Вартанова Е.Л. Медиаэкономика зарубежных стран

ОГЛАВЛЕНИЕ

РАЗДЕЛ I. МЕДИАЭКОНОМИКА В СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ

Глава 1. СМИ В СОВРЕМЕННОЙ ЭКОНОМИКЕ

КОНЦЕПЦИЯ «ИНФОРМАЦИИ» В ТЕОРИЯХ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА

Становлению теории информационного общества способствовало как развитие ИКТ, так и их широкое использование в глобализирующейся экономике. Современные телекоммуникационные сети связали воедино банки, страховые компании разных стран и континентов. Именно сектор финансовых услуг первым внедрял использование выделенных телефонных линий для создания системы перевода значительных сумм на большие расстояния. Первые финансовые сети, позволявшие мгновенно перемещать значительные капиталы за границу, получать прибыль от изменения учетных ставок, даже вывозить капиталы из политически нестабильных стран, фактически создали «нервную систему» современной международной экономики. Некоторые исследователи напрямую связывают развитие глобальных телекоммуникаций с нуждами сектора банковских услуг, отмечая, что появление глобальной сервисной экономики привело сегодня к значительным изменениям рынков и потоков – как капитала, так и информации.

К настоящему времени большая часть теоретиков связывает становление информационного общества не столько с технологическим развитием, сколько с качеством информации, распространяемой по компьютерным сетям. Все большее число исследователей сходятся в том, что прогресс ИКТ преобразовывает общество не сам по себе, а благодаря изменению природы и свойств информации, создаваемой, распространяемой и хранимой их посредством. Концепция информационного общества преобразуется в концепцию общества знаний (knowledge society, knowledgeable society, knowledge-based society). Это означает, что для многих авторов ценность информации как экономического, так и интеллектуального ресурса заслоняет значение технологического прогресса, выдвигая на первый план контент-провайдеров – создателей информационных продуктов, в том числе и журналистов.

Сетевой капитализм Кастеллса. Первым в ряду социологов, предложивших радикальные изменения понятийного аппарата концепции информационного общества, должен быть назван М. Кастеллс. В трехтомнике «Информационный век. Экономика, общество и культура» (1986–1989) он утверждает, что капиталистические общества в последние десятилетия XX века также вступили в период перестройки. В связи с этим он вводит несколько важнейших понятий. Во-первых, это новая характеристика капитализма и социализма, которым он приписывает неотъемлемые, по его мнению, свойства: гибкость – первому и статизм – второму. Возможность капитализма гибко и быстро адаптироваться к разного рода изменениям позволяет ему выжить, тогда как социализм – даже будучи по своим социальным установкам более гуманистичным и прогрессивным строем – в силу своей статичности обречен. Именно поэтому либеральные рыночные экономики естественно переходят к информационному обществу: «Технологические инновации и организационные изменения, имея конечной целью гибкость и приспособляемость, стали решающими факторами, повлиявшими на скорость и эффективность капиталистической перестройки».

Как и многие исследователи, М. Кастеллс считает, что главным ресурсом нового общества становится информация. Этому способствует ее неотъемлемая характеристика – способность быть бесконечно возобновляемой и используемой. Потребление информации каким угодно большим числом людей не уменьшает возможностей доступа к ней новых и новых потребителей, и в этом коренится важнейшее отличие от процесса потребления материальных ресурсов.

Определяя новый тип общества, М. Кастеллс называет будущую стадию общества информациональной. Необходимость разграничения связана с тем, что новый этап развития общества принципиально отличается от предыдущего. По определению М. Кастеллса, современное общество становится «специфической формой социальной организации, в которой сбор, обработка и распространение информации являются фундаментальной основой производительности и власти вследствие новых технологических условий, возникающих в этот период»[7]. Разграничение М. Кастеллса позволяет дать более точную характеристику, выходящую за рамки обычных представлений о важности информации и знаний как ресурсов современного общества. Согласно логике М. Кастеллса, отличительной характеристикой современной экономической и социальной жизни становится «сетевая логика», которая определяет тип базовых социальных структур и динамику развития общества.

М. Кастеллс определяет современный тип капитализма как информациональный исходя из нескольких обстоятельств. Это:

O резкое возрастание значения информационных технологий и культурных навыков;

O изменение социальных отношений (новый тип поляризации в обществе основывается на информационном неравенстве);

O трансформация отношений власти (иерархия власти не исчезает, но сетевые геометрия и структуры начинают доминировать);

O модификация личного опыта (семья, пол, личность, хотя и остаются факторами, определяющими идентичность, воспринимаются личностью и обществом по-иному).

Информационная парадигма определяет все процессы в современном обществе – накопление знаний, экономическую производительность, реализацию политической и военной власти, коммуникацию посредством СМИ. Все страны, оказавшиеся на передовых рубежах современного развития, сегодня находятся под воздействием капитализма и информационализма. Более того, все общества (во всяком случае, находящиеся на высокой стадии развития) уже сегодня могут считаться информациональными, хотя и в разной степени, в разной форме, со специфическими национальными, культурными и институциональными моделями.

Экономика знаков и пространства Лэша и Урри (1994). В 1987 г. британские социологи Скотт Лэш и Джон Урри выдвинули концепцию конца организованного капитализма, который, переформировав экономическую структуру общества, привел к возникновению новой экономики знаков и пространства. В своем первом труде «Конец организованного капитализма» британские исследователи предложили новую периодизацию развития рыночного капиталистического общества, состоящую из трех фаз. Эти фазы выделяются на основе трех параметров:

O основной временно-пространственной организационной структуры;

O пространственных изменений в пределах территории государства;

O основных средств распространения знаний и осуществления социального контроля.

Показательно, что не только уровень экономического развития общества, но и важнейшие технологии распространения знаний и коммуникаций становятся основополагающими характеристиками капитализма как общественной структуры. Либеральная фаза развития капитализма (вторая половина XIX века: разрушающиеся авторитарные империи, зачатки промышленности и банковского дела) в качестве основного средства распространения знаний выдвигает устную или рукописную речь. Следующая фаза – организованного капитализма (XX век) – создает национальное государство, промышленность, сосредоточенную вокруг городских центров, стимулирует все формы печати, создавая «печатный капитализм». Наконец, современная фаза развития – дезорганизованный капитализм – приводит к созданию мировой экономики, международного разделения труда при одновременном упадке национальных экономик и городов, разделении промышленности и финансов. На этой фазе «транслируемая электронными способами информация драматически сокращает время и пространство между людьми, увеличивая возможности и силу надзора»[8].

Вторая работа С. Лэша и Д. Урри «Экономика знаков и пространства» (1994) обращает внимание на изменение природы как объекtob, так и субъектов экономики. Важнейшие особенности современной экономики – это:

O высокая мобильность субъектов, а именно рабочей силы;

O потеря продуктами, производимыми современной экономикой, материальных свойств: сами продукты отделяются от материального содержания, становятся знаками; это особенно очевидно на примере поп-музыки, кино, видео, содержательных медиапродуктов, в том числе и Интернет-контента;

O приобретение материальными продуктами знаковой прибавочной стоимости, которая становится неотрывной от них (эстетизация материальных продуктов).

Британские социологи считают, что в современном мире прежние социальные структуры, основанные на классовом делении общества, теряют значение, становятся менее стабильными. Однако индивидуумы имеют иной структурный базис для взаимоотношений: это все более проникающие в современную жизнь информационные и коммуникационные структуры. С. Лэш и Д. Урри утверждают, что «можно наблюдать начало необратимого процесса, в котором социальные структуры, национальные по своему масштабу, постепенно заменяются глобальными информационными и коммуникационными структурами»[9]. Эти структуры, которые по сути своей – сетевые информационные потоки, и есть экономика знаков и пространства. Следовательно, не аккумуляция капитала, как считал К. Маркс по отношению к промышленному и финансовому капитализму, а аккумуляция образов и экспрессивных знаков становится сутью современной экономики – экономики знаков и пространства.

Новая экономика Н. Бек. Канадская исследовательница Н. Бек (1999) не просто заявила о рождении новой экономики, но и запатентовала это название. Однако новая экономика, по мнению Н. Бек, – это по сути экономика знаний, в которой низкая стоимость рабочей силы, ограниченность природных ресурсов и доступа к традиционным транспортным сетям заменяется рядом новых приоритетов. В их числе:

O наука и технология;

O управление;

O открытое и ответственное правительство;

O высокотехнологичная инфраструктура;

O образование;

O прозрачность всех социальных структур.

Важнейшая экономическая характеристика современного общества, по мнению канадской исследовательницы, – это высокий уровень знаний, необходимых для базовых отраслей промышленности. В сырьевой экономике (1880–1918) индекс уровня знаний составлял 14,7%, в индустриальной (1918–1981) – 18,0%, в технологической (1981–2035) – 48,9%.

Необходимость повышения уровня знаний в новой экономике требует и новых ценностей от самого бизнеса. Повышение конкурентоспособности фирм невозможно без прозрачности их деятельности, финансовых операций, преодоления коррупции. Дополнительным преимуществом становится присоединение к единой языковой платформе – английскому языку, что повышает эффективность деловых операций. Возрастающее значение ИКТ в экономике приводит к появлению новой социальной общности – электронных эмигрантов. Качество их жизни возрастает за счет того, что они, оставаясь жить в своих странах, работают на крупнейшие транснациональные корпорации благодаря использованию ИКТ. «Эмигрируя» из национальной экономики виртуально, работники новой экономики продолжают жить в своих странах, становясь продуктом экономической глобализации.

Медиасистема как движущий фактор развития С. Браман (1998). Исследователи СМИ, анализируя их историю, прослеживают воздействие трансформации важнейших общественных структур на медиасистемы. С. Браман (США) считает, что переход к информационному обществу, его первая стадия начинается еще в середине XIX столетия – вместе с электрификацией и зарождающейся на этой основе глобализацией. Вторая стадия – массификация и профессионализация – приходится на первую половину XX века. Третья, ознаменованная конвергенцией технологий и осознанием качественных социальных изменений, проходит в 1960–1990-е годы. В настоящее время общество уже вышло на четвертую стадию информационного общества, характеризующуюся взаимной гармонизацией национальных информационных систем и их приспособлением друг к другу.

«Посткапиталистическое общество» П. Друкера. В широко известном среди менеджеров труде «Посткапиталистическое общество» П. Друкера (1976) предпринята иная попытка определить линии водораздела внутри современных обществ. Хотя П. Друкер не уделял специального внимания информационно-коммуникационным технологиям, он подметил другую существенную особенность развития позднего капитализма. По существу он заметил зарождение основ экономики знаний. Отмечая повышение роли управленцев, наемных работников, занятых в сфере интеллектуального труда, исследователей и других представителей академической сферы П. Друкер обратил внимание на появление социального слоя работников знания (knowledge workers). Пристальный взгляд австрийского исследователя, создававшего свои многочисленные работы по проблемам управления в США, сумел даже выделить подгруппы в этой многочисленной социальной группе. По П. Друкеру, основной конфликт современного общества – это не конфликт между трудом и капиталом, между собственниками и несобственниками в материальной сфере, как считал К. Маркс. Основное противоречие разделяет производителей интеллектуального продукта и тех, кто этот продукт эксплуатирует и применяет в экономике. Иными словами, речь идет о конфликте между менеджерами и интеллектуалами, что сегодня становится одной из наиболее актуальных и больных проблем современного общества.

Современные проблемы, вызванные прогрессом ИКТ и превращением медиаконтента в самостоятельный рыночный продукт, не ограничиваются только названными выше. В настоящее время диспропорции современного развития группируются вокруг трех типов проблем:

O Избыточность информации: в результате прогресса ИКТ современные медиасистемы предлагают широкий выбор медиатоваров и медиауслуг, поэтому рядовому потребителю становится все труднее находить и выбирать необходимую информацию.

O Коммерциализация информационного пространства: новые электронные услуги, предлагаемые кабельным и спутниковым ТВ, Интернетом, мобильными операторами, имеют ярко выраженный коммерческий характер; это оказывает непосредственное влияние на дальнейшую коммерциализацию старых СМИ; предложение развлечений и игр начинает преобладать над предложением информации и знаний.

O Неравномерность доступа к ИКТ и новым информационным услугам: традиционные критерии материального благосостояния оказывают непосредственное влияние на возможности доступа к новым медиа и ИКТ, «общество двух скоростей», в котором различные группы населения (информационно богатые и информационно бедные) имеют разные материальные возможности доступа, – становится характеристикой любого современного общества.