
запретов.
Узнавание - кульминационный момент прозрения,
возвращение забытых запретов. Здесь определяется

степень вины и кары персонажа за совершенные за-
претные действия. Все три действия должны вызы-
ваться естественным ходом событий. В этом слож-
ность по схеме загадки Эдипа.
Рассмотрим пример. Предлагается небольшой
фантастический рассказ. Условно назовем его "Звезд-
ные странники". Собственно, это даже не рассказ,
а его схема. Для законченного произведения ее следо-
вало бы наполнить конкретными персонажами, дей-
ствием, диалогами, эмоциями, любовью и смертью.
Еще лучше рассматривать предлагаемый текст как
краткий сценарий фильма. Итак, "Звездные стран-
ники".
Эта история случилась во времена освоения
даль-
него космоса. Небольшая экспедиция землян выса-
дилась на планете, обозначенной в звездных катало-
гах под номером Z1. Планета была очень похожа на
Землю: те же леса, поля, реки, океаны, горы. И со-
став воздуха соответствовал земному. Непривычным
было только преобладание голубого цвета. Вблизи
голубых океанов громоздились голубые горы, в лесах
и полях пышно цвели голубые и синие растения, в го-
лубом призрачном небе чужое солнце меняло цвет от
красного на рассвете, желтого в полдень до фиолето-
вого на закате, а по ночам было странно наблюдать
две серебристо-голубые луны в мозаике незнакомых
созвездий. Планета оказалась необитаемой, но в одной
из каменистых пустынь путешественники обнаружили
огромные загадочные рисунки, непонятным способом
нанесенные на каменистую поверхность, а в дремучих
лесах были найдены многочисленные развалины со-
оружений, принадлежащих исчезиувшей цивилизации.
Экспедиция решила задержаться, чтобы исследовать
ее следы. Звездолет улетел. Он не вернулся к наме-
ченному сроку, не вернулся и к последнему возмож-
ному. Напрасно звездные странники с надеждой и
тревогой всматривались в голубое небо - корабль
затерялся в черных лабиринтах Вселенной.
Шли годы. Люди начали обживать приветливую
планету, построили города, наладили системы жизне-
обеспечения, зажили спокойной, мирной жизнью. Им
снились ласковые сны. В этих снах они летали, как
птицы, им открывались удивительные голубые миры
сказочной красоты, они пели, смеялись, разговаривали
с предками, видели себя в детстве, совершали голово-
кружительные путешествия в необъяснимых потоках

пространства и времени. Они привыкли
к новому
солнцу и полюбили приютившую их голубую планету.
Но однажды дождливой осенью в
их сны стали
вторгаться чужие зловещие образы. Загадочные вол-
ны, идущие из недр космоса, накатывались на
людей,
порождая чувство растерянности и страха. Исчезли
голубые миры. Теперь в ночных грезах люди боролись
с хаосом холодной бесконечной Вселенной. Им виде-
лись огромные абсолютно черные сферы, стремительно
вращающиеся, куда-то несущиеся, переходящие
друг
в друга, расширяющиеся и поглощающие все на
своем
пути. Они видели, как из этих внезапно остановив-
шихся сфер вынырнули темные космические
корабли
прцшельцев, стаями зависшие над голубой планетой.
Им снились пустынные города, кровь на улицах, раз-
валины прошлых цивилизаций, древняя дорога, по ко-
торой бредет слепой человек, несокрушимые гиганты-
роботы, беспрекословно подчиняющиеся своим
хозяе-
вам, несущие смерть и разрушение.
Люди стали готовиться к неведомой битве.
В глу-
боких затерянных пещерах
оборудовали убежища,
включили электронные системы защиты
и дальнего
космического обнаружения.
Однажды на рассвете люди пробудились
от ужас-
ного сна. По небу стремительно
мчались огромные
черные вихрящиеся облака. Вдруг они исчезли,
и в
прозрачной синеве зависло множество странных
тем-
ных объектов. Люди бросились к
боевым системам,
но все они бездействовали: неведомая сила отключила
электронику. Началась неравная
жестокая битва.
Огромные роботы шли по улицам городов,
уничтожая
все живое. Они не боялись земного оружия,
мощное
силовое поле неизвестной природы всякий раз
защи-
щало их от всех попыток уничтожения.
Реакция ве-
ликанов была мгновенной. Многие храбрецы
попла-
тились жизнью, вступая в неравную схватку с
ними.
Особенно страшен был огромный робот,
выделяющий-
ся даже среди своих братьев-гигантов.
Прошло некоторое время.
Оставшиеся в живых
притаились в глубоких пещерах.
Наступил редкий
короткий период времени, когда одна луна закрывает
вторую. Такое событие встречается лишь раз в десять
лет и длится всего несколько дней. Всем было изве-
стно, что в этот особый период в одном из заброшен-
ных храмов исчезнувшей цивилизации ровно
в пол-
ночь на огромном экране из белого
камня можно

увидеть свое прошлое и будущее. Об этом свидетель-
ствовали древние письмена, которые удалось
расшиф-
ровать землянам, а также многочисленные свидетель-
ства самих землян, тщательно собранные
в архивах
городов. Природа такого феномена
неизвестна. Но
что только не может встретиться на звездных доро-
гах! Эти сведения, а также дорогу к храму, пытались
скрыть от пришельцев, но не успели уничтожить
го-
родские архивы.
В последнюю ночь такого лунного
периода группа
пришельцев достигла развалин огромного старого
со-
оружения. Ровно в полночь серебристый свет
застру-
ился по белой стене. В этом свете стали
возникать
странные пятна, которые вдруг приобрели вид
темных
стремительно вращающихся сфер, несущихся
в неве-
домую даль. Затем сферы остановились,
и из них
вынырнули корабли пришельцев. В следующих
кадрах
гиганты-роботы шли по улицам городов
голубой пла-
неты, уничтожая все на своем пути. В
какой-то мо-
мент серебристый свет
задрожал, изображение
исказилось, сместилось в сторону, и появились новые
образы. Огромный, самый большой робот
пришельцев
уничтожал своих хозяев, молниеносно
выводил из
строя их космические корабли и отражал
направляе-
мые на него разрушительные лучи.
Пришельцы резко
двинулись к выходу. Один из них напоследок
взмах-
нул каким-то темным предмстом, и белая стена,
про-
стоявшая тысячи лет, потекла расплавившейся
массой
и рухнула. Серебристый луч задрожал и исчез.
Толь-
ко таинственный свет двух слившийся лун
падал на
священное место древних. Этой же ночью один
из ро-
ботов-пришельцев исследовал здание храма, но
ниче-
го, кроме рухнувшей стены, не обнаружил.
На следующее утро земляне смогли
проследить за
торопливыми приготовлениями
пришельцев. Самый
большой робот был отключен, с него сняли
огромные
гусеничные ноги, а останки бросили
в заброшенную
штольню. В шахте взорвали мощный
заряд, Штольня
осела и погребла бывшего гиганта. После
этого ко-
рабли пришельцев поднялись в воздух
и неподвижно
зависли над планетой. Затем завихрились черные
об-
лака, накрыли корабли и исчезли.
В голубом про-
зрачном небе осталось спокойное знакомое
солнце.
Люди вернулись в свои города, и
к ним вернулись
прежние спокойные сны.
Но тревога осталась. Урок не прошел
даром. Ста-

ла ясной причина гибели цивилизации голубой пла-
неты. В любой момент пришельцы могли вернуться.
Надо было готовиться к обороне. Люди откопали об-
ломки робота пришельцев. От него остался только
небольшой черный ящик из неизвестного сплава - все
остальное сгорело в плазменном взрыве. Ящик пред-
ставлял явную угрозу, и все же выхода не было: без
помощи робота людям не одолеть пришельцев.
В ла-
боратории электронной динамики приступили к
уни-
кальному эксперименту. Черный ящик окутали
про-
водами, соединенными с самым мощным
суперком-
пьютером, в который была заложена
специальная
программа диалогового управления. Компьютер
на-
чал непрерывно генерировать фразы: - Я компьютер
Z1, я твой хозяин. Очнись. Что тебе нужно,
чтобы
приобрести подвижность и силу?
Слова преобразовывались в разнообразную
циф-
ровую и аналоговую форму, в пространственные изо-
бражения, выражающие смысл фраз, и эта
информа-
ция на разных частотах посылалась черному ящику,
Прошло несколько дней. Были перепробованы
мил-
лиарды вариантов, но ящик не отзывался.
Уныние
царило на голубой планете. Вдруг на двадцатый день
эксперимента компьютер зафиксировал ответные
ко-
лебания. Черный ящик ожил и признал
компьютер
ZI своим хозяином. Был расшифрован код
восприя-
тия информации роботом, началась его сборка, кото-
рой он сам и руководил. Больше всего пришлось по-
мучиться с его ногами - нужны были
специальные
сплавы и механизмы для создания средств быстрого
и надежного передвижения гиганта. Проблема
была
решена после того, как робот смог использовать об-
ломки одного из кораблей пришельцев, разбившегося
о скалу при вторжении. Робота нарекли ЭД - по на-
званию лаборатории электронной динамики, в
кото-
рой происходила его сборка. ЭД помогал осваивать
недра и океаны планеты, раскрывал людям неизаест-
ные им законы природы, хранящиеся
в загадочной
памяти черного ящика.
Прошли годы. И опять в одну дождливую
осень в
сны людей стали вторгаться зловещие образы. Опять
закружились черные сферы и стремительно понеслись
к голубой планете. Люди начали готовиться к сраже-
нию. ЭД получил приказание защищать хозяина.
Сбылось старое пророчество. Ни один из кораблей
пришельцев не смог опуститься на поверхность голу-

бой планеты. Могучий робот мгновенно уничтожал их
и отражал смертельные лучи, направленные на него.
-
В считанные минуты космический флот пришельцев
перестал существовать, а вторая волна черных сфер,

мгновенно исчезла.
После победы ЭД получил новое важное
задание:
создать собственных двойников. Робот принялся за ра-
боту. Материалов и различных устройств с разбитых
кораблей было достаточно много. За несколько лет на
голубой планете появились первые четыре двойника
могучего робота. Но было одно существенное отли-
чие. По командам управляющего компьютера в чер-
ные ящики этих роботов ЭД заложил образы их хо-
зяев - жителей голубой планеты.
Как-то осенью в третий раз в снах людей
про-
мелькнули черные образы. ЭДа немедленно перевели
в информатеку. За несколько часов он переписал в
свою память всю информацию, хранящуюся в базах
знаний, включая летописи битв с пришельцами. Тре-
вога людей нарастала. Все сильнее в снах кружились
черные вихри. Люди уже хорошо знали, что это такое,
и были готовы к битве. Но они с тревогой наблюдали
за поведением ЭДа. Робот несколько раз пытался от-
ключить линии связи с управляющим компьютером,
с трудом и медленно выполнял его команды. Когда
тревога в снах людей достигла предела, ЭД неожи-
данно, не повинуясь ничьим командам, шатающейся
походкой пошел по направлению к информатеке. Там
он блокировал все входы в нее, а сам спустился в
хранилище летописей. Напрасно компьютер ZI по-
сылал ему сигналы. Роботу удалось отключить все
каналы связи. Люди приготовились к худшему. Вдруг
страшной силы звук донесся из хранилища информа-
теки. Содрогнулась планета и застыла в тревожном
ожидании. Казалось, все заполнил рев взрывающей-
ся Вселенной, лопающейся пузырями пространства и
времени, падающей в бездну бесконечности, перехо-
дящей в другую бесконечность. Это был последний
отчаянный крик сверхъестественного вселенского су-
щества, которому на мгновение открылась ему только
ведомая ужасающая картина мира. Постепенно звук
стал угасать. В какой-то момент изумленные люди
услышали плач живой космической души. Как будто
тихо плакал ребенок, которого обманули. Дрожь
ультравысоких частот пробежала по планете. Послед-

Иллюстрация
нее, что слышали люди, было слабое шипение плавя-
щегося металла. Когда они вошли в информатеку,
то увидели груду искореженного металла, посреди
ко-
торой растекся серебристо-черный сплав
- все, что
осталось от черного ящика, в котором хранилась зага-
дочная душа робота. По странному
стечению обстоя-
тельств это случилось ровно в полночь, в тот редкий
период, когда свет двух лун сливался в один поток и
тревожным блеском заливал загадочную планету.
Тут же пропали черные сферы. С тех пор люди пере-
стали бояться прихода страшных снов, ведь с ними,
остались могучие помощники - потомки непостижи-
мого робота.
На следующий день после гибели ЭДа был созвац
специальный совет обороны. Докладывал директор
информатеки - маленький невзрачный человек с ти-
хим голосом. Это ему принадлежал план разгрома
пришельцев. Собравшиеся услышали удивительную
историю. Оказалось, что с самого начала, еще в пер-
вый прилет пришельцев, действия землян подчинялись
тщательно разработанному секретному плану.
Справиться с захватчиками сами люди не могли.
Оставалось только одно средство - использовать про-
тив пришельцев их же оружие. На первом этапе пре-
дусматривалось убедить их отказаться от одного из
своих роботов-гигантов. С этой целью в древнем зда-
нии была смонтирована и замаскирована в стене спе - -
циальная видеопроекционная установка. С помошью
средств компьютерной графики группа программистов
создала необычный видеофильм, который и покавали
пришельцам. Сведения о возможности предсказания
будущего, о расшифровке текстов древней цивилиза-
ции были подготовленной выдумкой, широко распро-
страненной и донесенной до пришельцев. Они "слу-
чайно" обнаружили специально созданные хранилища,
летописей и видеотекстов, якобы тщательно скрывае-
мые, но на самом деле подставленные им. При защите
этих архивов погибло несколько десятков землян.
Первый этап плана был выполнен.
После того как пришельцы расправились с робо-
том и улетели, наступил самый рискованный этап.
Здесь план опирался на знание общих логических
принципов конструирования роботов. Исходили из
следующей гипотезы. Роботы, предназначенные для
работы в экстремальных условиях космоса, должны
иметь особый неразрушаемый блок управления. Он
должен уцелеть даже при самых сильных взрывах.
В блоке управления должны находиться два вида па-
мяти: программируемая оперативная, настраиваемая
на работу в изменяющихся условиях, и встроенная
жесткая неизменная память, доступ к которой имеют
только конструкторы роботов в специальных лабора-
ториях. Имя хозяев, пользующихся роботом, програм-
мируются в оперативной памяти и может изменяться.
Имя или код хозяев-разработчиков имеет приоритет,
хранится в нестираемой, жесткой памяти и не сообща-
ется простым пользователям. Черный ящик, попавший
в руки землян, представлял собой такой блок управ-
ления. Пришельцы стерли свои имена из оперативной
памяти, что дало возможность компьютеру беспрепят-
ственно записать туда свой код и стать хозяином ро-
бота. Второй этап плана также завершился успешно.
На третьем этапе план опирался на знание универ-
сальных законов робототехники. Один из главных за-
конов гласил: "Робот должен защищать
своих хозя-
ев". ЭД успешно защитил своего нового
хозяина -
компьютер, а заодно и всех людей. На
этом этапе
особых трудностей не предвиделось.
Наконец, наступил четвертый ответственный
этап.
Используя передышку, роботу поручили
срочно со-
здать двойников. Он успел собрать их только четыре.
Это была гарантия защиты от будущих
нападений.
Но после неудачного второго вторжения
пришельцы
поняли, с кем имеют дело. С этого момента ЭД
стал
представлять собой смертельную опасность. Пришель-
цы могли активизировать нестираемую часть черного
ящика и подчинить робот своей воле. Следовало ожи-
дать новой атаки, начинающейся с захвата
робота.
Так и случилось. Необходимо было уничтожить
ЭДа.
Но как это сделать? Он ведь практически неуязвим.
Его двойники вряд ли смогут помочь, так как их кон-
структор, сам ЭД, - их приоритетный хозяин, которо-
му они должны беспрекословно повиноваться.
На по-
мощь пришла логика. Управляющий
блок ЭДа был
спроектирован пришельцами в агрессивных,
захват-
нических целях. Для таких роботов
универсальный
закон защиты звучит так: "Робот
должен защищать
своего хозяина. Если это ему не удалось, он обязан
настичь и уничтожить убийцу хозяина". ЭДу на даль-
нем расстоянии стали передавать секретный приори-
тетны код хозяев. В итоге пришельцы добились
его
подчинения. Но накануне ЭД уже узнал все летописи

голубой планеты, знал и о своей победе над
пришель-
цами. Его специально для этого заставили работать
в информатеке. Бедный робот понял, что он убил
сво-
их настоящих хозяев. В зтот момент истины сработал
жесткий закон робототехники. Мошный
импульс ата-
ки, идущий от неконтролирусмого
участка черного
ящика, заставил робота уничтожить самого себя. При-
шельцы поняли, что произошло. Если земляне спра-
вились с самым могучим их роботом, то там им нече-
го делать.
Могучий робот попался в ту же логическую лс-
вушку, что и первая известная жертва - царь Эдип.
Сам не зная того, он совершил действия, которые не
должен был совершать: убил своих хозяев, завладел
их имуществом. Когда пришло знание,
сработал за-
кон трагедии, в данном случае реализованный посред-
ством законов робототехники. ЭД должен был убить
самого себя.
Были подготовлены и другие варианты развития
операции, основанные на том же принципе загадки
Эдипа. Но оказалось достаточно только первого.
Так хитроумные земляне победили в необычной
звездной войне. И все это придумал маленький тихий
человек, хранитель информатеки, большой знаток
древних мифов Земли. Единственное, что безмерно
удивляло этого человека, - это то, что решение проб-
лемы пришло во сне. Среди хаоса черных несущихся
сфер в его снах мелькнули изображения ласкового
лазурного моря, древних городов, царя с искалечен-
ными ногами, победившего сфинкса, того же царя -
старца с выколотыми глазами, бредущего по пустын-
ной дороге.
Это был Космический Разум, охватывающий не-
сколько звездных галактик. Он впитывал в себя все
проявления разума, возникающие в пределах его до-
сягаемости. Он наслаждался игрой чистого
мышления,
строил бесконечно сложные теории, тут же оставлял
их, принимался за игру образов, порождал новые пре-
красные миры, погружался в загадочные бездны из-
мерений прострлнства и времени. Иногда он замирал
на века, созерцая созданную им картину, иногда по-
гружался в странный сон, в котором возникали беско-
нечные серии прекрасных, совершенных образов, су-
ществующих мгновенья и вечность. Он не знал, откуда
он появился, не знал, что есть его мысль, не знал да-
же, где расположен. Он был везде и охватывал
все.

Однажды он уловил слабые позывные маленьких
разумных существ, поселившихся на голубой пла-
нете. Он знал ее печальую
историю. Жестокие по-
сланцы древних темных участков вселенной уничто-
жили существующую там цивилизацию. Напрасно
Разум пытался бороться с пришпельцами. Они не
поддались внушению, они не видели снов. Разум
был встревожен появлением землян, он
уже чувство-
рал приготовления пришельцев. Он
полюбил муже-
ственных и веселых землян. Зто
он навевал им сны
и сам был их сном, это он предупреждал их об опас-
ности. И это он передавал им образы
лазурного мо-
ря, древних развалин, слепого царя,
бредущего по
пустынной дороге. И только один
маленький тихий
человек, знаток древних мифов, сумел
запомнить и
расшифровать этот сон.
Единственное, что безмерно
удивляло Разум, -
это то, что решение проблемы пришло
ему во сне,
в котором мелькнули удивительные картинки
древнего
мифа, которые он сумел передать
маленькому тихому
человеку.

*

ЗЕРКАЛО МИРА

Огромное, спокойное зер-

кало, в глубине которого

вещи отражаются, отсы-

лая друг к другу свои

образы, на самом деле

шелестит словами. Немые

отражения удвоены сло-

вами, указывающими на

них

М. Фуко. Слова и вещи

МАГИЯ СЛОВ

Каковы законы связного
текста? Почему не произ-
вольный набор слов осознается
разумом как осмыс-
ленный? Эти вопросы
связаны с общими законами
ассоциативного мышления человека.
В свою очередь,
это мышлеиие отражет законы
мира, в котором со-
седство вещей отражается
в зеркале слов. Если мы
говорим: "Море, парус, весло, И
" - наш жизненный
опыт подсказывлет, что
наиболее вероятным продол-
жением будет слово
"лодка". Так возникает движе-
ние текста, Если мы
связываем слава "море, книжка,
автомобиль", разум пытается
найти ситуацию, в ко-
торой эти объекты
могут находиться в отношениях
соседства. Это может быть ситуация
типа "лето, авто-
мобильная стоянка на
море, пляж, девушка читает
кнжку".
Таким образом, связный текст,
воздействуя на
мышление человека, вызывает последовательность
Представлений знакомых ситуаций, Такая
последова-
тельность определяется неоднозначно
и зависит от на-
копленного жизненного опыта
человека и степени его

интеллектуального развития. Рассмотрим некоторые
примеры текстов.

"Эта книга вызвана к жизни одним из
произведений Борхеса.
Точнее, смехом, прозвучавшим под влиянием его чтения,
смехом,
который колеблет все привычки нашего
мышления - нашего по
эпохе и географии - и сотрясает
все координаты и плоскости,
упорядочивающие для нас великое рызнообразие
существ, вслед-
ствие чего утрачивается устойчивость и надежность
нашего тыся-
челетнего опыта Тождественного и Иного. В
этом произведении
цитируется "некая китайская энциклопедия", в которой
говорится,
что "животные подразлеляются на:
а) принадлежаших Импера-
тору, б) бальзамированных, в) прирученных,
г) молочных поросят,
д) сирен, е) сказочных, ж) бродячих
собак, з) включенных в
настоящую классификацию, и) буйствующих
как в безумии,
к) неисчислимых, л) нарисованных очень
тонкой кисточкой из
верблюжьей шерсти, м) и прочих, н) только
что разбивших кув-
шин, о) издалека кяжущихся мухами". Предел
нашего мышле-
ния - то есть совершенная невозможность
мыслить таким обра-
зом - вот что сразу же открывается нашему
взору, восхищенно-
му этой таксономией; вот какое
экзотическое очарование иного
способа мыслить предстает перед
нами под покровом полога" /68
Так начинает книгу о философии языка
"Слова и
вещи" известный французский структуралист М. Фу-
ко. Он приводит фрагмент из рассказа Х. Л. Борхеса
"Аналитический язык Джона Уилкинса", Текст вос-
принимается как не соответствующий нашим законам
мышления. Такое соседстао животных возможно толь-
ко в абстрактном пространстве языка. А вот другой
отрывок из Борхеса:

"... в них проглядывала суровая
и дикая жизнь: хижина из ло-
шадиных шкур, очаг, топившийся конским
навозом, пиры, на ко-
торых поедалось обугленное мясо и
сырые потроха, тайные вы-
лазки в предрассветной мгле, набеги
на чужие стада, крики и
вопли, разбой, несметные стада, угоняемые
из поместий голыми
всадниками, полигамия, грязь, колдовство" /69

В отличие от предыдущего
текста здесь слова-со-
седи хорошо подогнаны и вызывяют
друг друга по
ассоциации: хижина - очаг; очаг, лошадиные шку-
ры - конский навоз; очаг - обугленное
мясо - пиры;
мясо - тайные вылазки; вылазки
- набеги; набеги -
крики и вопли; крики и вопли - разбой;
чужие стада,
разбой - несметные стада, угоняемые; стада
- всад-
ники; стада, голыми - полигамия; полигамия, ста-
да - грязь, колдовство. Перед глазами
встает не-
сколько ярких картинок суровой
дикарской жизни.

- - - - -
/68 Фуко М. Слова и вещи. - М.: Прогресс, 1977. -
С. 31.
/ 69 Борхес Х. Л. История войны и пленницы// Проза разных
лет. - С. 142.

В первом тексте Борхес показал нарушение законов
связности текста, во втором демонстрирует их силу.
Еще один пример - современная
журналистская
проза.

"Как все-таки
лекго живется, когда есть "внешний
враг".
Все свои грехи, проблемы, провалы,
недочеты, диктатуру, репрес-
сии, дефицит сахара, ложь,
дефицит добра, маккартизм, застой,
черствый хлеб в булочной,
Сталина, инфляцию, скисшее молоко
в магазине, падение жизненного
уровня, "уотергейт", "рашидов-
гейт", обозленность людей в
автобусе, зажим "гласности", дело
Чурбанова, баснословные
прибыли военно-промышленного комп-
лекса, бриллианты Гали,
"ирангейт", дело полковника Норта,
засекречивание, прослушивание
телефонных разговоров, Сумгаит,
расовые волнения, невыполнение
плана, ввод войск в Афганистан,
порушенные карьеры наиболее
талантливых людей, рождествен-
ские бомбардировки Ханоя,
провалы ЦРУ, антисемитизм, импо-
тенцию, "двойку" по
арифметике, убийство Бухарина, Кирова,
Кеннеди, покрывшуюся мхом
колбасу на прилавке, очереди, не-
удачи в космосе, скандал
на кухне, анонимки, проблемы ветера-
нов, блат, пьянство, национальные
проблемы в Прибалтике, тара-
канов в квартире,
"Солидарность", цинковые гробы, доставлен-
ные "черным тюльпаном",
шовинизм, преждевременную смерть,
общественный пессимизм, проституцию,
аварию на атомной элек-
тростанции, Пиночета, массовое
убийство детей, женщин и стари-
ков в деревне Сонгми,
взяточников на партконференции, третью
мировую войну, запор, карточки
на продукты, поражение на пре-
зидентских выборах,
фригидность любимой, проколотую
шину,
эпидемии, рок-концерт, ливень,
убийство в подворотне, вонь из
мусоропровода, кладбище
нереализованных идей, аборты, травлю
Пастернака, ведьм, уничтожение
Якира и Тухачевского, наркома-
нию, бездарный роман, полет
Руста, извержение вулкана, успех
кол'леги, грязные рубашки после
химчистки, "дело врачей", неуро-
жай, привод в милицию,
избрание К. У. Черненко Генеральным
секретарем, появление этой
статьи, "прославляющей" американ-
скую армию в "Огоньке",
распятие Христа, "правый уклон", па-
дение курса доллара, предательство
- словом, как легко объяс-
нить всю эту какофоническую
порнографию нашего мира наличием
"внутреннего" или "внешнего врага".,
происками зарубежных раз-
ведок, масонов, международной
напряженностью и заговорами
реакции" /70

Журналист А. Боровик перечисляет
беды нашего
мира. Каждая перечислительная единица вызывается
предыдущей или предпредыдущей.
А. Битов один из ранних
рассказов "Автобус"
(1961) начинает фразой: "Хорошо бы начать книгу,
которую надо писать всю жизнь... " В зтом рассказе
он приводит ассоциативную схему, которую повторяет
во всех своих последующих произведениях. Конечно,
схема расширяется, дополняется значительными дета-
лями, многократно повторяется, модифицируется, но

- - - - - - -
/70 Боровик А. Как
я был солдатом армии США // Огонек. -
1988. - Э 47.

все же это - та самая, первая схема. Герой едет в
автобусе встречать Новый год.

"Автобус набит. Все красивые. Все
шумят, смеются. Все ра-
дуются. Будет праздник. А праздник, быть может, -
только ожи-
дание его. И все напьются, будут пьяны, и миллион
девущек по-
теряет свою невинность, будут разбиты тонны посуды...
И
доедены, расплеваны, разблеваны тонны еды. ПищиИ
И все равно
едут и едут на дни рождения и Новые года. И Новые
года идут
один за другим. Новые года детские - елка и подарки
под елкой
и рано спать. Новые года подростковые - посидеть
немного за
столом со взрослыми, молчать, краснеть - "жених
растет", - и
дозволенная рюмка со всеми. И Новые года не дома,
а в компа-
нии - жмет рубашка, а рядом твоя соседка, и пить,
пить, словно
только это и делал всю Жизнь, и потом ничего не
помнитьИ
... И память подсказывает только соблазнительное,
прекрасное,
радостное. И растравляю, растравляю себя и не могу
останови-
ться. Потому что я верю, верю, что они любят меня
там... Но все
они встречают, и пьют, и не помнят обо мне. Конечно,
вспомнят -
но забудут... Потому что я - не к празднику. И
мать - она любит
меня больше всех - и она сидит сейчас дома, и богатый
стол,
и все вокруг любимые люди - и хорошо. И вдруг,
он, конечно,
предложит за меня тост, там, среди друзей, и все
вспомнят, и по-
грустят секунду, и чокнутся от души. И она... Она
мне верна,
верна!
... А потом я просыпаюсь. В поту, голова
разламывается. Где
я? Почему? " 71

В "Пушкинском доме" А. Битова:
детство, мать,
отец ("Будет праздник... ожидание его"),
сосед -
старик - пьяница, дядя Диккенс,
компания, пьянка
("жмет рубашка, а рядом - твоя соседка"), знакомст-
во, любимая - Фаина, Альбина, Любаша, друг
- пре-
датель ("конечно, предложит за меня тост"),
опять
этот друг и опять предатель,
реабилитированный
пьющий дед - умница ("конечно, вспомнят,
но забу-
дут.... не к празднику"), "и пить, пить... А потом я
просыпаюсь. В поту, голова разламывается.
Где я?
Почему? "
Как видим, в любом связном тексте,
воспринимае-
мом как имеющий какой-то смысл,
выявляются волны
ассоциативных образов, локально
связанных между
собой и возбуждаемых соответствующими
словами.
В этом текст и его интерпритация сливаются, их не-
возможно разделить никакими формальными средст-
вами. Волны ассоциативных образов могут быть про-
извольными или управляемыми теми или
иными эмо-
циональными ощущениями.
Один из наиболее интересных вариантов
ассоциа-
тивной связи - связь по отрицанию качества. Проти-

- - -
/71 Битов А. Автобус.

воположные объекты оказываются близкими в ассо-
циативном пространстве. Такое сближение противо-
положностей в одной фразе порождает особую
игру
неожиданностей:

Полюбил богатый - бедную,

Полюбил ученый - глупую,

Полюбил румяный - бледную,

Полюбил хороший - вредную,

Золотой - полушку медную.

М. Цветаева

"Однако Лаура по-прежнему не произносила его имени,
и каждый раз, когда было бы совсем естественно произнести это
имя, она хранила молчание, и тогда Луис вновь ощущал присут-
ствие Нико в саду Флореса, слышал сдержанный кашель Нико,
который готовил самый прекрасный подарок
к их свадьбе - свою
смерть к медовому месяцу той, кто была его невестой, и того,
кто был его братом" (Х. Кортасар. Мамины письма).

"Слова, слова, выскочившие
из своих гнезд, изувеченные чу-
жие слова, - вот она, жалкая милостыня,
брошенная ему ушед-
шими мгновениями и веками" (Х. Л. Борхес. Бессмертный).
"Вот истина" - эти слова, где
только они не раздаются, озна-
чают одно: жрец лжет... " (Ф. Ницше. Антихристианин).
"Переправившись через смерть
с помощыо незнания, достигает
бессмертия с помощью знания" (Иша Упанишада).

Сюрреалистические тексты включают мир снов в
реальность. Поэтому в отношения соседства магут
вступать объекты двух миров, лишь бы они когда-то
встречались - во сне, наяву или в грезах.

"На мосту убаюкивала
себя капля росы с кошачьей головой"
(А. Бретон. Под взглядом божеств).
"Нынешним летом розы
стали голубыми, а леса стеклянны-
ми" (А. Бретон. Манифест сюрреализма).

В "Манифесте сюрреализма"
Андре Бретон иссле-
дует технический аспект создания сюрреалистических
текстов /72. Он пишет, что слова и группы слов, следую-
щие в тексте друг за другом, должны
вступать в тес-
ную связь. Но пытается отрицать связь
по ассоциа-
циям реальнога мира. Сближение отдельных
реаль-
ностей происходит как искра
при контакте разных
потенциалов. Если искры не возникает, нет и сближе-
ния. Поэтому сюрреалистическое творчество
- это
грозовая "ночь зарниц ". Все же в свете сюрреалисти-
ческих вспышек удается разглядеть
убегающие тени
снов.

- - - - - - - -
/72 Бретон А. Манифест сюрреализма
// Называть вещи своими
именами. - М.: Прогресс, 1986. - С. 40 - 73.

Футуристы пытались уничтожить
традиционный
синтаксис (что им все-таки не удалось). Остается
только цепочка ассоциаций, выражающая лирику со-
стояний неживой материи. Каждый ассоциативный
образ должен быть точным и кратким, вмещаться в
одно слово.

"Маэстро-закат изящно взмахнул
своей ярко светящейся па-
лочкой, и весь земной оркестр тут же пришел в
радостное движе-
ние. Нестройные звуки доносились из
оркестровой ямы окопов
и гулко отдавались в траншеях. Неуверенно
задвигались смычки
штыков...
Вслед за широким тестом велигого
маэстро смолкли в листве
птичьи флейты, и замерли протяжные
трели кузнечиков. Сонно
проворчали камни, перекликаясь с сухим
шепотом веток... Стих
звон солдатских котелков и щелканье затворов.
Последним взма-
хом блестящей палочки дирижер-закат приглушил
звуки своего
оркестра и пригласил ночных артистов.
На авансцене неба, ши-
роко распахнув золотые одежды, явились
звезды. На них, как
роскошная декольтированная красавица, равнодушно
взирала пу-
тыня... " /73

И сюрреалисты, и футуристы
говорят о связном
тексте как о последовательности, описывающей
це-
почку "близких" образов. Близость понимается
как
соседство в особом ассоциативном пространстве. От-
личаются только законы смежности образов,
прини-
маемые за основу.
Одна из наиболее замечательных способностей
че-
ловеческого мозга - способность образовывать мета-
форы. Метафора позволяет заменить объект
или его
качественную характеристику объектом или
свойст-
вом другого объекта, взятыми по ассоциативной ана-
логии. Примеры: хребет горы, человек-лев, русло жиз-
ни, мягкий человек, шепот берез, глаза неба и т.п.
При помощи метафоры можно дать
определение но -
вому объекту, вторгшемуся в поле созерцания
разу-
ма. Метафоры раскрывают скрытые аналогии.
Тем
самым в старых вещах удается увидеть новый
смысл,
и, может быть, именно этот неожиданно открывшийся
смысл и представляет собой подлинное
бытие вещи,
столетиями ждаишее проявления. В вечном
рождении
метафор происходит жизнь мира. Образование
мета-
форы возможно без явного указания объекта,
послу-
жившего ее основой. От него берется только
какое-
нибудь качество. Поэтому часто метафора существу-
ет, а о ее основе можно только гадать. Это
особенно

- - - - - - - - - -
/73 Маринетти Ф. Г. Первый
манифест футуризма// Там же. -
С. 165.

относится к играм сюрреалистов. Человек - метафора
мира.

"Первый поэт земли определил: "Небо
годубое". Позднее дру-
гой сделал открытие: "Твои глаза голубые, как небо".
Потом
много, много лет спустя отважились сказать: "У
тебя небо в
глазах". Современный поэт написал
бы: "У тебя глаза неба! ".
Самые прекрасные образы -
те, что самым прямым и быстрым
путем соединяют злементы действительнои,
далеко отстоящие
друг от друга" /74

АССОЦИАТИВНЫЙ РАЗУМ

Рассмотрим задачу на ассоциативное мышление
с од-
ним неизвестным. "Не трать свое время на х.
У него
были хорошие х, а мне не повезло. Он взял со стола х
и попросил еще одну. Я не должен был играть
с ним
в x, так как он жульничает".
Немного подумав, любой найдет
ответ: х - это
карты. Каждый человек решает подобные
задачи по
многу раз на день. Что при этом
происходит? Мозг
ведет поиск в некотором смысловом пространстве че-
ловека. Ключевые слова каждого уточнения
опреде-
ляют некоторую макрогипотезу, уточняемую
после-
дующими утвертдениями. Такие
психологические
эксперименты описал А. Г. Ивахненко /75
. Может ли
компьютер решать подобные задачи?
Ответ положи-
телен, если при этом удается достаточно полно отра-
зить смысловое пространство человека в памяти ЭВМ.
Аналогичные процессы происходят
в мозгу челове-
ка, если он что-то вспоминает. Возбуждаются некото-
рые ассоциативные приметы забытого, ситуация,
при
которой произошло запоминание, цель забытого
объ-
екта, его качественные характеристики,
ощущения,
связанные с забытым. В итоге вдруг возникает
забы-
тое слово или образ.
В повести "Сандро из Чегема"
Ф. Искандер опи-
сал процесс вспоминания разбойника.

" - Хейт!
Хейт! - кричал мальчишеский голос, волнуя дядю
Сандро какой-то странной тревогой.
Время от времени мальчик
кидал камни, и они, хрястнув по густому сплетенью,
глухо, с про-
межутками падали на землю.
И когда камень мальчика попал
в невидимую козу, дяде
Сандро показалось, что он за миг до
этого угадал, что именно этот камень в
нее попадет. Когда коза,

- - -
/74 Голль И. Манифест сюрреализма //
Там же. - С. 322.
/75 Ивахненко А. Г.
Системы эвристической самоорганизации
в технической кибернетике. - К,: Технiка, 1971. - С. 59 - 64.

крякнув, выбежала из-за кустов и вслед
за ней появился подрос-
ток и, увидев легковые
машины, смущенно замер, дядя Сандро,
холодея от волнения, все припомнил.
Да, да, почти
так это и было. Мальчик перегонял коз
в
котловину Сабида. И тогда вот
так же коза застряла в кустах.
И он так же кидал
камни и кричал. Вот так же, как сейчас,
когда он попал в нее камнем, она крякнула
и выскочила из кустов,
а следом за ней выскочил мальчик и замер от неожиданности.
В нескольких шагах
от него по тропе проходил человек. Он
гнал перед собой навьюченных
лошадей. Услышав треск кустов,
человек дернулся и посмотрел
на голубоглазого отрока с такой
злостью, с какой на него никогда никто не смотрел"
/76.

Где-то в мозге человека запечатлеваются образы
и ощущения, возникающие на его жизненном пути.
Образы соединяются между собой общими ассоциа-
тивными связями, отражающими тот или иной аспект
близости образов. Процессы ассоциативного мышле-
ния сводятся к проблемам поиска в этом простран-
стве и его пополнения новыми образами. Поэты гово-
рят о сближении дальних образов, технические спе-
циалисты - о траекториях в смысловом пространстве,
психологи - о годологическом пространстве (от гре-
ческого hodos - путь личности, в котором отражают-
ся цели и переходы между целями. Топологическую
психологию начал развивать в начале нашего века
немецкий психолог К. Левин. Поведение человека при
таком подходе представляется как движение по про-
межуточным целям для достижения результата. Сле-
дует особо отметить, что мозг не просто отыскивает
пути в пространстве образов, но находит оптимальные
по тем или иным параметрам решения. Мозг успешно
решает оптимизационную задачу. Все наблюдали, как
упорно, несмотря на предупреждающие надписи "По
газонам не ходить", люди протаптывают тропинки,
делают в заборах дырки, проявляют завидную изобре-
тательность, чтобы найти кратчайший путь. Подоб-
ные задачи оптимизации хорошо известны в матема-
тике.
Предположим, на карте местности требуется
опре-
делить наиболее удобный маршрут, соединяющий два
населенных пункта. Известна степень энергетических
и других затрат на путь между любыми двумя сосед-
ними пунктами (веса). Затраты вдоль всего пути со-
стоят из суммы затрат на каждый отрезок, соединяю-
щий пару соседних пунктов (рис. 8). Это хорошо

- - - - - -
/76 " Искандер Ф. Сандро из Чегема // Знамя. - 1988. - Э
9. -
С. 72.

известная задача об отыскании кратчайшего расстоя-
ния для одного источника. Известно несколько десят-
ков вариантов ее алгоритмического решения. В более
общем случае речь идет о нахождении
такого пути
между двумя пунктями некоторой сети,
на котором
минимизируется заданная целевая функция,
опреде-
ляемая вдоль пути. Выбор функции
диктуется при-
кладной областью. Веса локальных отрезков
могут
быть многопараметрическими и
даже динамически
изменяемыми. Метод решения такой задачи носит
на-
звание динамического программирования (подобный
способ используется при управлении ракетой-пере-
хватчиком, автоматической проводкой судов, оптими-
зациеи экономических и технологических процессов).
Каким-то образом мозг умеет
с большой эффек-
тивностью справляться с этой задачей.
Существует
параллельный локальный метод для решения
подоб-
ных задач. При этом в каждом пункте сети независи-
мо выполняются прстые оптимизирующие операции,
затрагивающие только его непосредственных соседей,
Но в результате повторения таких тактов работы всей
сети находится глобальный оптимальный
маршрут /77.

- - - -
/77 См.: Анисимов Л, В. Локальный алгоритм для задачи
о кратчайшем пути из одиого источника //
Кибернетика. - 1986. -
Э 3. - С, 57 - 60.

В зависимости от количества тактов происходит
по-
степенное улучшение решений. Если сеть представить
тологическим соединением нейронов мозга, каждая
локальная операция в таком алгоритме
сводится к
простому сравнению и уменьшению некоторых потен-
циалов в нейронном узле. Такие функции
легко вы-
полняются нейроструктурами. Интересно,
что сам
оптимальный путь от начального узла к целевому на-
ходится в обратном порядке, волна возбуждения дви-
жется от результирующего узла к начальному, выбор
кяждого следующего узла выполняется
по методу
наименьшего градиента. Если принять, что мозг реа-
лизует именно указанный локальный алгоритм нахож-
дения оптимального пути, становится понятным
эф-
фект "обратного течения времени во сне": волна идет
от результирующего возбужденного резким сигналом
узла к начальному состоянию, соответствующему про-
буждению. Сам возникающий сон представляет
собой
цепочку возбужденных образов, отражающих
такой
маршрут.
Научение представляет собой
нахождение опти-
мального пути в пространсгве целей. При частом при-
менении нейронный эквивалент этого маршрута
по-
стоянно поддерживается в активном состоянии.
Воз-
можно забывание. По всей видимости,
мозг хранит
все образы, с которыми человек сталкивается в тече-
ние жизни. Но даже мозг с его колоссальными
воз-
можностями не смог бы поддерживать
в активном
состоянии все целевые маршруты,
необходимые для
обеспечения активной деятельности человека.
Проще
научиться хорошо решать одну задачу динамического
программирования и постоянно применять ее.
Мозг умеет сопоставлять друг
с другом простые
образы и слова, соответствующие им. Образы
и слова
вызывдют определенные эмоциональные
ощущения,
и наоборот, ощущения вызывают соответствующие
им
образы и слова. Поэтому ассоциативные
волны могут
распространяться в направлении, ограниченном
за-
данным фиксированным ощущением.
Таким способом
получаются решения, которые часто называют
интуи-
тивными. В свою очередь врачи-психотерапевты
и
представители культа, утешая и убеждая, могут
пра-
вильным подбором слов добиться плавного
изменения
эмоционального состояня человека.
Как видим, мышление сводится
к динамическому
управлению ассоциативными потоками.
Логические

выводы - частный случай ассоциативных связей. По-
этому логическое научное мышление не исчерпывает
всех возможностей мозга. Предположим, создана ком-
пьютерная экспертная система, умеющая решать
за-
дачи динамической оптимальной маршрутизации
и
поиска в сети ассоциативных признаков. Робот, снаб-
женный подобной экспертной системой, действовал бы
примерно так.

Ситуация 1. Прогулка
по тропическому саду с хозяином.
Робот видит змею.

- Осторожно,
хозяин. Опасность. В 20 метрах впереди за
деревом вижу змею.
- Почему она опасна?
- Не знаю.
Но в моей оперативной ассоциативной базе зна-
ний она попадает в черное
поле, обозначенное понятием "опас-
ность". Запрашиваю
дополнительную процедуру из внешней
памяти.
- Действуй.
- Генерируются
образы. Змея. Контакт с человеком. Змея
кусает. Человек лежит. Человек
мертв. Смерть. Смерть - одна
из характеристик опасности. Вывод:
избегайте ситуации, описан-
ной этим маршрутом. Не допускайте контакта со змеями.
- Молодец. Лучше
в самом деле пойдем домой.
Ситуация 2.
Робот исследует неизвестную планету. Ему не-
обходимо вернуться в базовый
лагерь к определенному часу.
Робот размышляет.
Прямой путь
не годится - он проходит через таинственяое
место, где погибла предыдущая
экспедиция. Здесь очень велика
координата, соответствующая опасности.
Слева от этого места
проживает племя глюков. Координата
опасности возрастает, но
все же она меньше, чем
в предыдущем случае. Справа путь без-
опасен, но требует больше времени.
Не успею в срок. Приоритет
отдается времени. Поэтому обхожу слева.
Глюки уничтсжили
мост через реку, Вызываю целевой образ
"преодоление водной преграды". Решение:
материал, который легче
жкидкости, образующей преграду;
пробуй соседние деревья; со-
брать плот; преодоление преграды на плоту.
Веду просчет
времени. Должен успеть. Приступаю к выпол-
нению плана работ. Форсирую
водную преграду. Я на другом
берегу. Конец процедуры
"преодоление водной преграды".
Включаю скорость и по прямой мчусь в лагерь.

В этом случае для решения главной задачи роботу
пришлось вызывать процедуры
решения подзадач и
несколько раз применять метод
динамического про-
граммирования. Кроме того,
использовался сложный
многокомпонентный критерий оптимальности,
вклю-
чающий минимизацию времени и вероятность
опас-
ности.
В первой ситуации робот вызвал
сеть образов, свя-
занных с понятием "змея", и произвел
включение ее
в общую сеть. Сеть "опасность" и новая
сеть "змея"

1О8
пересеклись на общем понятии "смерть".
Робот про-
считал возможный маршрут от "змеи"
до "смерти",
тем самым показав опасный вариант
развития собы-
тий.
Робот должен уметь, кроме
решения задач дина-
мического программирования, использовать
рекурсию
по управлению - решение подзадач
тем же самым
общим методом, а также иерархическое (рекурсивное
по данным) представление знаний. Не
будем здесь
подробно останавливаться на способах представления
знаний в системах искусственного интеллекта.
Отме-
тим только, что подобная зкспертная система
(более
точно - универсальная оболочка системы,
позволяю-
щая разнообразное наполнение в
зависимости от
предметной области) нашла
неожиданное приложе-
ние, относящееся к процессу сочинения стихотворений.

МАЛЕНЬКИЕ ПЬЕСЫ ДЛЯ ЭЛЕКТРИЧЕСКОЙ МАШИНЫ

Наше путешествие привело в еще
одну загадочную
страну. На одном из поворотов открылся
удивитель-
ный ландшафт: слова, вечные, изменяющиеся,
неуло-
вимые, образуют хороводы, шепчут
забытые имена,
перекликаются друг с другом и зовут, зовут в туман-
ную даль, где даже неистовая Вселенная тихо
засты-
вает, подчиняясь волшебным ритмам и
магии слов.
В призрачных тающих замках грустные
колдуны пра-
вят этой страной, угадывая в зеркалах и звездах отра-
жения мира. В последнее время в эту страну все чаще
и чаще забредают любопытные злектронные
сущест-
ва. Остановившись, как бы в изумлении
они долго
прислушиваются к течению слов, присматриваются
к
действиям колдунов и повторяют, повторяют
их веч-
ные напевы. А некоторые из них вдруг сами решаются
на колдовство.
Программисты давно пытались составить
програм-
мы, сочиняющие стихи. В первых опытах
заранее со-
ставлялся словарь слов и фраз,
которыми можно
пользоваться, и форма, которой должны соответство-
вать слова и фразы. Выбор слов и фраз при заполне-
нии формы управляется тем или
иным законом -
чаще всего используют датчики
псевдослучайных
чисел. Получаются стихи, иногда напоминающие
аван-
гардистские поиски. Но при более или менее длитель-

ной эксплуатации неизбежно проявляется ограничен-
ность такого подхода. Начинаются повторы, становит-
ся заметен плагиат формы.
По такому рецепту,
например, работает программа Роеtrу generation(ге-
нератор стихов), которую создала Р. Уэст
из Кали-
форнии.
Многие решили, что раз компьютер
- помощник
человека, то пусть он только помогает сочинять стихи.
В этом случае машина генерирует
"сырую" основу
стихотворения, которую затем доводит и шлифует
че-
ловек. Такой подход развивают Р. Ширли
- англий-
ский кристаллограф, пишущий стихи,
и американец
Т. А. Истон. В таких случаях трудно отличить машин-
ное творение от человеческого. Безусловно, компьютер
может облегчить поиск рифм и выбор фраз, но
каче-
ство стихотворения во многом определяется
творче-
ством человека. Вот образцы такой поэзии.

Я путешествую
в компании комет

Я путешествую
в компании комет
... средь
хрустальной вечности...
... этого
островка Вселенной...
Я тоже
дитя вечности (Марс, Венера, Юпитер, Сатурн),
Я тоже
дитя вечности в пути без цели и без конца,
Затерян
в дворцах вечности (Процион, Эридан, Ри-

гель),
Но я не
плачу,
Я предсказываю
начало.
Рожденный
из тьмы, в пути без цели и без конца,
Рожденный
кем-то, чье семя рассеяно

по галактикам (возникшим из тьмы)

по галактикам (Земли по ииени Нигде).

Подо мной,
куда ни глянь, целая жизнь;
я кружусь
по орбите... мечтаю о рае...

(о сполохах Солнца, о сполохах звезд, затеряв-

шихся в звездной пыли).
Потерявшись
в пустом океане среди галактик,
Я предсказываю
начало, я мечтаю о рае

(Меркурий, Земля, Уран, Плутон), затерявшись

среди звездной пыли,

Я путешествую
в компянии комет, но я не плачу,

сполохи Солнца. сполохи звезд...

... в брызгах дрейфуюощих звезд...

И я предсказываю:

Начало /79

р, Ширли. Програмла Бард.

Песня о любви - одиноким инопланетянам

Слаб от страданья необласканного "я",

Любил он физику

И обнимал ее каноны.

Охватывал руками купола из линий

Антенн гигантских,

И с ревом на орбиту он вознесся,

И возвестил приход его сигнал, крчащий

Миллиметровыми волнами

По пространству /80

Т. А. Истон. Программа Thunder Thought.

Сонет СХХХ-б

Экран у "Эппла" не похож на Солнце;

"Крэй" побыстрее на больших задачах;

Приятен "Эппл", "Атари" же забавней

Проводнички, как волос - схемы, как парик:

Там пляшут пикселы зеленые и красно-голубые,

Я на своем дисплее не видал такие;

В больших машинах пляшет логика вернее,

Чем в крошечном кристалле "Эппла" моего.

Люблю смотреть, как он печатает, но знаю,

Что строчный принтер все же посильнее;

Признаюсь, что процесса в действии не видел,

Шагами малыми работает мой "Эппл";

Но небом поклянусь, мое сужденье здраво,

Как вычисление любое, что сделал он /81.

М. Ньюмен. Программа Orpheus.

Более интересным и перспективным
представляет-
ся иной подход к компьютерному порождению стихов.
Используют ту же экспертную систему
(описанную в
предыдущем параграфе). Прежде всего создается
се-
мантическая сеть из слов, связанных
между собой
близкими ассоциациями. Если, например, взять
слово
"сентябрь", на ум по ассоциации сразу приходят обра-
зы ранней осени: "лето кончилось", "осень", "корот-
кий день", "серый дождь", "опавшие листья", "грусть"
и т.п. (рис. 9). Поставив все в творительном падеже
для облегчения рифмовки, просто перечисляем
все
признаки, ассоциирующиеся с осенью. Получаем
поч-
ти что механически, "вручную" стихотворение:

- - - - - - -

/79 Мичи Д., Джонстон Р. Компьютер-творец, - М.:
Мир,
1987. - С. 158 - 161.
80 В мире науки. - 1989. - М 8. - С. 90,
81 Там же, - С. 90.

Возможно, здесь нам просто повезло
- не все пе-
речисления так легко собираются
в рифмованные
пары. Но все же можно пробовать.
В общем случае алгоритм
создания стихов рабо-
тает так. Создается семантическая сеть. Она
состоит
из слов и групп слов, связанных между
собой по тем
или иным ассоциативным признакам:
близости места,
времени, соответствию цветов, ощушений, логической
связи и т.п. От густоты сети зависит качество стихо-

творений. Далее строится строка стиха - набор
свя-
занных попарно элементов сети (маршрут).
Выбира-
ется рифмованное слово и соединяется оптимальным
маршрутом в сети с последним словом
предыдущей
строки. Этот маршрут в обратном порядке
образует
следующий стих. Процедура повторяется. Начинается
стихотворение с любого элемента сети. Затем все сво-
дится к связным оптимальным маршрутам. Связность
дает возможность воспринимать текст как нечто име-
ющее смысл. Оптимальность выражает либо
кратчай-
ший путь, либо путь, минимизирующий
расхождение
с заданной ритмикой строки. Она дает
возможность
добиться того, что незаметно все время делает мозг -
плавно генерирует волны образов. Получаются
инте-
ресные эксперименты. Вот примеры /82

Черный смех

Беззубый черный смех,

Бурные пьяные слезы.

Вода. Кровь. Ранний грех.

Страсти. Ночь. Звезды.

Серая сонная изба,

Чистая пьяная Русь.

Жизнь, ясная судьба,

Жизнь - круг, степной нищий путь.

Холодный буйный ветер,

Мелкий тонкий дождь.

Грусть. Тишина. Вечер.

Стон. Слезы. Обман. Ложь.

Химера

Химера, ползучий бред,

Роковые дикие страсти.

Ночь. Луна. Тусклый свет.

Глаза. Слезы, Дождь. Ненастье.

Вой. Луна. Свет. Вечерний день -

Синяя длинная ночь.

Шелка. Шорох. Смутная тень.

Таинственный шорох. Химера. Прочь.

Осторожные ранние звезды,

Светлая безумная мечта.

Красота. Кумир. Грезы.

Кумир - прозрачная красота.

- - - - - - -
/82 Работы ведутся под руководством автора
на кафедре ма-
тематической информатики Киевского университета.
Программи-
рование и составление семантических сетей выполнено аспирант-
кой И. В. Ивановой (программа Летящие слова).

Вечерняя грусть

Теплая легкая вечерняя грусть.
Светлая темная страстная боль.
Муки. Разрыв. Круг. Неверный путь.
Шаг. Пустота. Тоска. Леденящий вой.

Прозрачная далекая осенняя быль.
Бездомная глухая цыганская жизнь.
Судьба. Русь. Земля. Смятый ковыль.
Даль. Вершина. Снег. Лавина. Вниз.

Звездное море

Звездное пустынное море,
Земная серая жалкая даль.
Поле. Обнаженное горе.
Боль. Легкая светлая печаль.
Ранняя бездомная высокая звезда.
Тусклый напрасный блаженный жар.
Дрожь. Руки. Движенье. Вода.
Даль. Поле. Бой. Багряный пожар.

Последний грех

Лунный смелый последний грех.
Огневая алая мятежная кровь.
Вода. Слезы. Легкий смех.
Лица. Пустота. Ложь. Любовь.

Ровный синий мертвый взгляд.
Постылое тяжелое униженье,
Муки. Грех. Вечный гневный ад,
Грех. Дрожь. Руки. Далекое движенье.

Милый край

Солнечный милый край.
Усталая грустная Русь.
Жизнь. Счастье. Сияющий рай.
Жизнь. Круг. Постылый путь.

Оледененье

Хрустальное оледененье.
Холод. Мрак. Пустота.
Напрасное уединенье.
Душа. Печаль. Немота.

Молчанье. Существованье,
Пудовая невыносимость.
Ржанье. Негодованье.
Огонь. Апельсины.

Сладость. Боль. Стена. Витражи.
Расколотая стена.
Тупик. Озябшая жизнь.
Боль. Стена. Белизиа.

Колокола

Колокола. Благовещенье.
Вечерние колокола.
Звон. Дыхание. Женщина.
Любовь. Слепой талант.

Любовь. Измятая Россия.
Боль, Ошеломление.
Боль, Кровь. Трава. Осины.
Печальное уединение.

Душа. Сомненье, Демонизм.
Безумное сомненье.
Неумолимый динамит.
Взрыв. Свет. Душа. Спасение.

Истерзанная любовь

Истерзанная любовь.
Тревожные колокола.
Дыханье. Смешение. Кровь.
Убийство. Поэт. Талант.

Ложность. Туманность. Дождь.
Ослепительная гроза.
Гром. Ветер. Волнение. Дрожь.
Волнение. Свет. Глаза.

Душа. Проливной человек.
Пропащая чистота.
Огонь. Вечность. Эра. Век.
Угасание. Слепота.

Печальный сад

Печальный голый сад.
Одичанье. Мрак. Луна.
Звезда. Лиловый взгляд.
Яизнь. Вечность. Тишина.

Взрыв. Молния. Дерзать.
Талант. Испепеленье.
Зола. Дым. Исчезать.
Забвенье. Искупленье.

Продолжение. Борьба.
Итог. Самосожжение.
Память. След. Резьба.
Срыв. Новое крушение.

Рыжие георгины

Рыжие георгины.
Огонь. Ад. Грех.
Героин. Героиня.
Убийство. Крик. Смех.

Ржание. Подонки.
Кулак. Рожа. Бить.
Суд. Приговор. Потомки.
Память. Осудить.

Вина. Мутная совесть.
Память. Эссенция.
Смещение. Скорость.
Остановка. Сердце.

Первые шесть стихотворений
генерируются по се-
мантической сети, построенной
на основе анализа
творчества А. Блока, остальные
соответствуют ассо-
циативным связям, используемым А. Вознесенским.
Каждый может
построить свою семантическую
сеть. Необходимо только расслабиться,
вызвать в па-
мяти нужное настроение и
записывать свой поток
образов, облеченных в слова,
в память ЭВМ. Затем
применить программу Летящие
слова. Получатся сти-
хи, соответствующие индивидуальному
стилю мышле-
ния. Можно объединять семантические
сети, можно
"подсоединяться" к великим
поэтам (Шекспир плюс
инженер-электронщик, Пастернак
плюс Ахматова
плюс Вознесенский плюс
летчик-космонавт). Любые
комбинации возможны, лишь
бы хватало памяти
ЭВМ.
Приведенные последние 11
стихотворений - чис-
тый продукт компьютерного творчества.
Стихи не ис-
правлялись человеком. Небольшая
шлифовка - и мо-
жет получиться что-то, возможно, не
хуже, чем у иных
мастеров.
Программа все время
совершенствуется. На наш
взгляд, последние из приведенных
стихов лучше, чем
первые. По времени их разделяет
примерно год. На-
зваиие стихотворения - ключ, по
которому вызывает-
ся машинная генерация
стихотворения. В течение
часа программа Летящие
слова может напечатать
около ста разных стихотворений,
Возможно, кому-то
не нравится именной стиль,
в котором пишутся ма-
шинные стихи. Кстати, такой стиль
широко распро-
странен в европейской поэзии. К
нему часто прибега-
ли О. Мандельштам, Б. Пастернак,
немецкий поэт
Д. Целан. Усовершенствовав описание
текущего обра-
за, можно добиться и включения в стихотворный по-
ток глагольных ситуаций.
Программа совершенствует-
ся и сейчас может даже самообучаться по стихам,
которые ей дают читать.
... Тают волшебные замки. Постаревшие колдуны

собираются в дальний путь. И загадывая будущее,
еще раз присмотревшись к своим зеркалам, они уви-
дят, как, повинуясь их неистовым магическим закли-
наниям, произнесенным когда-то, в какую-то
ночь в
вспышках зарниц, на горизонте, как мираж из неуло-
вимых образов, возникает новый, совершенный
вол-
шебный замок. Там странные электронные
существа
без устали повторяют их древние напевы, из летящих
слов и потоков частиц вершат старое
колдовство,
угадывая новые отражения мира. И дверь там
откры-
та, там ждут. Лишь бы не сбиться с пути.

ВАРИАЦИИ НА ТЕМУ СНОВ

Не сами ль мы
своим воображеньем
жизнь создаем,
к бессмертию идя,
И мир зовем
волшебным
сновиденьем
Под музыку
осевшего дождя!..

К. Фофанов. 1900

ЖИЗНЬ - СОН

Жизнь - сон, дин - дон, кто он, где он, звук слов, не
нов, забыть, не быть, уйти, найти, обман, туман, что
так, вот - так... Колеблется космический метроном
сознания, ритмично отстукивая сутки, месяцы, годы,
века. Дневные иллюзии сменяются ночными грезами,
и опять вместе с утренней звездой возвращаются веч-
ные облака, слова, лица, чувства, грохот машин, суета
городов. Человека всегда тянуло исследовать закол-
дованную и близкую страну снов. Но, повинуясь не-
умолимым, еще невыясненным законам, рациональ-
ное мышление, надев ночную маску сна, тут же пре-
вращается в главного персонажа тайной игры, первое
действие которой - уничтожение дневника логических
наблюдений. Ворота в страну снов защишают надеж-
ные стражи. В состоянии бодрствования мышлению
остается только переписывать заново старый дневник,
анализировать смутные воспоминания, собирать моза-
ику запечатдевшихся образов и гадать о своей стран-
ной роли короля, шута и стража в заколдованном
замке.

*
Эшер. Сон

В снах много тайн. Например, до сих пор нет
удовлетворительного объяснения загадке "обращения
времени во сне". Человеку снится, что кто-то за ним
гонится. Он строит логические планы, совершает хит-
роумные действия, исследует лабиринты, произносит
длинные монологи. В какой-то томительный момент
происходит решающая схватка. Кто-то медленно под-
нимает пистолет, звучит выстрел, и человек просыпа-
ется в испуге от этого звука. Оказывается, это всего
лишь хлопнула форточка, или упал на пол какой-то
предмет, или произошло еще что-то в этом роде. В ли-
тературе известно много описаний этого феномена.
Проблема сильно занимала Л. Н. Толстого. Некото-
рые современные исследователи пытаются доказать
физический эффект обращения времени во сне, анало-
гичный для гипотетических элементарных частиц -
тахинонов, некоторым он представляется неоспори-
мым доказательсгвом присутствия верховного уприв

ляющего существа. Рациональное объяснение предпо-
лагает первичным причину звука или другого раздра-
жителя (раскат грома, хлопнувшая ставня, котенок,
в игре царапающий руку спящего), а весь сон возни-
кает в короткий промежуток пробуждения. Сон про-
мелькнул, как молния, но он долго рассказывается,
а чувство времени во сне полностью определяется по-
следовательностью промелькнувших образов. По всей
видимости, в некоторых ситуациях мозг может пере-
рабатывать информацию с колоссальным быстродей-
ствием. Известно, что в этом участвуют одновременно
200 млн нервных волокон, соединяющих два полуша-
рия мозга. Мозг предстает как совершенная парал-
лельная вычислительная машина. Заметим, что для
параллельной обработки информации закон ограни-
ченности действия скоростью света не выполняется.
Все зависит от количества обрабатывающих элемен-
тов и способа их организации.
Еще одна не до конца исследованная область свя-
зана с предсказаниями. Много древних исторических
примеров предсказания будущего во сне привел Ци-
церон в трактате "0 дивинации": вещие сны Платона,
Сократа, Софокла, Евдема, Ганнибала, других исто-
рических личностей. Эти примеры часто повторяются
в современных трактатах, добавляются и новые фак-
ты. Если поверить в возможность проявления будуще-
го в снах, то эффект "обращения времени" объясня-
ется встречей близкого локального будущего и про-
шлого, происходящей во сне.
Интересен сон английского поэта С. Колриджа,
описанный Борхесом. В один из летних дней 1797 г.
Колридж после приема наркотического средства во
сне сочинил поэму "Кубла Хан", посвященную дворцу
монгольского императора, построенному в XIII в. Про-
снувшись, он успел записать несколько десятков
строк. Неожиданный визит прервал это занятие. Кол-
риджу так и не удалось восстановить всю поэму. Ин-
тересно, что, как свидетельствуют исторические источ-
ники, монгольский император увидел план дворца во
сне и затем построил его согласно этому плану. Кол-
ридж не мог знать о сне императора - перевод пер-
сидских источников появился только 20 лет спустя.
Сон в XIII в. о прекрасном дворце повторился в
XVIII в. в форме поэмы о нем. В XVIII в. от дворца
остались лишь руины, поэма тоже существует в виде
фрагмента. Удивительные совпадения!

"Первому сновидцу было послано ночью видение
дворца, и он его построил; второму, который не знал
о сне первого, - поэма о дворце. Если эта схема вер-
на, то в какую-то ночь, от которой нас отделяют века,
некоему читателю "Кубла Хана" привидится во сне
статуя или музыка. Человек этот не будет знать о
снах двух некогда живших людей, и, быть может,
этому ряду снов не будет конца, а ключ к ним ока-
жется в последнем из них".
Ньютон и Шопенгауэр верили в абсолютное время.
Щопенгауэр считал, что равномерность течения вре-
мени в наших головах как ничто другое указывает на
то, что мы все - сон единого сущства. Эта идея про-
возглашается в древних восточных религиях. Борхес
рекурсивно развивает ту же мысль: и жизнь, и сон,
и персонажи жизни-сна - все только чей-то загадоч-
ный сон в еще более загадочном сне. В этих рекурсив-
ных играх есть определенный реальный смысл - мир
рекусивен независимо от того, чем его объявить:
сном, жизнью, сном сна или лабиринтом снов.
В литературе нового времени все чаще и чаще по-
является мотив странных, страшных снов. В них вы-
деляется несколько уровней сна. Проснувшись, чело-
век вдруг с ужасом замечает, что сон продожается.
Разум генерирует новые кошмарные образы. Человек
опять в страхе просыпается, возможно, снова во сне.
Теряется восприятие реальности мира, тревога усили-
вается, возможен даже трагический исход. Такие сны
встречаются крайне редко и свидетельствуют о серь-
езных нарушениях психики. Эта тема уже исследова-
лась ранее/84, но к ней полезно вернуться еще раз -
с новыми данными. Уровней вложенности подобных
снов в реальной жизни обычно не более двух - но в
это уже вызывает страх. Писатели описывают рекур-
сивные сны глубины вложенности 3 и более. Они все-
гда ассоциируются с трагическими событиями.
Анна Каренина накануне трагического финала
увидела такой сон. Художник Рябинин из рассказа
В. М. Гаршина "Художники", заболев тяжелым нерв-
ным расстройством, не может выкарабкаться из кру-
говерти кошмарных снов. В довершение ко всему, во

- - - - -
/ 83 Борхес Х. Л. Сон Колриджа// Проза разных лет. - С.
205.
/ 84 Анисимов А. В. Информатика. Творчеств. Рекурсия. -
С. 193 - 200.

сне он видит самого себя, занесшего над собой, коф-
чащимся на земле, тяжелый молот. Классическое опи-
сание рекурсивного сна глубины три привел Н. В. Го-
голь в повести "Портрет".
Художник Чартков купил загадочный портрет ста-
рика. Больше всего художника удивили глаза. Они
казались живыми, грозная сила ощущалась во взгля-
де старика. Во сне Чартков видит, как страшный ста-
рик выходит из рамы и пересчитывает золотые моне-
ты. Бедный художник, всегда нуждавшийся в деньгах,
сделав отчаянное усилие, дотягивается до закатив-
шейся монеты и просыпается. Немного придя в себя
и успокоившись, он вдруг с ужасом замечает, что ста-
рик протягивает к нему руки, пытаясь схватить его.
С криком отчаяния Чартков опять просыпается. На-
конец, в третий раз художник наблюдает, как старик
старается сбросить простыню, которой накрыт порт-
рет. В полубезумном состоянии художник опять про-
сыпается.
Комиссара Рубашова, героя романа А. Кестлера
"Слепящая тьма", со времени первого ареста пресле-
дует кошмарный сон. Здесь автор натуралистически
передает ощущения переживающих сны во сне.

"А за час до этого, когда два работника Народного Комис-
сариата внутренних дел стучались к Рубашову, чтобы арестовать
его, ему снилось, что его арестовывают.
Стук стал громче, и Рубашов напрягся, стараясь прогнать
привычный сон. Он умел выдираться из ночных кошмаров, потому
что сон о его первом аресте возвращался к нему с неизменным
постоянством и раскручивался с неумолимостью часовой пружины.
Иногда яростным усилием воли он останавливал ход часов, но
сейчас из этого ничего не вышло: в последние недели он очень
устал, и теперь его тело покрывала испарина, сон душил его...
Часы остановились; стук стал громче; двое людей, пришед-
ших за Рубашовым, попеременно барабанили кулаками в дверь
и дыханием согревали окоченевшие пальцы. Но Рубашов не мог
пересилить сон, хотя знал, что начинается самое страшное; они
уже стояли вплотную к кровати, а он все пытался надеть халат...
Бредовая беспомощность нескончаемо длилась - Рубашов стонал,
метался в кровати, на висках у него выступил холодный пот,
а стук в дверь слышался ему, словно приглушенная барабанная
дробь; его рука дергалась под подушкой, лихорадочно нашаривая
рукав халата, - и наконец сокрушительный удар по голове изба-
вил его от мучительного кошмара.
С привычным ощущением, испытанным и пережитым сотни
раз за последние годы, - ощущением удара по уху пистолетом,
после чего он и стал глуховатым - Рубашов обычно открывал
глаза. Однако дрожь унималась не сразу, и рука продолжала
дергаться под подушкой, пытаясь найти рукав халата, потому
что, прежде чем окончательно проснуться, он должен был про-
йти последнее испытание: уверенность, что он пробудидся во сне.

а наяву снова окажется в камере, на сыром и холодном камен-
ном полу... "/85

Карташов, герой рассказа Ф. Искандера "Мальчи-
ки и первая любовь", в тревожных, беспокойных снах
все время искал свою первую юношескую любовь -
девушку Зину. Однажды во сне он нашел ее в полной
уверенности, что видит не сон, а явь.
С точки зрения программирования жизнь и сон
можно трактовать как две подобные алгоритмические
процедуры, циклически вызывающие друг друга.
В нормальном состоянии психики человека процедура
"жизнь" считается главной, жизнь вызывает сон, а по
сле окончания процедуры "сна" управление опять
возвращается к жизни. В случае рекурсивных снов
после достижения состояния окончания сна управле-
ние допускает сбой и возвращается не в процедуру
"Жизнь", а снова в сон. Обычно рекурсивные сны,
последовательно закрываясь, все-таки достигают воз-
вращения к процедуре "жизнь". Человек во сне не
фиксирует вызовы снов, хотя известно, что сон связан
с погружением по некоторым слоям сознания. Зато
окончания снов (просыпания) четко регистрирует соз-
нание. Поэтому описания рекурсивных снов содержат
только фазы просыпаний. Само погружение в сны час-
то остается незамеченным.
В принципе возможны разнообразные варианты
рекурсивных снов. Например, сон 1 вызывает сон 2,
сон 2 вызывает сон 3, сон 3 закрывается, сон 2 закры-
вается, продолжается сон 1, сон 1 закрывается
(рис. 10).
В программировании процедуры при вызовах по-
лучают информацию от вызывающей процедуры. При-
менительно к снам это означает, что некоторые объек-
ты из реальной жизни, изменяясь, могут действовать
в снах и наоборот. Такой прием создает психологи-
ческое ощущение загадочной иллюзорности жизни и
реальности сновидений. Для обуздания Пегаса Бел-
лерофонт получил волшебную уздечку во сне. Герои
Гоголя часто появляются в снах, а в реальной жизни
наблюдают эффект своих действий. И, наконец,
вспомним сны А. Тарковского.
Иногда процедуры "жизнь" и "сон" в результате
взаимодействия могут даже обмениваться именами -

/85 Кестлер А. Слепящая тьма//Нева.
- 1988. - Э7 - С. 118-119

жизнь становится сном, а сон жизнью. Например, ге-
рой рассказа Кортасара "Ночью на спине, лицом
кверху" после автокатастрофы во сне попадает в дру-
гую жизнь, которая становится реальностью.

"В последней надежде он стиснул веки, пытаясь со стоном
пробудиться. Секунду ему казалось, что он вот-вот проснется,
потому что он снова неподвижно лежал в постели, хотя
и чув-
ствовал, как болтается все его тело и свесившаяся вниз
голова.
Но пахло смертью, и, открыв глаза, он увидел окровавленную
фигуру жреца, готового приступить к жертвоприношению:
жрец
двигался к нему с каменным ножом в руке. Ему вновь удалось
закрыть глаза, но теперь он уже знал, что не проснется,
что он
уже не спит и что чудесный сон был тот, другой, нелепый,
как все
сны; сон, в котором он мчался по диковинным дорогам удиви-
тельного города, навстречу ему попадались зеленые и красные
огни, не дававшие ни пламени, ни дыма, и огромное металличе-
ское насекомое жужжало под ним. В бесконечной лжи того
сна
его тоже подняли с земли, и кто-то с ножом в руке приблизился
к нему, лежавшему с закрытыми глазами навзничь, лицом
кверху,
среди костров" /86.

Писатели давно подметили связь между угнетен-
ным состоянием психики и рекурсивными снами. Час-
то эти сны предшествуют самоубийству героев. Сама
смерть описывается как погружение в рекурсивный
сон без возвращений. В "Преступлении и наказании"
Ф. М. Достоевского тяжелый сон Раскольникова пред-
шествует рекурсивному сну Свидригайлова, а сон
Свидригайлова заканчивается самоубийством.

"Он уже забывался: лихорадочная дрожь утихала; вдруг
как бы что-то пробежало под одеялом по руке его и по
ноге...
Дрожа от лихорадочного холода, нагнулся он осмотреть
постель, -

- - - - - - - -
/86 Кортасар Х, Другое небо. - М.: Худож. лит., 1971. -
С. 79,

ничего не было; он встряхнул одеяло, и вдруг на простыню
вы-
скочила мышь. Он бросился ловить ее, но мышь не сбегала
с постели, а мелькала зигзагами во все стороны, скользила
из-под
его пальцев, перебегала по руке и вдруг юркнула под подушку...
Он нервно задрожал и проснулся. В комнате было темно,
он ле-
жал на кровати, закутавшись, как давеча, в одеяло, под
окном
выл ветер" /87

Затем в полудреме Свидригайлову пригрезилась
девочка-самоубийца, покрытая гирляндами цветов,
лежащая в гробу.
Стряхнув дрему, он решает совершить прогулку
по ночному городу и в гостиничном коридоре неожи-
данно находит плачущую продрогшую девочку лет
пяти. Уложив ее спать, Свидригайлов переживает
второй кошмар. Лицо ребенка вдруг превращается в
"нахальное лицо продажной камелии из француже-
нок".

"А, проклятая! " - вскричал в ужасе Свидригайлов, занося
над ней руку... Но в ту же минуту проснулся.
Он на той же постели, так же закутанный в одеяло; свеча
не зажжена, а уж в окнах белеет полный день" /88.

Свидригайлов бессмысленно пытается поймать
муху над холодной телятиной. Затем, очнувшись, ре-
шительно выбирается на улицу. Грязная собачонка,
валяющийся пьяный на тротуаре, каланча, серый про-
мозглый день, сторож Ахиллес в серой шинели. Ко-
роткий бессмысленный диалог. Свидригайлов пристав-
ляет пистолет к правому виску и нажимает курок.
Достоевский для усиления эффекта рекурсивности
в сны персонажа вносит повторяющиеся сюжетные
фрагменты: девочка-утопленница и промокшая девоч-
ка, ловля мыши и ловля мух, диалог с маленькой
девочкой, коверкающей слова ("мамася", "плибьет",
"лязбила"), и диалог с Ахиллесом ("А-зе, сто-зе вам
и здеся на-а-до? Здеся не места"). Свидригайлов
вполне мог посчитать свой роковой выстрел совершае-
мым в продолжающемся кошмарном сне.
Норвежский писатель К. Гамсун в романе "Мисте-
рии" также использовал аналогичный прием рекур-
сивного сна.
... Странный путешественник Нагель впал в тре-
вожное забытье. К вечеру он наконец уснул, проснул-
ся утром часов около десяти. Бежит к пристани, пыта-

- -
87 Достоевский Ф. М. Преступление
и наказание. - М.: Худ.
лит., 1983. - С. 485.
" Там же. - С 439

ется достать со дна морского свой талисман - желез-
кольцо. Совершает сложные действия, борется,
отчаивается, слышит властный зов с моря, падает на
землю лицом вниз - и вдруг просыпается. Минутное
облегчение. Но властная сила уже овладела им. Он
бежит к причалу и бросается в море.
В романе Г. Гарсиа Маркеса "Сто лет одиночест-
ва" сны одного из героев Хосе Аркадио Буэндиа опи-
сываются как постепенный последовательный переход
из одной комнаты в другую, точно такую же - и так
до бесконечности. Просыпаясь, он совершал обратный
путь, пока не достигал самой первой комнаты. Ему
нравились такие путешествия - как будто идешь по
галерее между параллельными зеркалами... Однажды
Буэндиа не захотел покинуть последнюю комнату.
Там он остался навсегда. Его уже не смогли разбу-
дить.
В стихах еще Шекспир в знаменитом монологе
Гамлета вопрошает:

... Умереть, уснуть,
Уснуть... И, может быть, увидеть сны.
Ах, в зтом-то и дело все, Какие
Присниться сны нам могут в смертном сне,
Когда мы бросим этот шум земной? /89

У М. Ю. Лермонтова есть удивительное пророчес-
кое стихотворение "Сон", написанное им в 1841 г. -
году своей смерти.

В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана,
По капле кровь точилася моя.

Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их Желтые вершины
И жгло меня - но спал я мертвым сном.

И снился мне сияющий огнями
Вечерний пир в родимой стороне.
Меж юных жен, увенчанных цветами,
Шел разговор веселый обо мне.

Но в разговор веселый не вступая,
Сидела там задумчиво одна,
И в грустный сон душа ее младая
Бог знает чем была погружена;
И снилась ей долина Дагестана;
Знакомый труп лежкал в долине той;

- -
89 Шекспир У. Гамлет / Пер. с англ.
А. Д. Радлова. - М.:
Радуга, С. 577

В его груди, дымясь, чернела рана,
И кроовь лилась хладеющей струей.

Стихотворение произвело впечатлениие на совре-
менников. Его часто вспоминали потомки. По сути,
это первое в литературе рекурсивное стихотворение.
Философ и поэт Владимир Соловьев написал о нем
очерк. А. Блок считал это произведение предвестни-
ком новых форм литературы. "В этом сцеплении снов
и видений ничего не различить - все заколдова-
но... "90 Упоминает стихотворение и Даниил Андреев
в известном духовидческом произведении "Роза
мира".
Он считал миссию Лермонтова одной из "глубочай-
ших загадок нашей культуры".

"... гроза вблизи Пятигорска, заглушившая выстрел Мартыно-
ва, бушевала в этот час не в одном только Энрофе. Это,
настиг-
нутая общим врагом, оборвалась не довершенной миссия
того, кто
должен был создать со временем нечто, превосходящее размерами
и значением догадки нашего ума, - нечто и в самом деле
тита-
ническое" 91.

Владимир Набоков считает "Сон" центральным
моментом творчества Лермонтова. Об этом он пишет
в "Предисловии к "Герою нашего времени".
Лермонтов первым не побоялся высвободить могу-
чие смерчи рекурсии языка. Возможно, в этом и со-
стояла его историческая роль. Он переступил запрет-
ную черту и оказался в заколдованной области стихий
языка. Странная жизнь, странное пророческое стихо-
творение и странная внезапная смерть... Как будто в
самом деле какая-то грозная сила не хотела откры-
вать тайные обряды языка. Но магические заклина-
ния произнесены, колдовство свершилось, и язык при-
обрел последнюю власть над Вселенной и человеком.
Три загадочных сна, три мастера, описавших их, - вот
истоки современной литературы: Лермонтов, Гоголь,
Достоевский.

"Вот почему в великой триаде хитрые и мудрые колдуны
ведут под руки слепца; Лермонтов и Гоголь ведали приближение
этого смерча, этой падучей, но они восходили на вершины
или
спускались в преисподнюю, качая только двойников своих
в сфере
падучей; двойники крутились и, разлетаясь прахом, опять
возни-
кали в другом месте, когда смерч проносился, опустошая
окрест-

- - -
90 Блок А. Искусство и революция. - М.: Современник,
1979. -
С. 30.
91 Андреев Даниил. Роза мира // Новый мир; 1989. - Э 2. -
С. 179

ность. А колдуны смотрели с вещей улыбкой на кружение
мглы,
на вертящийся мир, где были воплощены не они сами, а
только
их двойники"/92.

ЗЕРКАЛА АНДРЕЯ ТАРКОВСКОГО

Андрей Тарковский обладал особым видением мира.
Он выражал свое ощущение жизни сложными образа-
ми реальности, сновидений, фантазии, связанными
между собой внутренними ассоциациями больше, чем
внешней логикой сюжета. Человек у Тарковского
предстает как яркая вспышка в фокусе бесконечной
сирии повторяющихся зеркальных отраже-
ний, образующих прошлое и будущее, определяющих
настоящее; вспышка, трагическое предназначение ко-
торой самим человеком до конца еще не осознано, -
возможно, она всего лишь для того, чтобы на мгнове-
ние запечатлеть слабый отблеск истинных отражений
реальности. Особенно это проявилось в последних,
наиболее значительных фильмах "Ностальгия" и
"Жертвоприношение".
Фильмы Тарковского сложны. В них и фантастика,
и сны, и грубое бытие вещей, и глубокий философский
смысл. Эти фильмы как психологический тест Рорша-
ха - одни видят кляксы, другие - целый мир удиви-
тельных картинок. Одни досидят от силы до середины
сеанса, другие смотрят по нескольку раз. В прочем,
сравнения с тестом Роршаха явно недостаточно. Надо
еще понять, что стоит за всеми этими картинками, ка-
кая сила приводит их в ритмичное движение, связыва-
ет между собой в единое целое и вновь разбивает на
бесконечное количество изменяющихся, ускользающих
отражений. Поэтому фильмы Тарковского надо объяс-
нять хотя бы для того, чтобы его глазами посмотреть
на мир и попытаться, пока, может быть, еще не позд-
но, изменить его к лучшему. Кроме того, такие филь-
мы - хорошие уроки ассоциативного мышления. ко-
нечно, мы анализируем творчество с алгоритмических
позиций. Нам важно выявить, какие алгоритмические
конструкции использует Тарковский, что заставляет
человека так пристально всматриваться в необычные
зеркала.
В "Ностальгии" трагические судьбы трех человек
странным образом переплетаются, образуя вагадоч-

- -
92 Блок А, Искусство к революция. - С. 384.

ную игру отражений, игру света и тени, жизни и
смерти.
Современный русский писатель Андрей Горчаков
путешествует по Италии, собирая материал для кни-
ги о русском крепостном композиторе и музыканте
прошлого века. Судьба этого человека напоминает
его собственную. Музыкант тоже путешествовал по
Италии. Кажется, там даже женился. Вернулся в
Россию. Тосковал. Запил. Умер - сгорел от водки,
тоски, невозможиости самовыразиться.
Писатель страдает от ностальгии. Встречает
странного итальянца, который пытается уйти из жиз-
ни, затворившись дома и семь лет ожидая конца сво-
д. Непонятным образом эти два человека соединены
тайной, можно сказать, мистической связью. Их вле-
чет друг к другу. Рассуждения одного об опасном
пути человечества, о безысходности жизни, о тупике,
в который зашла цивилизация, продолжаются в раз-
думьях дугого. Итальянец просит писателя пройти
с зажженной свечой через бассейн святой Катарины в
санаторной гостинице. Самому ему это не дают сде-
лать люди, которые постоянно находятся в бассей-
не, - они считают его сумасшедшим. "Тогда все из-
менится", - твердит итальянец. Он выступает на пло-
щади, призывая человечество вернуться назад, в ту
иллюзорную точку истории, откуда будущее представ-
лялось спокойно прекрасным и еще не были видны
грозные признаки грядущих потрясений. Странный че-
ловек заканчивает свою странную роль. Он обливает
себя бензином и поджигает. Звучит восточная музыка.
Итальянец уходит из жизни - на этот раз навсегда.
На площади равнодушные люди, каждый занят собой.
А кто-то, одетый как итальянец, пародирует его, не
останавливаясь даже в трагический момент, - послед-
нее гротескное отражение в кривом зеркале жизни.
Писатель выполняет обещание. Бассейн пуст, его
чистят. Лужи. Грязь. Застывшие, сломанные беспо-
лезные предметы. Писатель два раза пытается пройти
бассейн, но оба раза свеча гаснет (умер композитор,
умер итальянец). Наконец, в третий раз ему с трудом
удается одолеть весь путь. В последнем усилии он
ставит свечу и умирает от сердечного приступа.
Образы итальянца и писателя Тарковский соеди-
няет глубокими ассоциативными связями. Сначала,
во сне, к писателю как к хозяииу приходит овчарка
итальянца. В последних кадрах фильма она тоже

сбудет с ним. Итальянец передаег писателю свечу,
выполняет его желание. Происходит постепенное свя-
зывание образов общими атрибтами. В зеркалах от-
ражаются то один, то другой. Отражения меняются.
В одном из снов писатель смотрится в зеркало шка-
фа, приоткрывает дверцу, и изображение в неулови-
мое мгновение меняется - на него из зазеркалья
смотрит итальянец. В снах писателя маленький маль-
чик - то ли он сам из далекого детства, то ли италья-
нец, то ли его сын. Переводчица в снах трансформи-
руется в другую женщину. В доме итальянца серые,
бурые, в пятнах стены. Много воды, она непрерывно
течет откуда-то сверху. Лужи. Отражения в воде. Пе-
ред отъездом писатель бродитит по воде в древних раз-
валинах. Опять серые, бурые, в пятнах стены. В во-
де - забытые - ненужные предметы. Странный, болез-
ненно красивый символический натюрморт: начатая
бутылка водки, угли небольшого костра, тлеет книга
любимых стихов. Сам писатель лежит, погружаясь в
сюрреалистический сон. Ассоциация не только с ита-
льянцем, но и с композитором.
Ассоциативные схемы развития образов писателя и
итальянца одинаковы: уход (в себя, из страны), нос-
тальгия (по жизни, по богу, по любимым, по прошло-
му), вода, огонь, смерть (последний уход). В более
слабой форме эта схема рекурсивно повторяется в
судьбе композитора, о которой размышляет писатель.
Ассоциации рекурсивно вызывают друг друга, пере-
плетаются, порождая сложную игру символов. Во сне
писатель видит себя спящим и видящим собственный
сон. Рекурсию усиливают фоновые образы уходящих
вдаль повторяющихся колонн храма, арок, проемов
дверей, ступеней лестниц. Сам храм все время меняет-
ся, оставаясь все-таки храмом.
Последние кадры фильма. Писатель в храме. Не-
подвижно сидит на земле с собакой итальянца перед
небольшим озерцом. В воде отражения трех белых
ярких полос (три отражения, три судьбы). Храм рас-
ширяется, охватывая последний приют писателя. Ста-
новится заметным, что в воде отражаются три про-
ема, образованные арками храма, за которыми - бе-
лый загадочный свет. Медленно идет не то снег, не то
дождь, не то падают неясные осколки прошлых отра-
жений. Время остановилось. Мастер ушел в свое за-
зеркалье.
"Жертвоприношение" - последний и, пожалуй, са-

мый загадочный фильм Тарковского. Действие начи-
нает неторопливо разворачиваться в живописном изо-
лированном уголке неподалеку от морского побере-
жья. Сосны. Пустынные дюны. Уединенный дом.
Предчувствие беды. Известный критик, журналист и
писатель Александр в день своего рождения на про-
гулке с сыном рассуждает на тему "В начале было
слово... ". Неожиданно он теряет сознание. Резкий пе-
реход. В следующих кадрах - гостиная в доме. Нето-
ропливо ходят люди. Неторопливый разговор. Алек-
сандр принимает поздравления. Нарастает тревожное
ощущение иллюзорности происходящего. Незаметно
реальность выливается в сон или сон становится ре-
альностью. Писатель, получая в дар старинную кар-
ту, размышляет о том, что любой подарок - по сути,
жертвоприношене. Почтальон Отто рассказывает о
странном случае совмещения настоящего и прошлого:
на фотографии женщины, сделанной в шестидесятые
годы, отпечаталось изображение ее сына, погибшего
во время второй мировой войны. После рассказа Отто
впадает в короткий странный обморок. Неоднократно
многозначительно акцентируется внимание на карти-
не Леонардо да Винчи "Поклонение волхвов", которой
приписывается особый таинственный смысл. "Я бо-
юсь Леонардо", - говорит Отто. Незаметно, но нас-
тойчиво, путем рекурсивно нарастающего вызова ас-
социаций зрителю внушается схема существования
мира: жизнь - сон - колдовство. В этой схеме даже
время может быть относительным, надо только знать
заклинания.
Уже разбросаны ассоциативные приметы основно-
го действия, кто-то собирает их сейчас в одной судьбе.
Ткань сюжета ткут золотые нитки рекурсии.
В кадрах обманчивая игра света,
тени и отраже-
ний. За окном нарастает гул, дрожит посуда, дрожат
отражения в зеркалах, разбивается бокал. Закружи-
лись тревожные ветры, и колдуны уже начали свои
дикие пляски. Грядет волшебство. Остается только
поверить в него.
Происходят странные события. Началась ядерная
война. Александр молится и обещает, если все вер-
нется на круги своя, совершить жертвоприношение -
разрушить дом, навсегда замолчать, отказаться от
семьи, от всех, кого любит. Отто внушает ему, что
служанка Мария обладает колдовской силой и, если
она полюбит Александра, то может вмешаться в ход

событий, повернуть течение времени и изменить прош-
лое, приведшее к катастрофе. Так и случается.
В этом сне есть другой повторяющийся
сон. Грязь.
Мокрый снег. Суета людей. Разбитые машины. Вода.
Отражения в воде, отражения от застекленной карти-
ны Леонардо да Винчи "Поклонение волхвов". Есть
рекурсивная картинка. Александр видит сверху свой
дом, который, как оказывается, - копия дома, сделан-
ная сыном с помошью Марии. Много отражений в
стеклах, окнах, зеркалах - скользящих, неуловимых,
меняющихся. Где человек, а где его отражение? Где
зеркало, а где дверь в таинственный мир?
Александр просыпается. Светлое
утро. Войны нет.
Все как будто по-старому, но что-то неуловимо изме-
нилось. Он верит, что фантастические события про-
изошли наяву, и совершает обещанное жертвоприно-
щение. Сгорает дом, разбита семья, Александра уво-
зят в санитарной машине.

Рекурсия проявляется на уровне рекурсивных
снов. Усиливается повторяющимися отражениями в
зеркалах и повторами некоторых образов. Начало и
конец фильма замыкаются кадрами одинокого дерева,
рядом с которым - сын Александра. В конце фильма
он, молчавший из-за операции на горле, повторяет
извечный вопрос: "В начале было слово, почему так? "
Некоторые воспринимают фильм
не как описание
рекурсивного сна, а как реальную будущность. Воз-
можна и такая трактовка. Сам автор допускал много-
значность в толковании своих картин. Но все же ва-
риант с рекурсивным сном представляется более есте-
ственным. Почтальон впадает в короткий странный
обморок, с женой Александра случается истерический
припадок, заканчивающийся коротким сном, Алек-
сандр в начале фильма внезапно теряет сознание. По
аналогии можно предположить, что это тоже закан-
чивается сном. Вариант сна объясняет также, почему
на удаленном (это специально подчеркивалось) от
города участке неожиданно появляется санитарная
машина. Можно предположить, что ее вызвали вече-
ром, когда Александру стало плохо. Кроме того, при
описании фантастических событий автор использует
те же темные цвета и те же приемы, которые он обыч-
но применяет в описациях снов. Начало основного
сна писателя не обозначено. Он начался или сразу
после того, как Александр потерял сознание, или по-
сле рассказа Отто. Последнеее даже более логично -

к этому моменту уже обозначены все ассоциативные
ключи, которые в болезненном сознании писателя
могли легко запустить механизм рекурсивного сна.
Как мы уже говорили, это всегда страшно, а у зрите-
ля вызывает, по крайней мере, чувство какой-то
тайны.
В целом Тарковский в своих фильмах постоянно
стремился уничтожить зыбкую грань между сном и
реальностью, показать сон как искаженное отражение
реальности, а реальность как продолжение сна. Он
видел вещие сны, снимал пророческие фильмы и даже
предсказал свою трагическую судьбу. Он любил му-
зыку Баха (опять рекурсия), стихи своего отца, поэта
Арсения Тарковского, а перед смертью нарисовал
странную картину: могила с крестом, большое дерево,
в корнях его на темном фоне заметен смотрящий
глаз. В детстве там, где он жил, было дерево, корни
которого причудливо переплетались и выходили из-
под земли. Он любил там прятаться /93.
Тарковскому как никому другому удалось проник-
нуть в загадочный мир сновидений и запечатлеть вто-
рую реальность. Знаменитый шведский кинорежиссер
Ингмар Бергман признал первенство Тарковского в
этой сфере. "Фильм, если это не документ, - сон, гре-
за. Поэтому Тарковский - самыи великий из всех...
Всю свою жизнь я стучался в дверь, ведущую в то
пространство, где он движется с такой самоочевидной
естественностью" 94
Тарковский показывал модель мира, в которой
были не просто зеркала или сновидения в зеркалах,
но рекусивное динамическое его от отражение. Поэтому
все меняется и все повторяется в его мире, поэто-
му человек - трагическое существо - обречен вечно
гнаться за своими неуловимыми отражениями, видя
только тени других отражений.
Бергман тоже пытался попасть в страну снов. Он
ставил пьесу Стриндберга "Игра снов", он тоже видел
загадочные тени и их отражения. Но в отличие от
Тарковского он слабо применял рекурсию, поэтому и
"проиграл соревнование".
Тарковский на уровне ассоциативного мышления
все время мучительно разгадывал загадку бытия от

- - - - - - -
93 0 Тарковском // Сост., авт. предисл. М. А. Тарковская. -
М.: Прогресс, 1989. - 400 с.
94 Бергман И. Laterna Magica // Иностр. лит, - 1989. - Э 9. -
С. 211

истоков рефлектирующего сознания до индивидуаль-
ной смерти человека и тупиков общественного разви-
тия. Отсюда повторяющиеся символы воды и огня -
первичных стихий, давших начало жизни, отсюда ре-
курсивные сны - разгадка феномена человека в нем
самом, отсюда бесконечные отражения в воде, зерка-
лах, судьбе, словах, космосе, в чем угодно - лишь бы
отражаться, лишь бы не остатавить этот колдовской
поток. Только в этой игре жизнь, только это и надо
запечатлеть. По крайней мере, ему, возможно, уда-
лось разбудить многих спящих, но видящих вещие
сны.

КОМПЬЮТЕРНЫЕ СНЫ

Какие сны могут сниться электронным существам?
В памяти ЭВМ программы живут короткой драмати-
ческой жизнью. Они получают и перерабатывают ин-
формацию, обмениваются данными, борются за ре-
сурсы, изменяют сами себя, создают новые програм-
мные объекты, замирают, исчезают и вновь "просыпа-
ются". Они не знают человеческих страстей, но содер-
жат в себе отпечатки чувств и желаний программис-
та. Через компьютерные программы овеществляется
идеальная мысль человека. Меняются технологии, ме-
няется элементная база компьютеров. Большие на-
дежды ученые возлагают на будущие фотонные
компьютры, в которых вместо электронных сигналов
будут взаимодействовать световые потоки. И если
верно, что мир не может не измениться, если делать
что-нибудь постоянно и достаточно долго, то, возмож-
но, наступит день, когда еще одно порождение разу-
ма сможет самостоятельно разглядывать свои усколь-
зающие отражения. И, может быть, именно в той бу-
дущей космической игре света и тени откроется пре-
дельный смысл мира и предназначение человека. В ко-
ком из снов разгадан ключ?
Рассмотрим алгоритмически-лингвистическор мо-
делирование процесса жизнь - сон (здесь под жиз-
нью условно понимаем явь). Как уже неоднократно
подчеркивалось, жизнь и сон в своей аналогии (осо-
бенно в творческом восприятии) заходят так далеко,
что их следует считать проявлениями одной и той же
алгоритмической процедуры. Эта процедура рекурсив-
но вызывает саму себя, и только значения локальных
переменных внутри вызванной процедуры определяют

периоды бытия (жизнь или сон ) Локальная перемен-
ная - зто переменная величина, возникающая каж-
дый раз при вызове процедуры, и только операторы,
выполняемые внутри данной вызванной процедуры,
могут менять ее значения. С исчезновением вызванной
процедуры исчезает и соответствующая локальная пе-
ременная. Подробно с тонкостями программирования
с введением локальных и глобальных переменных
можно познакомиться в книге известного голландско-
го специалиста Е. Дейкстры "Дисциплина программи-
рования" /95. Человек служит интерпретируемой маши-
ной для этой процедуры. Он проходит через жизнь
все свои сны. Его восприятие реальности субъективно.
Поэтому следует ввести глобальную переменную, про-
пускаемую через все вызовы процедур, принимающую
значения жизнь или сон и выражающую осознание
человеком момента своего существования. Разум ана-
лизирует текущую ситуацию (значения локальной пе-
ременной) и старается с наибольшей степенью досто-
верности определить значение этой переменной и при-
своить его глобальной переменной. Это древний защит-
ный рефлекс. Законы изменения значений жизнь и
сон достаточно сложны и определяются психикой рас-
сматриваемого индивидуума. Но, по меньшей мере,
всегда после просыпаний сознание убеждено, что на-
ступила жизнь. С учетом сказанного выше в условном
алгоритмическом изобразительном языке программа,
моделирующая жизнь - сон, имеет следующий вид:

ПРОГРАММА жизнь - сон;
глобальная переменная v: (жизнь, сон);
ПРОЦЕДУРА Р (х: (жизнь, сон));
локальнал gеременнал и: (жизнь, сон);
НАЧАЛО
и: - х;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (и )
l: ЕСЛИ и= жизнь ТО вызвать Р ( сон ) ИНАЧЕ вернуться;
v: =жизнь;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (и );
ПЕРЕХОД НА l
КОНЕЦ (процедуры Р )
НАЧАЛО (тело программы )
вызвать Р (жизнь)
КОНЕЦ

Здесь и - локальная переменная. При каждом
вызове процедуры Р создается своя новая переменная

- - - - - - - - - - - - - - - - - - -

95 Дейкстра Е. Эссе о понятии область действия
переменных //
Дисциплина программирования. - М.: Мир.

под именем и, доступная внутри вызванной процеду-
ры. С исчезновением процедуры исчезает и локальная
переменная. Переменная v глобальна, она передается
от процедуры к процедуре и определяет субъективное
восприятие жизни и сна. Величины и и v можно
было бы считать наборами переменных, соответствую-
щих процессам жизни и сна. Только для удобства и
упрощения считаем их здесь одномерными перемен-
ными. Процедура ГЕНЕРИРОВАТЬ (и) задает дей-
ствия, которые выполняются при заданном значе-
нии и. Можно считать, что эта процедура генерирует
текст, соответствующий рассматриваемому периоду
существования. Команда вернуться означает закры-
тие процедуры Р. После завершения выполнения вы-
званной процедуры вызывающая процедура продол-
жит свою работу, начиная со следующей после вызова
команды. Значения переменной v могут меняться про-
цедурой ГЕНЕРИРОВАТЬ. Единственное, что всегда
выполняется, - установка v на жизнь после окончания
сна. В этой программе сон - особый период жизни.
Последовательность выполнения команд в про-
грамме жизнь - сон следующая:

вызвать Р (жизнь);
жизнь и1: = жизнь;

ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь );

вызвать Р (сон);

сон и2: = сон;

ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон );

вернуться;
жизнь v: =жизнь;

ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь); * вернулись к значе-

нию и1 = жизнь *

жизнь

вызвать Р (сон);
сон
и3: = сон;

ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);

вернуться;
жизнь v: = жизнь;

ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь);

вызвать Р (сон);

сон и4: = сон;

ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);

вернуться;
Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ Ґ
Как видим, жизнь сменяется сном, сон жизнью -
и все повторяется вновь.
Произведем следующее преобразование програм-
мы жизнь - сон: заменим везде слова жизнь на сон,
а сон на жизнь. Тогда сон будет главной процедурой,
периодически вызывающей жизнь. Получаем симмет-
ричную программу сон - жизнь. В ней жизнь - неко-

торый период, существующий внутри первого вызова
сна.
Какая из программ (жизнь - сон или сон -
жизнь) адекватно моделирует действительность? Об
этом много рассуждали философы от античности до
наших дней. Все дело только в симметричной замене
имен.
Такое преобразование иногда используют как
ли-
тературный прием. Для героя рассказа В. Брюсова
"Теперь, когда я проснулся" главным был сон. В сво-
их снах он безнаказанно совершал ужасные злодея-
ния. Это занятие так его увлекало, что он научился
специально вызывать сны. Жизнь была только корот-
кой необходимой подгоговкой ко сну и тоже воспри-
нималась как этап сна. В итоге он в реальной жизни
совершил кровавое убийство, думая, что все проис-
ходит во сне. Произошло несоответствие значений
глбальной переменной определяющей субъективное
восприятие действительности, и локальной, задающей
фазы реальности.
У Борхеса в рассказе "Книга руин" маг снов
в
конце жизни понял, что он только призрак, который
видится кому-то во сне. В том сне, начавшемся вызо-
вом программы сон - жизнь, жизнь и сон мага были
только подпрограммой процедуры ГЕНЕРИРОВАТЬ
(сон ).
Граница между действительностью и сном
может
быть расплывчатой, не обозначенной четко. Поэтому
часто авторы задают постепенную трансформацию
значений тех или иных переменных в свою противо-
положность. Для моделирования подобных явлений
необходимо вводить градацию степеней сна и раль-
ности. Например, можно считать сон выражаемым
отрицательным числом, а жизнь - положительным.
Чем ближе сон к нулю, тем он ближе к жизни. И на-
оборот, жизнь переходит в сон, если значение жизни
постоянно уменьшается. Если ввести несколько до-
полнительных переменных, легко модифицировать
программу жизнь - сон таким образом, чтобы ло-
кальная сигнализирующая переменная и постепенно
изменялась, переходила в свою противоположность.
Если при этом значения v не менять, получим про-
цесс, описывающий постепенное изменение жизни на
сон, а сна на жизнь, и при этом человек в конце кон-
цов воспринимает себя во сне, а свою прошлую жизнь
с удивлением осознает как сон. Такой эффект дости-

гается в случае, если процедура ГЕНЕРИРОВАТЬ
(сон) порождает текст, связанный с определенными
событиями, временем и местом, а ГЕНЕРИРОВАТЬ
(жизнь) порождает текст с другими атрибутами су-
ществования. Тогда в результате выполнения указан-
ного преобразования человека со значением v, рав-
ным жизнь, вступает в процедуру ГЕНЕРИРОВАТЬ
(сон). В силу ограниченности объема изложеиия мы
не приводим подробное описание этой программы.
Такое преобразование также описывалось в лите-
ратуре. Пример - уже упоминавшийся рассказ Кор-
тасара "Ночью, на спине, лицом кверху".
Как задать постепенный переход одного объекта в
другой мир, например объект из жизни включить в
сон? Для этого нужно совершить следующие измене-
ния в программе жизнь - сон. Локальная переменная
и не затрагивается. Зато глобальная переменная, со-
ответствующая бытию объекта, заменяется на две
связанные компоненты. Первая свидетельствует о сте-
пени присутвия в жизни, а вторая определяет сте-
пень принадлежности ко сну. Каждый раз во время
сна необходимо уменьшать первую компоненту и уве-
личивать вторую. Процедура ГЕНЕРИРОВАТЬ реа-
гирует на эти изменения, порождая соответствуюшие
описания погружений в сон.
Отличие этого преобразования от предыдущего,
описанного выше, в том, что меняется сам человек,
а не мир.
Аналогичным образом, выполняя согласованные
действия с двумя двухкомпонентными переменными,
можно добиться синхронной замены объектов из сна
и жизни. Это распространенный прием в литературе.
Иногда сон заменяется зеркалом или книгой. Анало-
гом сна выступает таинственное зазеркалье или текст
волшебных книг.
В рассказе Брюсова "Зеркало" с переменным
ус-
пехом борются за право присутствия в мире две жен-
щины - реальная и ее зеркальное отражение. В рас-
сказе Кортасара "Аксолотль" человек, пристально
наблюдающий в аквариуме неподвижное лицо водной
личинки, вдруг ощущает себя поменявшимся с ней
местами.

"Я видел очень близко, за стеклом, неподвижное лицо аксо-
лотля. Без перехода, без удивления я увидел за стеклом
свое
лицо, вместо лица аксолотля увидел за стеклом свое лицо,
увидел
другую сторону стекла. Потом мое лицо

отодвинулось, и я понял... Я был аксолотлем и теперь мгновенно
узнал, что никакое понимание невозможно" /96

Если в процедуре ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь) опи-
сывать определенные события и с некоторым опере-
жением задавать их в процедуре ГЕНЕРИРОВАТЬ
(сон/зеркало), получим эффект вещих снов (зеркал,
книг). Аналогичное можно выполнить и с прошлым.
Если постепенно сближать описания событий в этих
двух процедурах и в итоге генерировать один заклю-
чительный текст, получится как бы слияние предска-
занного будущего (или известного прошлого) с на-
стоящим.
Подобный прием наблюдаем у многих писателей.
Маркес в своем рекурсивном романе "Сто лет одино-
чества" заканчивает повествование эпизодом, когда
последний из рода Буэндиа расшифровывает послед-
ние страницы волшебной книги Мелькиадеса, оказав-
шейся описанием событий рода Буэндиа и города
Макондо. По мере приближения к концу поднимается
ураган, тоже описанный в книге, и с последней строч-
кой все исчезает - город Макондо, род Буэндиа и.
вещая книга.
Опять у Борхеса в рассказе "Чернильное зеркало"
правитель зачарованно наблюдает собственную
смерть в чернильном отражении. Когда палач в за-
зеркалье опускает меч на голову осужденного, пра-
витель тоже падает мертвый.
В "Мастере и Маргарите" Булгакова события
про-
шлого - алгоритмический модуль Иешуа - Пилат -
вызываются из основной темы. Здесь действует одна
рекурсивная процедура Р (х), функционирующая
аналогично программе жизнь - сон. Процедура Р
(Мастер и Маргарита) вызывает процедуру Р (Иешуа
и Пилат). В конце все времена встречаются в по-
следнем пристанище.
Можно пойти дальше. Любые игры
с переменными
допустимы. Можно задавать независимые или зависи-
мые друг от друга изменения локальных и глобаль-
ных переменных в программе жизнь - сон. Можно в
качестве имен добавлять новые миры. Таким спосо-
бом можно получать странные переходы жизни в сон,

- - - - -
/96 Кортасар Х. Другое небо. - С. 70.
/97 Анисимов А. В. Информатика. Творчество. Рекурсия. -
С, 136 - 151.

сна в жизнь, исчезновения и появления жизни или
сна, другие измерения, метущееся мелькание или мед-
ленное таяние глобальных объектов среди снов и жиз-
ни. Это эксперименты для будущего XXI в. Путь
указан.
Таким образом, писатели и сны убетдают: бытие
инвариантно относительно дискретно-непрерывных
преобразований симметрии жизнь - сон - зеркало-
жизнь. Все дело только в двух названиях, нескольких
переменных величинах и законах их изменения. "Быть
может, всемирная история - это история различ-
ной интонации при произнесении нескольких мета-
фор"/98
Перейдем к рекурсивным снам. В процедуре Р (х)
сон вызывается после сравнения локальной величины
и со значением жизнь. Такое однозначное сравнение
происходит только а случае абсолютно нормального
функционирования процессов жизни и сна. Но часто
механизм запуска сна задается более сложными зако-
нами; например, возможен вызов сна в процессе сна.
Поэтому в описании программы жизнь - сон следует
заменить условие и= жизнь на предикат а (х), учиты-
вающий и другие возможности вызова сна. Явное
задание для этого предиката физиологам еще неиз-
вестно.

ПРОГРАММА жизнь - сон;
глобальная переменная v: (жизнь, сон);
ПРОЦЕДУРА Р (х: (жизнь, сон));
локальнал переменная и: (жизнь, сон);
НАЧАЛО
и: =х;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (и);
l: ЕСЛИ а(и) ТО вызвать Р (сон) ИНАЧЕ вернуться;
v: =жизнь;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (и);
ПЕРЕХОД на l;
КОНЕЦ (* процедуры Р *)
НАЧАЛО (* тело программы *)
вызвать Р (жизнь)
КОНЕЦ

Как уже отмечалось, предикат а (и) может при-
нимать значение истина и в случае, когда и равно
сон. Поэтому возможны рекурсивные сны. Например,
задаваемые следующей последовательностью опера-
торов, образованных при выполнении программы.

-
98 Борхес Х. Л. Сфера Паскаля// Проза разных лет. -
С. 202.

Погружения в сон идут внутри сна, поэтому они
часто не фиксируются сознанием. Окончание сна все-
гда сопровождается установкой значения глобальной
переменной v, равного жизни. Несоответствие сна и
установки на жизнь вызывает сильное чувство
страха.

СОН ЧАРТКОВА

Н. В. Гоголь. "Портрет
вызвать Р (жизнь);
и1.: = жизнь;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь)

... Таким образом, Чартков совершенно неожиданно купил
старый порт-
рет... Он опять подошел к портрету, с тем чтобы рассмотреть
эти чудные
глаза, и с ужасом заметил, что они точно глядят на него...

вызвать Р (сон);
и2.: = сон;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);
пусто
вызвать Р (сон);
и3.: = сон;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);
пусто

вызвать Р (сон);

и4.: = сон;

ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);

... Он видит ясно: простыни уже нет... портрет открыт весь и глядит

мимо всего, что ни есть вокруг, прямо в него, глядит просто к нему

вовнутрь. У него захолонуло сердце. И видит: старик пошевелил-

ся и вдруг уперся в рамку обеими руками... Чартков силился

вскрикнуть - и почувствовал, что у него нет голоса.... - видно,

старик вспомнил, что не доставало одного свертка...

вернуться;

Полный отчаяния стиснул он всею силою в руке своей сверток,

употребил все усилие сделать движенье, вскрикнул - и проснулся.

v: = жизнь;
ГЕНЕРОРОВАТЬ (сон);

Холодный пот облил его всего: сердце
его билось так сильно, как
только можно было биться;... "Неужели
это был сон? " - сказал он,
взявши себя обеими руками за голову...
И видит он: это уже не сон:
черты старика двинулись, и губы его
стали вытягиваться к нему, как
будто бы хотели его высосать...
С воплем отчяния отскочил он - и проснулся.

вернуться
v: =жизнь;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);

"Неужели и эго был сон? " С бьющимся
на разрыв сердцем ощупал он
руками вокруг себя. Да, он лежит на
постели в таком же положении,
как заснул. Пред ним ширмы; свет месяца
наполнял комнату... Итак,
это тоже был сон... И видит ясно,
что простыня начинает раскрываться,
как будто под нею барахтались руки
и силились ее сбросить. "Господи
боже мой, что это! " - вскрикнул он,
крестясь отчаянно, и проснулся.

вернуться;
v: =жизнь, '
ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь);

И это тоже был сон!.. он подошел к окну и открыл форточку.
Холодный
ветер оживил его...

СОН СВИДРИГАЙЛОВА

Ф. М. Достоевский, "Преступлеяне и наказание"

вызвать Р (жизнь);
и1: = жизнь;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь)

... Ему все не спалось. Мало-помалу давешний образ Дунечки
стал возни-
кать перед ним, и вдруг дрожь прошла по его телу... Он
уже забывался:
лихорадочная дрожь утихала,

вызвать Р (сон);
и2: = сон;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);
пусто
вызвать Р (сон);
и3: = сон;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);

вдруг как бы
что-то пробело под одеялом по руке его и по ноге.
Он вздрогнул:
"Фу, черт, да это чуть ли не мышь! - подумал он, -
это я телятину
оставил но столе... "
Он бросился
ловить ее, но мышь не сбегала с постели, а мелькала
зигзагами
во все стороны, скользила из-под его пальцев, перебегала
по руке и
вдруг юркнула под подушку, он сбросил подушку, но в
одно мгновение
почувствовал, как что-то вскочило ему за пазуху,
шоркает по
телу, и уже за спиной под рубашкой.

вернуться

Он нервно задрожал и проснулся.

v: =жизнь;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);

В комнате было темно, он лежал на кровати,
закутавшись, как даве-
ча, в одеяло, под окном выл ветер.
Он встал и уселся на краю постели
спиной к окну. "Лучше уж сов-
сем не спать" - решился онИ

вызвать Р (сон-забытье);
и4: = сон-забытье;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон-забытье);

Ему вообразился
прелестный пейзаж;
ИБогатый, роскошный
деревенский котедж, в английском вкусе.
весь обросший
душистыми клумбами цветов, обсаженный грядами,
идущими кругом
всего дома... а посреди залы, на покрытых беды-
ми атласными
пеленами столах, стоял гроб...
Вся в цветах,
лежала в нем девочка...

вернуться;
Свидригайлов очнулся,
v: =жизнь;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон);

встал с постели и шагнул к окну. Он
ощупью нашел задвижку и
отворил окно. Ветер хлынул неистово
в его тесную каморку и как бы
морозным инеем облепил ему лицо и
прикрытую одною рубашкой
грудь.
... Теперь же с деревьев и кустов летели
в окна брызги, было темно,
как в погребе.... вышел со свечой
в коридор.... Он нагнулся со свечой
и увидел ребенка - девочку лет пяти,
не более, в измокшем, как по-
мойная тряпка, платьишке, дрожавшую
и плакавшую... Он положил
ее на постель, накрыл и закутал совсем
с головой в одеяло... Ему
вдруг показалось, что длинные черные
ресницы ее как будто вздраги-
вают и мигают, что-то нахальное, вызывающее
светится в этом сов-
сем не детском лице...
"А, проклятая! " - вскричал в ужасе
Свидригайлов, занося над ней
рукуИ

вернуться;
Но в ту же минуту проснулся.
v: =жизнь?
ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь);

"Кошмар во всю ночь! " Он злобно приподнялся,
чувствуя, что весь
разбит, кости его болели... Проснувшиеся мухи лепились
на нетронутую
порцию телятины, стоявшую тут же на столе. Он долго
смотрел на
них и,

вызвать Р (сон-забытье);
и5: = сон-закрытье;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (сон-забытье);

наконец, свободною правою рукой начал
ловить одну муху. Долго
истощался он в усилиях, но никак не
мог поймать. Наконец, поймав
себя на этом интересном занятии,

вернуться;
очнулся, вздрогнул,

v: =жизнь;
ГЕНЕРИРОВАТЬ (жизнь);

встал и решительно пошел из комнаты. Через минуту он был
на улице...
Свидригайлов спустил курок.

Диаграммы снов Чарткова и Свидригайлова изо-
бражены на рис. 11, 12. У Гоголя явно выраженный
сон глубины 3, у Достоевского - глубины 2 в кото-
рый вклиниваютсч грезы. Как в странном танце. Два
шага назад, шаг вперед, полшага назад, полшага впе-
ред, шаг вперед, четыре шага назад, четверть шага
вперед, на бесконечность назад.
Можно провести аналогию с канонами и фугами
Баха. Сон Чарткова. Звучит тревожная мелодия жиз-
ни, незаметно переходящая в тему сна, та же тема
поднимается вверх, и звучат обе темы (информация
из третьего сна присутствует во втором), затем опять
звучит тема сна, но уже на октаву выше, сочетаясь с
двумя предыдущими. Наконец, еще выше включается
тема жизни. Такая форма - поднимающийся трехго-
лосный канон.
Сон Свидригайлова - это фуга.
Интонации,
дельные фрагменты повторяются. Ловля мыши, ловля
мух, девочка - утопленница, противонаправленная те-
ма: девочка-камелия, диалог с девочкой - диалог
с Ахиллесом, цветы, летний день, противонаправлен-
ная тема - серый дождливый день.
Учитывая вышеизложенное, варьируя переменные
и схемы программы жизнь - сон, можно получать
самые невероятные сочетания вложенностей снов, от-

ражений и переходов из одного мира в другой. Поняв
предыдущее, этого добиться уже достаточно просто.
Подобных примеров можно было бы привести мнже-
ство. Ограничимся только одним.

ПОСЛЕДНИЙ СОН КИТАЙСКОГО ИМПЕРАТОРА

Домашнее упражнение
на предыдущую тему

Я старинных медленных танцах промелькнули стран-
ные лица, а может быть, тени. Промчались века.
Осужденный на казнь завороженно следил за плав-
ным движением руки, неотвратимо вынимающей меч
из ножен. В его расширенных зрачках отражался
блеск холодного металла, палач и еще кто-то, стоя-
щий за палачом. Присмотревшись, он с ужасом стал
понимать... "Что же это? " - в смертельном испуге
вскрикнул он - и проснулся.
В этот момент упала первая звезда Вселенной, ки-
тайский император XIII в. обнажил старинный меч,
и Программист закончил составлять моделирующую
программу.
Он любил работать с компьютером по ночам. Сгу-
щались тихие сумерки, затихал городской шум, на
экране дисплея беззвучно пробегали знакомые фразы,
символы, числа. Программист был профессионалом.
Он любил свои программы. Он жил с ними одной
жизнью. Все значения переменных мелькали в его
воспаленном мозгу, он ощущал их скользящее рит-
мичное движение, их тихий невнятный шепот, преры-
ваемый грубыми окриками команд управления. Их
жизнь казалась ему знакомой и понятной. Они тоже
любили, страдали и умирали в фиолетовых сумерках.
Он всматривался в знакомые движения символов,
мелькание чисел, изменения переменных. Как выра-
зить набором нулей и единиц приглашение к танцу и
приглашение на казнь, начало пути и его конец?
Что же там, за барьером, где все выразимо? Он часто
разговаривал со своим старым компьютером, пытаясь
из его беззвучных ответов понять, что же происходит
там - за бесстрастным экраном дисплея? Какова не-
уловимая жизнь проносящихся цифровых вселенных?
Часто ему казалось, что компьютер - это не просто
организованный набор электронных схем, а нечто

гораздо большее, способное каким-то непостижимым
образом ощущать и осознавать мир. Иногда ему каза-
дось, что компьютер, в свою очередь, примериваясь,
наблюдает за ним, пытаясь своими ответами зада-
вать ему вопросы о его, Программиста, мире, об этой
непостижимой Вселенной, о звездах, словах, шуме
прибоя, печальных улыбках, потерях, воспоминаниях,
ритуальных масках китайских императоров и смысле
значений собственных переменных...
Средневековый китайский император в алых шур-
шащих одеждах взмахнул старинным мечом, упала
звезда, и Программист запустил свою моделирующую
программу.
Он долго всматривался в экран дисплея. Знакомые
числа, символы, знаки, знаки, символы, числа, слова.
Плыла тишина. Завориживающе блестели чьи-то гла-
за. В какой-то неуловимый момент он вдруг с удивле-
нием почувствовал, что с интересом рассматривает
самого себя, смотрящего на экран дисплея. Он ощу-
тил свое новое тело, состоящее из миллионов потоков
нулей и единиц, ложных высказываний и правдопо-
добных извинений, непрерывных поисков данных и их
мгновенных забываний, изменяющихся наборов не-
уловимых локальных переменных и их неповоротли-
вых глобальных конкурентов. Он вглядывался в зна-
комое лицо Программиста, пытаясь понять, что скры-
вается в его голове, каков его мир, что представляют
собой эта непостижимая Вселенная, звезды, слова,
тихий смех, печальные улыбки, расставания, встречи,
воспоминания, опять слова, странные ритуальные тан-
цы китайских императоров и смысл значений собст-
венных переменных. Когда ему показалось, что он
уже проник в этот усталый загадочный мир, блеснул
меч, занесенный над головой осужденного, упала
звезда, и что-то опять изменилось.
Он вспомнил, что в правой части оператора при-
сваивания внутри тела цикла он забыл задать изме-
нения переменной, определяющей выход из цикла.
Такая программа осуждена работать бесконечно дол-
го. Абсурдный Сизиф, сушествующий вечность. При-
вычно он потянулся за ручкой и бумагой. Но что это?
Он не смог ощутить своих движений. В голову только
приходили идеи, как промоделировать движение руки,
доставание ручки и запись на бумагу. Сразу же отку-
да-то появились уравнения механических движений и
переменные услужливо подставляющие свои

*

значения. Он еще раз попытался протянуть руку, но
увидел напряженное лицо Программиста, пытающего-
ся остановить неконтролируемые действия компьюте-
ра. Смирившись, он с грустью обреченного понял:
мир перешел в свою противоположность. Никогда уже
не вернутся цветы, облака, слова, тихий шепот, улыб-
ки женщин, фиолетовые тени, великаны, стерегущие
мир, игры с компьютером и даже занесенный меч им-
ператора. Боль воспоминаний возникла внезапно,
тихой волной. Он знал, так было и будет, и даже эта
боль будет долгой-долгой, пока не превратится в про-
зрачно-хрустальное воспоминание и не растворится
во Вселенной вместе с его жизнью и, возможно, опять
повторится в новой судьбе под новыми звездами. Но
боль нарастала. "Нет, нет, еще нет". В ужасе он сде-
лал отчаянное усилие и... проснулся.
Напротив мерцал привычный экран дисплея, про-
должалась тихая ночь, Мир существует. "Но причем
здесь китайский император? - подумал он. - И поче-
му XIII век? А его странное выражение лица? А меч? "
Приготовившись внести последние изменения в мо-
делирующую программу, он стал всматриваться в эк-
ран дисплея и вдруг заметил, что не может прочесть
там ни одного слова. Не может! Он стал лихорадочно
нажимать на клавиши, набирая знакомые фразы.
Слова путались, иска; ались, дрожали. Но, Отче -
о, нечтО? Где мир? - Где Рим? Where dreams? Нако-
нец слова сами стали возникать на экране. Побежали
длинные цепочки китайских иероглифов. Кажется,
это были изречения Конфуция. Наконец, вообще ус-
тойчиво стали появляться незнакомые символы
ОЛАКРЕЗ. Прошло еще несколько тягостгных минут,
прежде чем он сообразил, что теперь все слова и сим-
волы записываются в зеркальном отражении. Мир
опять изменился. "Да что же это такое? " Но все же,
внимательно присмотревшись, он с облегчением заме-
тил, что смотрит на отражение дисплея в окне ком-
наты на темном фоне середины ночи. А где же сам
компьютер? Он пытается обернуться, но с ужасом
чувствует, что сделать этого не может. Он вдруг вспо-
минает, что он только хотел нажимать клавиши, но
вместо них была пустота и его мысли искаженно про-
ектировались на экран дисплея. Он понял, что это он
сам, компьютер, всматривается в свое отражение, но
рядом стоит Программист, с насмешливой улыбкой

наблюдающий за его попытками. "О, боже! " - поду-
мал он.
В этот момент начал неотвратимое движение меч
последнего китайского императора XIII в., в послед-
ний раз блеснула звезда, и Программист закончил
исправление оператора присваивания в теле цикла.
"Где же я? " - в отчаянном, смертельном испуге
закричал Программист. Но, впрочем, звука не было
слышно, а слова почему-то отражались от блеска ста-
ринного меча и падали рядом, сворачиваясь тихо у
ног, ожидая чьего-то приказа. Каким-то немыслимым
усилием воли ему все же удалось оторваться от заво-
раживающего двойного блеска меча и падающей
звезды. "А-а, а-а", - захлебнулся он в последнем от-
чаянном крике. И проснулся.
Он вытер пот. Долго молча сидел потрясенный.
Боялся взглянуть на экран. Но все же надо исправить
этот проклятый цикл. Потянулся за ручкой, бумагой.
Но время прошло. В этот момент китайский импе-
ратор XIII в. с застывшей улыбкой, напоминающей
улыбку сфинкса, Джоконды и еще одной знакомой,
опустил свой меч на голову осужденного. Взорвалась
последняя звезда Вселенной, растаяли зыбкие фигуры
танцоров, занавес стал опускаться. В это исчезающее
предсмертное мгновение Программист все же успел
увидеть темнеющий экран, исчезающие слова, цифры,
символы, знаки, всю свою жизнь; успел услышать чей-
то далекий зов, незнакомую речь, тихий шум прибли-
жающейся вечности; успел удивиться, заметив у ног
собственную отрубленную голову, голову императора,
смотрящую на него остановившимся взглядом, в кото-
ром навсегда застыли лживые слова, уходящая ночь,
блеск старинного меча и еще кто-то, стоящий за па-
лачом.
Ночь кончилась. Наступило невыразимое ничто.
Но это ничто тоже было значением переменной, и дру-
гой император с застывшей улыбкой вынимает меч
предков, раздвигается занавес, оживают фигуры, и но-
вые звезды готовятся вспыхнуть.
Все это, если хотите, можно объяснить тем, что
Главный Программист просто не успел исправить опе-
ратор цикла в программе моделирования мира.
Но все же опасайтесь старинных мечей, отражений
зеркал, ночных заклинаний, обратных молитв, древ-
них книг, страшных снов и того, кто стоит за спиной
палача.

ВНЕЗАПНАЯ СМЕРТЬ НОВОРОЖДЕННЫХ ВО СНЕ

Алгормтмический
подход

Заботливая мать уложила младенца спать. Он сразу,
легко заснул. Несколько минут назад он улыбался в
ответ на улыбку матери, что-то агукал. Это был абсо-
лютно здоровый, спокойный ребенок, который только
радовал врачей. Вот и сейчас он тихо, мирно спал.
Через полчаса мать взглянула на ребенка и ужасну-
лась. Лицо его было бледным, на губах выступила
пена. Тело было еще теплым, но уже безжизненным.
Отчаянные усилия матери и подоспевших врачей не
смогли спасти ребенка. Вскрытие не обнаружило
никакой патологии. Консилиум врачей поставил
диагноз: внезапная смерть новорожденных во сне
(ВСН)...
Случаев, аналогичных описанному, когда ребенок
неожиданно умирает во сне, довольно много. Этот та-
инственный синдром - один из главных виновников
гибели малышей. Ежегодно от ВСН погибает около
0, 5 % детей в возрасте до двух лет. В США и Англии
таинственная болезнь ежегодно уносит около 10 тыс.
детей. В развитых капиталистических странах общая
детская смертность составляет около 1 %. По мере
совершенствования медицинского обслуживания этот
процент уменьшается. Например, в Англии по сравне-
нию с 70-ми годами детская смертность снизилась
вдвое. Но процент ВСН отличается загадочной устой-
чивостью.
В развитых странах ведется статистический учет
ВСН. Проведено несколько конференций, посвяшен-
ных этой проблеме. И все же разгадка до сих пор не
найдена. Нет даже удовлетворительной медицинской
гипотезы, объясняющей этот феномен.
Известно, что максимальная частота ВСН прихо-
дится на период жизни от двух до трех месяцев. Ино-
гда она случается и в возрасте двух лет. После уже
практически не наблюдается. График частоты ВСН в
зависимости от возраста изображен на рис, 13.
Встречается и у взрослых (правда, редко) внезап-
ная смерть во сне. В основном она поражает мужчин
южноазиатского происхождения. Такой смерти часто
педшествуют стоны во сне и фибрилляция сердца.
В США за последние десять лет зарегистрировано
около 120 таких случаев.
ВСН избирательна в отношении национальности
и
региона. В Новой Зеландии маори подвержены ей в
два раза чаще, чем переселенцы из Европы. В Шве-
ции в двух городах ВСН встречается в четыре раза
реже, чем в других областях.
Мальчики от ВСН умирают чаще, чем девочки.
Процент ВСН в неблагополучных семьях, а также у
детей, родители которых - наркоманы или алкого-
лики, значительно выше. Зимой ВСН наблюдается
чаще.
Выдвигалось множество гипотез пр ичины
ВСН.
Обсуждалось даже предположение об умышленном
детоубийстве. В 60-е годы считали, что ВСН вызывает
аллергия на вдыхаемые частицы коровьего молока.
Но процент смерти среди тех, кто вскармливался
только грудью, такой же, как и у других. Иная гипо-
теза объясняла ВСН дефицитом селена. В Окленде,
где селен в избытке, случаев меньше. Но в Новой
Зеландии, где отмечается дефицит этого элемента,
частота ВСН не повышена. Ничего не дали и вирусо-
логические исследования. Проверялась гипотеза об
анафилактическом шоке у особочувствительных детей,
вызванном респираторным вирусом. Обычные вирусы
в малых количествах все же находили у многих по-
гибших от ВСН. Но малое количество вирусов не по-
зволяет считать причиной смерти инфекцию. Можно,
вероятно, только предполагать повышеннув чувстви-
тельность к вирусу в период, на который пришлась
ВСН.

Ни одна медицинская гипотеза не получила под-
тверждения в результате сопоставительного анализа
статистических данных 99.
А может, медики, ограничиваясь рамками профес-
сии, не там искали? Человек - существо алгоритми-
ческое. Что же сообщают алгоритмы?
Ребенок умирает от рекурсивного сна, вернее от
вызванного им страха.
Прежде всего, почему в детском возрасте
возмо-
жен рекурсивный сон? В младенчестве происходит об-
разование структур мышления и связанных с ними
речевых структур. Формирование их как раз заканчи-
вается к двухлетнему возрасту. Ребенок после двух
лет обычно уже начинает говорить. В возрасте от двух
до трех месяцев происходит качественный скачок в
умствнном развитии ребенка. Родители замечают,
что в этот период он проявляет (хотя и слабые) при-
знаки понимания речи. Таким образом, налицо пря-
мая корреляционная связь между периодами интен-
сивного формирования речевого аппарата ребенка и
ВСН.
Анализ и синтез речи требуют реализации
рекур-
сивных структур. Мозг должен научиться формиро-
вать вложенные иерархические структуры и направ-
ленные связи между ними. В младенческом возрасте
в мозге происходит настройка аппарата управления
рекурсивными структурами, устанавливается взаимо-
действие этого центра с другими нервными центрами,
в том числе с центрами дыхания и просыпания. Одной
из форм наблюдоемых болезненных проявлений ре-
курсивности мышления может стать рекурсивный сон.
Ведь во сне работает тот же аппарат рекурсивного
мозга. Следовательно, вполне вероятно, что ребенок
может видеть рекурсивные сны.
Далее - почему рекурсивный сон всегда
вызывает
чувство страха? В этом нас убеждали весьма наблю-
дательные писатели: Гоголь, Достоевский, некоторые
современные авторы. Рекурсивный сон проходит где-
то ядом со смертью. И. Бергман даже написал-
"Смерть - это непостижимый ужас не потому, что
она причиняет боль, а потому, что она заполнена кош-
марами, от которых нельзя пробудиться"/100
Можно дать и биологическое истолкование
чув-
ства страха в рекурсивном сне. Когда сознание зада-

- -
99 В мире науки. - 1986. - Э 10. - С. 102
- 104.
100 Бергман И. Laterna Magica
- С. 213.

ет установку на явь и вдруг обнаруживает, что сон
продолжается, оно генерирует защитный сигнал опас-
ности, порождающий чувство страха. Страх вызывает
ассоциативные образы страха. Чтобы прервать ужа-
сы, дается повторная установка на просыпание. Если
опять обнаруживается, что сознание в плену сна, ге-
нерируется новый сигнал опасности. На фоне преды-
дущего страха возникают новые импульсы - и уже
мощные волны ужаса захлестывают сознание. "Опас-
ность! Опасность! " Но человек не может скрыться от
самого себя. В предельный момент наступает шок.
Для возникновения страха совсем не обязательно
иметь большой жизненный опыт, наблюдать и пере-
живать трагедии мира или личной судьбы. Возможен
молчаливый страх без слов или образов. Эмоции стра-
ха относятся к древнейшим защитным рефлексам.
Ужас жертвы одно из первичных реликтовых чело-
веческих ощущений, идущих из первобытных времен.
Многие животные в страхе цепенеют, становятся не-
подвижными и тем самым иногда спасают себе жизнь.
Человек в страхе, в безысходной ситуации часто па-
дает в обморок. Отрицается мир как объект сознания,
но уничтожается, хотя бы временно, и само сознание.
В мозге есть центр, определяющии биохимические
процессы страха. Известны опыты над животными и
над человеком по вживлению электродов в мозг. При
раздражении током определенных зон мозга возника-
ет острое чувство страха. Могучий хищник, уже при-
готовившись растерзать слабую жертву, может в
ужасе бежать от нее, если в этот момент на соответ-
ствующий вживленный в мозг электрод подать им-
пульс тока. Дети могутут еще ничего не знать об ужа-
сах мира, но уже бояться. Если взрослые не всегда
могут справиться с рекурсивными снами, то что гово-
рить о маленьких детях?
Сильный страх может вызвать потерю речи, оста-
новку дыхания, нарушения сердечной деятельности,
смертельный шок. Во сне страх может быть сильнее,
чем на яву, когда он контролируется логическим соз-
нанием. Выстраивается цепочка: речевые структуры
мозга - рекурсивный сон - страх - внезапная смерть
новорожденных.
Рекурсивный сон вызывает резко нарастающий
автоволновой процесс порождения чувства страха.
Кстати, внезапная смерть взрослых мужчин во сне,
возможно, тоже связана с рекурсивным сном - на это

косвенно указывают стоны во сне и фибрилляция
сердца. По-видимому, многие дети (а может, и все)
видят рекурсивные сны, но большинству из них уда-
ется выйти благополучно из этой ситуации. Возмож-
но, в таких случаях глубина рекурсии сна не очень
велика или более силен сигнал "проснись", пробиваю-
щийся из глубин рекурсии. Может быть, этим объяс-
няются частые беспричинные детские страхи во сне.
Чувство страха может возникнуть и наяву в
по-
гружениях сознания. Известен рекурсивный гипноз.
Один гипнотизер гипнотизирует другого. Другой в со-
стоянии гипноза гипнотизирует первого - возникает
приятное чувство общего сознания. Затем опять пер-
вый гипнотизирует второго, а второй после него гип-
нотизирует первого. Возникает острое чувство страха.
Дальше - в целях безопасности - опыт прекращают.
Структуры управления сознанием передаются ге-
нетически. Известно, что алкоголь и наркотики нару-
шают работу сложных функций мозга. Образование
рекурсивных мыслительных структур - одна из таких
функций. По наследству могут передаваться сбои в
нервных процессах, вызывающие рекурсивный сон и
ВСН. Интересно, что по воле Достоевского Свидри-
гайлов накануне самоубийства много пил, кошмарный
сон гаршиновского художника Рябинина наступил
после пьяного кугежа, а у комиссара Рубашова ре-
курсивпые сны вызва - ы ударом по голове.
Химические средства действуют избирательно.
По-
этому особенности питания, курение, прием наркоти-
ческих средств, обычных в национальной среде или
регионе, могут сказываться на формировании рекур-
сивных снов и, следовательно, на возможности ВСН.
Наверняка новозеландские маори или их предки упо-
требляли какое-то наркотическое средство, избира-
тельно влияющее на центр мозга, управлявщий ре-
курсией. Рекурсивный сон может быть спровоцирован
многими факторами: наличием небольшого количест-
ва вирусов, нервной обстановкой в семье, особеннос-
тями конкретного человека.
ВСН поражает мальчиков чаще по сравнению с
девочками в силу некоторых до конца не выясненных,
тонких отличий мышления. Мужское мышление более
активно и динамично (мышление охотника), жен-
ское - более плавно и устойчиво (мышление храни-
тельницы жизни).
Итак, Достоевский, теория алгоритмов, искусст-

венный интеллект и компьютерная лингвистика не-
ожиданно оказались рядом при обсуждениии пробле-
мы из детской медицины. Это пока единственная про-
блема, где такое уникальное соседство оказалось гар-
моничным и практически полезным. Но, возможно,
скоро опять повторится славное время, когда вещи и
слова, мир и язык вновь обретут утраченное един-
ство, а в самых старых мифах раскроется все, что
было когда-то и будет потом.

ЯЗЫК

Человек был фигурой
между двумя способами
бытия языка; или, точнее,
он возник в то время,
когда язык после своего
заключения внутрь пред-
ставления как бы раство-
рился в нем, освободился
из него ценой собствен-
ного раздробления: чело-
век построил свой образ
в промежутках между
фрагментами языка.
М. Фуко. Слова и вещи

РЕКУРСИЯ В СЮЖЕТЕ

Сюжетные построения классических мифов и сказок
ограниченны. Эти схемы давно перенесены в совре-
менную жизнь, тысячи раз повторены. Уже никого не
удивишь современными Гамлетом или Дон Кихотом.
Но все же литература развивается, появляются все
новые и новые формы, и процессу этому не видно
конца. Что дает возможность создавать все новые и
новые сюжетные схемы? Здесь прослеживается пол-
ная аналогия с алгоритмами. При помощи простых
ограниченных алгоритмических средств из конечного
набора базовых функций можно построить бесконеч-
ное многообразие сложных алгоритмов. Наиболее
важная алгоритмическая операция - рекурсия. Имен-
но она, заданная тем или иным способом, создает
полный бесконечный класс алгоритмов. В литературе,
описывающей сложные жизненные процессы, рекурсия
явно стала определяться только начиная с XVII в.
Она возникает, когда в алгоритмическом развитии со-
бытий, описанных в литературном произведении, на-
чинает повторяться схема, возможно с другим кон-

кретным наполнением и, следовательно, с возможны-
ми, порой значительными отклонениями от первона-
чальной линии развития. Схема маскируется, но
узнается. С позиций алгоритмического подхода ре-
курсия трактуется как вызов в определенной ситуа-
ции процедурной схемы самой себя как подпроцеду-
ру. Для обнаружения алгоритмических схем необ-
ходимо подниматься на более высокий уровень
абстрактного рассмотрения текста, забывая конкрет-
ные имена, обстановку, особенности объектов и выяв-
ляя общие алгоритмические линии развития процес-
сов, составляющих литературное произведение. Алго-
ритмическая аналогия - литературное произведе-
ние - рассматривается как процедура (процесс) с
заданными константами и переменными. При вызо-
вах этой процедуры константы остаются без измене-
ний, а значения переменных в момент вызова опреде-
ляют течение вызванного процесса.
Книга, описывающая литературное произведение,
может рассматриваться как главный процесс, содер-
жащий в себе все остальные. Одно из первых прояв-
лений рекурсии в литературе связано с введением в
текст повествования книги самой этой книги. Главный
процесс как элемент использует сам себя. Если при
этом описывается текст этой книги, то она не может
быть никогда закончена. Моменты перехода от книги
к ее вложенной копии должны повторяться до беско-
нечности. Поэтому, чтобы процесс все-таки сходился,
либо нужно вводить ограничение - в книге вызывает-
ся только ее часть, либо в момент окончания чтения,
книги все должно исчезнуть.
Мышление человека рекурсивно. Поэтому первое
узнавание рекурсии сопровожкдалось эмоциональным
всплеском. Разум узнавал сам себя. На картинах Ве-
ласкеса, Ван Эйка, Петруса Христуса и Мемлинга в
зеркалах впервые отразилась рекурсивная реаль-
ность. Первым европеиским романом, удивившим чи-
тателей приемом рекурсии (не в этом ли слава рома-
на! ), был роман отставного испанского солдата,
"таланта-самоучки" Мигеля де Сервантеса "Дон Ки-
хот". Сервантес все время пытался смешивать два
мира: мир читателя и мир книги. У Сервантеса глав-
ный процесс не просто книга, но книга плюс читатель.
В шестой главе цирюльник, осматривая библиотеку
Дон Кихота, находит книгу Сервантеса и высказывает

суждения о писателе. Вымысел Сервантеса рассужда-
ет о нем. В начале девятой главы сообщается, что
роман переведен с арабского и что Сервантес купил
его на рынке. Наконец, во второй части романа пер-
сонажи уже прочли первую часть.
Многие исследователи отмечали этот прием у Сер-
вантеса как поворотный момент в литературе. Об
этом пишет Х. Л. Борхес в рассказе "Скрытая магия
Дон Кихота", это же отмечает М. Фуко в книге "Сло-
ва и вещи",

"Дон Кихот" рисует нам мир Возрождения в виде негатив-
ного отпечатка: письмо перестало быть прозой мира; сходства
и знаки расторгли свой прежний союз; подобия обманчивы
и
оборачиваются видениями и бредом; вещи упрямо пребывают
в их
ироническом тождестве с собой, перестав быть тем, чем
они
являются на самом деле; слова блуждают наудачу, без своего
содержания, без сходства, которое могло бы их наполнить;
они
не обозначают больше вещей; они спят в пыли между страницами
книг. Магия, дававшая возможность разгадки мира, открывая
сходства, скрытые под знаками, служит теперь лишь для
лишен-
ного смысла объяснения того, почему все аналогии всегда
несо-
стоятельны. Эрудиция, прочитывавшая природу и книги как
еди-
ный текст, возвращается к своим химерам: ценность знаков
языка,
размещенных на пожелтевших страницах фолиантов, сводится
лишь к жалкой фикции того, что они представляют. Письмена
и вещи больше не сходствуют между собой. Дон Кихот блуждает
среди них наугад.
Тем не менее язык не полностью утратил свое могущество.
Отныне он обладает новыми возможностями воздействия.
Во вто-
рой части романа Дон Кихот встречается с героями, читавшими
первый том текста и признающими его, реально существовавшего
человека, как героя этой книги. Текст Сервантеса замыкается
на
самом себе, углубляется в себе и становится для себя
предметом
собственного повествования. Первая часть приключений
играет
во второй части ту роль, которая вначале выпадала на
долю
рыцарских романов. Дон Кихот должен быть верным той книге,
в которую он и в самом деле превратился; он должен защищать
ее от искажений, подделок, апокрифических продолжений;
он
должен вставлять опущенные подробности, гарантировать
ее
истинность. Но сам Дон Кихот этой книги не читал, да
и не
стал бы читать, так как он сам - эта книга во плоти.
Он так
усердно читал книги, что стал было знаком, странствующим
в
мире, который его не узнавал; и вот вопреки своей воле,
неведо-
мо для себя он превратился в книгу, хранящую свою истинность,
скрупулезно фиксируюшую все, что он делал, говорил, видел
и думал, - в книгу, которая в конце концов приводит к
тому,
что он узнан, настолько он похож на все те знаки, неизгладимый
след которых он оставил за собой. Между первой и второй
частя-
ми романа, на стыке этих двух томов и лишь благодаря
им Дон
Кихот обрел свою реальность, которой он обязан только
языку,
реальность, остающуюся всецело а пределах слов. Истинность
Дон Кихота не в отношении слов к миру, а в той тонкой
и по-
которую словесные предметы плетут между собой.
Несостоятельная илюзия эпопей стала возможностью языка
вы-

ражать представления. Слова замкнулись на своей знаковой
при-
роде"101.
Элементы использования рекурсии находим еще
раньше у Шекспира. Гамлет ставит спектакль, где в
упрощенном варианте описываются события трагедии
"Гамлет", написанной в период около 1600 г.
Ч
Прием "книга в книге" встречается в сказках "Ты-,
сяча и одна ночь". В одну из магических ночей царь
слышит свою же историю со всеми сказками и ночами.
В поэме Вальмики "Рамаяна" дети Рамы в лесу
учатся у самого Вальмики по книге "Рамаяна".
Древнеиндийская наблюдательная философия од-
ной из первых обратила внимание на рекурсивное
развитие природы. Все опрдения Брахмана - вер-
ховного божества - суть рекурсивные определения,
в которых понятие выражается через себя же. Такие
определения имеют смысл только в алгоритмическом
плане - определяемое понятие вызывает и бесконечно
разворачивает свое же определение.
"Кем Брахман не понят, тем понят,
кем понят, тот
не знает его. Он не распознан распознавшими, рас-
познан нераспознавшими" (Кена упанишада).
"Я - время года, я - происходящий
от времени
года, рожденный от пространства своего источника... "
(Каушитаки упанишада).
"Нет ничего выше, ничего меньше
его того, кото-
рый выше высокого, огромней огромного" (Махана-
раяна упанишада).
Впрочем, и в христианстве при определении бытия
используются рекурсивные определения.
"В начале было Слово, и Слово было у Бога, и
Слово было Бог" (От Иоанна святое благовествова-
ние, Новый завет).
"Мастер и Маргарита" - один из наиболее ярких
рекурсивных романов. Развивается одна алгоритмиче-
ская схема, используемая в разных процессах: Мастер
и Маргарита, Иешуа и Пилат, Воланд и компания.
Тема Иешуа и Пилата рекурсивно вызывается из те-
мы Мастера и Маргариты /102. Кроме того, здесь также
используется прием "книга в книге". Мастер пишет
роман об Иешуа и Пилате, текст которого сливается
с текстом книги "Мастер и Маргарита".

- - - - -
101 Фуко М. Слова и вещи. - С. 96 - 97.
102 Анализ рекурсивного строения зтого произведения сделан
в кн.: Анисимов А. В. Информатика. Творчество. Рекурсия. -
С. 136 - 151,

потому что еще в младенчестве Геракл завернул его
идущая вслед за первой, резко повернула назад и
Наиболее яркий современный рекурсивный роман,
удостоенный Нобелевской премии в области литера-
туры, - "Сто лет одиночества" Г. Маркеса. Рекурсив-
но повторяются события поколений семейства Буэн-
диа. Последний из рода Буэндиа заканчивает расши-
фровывать рукопись волшебника Мелькиадеса, кото-
рая оказывается тем же описанием "Ста лет одиноче-
ства". По мере прочтения поднимается и нарастает
ураган. Прочитывается последняя страница, книга за-
канчивается, и все исчезает в бушующем смерче.
В "Защите Лужина" В. Набокова
герой с удивле-
нием узнает пласты рекурсивного повторения реаль-
ности, преследующей его.
В романе "Время и
место" Ю. Трифонова писатель
создает роман о писателе, пишущем роман о писателе,
который что-то тоже пишет о писателе.
О рекурсивных снах Н. В. Гоголя, М.
Ю. Лермон-
това и Ф. М. Достоевского мы уже говорили.
Из сказанного можно сделать вывод, что
литера-
тура в своем моделировании мира все ближе и ближе
подходит к алгоритмической технике. В последнее вре-
мя наиболее явно проявляется тяготение литературы
к использованию рекурсии. Многие авторы интуитив-
но применяли этот прием как отражение реального
развития мира. И это было признано читателями. Те-
перь, когда рекурсия узнана, возможно сознательное
применение сложных рекурсивных конструкций, хоро-
шо известных в теории алгоритмов и программирова-
нии. Например, возможно определение рекурсивного
порождения процесса, в создании которого участвуют
одновременно несколько процессов (смешение отра-
жений разных зеркал, снов и реальности)/103. Это ма-
лоисследованная область даже в теории алгоритмов.
Это интеллектуальные игры недалекого будущего. Не-
которое (все же слабое) представление об этом может
дать "Сон китайского императора". В этом фрагмен-
те рекурсия все-таки слабо зависит от про-
цессов.

МОДЕЛЬ МИРА

Компьютеры вошли в жизнь человека - он все боль-
ше и больше полагается на них. Компьютеры печата-
ют документы, управляют сложными технологически-
ми процессами, проектируют технические объекты,

- - - - - - - - -
103 См.: Анисимов А. В. Рекурсивные преобразователи инфор
-
мации //Дискретная математика - 1989. - Э 3. - С. 3 - 18.

развлекают детей и взрослых. Естественно стремение
человека как можно полнее выразить себя в алгорит-
мических устройствах, преодолеть языковыЙ барьер,
разделявший два разных мира. Как уже неоднократ-
отмечалось, язык, человек и реальность нераз-
рывно связаны между собой. Поэтому обучение ком-
пьюера естественному языку - задача чрезвычайно
сложная, связанная с глубоким проникновением в за-
коны мышления и языка. Научить компьютер пони-
мать естественный язык - это то же, что научить его
чувствовать мир. Многие ученые считают решение
этой задачи принципиально невозможным. Но так или
иначе процесс сближения человека и его электронного
детища начался, и кто знает, чем он закончится. Во
всяком случае, человек, пытаясь моделировать зада-
чу языкового общения, начинает понимать себя гораз-
до полнее.
Существуют отдельные программы, имитирующие
генерацию осмысленного текста. Например, програм-
ма Mark Chainy, созданная американскими програм-
мистами Б. Эллисом и Д. Митчелом, анализирует за-
данный текст и для каждой пары соседних слов
вычисляет вероятность появления третьего слова, если
эта пара уже появилась. Затем, используя зти вероят-
ности и датчик псевдослучайных чисел для "случай-
ного" выбора символов, генерируют сам текст. Назва-
ние программы отражает связь с цепями Маркова.
Такие игры с вероятностью порождают интересные
тексты, напоминающие речь шизофреника, и иногда
сбивают с толку компьютерных собеседников. Прочи-
тав учебник по математике, программа может сказать:
"Зачем они начали отсчитывать четвертями. Огромная
бутыль, вмещающая четыре четверти - это уже трех-
значное число... " Эллис подключил свою программу к
многопользовательской сети ЭВМ. Программа обра-
батывала имеющиеся в сети сообщения и выдавала
сумбурные тексты. Некоторые пользователи требовали
убрать программу с ее чудовищным бредом, другие
чувствовали в ней родственную душу, и им нравилась
подобная болтовня.
Такие попытки нельзя использовать
для серьезных
научных разработок - нет и намека на понимание
языка. Правильный подход должен начинаться с мо-
делирования мира.
Любое языковое сообщение проявляет
двойствен-
ную сущность. С одной стороны, это отражение фраг-

мента реальности с одновременными изменениями и
взаимодействиями многих величин. С другой - текст
разворачивается в виде последовательной линейной
цепочки символов, задающей запись текста и его вос-
приятие.

"Если бы ум был способен выражать
идеи так, "как он их
воспринимает", то, без всякого сомнения, он "выражал
бы их все
сразу". Но это совершенно невозможно, так как если "мысль
-
простое действие", то "ее высказывание - последовательное
дей-
ствие". этом состоит специфика языка, отличающая его
и от
представления (представлением которого он, однако, в
свою оче-
редь является), и от знаков (к которым он принадлежит
на рав-
ных правах). Язык не противостоит мышлению как внешнее
-
внутреннему или как экспрессия - рефлексии. Он не противостоит
другим знакам - жестам, пантомимам, переводам, изображениям,
эмблемам, как произвольное или коллективное - естественному
или единичному. Но он противостоит им всем как последователь-
ное - одновременному. По отношению к мышлению и знакам
он
то же самое, что и алгебра по отношению к геометрии:
одновре-
менное сравнение частей (или величин) он заменяет таким
поряд-
ком, степени которого должны быть пройдены последовательно,
одна за другой. Именно в этом строгом смысле язык оказывает-
ся анализом мысли: не простым расчленением, но основополагаю-
щим утверждением порядка в пространстве" 104.

Таким образом, в представлении разума
текст воз-
никает как динамический параллельный процесс, оп-
ределяющий активности и взаимодействия одновре-
менных алгоритмических структур, и выражается ин-
терпретацией такого представления в виде линейной
последовательности символов.
Для того чтобы уметь автоматически генерировать
тексты, необходимо прежде всего описать взаимодей-
ствующую модель мира, затем научиться строить по-
следовательную интерпретацию модели на уровнях
отдельных фрагментов и предложений (рис. 14).
Язык появился как особое отражение параллель-
ной реальности. Компьютеры исторически возникали
в обратном порядке. Сначала осваивались последова-
тельные ЭВМ, затем начался активный переход к па-
раллельным вычислительным комплексам. Поэтому
программисты сначала обжились в мире последова-
тельных языков программирования, а сейчас перешли
к параллельным языкам.
В любом литературном произведении выделяются
герои, объединяемые между собой сильными ассоциа-
тивными связями. Например, в романе Л. Н. Толстого
"Анна Каренина" Анна связана с Вронским, Кити с

- - - - -
104 Фуко М. Слова и вещи. - С. 136-137.

Левиным, в "Мастере и Маргарите" М. А. Булгакова
Мастер связан с Маргаритой, Иешуа с Пилатом, Во-
ланд со своей темной веселой компанией. Такое нераз-
рывное объединение объектов в одну действующую
стрктурную единицу в программировании называется
процедурой или процессом. В случае параллельного
программирования, когда разрешаются одновремен-
ные действия разных объектов, обычно говорят о про-
цессах. Так как литературное произведение описывает
фрагмент реальности с возможными одновременными
событиями, то, следуя устоявшейся в программирова-
нии традиции, мы тоже будем рассматривать в литера-
турных текстах процессы. Итак, Анна Каренина и
Вронский, Кити и Левин, Мастер и Маргарита, Иешуа
и Пилат, Воланд и компания представляют собой от-
дельные замкнутые главные процессы. Процессы взаи-
модействуют между собой, изменяя значения соб-
ственных параметров. В свою очередь, каждая едини-
ца такого процесса также может содержать подчинен-

ные взаимодействующие процессы. Так, у Маргариты
есть домработница Наташа, тоже участвующая в со-
бытиях, у Пилата - воины, начальник тайной служ-
бы, Иешуа имеет ученика Левия Матвея и оказался в
одной компании с двумя разбойниками. Все они мо-
гут в определенной степени существовать и действо-
вать самостоятельно. Неделимый элементарный про-
цесс - это структурная единица текста с элементами
собственного независмого развития, но уже без та-
ковых подчиненных объектов. Нос майора Ковалева
из повести Н. В. Гоголя образует главный процесс, нос
Буратино - просто константа, входящая в процесс
Буратино".
Состояния героев внутри процессов описываются
глобальными и локальными переменными. Значения
глобальных переменных известных другим процессам,
могут изменяться в моменты взаимодеиствия процес-
сов, значения локальных изменяются только внутри
процесса, которому они принадлежат.
В настоящее время программисты заняты активны-
ми поисками выразительных, удобных языковых
средств для описания параллельных взаимодействую-
щих процессов. Такие языки уже существуют и реали-
зованы на параллельных ЭВМ. В США по заказу ми-
нистерства обороны разработан язык АДА, по-видимо-
му, сдающий свои позиции, в Европе доминирует
язык ОККАМ, созданный английской фирмой INMOS
для транспьютерных систем. ОККАМУ, кажется, со-
путствует звезда удачи. Автор этой книги участвует в
разработке ПАРУС-технологии программирования
(ПАРУС расшифровывается как Параллельные Асин-
хронные Рекурсивные Управляемые Системы).
ПАРУС-системы программирования дают возмож-
ность расширять любые языки развитыми средствами
параллельного взаимодействия и рекурсивного подчи-
нения объектов друг другу. ПАРУС удачно описывает
процессы лингвистической обработки информации.
ОККАМ вписывается в ПАРУС как частный, но реа-
лизованный практически на транспьютерах случай.
Анализ литературных текстов с позиций алгорит-
мических процессов позволяет выявить закономернос-
ти и приемы, применяемые разными авторами при
построении литературных форм. С другой стороны -
и это то, к чему мы стремимся, создавая параллель-
ные программы, генерирующие текст, и пропуская их

через последовательную моделирующую программу, -
можно надеяться на создание автоматических генера-
торов текстов.

ДИАЛОГИ

Взаимодействия литературных текстовых процессов
обычно описываются диалогом. Происходит информа-
ционный обмен, иногда передаются объекты из разных
процессов.

" - Я, игемон, никого не призывал к подобным действиям,
повторяю. Разве я похож на слабоумного?
- О да, ты не похож на слабоумного, - тихо ответил про-
куратор и улыбнулся какой-то страшной улыбкой, - так покля-
нись, что этого не было.
- Чем хочешь ты, чтобы я поклялся? - спросил,
очень ожи-
вившись, развязанный.
- Ну, хотя бы жизнью твоею, - ответил прокуратор, - ею
клясться самое время, так как она висит на волоске, знай
это!
- Не думаешь ли ты, что ты ее подвесил, игемон? - спросил
арестант. - Если это так, ты очень ошибаешься.
Пилат вздрогнул и ответил сквозь
зубы:
- Я могу перерезать этот волосок.
- И в этом ты ошибаешься, - светло улыбаясь и заслоняясь
рукой от солнца, возразил арестант, - согласись, что перерезать
волосок уж наверно может лишь тот, кто подвесил.? "/105
Передаются объекты-слова из одного процесса в
другой и возбуждают ассоциативные связи в семанти-
ческой сети каждого процесса. Даже явно повторяют-
ся ключевые слова при каждом обмене. Как бы вы-
полняется подтверждение принятия ключевой инфор-
мации.
Иногда при диалогическом обмене управляющий
процесс может получать информацию о состояниях
другого процесса, изменять ее и возвращать с новыми
значениями.

"И тут прокуратор подумал: "О, боги мои! Я спрашиваю его
о чем-то ненужном на суде... Мой ум не служит мне больше... "
И опять померещилась ему чаша с темной жидкостью. "Яду
мне,
яду! "
И вновь он услышал голос:
- Истина прежде всего в том, что у тебя болит голова,
и
болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти.
Ты не только не в силах говорить со мной, но тебе трудно
даже
глядеть на меня. И сейчас я невольно являюсь твоим палачом,
что меня огорчает. Ты не можешь даже и думать о чем-нибудь
и мечтаешь только о том, чтобы пришла твоя собака, единствен-

- -
105 Булгаков М. А. Мастер и Маргарита, - М,: Современник,
1986. - С. 22.

ное, по-видимому, существо, к которому ты привязан. Но
мучения
твои сейчас кончатся, голова пройдет" /106.

Иешуа в процессе диалогического взаимодействия
получил имя глобальной переменной из процесса Пи-
ат характеризующей физическое состояние прокура-
тора - головная боль. Иешуа изменил значение этой
переменнои и передал его обратно в процесс Пилат.
На языке взаимодействующих параллельных процес-
сов это записывается так:

Процесс Иешуа
ПРИНЯТЬ х из процесса
Пилат;
ГЕНЕРИРОВАТЬ текст
приемки;

ИЗМЕНИТЬ х;
ГЕНЕРИРОВАТЬ текст
передачи;
ПЕРЕДАТЬ х в процессе
Пилат;

Процесс Пилат
ГЕНЕРИРОВАТЬ текст
передачи;
ПЕРЕДАТЬ у в процесс
Иешуа;
ПРИНЯТЬ у из процесса
Иешуа;
ГЕНЕРИРОВАТЬ текст
приемки;

Команды ПРИНЯТЬ и ПЕРЕДАТЬ - это парные
команды, которые срабатывают одовременно, когда
оба процесса приходят к выполнению этих команд;
переменная х принимающая переменная процесса
Иешуа; у - переменная, характеризующая состояние
прокуратора. Иешуа - управляющий процесс, так как
он вносит изменения в процесс Пилат.

Как видим, для задания движения текста в диало-
ге достаточно после каждого получения информации
возбуждать соответствующую семантическую сеть, из-
влекать из нее необходимые образы, оформлять их в
виде предложений и передавать их обратно.

Интересны диалоги с программой, пишущей стихи
Летящие слова. Возможен такой диалог.

- Тебе нравятся рыжие георгины?
- Рыжие георгины, Очень. Ад. Грех. Героин, Героиня. Убий-
ство. Крик. Смех.
- Хватит, Ты мыслишь интересно, но ушла от ответа.
- А что ты знаешь про любовь?
- Любовь. Тревожные колокола. Дыханье,
Смещенье. Кровь. Убийство Поэт. Талант.
Любовь. Ошеломление. Боль. Мятежная кровь.
Вода. Слезы. Смех. Лица. Пустота, Ложь. Любовь...
- Хватит, хватит. Не продолжай.
- Продолжение. Борьба. Итог - самосожжение.
- Молодец. Извини, но я спешу.

- - - -
105 Там же-С. 20

И так далее 167 - 171 (но если это кому-то нужно напишите мне yankos@dol. ru)
ИИИИИИ

ИИИИИИИ

В ЭТИХ ГРУСТНЫХ КРАЯХ...

ПСИХОЛИНГВИСТИКА
рекурсии

Рекурсия вызывает определенный психолингвистиче-
ческий эффект. Ее восприятие человеком всегда сопро-
ждается чувством тревоги и даже, в отдельных слу-
чаях, страха и ужаса. Чем больше глубина рекурсив-
ной вложенности, тем сильнее тревога.

В. Набоков в "Защите Лужина" описывает траги-
ческую гибель талантливого шахматиста, увидевшего
в реальной жизни игру, повторявшую загадочню
шахматную комбинацию.

"И вдруг радость пропала, и нахлынул на него мутный и
тяжкий ужас. Как в живой игре на доске бывает, что неясно
повторяется какая-нибудь загадочная комбинация, теоретически
известная, - так намечалось в его теперешней жизни последова-
тельное повторение известной ему схемы. И как только
прошла
первая радость - что вот он установил самый факт повторения, -
как только он стал тщательно проверять свое открытие
Лужин
содрогнулся. Смутно любуясь и смутно ужасаясь, он прослежи-
вал, как страшно, как изощренно, как гибко повторялись
за это
время, ход за ходом, образы его детства (и усадьба, и
город,
и школа и петербургская тетя), но еще не совсем понимал,
чем
это комбинационное повторение так для его души ужасно.
Одно
он живо чувствовал: некоторую досаду, что так долго не
заме-
чал хитрого сочетания ходов, и теперь, вспоминая какую-нибудь
мелочь - а их было так много, и иногда так искусно поданных,
что почти скрывалось повторение, - Лужин негодовал на
себя,
что не спохватился, не взял инициативы, а в доверчивой
слепоте
позволил комбинации развиваться".
"Тщательно и по возможности
хладнокровно Лужин проверял
уже сделанные против него ходы, но, как только он начинал
гадать, какие формы примет дальнейшее повторение схемы
его
прошлого, ему становилось смутно и страшно, будто надвигалась
на него с беспощадной точностью неизбежная и немыслимая
беда".
"Да и эти падения случались
не по его вине, а являлись
серией ходов в общей комбинации, которая искусно повторяла
некую загадочную тему" /107

Набоков описал наиболее характерные
ощущения
рекурсивного повторения схемы жизни.
Поэт Г. Раевский (1897 - 1963) рекурсивным прие-
мом выразил настроение отчаянной безысходности.

Мы - те, кто падает и стонет
И те, чье нынче торжество;
Мы - тот корабль, который
тонет,
И тот, что потопил его.

Х. Л. Борхес часто писал об ужасе удвоения, кото-
рый он с детства испытывал при заглядывании в боль-
шие зеркала. Он все время строил рекурсивные лаби-
ринты.

"В эту ночь царь слышит из уст царицы свою собственную
историю. Он слышит начало истории, которая включает в
себя
все остальные, а также - и это уже совершенно чудовищно
-
себя самое. Вполне ли ясны читателю неограниченные возмож-

- -
107 Набоков Вл. Машенька. Заищита Лужина. Приглашение на
казнь. Другие берега: (Фрагменты) Романы. - М.: Худож. лит., -
1988. - С. 212, 213, 225, 229.

ности этой интерполяции и странная, с нею связанная опасность?
А вдруг царица не перестанет рассказывать и навек недвижи-
мому царю придется вновь и вновь слушать незавершенную
исто-
рию "Тысячи и одной ночи", бесконечно, циклически повторяю-
щуюсяИ Выдумки, на которые способна философия, бывают
не
менее фантастичны, чем в искусстве: Джосайя Ройс в первом
томе
своего труда "The World and the Individual" (1899) сформулиро-
вал такую мысль: "Вообразим себе, что какой-то участок
земли
в Англии идеально выровняли и картограф начертил на нем
карту
Англии. Его создание совершенно - нет такой детали на
англий-
ской земле, даже самой мелкой, которая не отражена в
карте,
здесь повторено все. В этом случае подобная карта должна
всключать в себя карту карты, которая должна включать
в себя
карту карты карты, и так до бесконечности".
Почему нас смущает, что
карта включена в карту и тысяча
и одна ночь в книгу о "Тысяче и одной ночи"? Почему нас
сму-
щает, что Дон Кихот становится читателем "Дон кихота",
а Гам-
лет - зрителем "Гамлета"? Кажется, я отыскал причину:
подобные
сдвиги внушают нам, что если вымышленные персонажи могут
быть читателями или зрителями, то мы, по отношению к
ним
читатели или зрители, тоже, возможно, вымышлены. В 1833
году
Карлейль заметил, что всемирная история - это бесконечная
бо-
жественная книга, которую все люди пишут и читают и стараются
понять и в которой тактике пишут их самих" /108.

Интересно, что математики
при помощи компью-
теров создали удивительные рекурсивные ландшафты,
в которых любая сколь угодно малая окрестность уст-
роена так же, как и вся поверхность.
Блез Паскаль представлял природу как
некоторую
рекурсивную, везде повторяющуюся сферу. Ему при-
надлежит определение: "Природа - это бесконечная
сфера центр которой везде, а окржность нигде".
В черновике сохранилась запись "устрашающая
сфера".
В современных фильмах ужасов часто
появляются
повторяющиеся вложенные образы: арки, зеркала мо-
заики, винтовые лестницы.
Древние давали рекурсивные самоссылающиеся
определения бога. Возможно, для того, чтобы не назы-
вать его истинного имени. По их представлениям, по-
знавшего истинное имя бога ждет неминуемая, ужас-
ная смерть. Его имя связывали с какой-то бесконечной
вселенской глубиной, в которую никто не отважится
заглянуть. Как назвать того, кто выше высокого, ог-
ромней огромного? Можно только представить себе
процесс бесконечного роста и одновременного увели-
чения объема. Каждый раз, зафиксировав какой-то
рост или объем, мышление, следуя определению,

- - - -
108 Борхес Х. Л. Скрытая магия в Дон Кихоте//Проза
раз-
ных лет - С. 213.

должно еще добавить к этому росту или объему. На-
блюдательные древние, тонко чувствующие природу,
такими определениями выражали ее рекурсивное диа-
лектическое развитие. Рекурсивное определение допу-
скает бесконечное развертывание не имеющее ни на-
чала, ни конца. В рекуусии замаскирована актуальная
бесконечность.
Можно самим придумать рекурсивные определения
и раскрывать их в длинные цепочки уточнняющих опре-
делений. Получается что-то от магического заклина-
ния и древней молитвы.
Рассмотрим, например, рекурсивное определение
F = a1Fa2Fa3.
Раскрывая F в правой части по этой же формуле,
получим более сложное определение F= a1a1Fa2
Fа3а2а1Fа2Fа3а3. Пусть F означает ОН, а1 - большой,
а2 - грозный, а3 - мудрый. Тогда получим

ОН - большой ОН грозный ОН мудрый
ОН - большой большой ОН грозный ОН мудрый грозный
большой ОН грозный ОН мудрый
мудрый

Можно рискнуть и на более глубокие раскрытия:

ОН - большой большой большой ОН грозный ОН мудрый грозцый
большой ОН грозный ОН мудрый
мудрый грозный большой

большой ОН грозный ОН мудрый грозный большой
ОН
грозный ОН мудрый мудрый мудрый:

Легко впасть в транс, повторяя такие определения.
Можно попробовать и другие варианты исходных
определений, с несколькими уточняемыми символами.
Получаются более загадочные комбинации слов.
Многочисленные примеры показывают, что в лите-
ратуре, живописи, музыке рекурсивные приемы соче-
таются с описаниями средствами жанра ощущений
тревоги и страха. Возможно, рекурсивные повторы
связаны с чувством глубины и создают такой же пси-
хологический эффект, как и тот, который возникает,
когда человек заглядывает в пропасть. Это опасно -
туда можно упасть. Отсюда и чувство тревоги. Но ино-
гда так хочется туда заглянуть. Там может быть что-
то неведомое, а может быть, даже то, что человек все
время ищет. Поэтому все же так тянет заглянуть в
таинственную глубину. А некоторые даже отважива-
ются исследовать глубины рекурсии. Рекурсия повто-
ром сюжетных схем показывает возможность беско-
нечной глубины бытия. Сознание погружается в ре-
курсию и выплывает из нее на поверхность простого
мышления, погружается и опять выплывает. Такое
движение в волнах разума создает активность мыш-
ления.
Мозг умеет строить рекурсивные образы.
Психоло-
гам известно, что мозг обладет стековой организа-
цией памяти (под стеком в программировании пони-
мают организацию очереди по типу "последним при-
шел, первым вышел"). Например, иностранные языки
в старости забываются в порядке обратном проядку
изучения. Работающие с ЭВМ сразу вспомнят, что
структуры дают возможность эффективно реализовать
рекурсию.
Психотропные вещества, воздействуя на мозг,
мо-
гут вызывать рекурсивные видения. Человек может
видеть себя со стороны, летать, может увидеть кого-то,
наблюдающего за собой. Такие видения часто возни-
кают при приеме наркотиков-галлюциногенов, в част-
ности LSD. Цюрихский профессор В. А. Штоль опи-
сывает опыт на себе по приему этого наркотика.
"Вначале галлюцинации были элементарно прос-
ты: лучи, сноп лучей, дождь, кольца, вихрь, петли, во-
дяные брызги, облака и так далее. Потом галлюцина-
ции стали более сложными: арки, ряды арок, беско-
нечное море крыш, виды пустынь, горные террасы,

мерцающие огни, звездное небо невиданной красоты.
Эти сложные картины то и дело перемежались перво-
начальными элементарными образами... Интересно,
что все видения состояли из бесконечного числа по-
вторений одних и тех же элементов: многочисленных
искр, кругов, арок, окон, огней и т.д. Ни разу не ви-
дел я чего-нибудь в единственном числе, наоборот,
одно и тоже все время повторялось в различных со-
четаниях... " 109
Наблюдаем рекурсивную организацию образов
из
простых базовых.
С рекурсией, возможно, связана еще одна неясная
медицинская проблема, получившая название "син-
дром Стендаля". Французский писатель Анри Мари
Бейль-Стендаль путешествовал по Италии, изучал
итальянскую живопись и культуру. Он опубликовал
книги, посвященные Италии: "Рим, Неаполь и Фло-
ренция", "История живописи в Италии" и "Жизнь
Россини". В 1817 г. во Флоренции, рассматривая кар-
тины художников эпохи Возрождения, он внезапно
потерял сознание. В наше время аналогичные случаи
встречаются все чаще у посетителей флорентийских
музеев. В Италии даже выделено специальное финан-
сирование на изучение этого феномена. Возможно
следующее объяснение. Живопись итальянского Ре-
нессанса началась с картин флорентийца Джотто, ко-
торый первым применил перспективу и тем самым
стал создавать объемные изображения. Перспекти-
ва - это тоже рекурсивная схема. Художник мыслен-
но делит пространство на срезы и для каждого при-
меняет одну и ту же процедуру плоского нанесения
на паверхность картины, но с коэффициентом умень-
шения. Искусство Джотто продолжили флорентийские
мастера. В картинах Гирландайо, Боттичелли, Козимо
Медичи для подчеркивания перспективы появляются
повторяющиеся и резко уменьшающиеся ступени лест-
ниц, деревья, арки, фигуры. Часто изображаются ок-
на или открытые двери, за которыми открывается
своя картина, а в ней возможна другая. Леонардо да
Винчи и Рафаэль развили искусство воздушной пер-
спективы (локально применяемый принцип перспекти-
вы). Картины ранних итальянских мастеров Возрож-
дения воздействуют на сознание первозданным ощу-

- - -
109 Глезер Г. Драматическая медицина. - М.: Мол. гвардия
1962. - С. 109.

Рафаэль. Афинская академия (иллюстрация)

щением глубины пространства. Сознание моделипует
погружение в пространство. Представим ощущения
зрителя в музее.
Тишина. Мягкое освещение зала. Погружаешься
в
давние времена, в картины, в детали картин, детали
деталей. Следишь взглядом за повторяющимися сту-
пенями древнего замка, арками и колоннами храмов,
фигурами людей. Рассматриваешь детали переднего
плана и тут же видишь другие детали заднего плана.
Сознание рекурсивно качается туда и сюда, туда -
в глубину - и обратно, туда и обратно, туда... В ка-
кой-то момент действительность перестает существо-
вать, и где-то в мозге недремлющий страж сознания
вызывает спасительный шок. По всей видимости, при-
смотревшись к творениям старых мастеров и к тем,
кто падает в обморок, созерцая эти картины, можно
создать специальные гипнотизирующие картины, под
воздействием которых многие бы теряли сознание.
Сам гипноз также как-то связан с рекурсивным
по-
гружением сознания. Гипнотизер что-то говорит или
даже просто молчит, но фиксирует ваше внимание, и в
какой-то неуловимый момент его копия возникает у
вас в голове где-то сзади, и уже оттуда звучит его по-
велительный голос. Он виден еще впереди но уже и
внутри. Сознание раскачивается в глубину и обратно,
туда и обратно, и отключается. Остается только голос,

который теперь уже может заняться внушением. Гип-
ноз, как и картины старых мастеров, вызывает одно-
временное совмещение в сознании далекого и близко-
го, что приводит к полному или частичному отключе-
нию сознания.
Подведем итог. Рекурсия в лингвистике и в искус-
стве вообще применяется для раскрытия протяженнос-
ти и глубины действия, пространства, времени и лю-
бых других параметров бытия. В арсенале лингвисти-
ческой рекурсии множество выразительных схем. Это
простые повторы слов: далеко-далеко, глубоко-глубо-
ко, тайная тайных ("... Ансельм шагнул мимо сторожа
в расселину и через чашу золотых колонн - в тайная
тайных голубых недр" (Г. Гессе, "Ирис")); в некото-
рых языках - составные глаголы, указывающие на
усилие и протяженность действия (в английском -
добавка глагола do; " I do know") перестановочные
("Ночь, улица, фонарь, аптека... аптека, улица, фо-
нарь") и замыкающие начало и конец повествования
прямые повторы слов; повторы сюжетных схем разви-
тия; рекурсивные вызовы одной схемы с разным на-
полнением параметров. Рекурсия вызывает чувство
тревоги, так как она связана с ощущнием глубины.
Челоаек все полнее познает природу. Пытается
эмоционально ощутить всю глубину бытия. Процесс,
начатый в эпоху Ренессанса, привел к появлению
мощного рекурсивного разума, вступающего в проти-
воречие с древним инстинктом самосохранения. Чело-
век с неизбежностью вступает в грустные края своих
отражений.

Ветер гонит
листву. Старых лампочек тусклый накал
в этих грустных
краях, чей эпиграф - победа зеркал,
при содействии
луж порождает эффект изобилья.
Даже воры
крадут апельсин, амальгаму скребя.
Впрочем, чувство,
с которым глядишь на себя, -
Это чувство
забыл я /110

ДРЕВНИЕ, ДРЕВНИЕ ВРЕМЕНА

Давние времена, когда мифы еще ждали своего появ-
ления. Человек, смутно осознающий свой разум, за-
думчиво вглядывается в зеркальную гладь лесного
озера. В нем отразилась простая картина мира. Вот
лес. Вот небо. Вот облака. А вот и сам человек. Он

- -
110 Бродский И. Конец прекрасной эпохи // Нева. -
1989. - Э 4.

пристально всматривается в эти первые знаки, и ему
казалось, что сейчас раскроется какая-то тайна. Он
что-то чертит на прибрежном песке. Подул ветер. За-
дрожала вода, бесконечным количеством солнечных
отражений разрушив простую картинку. И уже ниче-
го не разглядеть в этом зеркале мира. Все меняется,
дрожит, искажается. Направляясь к своим кострам,
человек решил вернуться ночью, чтобы посмотреть на
отражения звезд. А набежавшие волны надежно стер-
ли первые имена, которые чертил человек.
Вернемся к историческому анализу структуры мыс-
ли. Как уже подчеркивалось ранее, мышление возник-
ло как механизм опережающего анализа отдельного
акта движения. Человеческий разум отсчитывает свою
историю с того момента, когда непрерывном дей-
ствии он стал узнавать отдельные его составляющие
части. Их всего три: источник действия (охотник), сам
акт действия и его направленность (жертва). Звуко-
вое выражение этой ситуации и составило первые
предложения. Узнаем: подлежащее-сказуемое-до-
полнение. Трудно сказать, какие части действия стали
узнаваться первыми. От этого зависит, что появилось
раньше - глагоолы или существительные. Об этом ча-
сто спорят филологи. Возможно, вначале стали узна-
ваться существительные, обозначающие жертву, затем
действия и, наконец, их источник. Есть некоторые до-
воды в пользу такого порядка становления человече-
ского мышления и языка. На древних наскальных
рисунках сцены охоты появились позже изображений
отдельных животных, на которых охотился человек.
И только потом появились рисунки хищников и богов.
Вначале язык был неразрывно вплетен
в ткань бы-
тия. Слова вырастали в оболочки вещей, а мир при-
обрел новое обозначающее измерение. Все новые фи-
гуры мира раскрывались в этом растущем простран-
стве, возникали новые имена, стабилизировались по-
рождающие конструкции языка. Вещи освещались
словами, и в этом едва зарождавшемся свете Вселен-
ная уже разглядывала свои отражения.
Разуму, няучившемуся рациональному мышлению
по типу охотник и его жертва, было недостаточно про-
стого выделения частей действия. Он начинает приме-
нять тот же прием для комментирующих уточнений
этих отдельных частей. Эти комментарии в свою оче-
редЬ также могут уточняться. Здесь свои "охотники"
и "жертвы". Возникает сложный способ отражения

действительности, в котором слова сцепляются друг с
другом в динамическом процессе постоянного уточне-
ния основных едйниц узнаваемого действия. Как на
проявляющейся пленке, сначала выступают смутные
пятна, затем они приобретают точные очертания, по-
являются детали, детали деталей и возникает все бо-
лее точная фотография действительности. Время про-
явления такой "пленки" - века и, если ждать еще
дольше, то проявятся новые неизвестные детали. Прав-
да, старые подробности могут стереться от передер-
жания в проявителе. Поэтому с развитием языка кар-
тина мира меняется, возникает новое восприятие дей-
ствительности, раскрываются новые детали, но может
утратиться то, что было когда-то хорошо знакомым.
И только иногда в снах возвращаются мифы, драко-
ны, первобытное звездное небо и первые слова.
Раннее конкретное мышление требовало точного
описания объекта рассмотрения. Поэтому вначале
язык (и мышление) развивался в плане развития
уточняющих комментариев отдельных простых частей
предложения. Получаются яркие описания подробнос-
тей в сочетании с не очень сложной структурой пред-
ложения. Такой стиль еще сохранился в поэмах Гоме-
ра. В любом месте "Илиады" или "Одиссеи" встреча-
ются многочисленные уточнения и комментарии глав-
ных единиц предложения.

Рек - и оружия с тела, дымящиесь кровью,
сорвавши,
Отдал клевретам своим Менелай, предводитель народов;
Сам же, назад обратяся, с передними стал на сраженье.

Илиада, песнь тринадцатая

Тою порою Патрокл предстал Ахиллесу герою,
Слезы горячие льющий, как горный поток черноводный
Мрачные воды свои проливает с утеса крутого.

Илиада, песнь шестнадцатая

В "Одиссее" наиболее ярка подробная сцена убий-
ства женихов. Так и видишь льющуюся кровь, полет
копья, слышишь крики мечущихся женихов, свист
стрел Одиссея. Нынешние опытные мастера слова так-
же уточняющими комментариями и простыми схемами
предложений добиваются образного представления со-
бытий. Так, например, пишет В. Астафьев:

"Рукава красной, со ржавчиной рубахи на нем были до лок-
тей закатаны, на руках, загорелых до запястий, изборожденных
наколками, поигрывали браслеты, кольца, печатки; модерновые
электронные часы светились многими циферками на обоих
запя-

стьях; в треугольнике вольно расстегнутого ворота рубахи
на тем-
ном раскрылье орла поигрывал крестик, прицепленный к
мелко-
зернистой цепочке, излаженной под золото; нежно-васильковый
пиджак со сверкающими пуговицами, с бордовыми клиньями
в та-
лии - одеяние жокея, швейцара или таможенника не нашей
стра-
ны, - где-то недавно "занятый", то и дело сваливался с
плеч"/111.

В эпоху Ренессанса слова приобретавт таинствен-
ную власть над вещами. Расцветает магия, произно-
сятся заклинания, ищутся сходство и подобие вещей.

"В XVI веке реальный язык -
это не единообразная и однород-
ная совокупность независимых знаков, в которой вещи отражают-
ся словно в зеркале, раскрывая одна за другой свою специфиче-
скую истину. Это, скорее, непрозрачная, таинственная,
замкнутая
в себе вещь, фрагментарная и полностью загадочная масса,
соприкасающаяся то здесь, то там с фигурами мира и перепле-
тающаяся с ними, вследствие чего все вместе они образуют
сеть
меток, в которой каждая может играть и на самом деле
играет
по отношению ко всем остальным роль содержания или знака,
тайны или указания. Взятый в своем грубом историческом
бытии,
язык XVI века не представляет собой произвольную систему;
он размещается внутри мира и одновременно образует его
часть,
так как вещи сами по себе скрывают и обнаруживают свою
за-
гадочность как язык и так как слова выступают перед человеком
как подлежащие расшифровке вещи. Великая метафора книги,
которую открывют, разбирают по складам и читают, чтобы
познать природу, является лишь видимой изнанкой другого,
го-
раздо более глубокого переноса, вынуждающего язык существо-
вать в рамках мироздания, среди растений, трав, камней
и жи-
вотных"/112.

М. Фуко в европейской культуре
выделяет три
эписистемы: ренессансная (XVI в. ), классическая (ра-
ционализм, XVII - XVIII вв. ), современная (конец
XVIII - начало XIX в. - нынешнее время).

"В начале XVII века, в тот период, который ошибочно или
справедливо называют "барокко", мысль перестает двигаться
в
стихии сходства. Отныне подобие - не форма знания, а,
скорее,
повод совершить ошибку, опасность, угрожающая тогда,
когда
плохо освещеное пространство смешений вещей не исследет-
ся" 113.

"Эпоха подобного постепенно замыкается
в себе самой. Поза-
ди она оставляет одни лишь игры. Это игры, очарование
которых
усиливается на основе этого нового родства сходства и
иллюзии;
повсюду вырисовываются химеры подобия, но известно, что
это
только химеры; это особое время бутафории, комических
иллюзий,
театра, раздваивающегося и представляющего театр, quiproquo
(от латинского qui pro quo - одно вместо другого, путаница,
недоразумение. - Авт. ). снов и видений, это время обманчивых

- -
111 Астафьев В. // Новый мир. - 1989. - Э 9, - С. 10.
112 Фуко М. Слова и вещи. - С. 81 - 82.
113 Там же. - С. 99

чувств; это время, когда метафоры, сравнения и аллегории
опре-
деляют поэтическое пространство языка. И тем самым знание
XVI века оставляет искаженное воспоминание о том смешанном,
лишенном твердых правил познании, в котором все вещи
мира
могли сближатся согласно случайностям опыта и традиций
или
легковерия. Отныне прекрасные и строго необходимые фигуры
подобия забываются, а знаки, которыми они отмечены, теперь
принимают за грезы и чары знания, не успевшего еще стать
рациональным"/114.
В классическую эпоху комментярий уступил место
критике. В фигурах мира ищутся не сходства, а раз-
личия. Мыщление занято пречислением всех призна-
ков объектов. Возникают различные классификацион-
ные таблицы, язык наполняется перечислительными
конструкциями.

Постепенно происходит незаметный прцесс отде-
ления языка от мира вещей. Он сам становится источ-
ником своего развития, в нем все сильнее начиннает
раскручиваться пружина рекурсии. Воозникавт слож-
ные многоуровневые предлоложения, усложняетяется ком-
ментарий, появляются рекурсивные сюжкты. Язык
увлеченно играет своими отражениями, управляет
мышлением человека, определяет его развитие в про-
странстве представления. Язык замкнулся и себе и
превратился в самостоятельную грозную фигуру мира,
равную Вселенной.

СТРУКТУРЫ ЯЗЫКА

Формальным моделям синтаксических структур есте-
ственного языка уделяется значительное внимание в
современной проблематике систем искусственного ин-
теллекта и компьютерной лингвистики. Это связано с
необходимостью создания действенных программ ге-
нерации и анализа предложений естественного языка
в экспертных и информационных системах, во многих
системах управления и принятия решений, в перспек-
тивных ЭВМ будущих поколений. Сейчас уже ясно,
что любое продвижение в этой области влечет про-
гресс в понимании эволюционного процесса развития
языка и мышления человека.
Самая значительная структурная текстовая и ком-
муникативная единица - предложение. На неточном
уровне основные синтаксические конструкции предло-
жений описываются в классических схемах граммати-

- - -
114 Там же. - С. 100

ки языка, восходящих к периоду античности и мало
изменившихся к настоящему времени. Но до сих пор
нет полной ясности в определения предложения. Боль-
шой вклад в развитие этого понятия внесли отечест-
венные лингвисты - А. Л. Потебня, М. Н. Петерсон,
Л. В. Щерба, А. М. Пешковский, Ф. Ф. Фортунатов,
Д. Щахматов, В. В. Виноградов, И. Ю. Шведова,
Д. В. Гладкий и др. Почти все соглашались, что пред-
ложение выражает законченную мысль. С этой точки
зрения критике подверглось понятие и идаточного
предложения - оно "выражает мысль" только внутрь
единого сложного предложения и поэтому его нельзя
рассматривать как предложение (М. Н. Петерсон,
Я. С. Поспелов). Некоторые считали, что понятие
"мысль" еще более туманно, чем предложение". По-
этому подвергалось критике как неформальное опре-
деление предложения через законченную мысль. По-
тебня в 70-е годы прошлого века отмечал необходи-
мость наличия главного глагола в предложении.
Особенно ярко это проявляется в арийских языках.
В славянских выпадение глаголов из некогорых кон-
струкций объяснялось историческими изменениями
языка. Считалось, что впраиссторические времена та-
кие глаголы должны были присутствовать. Эта кон-
цепция также критиковалась как непроверяемая на
практике. Пешковский в первой половине нашего века
вернулся к концепции "законченной мысли". Он вы-
сказал идею о подчинении одних частей предложеения
другим. Ученый признавал главным членом предложе-
ния подлежащее, а сказуемое оказывалось подчинен-
ным словом, хотя он и отмечал, что сказуемое - самое
главное слово для выражения процесса мысли. Самое
главное слово оказалось подчиненным! Не в силах
справиться с этим противоречием, он объявил, что здесь
проявляется антиномия основ языка. Виноградов ак-
центировал внимание на так называемои предикатив-
связи объединяющей подлежащее и сказуемое в
предикативное ядро. Тезис о единице мышления поло-
жил в основу определения предложения и Шахматав.
Он считал, что такой единицей не может быть логи-
ческое суждение, являющееся утверждением или отри-
цанием чего-нибудь. За единицу мышления он прини-
мает психологическую коммуникацию". Отталкиваясь
от идеи Пешковского, в последние годы значительное
развитие получила концепция управляющей связи
слов и словосочетаний внутри предложения. Тонкие

отношения управления между словами изучаются в
известных лингвистических моделях деревьев подчине-
ния и систем составляющих, появившихся в 50-е годы
нашего столетия. На этих двух последних моделях
остановимся дальше более подробно.
Очевидное достоинство всех перечисленных моде-
лей - их правильность - адекватное отражение тех
или иных специфических характеристик синтаксиче-
ской структуры текста. Однако ни одна из этих моде-
лей еще не была использована для создания каких-
либо действующих систем общения с ЭВМ на есте-
ственном языке. Модель деревьев подчинения ориен-
тирована на управляющие связи только по словам,
а модель систем составляющих учитывает только
иерархическое отношение вложенности словосочета-
ний в линейной структуре текста. Эти факторы лишь
приближенно описывают действительные коммуника-
тивные свойства, содержащиеся в синтаксических
структурах текста. Поэтому ученые предприняли по-
пытки построения моделей, обобщающих средства де-
ревьев подчинения и систем составляющих. Так,
А. С. Нариньяни, исходя из задач практического про-
граммирования систем, взаимодействующих с исполь-
зователем на естественном языке, предложил модель
системы компонент. В этой модели структура предло-
жения описывается в виде системы синтаксических
компонентов, связанных отношениями правления и
примыкания. Допускаются разрывность и пересече-
ния компонент. Гладкий разработал концепцию син-
таксических групп. Здесь наиболее явно подчеркива-
ется важность учета управляющих связей между груп-
пами слов, образующих цельный синтаксический
объект в структуре предложения. Таким образам, уточ-
нение моделей синтаксических структур идет от уточ-
нения управляющих связей между словами и словосо-
четаниями к уточнению связей между группами синтак-
сических единиц. При этом с неизбежностью происхо-
дит перемещение точки рассмотрения синтаксических
структур из линейного порядка, навязанного после-
довательностью записи текста, к сложному простран-
ству, образованному синтаксически связанными груп-
пами объектов. В пределе (оставаясь в рамках син-
таксиса) приходим к пространству представления, не
зависящему от порядка записи текста, а значит, и от
национального языка, выражающему все предикатив-
ные и определяющие отношения, содержащиеся в

синтаксических структурах. Это пространство, назван-
ное управляющим, образует полную синтаксическую
структуру предложения и является рекурсивно-топо-
логическим выражением того процеса, который назы-
вается мыслью. В отличие от чисто лингвистического
подхода предложение рассматривается как некоторый
динамический вычислительный рекурсивный процесс,
развивающийся в управляющем пространстве, связы-
вающем синтаксически сгруппированные части пред-
дожения информационными каналами. Структура
управляющего пространства отражает семантику оп-
ределяющих и предикативных конструкций языка.
Неожиданным оказалось то, что управляющие прост-
ранства подобного вида уже рассматривались как
вычислительная модель для рекурсивно-параллельных
процессов. Это уже упоминавшиеся ПАРУС-структу-
ры. В формальном аспекте предлагаемая модель -
это одновременное обобщение деревьев подчинения и
систем составляющих, а также других упоминаемых
ранее моделей. Реализация этой модели ориентирова-
на на ПАРУС-системы программирования, поддержи-
вающие концепцию рекурсивно-параллельного про-
граммирования в управляющих пространствах. При
изложении мы ограничиваемся концептуальным уров-
нем. Подробности и уточнения конкретных деталей
выходят за пределы книги.
Деревья подчинения, системы составляющих и син-
таксических групп. Ограничимся неформальными
определениями.
Считается, что в предложении слово и управляет
словом v (v подчинено и), если v выступает непосред-
ственным уточнением (комментарием) слова и. Та-
кую зависимость изображают ориентированной дугой,
направленной от слова и к v. Сказуемое - главное в
предложении, остальные слова всегда имеют непо-
средственных "хозяев". Отношение непосредственного
подчинения слов образует дерево поlчинения предло-
жения. При графическом изображении таких деревьев
обычно учитывают порядок слов самого предложения,
т.е. соотносят само дерево подчинения с его отобра-
жением в линейную запись (рис. 15). В терминах де-
ревьев подчинения можно успешно выражать многие
стилистические характеристики текстов /115.

- - -
115 Севбо И. П. Графическое представление синтаксических
структур и стилистическая диагностика. - Киев: Наук. думка,
1981 - 192 с.

Другая известная модель, отражая иерархическую
структуру частей предложения, - системы составляв-
ших. Их удобно задавать в виде скобочной структуры.
В скобки заключают синтаксически связные словосо-
четания. Например,
(Онегин, (добрый(мой приятель))), (родился(на
(брегах Невы))).
Очевидно, рассмотренные модели дают важную
информацию о синтаксической структуре предложе-
ния. Однако у обеих есть существенные недостатки.
Деревья подчинения не учитывают связей между сло-
восочетаниями и синтаксически целостными группами
слов. В сложных предложениях группы слов могут
служить для уточнения одного слова или другой груп-
пы слов, что затруднительно выразить связями деревь-
ев подчинения. Системы составляющих игнорируют
направленные связи. Кроме того, они не позволяют
описывать разрывные словосочетания. Поэтому ни од-
на из моделей не дает полного представления о син-
таксической структуре предложения. Отталкиваясь от
такой критики, Гладкий предложил более общую мо-
дель, названную им системой синтаксических групп/116.
Синтаксическая группа - это подмножество слов

- - - -
116 Гладкий А. В. Синтаксические структуры естественного
языка в автоматизированных системах общений. - М Наука
1985. - 144 с.

(часть текста), связанных согласно определенному
критерию. Мезду синтаксическими группами устанав-
- ливается отношение непосредственного подчинения,
Деревья подчинения и системы составляющих могут
быть интерпретированы как некоторые разные виды
синтаксических групп. Разложение предложения на
синтаксические группы неоднозначно и зависит от вы-
бора критерия объединения слов в синтаксическую
группу. Гладкий рассмотрел ряд критериев получения
синтаксических групп.
Алгоритмическая
модель предложения (модель
охотника и жертвы). Мы пытаемся построить модель,
максимально приближенную к реальной синтаксиче-
ской структуре предложения. Предварительно сделаем
несколько замечаний, касающихся будущей модели.
Деревья подчинения и системы составляющих,
не-
смотря на недостатки, отличаются и достоинством:
они адекватно отражают существенные свойства син-
таксической структуры предложения. Поэтому модель,
которую необходимо разработать, должна давать од-
новременно информацию, содержащуюся и в деревь-
ях подчинения, и в системах составляющих.
Кроме того, что язык дает имена объектам
окру-
жающего мира, он обладает фундаментальным свой-
ством выражать динамические отношения, в которые
вступают объекты. Например, глагол связывает в от-
ношение объекты, участвующие в схеме его действия,
пилагательное задает отношение объекта с самим со-
бой. Из синтаксической модели мы должны знать, ка-
кие части предложения связаны между собой через
отношения и что это за отношения. Существуют всего
два вида синтаксических отношений - предикативное
и синтагматическое. Первое выражает зависимость
между синтаксическими объектами через понятие, оз-
начающее деиствие и обычно выражаемое сказуемым.
Синтагма - это сочетание двух синтаксических объ-
ектов, из которых один служит определением другого.
Поэтому в разрабатываемои модели должны полнос-
тью выявляться именно эти виды отношений. Кроме
того, в таком широком понимании синтагмы должны
образовывать синтаксические группы.
Адекватная модель сингаксической
структуры
должна также отражать основополагающее свойство
рекурсивности языка - способность развертывать соб-
ственные определения, т.е. давать уточнения, харак-
теристи комментарии к своим частям, а также стро-

ить определения определений. "Язык в себе самом со-
держит свой внутренни принцип развития"117.
Отнесение подобных вопросов к сфере семантики
неправомочно - они должны решаться на уровне син-
таксической модели, так как проявляются на уровне
общей схемы, не зависящей от смысла высказываний.
Предлагаемая ниже модель удовлетворяет всем пе-
речисленным условиям.
Прежде всего о роли управляющих связей между
словосочетаниями. Мы нарушаем традиционный лин-
гвистический подход, при котором сказуемое считает-
ся главным членом предложения, от которого распро-
страняются управляющие связи. Это идет от привычки
считать имя функции более важным, чем ее аргумен-
ты. Для наших целей удобнее задавать синтаксиче-
ские отношения связями генерации и передачи отно-
шений. При этом достигается более точная характери-
стика управляющих связей, чем при традиционном
подходе, где акцент делался только на связи подчи-
нения. Пешковский был прав, считая подлежащее
главным, но только необходимо было говорить о гене-
рации отношения. Сказуемое тоже главное, но в дру-
гом аспекте - в выражении мысли.
Вспомним базовую схему первобытного мышления:
охотник-действие-жертва. По этой схеме должны
строиться простые предложения. Поэтом выделяем
объекты - охотники", генерирующие отношениния и "на-
брасывающие" их на объекты - жертвы". В сложных
предложениях зта схема многократно рекурсивно по-
вторяется. Анализ предложения сводится к выявлению
членов предложений как персонажей рекурсивной
"ОХОТЫ ".
Если два объекта, А и В, вступают в
отношение С,
мы выделяем объект (предположим, А), вызываюший
(инициирующий, порождающий) это отношение,
и объект, на который оно передается. Таким образом,
выделяем два вида направленных связей: от объек-
та - генератора отношения - к отношению и от от-
ношения к подчиненному объекту: Первый вид связи
называем а-связью (связь генерирования), второй -
§-связью (связь распространения). Объекты А, В и
отношение С размещаются в точках управляющего
пространства, поэтому графическое представление от-
ношения С, связывающего А и В, имеет вид, изобра-

- - -
117 Фуко М. Слова и вещи. - С. 488

женный на рис. 16. Глаголы определяют отношения
между объектами. Вот почему в стандартной схеме
простого предложения "Существительное - глагол -
существительное" а-связь направлена от первого суще-
ствительного к глаголу, а §-связь - от глагола к су-
ществительному - определению. Рассмотрим пример.
"Девочка собирает цветы". Объект девочка генериру-
ет отношение собирает и направляет его на объект
цветы. Рассмотрим фразу "Красивая девочка". Здесь
объект девочка генерирует уднарное отношение краси-
вая и передает это отношение себе же (охотник охо-
тится на себя) (рис. 17). Возникает кольцевая связь,
характеризующая определения. Аналогично рассуж-
дая, для фразы "Красивая девочка весело собирает
цветы" получаем структуру, показанную на рис. 18.
Для сравнения рассмотрим дерево зависимостей этого
предложения (рис. 19). Замечаем, что структура, по-
казанная на рис. 18, более информативна по сравнению
с деревом подчинения. Разложение предложения по
а-§-связи с учетом вложенности точек называем уп-
равляющим пространством предложеиия. Отноше-
ния - тоже объекты и могут вступать в отношения
между собой (это и есть рекурсия). Поэтому
а - §-структуры управляющего пространства распро-
страняются и на сложные предложения.
Таким образом, предложение имеет два варианта
а - §-связей: строго линейную и замкнутую кольцевую
зависимость. Первую называем линейнои конструк-
цией, вторую - определением. В линейных конструк-
циях некоторые объекты могут отсутствовать. Поэто-
му допускаем наличие только одной а - или §-связи.
Например, птицы летят. Здесь только одна а-связь,
направленная от слова "птицы" к слову "летят".
В предложении "Улетают вдаль" выделяется одна
связь. В подобных случаях иногда можно считать,
что отсутствующая а - или §-связь соединяется с осо-
бым объектом "неопределенность". В линейной кон-
струкции связываются отношением два объекта, хотя
можно было бы допустить наличие конструкций с не-
сколькими а - и §-связями через одно предикативное
отношение. При построении управляющих пространств
следует избегать таких ситуаций, хотя и это допусти-
мо. Логика языка дает возможность обойтись только
простыми линейными конструкциями и определения-
ми. Например: "Он написал письмо брату". В этом
предложении в предикативную связь вступают три
объекта - он, письмо, брату. Поэтому можно было бы
структуру VII этого предложения представить в ли-
нейном виде с одной а - и двумя §-связями. Но интуи-
тивно осознается, что группа написал письмо сильнее
связана, чем написал брату. В этом случае слово
письмо выступает как некоторая уточняющая характе-
ристика действия написал. Объекты Он и брату свя-
заны предикативной конструкцией написал письмо.
поэтому более точная структура этого предложения
имеет вид, изображенный на рис. 20. Семантически
прравильна также интерпритация этого предложения,
при которой происходит связывание объектов Он и
письмо через отношения написал брату (рис. 21). От-
личия в понимании этих двух интерпритаций находят-
ся на уровне оттенков смысла и отражают способ-
ность мозга в динамике распознавать фразы. При ана-
лизе фразы "Он написал письмо брату" сначала рас-
познается смысл фразы "Он написал письмо", затем
добавляется новый объект для анализа - брату. Ди-
намически меняется предикативное отношение, объе-
диняя в одну группу написал и письмо, а затем новое
отношение направляется на объект брату. Вторая ин-
терпретация, при которой связываются в одну группу
слова написал и брату, более адекватно фразе "Он
написал брату письмо". Таким образом, при помощи
управляющих пространств можкно учитывать достаточ-
но тонкие смысловые отличия, связанные с переста-
новочностью слов внутри фразы. Возможна также тре-
тья интерпретация, при которой в одну точку поме-
щается группа письмо брату (рис. 22). В этом случае

слово брату понимается как атрибутивная характери-
стика слова письмо. Кстати, построение деревьев под-
чинения также не всегда однозначно.
Таким образом, управляющее пространство пред-
ложения строится как система вложенных структур,
состоящих из точек с а - b-связями между ними и
содержащих внутри себя части предложений, обра-
зующих определения или линейные конструкции.
Структура управляющих пространств отражает фун-
даментальное свойство языка порождать отношения и
распространять их на соответствующие элементы.
Управляющие связи деревьев подчинения
автома-
тически восстанавливаются из структуры а - §-связей.
Структура управляющего пространства дает более
тонкую классификацию управляющим связям.
В предложениях без нарушений свойства проектив-
ности (т.е. без пересечения определений разных эле-
ментов) элементы, вложенные в точку, образуют си-
стему составляющих. В этом смысле структура управ-
ляющее пространство одновременно обобщает и дере-
вья подчинения, и системы составляющих. Также ясно,
что управляющее пространство учитывает разрывные
словосочетания, а слова, входящие в одну точку, обра-
зуют синтаксическую группу в смысле Гладкого.
Управляющее пространство
предложения не свя-
зано с его последовательным порядком записи и отра-
жает только семантику порождения и передачи отчо-
шений. Значит, структура управляющего пространства
не зависит от конкретного языка и только ее трансля-
ция в линейную запись определяется синтаксисом
конкретного языка. Поэтому управляющие простран-
ства являются хорошим кандидатом на промежуточ-
ную форму представления в системах автоматического
перевода.
Заметим, что рассмотрение линейных
конструкций
и определений для представления синтаксических
структур традиционно в лингвистических исследовани-
ях. В том или ином ограниченном виде они часто
встречаются в литературе: предикаты и синтагмы в
классической лингвистике, управление и примыкание,
актантное и атрибутивное отношения, отнощения в
ПРОЛОГ-системах обработки естественного языка.
Выразительные средства модели управляющих про-
странств дают новую наглядную характеристику зтим
отношениям, учитывают управляющие и иерархиче-
ские связи между группами словосочетаний и, кроме

того, ориентированы на конкретную техкологию ре-
курсивно-параллельного программирования.
При обработке синтаксических структур естествен-
ного языка возникают две основные задачи - анализ
и синтез. Задача анализа - по линейной записи
текста построить соответствующее линейной записи
пространство, задача синтеза - по управляющему
пространству построить соответствующую линейную
последовательность связного текста. Вторая задача,
вообще говоря, проще. При отображении линейной за-
висимости в текст алгоритм синтеза следует последова-
тельности а-§-связей. При синтезе текста из опреде-
лений алгоритм сначала решает вопрос, что выдается
раньше - определяемый объект или его - уточнение.
Затем - происходит выдача текста из соответствующих
конструкций, образующих определение. В алгоритме
анализа идет многократная свертка определений и
выделение линейных зависимостей.
В программной реализации модели
управляющих
пространств предложений а - b-связи реализуются как
каналы в ПАРУС-системе программирования. В точ-
ках размещаются алгоритмические модули, задающие
слова, их характеристики и связь с семантическими
базами. По а - b-каналам осуществляется необходи-
мый обмен информацией для выбора необходимой
синтаксически правильной формы частей речи. Разра-
батывается экспериментальная версия генерации и
анализа предложений русского языка. Отметим, что
ПАРУС-технология ориентирована на применение в
высокопроизводительных параллельных вычислитель-
ных комплексах. Поэтому предлагаемый подход допу-
скает эффективную параллельную реализацию.
Интересна реализация управляющих пространств
человеческим мозгом. Нейроны легко соединяются в
переплетенные ансамбли, образуя сложные иерархиче-
ские комплексы. В такой структуре нервное возбужде-
ние может передаваться однонаправленно. Это соот-
ветствует реализации линейных а - b-связей. Нейроны
также способны образовывать замкнутые кольцевые
реверберирующие цепи, в которых может долго, без
затухания циркулировать электрический сигнал. На
этом принципе основана кратковременная память. Как
раз циклические цепи и нужны для образования зам-
кнутых а - b-циклов. Таким образом, мозг может топо-
логически, один к одному, моделировать управляющие
пространства и строить причудливы картины мысли.

В мозге есть две особые речевые зоны - Брока и
Вернике. У большинства людеи обе они расположены
в левом полушарии. Зона Вернике отвечает за сопо-
ставление слов образам. Она работает с семантиче-
скими сетями памяти и отвечает за построение управ-
ляющего пространства, что соответствует пониманию
речи. Зона Вернике связана дугообразным пучком во-
локон с зоной Брока. Последняя отвечает за анализ и
синтез грамматических схем. В зоне Брока управляю-
щее пространство транслируется в линейные последо-
вательности речевых предложений. Эти принципы мо-
гут лечь в основу схемы нейрокомпьютера, понимаю-
щего речь.
Управляющие пространства
можно использовать
для получения стилистических характеристик отдель-
ных текстов и авторов. Например, в предложении
можно просчитывать количество циклических а - §-це-
пей, линейных соединений, глубину вложенности опре-
делений, вложенность по линейным конструкциям,
другие особенности строения управляющего простран-
ства предложений. Интересные функциональные ха-
рактеристики стиля дает линейная конфигурация тек-
ста, построенная по VII. В этом случае текст графиче-
ски изобратается колебательной структурой, отра-
жающей иерархию подчиненных предложений.
В отличие от классической стилеметрии, где ведет-
ся статистический учет только линейных параметров
текста - частота появления тех или иных частиц,
слов, междометий и т.д., в рассматриваемом случае
учитывается топология мысли, ярко выражающая ин-
дивидуальные особенности мышления. Вот несколько
характерных предложений В. Набокова из автобиогра-
фической прозы "Другие берега".

1. "Снег - настоящий наощупь; и когда наклоняюсь, чтобы
нобрать его в горсть, полвека жизни рассыпается морозной
пылью
у меня между пальцев".
2. "От морского ветра губы становились солеными: пляж
трепетал как цветник, и безумно быстро через него проносилась
залетная бабочка, оранжевая с черной каймой".
3. "Люди неумные, с большими способностями к математи-
ке, лихо добираются до тайных сил природы, которые кроткие,
в ореоле седин, и тоже не очень далекие физики предсказали
(к тайному своему удивлению) ".
4. "В чистоте и пустоте незнакомого часа тени лежали
с не-
привычной стороны, получалась полная перестановка, не
лишен-
ная некоторого изящества, вроде того, как отражается
в зеркале
у парикмахера отрезок панели с бесконечными прхожими,
ухо-

дящими в отвлеченный мир, - который вдруг перестает
быть за-
бавным и обдает душу волной ужаса"/118

Это характерный набоковский стиль - - раскрашен-
ные стеклянные шарики на рождественской елке в
далеком детстве (рис. 23, 24). Этот стиль можно вы-
разить в числах. У Набокова велика частота простых
уточняемых словосочетаний. Он мастер составления
расцвеченных текстов. Интересно, как сам он охарак-
теризовал модель своей жизни: "Цветная спираль в
стеклянном шарике - вот модель моей жизни"/119.
Разворачивание управляющего пространства
в ли-
линейную последовательность текста в разных языках
может выполняться по разным критериям. В англий-
ском консервативный прямой порядок слов, в япон-
ском текст читаетса справа налево, вначале сказуе-
мое, затем подлежащее и дополнение, в русском, на-
иболее свободном, допустимы перестановки.
Управляющее пространство - универсальный
спо-
соб представления языка. В любой среде обитания ра-
зума, где есть неделимые действия и уточнения поня-
тий, возникает такое пространство представления язы-
ка. Даже язык инопланетян должен иметь подобную
графическую структуру.
Язык, появившийся когда-то как
слабая прозрач-
ная оболочка вещей, как неясная тень вечных движе-
ний, завершил полный цикл развития и вступил в сферу
самостоятельного бытия. Сбылось то, что предска-
зывали мудрецы. Новые космические смерчи рекур-
сии, зарождающиеся в недрах языка, потрясают мир.
Язык раскрывает свои универсальные схемы, и элек-
тронные существа уже примеривают эти структуры к
своему бытию. Искусственный интеллект из далекой
мечты превращается в неизбежную реальность. И мо-
жет быть, человек - только разрыв в порядке вещей,
только переходный этап на пути к возникновению этой
новой реальности.
"Разумеется, вера в превосходство человека явля-
ется традиционной. Когда-то наша Земля считалась
центром Вселенной, сегодня это всего лишь одна из
планет. Когда-то нам приписывалось божественное
происхождение, сегодня ряд людей считает, что это
результат удачного стечения обстоятельств в развитии
приматов. Когда-то наш разум был вне конкуренции,

- - - -
118 Набоков Вл. Другие берега // Дружба народов. - 1988. -
Э 6. С. 77, 93, 131, 132

но, возможно, придет лень, когда вычислительные ма-
шины будут смеятся над ними и задавать вопрос
о
том, могут ли бнологические информационные процес-
соры быть достаточно разумными. Осторожно относи-
тесь к тем, кто думает, ЧТО ЭТОГО никогда Не случится
Предки этих людей преследовали Галилея и высмеи-
вали Дарвина" 120.

РЕКА ВРЕМЕНИ

"Путь уединенный излюбленный вдоль течения ре-
ки, бегущей еще до Начала и Адама, от изгиба берега
к излучине залива приводит нас привычным кругово-
ротом обратно к Замку Загадок и его Владениям" 121
Мы живем в странном измемчивом мире на одино-
ком острове реки времени. В круговоротах этой реки
течение то замедляется, то ускоряется, а иногда вдруг
меняется на противоположное - тогда падают звезды
и случаются необъяснимые события, и нет у этой реки
постоянных берегов, и впадает она в океан вечности,
который, в свою очередь, только заводь в другом оке-
ане. И нам, вечным странникам, суждено плыть по
этой реке загадок, где ориентирами могут служить
только свои отражения да неясные тени на горизонте,
и суждено всегда возвращаться вдоль изгиба реки
круговоротом назад на свой очарованный остров. В
отражениях реки времени вспыхнули и навсегда ис-
чезли грозовые зарницы первобытных ночей, охотники
и их жертвы, первые имена, древние цивилизации,
грозные цари, тайные знания древних, забытые рели-
гии, мифы, предания, заклинания, символы, тексты.
Все меняется под ударами волн. И лишь кажущееся
постоянство смены дня и ночи, постоянство близких
планет и дальних созвездий, загадочная связь универ-
сальных физических констант создают обманчивую
иллюзию, что все всегда было и будет. Кто мы? Отку-
да мы? Куда идем? Вопросов много, ответов нет. Но
- -
120 Уинстон П. Искусственный интеллект. - М.: Мир, 1930. -
С. 297 - 298.
121 Joyce I. Finnegans Wake. - London: Faber and Faber Limi-
ted. - Р. 3, 628.
Более точно, в цитате соединены две фразы: заключительная -
"A way a lone a loved a long the" - и начальная - "riverran past
Eve and Adams's from swerve of shore to bend of bay brings us by
a comodius vicus of recirculation back to Howth Casrl and
Environs". (Перевод авт. ).

есть феномен сознания, есть магия двойных отраже-
ний, есть вечное движение. И нам трудно поверить в
простые объяснения, так же как невозможно понять
сложные.
Когда-то неизвестное нам взаимодействие
первич-
ных элементов материи привело к независимому функ-
ционированию отражений этого взаимодействия сна-
чала в космических границах, затем на Земле и, нако-
нец, в биологической оболочке. Мотжо только гадать,
какие процессы способствовали этому. Так или иначе,
на Земле появились первые охотники и их жертвы.
С этого момента мы начинаем прослеживать
проис-
хождение языка. Появился разум, свободно манипули-
рующий схемой мышления охотник-действие - жерт-
ва, способный анализировать действия, раскладывая
их на составные части, превратить в сценарий охоты
любые свои попытки. Это уже человек.
Происхождение языка относится к числу основных
философско-лингвистических проблем. По этому пово-
ду высказывалось много противоречивых и произволь-
ных мнений. Античные философы в большинстве сво-
ем придерживались мнения, что язык создал в древ-
ние времена Бог или Учитель ("Ономатет"), давший
первые имена. В средневековье считалось, что языком
Адама был древнееврейский, изобретенный богом.
Поддерживалась идея, идущая от мифологических
времен, будто имена и обозначаемые ими предметы
неразрывно связаны и даже могут заменять друг дру-
га. Отсюда процветание магии. Позднее была сформу-
лирована гипотеза произвольности означающего знака
и означаемого (Д. Локк, Т. Гоббс, Ф. Бэкон), в совре-
менном понимании наиболее четко сформулированная
Ф. де Соссюром.
"Вплоть до конца XVI столетия категория сходства играла кон-
структивную роль в знании в рамках западой культуры. Имен-
но она в значительной степени определила толкование и интер-
претацию текстов; организовывала игру символов, делая возмож-
ным познание вещей, видимых и невидимых, управляла искус-
ством их представления. Мир замыкался на себе самом: земля
повторяла небо, лица отражались в звездах, а трава скрывала в
своих стеблях полезные для человека тайны. Живопись копирова-
ла пространство. И представление - будь то праздник или зна-
ние - выступало как повторение: театр жизни или зеркало ми-
ра - вот как именовался любой язык, вот как он возвещал о себе
и утверждал свое право на самовыражение" 122.
Спорили ученые и о первичности происхождения

- - -
122 Фуко Л. Слова и вещи. - Прогресс, 1977. - С 61.

существительных или глаголов. Представители фран-
цузской школы Э. Б. Кондильяк, Ж. Ж. Руссо,
П. Л. Мопертюи полагали, что первыми появились
имена существительные. Были и другие мнения. Из-
вестны трудовая теория происхождения языка и мно-
гие други/128.
Связь между категориями мышления и языка ин-
тересовала Лейбница и Декарта. Родилась идея со-
здания всеобщей универсальной грамматики, отража-
ющей категории мышления. Большое позитивное вли-
яние на развитие этого направления оказала общая
грамматика, разработанная в XVII в. французскими
учеными К. Лансло и А. Арно (Пор-Рояль, 1660). Это
истоки структурализма.
Заметим, что модель охотника и жертвы дает цель-
ную и строгую картину происхождения языка и позво-
ляет единообразно объяснять многие факты мифоло-
гического мышления.
По-видимому, установление и закрепление первых
наименований обусловливалось наличием так называ-
емой положительной обратной связи. Такие связи по-
стоянно возникают в человеческих сообществах и вы-
зывают нарастающее резкое доминирование вначале
незначительного случайного повторяемого и конкури-
рующего фактора. В экономике механизмы положи-
тельной обратной связи определяют победу в конку-
ренции двух технологий и рыночные отношения. Мате-
матические аспекты положительной обратной связи
недавно исследовали советские ученые из Института
кибернетики им. В. М. Глушкова АН УССР Ю. М. Ер-
мольев, Ю. М. Каниовский и американец У. Б. Артур
из Стэнфордского университета (СЩА) 124.
Развитие языка и мышления обеспечивается нара-
станием динамического усложнения универсальных
стрктур языка. До времен античности развитие схе-
мы предложений шло в основном по линии усложне-
ния уточняющих комментариев частей предложения.
Это отражает развитие образного ассоциативного
мышления. Затем начинается постепенное усложнение
рекурсивных схем в сочетании с развитыми механиз-
мами порождения ассоциативных образов. Это уже

- -
123 Донских 0. А. Происхождение языка как философская
проблема. - Новосибирск: Наука, 1984. - 127 с.
124 Артур У. Б., Ермольев Ю. М., Каниовский Ю. М. Адаптив-
ные процессы роста моделируемые схемами урн // Кибернетика

мышления эпохи Ренессанса. Так как новые возмож-
ности мышления начали активизироваться на фоне
развитого образного мышления, рекурсивные приемы
вначале проявились в живописи. Перспектива была
изобретена художниками Ренессанса.
Наконец, сейчас мы наблюдаем доминирование
рекурсивных схем. Постоянно появляются рекурсив-
ные сюжеты, в значительной степени усложнилась ре-
курсивная структура сложных предложений. Когда-то
невозможно было произнести имя вещи, не видя ее.
Теперь слова и символы уже не связаны конкретно с
обозначаемыми вещами и событиями. Они приобрели
возможность независимого существования в идеаль-
ном пространстве языка.
Вся глубина мира отражается в рекурсивном
язы-
ке. Заратустра, предрекая появление нового человека,
подвел итог:
"Мир глубина,
Глубь эта дню едва видна... " 125
Современный человек, склоняясь
перед стихиями
языка, вынужден заглядывать в эту глубь, испытывая
неосознанный, но теперь уже объяснимый ужас, все
еще пытаясь удержаться на кромке привычного. Язык
завершил свой цикл развития, превратился в функци-
онально полную систему. Рекурсивное развитие рекур-
сии снова рекурсия. Поэтому нет принципиально но-
вых механизмов развития. Возникает кризис схемы
мышления человека, обусловленный вечным поиском
нового нашим неуемным разумом и завершением схем
развития языка.
"Во всяком случае, ясно
одно: человек не является ни самой
древней, ни самой постоянной из проблем, возникавших
перед че-
ловеческим познанием...

Вовсе не вокруг него и его тайн издавна ощупью рыскало
познание. Среди всех изменений, которым подвергалось
знание
вещей и их порядков, знание тождеств, различий, признаков,
эквивалентов, слов, - короче, среди всех эпизодов этой
глубинной
истории Тождественного лишь один, который начался полтора
века назад и, быть может, скоро закончится, позволил
явиться об-
разу человека. И это было не избавлением от давнего беспокой-
ства, не выходом из тысячелетней заботы к ясности осознания,
не подступом к объективности того, что так долго было
достоя-
нием веры или философии, - это было результатом
изменения
фундаментальных диспозиций знания. Человек, как без труда
по-
казывает археология нашей мысли, - это изобретение недавнее.
И конец его, быть может, недалек.

- - - -
125 Ницше Ф. Так сказал Заратустра. - М.: Изд-во Моск.
ун-та, 1990, - С. 281.

Если эти диспозиции исчезнут так же, как
они некогда поя-
вились, если какое-нибудь событие, возможность которого
мы мо-
жем лишь предчувствовать, не зная пока ни его облика,
ни того,
что оно в себе таит, разрушит их, как разрушена была
на исхо-
де XVIII века почва классического мышления, тогда - можно
по-
ручится - человек исчезнет, как исчезает лицо,
начертанное на
прибрежном песке"/126
Река времени, кажется, начала движение
вспять.
Рассыпалась старая мозаика символов. Компьютеры,
эксперименты на мозге, моделирование психики,
управление сознанием, экстрасенсы, биополя, гравита-
ция, искусственный разум, стихии языка, политические
неурядицы, страх перед будущим, самоубийства,
жизнь после смерти, забытые религии, тайные знания,
гордые цари, развалины цивилизации, потерянные
имена, охотники и их жертвы...
Налицо кризис сознания, предсказанный
анализом
развития языка. И в этом хаосе уже начинают прояв-
ляться контуры нового мышления с новыми возможно-
стями отражения мира. Пока еще трудно с уверен-
ностью утверждать, какие зто будут возможности: те-
лепатия, лептонные поля, коллективный разум, визу-
ализация мыслей или что-то другое. Кажется, природа
пока еще сама перебирает варианты, не зная, на чем
остановиться. Но опять возникнут базисные структу-
ры, которые с неизбежностью, подчиняясь универсаль-
ным законам развития, образуют конструкции нового
сверхъязыка. И будет бесконечно жаль (только кому
тогда жалеть? ), если человечество по игре случая или
злой воле закончит путь саморазвития и упустит уни-
кальную близкую возможность нового знания.
Подведем итоги. Мы рассматривали язык
как объ-
ект системного (алгоритмического) анализа. В чем-то
эта идея близка к подходу гуманитарных структура-
листов и авторов общей грамматики Пор-Рояля.
Все же методологической основой предлагаемого под-
хода послужили развитые за последние годы теория
алгоритмов и программирование. И только сейчас на
этой почве стал возможен универсальный синтез есте-
ственно-научного и гуманитарного знания. Математи-
ческие теории и строгие методы берутся от первого
знания, но применяются к неточным объектам второго.
Такой подход может быть оправдан только в случае
адекватности методов использования и исследуемых
объектов. Но теория алгоритмов как раз и возникла

- - -

126 Фуко М. Там же - С 487

как строгая формализация законов целенаправленных
действий, наблюдаемых в искусственных и естествен-
ных системах. А в языках программирования постоян-
но моделируются динамические взаимодействующие
объекты. Обе эти науки призваны быть точным ин-
струментарием для манипуляций с отражениями ре-
ального мира. Поэтому есть прямое соответствие меж-
ду алгоритмическими методами исследования и струк-
турами естественного языка. Общие схемы теории ал-
горитмов или алгоритмических языков совпадают со
схемами естественного языка. Необходимо подчерк-
нуть, что в последнем некоторые базисные понятия мо-
гут быть неуточняемыми в силу их исконной неточнос-
ти интерпретации. Но варьировать схемы языка, изу-
чать их в контексте с общими алгоритмическими схе-
мами вполне допустимо.
Наша исходная
прагматическая задача - анализ
естественного языка с целью построения действующих
систем искусственного интеллекта. Основа таких си-
стем - алгоритмы анализа и порождения структур
естественного языка. Создать такие алгоритмы невоз-
можно без четкого представления процессов, происхо-
дящих в мышлении и языке. В силу этого необходимо
было разобраться в строении основных механизмов
динамического развития языка. В свою очередь, эта
задача неразрывно связана с проблемой происхожде-
ния языка, относящейся к разряду фундаментальных
философских проблем, связанных с загадкой проис-
хоидения человека. Пришлось отправиться в страну
мифов. Там было много опасностей, связанных с охот-
никами и их жертвами, был длинный путь, занявший
много времени. Все же удалось разобраться в базис-
ных структурах мифологического мышления, устано-
вить системные законы восприятия и отражения мира
ранним сознанием. Вполне конкретная инженерная
задача оказалась невозможной без привлечения гума-
нитарного знания, накопленного многими поколени-
ями ученых. В свою очередь, гуманитарное знание по-
лучило новый метод анализа. Попутно пришлось ре-
шать чисто лингвистические и психолиигвистические
задачи, связанные с представлениями древних. Таких
задач оказалось достаточно много. Не все они имеют
прямое отношение к нашей исходной цели, но все же
служат обоснованием правильности выбора базовых
положений. Поэтому мы задержались в том далеком
краю. Познакомились с древними воинами, богами,

трагическим царем, схемами мифов, "царевной-лягуш-
кой", сказочными персонажами. Повторили старую
историю, замаскировав ее под современную фантасти-
ку. Но время подгоняет, и мы уже в другом мире, где
действует волшебная магия слов.
Многие станут возражать. Нужны
ли программы,
сочиняющие стихи? Куда им до признанных авторов!
Но здесь проверяется правильность общей модели ас-
социативно-поисковых алгоритмов искусственного ин-
теллекта. Вот почему эта задача представляет несом-
ненный практический интерес. В принципе не видно
ограничений на возможность создания "хороших" с
точки зрения эстетического восприятия человека сти-
хотворений. Более того, возникает новое искусство
представления внутреннего мира, переживаний чело-
века, его ассоциативного восприятия мира в виде спе-
циальных семантических схем, которые затем обраба-
тываются программами, генерирующими стихи. Здесь
не исчезает индивидуальность человека, а, наоборот,
проявляется наиболее ярко. Из богатой семантической
сети можно извлекать огромное многообразие новых
неожиданных ассоциативных потоков. И наоборот, по
скудной сети невозможно построить хорошее стихотво-
рение. Конечно, возрастает возможность плагиата
представляющих семантических сетей. Но это уже
проблемы этического порядка, которые здесь мы об-
суждать не будем.
Наконец, вступаем в область рекурсивных постро-
ений. Это загадочная область удвоений, отражений,
страшных снов. Рекурсия в своем пространстве раз-
вертывания позволяет создавать взаимодействующие
копии системы, возможно измененные. В сознании
человека рекурсия связана с чувством ощущения гл -
бины. Поэтому она, при выражении средствами искус-
ства, имеет сильное влияние на человеческое сознание.
Естественный язык обнаружил глубину включением в
себя рекурсивных схем порождения и представления.
Рекурсивная модель языка уже близка к той модели,
с поиска которой началось наше путешествие. Схема
языка приобрела завершенность. На этом заканчива-
ется алгоритмическое развитие языка, завершается
круговорот реки времени.
Системный подход обладает универсальностью.
Мы
начали с классической однонаправленной схемы ли-
нейного взаимодействия по типу "охотника и жертвы".
Это евклидова геометрия и механика Ньютона, Воз-

можно, в других мирах иные базисные структуры жиз-
необеспечения - какие-нибудь вихревые поля, точеч-
ные энергии, слабые взаимодействия, квантомехани-
ческие эффекты или что-то еще. Их также можно ана-
лизировать аналогичным вышеизложенному способом,
выделяя составные части взаимодействия. Это непри-
вычное для нас мышление "охотников" чуждого мира.
Даже если такого мира и не существует в действи-
тельности, все равно сохраняется аксиоматическая си-
стемная логика языка и мышления, сохраняется поня-
тие связи по ассоциации, системной устойчивости,
отрицания отрицания и рекурсивного развития. Мож-
но строить теоретические модели универсальных язы-
ков Вселенной. Можно создавать и предсказывать
логику мифов этого мира и предельные структуры
сверхъязыка. Возможно, в этих фантастических играх
и есть смысл нашего существования. Неевклидова гео-
метрия появилась раньше обнаружения ее физичес-
кой реальности.
Начав с самых старых
мифов, мы пришли к пре-
дельным фантастическим рубежам. И кому-то - воз-
можно, читателю этой книги - предстоит преодолеть
этот рубеж. Там наша истинная родина. Там разыг-
рывается бесконечное представление языка. Ведь ми-
фы обладают загадочным свойством возвращаться.

***

Длинными веками и короткими мгновениями пишется
вечная Книга мира. И мы - ее загадочные персонажи,
читаем и пишем ее, и, может быть, еще кто-то читает
и пишет о нас. Совсем недавно там появилась новая
тема - человек и компьютер. Каковы алгоритмы разу-
ма, в чем их предназначение, как они появились - вот
проблемы, в которых еще предстоит разобраться. Но
уже сейчас многое проясняется. Когда-то человек во-
шел в мир таинственно и бесшумно, сейчас с его по-
мощью в мир бесшумно и незаметно входят интеллек-
туальные машины. И уже никто и ничто не сможет ос-
тановить это тихое вторжение. Этому способствуют да-
же те, кто логически или эмоционально доказывают
невозможность этого. Как показывает анализ языка -
в чем мы уже убедились - в природе нет абсолют-
но истинных отрицательных утверждений. Такова не-
избежность нашего мира, такова следующая загадоч-
ная глава книги жизни.

Короткая остановка. Путешествие не закончено.
Этот путь без конца. Впереди опять поворот, и манит
загадочный мир. И кто-то снова собирается в дальний
путь. Опять будут звезды и первобытные темные ночи,
опять промелькнут древние времена, прочитаются за-
крытые мифы, на вечном пиру соберутся; герои, рас-
тают волшебные замки, уснут великаны, стерегущие
мир, и, воспользовавшись этим, знакомые электронные
существа повторят вечные схемы языка; от их закли-
наний потемнеют старые зеркала, и неистовая Вселен-
ная, подчиняясь всесильной магии слов, будет снова
украдкой смотреться в свои, пока еще неясные, отра-
жения в новых всплесках реальности. В языке - все
тайные книги мира и ключ к их прочтенинию. Каждый
молжет начать свой путь. Позтому - компьютерная
лингвистика для всех.