Лукина М. Технология интервью

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 2. РЕЖИССУРА ИНТЕРВЬЮ

§ 1. Подготовка к интервью

§ 2. Драматургия интервью

§.3 Завершение интервью

§ 1. Подготовка к интервью

Чтобы понять, по каким правилам работает механизм журналистского интервью, разобьем процесс на условные составляющие, от определения целей до завершения беседы. В качестве примера выберем «стерильный» случай интервью, не связанный временными рамками, положением в пространстве или иными ограничениями — словом, идеальный, когда теоретически возможно пройти все стадии рабочего процесса. Надо учесть, однако, что в такой «тепличной» ситуации журналист оказывается нечасто. Он, как правило, работает в режиме жестких сроков сдачи материала, когда с неизбежностью выпадает одно или даже несколько звеньев из цепочки этапов. Тем не менее для достижения профессиональных результатов интервьюеру следует стремиться пройти весь путь от начала до конца.

Работу над интервью можно разложить на три последовательные стадии: подготовка; проведение; завершение.

На первой стадии, которая предваряет ход беседы, осуществляется очень важная работа по планированию интервью, определяются его цели, изучаются информационные ресурсы, осуществляется первый контакт с собеседником, назначаются время и место встречи, продумываются возможные риски, стратегия беседы и основная тематика вопросов. Перечислим еще раз наиболее важные шаги по подготовке интервью: определение его целей; предварительное исследование; организация встречи; обдумывание характера вопросов, а также стратегии и тактики интервью.

Рассмотрим последовательно основные операции стадии подготовки к интервью.

Определение целей интервью. Это стартовая позиция. От того, насколько ясны цели интервью, зависит успех всех последующих шагов. Задуманное и предложенное вами или запланированное редакцией интервью надо «проверить на прочность», поставив перед собой несколько вопросов, ответы на которые во многом прояснят ваши целевые установки.

§ Зачем вы хотите взять интервью? » Каких результатов хотите достичь?

§ Почему для решения этих задач вы выбрали именно этого собеседника?

§ Интересен ли он лично вам?

§ Есть ли к нему интерес у широкой публики?

Если после ответов на эти вопросы у вас не сложится ясное представление о том, ради чего, собственно, намеченное интервью должно состояться, беседа может превратиться в бессмысленную болтовню, от которой станет неловко и вам, и вашему партнеру.

Ясная картина целей должна сложиться не только у журналиста. Рассказать о ней необходимо и будущему собеседнику. Причем если вы доходчиво сформулируете цели интервью, то, во-первых, облегчите себе разработку вопросов (кстати, типичное для начинающих журналистов: «Не знаю, что спросить» — происходит именно от смутного представления о целях); во-вторых, уменьшите вероятность непонимания со стороны собеседника и сумеете убедить его в необходимости встречи. Когда цели ясны и четко сформулированы, у вашего партнера тоже появляется вполне объяснимое чувство уверенности в том, что его выслушают, поймут и постараются донести услышанное до читателя.

Цели интервью определяются многими факторами. Это и особенности характера собеседника, и его роль в определенной ситуации, и сложившиеся социально-политические обстоятельства, и масштаб проблем, которые связаны с героем, и возникшие в этой связи общественные стереотипы.

Предположим, вы решили взять интервью у начальника Службы спасения города Москвы. Какую цепь вы перед собой ставите? Выяснить обстоятельства и подробности какого-то происшествия (например, спасения ребенка во время пожара), в котором принимали участие работники этой службы? Или вас интересует общая картина происшествий в Москве и то, как в принципе работает Служба спасения? А может быть, вас привлекла фигура самого начальника с его необычной (или, наоборот, обычной) судьбой? Вызовет ли интерес у широкой публики его жизненная история? Но в его ведомстве могли возникнуть определенные проблемы, о которых уже пошли слухи, и надо прояснить ситуацию?

Как видно, каждая из поставленных целей достойна отдельного интервью. Однако надо иметь в виду, что бывают ситуации, когда в беседе выясняются серьезные подробности, способные изменить первоначальные планы и скорректировать цели интервью.

Предварительное исследование. В зависимости от поставленных целей сбор рабочего материала о герое или ситуации, в которую он вовлечен, может либо проводиться по полной программе, либо ограничиться кратким поиском, либо вообще не проводиться. Подготовка или экспромт — вот выбор, который придется сделать журналисту перед каждой своей встречей. Вот что по этому поводу думают два опытных журналиста.

Анатолий Рубинов: «Естественно, на интервью надо идти подготовленным. Министр путей сообщения будет смеяться над вами, если вы спросите его об изменении расписания электричек на следующий год. Но если вы посидите в библиотеке, изучите старинное расписание поездов четырнадцатого, сорок третьего, пятьдесят пятого года и сформулируете свою точку зрения на будущее расписание, тогда разговор будет совсем иным. Если министр увидит вашу осведомленность, почувствует ваш интеллект, ошеломленный, он может рассказать вам очень много интересного...»[1].

Урмас Отт: «Интервью с Родниной и Евстигнеевым можно считать встречами-экспромтами, к которым у меня не было достаточно времени и возможностей тщательно подготовиться. Я признаюсь сейчас в этом со спокойной совестью, поскольку мой опыт подсказывает, что от подготовки может зависеть многое, но не все. Люди почему-то привыкли верить в то, что если ты предварительно изрядно попотел, то твой труд обязательно должен увенчаться шедевром. Увы, это далеко не всегда так. От чего на самом деле зависит успех, не знает, к счастью, никто, и я думаю, что моя профессия многое потеряла бы, лишилась очарования азартного ожидания, если бы кто-то когда-то открыл этот секрет. Я, во всяком случае, предпочту встретиться и без подготовки, чем сразу признать свое поражение, отказавшись от встречи. Если бы кто-то сейчас позвонил мне и сказал, что через пять минут у меня будет возможность встретиться с тем-то и тем-то и записать передачу, я бы непременно ухватился за эту возможность вместо того, чтобы попросить хотя бы несколько часов отсрочки и побежать в библиотеку. Конечно, человек этот должен меня по-настоящему интересовать и, конечно, я должен быть уверен в том, что он интересует и зрителей»[2].

В репортерской текучке нередки ситуации, когда нет времени на серьезную предварительную работу и приходится полагаться на обрывочные сведения, которые удалось добыть. Тем не менее часто и таких сведений бывает достаточно для краткого актуального интервью или для одного-двух вопросов на пресс-конференции.

Журналист получил задание подготовить сообщение о прибытии в Москву Генерального секретаря Всемирной организации здравоохранения. Редактор намекнул, что во время пресс-конференции в аэропорту желательно задать ему эксклюзивный вопрос от редакции. Какими источниками можно воспользоваться за весьма короткий срок? Вот перечень возможных вариантов информационных ресурсов:

§ телефонный звонок в московское отделение ВОЗ по поводу целей визита (возможно, там уже подготовлен пресс-релиз);

§ работа с редакционным досье (скорее всего там будут сведения об основных программах этой организации и о ее руководстве);

§ просмотр имеющихся ресурсов в Интернете, в том числе зарубежных, с помощью разных поисковых систем;

§ советы и идеи коллег по работе;

§ во время ожидания в аэропорту ценной информацией могут поделиться коллеги из других изданий.

Если журналист располагает временем, то для предварительной подготовки желательно воспользоваться источниками с максимально возможной полнотой. Ресурсы для предварительного исследования можно разделить на две большие группы: документальные и устные.

К документальным, которые представляют собой разного рода письменные источники, относятся:

§ справочная литература (энциклопедии, словари, справочники);

§ специальные источники (финансовая документация, статистические отчеты, данные социологических опросов и т.д.);

§ научная литература (монографии, диссертации, научные статьи и т.д.);

§ периодика (подшивки газет и журналов, подборки тематические или по персоналиям);

§ досье (собственные, редакционные и т.д.);

§ разного рода базы данных;

§ ресурсы Интернета.

Другую группу информационных ресурсов для предварительного исследования представляют устные (реже письменные) человеческие свидетельства. Эксперты в той или иной области, очевидцы событий, коллеги, друзья и родственники героя могут поделиться такими сведениями, которые вы не найдете ни в справочниках, ни в документах.

Полезные сведения о человеке или ситуации можно получить с помощью наблюдения предметно-вещественной среды. Особенно ценными могут стать подмеченные детали одежды, окружающей обстановки, особенности поведения и манера общения героя, которые потом помогут вам корректировать вопросы, использовать адекватную стилистику беседы.

Назначение встречи. О встрече с интервьюируемым, как правило, договариваются по телефону, хотя в последнее время журналисты все чаще пользуются электронной почтой. Но можно условиться об интервью и при непосредственном контакте.

Последний вариант, пожалуй, наиболее беспроигрышный, так как намеченной «жертве» просто «некуда деться» и приходится принять предложение журналиста, даже дать некие обещания. А это уже половина успеха.

Вот какой забавный случай произошел с журналисткой Ольгой Шаблинской, которая почти год добивалась встречи со Львом Дуровым. Ей не везло: каждый раз, когда она уславливалась об интервью, в последний момент обязательно что-нибудь происходило, и все срывалось. «Мне срочно понадобилось уехать в Нижний Новгород, — пишет журналистка. — Билетов не было. Ворваться удалось лишь в вагон-ресторан. И тут... о чудо! Входит Лев Дуров. Следом — Жариков и Конкин. Когда дело дошло до песен, я пригласила Льва Константиновича на танец. Выяснилось, что едут артисты в Нижний Новгород, на открытие кинотеатра. Дуров нещадно топтал мне ноги, а я ему отомстила: "Я из АиФ. И это я вам весь год звоню!"... Через пару недель после памятного разговора в поезде Лев Константинович пригласил меня в театр на Малой Бронной на свой спектакль "Эзоп"»[3].

Но все же чаще переговоры об интервью осуществляются по телефону. Такое общение, опосредованное расстоянием и отсутствием непосредственного контакта, имеет свои преимущества и недостатки, которые надо непременно учитывать, договариваясь о встрече.

Набирая номер телефона своего героя, надо иметь в виду одно очень важное обстоятельство: никто не обязан вам давать интервью. Даже официальные лица, в обязанности которых входит общение с прессой, имеют право предоставить информацию в письменной форме и не идти на прямой контакт. Поэтому, когда вы договариваетесь о беседе, лучше избегать слова «интервью»: оно звучит слишком официально, лучше сказать: «Не могли бы вы поделиться своими соображениями о...»; «Хотелось бы обсудить ситуацию...»; «Давайте поговорим об этом случае...».

Договариваясь с собеседником о встрече, избегайте слова «интервью»

Намеченный собеседник во время переговоров о встрече может привести вам самые разные причины отказа. Перечислим наиболее характерные из тех, которые можно предвидеть.

§ Недоверие к журналисту (а нередко и в принципе ко всем). Известно, что новичку сложнее получить согласие на интервью, чем журналисту с именем и опытом.

§ Сомнения в репутации издания. Отказа в интервью можно опасаться, если журналист представляет издание малоизвестное или, хуже того, с дурной репутацией.

§ Недоверие к конкретному изданию, если с ним связан неудачный опыт взаимодействия или негативная публикация (критика в адрес героя, искажение смысла высказываний, неверное цитирование и т.д.).

§ Усталость от журналистов, которая, как правило, характерна для звезд.

§ Страх публичного выступления (особенно часто он возникает при виде телевизионной камеры или микрофона).

§ Отсутствие интереса к предмету беседы.

§ Недостаток у намеченного собеседника знаний о предмете беседы.

§ Ограниченность времени.

Каждый из приведенных доводов может служить причиной отказа от интервью. Как ни странно, чаще всего камнем преткновения оказывается не имя самого журналиста, а репутация издания, от имени которого он выступает.

Вот как одной молодой журналистке удалось договориться об интервью с композитором Алексеем Рыбниковым: «Когда Алексей Львович уже сидел в машине, я подскочила к нему и почему-то сказала, что восхищаюсь его музыкой... к кинофильму "Буратино". Потом добавила, мол, можно ли взять у него интервью для "Новой газеты". Композитор пропустил мимо ушей мои восторги, а вот «Новой газетой» заинтересовался и спросил, там ли работает Зоя Ерошок. Зоя Ерошок действительно работала в моей газете, но свой материал о Рыбникове она делала для "Комсомольской правды" — самый лучший из всех, что я прочла. Немудрено, что он ее запомнил. Такие журналисты являются своего рода визитной карточкой газеты, она и нам, молодым, помогает. С Рыбниковым мы договорились, он дал мне свои телефоны. Мне не пришлось уговаривать человека долго»[4].

Среди отказов есть и объективные, не зависящие от журналиста случаи, например, отсутствие или ограниченность времени. Есть и такие объяснения, которые свидетельствуют о неверном выборе собеседника, не проявляющего интереса к предмету беседы или не имеющего о нем достаточных знаний. И все-таки в арсенале журналиста всегда должны быть убедительные контрдоводы. Договариваясь с героем о встрече, постарайтесь, в зависимости от намеченных вами целей и сложившейся ситуации, убедить его в том, что интервью — это возможность (в скобках предложены наиболее вероятные фигуры для данных аргументов):

§ получить известность и признание, рассказать о себе (деятели массовой культуры);

§ повлиять на сознание людей (политики, священники);

§ просветить публику, разрушить предрассудки (ученые, деятели сферы образования);

§ высказать свою точку зрения, пролить свет на проблему (представители противоборствующих сторон в каком-либо конфликте);

§ помочь другим людям избежать ошибок (пострадавшие от каких-либо потрясений, представители групп риска);

§ появиться на экране, чтобы вас увидели друзья и родственники («простые» люди).

Если вам отказывают в интервью из-за того, что собеседнику неизвестно ваше имя, попробуйте сделать себе рекламу: «Я взял интервью у того-то и того-то...». Аргументом же в пользу интервью популярного, но пользующегося дурной славой издания может быть его тиражность: «Ведь нас читают почти 85% горожан...».

Кроме того, во время переговоров о встрече не забудьте взять у собеседника разрешение:

§ на фотосъемку,

§ на диктофонную запись,

§ на разговор с членами семьи.

Время и место интервью. Договариваясь о встрече, назначая время и место, прислушайтесь к пожеланию собеседника. От этих обстоятельств зависит, комфортно ли будет себя чувствовать герой интервью. Поэтому чаще всего встреча назначается на его территории (дома или на рабочем месте) и в удобное для него время. Если собеседник затрудняется с выбором места встречи, предложите ему приехать в редакцию. Бывают ситуации, когда по каким-либо причинам есть смысл повидаться на «нейтральной почве», тогда время и место для интервью определяются в совместном поиске. Если у интервью есть событийный повод, то это диктуют обстоятельства: оно может состояться у трапа самолета, в служебной машине, в кулуарах съезда, на месте происшествия и т.п.

Планируя время, журналист должен учитывать специфику рабочего дня своего героя. Есть люди ранних, «утренних профессий», но есть и те, чей рабочий день фактически не имеет предела, или кто работает больше в вечерние часы. Понятно, что врач или учитель начинает рабочий день рано; министру или члену парламента «трудно выкроить минуточку» в течение рабочего дня; а вот люди богемных профессий — актеры, художники, певцы — только к полудню «продирают глаза». Значит, интервью с последними может затянуться далеко за полночь. На такие встречи не опаздывают. Если вы позвоните в дверь на полчаса позже назначенного времени, считайте, что разочаруете своего героя сразу по нескольким «направлениям» — как неточный, ненадежный, невнимательный и забывчивый человек. А ваши оправдания: «Попал в "пробку"», «Автобуса долго не было», «Не смог поймать такси» — прозвучат как лепет опоздавшего на урок школьника. А уж если вы еще попросите ручку и бумагу для записей, знайте, что первое впечатление о вас наверняка благоприятным не будет.

Подготовка вопросника. За вопросы можно садиться после того, как определены цели интервью, изучены все возможные вспомогательные материалы, а также назначены время и место встречи.

По результатам первого контакта станет ясно, с каким собеседником вы имеете дело — с «легким», открытым, свободно идущим на него или с «трудным», замкнутым, скрывающим информацию. В зависимости от этого стоит продумать первые вопросы. Есть ли резон, например, говорить о чем-то, не имеющем отношения к намеченной цели: о погоде, детях (внуках) — в общем, о том, что всегда найдет отклик у любого человека? Или сразу «брать быка за рога», приступив к главной цели беседы? Понадобятся ли вам специальные вопросы, чтобы растопить лед непонимания? Или вы сразу окунетесь в атмосферу дружеской беседы?

Предварительная работа с источниками поможет определить основную тематику вопросов, продумать их последовательность и наметить путь, по которому журналист вместе со своим героем пойдет к намеченной цели. О том, как подготовить вопросы и задавать их искусно, мы подробно расскажем в главе 3. Пока же усвоим следующее: вопросник стоит разрабатывать в соответствии с целями, о которых вы уже сообщили своему герою, когда договаривались об интервью. Если задаваемые во время беседы вопросы не будут соответствовать намеченному плану, это может вызвать подозрение. Поэтому не забудьте при изменении ваших целей сообщить об этом партнеру.

Молодые журналисты всегда сомневаются, какое количество вопросов оптимально для интервью. Строгих правил на этот счет не существует. Кому-то спокойнее, когда все вопросы заранее написаны на бумаге. Кто-то легко импровизирует, и ему вполне достаточно нескольких ключевых слов на бумаге, чтобы вести разговор. Опытные журналисты нередко вообще не записывают, а «держат» вопросы в голове. В любом случае вопросник нужен — не важно, в уме он или «на бумажке».

Встречаются и курьезы. Вот как готовилась к первому интервью студентка факультета журналистики Е. М.: «Вопросов я придумала много. Всего 94. Естественно, все я задавать не собиралась. Пришлось выбрать самые интересные. В результате их получилось 52. Но на интервью я задала не более сорока. На ходу пришлось придумывать классификацию, чтобы хоть как-то структурировать беседу. Не могла же я спрашивать человека о чем придется и перемежать вопросы о детстве с вопросами о его зрелом творчестве»[5].

И еще: разрабатывая стратегию интервью, следует оставить время для незапланированных вопросов и ответов, а также подготовиться к самым неожиданным ситуациям. Поверьте: чем тщательнее вы сделаете это, тем больше вероятность того, что интервью пойдет по плану. Но не стоит бояться и неожиданного поворота разговора, на самом деле это ценный результат. Свежий взгляд на известное, новый поворот старой темы, всплывшая из недр памяти история... Ради таких находок и работает журналист.

Имея дело с фигурами влияния из разных социально-политических сфер, надо учитывать, что они могут быть заранее подготовлены к встрече с журналистами, «натасканы» на определенные ответы. Помогают им в этом деле специальные службы по связям с общественностью, технологии которых, направленные на создание положительного имиджа компании или отдельного лица, находят все большее применение в сферах публичной деятельности.

§ 2. Драматургия интервью

После подготовительного этапа, включающего определение целей интервью, проведение предварительного расследования, назначение встречи и разработку стратегии, можно приступать к интервью. В самом общем смысле — это разговор двух людей или более с целью получения новой информации. Однако не обычный, из череды тех, которые образуют наши повседневные межличностные коммуникации. Интервью — разговор, который строится по определенным правилам профессионального журналистского общения. Протекает оно в вопросно-ответной форме, когда журналист спрашивает, а собеседник отвечает. Поэтому формула успеха заключается в том, насколько профессионально задаются вопросы и как полно на них отвечают.

Однако интервью — это не только умение задавать вопросы. Как и любой другой акт человеческого общения, оно включает иные, не менее важные вербальные компоненты, способствующие успеху коммуникации. С чего начинается разговор двух людей? С произнесения этикетных фраз, открывающих беседу, со слов приветствия. Далее собеседники, особенно если это их первая встреча, должны установить взаимный контакт. Преамбула интервью, как правило, не выходит за рамки этикетного обмена любезностями или нейтрального разговора о погоде. Существуют, однако, и другие способы, облегчающие собеседникам начало разговора. От того, сумеет ли журналист с первых же слов найти подход к своему герою, установить с ним гармоничные, нацеленные на открытый обмен информацией отношения, получить и развить до деталей интересующие сведения, зависит успешный результат интервью.

Далее очень важно найти верный путь развития беседы, выстроить ее так, чтобы ход ваших мыслей был понятен собеседнику, а последовательность вопросов подчинялась главной целевой установке интервью, чтобы в кажущемся хаосе вопросов и ответов четко прослеживался порядок. Интервью нельзя обрывать на полуслове. Вряд ли можно предвидеть, что скажет собеседник в конце беседы, однако опытный интервьюер не забудет завершить ее на нужной ноте, задав последний и вопросы уточняющие, ну и, конечно, произнеся ритуальные слова прощания.

Встреча с собеседником. Приветствие. Журналисты ежедневно встречают новых людей. Здороваются, обмениваются рукопожатиями, разговаривают, прощаются. Опытные репортеры обычно не задумываются, в какой форме произнести слова приветствия, и выбирают нейтральное «Здравствуйте!», дружеское «Привет!»; фамильярное «Здорово!». Тактика приветствия зависит от конкретной ситуации, степени близости с героем, его социального статуса. Конечно, есть идеальные «на все времена», формы приветствия социально и стилистически нейтральные «Здравствуйте!»; «Добрый день!». В большинстве случаев фантазия и творческий подход будут здесь явно неуместны.

Однако слишком холодное и формальное приветствие может послужить сигналом того, что журналист предпочитает держаться от собеседника на определенной дистанции и не хочет преступать барьер формального вопросно-ответного взаимодействия. Чтобы смягчить форму приветствия, в него можно добавить персональное обращение: «Здравствуйте, Михаил (Иванович)!».

От того, в каком ключе,

официальном или неофициальном,

беседа начнется, зависят ее тактика

и конечные результаты.

В выборе нужной формы обращения кроются свои «подводные камни». В современной разговорной практике выделяются четыре стилистических уровня обращения:

§ официальный — по имени, отчеству и на «вы» (Здравствуйте, Михаил Иванович!);

§ полуофициальный — по полному имени и на «вы» (Здравствуйте, Михаил!);

§ неофициальный — по имени и на «ты» (Здравствуй, Михаил!);

§ фамильярный — по краткому имени и на «ты» (Здравствуй, Миша!).

При выборе того или иного стиля обращения — по имени или имени и отчеству, на «ты» или на «вы» — в первую очередь учитываются, по крайней мере, два фактора: возраст и социальное положение героя. Если собеседник старше, вне зависимости от того, какое место он занимает в общественной иерархии, лучше обращаться к нему по имени, отчеству и на «вы».

Только при условии, что журналист и его герой относятся к одной возрастной группе, в обращении можно использовать лишь имя, однако желательно, чтобы инициатива была проявлена собеседником. Если же вам не было предложено перейти на обращение по имени, а ситуация и контекст беседы к этому располагают; кроме того, собеседник молод, предложите сами сделать это, что, возможно, поможет разрушить неизбежно возникающие в начале разговора барьеры. В детских и молодежных радио- и телепередачах вполне уместно обращаться к собеседнику по имени и на «ты». Но случаются казусы и у взрослых. Известный журналист Урмас Отт попал впросак, обратившись к латышу Марису Лиепе на европейский манер, только по имени. Рижанин Лиепа предпочел, чтобы его называли подчеркнуто вежливо:

«Я решил начать нейтрально, но в то же время и небезопасно, испытать Лиепу и свое интуитивное его ощущение. И хотя сейчас, когда я перечитываю тот первый заданный Лиепе тогда вопрос, мне немного стыдно, я не могу от него отказаться, просто умолчав о нем. Итак, вот первый вопрос, который я задал в ноябре 1986 года Марису Лиепе, когда он по приглашению передачи "Телевизионное знакомство" приехал в свою родную Ригу.

О. Здравствуйте, Марис! Нам очень приятно встретиться с вами именно здесь, в Риге, потому что вы — рижанин. Мы оба прибалты и можем, наверное, говорить друг с другом даже без отчества. Как вы к этому относитесь?

Л. Ну, учитывая, что я основную часть своей жизни прожил в Москве, я, к сожалению, привык к отчествам.

О. Значит, Марис...

Л. Эдуардович...

О. Эдуардович, да...»[6].

К сожалению, примеров фамильярного стиля обращения встречается немало как в печатных СМИ, так и в эфире. Особенно грешат этим ведущие FM-радиостанций, часто намеренно подчеркивающие свою приближенность к той или иной звезде шоу-бизнеса. Они объясняют такую манеру нормами общения, принятыми в данной социальной группе. Действительно, в богемной артистической среде принято обращаться друг к другу на «ты» и по имени, часто используются даже клички. Однако манеры героя, которые формируют его имидж, не должны слепо копироваться журналистами. Им следует понимать, что такая сниженная стилистика обращения — плохой вкус и часто выглядит жалкой и неуместной в широком вещании.

Телеведущий Лев Новоженов, обратившись вполне вежливо, по имени и отчеству, в эфире к актрисе Валентине Титовой, получил в ответ длинную отповедь: «Я вас прошу, не называйте меня Валентина Антиповна. У актеров существует имя. Я не знаю, зачем нужна приставка-отчество? С ней очень официально, и ощущение, что сидишь глубоко-глубоко под землей...». — «Но это хороший русский обычай», — робко возразил Новоженов своей визави. «Когда выказывают уважение при встрече, действительно говорят: «Здравствуйте, уважаемый Лев Юрьевич!», но если мы с вами встречаемся на глазах у нашей публики, то, конечно, хочется, чтобы они видели не официальное лицо, а своего близкого человека». Ошибка ведущего заключалась в парадном тоне обращения к собеседнице, которая хотела предстать перед зрителем не официальной дамой, а в обличии «друга семьи»..

Преамбула интервью. «Разминка». Коротким и на первый взгляд ничего не значащим разговором в начале интервью вы можете достичь больших результатов, чем в продолжение всей беседы. Но с таким же успехом можно и разрушить поставленные цели. Американские исследователи утверждают, что при встрече незнакомцев первые четыре минуты беседы определяют, как правило, весь последующий разговор[7].

В традициях нашего общения начинать разговор, варьируя общие фразы, устанавливающие дружелюбную атмосферу: «Здравствуйте! Очень приятно с вами познакомиться! Как дела? Какая скверная (прекрасная) погода сегодня!». Таков социальный этикет, с помощью которого люди устанавливают между собой первоначальный контакт и «наводят мосты» для дальнейшего общения.

Журналисты, приступая к разговору, не должны отступать от общепринятых кодов общения, хотя соблазн избежать церемоний и «никчемных» фраз существует всегда, со стороны как вечно спешащего журналиста, так и ньюсмейкера, тоже нередко испытывающего прессинг времени. Конечно, бывают случаи, когда преамбула абсолютно неуместна. Например, во время коротких интервью с событийным поводом или на пресс-конференции. Важно лишь не прозевать случай, когда короткий разговор для установления контакта просто необходим.

В зависимости от целей интервью и особенностей собеседника, журналист может выработать такую тактику общения, в которой ритуал начала разговора будет максимально персонифицирован.

Например, собираясь на интервью к члену парламента, желательно прослушать последние выпуски парламентских новостей, с тем, чтобы вступительные фразы приобрели тот смысл, который по-настоящему заинтересует героя: «Вы были на последнем заседании Думы? Что скажете о выступлении депутата N? Как вы считаете, примут ли завтра закон о естественных монополиях?»

Или, направляясь на встречу с победителем конкурса «Учитель года», можно начать разговор о том, какое впечатление произвела на вас атмосфера, в которую вы попали, переступив порог школы, где он трудится. Можно даже поделиться своими детскими воспоминаниями о школьных годах. Таким образом, вы сразу установите с собеседником контакт, проявив личную заинтересованность. И кто знает, может быть, сам он сразу и приступит к разговору на намеченную тему...

Надо признать, однако, что этот прием невозможно применять в любых условиях и к любому типу собеседников. Встречаются, например, весьма занятые персоны, которые не могут тратить время на «пустячные разговоры». Тот же, кто не настроен на откровенную беседу, может воспользоваться вашей болтовней и «увести» вас в другую сторону.

По реакции собеседника на первое обращение внимательный журналист сразу определит психологическое состояние своего героя: а) в каком он расположении духа; б) спешит он или нет; в) проявляет ли интерес к разговору; г) будет ли вести откровенную беседу или намерен скрывать и дозировать информацию.

Преамбула любого интервью (ее называют на спортивный манер также разминкой) выполняет стратегическую задачу установления контакта между журналистом и собеседником, взаимного поиска «общего языка». Всмотримся более пристально в преамбулу беседы — бессмысленную, казалось бы, болтовню. Если это «разговор ни о чем», то каков его смысл? А если разминка перед сражением — из чего она состоит и какие задачи решает?

По признанию многих журналистов, в начале беседы часто приходится разрушать сформировавшиеся в обществе негативные стереотипы относительно всех журналистов: и «наглые», и «хитрые», и «врут все» — в общем, «все беды от журналистов». Не будем здесь рассуждать о причинах появления такого образа. В данном контексте важно осознать, что подобные стереотипы в некоторых случаях являются серьезным препятствием к общению, особенно когда интервьюируется человек, легко поддающийся внушению и представляющий, как правило, малообразованные, малоимущие или пожилые слои населения. Разрушить негативный стереотип, сформированный под воздействием множества факторов исторического, экономического, политического и социального характера, непросто. Задача интервьюера на первом этапе общения — попытаться развеять возникшее напряжение и настороженность при встрече.

Верный путь — поговорить о том, что входит в сферу интересов вашего героя, причем желательно, чтобы предметом разговора стало увлечение или занятие, вызывающее у человека положительные эмоции. Например, в процессе предварительного исследования вам удалось выяснить, что ваш собеседник — заядлый рыбак. Спросите, какую рыбалку и в какое время года он предпочитает, где последний раз ловил рыбу, хорошим ли был улов. Такое на первый взгляд «бессмысленное», не относящееся к целям и задачам интервью общение на самом деле готовит почву для дальнейшего общения. Оно и отвлекает, и развлекает героя, и помогает снять возникшее от встречи с корреспондентом напряжение, создает спокойные, комфортные условия для старта.

Для того чтобы контакт двух людей состоялся, в начале беседы должна быть сформирована дружелюбная, неагрессивная атмосфера. А значит, и предмет разговора не должен касаться таких потенциально провокационных сфер, как политические взгляды, доходы, межнациональные отношения, религиозные убеждения и т.п. Прекрасно разряжают обстановку шутки, остроумные реплики. Смех вообще объединяет людей, конечно, если он к месту. А вот если с чувством юмора хотя бы у одной из сторон не все в порядке, смех может лишь навредить.

Барьеры и настороженность также хорошо преодолеваются искренним комплиментом. Приятные ощущения от признания заслуг, успехов или достижений свойственны каждому человеку. Однако благоприятный климат общения сформируется с помощью комплимента только при условии, если выраженные собеседнику признания журналиста прозвучат чистосердечно, искренне, не подобострастно.

«Я разделяю вашу позицию по этому вопросу...»;

«Признаюсь, не ожидал от вас такого смелого поступка...»;

«Ваше выступление в парламенте получило большой общественный резонанс...».

При этом следует избегать дежурных фраз типа «Я поклонник вашего таланта...», «Для меня большая честь встретиться с вами...». Намного убедительнее прозвучит такой вариант комплимента: «Ваша последняя работа (спектакль, картина, концерт) произвела на меня большое впечатление, я хотел бы подробнее поговорить о ней...». Или такая взвешенная, сбалансированная похвала: «Ваша последняя работа произвела на меня глубокое впечатление, но у многих она вызвала весьма противоречивые оценки. Хотелось бы поговорить о ней подробнее...». Созданию доверительной атмосферы могут способствовать общие интересы или знакомые (подтасовки и вымыслы исключаются).

«Вы помните N? Он работал с вами в отделе новостей» —

«Правда! А вы его откуда знаете? Он был прекрасный репортер!».

«Я знаю вашу сестру — мы встречались часто в одном доме». —

«Надо же, как мир тесен! Да, я часто от нее слышал, что там собирались интересные люди...».

«Говорят, вы только что вернулись из путешествия по Уралу.

А я с семьей там отдыхаю каждый год. Где вы были?».

После такой «разминки» можно считать, что вас с собеседником не разделяют непреодолимые барьеры непонимания, вы уже почти знакомы, почти сроднились, у вас уже есть общие интересы. Это сразу упрощает дальнейший разговор, даже если будут затронуты серьезные и не очень приятные для противоположной стороны темы.

Кстати, самым беспроигрышным для «разрядки напряженности» является разговор о домашних животных — собаках, кошках и прочей живности. В них, как правило, хозяева души не чают.

Конечно, заранее продумать, о чем говорить при встрече, очень сложно, можно лишь «завязать узелки», когда изучаете досье своего героя (ага, у него только что родилась внучка; он любит нырять с аквалангом; у него любимый кот и т.д.). Опытные журналисты, как уже сказано, обычно импровизируют. Помогают им в этом наблюдательность и «наметанный глаз» на детали интерьера, стиль одежды, особенности поведения. Интервью с композитором Родионом Щедриным Урмас Отт начал с вопроса... о мебели. Журналист-эстонец заметил, что мебель в кабинете у Щедрина стояла эстонская. Так и потянулась нить беседы...

«В тот момент, когда я заходил в кабинет, я понял, с чего можно начать беседу. У меня почти никогда нет четкой схемы разговора, поэтому я использую любую деталь, которую предлагает мне ситуация. Слава Богу, подумал я, все в порядке. Я был в этом абсолютно уверен еще до того, как получил позволение начинать.

О. Хотя я впервые в вашем кабинете, я чувствую себя хорошо, потому что у вас здесь везде эстонская мебель. Вы знаете об этом?

Щ. Да, я об этом осведомлен, что мебель эстонская. И думаю, что ни для кого не секрет, что именно эстонская мебель считается у нас самой качественной. Поэтому наш Союз композиторов оснащен первоклассной мебелью.

Я уверен, что Щедрин мог ожидать чего угодно, только не такого начала. Я получил то, чего хотел, — обычная перед каждой передачей напряженность спала, причем без затрат времени и сил. Теперь задаю заготовленный дома вопрос»[8].

Итак, вот основные правила «разминки» перед интервью:

· В начале разговора надо максимально устранить все возможные барьеры общения, однако «разминка» не должна быть затянутой. Внимательно наблюдайте за собеседником и при появлении знаков нетерпения или спешки переходите непосредственно к теме интервью.

· Придерживаться нейтральных, приятных собеседнику тем. Предмет разговора не должен касаться потенциально таких провокационных сфер, как политические взгляды, доходы, межнациональные отношения, религиозные убеждения и т.п.

· Найти точки пересечения интересов: общие увлечения, общие знакомые.

· Не фокусировать разговор на собственной персоне, а стараться узнать как можно больше о собеседнике.

· Проявить интерес к окружающей обстановке, но избегать критических замечаний и советов по ее поводу.

· Снять напряжение помогает смех. Уместны шутки, анекдоты, но только в том случае, если есть уверенность в собственном вкусе и чувство меры. Если ваш собеседник не обладает чувством юмора, ваши усилия могут погубить дело.

· Расположить человека помогают комплименты. При этом надо избегать чрезмерного, тем более неискреннего восхищения — оно всегда бросается в глаза. Сдержанная, умеренная похвала всегда предпочтительнее.

Первое впечатление формируется у собеседника не только от произнесенных вами первых фраз, но и от того, какое впечатление производит ваш внешний вид. Этот вопрос почему-то очень волнует молодых журналистов, поэтому мы остановимся на нем подробнее в главе, посвященной особенностям невербального общения. Пока же ограничимся общим советом: продумывая свой костюм для интервью, учитывайте возраст и профессию своего героя. Не надевайте коротких юбок на интервью к священнику. Вряд ли уместен строгий деловой костюм на встрече с известным шоуменом.

Стратегия и тактика интервью. Все это желательно продумать заранее, на этапе подготовки, параллельно или после составления вопросника. В стратегические задачи интервью входит создание определенных условий коммуникации, способствующих достижению целей интервьюера при наиболее полной информационной отдаче интервьюируемого. Следует помнить, что информационные цели журналиста не всегда совпадают с информационными намерениями собеседника, в результате чего могут появиться признаки вольного или невольного сокрытия, сдерживания сведений или манипулирования ими. В этой связи стратегическая разработка интервью приобретает особый смысл. Не менее важно продумать стратегию развития беседы и для ситуации, когда налицо совпадение целей журналиста и намерений собеседника. Но даже при удачном стечении обстоятельств не всегда оказываются достигнутыми цели беседы, и удается выполнить задуманное. Однако и в том, и в другом случае ответственность за выполнение информационных задач интервью несет журналист, а не его собеседник.

В рамках данного пособия не представляется возможным разобрать все варианты развития интервью — их на самом деле столько же, сколько конкретных случаев профессиональных контактов журналистов ради получения информации. Тактически все они уникальны и неповторимы, как сами жизненные ситуации и люди, к которым журналист идет на встречу. Однако такая тактическая оригинальность каждого отдельного интервью опирается на несколько основных стратегических принципов, общих для всех интервью и применимых для каждого случая в отдельности. Рассмотрим основные стратегические принципы интервью.

«Подобрать ключ». Это может показаться профессиональной банальностью: удача или провал интервью зависят от того, нашел ли журналист подход к своему собеседнику, сумел ли «подобрать ключ» к нему. Журналисты еще говорят: надо «почувствовать собеседника», «настроиться на его волну», «попасть в его систему координат». Тогда, утверждают они, и выйдет толк.

Надо сказать, что поиск «ключика» к собеседнику есть отправной принцип любого акта коммуникации. Известно также: чтобы состоялся контакт двух сторон (коммуникатора и реципиента, т.е. отправителя и получателя сообщения), необходимо совпадение их кодов общения, в том числе социальных (кодов поколений, социальных слоев). Ну и как минимум должен быть один и тот же язык — русский, английский, французский или какой-либо другой. При несовпадении языковых кодов, когда хотя бы один из участников не владеет языком другого, в диалог должен вступить посредник-переводчик, знающий оба языка. Общение в этом случае опосредуется третьим лицом, и, следовательно, контакт установить сложнее.

Однако общность языковых кодов участников коммуникационного процесса — еще не главный фактор успеха. В интервью нахождение подходов, «ключей» к герою значит больше, чем только понимание собеседниками речи друг друга. Иногда даже опытных журналистов подводит их чутье. Урмас Отт признался, что так и не сумел «подобрать ключ» к Евгению Евстигнееву. Журналисту помешал сложившийся экранный стереотип этого актера, который, как выяснилось, вовсе не совпадает с его собственной натурой.

«Шарму звезды вовсе не всегда сопутствует чисто человеческий шарм. Человек может быть в своей профессии невероятно интересен, и это становится стереотипом, который закрепляет телеэкран. И совсем другим он может оказаться при случайной встрече, так сказать, вне его профессии... Думаю, примерно так и случилось с Евгением Евстигнеевым, который, к испугу зрителей, оказался вовсе не тем, за кого мы его привыкли принимать по его актерской работе. Конечно, это лишь моя попытка объяснить случившееся наиболее удобным для меня способом. Дело может быть и просто в том, что мне не удалось подобрать ключик к Евгению Александровичу. На самом деле я не очень старался его найти, поскольку верил, что он у меня все время в кармане. И я сотни раз видел его на экране, и я был покорен его талантом, и мне казалось, что в общении он должен быть таким же щедрым, каким мне показывал его экран. Конечно, когда все пошло не так, как я рассчитывал, я потерял голову»[9].

Несмотря на самые лучшие намерения журналиста, на все его усилия понравиться своему герою, оказывается, что ко многим людям не так-то просто найти подход. Вплоть до конца интервью они оказываются неприступными и черствыми в своих реакциях. Причин может быть множество: и нежелание делиться информацией, и неудачи предшествующего опыта общения с журналистами, и отсутствие симпатии, доверия к данному интервьюеру, да и просто «вредность», подозрительность натуры.

«Крепкими орешками» слывут официальные лица, а также их представители — пресс-секретари или чиновники из отделов по связям с общественностью. Природа их взаимоотношений с работниками прессы конфронтационна в принципе: одна сторона призвана стоять на страже общественных интересов, другая — защищать интересы своего ведомства, корпорации или группы влияния.

Взаимная нелюбовь и настороженность нередко заранее формируют предвзятость и необъективность обеих сторон, в результате чего в общении появляется налет агрессивности. Однако агрессивным подходом журналисту вряд ли удастся достичь поставленных целей. Более того, агрессивность «по цепочке» может перейти к собеседнику, вызвать резко негативную реакцию. Что в итоге? В лучшем случае — минимум информации, в худшем — вас просто выставят за дверь, и тогда можно поставить крест на этом источнике.

Агрессивности противопоставляют настойчивость как наиболее приемлемый способ общения с неподатливыми собеседниками. В отличие от агрессивности она подразумевает уважение и к собственной персоне, и к личности собеседника. Настойчивый, напористый журналист не рубит сплеча, не «выжимает» информацию, а подводит собеседника к ответам на интересующие его вопросы мягко, но уверенно, осторожно, но твердо. В то время как «агрессивный» корреспондент учитывает лишь потребности одной стороны в ущерб правам и свободам другой, «настойчивый» уважает права и мотивы ответчика.

Однако и настойчивость как выбранный вариант информационной стратегии не всегда гарантирует нужную реакцию собеседника. Журналист должен быть готов к отказу в предоставлении сведений. Не стоит при этом делать поспешных выводов типа «Этот чиновник недолюбливает прессу, поэтому ничего не скажет». Лучше задать себе вопрос: кто несет ответственность за неудачную попытку доступа к информации — я или мой герой?

Выбор амплуа. Журналист разрабатывает стратегию беседы с помощью своих ролевых функций. Вопрос, должен ли он быть лицедеем, меняя роли, как актер, в зависимости от характера собеседника, уровня поставленных задач и обстоятельств беседы, всегда вызывал споры. Они, по сути, сводятся к двум противоположным точкам зрения. Одна группа экспертов в области интервью говорит: «Будьте естественными, любое выбранное вами амплуа лишь погубит дело». Другая, наоборот, видит в правильном выборе своего амплуа залог профессионального успеха. В зависимости от обстоятельств журналист может надеть маску «холодные уши», «молодой цыган» и т.д. Все ролевые амплуа, по мнению сторонников этой теории, продиктованы разнообразными ситуациями общения, характером и психологическим состоянием собеседника и журналиста, которые зависят от многих факторов. Например, «молодого цыгана» примут в богемных кругах и отвергнут там, где большую роль играют структурно-иерархические связи, к примеру, в госаппарате.

И все же большинство журналистов сочетают в работе оба принципа — и «натуральный», и «ролевой». Они, как правило, ведут себя естественно, но надевают различные маски, когда того требуют обстоятельства. Так и в повседневной жизни: родитель в воспитательных целях может либо надеть маску требовательного учителя, либо выступить в роли «заботливой курицы», когда ребенок заболел. Единственным и необходимым условием того, чтобы партнер (ребенок или интервьюируемый) поверил вам, является честная игра. Тогда обвинения в манипуляции, которые часто предъявляют журналистам-«игрокам», будут беспочвенны. Кроме того, лживые или неискренние маски, использованные журналистом («закадычного друга» в ситуации недружеских отношений или «исповедника», когда собеседник не намерен откровенничать), лишь добавят настороженности в непростые и без того отношения. Поэтому в беседе с собеседником, чьи взгляды вы не разделяете, лучше придерживаться нейтралитета. Это вовсе не значит, что журналист должен поддакивать человеку с фашистскими или расистскими убеждениями, оправдывать наклонности убийцы или насильника. Напротив, его позиция в разговоре должна быть непременно озвучена, но без эмоций, а просто как иная точка зрения.

Логика, хронология или импровизация. Планируя очередное интервью, журналисты, как правило, много внимания уделяют семантической составляющей своих вопросов, их смысловому наполнению. Действительно, от того, что вы спросите у собеседника, во многом зависит то, что он ответит. Но не все. Не менее важным и стратегически значимым компонентом интервью является правильно выбранная последовательность задаваемых вопросов. Установить нужный порядок в перечне вопросов — задача, которую журналист должен решать в каждом отдельном случае. Конечно, сценарных разработок интервью может быть безгранично много, как беспредельно разнообразны события, человеческие судьбы и связанные с ними истории. Но все же и здесь просматриваются закономерности, позволяющие выбрать оптимальную тактику в бесконечном, казалось бы, разнообразии ситуаций.

По большому счету все журналистские истории можно разделить на три типовых. В основе первой лежат события, второй — предметы общественного обсуждения, третьей — личность собеседника. Концептуальное их различие заключается в том, что истории первого типа развиваются по законам времени, а принцип их подачи — хронологический; второго — по законам разума, и в них принципиальное значение приобретают логика, следование ее законам, сопоставление оценок и доводов, причин и следствий; истории третьего типа, связанные с «человеческим фактором», разворачиваются в интуитивно-импровизационном ключе. Конечно, бывают истории смешанного плана, когда событие, к примеру, рассматривается не только как последовательность каких-либо сюжетов, но и как цепочка причинно-следственных связей. Так, в освещении гибели подводной лодки «Курск» параллельно с хронологическим принципом подачи материалов велась и логическая работа журналистов, а с помощью экспертов осуществлялся анализ причин случившейся трагедии.

Хронологический, логический, интуитивно-импровизационный принципы лежат также в основе трех подходов к разработке сценария интервью. Хронологический принцип реализуется, если журналиста интересует, как разворачивалась во времени история, свидетелем или очевидцем которой был его собеседник. Логический — когда предметами обсуждения являются общественная проблема, конфликт интересов или ситуации, связанные с драмами человеческих взаимоотношений. Импровизация подходит больше, если в центре внимания журналиста находится человеческий характер, с его психологическими особенностями и неповторимой индивидуальностью.

Существуют три стратегических принципа

последовательности задаваемых вопросов —

хронологический, логический, импровизационный.

В первом случае в центре внимания — события;

во втором — предметы общественного обсуждения;

в третьем — человеческий характер.

Не менее важно выстроить список задаваемых вопросов по значению. Большинство журналистов придерживаются нестрогих правил планирования интервью.

§ Преамбула интервью, или «разминка», — это разговор для «наведения мостов», его тема может и не перекликаться с основной задачей интервью.

§ В начале интервью задаются нетрудные для собеседника, например фактические, вопросы. Однако, если вы предполагаете, что ваш герой будет стремиться уйти от ответа, можно пойти на маленькую хитрость, например расширить тематическое поле беседы.

§ Далее можно приступать к основным вопросам. Заинтересовать собеседника, заставить его «шевелить мозгами» — цель любого интервьюера, с кем бы и по какому бы поводу он ни говорил.

Интересный вопрос — это и подарок интервьюируемому: он, как палочка-выручалочка, выведет его на хороший ответ. При этом интересный вопрос — очень индивидуальное понятие. То, что покажется нестандартным одному герою, на другого навеет скуку.

Известного телеведущего Владислава Флярковского вопрос студентки журфака заинтересовал лишь потому, что никто его о подобном не спрашивал. А ведь ничего оригинального в нем не было:

— Какие качества вы больше всего цените в человеке?

— Мне 42 года, но вы первая, кто задает этот вопрос. Приятно.

Я никогда не думал, что мне ценнее всего... Веселость, открытость... Вы знаете, я бы сказал — порядочность, но само слово «порядочный» — это не точное определение того, что ты имеешь в виду. Каждый понимает по-своему. Я подразумеваю человека, который не врет, не предает, отзывчив, надежен...[10]

§ Самый главный вопрос, ради которого интервью и затевалось, стоит припасти напоследок. Жесткие или неприятные для героя вопросы никогда не задаются в начале разговора.

§ Очень важен заключительный этап интервью, в котором, как правило, заранее можно спланировать только время окончания. Соблюдать договоренность о продолжительности интервью — хороший тон. Желательно также завершать разговор на позитивной ноте. Даже если в конце задавались нелицеприятные вопросы, надо попробовать «увести» разговор в сторону, заговорить о чем-нибудь приятном для собеседника, чтобы ни у кого не осталось неприятного осадка.

Составляя вопросы и разрабатывая сценарий интервью, не стоит забывать, что главная роль в нем принадлежит вовсе не журналисту, а его собеседнику. Именно он является основным коммуникатором, в его распоряжении информация, и в принципе он волен поступать с ней как угодно. Журналист же, как это ни обидно звучит, является лишь транслятором, передаточным звеном между своим собеседником и обществом. Эта банальная мысль на практике нередко забывается, и в центре разговора часто оказывается не информатор, а журналист. Беседа в итоге концентрируется не на ответах, а на вопросах, которым придается большее значение, чем информации как таковой. Такой осознанный или неосознанный журналистский эгоцентризм ведет к профессиональной «глухоте», неумению слушать, когда задаваемые вопросы не вытекают из ответов, а собеседник оказывается на информационном поле пассивным игроком.

Стратегический принцип интервью — пробуждение активности собеседника и поддержание ее точной
реакцией журналиста на ответы.

§.3 Завершение интервью

Очень важно правильно завершить разговор, не ссылаясь на то, что надо бежать на следующую встречу, но обязательно сказав приличествующие этикету слова. Начинающие журналисты часто не представляют себе, что на завершающем этапе интервью могут произойти самые неожиданные вещи. Например, уже после слов прощания ваш герой может, наконец, решиться сказать то главное, ради чего и согласился на эту встречу. Поэтому нельзя ослаблять внимания до последнего момента, когда за вами закроется дверь. Не стоит стесняться и еще раз постучать в дверь, если вы вспомнили, что забыли спросить что-то очень важное, например, уточнить написание имен и фамилий или попросить разрешение на публикацию фотографий из семейного альбома.

Стратегически правильно вовремя не только начать, но и закончить интервью. Точность и пунктуальность — необходимое условие для того, чтобы впечатление о репортере сложилось благоприятное. Непозволительно опаздывать на интервью. Но не менее плохо задерживать собеседника сверх времени, которое оговорено заранее. В конце концов, у него могут быть запланированы другие дела, и даже если из-за деликатности он в этом не признается, затянувшийся разговор может вызвать вполне понятное раздражение, поскольку помешает ему выполнить намеченное.

Конечно, трудно заранее спланировать, как завершится интервью. В идеале это происходит естественным образом, когда и репортер, и интервьюируемый приходят к обоюдному выводу, что все вопросы исчерпаны. Однако в большинстве случаев при завершении разговора надо следовать двум основным правилам: «уходить с достоинством» и «не злоупотреблять гостеприимством». Есть еще золотое правило — уходить так, чтобы у собеседника осталось желание общаться с вами еще, готовиться к новой встрече.

А теперь перечислим наиболее важные шаги, которые помогут этим правилам следовать.

§ Заканчивайте интервью строго в условленное время. Только сам собеседник может предложить вам его продолжить. Если разговор не в меру затягивается, он может отвечать на вопросы невпопад, стать рассеянным или даже раздражительным просто потому, что у него назначена встреча и он из-за вас на нее опаздывает. Худший вариант в таком случае, если встречу прерываете не вы, а ваш герой. А лучший — когда с предложением закончить беседу выступает репортер: «Наше время, к сожалению, истекает. Позвольте, я задам вам еще один-два вопроса...». Не исключено, что тогда собеседник скажет: «Не беспокойтесь, у меня еще есть немного времени. Давайте продолжим разговор...». Однако, если этого не произошло и вы чувствуете, что тема не исчерпана, договоритесь еще об одной встрече.

§ Собеседник может, сам того не замечая, посылать вам знаки того, что пора завершать беседу. Например, когда он устал или по иным причинам не может дальше продолжать разговор, в его поведении могут появиться нервозность, суетливость, ответы могут стать односложными. Это сигналы к тому, что беседу надо прекратить или перенести на другое время.

§ Завершая интервью, не поленитесь просмотреть свои записи. Это займет немного времени, зато вы оградите себя от возможных ошибок: забытых вопросов или непроверенных имен и т.п. Если время позволяет, можно уточнить и неясные места. Попросите у собеседника минуту на просмотр записей — это хороший повод для подведения итога разговора: «Наше время подходит к концу, разрешите, я загляну в блокнот, не забыл ли о чем-то спросить...». Кстати, во время образовавшейся паузы ваш герой сможет тоже подумать, не забыл ли он сказать что-то важное.

§ Напоследок можно поинтересоваться, не хочет ли ваш собеседник добавить что-нибудь к сказанному. Возможно, о самом главном для него вы и не спросили.

§ Напомните о документах, статьях, письмах, фотографиях, которые упоминались в интервью. Скажите, что сможете зайти за ними позже, и обязательно возьмите разрешение на публикацию или цитирование.

§ Прощаясь, не ставьте «последнюю точку», обсудите возможность позвонить или зайти еще раз, чтобы задать еще вопросы, уточнить детали и подробности.

§ Интервью желательно завершать на положительной ноте. В заключение можно спросить о чем-нибудь приятном для собеседника. Иногда вполне уместны вопросы о детях (внуках), домашних животных (собаках, кошках).

§ Не ослабляйте внимания, когда стоите на пороге: именно в этот момент ваш собеседник может сказать самое интересное. Он уже расслабился после интервью, диктофон выключен, а мысли продолжают «крутиться». Запомните, по возможности, и запишите все ремарки, после того как дверь за вами захлопнулась. Правда, надо иметь в виду, что публикация этих записей будет этически довольно сомнительна, так как собеседник вправе от этих слов отказаться, а доказать их достоверность вам вряд ли удастся.

Примечания

[1] Материалы специального семинара «Секреты интервью» на факультете журналистики МГУ (из личного архива автора). (Далее — Материалы спецсеминара.)

[2] Отт У. Вопрос + ответ = интервью. М., 1991. С. 55—56.

[3] Шаблинская О. Лев Дуров вызывает журналистов на дуэль // Аргументы и факты. 2001. №32.

[4] Материалы спецсеминара.

[5] Материалы спецсеминара.

[6] Отт У. С. 16—17.

[7] Zunin Leonard, Zunin Natalie. Contact: The First Four Minutes. Los Angeles, 1972.

[8] Отт У. С. 133—134.

[9] Отт У. С. 54.

[10] Материалы спецсеминара.