Адорно Т. Исследование авторитарной личности

ОГЛАВЛЕНИЕ

Религиозные представления по материалам интервью

С. Специфические выводы

1. Функции религии у людей с предрассудками и без них

Наша гипотеза о "нейтрализованной" религии подтверждается характерной чертой, которую мы довольно часто встречаем в материалах интервью. Это стремление рассматривать религию как средство, а не самоцель, то есть одобрять и принимать ради ее ценности для достижения целей, которые нельзя достигнуть другими средствами, а не ради ее объективной истины. Этой точке зрения соответствует общая тенденция к подчинению и отказу от собственного мнения, что очень характерно для ментальное™ сторонников фашистских движений. Они принимают и разделяют идеологию не потому, что понимают ее или верят в ее истинность, но из-за возможности ее непосредственного применения или же вследствие произвольных решений. Здесь и кроется один из корней того упорного, последовательного и манипулятивного иррационализма национал-социалистов, который Гитлер выразил в словах: "Можно умереть только за ту идею, которую не понимаешь". По внутренней логике это равносильно презрению к истине как таковой. Мировоззрение выбирается как товар на рынке: потому что его необычайно умело расхвалили, а не потому, что он хорош. По отношению к сфере религии такая позиция должна породить амбивалентность, так как религия претендует на то, чтобы быть абсолютной истиной. Если же она признается и принимается по другим причинам, то тогда это притязание отрицается и религия по сути отвергается, несмотря на ее внешнее признание. Поэтому упорное утверждение религиозных ценностей из-за их "выгоды" должно неизбежно работать против них.
И те, кто не имеет предрассудков, и те, кто их имеет, обычно подчиняют религию внешним целям. Кажется, что в этом плане их невозможно различить, но они явно различны по своим целям и по тем способам, с помощью которых они ставят религию себе на службу.
Но люди, имеющие предрассудки, чаще, чем те, кто их не имеет, используют религиозные идеи ради непосредственной практической выгоды, а также для того, чтобы манипулировать другими людьми. Примером, когда формализованная религия используется для поддержания социального статуса и общественных отношений, может служить F201, молодая женщина с ярко выраженными предубеждениями, которая выражает свою заинтересованность в "стабильном обществе" с четко очерченными классовыми границами:
253


В женской школе, в которую я ходила, я стала членом епископальной церкви. Там было очень хорошо. Мои друзья тоже туда ходят. Она дает больше философии,чем христианский сайентизм, и она повышает уровень. Философия епископальной церкви в целом соотвествует всем протестантским церквям. Она принята в высших классах и предоставляет им религию или приближается к ним.
Этноцентристы зачастую принимают религию за некое практическое вспомогательное средство для гигиены души. Характерно высказывание
F109:
Я не понимаю религии. Она для меня как сказка. Я не знаю, верю ли в Бога. Он должен быть, но в это трудно поверить. Религия дает нечто такое, чего можно придерживаться, согласно чему можно организовать свою жизнь.
Если религия еще и употребляется как нечто, "чего можно придерживаться", то этим потребностям также может удовлетворять все, что для индивидуума представляет абсолютный авторитет, в том числе и фашистское государство. Весьма вероятно, что фашизм играл для немецких женщин как раз такую роль, которая раньше отводилась вере и позитивной религии. В психологическом плане фашистская иерархия функционирует в широком смысле как секуляризованная замена церковной иерархии. В конце концов, национал-социализм получил распространение из Южной Германии, где очень сильна римско-католическая традиция.
В религиозных взглядах Ml 18, человека с предрассудками и умеренно высокими показателями, ясно виден элемент произвольного; он смешивает религию с псевдонаучными объяснениями, которые лишают его веру всяческой силы.
Я готов поверить в существование Бога, в нечто, что я во всяком случае не могу объяснить. Разве Дарвин не говорил, что первоначально мир состоял только из клубящихся газов?
Ну, так кто же это создал? Откуда они возникли? Это, конечно, имеет мало общего с церковным ритуалом. (Перед этим он заявлял, что церковь имеет "весьма важное значение").
Здесь нет логической связи между аргументами и тем фактом, что человек придерживается позитивного христианства. Посредством такой софистики его последующие высказывания обнажают аспект неискренности традиционной религии, который так легко приводит к коварному, пренебрежению официально признанными ценностями. Ml 18 продолжает:
Я верю в силу молитвы, даже если она состоит только в том, чтобы удовлетворить молящегося. Я не знаю, есть ли прямая связь, но молитва
254


помогает человеку, и я за это. Это также возможность самосозерцания, возможность остановиться и поразмышлять о себе8.
Признание религии с позиции целесообразности является, вероятно, в меньшей степени выражением желаний и потребностей индивидуума, чем его уверенность в том, что религия хороша для тех, кого она способна удовлетворить, то есть, может быть, использована для манипулирования. Рекомендуя религию другим, человек с легкостью становится ее "защитником", не ощущая потребности идентифицироваться с ней. Циничная теория европейских политиков девятнадцатого века о том, что религия - это лекарство для масс, кажется в известной мере демократичной. Ее разделяет большая часть этих самых масс, которые все же для себя, как для личностей, втайне делают оговорки. Подобным оценкам религии соответ-свует зачастую принятая в национал-социалистской Германии привычка говорить о партии в третьем лице множественного числа (они) и, таким образом, в частной жизни отделять себя от господствующей идеологии. Фашистская личность, по-видимому, только тогда может справиться с жизнью, если она расщепляется на разные уровни, некоторые из них подчинены официальной доктрине, но другие, наследие старого сверх-Я, способствуют сохранению внутреннего равновесия и своей индивидуальности. Такие расщепления Я проявляются в неконтролируемых ассоциациях наивных и необразованных людей, как, например, у М629, мужчины со средними показателями, приговоренного к пожизненному заключению в тюрьме Сан-Квентин. Он высказывает поразительную мысль:
Лично я думаю, что у меня есть религия, которая, насколько я знаю, еще ни в однЬй книге не была изложена. Я считаю, что религия имеет ценность для людей, которые в это верят. Я думаю, что те, кто ею пользуются, употребляют ее как средство ухода от реальности.
Этот человек провел девятнадцать месяцев в камере смертников, так что отсутствие логики, с которым он делает из религии успокоительное средство, объясняется этим обстоятельством без дальнейшей психологической интерпретации.
Даже люди с более развитым интеллектом бывают подвержены этому конфликту. Примером служит 5059, женщина с умеренно высокими показателями, отвергающая атеизм, поскольку "атеистические похороны слишком бездушны". Она категорически отрицает всякие противоречия между наукой и религией и называет подобные идеи "злонамеренными выдумками". По-видимому, она проецирует свое недовольство конфликтом на тех, кто о нем говорит. Это похоже на мышление национал-социалистов, которые возлагают ответственность за социальные просчеты на критиков общественного строя.
255
Люди без предубеждений также часто признают религию не за присущую ей истину, а потому что видят в ней средство для достижения целей. Примером такого "практического" восприятия религии является F126. Она изучает журналистику, и у нее были очень низкие показатели по шкалам А-S и Е. Вот отрывок из ее интервью:
Родственники посещали церковь только от случая к случаю. Она сама ходит редко, но все же у нее большое уважение к религии, и она считает, что религия могла бы развиться в нечто, что дало бы людям недостающее доверие и взаимопонимание. "Яне знаю, чего еще должны придерживаться люди, какой жизненной цели. Кажется, им нужно что-то, во что нужно верить. Я думаю, некоторые любят своих ближних и без религии, но не очень многие."
Эти высказывания в какой-то степени напоминают уже описанные выше, но все же у нас сложилось впечатление, что такое "практическое" отношение к религии у людей с низкими показателями N обычно отличается от восприятия людей с высокими показателями Н по содержанию и по контексту. А именно, эта молодая женщина считает, что религия - это хорошо для людей, она дает им "что-то, чего они могут придерживаться", однако, она должна служить гуманным и идеальным целям - "способствовать взаимопониманию" - а не просто преуспеянию в жизни и делах. Как предубежденные, так и не склонные к предрассудкам предполагают, что религия способствует душевному здоровью. Очень характерно, что с высокими показателями Н приписывают религию другим, более слабым и ущербным, сами же обращаются к ней только во время острых внешних кризисов; в то же время лица с низкими показателями у склонны видеть в религии более глубокую внутреннюю структуру, средство для борьбы с ненавистью, страхом, решения внутренних конфликтов и т.п. Мы почти никогда не встречали такого N, который воспринимал бы религию, главным образом, с внешиепрактической точки зрения, как средство достичь успеха, положения и власти или только для того, чтобы соответствовать традиционным ценностям.

2. Вера в Бога, но не в бессмертие

Нейтрализация религии идет рука об руку с ее расщеплением. Точно так же, как подчеркивание практического использования религии непрерывно подвергается процессу отбора и приспособления. Материалы интервью свидетельствуют, что стремление к избирательной вере является отличительной чертой предубежденных респондентов. Почти без исключения они все верят в Бога, но не в бессмертие. Приведем два примера. Интервьюер пишет о 5009, верующем баптисте:
256

он считает себя глубоко религиозным, верит в Бога, но, будучи образованным человеком, иногда сомневается в жизни после смерти.
А вот что написано про 5002:
по-прежнему является "христианином", верит в Бога, хотел бы верить в жизнь после смерти, но сомневается и думает, что подлинное религиозное возрождение или новый религиозный миф принесет в мир добро.
Особенно распространены заявления о том, что респонденты считают себя людьми религиозными, приверженцами церкви, но несогласными с ее "некоторыми учениями", связанными иногда с чудесами, а иногда с бессмертием. Этот взгляд соответствует той важной глубинной структуре, элементы которой мы установили с помощью психологического анализа. Абстрактная идея Бога сформировалась на основе идеи отца, в то время как общая деструкгивность осознавалась как реакция, отвергавшая надежду личности, выразившуюся догмой бессмертия. Респондентам, придерживающимся такой точки зрения, нужен Бог как выражение абсолютной
власти, которой они могут поклоняться, но индивидуальное должно исчезнуть полностью.
Понятие Бога, на котором основан этот образ мыслей - это понятие абсолютного наказания. Поэтому неудивительно, что религиозные чувства этого типа очень характерны для Н, отбывающих срок наказания в тюрьме.
М627, осужденный на пожизненное заключение за изнасилование, "имеет проблемы с религией" и не верит, что "должен быть определенный
способ богослужения". Но он верит, невзирая на оттенок религиозного бунтарства,
что у каждого человека должен быть свой путь богослужения, если он верит в силу, которая выше человека.
Эта сила имеет форму внешней власти, но остается совершенно абстрактным, чисто проективным представлением о власти как таковой.
Ну, я слышал, как многие парни говорят о тех силах, в которые они верят... и я пытался найти эти силы в себе и не смог... читал самые разные религиозные книги... но все это туманно.
Ту же мысль выражает М656А, отбывающий срок за подлог:
Ну, я не тот человек, который может много говорить о религии, потому что я не так много знаю о ней. Я верю в Библию. Я верю, что есть нечто
больше и сильнее любого на земле... Я не часто хожу в церковь, но... пытаюсь жить правильно.
9 Зак.4022
257

Для этого человека все специфически религиозное содержание не имеет большого значения по сравнению с идеей силы и жесткими моральными стереотипами добра и зла.
Католическая религия, например, так же хороша, как и та, в которую я верю. Все они основаны на том же укладе жизни, верном или неверном. Я из тех, кто не верит в одну определенную религию.
Этот "абстрактный авторитаризм" в религиозных вопросах легко превращается в цинизм и открытое презрение к тому, во что верил раньше. М664С так ответил на вопрос о своих религиозных взглядах:
О. я на это мало обращаю внимания... Я верю в Бога и всю эту чепуху, но это...
Выбор слова "чепуха" опровергает его собственное заявление. В таких случаях есть один эффект нейтрализации - мало остается от
Бога, разве что одна божба.
На нигилистический аспект такой конфигурации указывает случай с
убийцей М651.
То, что мне нравится в ней, это факт, что она делает людей счастливее, хотя меня это не касается... видишь столько лицемерия...
На вопрос, что важнее всего в религии, он сказал:
Вера, я думаю, что вера - это все. Это вещь, которая объединяет нас.
Когда интервьюер захотел узнать о собственных религиозных чувствах респондента, он ответил:
...я верю, что когда умрешь, то это все... Жизнь коротка, а вечность будет всегда. Как может Бог послать тебя в ад навечно только на основе краткого жизнеописания... Это, по-моему, немилосердно и несправедливо.
Приведенный материал указывает на связи между абстрактной верой в силу и отрицанием более конкретных и личных аспектов религии, особенно, идеи вечной жизни, и слегка завуалированной склонности к насилию. Но поскольку насилие запрещено, в особенности в тюрьме, оно проецируется на Божество. Кроме того, нельзя забывать, что совершенно абстрактную идею всемогущего Божества, которая господствовала в восемнадцатом веке. легче всего объединить с "научным духом", чем доктрину бессмертной души - с ее коннотациями "чудесного". Процесс демифологизации ликвидирует следы анимизма раньше и более радикально, чем психологическая идея Абсолюта.
258

Следует заметить, однако, что как раз противоположную тенденцию можно наблюдать среди приверженцев астрологии и спиритуализма. Они часто верят в бессмертие души, но категорически отрицают существование Бога, отчасти из некоторого пантеизма, который в конечном счете приводит к возвеличению природы. Таким образом, интервью М651, в противоположность его прежнему признанию в религиозности по внешним причинам, заканчивается заявлением,
что он верит в астрологию, потому что не верит в Бога.
Стоит задуматься над тем, что далекие последствия такого отношения могут иметь зловещий характер.

3. Нерелигиозные и лишенные предубеждений

Различие между нерелигиозными и религиозными ?' может соответствовать различию между рациональными и эмоциональными детерминантами свободы от предрассудков. М203 - представитель первого типа. Его можно назвать "истинным либералом" с несколько абстрактным, рационалистичным образом мышления. Его антирелигиозные взгляды основаны не столько на политических убеждениях, сколько на позитивистских воззрениях. Он отвергает религию на "логической основе", но проводит различие между "христианской этикой", которую он считает близкой своим прогрессивным взглядам и так называемой "организованной религией". Изначально его антирелигиозные взгляды могли возникнуть из бунта против условностей: "Я ходил в церковь, потому что от меня этого ждали".
Этот бунт он не вполне четко связывает с чисто логической природой, что объясняется бессознательным чувством вины. (Его равнодушие и апатия предполагает невротическое происхождение, возможно, беспокойство по отношению к объектам). Свою рациональную критику религии он формулирует следующим образом:
Но я всегда относился к ней довольно скептически; я считаю ее в чем-то лживой, бездушной, нетерпимой, можно сказать, снобистской и ханжеской. Она насилует всю христианскую этику
Религия оценивается им как гуманизирующий фактор (христианская этика) и как репрессивное средство. Нет сомнения, что это противоречие коренится в двойственной функции религии на протяжении истории, и поэтому не следует ограничивать только субъективными факторами.
Термин "лицемерный", используемый М203, встречается довольно часто в интервью N, а иногда и в интервью Н по отношению к организации церкви и по контрасту к "истинно" религиозным ценностям. Он выражает
259

историческое освобождение религиозного опыта от института религии. Ненависть к лицемерию, однако, может иметь два направления: либо это тяга к просвещению, либо это оправдание цинизма и презрения к человеку. Кажется, что использование слов "ханжа" или "сноб" включает все больше ноннотаций, связанных с завистью или обидой. Он обличает тех, кто "считает себя чем-то лучше", чтобы прославить посредственных, чтобы обычное и якобы естественное считалось нормой9. Зачастую борьба с ложью предшествует разрушительным мотивам, которые оправдываются "ханжеством" и "чванством" других.
Этот феномен можно понять на фоне демократизирующейся культуры. Обвинение религии в "ханжестве", критика, которая в Европе исходит от ограниченных интеллектуальных слоев, связанных с метафизической философией, в Америке также широко распространена, как сама христианская религия. Противоречивое отношение к религии частично объясняется и христианским наследием, и "духом науки". Наличие обеих культурных причин способствует непоследовательному отношению к религии, и объяснение этого не нуждается в обязательном привлечении психической структуры индивидуума.
То, что Америка, при всем ее интересе к науке - это страна с устойчивым религиозным климатом, может помочь объяснить более общую особенность нерелигиозных респондентов с низкими показателями: их действительное или мнимое "негативное" обращение. Так, например, 5028 и 5058, подобно М203, сообщают, что "порвали" с религией. В американской культуре редко кто "рождается" нерелигиозным: там становятся нерелигиозными в результате конфликтов, пережитых в детстве или во взрослом состоянии, и эти изменения благоприятствуют нонконфор-мистским симпатиям, которые в свою очередь приходят в противоречие с предрассудками.
Осознанная нерелигиозность в данной культурной ситуации предполагает определенную силу эго. В качестве примера приведем М202, "консерватора", но не фашиста, имеющего чрезвычайно низкие показатели по шкале Е.
В детстве интервьюируемый был очень религиозным. Он ходил в церковь со своей семьей каждое воскресенье и готов был молиться о чем угодно "на коленях прямо на улице". В 19 лет с ним произошла перемена. Его стали раздражать сплетни в церкви. Он слышал, как люди осуждали тех, кто не участвовал "в их треклятом бизнесе". И эти люди приходили в церковь исповедоваться, а потом снова начинали творить зло. Такого противоречия в поступках он понять не мог.
В этом случае антирелигиозные взгляды со всей очевидностью возникли из неприятия вмешательства в индивидуальную свободу, и это, следует отметить, в не меньшей степени элемент американской идеологии, чем
260

само христианство. Здесь, как и во многих других случаях, индивидуальная и психологическая амбивалентность человека по отношению к религии отражает объективный антагонизм в нашей культуре.
U310, истинный либерал, дает другой пример мятежных антирелигиозных взглядов. Будчи сыном религиозных родителей, он отрицает христианскую традицию вообще. На открытый конфликт с родителями он не пошел, хотя отношения с ними стали очень холодными. По всей вероятности, свой бунт против семьи он перенес на их религию, стараясь избежать осложнений более личного характера. Достаточно часто мы наблюдаем, что сильные идеологические симпатии или антипатии можно объяснить таким замещением семейных конфликтов, то есть средством, которое позволяет индивидууму выражать свои враждебные чувства на уровне рационализации и таким образом избавиться от необходимости глубокого эмоционального переживания и которое одновременно позволяет юноше остаться под семейным кровом. Возможно, в некоторых отношениях, удобнее нападать на безличного отца, чем на отца родного. Нужно подчеркнуть, однако, что термин "рационализация" не подразумевает, что утверждение неверно. Рационализация - это не психологический аспект мышления, и сама по себе не определяет истинность или ложность. Решение по существу зависит целиком от объективных свойств идеи, которой завершается процесс рационализации.
Контраст этим нерелигиозным и лишенным предрассудкам людям представляют лица, легко меняющие убеждения, такие как М711. Его негативное отношение к религии отмечено не столько неприятием, сколько равнодушием, которое сочетается с элементами юмористической рефлексии. Этот опрошенный довольно открыто признает свою неосведомленность в религиозных вопросах, но так, что эта внешняя слабость выражает скорее скрытую силу характера.
Такие, как он, скорее могут позволить себе признать интеллектуальные несоответствия, потому что они обычно находят убежище в своем собственном характере и глубине своего опыта, чем в четких, продуманных и рациональных убеждениях. Говоря о своих взглядах на религию, он отметил:
На самом деле их у меня нет (смеется). В большей или меньшей степени, но они отсутствуют. Что касается организованной религии, я не очень тут разбираюсь (смеется).
Ему не нужно отрицать религию, он не испытывает ее чар; нет здесь и следов амбивалентности, поэтому нет и ненависти, скорее мы видим гуманное понимание и объективность. В качестве религиозной идеи он воспринял терпимость, которую демонстрирует характерным и нетрадиционным способом, выбирая отрицательные формулировки вместо высокопарных "идеалов". "Мне кажется, я знаю, что такое нетерпимость." Но он
261

не использует это знание для самовосхваления, скорее он склонен применять свою религиозную эмансипацию к факторам внешним и случайным.
Если бы я остался в Денвере, я бы, наверное, ходил в церковь. Я не знаю. Я не думаю об этом, я не испытываю особой нужды в организованной религии.
Любопытно, что интервьюируемый говорит о молитве. Он признает психологическую действенность молитвы, но знает, что этот "терапевтический" аспект религии несовместим с самой религией. Он считает, что молитва - это вроде самовнушения, с помощью которого можно "достичь результатов", но "я, конечно, не верю, что есть некто, кто их воспринимает".
Респондент делает странное, но неожиданно глубокое заявление:
Мое религиозное любопытство было недолгим. Возможно, как раз в это время (смеется) я занялся фотографией.
Правильную оценку этого высказывания можно дать только с помощью категорий психоанализа. Связь между ранним интересом к религии, который сменился интересом к фотографии, объясняется любопытством, желанием "видеть" вещи сублимацией вуайеризма. По-видмому, фотографирование каким-то инфантильным образом связано со стремлением к "миру образов", которое коренится в некоторых религиозных течениях и в то же время находится под строгим религиозным запретом как в иудаизме, так и в протестантизме. Может быть, это подтверждается тем, что респондента во время его религиозной фазы привлекла теософия, религиозный способ мышления, который обещает "поднять занавес".
Следует отметить, что отношение интервьюируемого к атеизму не более "радикально", чем его отрицание религии10. Он говорит:
Ну. я не думаю об атеизме больше, чем обо всем остальном. На самом деле, я говорил кое с кем, кто считал себя атеистами, они даже не думали соглашаться. Может, я и атеист (смеется)... Это уже буквоедство. Профессиональные атеисты... производят впечатление, что они хотят сенсации. Как будто Дон-Кихот воюет с мельницами.
Это может указывать на подозрительное отношение раскрепощенной личности к "ярлыкам", на то, что знает, как любая жесткая формула вырождается просто в пропаганду".
Респондент точно почувствовал то, что сто лет назад сформулировал Бодлер в своем дневнике: атеизм выходит из употребления в мире, объективный дух которого по существу арелигиозен. Значение атеизма претерпевает исторические изменения. То, что было мощным импульсом для эпохи Просвещения восемнадцатого века, сегодня может оказаться симптомом
262

провинциального сектантства или даже параноидальной системы. Полубезумные национал-социалисты вроде Матильды Людендор4) боролись не столько с евреями и масонами, но и с католицизмом, как с заговором ультрамонтанов* против Германии, трансформируя традицию "культур-кампфа" Бисмарка в разновидность мании преследования.

4. Религиозные и лишенные предубеждений

Примером религиозного и лишенного предубеждений типа является FJ32, молодая женщина, которая выросла в Индии, где ее родители служили миссионерами. В результате "личного опыта совместной жизни с индусами" ее позитивное христианство соединилось с совершенно конкретной идеей терпимости ("равные права для всех"). К вопросам расового взаимопонимания она относится с неподдельным интересом, однако ее церковные связи делают для нее невозможными политические выводы из идеи толерантности:
Ганди мне не нравится. Я не люблю радикалов. Он слишком способствовал беспорядкам и разъединению страны.
Ее отношения с церковью объясняют элементы ее религиозного традиционализма, обычно связанного с этноцентризмом. Несмотря на всю близость к церкви и теологической доктрине, ее религиозные взгляды имеют практическую окраску.
Она (религия) значит очень много. Она делает человека счастливее, более довольным и умиротворенным. Ты знаешь, где находишься и что надо делать - пример, которому надо следовать. Это надежда на жизнь после смерти. Да, я верю в бессмертие'2
Из-за того, что девушка получила воспитание в колониальной стране и благодаря смешению "официальной" религиозности с более непосредственным гуманным христианством она представляет не вполне типичный пример. Ее необычные взгляды основаны, на первый взгляд, на понимании внутригрупповых и межгрупповых связей. Однако этот пример подтверждает до некоторой степени гипотезу о том, что только представители полностью осознанного и отчетливо выраженного христианства могут быть свободными от этноцентризма. В любом случае, то, что религиозные и лишенные предубеждений редко встречаются в нашей выборке, заслуживает внимания. Как говорилось выше, возможно, это зависит от самой выборки, однако эта редкая встречаемость имеет и более фундаментальные причины. Тенденция нашего общества к разделению на "прогрессивный" лагерь и лагерь
'"Сторонники абсолютного авторитета римского папы. 263
"статус-кво" может сопровождаться стремлением всех людей, приверженных к религии как к состоянию "статус-кво", принять другие стороны этой идеологии, связанные с этноцентризмом. Справедливо ли это или религия может создать эффективные условия для противостояния предрассуцкам, можно установить только на основе более широкого исследования.
Примечания
' А.Р. (The Authoritarian Personality), стр. 208 и далее: Ethnocentrism in Relation to some religious Attitudes and Practices.
2 Samuel М., The Great Hatred, New York 1940.
' Trachtenberg J., The Devil and the Jews. New Haven 1943.
4 Теоретический анализ отношений между христианством и антисемитизмом см. Max Horkheimer und Theodor W. Adorno, Dialektik der Aufklarung, Amsterdam 1947, 2.Aufl. Frankfurt 1969.
1 А.Р. (The Authoritarian Personality). Hi.IV, V и VI.
' О взаимном влиянии Возрождения, религиозного субъективизма и фашистской пропаганды см. глава VII "Психологическая техника в выступлениях по радио Мартина Лютера Томаса".
См. выше, стр.132.
* Подобную, так сказать, доморощенную психологию можно найти и у людей, лишенных предрассудков. Типичным для людей с предубеждениями остается, тем не менее, неразрешимое противоречие между объективной критикой религии и положительным отношением к ней с чисто субъективных позиций. Для такой ментальности в целом характерно то, что при определенных противоречиях они остаются нерешенными, происходит отказ от желания осмыслить их, что говорит как о духовном поражении, так и об авторитарной покорности. Такой механизм, произвольно отключающий процессы по приказу Я, зачастую истолковывается как "глупость".
' См. раздел "Ф.Д.Рузвельт" в главе IV, стр. 201 и далее.
10 "Свободный от предрассудков" редко бывает радикальным в каком-либо отношении. Это, однако, не делает его "склонным к компромиссам". Он всегда осознает нетождественность между понятием и реальностью. Он в сущности нетоталитарен. Это лежит в основе его специфической идеи терпимости.
" Дополнительный материал по этому респонденту мы приводим в главе VI "Типы и синдромы".
12 Было бы интересно проанализировать изменение значения, которое претерпело слово "вера". Оно наглядно демонстрирует нейтрализацию религиозного смысла. Раньше идея веры была прочно связана с религиозной догмой, в наши дни она практически приложима ко всем сферам, в которых человек стремится иметь право обладания своим взглядом (так как каждый имеет право иметь свое мнение), не подчиняя его какому-либо критерию объективной истины. Со врменени секуляризации "веры" ее содержание становится предметом произвола: она отдает предпочтения для обозначения того или иного предмета потребления и имеет мало общего с идеей истины. ("Я не верю в парковку", сказала девушка наделенная конвенциональными предрассудками в своем интервью.) Это употребление слова вера почти совпадает с затасканным выражением "I like it", которое в наши дни почти полностью потеряло свой первоначальный смысл.