Николаева И., Карначук Н. Культура варварского мира

ОГЛАВЛЕНИЕ

Человек и природа. Черты аграрно-скотоводческого культа в варварском сознании

Варвар - это человек, всеми узами своего существования теснейшим образом связанный с окружающей природой. Эта связь существует буквально во всех сферах его жизнедеятельности - будь то труд или война, что, естественно, фиксировалось культурной традицией.

Взаимозависимость человека и природы так, как она понималась варварами, отчетливее всего видна в аграрно-обрядовых культах. Один из ранних могущественных богов, Фрейр, изображался с фаллосом в руках - он лично отвечал за урожай, приплод скота и хорошую или плохую погоду. Впоследствии его, его сакральное могущество частично передается и человеку - конунгу. Удачливый конунг приносит счастье и процветание своему народу, тот же вождь, от которого удача отвернулась, неизбежно призовет беды на головы всех, подвластных ему.

Саги гласят - на протяжении трех лет после смерти Фрейра его скрывали в кургане, объявляя, будто он жив, и тем самым, поддерживая благополучие народа - так продолжалось и при его сыне. Но при конунге Домальди урожаи ухудшились, и в Швеции начался голод. Тогда жители устроили в Упсале - в главном святилище - большое жертвоприношение - на первый год в жертву принесли волов, на второй - устроили человеческие жертвоприношения, на третий - умертвили конунга и кровью его омыли алтарь.

Самым счастливым и удачливым правителем Норвегии считался конунг Хальвдан Черный, страна при нем процветала. Поэтому после его гибели жители всех областей просили, чтобы его тело было погребено в их земле. С общего согласия останки разделили на четыре части, и каждая область Норвегии получила свою часть тела конунга - а значит, и долю его счастья. Таким образом, сакральным носителем удачи и плодородия оказывается не только бог или живой конунг, но и его тело после смерти.

Помимо Фрейра, отвечавшего за плодородие, в пантеоне германцев заметную роль играл Бальдр - бог весны. И здесь в мифологии германцев мы видим культурную параллель мифам многих других народов с их архетипом умирающего и воскресающего бога - достаточно вспомнить культ Осириса.

В "Прорицании вёльвы" можно найти следы этого культа, свидетельствующие о том, сколь большие надежды и страхи были связаны с гарантированным возвращением благодатной весны, плодородия.

Там рассказывается, что сначала не было ничего, затем асы подняли землю и устроили прекрасный Мидгард. Его центром является мировое древо - ясень Иггдрасиль. Из куска ясеня и ивы асы сделали людей, вдохнув в них жизнь.

Но золотое время было прервано войной богов - слепой бог Хёд убил Бальдра - сына Одина. А Хёду отомстил Вали, брат Бальдра, родившийся за ночь до этого. И с этого момента кончился золотой век, и начались жестокие, кровопролитные войны как в мире богов и великанов, так и в мире людей. И будут бедствия и вражда царить на земле вплоть до последней битвы, в которой погибнут боги-асы, а также и их хтонические противники (змей Ёрмунганд, волк Фенрир, пес Гарм), но потом золотой век вернется, оживут Бальдр и все убитые.

Германец, как и любой другой представитель традиционных обществ, был тесно связан с землей, кормившей его, усадьбой, хутором или деревней, где протекала большая часть его жизни. Это обстоятельство вкупе с особенностями мышления, сравнительно слабо рационализировавшего отношения человека с окружавшей действительностью, наложило отпечаток на культурные представления варваров. В германских языках мир, населенный людьми, означал мидгард – обустроенное, огороженное, защищенное “место посередине”. Все, что находилось за границей мидгарда называлось утгард, который воспринимался как место прибывания злых и враждебных германцам сил, где властвуют чудовища. В “Беовульфе” дворец Хеорот (Оленья палата), принадлежавшей племени данов, противопоставлен месту, где обитает их страшный враг – дракон Грендель. Его логово находится на дне горного озера, населенного чудовищами. Мир Гренднля – это перевернутый мир героев, Беовульфа. Его географическая изолированность сопряжена в мироощущении людей той эпохи с его этической, социально-психологической инаковостью. Там не действуют общепринятые данами нормы. Грендель живет как изгой, не сообразуясь с правилами человеческого сообщества. Так, например, убивая данов, он не платит вергельд (“цену крови платить и не думает”).

Большая степень одушевленности отношения германцев к земле видна в таком явлении как одаль – наследственном семейном владении у многих германских народов. Одалем называли не только лишь пахотную землю, но и отчизну в узком и широком смысле слова. Одновременно понятие одаля имело отношение к благородству, родовитости, знатности. Применительно к этой эпохе последние были символом происхождения от свободных предков, среди которых нет ни рабов, ни вольноотпущенников.

Эпоха великого переселения народов, связанная с подвижками варваров, перемещением их на большие расстояния, расселением на новых землях меняла условия их жизни и хозяйствования на земле. У некоторых германских племен, например у франков, в эту эпоху бурно шел процесс трансформации общины земледельческой, большесемейной в соседскую. Эдикт Хильперика закрепил право женщины на наследование земли. Расширились границы владения собственностью и соответственно границы свободы поведения индивида. Все это в совокупности создавало предпосылки для постепенной десакрализации отношения человека к земле, “расколдовывания” взаимосвязи “Земля – Род – Человек”.

И, тем не менее, традиционное, сакральное в своей основе восприятие земли как места обитания, хозяйствования или же цели миграции было глубоко укоренено в архетипах коллективного бессознательного. Яркий тому пример – “ойум” - сказочная земля готов. Военная миграция этих племен осуществлялась в поисках утраченной некогда предками земли, своего рода земного рая. Этот мифический Готланд в условиях вынужденного переселения готов под натиском гуннов дарил им иллюзию возможного возвращения в “золотой век”, манил смутными ожиданиями мира и изобилия.