Кривошеин В. Ангелы и бесы в духовной жизни по учению восточных отцов

ОГЛАВЛЕНИЕ

I. ЖИТИЕ ПР. АНТОНИЯ ВЕЛИКОГО (251-356)

Указания на роль ангелов и бесов в духовной жизни могут быть найдены в церковных писаниях с самого начала христианства. Тем не менее только с возникновением монашества и выработки аскетического учения в четвертом веке этот вопрос стал рассматриваться систематически и более обстоятельно. Первым значительным произведением такого рода является, несомненно, "Житие пр. Антония", написанное св. Афанасием Александрийским8. "Житие" может быть рассматриваемо как классическое выражение православного учения об участии, принимаемом силами тьмы в духовной борьбе человека. Оно сохраняет до нашего времени свое жизненное значение, хотя более поздние духовные писатели и подошли, может быть, более глубоко к рассмотрению вопроса. Само монашество понималось св. Афанасием (и его современниками) не только как путь к личному спасению и освящению, но прежде всего как борьба против темных демонских сил. Конечно, всякий христианин обязан принимать участие в этой духовной войне, монахи, однако, образуют собою авангард или ударные части, которые нападают на врага непосредственно в его убежище - в пустыне, которая считалась особенным местом жительства бесов после распространения христианства в населенных местностях. Удаление от мира понималось не как попытка избежать борьбы со злом, но как более активное и героическое сражение с ним. Поэтому монахи окружены бесами. "Мы имеем страшных и лукавых врагов, - говорит пр. Антоний своим ученикам, - злых бесов, и против них наша борьба"9. "…Велико их множество в окружающем нас воздухе, и они недалеко от нас"10. Мы находим в "Житии" много описаний способов, которыми пользуются бесы, чтобы нас искушать. Во-первых, они стараются отклонить монаха от подвижнического пути и внушают ему оставить монашескую жизнь11. Далее, они начинают искушать различными дурными мыслями и плотскими желаниями12. После этого они пытаются испугать подвижника устрашающими фантастическими явлениями13. Но если подвижник сопротивляется всем этим искушениям, и диавол видит себя "изгоняемым из его сердца"14, он является ему в человеческом образе15. Вся эта борьба имеет преимущественно духовный характер, но бесы действительные живые существа, способные даже производить такие вещественные действия, как, например, шум, который может быть слышен другими лицами извне16. Они даже способны причинять серьезные физические повреждения, как, например, раны тем, кого они искушают. Так, пр. Антоний был так безжалостно избит злыми духами в начале своей подвижнической жизни, что он был оставлен ими "лежащим на земле как мертвый"17. Он был найден в таком состоянии другими лицами на следующее утро. Он заверял, что испытанные им боли были столь сильными, что, как он говорил, раны, наносимые людьми, никогда не могли бы причинить такое мучение18. Бесы также пользуются различными хитрыми приемами с целью вкрасться в доверие подвижника. Они поют, читают псалмы, будят его на молитву, внушают поститься и т.д.19

Было бы, однако, совершенно неправильно заключать из обширного места, уделяемого бесовским искушениям и явлениям в "Житии пр. Антония", что монахи его времени были устрашены могуществом темных сил. У них, конечно, было живое ощущение их действительности, основанное на личном опыте, но вместе с тем они твердо веровали, что сила сатаны была уничтожена в воплощении и на Кресте, так что христиане способны с помощью Божией их побеждать. Эта мысль повторно подчеркивается в "Житии пр. Антония": "С тех пор как Господь посетил землю, враг пал и силы его ослабели. Поэтому хотя он бессилен что-либо сделать, но, как падший тиран, он не может успокоиться и продолжает угрожать хотя бы одними словами. Пусть каждый из вас помышляет об этом, и он сможет презирать бесов"20. Не страх, но презрение является подлинно христианским отношением к бесам. "Не следует совершенно их бояться, ибо все их предприятия обращены в ничто благодатью Христовой"21. В нашем распоряжении есть много оружий для борьбы с ними: вера в Бога, добрая жизнь, память о вечном мучении, молитвы и, особенно, крестное знамение. "Бесы, - говорит пр. Антоний, - очень боятся знамения Креста Господня, ибо на нем Спаситель разоблачил и выставил их на позор"22. Сам Христос приходит к нам на помощь, как это случилось с пр. Антонием23. И если мы будем всегда помнить, что Господь с нами, бесы исчезнут как дым24.

Однако эта неспособность бесов открыто нападать на христиан заставляет их пользоваться другими хитрыми, "обходными" приемами. Так, они являются в образе ангелов света и обманывают нас ложными видениями. Пр. Антоний переходит здесь к вопросу о различении духов. Это одна из наиболее интересных частей его духовного учения25. Она дает ему повод говорить и о роли добрых ангелов в духовной жизни, с целью различить их от злых духов. Бесы, как пр. Антоний объясняет своим ученикам, часто являются в виде ангелов. Они даже уверяют нас: "Мы - ангелы"26. Христиане, однако, с помощью Божией без труда отличают доброе явление от злого по его действию на душу. "Легко и возможно, - говорит пр. Антоний, - различить присутствие добрых и злых сил, когда Бог дает нам это. Видение… святых (сил) чуждо смущения… оно бывает столь тихо и кротко, что сразу радость и ликование и смелость возникают в душе. Ибо посреди них находится Господь, Который есть наша радость и Сила Бога Отца. Душевные мысли остаются несмущенными и без волнения, так что душа видит тех, кто ей являются, озаренная ими. Ибо сильное желание божественных и будущих вещей входит вместе с ними в душу, и она всячески хочет соединиться с ними"27. Даже если явление устрашает нас своим Божественным величием, это чувство немедленно рассеивается теми, кто является28. "Когда… вы увидите кого-нибудь и испугаетесь, если страх будет сразу отняти вместо него наступит неизреченная радость, благодушие и дерзновение… и безмятежность в мыслях… мужество и любовь к Богу, будьте смелы и молитесь. Радость и состояние души указывают на святость Того, Кто присутствует"29. Совершенно противоположно действие темных сил. Их явление сопровождается шумом, смущением и страхом. Оно производит дурные чувства, беспорядок в мыслях и пренебрежение к добродетели30. И чувство страха не проходит, как при добром явлении31. Однако мы не должны никогда терять нашего мужества, когда мы видим видение. "Когда воображается какое-нибудь видение, не падай в страхе перед ним, но кто бы оно ни было, спрашивай прежде всего со смелостью: "Кто ты? И откуда?" И если это было видение святых сил, они извещают тебя об этом и превращают твой страх в радость. Если же это было нечто диавольское, оно немедленно ослабевает, когда видит тебя укрепившимся умственно. Ибо просто спрашивать есть уже доказательство несмущенности"32.

Видение Божественного Света и его различение от сатанинских подражаний не занимает значительного места в "Житии пр. Антония". Указания на это могут быть, однако, найдены в нем. Так, пр. Антоний рассказывает, как бесы "пришли однажды в темноте, имея с собою видимость света, и говорили: "Мы пришли посветить тебе, Антоний!" Но я, закрыв мои глаза, молился. И свет нечестивых погас немедленно"33. Обстоятельство, что Антоний закрыл свои глаза с целью избежать видение бесовского света, позволяет нам заключать, что этот свет был, по-видимому, вещественным. То же самое "Житие" повествует нам, однако, как Господь пришел однажды Сам на помощь к Антонию во время одной страшной борьбы с бесами. Антоний "посмотрев вверх… увидел крышу как бы раскрываемую и некий луч света, нисходящий к нему"34. Это описание поразительно напоминает нам некоторые видения Божественного Света великого мистика одиннадцатого века пр. Симеона Нового Богослова35: "Бесы внезапно исчезли, телесная боль сразу прекратилась… Антоний, чувствуя помощь… молился явившемуся видению, говоря: "Где Ты был? Почему Ты мне не явился сначала, чтобы прекратить мои боли?" И к нему был голос: "Антоний, Я был здесь, но Я ждал, дабы увидеть твою борьбу""36.

Мы не должны, однако, предполагать, что различение духов является таким простым делом. Оно легко и возможно, "когда Бог дает нам это", как мы уже об этом упоминали. Другими словами, это не чисто естественная способность, но прежде всего дар Божий. Антоний говорит сам: "Должно молиться… чтобы получить дар различения духов, дабы, как написано, мы не веровали бы всякому духу"37. Может возникнуть вопрос, как злые духи могут нам вредить, если их сила была сломлена Господом на Кресте? Конечно, только с позволения Божия могут они нас искушать для нашей собственной пользы. И, если они преуспевают причинить нам вред, это бывает всегда по нашей вине. Мы даем им силу нашим нерадением. Сатана сам признает это в "Житии". Он является Антонию и признается в своей слабости. Но он протестует против обвинения, будто бы это он искушает монахов. "Это не я, - говорит он, - кто причиняет им затруднения, но они сами смущают себя, ибо я стал бессильным"38.

Таково, вкратце, учение афанасиевского "Жития пр. Антония" об участии невидимых сил в нашей духовной жизни. У Антония есть живое ощущение действительности темных сил и их постоянного вмешательства в нашу жизнь. Они искушают человека скорее извне, посредством различных явлений и т.д., хотя они и способны внушать дурные мысли и греховные чувства. Тем не менее их сила была решительно сокрушена на Кресте, так что христианин не должен бояться их совсем. В этом раннем писании победоносного христианства есть много юношеского оптимизма, который не мог быть всегда разделяем более поздними христианскими поколениями. Добрые ангелы упоминаются в "Житии" только мимоходом39.

К четвертому веку относится и другой замечательный памятник по истории монашества и духовной жизни - "Житие пр. Пахомия" в его различных редакциях40. Оно дает нам богатый и интересный материал о бесовских силах. В общих чертах, однако, он мало отличается от данных, которые мы находим в "Житии пр. Антония". Поэтому мы приведем здесь из него всего лишь одно место, дающее указания для различения между истинными и ложными видениями. Согласно с пр. Пахомием, истинные видения всецело пленяют сознание своею святостью, так что никакое сомнение не может возникнуть в нас. Самое незначительное сомнение есть уже признак того, что явление имеет бесовский характер. "Бес, - повествует "Житие", - явился однажды ему (Пахомию) во образе Христа, и говоря, что он есть Христос… Но так как святой обладал различением духов, так что он мог различать лукавых духов от святых, …он сразу же подумал: "При видении святых сил мысли видящего видение совершенно исчезают. И они ничего не рассматривают, кроме как святость того, что является; а вот я вижу это, думаю и мыслю. Ясно, что видение лжет. Это не видение святых сил". И пока он так думал, ложное видение исчезло41. Интересным моментом является здесь видение беса в образе Христа.