Майбурд Е.М. Введение в историю экономической мысли. От пророков до профессоров

ОГЛАВЛЕНИЕ

ГЛАВА 2. ВНАЧАЛЕ БЫЛО СЛОВО АРИСТОТЕЛЯ

До нашей эры соблюдалось чувство меры...

В. Высоцкий

О способах достичь богатства

В трактате "Политика" Аристотель, начав с рассмотрения вопроса о том, что такое государство и как оно устроено, выясняет, что существенным элементом государства является семья. Приступив к рассмотрению семьи со всех сторон, он приходит к вопросу о собственности и богатстве.

Аристотель предлагает различать два умения: вести домашнее хозяйство 1 и наживать состояние. Во втором случае речь идет о приобретении средств, а в первом — о пользовании ими. Но и умение наживать состояние различается как по целям, так и по способам на два вида. Одно дело, когда приобретение является служебной целью для домохозяйства. И другое дело, когда приобретение является самоцелью.

В обоих случаях средством служит обмен. С точки зрения домоводства обмен нацелен на восполнение недостающего в хозяйстве. И очень долго обмен носил бартерный характер: семьи обменивались излишками того, что у них имеется.

Постепенно из этого естественного обмена развилась торговля как особый вид деятельности. Аристотель Для удобства обмена люди придумали употреблять металлы — железо, медь, серебро — как общие измерители ценности различных товаров. Сперва металлы взвешивали, потом придумали ставить на слитках чекан с указанием веса. Так возникла монета.

Тогда-то и появилось стремление наживать и копить деньги. И под богатством, пишет Аристотель, зачастую понимают именно изобилие денег. Но это ошибка, говорит философ. Деньги выполняют свою роль только потому, что люди условились принимать их в уплату за реальные вещи. Стоит только людям переменить отношение к данной монете, как "деньги потеряют всякое достоинство". И обладатель даже большого количества денег может оказаться перед угрозой голодной смерти! Деньги — это знаки, служащие необходимым элементом всякого обмена.

Поскольку целью домохозяйства не является накопление денег, постольку здесь стремление наживать состояние имеет свой предел. Но "все, занимающиеся денежными оборотами, стремятся увеличить количество денег до бесконечности". В первом случае целью является "приумножение того же самого", а во втором — "нечто иное". Первое "обусловлено необходимостью и заслуживает похвалы". Второе "по справедливости вызывает порицание". Поэтому оправданна ненависть к ростовщичеству. Оно 'делает сами денежные знаки предметом собственности", из-за чего они "утрачивают то свое назначение, ради которого они были созданы". Аристотель характеризует этот род наживы как "по преимуществу противный природе".

Итак, говорит философ, наживать состояние можно различными способами. Если это относится к домашнему хозяйству, то связано с земледелием, садоводством, скотоводством, пчеловодством и т.д. Другим способом является торговля (он различает три ее вида: морская, транзитная и розничная). Далее следует отдача денег в рост. Затем — наемный труд. Кроме того, он упоминает такие виды деятельности, как рубка леса и горное дело, которые мы могли бы назвать промыслами.

Во всех способах фигурирует обмен. И при любом из названных способов выгодно "если кто сумеет захватить какую-либо монополию". Потому что монополист может установить цену более высокую, чем обычная цена.

А что такое обычная цена? Как она складывается и почему?

Уравнение обмена

К такому вопросу Аристотель обращается в другом своем трактате, который называется "Никомахова этика". Сперва он рассуждает о том, что такое справедливость в отношениях между людьми. И приходит к такому виду межчеловеческих отношений, как обмен товарами.

Если два рода товаров обмениваются друг на друга, например хлеб на башмаки, то имеет место некая пропорция обмена. Какое-то количество хлеба обменивается на какое-то количество обуви. Тогда можно посчитать, сколько хлеба приходится на пару башмаков, т.е. пара башмаков = Х мер хлеба.

Величина Х и есть цена пары башмаков. Так сказать, хлебная цена обуви. Понятно, что возможен и счет в другую сторону, выражающий, так сказать, башмачную цену одной меры хлеба.

Предполагается, что обмен совершенно доброволен для обоих участников. Это значит, что ни тот, ни другой не является монополистом. Тогда должно получиться то, что Аристотель называет "справедливой ценой". Как она формируется?

И хлеб, и обувь — продукты труда. Часть труда земледельца переходит к башмачнику, и наоборот. Но здесь возникает затруднение:

'Ничто ведь не мешает работе одного из двух быть лучше, чем работа другого, а между тем эти работы должны быть уравнены".

Такого рода отношения между людьми, говорит Аристотель, возникают только тогда, когда налицо различные профессии. Мы бы сказали теперь, что должны существовать разделение труда и специализация. Должны быть в наличии, по Аристотелю, "разные и неравные стороны", которые как-то приравниваются одна к другой.

"Все, что участвует в обмене, должно быть каким-то образом сопоставимо" — это утверждение Аристотеля означает, что при самых непохожих работах (он берет для примера земледельца и врача) должно существовать что-то такое, что одинаково присуще обеим сторонам обменной сделки. "Все должно измеряться чем-то одним". Позднее Маркс назвал это "что-то" субстанцией ценности.

Чем бы ни была данная "субстанция", только ее наличие во всех товарах делает возможным как бартер, так и денежную торговлю — такова, по сути дела, мысль Аристотеля. Когда оба участника обмена договорились о цене

d =X g

(где d — единица первого товара, g — единица второго товара, а Х — число единиц второго товара, отдаваемое за единицу первого), тогда левая часть равна правой. Но в каком смысле дом равен сапогам, а хлеб равен посещению врача?

Этот вопрос занимал ученых в течение многих столетий. Как мы увидим ниже, над ним бились самые выдающиеся умы. Вопрос о глубинном основании цены оказался очень непрост. Скажем сразу: в экономической науке нет единого мнения на этот счет и по сей день. Временами преобладает точка зрения то одной школы, то другой.

В последние сто лет ученые, в общем, договорились о том, как образуются рыночные цены, как они меняются под воздействием различных причин, при каких условиях они растут или снижаются. Однако до сих пор не было еще ни одного дня, когда бы все серьезные экономисты мира сошлись в едином мнении о том, какая последняя "субстанция" лежит в основании цены, т.е. на какой основе дом равен башмакам. А это значит, что и все перечисленные выше договоренности (т.е. общепринятые теории) не могут считаться окончательными.

Аристотель был первым ученым, кто не только поставил этот вопрос, но и предложил свой ответ. Вот он:

1) в самих товарах нет ничего такого, что могло бы приравнивать их друг к другу;

2) но товарный обмен — это отношение не только между вещами, но и между их владельцами;

3) в обменной сделке, следовательно, имеются четыре участника;

4) именно товаровладельцам присуще нечто такое, что позволяет "приравнять" друг к другу их самих и обмениваемые товары;

5) этой общей 'субстанцией" служит потребность в том, чего нет у каждого из них.

Итак, четыре участника — это товаровладельцы a и b и их товары g и d . Чем сильнее у лица a потребность в товаре d , принадлежащем лицу , тем больше своего товара у отдаст a за единицу d . И наоборот. Отсюда следует пропорция:

a / b = d / g

Если a — башмачник, а a / b — хлебороб и если потребность башмачника в хлебе втрое превышает потребность хлебороба в башмаках (т.е. ее : b = 3), тогда уравнение обмена (цена) складывается так: d = 3 g , и это означает, что за меру хлеба отдаются три пары башмаков (например, одна для хлебороба, другая для его жены и третья для его маленькой дочки).

Идеи Аристотеля оказали огромное влияние на развитие теории цены. Но лишь в XVIII в. французский мыслитель Тюрго продолжил и развил мысль о взаимном соизмерении потребностей (см главу 13). И еще сто лет спустя сразу несколько блестящих ученых создали на этой основе теорию предельной полезности (см. главы 21 и 22). Сегодня ее разделяют, пожалуй, большинство экономистов. Но опять-таки не все.