Лорд Питер. Индюки и орлы

ОГЛАВЛЕНИЕ

ГЛАВА 2.

Хэгин не сомневался, что он уже мертв, но открыл глаза, чтобы удостовериться в этом. Оглядев себя со всех сторон, к своему удивлению он обнаружил, что не только выжил, но и остался невредим. Он попытался осторожно встать на ноги. Получилось! В нескольких шагах от него, Селин тоже изо всех сил пыталась подняться.

Она посмотрела вверх, пытаясь разглядеть гнездо, из которого они только что выпрыгнули, но это было невозможно, потому что его скрывал выступ скалы. Ни один из двух маленьких орлят не мог поверить, что, упав с такой высоты, они остались живы. Конечно, в том, что они выжили, им отчасти помогло хлопанье крыльями, и, отчасти, падение на мягкую траву.

Орлятам потребовалось всего лишь несколько минут для того, чтобы вспомнить, зачем они так рисковали своими жизнями, их слабые ноги и дрожащие тела подсказали им, что они находились на грани голодной смерти.

"Где мы?" - тихо спросила Селин.

"Кажется, на краю огромного, густого леса", - ответил Хэгин, вглядываясь в таинственную тьму, расстилавшуюся слева от него.

"Может быть, поищем еду здесь?" - шепотом спросила Селин.

"Не думаю, что это подходящее для нас место", - заметил Хэгин. "Нам нужно оставаться на открытом пространстве, там, где мы сможем чувствовать ветер".

"Откуда ты это знаешь?" - удивилась Селин. Она чувствовала то же самое, но не понимала почему. Ни мама, ни папа никогда не учили их, как выжить в подобных условиях. Фактически, родители не научили их ничему, даже тому, что они орлы.

Хэгин не ответил на вопрос сестры. Он не понимал, почему ему не хотелось углубляться в лес. Ему просто казалось, что это неправильно.

Прямо перед ними расстилался широкий луг, который показался орлятам бескрайним. По крайней мере, он был намного больше их гнезда! За лугом они увидели огромную горную гряду. "Разве они … не прекрасны", - сказал Хэгин, разглядывая горы, и одновременно удивляясь, почему они его так притягивают.

Видите ли, существует что-то глубоко внутри орла, что просто от рождения притягивает его к великим высотам, именно так это и происходит с орлами. Даже с орлами, которые не знают о том, что они орлы. Широкое пространство луга, раскинувшегося перед орлятами, манило их, но те огромные горы, казалось, буквально притягивали их к себе.

Их задумчивость была внезапно прервана каким-то шумом, доносившимся из соседнего леса. Инстинктивно два орленка прижались друг к другу.

"Что-то движется в лесу", - с замиранием произнесла Селин.

"И оно приближается", - добавил Хэгин.

Из лесу на поляну медленно вышли какие-то, странного вида, птицы.

"Свои?" - шепотом спросил Хэгин.

"Я … я не знаю", - ответила Селин.

Те, кого разглядывали двое маленьких орлят, оказались стаей индюков, не спеша разыскивавших пищу.

А вот пугать индюков не стоит. Они легко обращаются в паническое бегство. Но именно так чуть не произошло. Увидев Хэгина и Селин, индюки начали неистово кулдыкать и бегать кругами, создавая невообразимую суматоху. В результате все были смертельно напуганы. Когда все успокоились, Хэгин обнаружил, что пара маленьких глаз-бусинок внимательно его разглядывает.

"Привет", - сказал Хэгин странному созданию. "Извините, что напугали вас. Мы слышали, как вы шли по лесу. Видите ли, мы пытаемся найти что-нибудь поесть, и мы выпали вон из того гнезда, и мы голодны, и мы не знаем, где мы, и …"

"Не бойся, паренек", - пробормотал огромный старый индюк, разглядывавший Хэгина.

"Да кто же это?- подумал Хэгин.

Орлята с огромным любопытством изучали своего нового знакомого. Эта странная птица казалась им выше всех других птиц, виденных ими прежде. Массивное тучное тело поддерживали длинные тощие ноги. Лысую голову с мясистым наростом, торчащим прямо посреди лба, украшало что-то напоминавшее бороду, которая была такой длинной, что почти волочилась по земле. Но при всём своём очевидном уродстве странная птица держалась гордо. Возможно, она и принадлежала к тому же птичьему племени, что и орлята, просто выглядела немного чудно.

"Осторожность не помешает, когда живешь в лесу", - крикнул большой индюк своим хриплым, но дружелюбным голосом. "Простите нас за шум, мы всегда поднимаем суматоху, когда нас что-то пугает. Так что же двое маленьких индюшат делают здесь одни?"

"Индюшата?" - удивился Хэгин.

"Мы ищем пищу", - тихо ответила Селин.

"Ищете пищу? Вы сами станете пищей, если останетесь здесь надолго одни. Где ваши мама и папа?"

"Мы не знаем", - пожав плечами, печально сказала Селин.

Хэгин на минуту задумался над тем, что только что сказал индюк. "Стать пищей?!" - вскрикнул он. "Что вы этим хотите сказать? Конечно же, никто не может нас съесть".

Индюк громко рассмеялся. На этот раз он обернулся к другим индюкам, жестом приглашая их присоединиться к нему. Вскоре они все, как один, хохотали, производя при этом ужасный гвалт.

Немного позже индюк, возглавляющий стаю, снова обернулся к Хэгину, на этот раз его морщинистое тощее лицо выражало тревогу. "Мы не собираемся смеяться над вами, но вы, очевидно, не представляете, что такое лес. Вы всегда должны быть начеку. Видите ли, у нас, индюков, много врагов, и они хотят только одного, съесть нас".

Хэгин был ошеломлен, глядя на всех индюков, кивающих головами в знак согласия.

"Малыши, вы можете присоединиться к нам, если хотите. Мы были бы рады принять вас в свою стаю. Мы сделаем все возможное, чтобы заботиться о вас, и воспитать вас в наилучших индюшачьих традициях, чтобы вы стали мудрыми, сильными и гордыми индюками", - торжественно заявил большой индюк не допускающим возражения тоном. "Меня зовут Брэнт. А как зовут вас?" - спросил вожак стаи самым ободряющим тоном, на какой только был способен.

"Меня зовут Хэгин, а это моя сестра Селин", - очень официально представился Хэгин, стараясь подражать сдержанной манере индюка, безусловно, соответствующей этому важному событию. Но в глубине души Хэгин уже почувствовал себя зависимым от своего нового друга.

Брэнт повернулся к другим индюкам, чтобы представить им Хэгина и Селин. Каждый член стаи был чрезвычайно любезен и дружелюбен с орлятами, и они почувствовали себя принятыми. Формальности были соблюдены. Брэнт, понимая, что двое его маленьких друзей отчаянно нуждаются в пище, предложил всей компании продолжить ее поиски.

Итак, спустя всего несколько минут, маленькие орлята впервые отведали индюшачьей пищи. Это было что-то, что индюки называли желудями. Двое орлят были так голодны, что желуди показались им вкуснее всего того, о чем они могли только мечтать. Эта пища действительно была настолько хороша, что они были абсолютно уверены, что смогут наслаждаться ею вечно. По крайней мере, теперь они были уверены, что выживут. И всем этим они были обязаны своим новым друзьям, индюкам!

Странно, не правда ли, что можно ощущать себя желанным и принятым, но так и не почувствовать, что оказался дома. И по мере того, как шло время, это странное чувство росло. Хэгину и Селин не к чему было придраться, но каждый из них знал, что что-то не так, не смотря на то, что они были любимы и приняты.

Желуди и способ их добычи убедил орлят в том, что они отличаются от индюков. Хэгин часто спрашивал себя: "Разве так папа искал пищу…?"

Эти желуди! Да, правда, сначала они пришлись по вкусу орлятам. Но в последнее время они с каждым разом стали казаться им все более и более отвратительными.

Хэгина беспокоила еще одна вещь: внешность. Он много времени провел, разглядывая маленьких индюшат в стае. Хэгину казалось, что, пожалуй, его сестра Селин немного больше, чем он похожа на индюшат. И это тревожило его, потому что это означало, что и он тоже должен быть похож на них!

Вскоре Брэнт заметил обеспокоенность двух новых индюшат. Он им сочувствовал. Брэнту часто приходилось иметь дело с новичками, и ему были известны их нужды. Брэнт знал, как удовлетворить их потребности, и был вполне уверен, что они освоятся, как только почувствуют себя одним целым со своей новой семьей. Более того, он был убежден в своей правоте.

Видите ли, когда орел не может отыскать свой настоящий дом, (не важно, как сильно он хочет его найти), в конце концов, он пойдет куда угодно, лишь бы почувствовать себя принятым. Орел жаждет любви и принятия, даже если эту любовь и принятие предлагают ему индюки. Не беда, что они совсем не те, с кем бы ему хотелось общаться. Приятие есть принятие, независимо от того, где вам приходится искать его.

Однажды Брэнт жестом пригласил Хэгина, Селин и еще двух индюков следовать за ним.

"Хэгин, Селин", - заговорил Брэнт. "Пожалуйста, выслушайте меня. Нам хочется, чтобы вы знали, как много для нас значит ваша принадлежность к нашей стае. Для нас это огромное преимущество". Два индюка вышагивали рядом, кивая головами в знак согласия.

"Селин, я счел бы за честь помогать тебе в поисках пищи", - предложил один из индюков.

"А я, если бы ты захотел, мог быть твоим товарищем, Хэгин", - сказал другой, радуясь своей идее.

Хэгин и Селин были захвачены врасплох таким явным и неподдельным проявлением любви. Видите ли, они уже почти поверили, что они не индюки и никогда ими не были. Но они не могли не ответить на такой теплый прием, который был им так свободно предложен.

Успокоившись, и пытаясь забыть о своем несходстве с их новой семьей, Хэгин и Селин поклялись еще раз поработать над своим отношением к ближнему. И действительно, по прошествии нескольких минут, они бодро шагали по лесу со своими новыми помощниками, разыскивая эти отвратительные на вкус желуди, которыми питаются все индюки.

И все же одно обстоятельство продолжала беспокоить Хэгина: привычка всех индюков в поисках пищи смотреть себе под ноги. Хэгину казалось, что сначала он должен издали высмотреть свою добычу, а потом как-то броситься на нее. Ему казалось странным, почему, добывая пищу, нужно ползать по земле.

"Очевидно", - думал он, - "я никуда не годный ученик, и не умею правильно искать желуди. Буду внимательнее следить за тем, как это делают другие".

В тот же миг он услышал, как Брэнт криком приглашает всю стаю на обед. Все индюки устремились к гигантскому дубу, под которым гордо стоял Брэнт. "Угощайтесь!" - лицо Брэнта сияло. "Взгляните сюда! Желуди! Повсюду!"

"Фу!" - подумал Хэгин. "Меня сейчас стошнит. Я был уверен, что он нашел что-то новое, настоящее и свежее. А это все те же желуди!"

Хэгин и Селин с отвращением глядели на то, с каким с наслаждением все индюки принялись за эти вкусные желуди.

Разумеется, желуди вполне приемлемая пища для того, кто родился индюком. Но не для орлов. Орлам следует питаться желудями если только они умирают с голоду, чтобы выжить.

Не желая обижать свою новую семью, орлята глубоко вздохнули и заковыляли прямо к дубу, где и начали набивать желудями свои желудки.

Эти отвратительные желуди были невероятно сухими и безвкусными. Вскоре два орленка, ставшие индюшатами, почувствовали себя так дурно, что не смели пошевелиться из страха, что их стошнит. Стоя под дубом, Хэгин испытал почти неудержимое желание взмыть в небо, только чтобы убраться от всего этого кошмара, называемого индюшачеством.

Но, вместо этого Хэгин остался стоять на том же месте, вновь и вновь клянясь себе, что станет хорошим индюком, чего бы это ему не стоило. Даже если для этого потребуется есть желуди. Хэгину тяжело далось такое решение. Насколько тяжело? Приблизительно так же тяжело, как было бы вам, прими вы отважное решение каждое утро на завтрак съедать газету!

Это показывает, насколько далеко готовы зайти люди, чтобы быть принятыми другими людьми, даже если эти другие имеют более скромное призвание и цель в своей жизни.

Эту истину следует запомнить: когда вам кажется, что некуда пойти, вы всегда окажитесь там, где вас принимают. А когда новичок почувствует, что принят в какое-то общество, он часто будет стараться подражать своим новым друзьям, чтобы заслужить их принятие.

Конечно, вы понимаете то, что ускользнуло от Хэгина. Искаженное представление о принятии вынуждает нас игнорировать свой собственный внутренний мир, только бы добиться принятия. Кажется, что те, чьего принятия мы ищем, тоже чувствуют это. Поэтому они делают изменение нашего поведения необходимым условием принятия в свой круг!

Одна из величайших нужд индюков, орлов, и кого бы то ни было еще, состоит в том, что после того, как желудки наполнены, остается потребность в чем-то еще: в принятии и безопасности.

Если орлы не получают удовлетворения этой основной потребности среди подобных себе орлов, индюки готовы прийти на помощь!

Если вы не любите других орлов, скорее всего, их найдут и полюбят индюки.

Именно так, чаще всего, орлы становятся индюками.