Полибий. Всеобщая история

ОГЛАВЛЕНИЕ

ЧЕТВЕРТАЯ КНИГА

Возвращение к истории ахеян и ко II книге, причины, по которым автор избрал за начало 140-ю олимпиаду (1—2). Причины Союзнической войны ахеян и Филиппа с этолянами и лакедемонянами, хищнические нравы этолян, надежды их справиться с одними ахеянами без Антигона, вторжение Доримаха в Пелопоннес и козни его в Этолии против мессенян (3—5). Вторжение этолян в Пелопоннес, решимость ахеян помочь мессенянам, стратегия Арата (6—7). Сочетание противоположных качеств в характере Арата (8). Обращение Арата к этолянам и жестокое поражение его при Кафиях (9—12). Возвращение этолян домой через Истм (13). Раздражение ахеян против Арата и примирение с ним, решения ахеян относительно этолян, безрассудное решение этолян (14—15). Тайный союз лакедемонян с этолянами, союз с ними иллирийца Скердилаида (16). Появление этолян с Доримахом во главе перед аркадским городом Кинефою, жестокости этолян в Кинефе, ограбление святилища Артемиды, возвращение домой (17—19). Грубость нравов кинефян в связи с пренебрежением их к музыке, образовательное значение музыки вообще (20—21). Появление Филиппа в Пелопоннесе, междоусобицы в Лакедемоне, переговоры и союз Филиппа с лакедемонянами (22—24). Собрание союзников в Коринфе с участием Филиппа, жалобы союзников на этолян, решение собрания (25). Начало Союзнической войны, возобновление дружбы между ахеянами и царями Македонии, избрание этолянами Скопаса в стратеги (26—27). Упоминание других событий того же времени, рассказанных раньше (28). Вооружения Филиппа, союз с Скердилаидом, поведение прочих союзников, особенно мессенян (29—33). Раздоры и междоусобицы в Лакедемоне, союз с этолянами (34—35). Вторжение лакедемонян в Аргос и начало войны их с ахеянами, решимость элейцев на войну с ахеянами, избрание Арата младшего в стратеги (36—37). Война родосцев с византийцами, выгоды и неудобства положения Византия, описание Понта, Фракийского Боспора (38—44). Трудное внешнее положение Византии, вынужденной уплатою дани галатам взимать провозные пошлины, жалобы на это родосцев, участие Прусия и Аттала в войне родосцев с византийцами (45—51). Посредничество царя галатов Кавара и примирение родосцев с византийцами (52). Войны на Крите (53—55). Война Митридата против Синопы (56). Неудачное нападение этолян на Эпиру, вторжение этолян с Еврипидом во главе из Элиды в земли ахеян, медлительность Арата и вынужденное тем отделение некоторых городов от Ахейского союза (57—60). Появление Филиппа в Эпире, осада и завоевание им Амбрака, вторжение Скопаса в Македонию и разорение Дия и святынь его, дальнейшее движение Филиппа в равнину Страта (61—63). Подвиги Филиппа в Акарнании, возвращение в Македонию, поход в Фессалию, перечисление одновременных событий, рассказанных в III книге (64—66). Стратег этолян Доримах опустошил Эпир, Филипп появился нежданно в Коринфе и созвал вооруженных ахеян (67). Решительная победа македонян над Еврипидом (68—69). В Кафиях Филипп соединился с ахеянами, пошел войною на аркадский город Псофид и по завоевании передал его ахеянам; передал им Ласион, а Страт телфусцам, отдохнул в Олимпии и двинулся на элейцев; беспечность элейцев (70—74). Занятие Фалам Филиппом (75). Козни Апеллы, одного из опекунов Филиппа, против ахеян; характер Филиппа; вторжение Филиппа из Элей в Трифилию и завоевание нескольких городов, добровольная передача других (76—80). Хилон и междоусобицы в Лакедемоне (81). Зимняя стоянка Филиппа в Аргосе; козни Апеллы против обоих Аратов и друзей их (82). Филипп отвоевал Тейхос и опустошил Элею (83). Апелла посрамлен в кознях своих против Аратов (84—86). Завещание Антигона; зимовка Филиппа в Аргосе (87).

1. В предыдущей книге мы объяснили причины второй войны между римлянами и карфагенянами и рассказали о вторжении Ганнибала в Италию; кроме того, мы изложили битвы, происходящие между ними до сражения при реке Ауфиде и городе Канне. Теперь, начиная с той же сто сороковой олимпиады, мы расскажем события, совершившиеся за то же самое время в Элладе. Но предварительно в немногих словах припомним читателям нашего сочинения те вступительные замечания, какие сделаны были нами во второй книге о делах эллинов вообще и об ахейском народе в особенности, ибо это государство в наше время и раньше возросло необычайно.

Так, отправляясь от Тисамена, одного из сыновей Ореста, мы заметили, что ахеяне с этого времени находились под управлением царей из рода Орестова до Огига, за сим установили у себя прекраснейшее народное правление  1 , что впервые государство их было раздроблено на отдельные города и деревни царями Македонии. Вслед за этим мы рассказали о том, каким образом ахеяне начали соединяться снова, какие из городов их первые и в какое время соединились между собою. После этого мы показали, какими средствами и с какою целью ахеяне привлекали к себе другие государства и задумали объединить всех пелопоннесцев под одним именем, в одном государственном устройстве. После общих замечаний об этих начинаниях мы касались в последовательном порядке отдельных событий, пока не дошли до изгнания лакедемонского царя Клеомена. Потом, кратко повторив события, упомянутые во введении до смерти Антигона, Селевка и Птолемея, которые все скончались в это самое время, мы в заключение пообещали приступить к собственной истории нашей, начав с событий, которые примыкают к упомянутым выше.

2. Дать такую основу  2 повествованию нам казалось наиболее удобным, во-первых, потому что на этом времени обрываются записки Арата, а мы решили продолжить его повествование и дать дальнейшую историю эллинов. Во-вторых, события дальнейшие, те, которые входят в нашу историю, совершались в такое время, что принадлежат или нашей собственной поре, или временам отцов наших; благодаря этому мы или сами были свидетелями их, или узнавали о них от очевидцев. Напротив, при восхождении к более древним временам и при записывании одного предания на основании другого мы находили, что невозможно ни достоверно узнать что-либо, ни правильно оценить. С этого именно момента мы начали свой рассказ больше всего потому, что тогда как бы сама судьба придала совершенно новый вид всей обитаемой земле. Так, родной сын Деметрия Филипп  3 только что получил власть над Македонией, будучи еще мальчиком; господствовавший в Азии по сю сторону Тавра Ахей  4 имел не только царское звание, но и власть. Немного раньше Антиох, прозванный Великим, по смерти брата своего Селевка наследовал царскую власть в Сирии, будучи еще совершенно юным. В одно время с ними Ариарат  5 получил власть над каппадокиянами; тогда же и Птолемей Филопатир сделался владыкою Египта. Немного спустя стал царем лакедемонян Ликург  6 , а незадолго до того карфагеняне выбрали военачальником своим Ганнибала для рассказанных раньше предприятий. С повсеместными переменами такого рода в правителях должно было наступить и новое положение дел. Так обыкновенно бывает, так случилось и тогда, именно: римляне и карфагеняне начали описанную выше войну * , в одно время с ними оспаривали друг у друга Койлесирию Антиох и Птолемей; ахеяне и Филипп начали войну против этолян и лакедемонян, причины которой были приблизительно следующие.

3. Этоляне давно уже тяготились мирным положением, вынуждавшим их расходовать собственные средства, тогда как они привыкли жить на счет соседей, а потребности их при врожденной кичливости были велики; она-то побуждает их вести постоянно хищнический, дикий образ жизни; никого не считают они другом себе, напротив, во всех видят врагов  7 . Тем не менее прежде, пока жил Антигон, этоляне из страха перед македонянами держались спокойно. Затем, когда Антигон умер и оставил царство юному Филиппу, они пренебрежительно относились к этому последнему и искали только случая и предлога вмешаться в дела Пелопоннеса. К этому побуждали их и старая привычка  8 к хищению, и уверенность в том, что одни ахеяне  9 не устоят против них в войне. Этоляне питали такие замыслы, а случайное обстоятельство не замедлило прийти им на помощь, и вот под каким предлогом они начали войну. Был некий Доримах трихониец  10 , сын того Никострата, который предательски нарушил мир во время общебеотийского празднества  11 ; в юношеском возрасте, преисполненный этолийской воинственности и алчности, этот Доримах отправился по поручению союза в город фигалян  12 . Город находится в Пелопоннесе и лежит на границе Мессенской земли; в то время он входил в состав Этолийского союза. Доримах отправился туда под предлогом охраны полей и города фигалян, на самом же деле для того, чтобы выведать положение дел в Пелопоннесе. Когда пираты  13 начали стекаться в Фигалию и являлись к нему, Доримах не мог доставить им добычи законным путем, так как общеэллинский мир, возобновленный Антигоном, в то время еще продолжался; наконец, не зная, как быть, он дозволил пиратам похитить скот у мессенян, друзей и союзников этолян. Сначала пираты нападали на стада в пограничных местах Мессении; потом, став смелее, они дерзали врываться и в дома, что были на полях, появляясь ночью, когда никто не ждал их. Когда мессеняне, негодуя на это, отправляли к Доримаху одно посольство за другим, он вначале не обращал никакого внимания на их жалобы, ибо ему хотелось дать добычу подначальным ему людям и в то же время попользоваться самому, как участнику в дележе добычи. Но так как обиды продолжались непрерывно и посольства являлись все чаще и чаще, то Доримах объявил, что сам придет в Мессену с целью оправдаться от обвинений, взводимых на этолян. Когда он прибыл в Мессену и к нему стали приходить потерпевшие, одним он отвечал шутками и насмешками, на других нападал, третьих запугивал ругательствами.

4. Доримах оставался еще в Мессене, когда однажды пираты приблизились ночью к городу и с помощью приставленных лестниц ворвались в так называемый двор Хирона  14 , причем тех слуг, которые защищались, перебили, а остальных перевязали и увели вместе со скотом. Эфоры  15 мессенян, давно уже недовольные поведением пиратов и долговременным пребыванием Доримаха в их городе, этот последний случай сочли новою для себя обидою и потому призвали его в собрание должностных лиц  16 . В собрании Скирон, бывший в то время эфором мессенян и за свой образ жизни вообще пользовавшийся большим уважением у граждан, советовал не выпускать Доримаха из города до тех пор, пока он не возместит всех причиненных мессенянам потерь и не представит на суд виновных в убийстве пиратов. Когда все находившиеся в собрании признали справедливость предложения Скирона, Доримах пришел в ярость и заявил, что они слишком наивны, если воображают, что оскорбляют только его, а не государство этолян, и прибавил, что считает все поведение их возмутительным, что вскоре все они понесут наказание, и по заслугам. В это время жил в Мессене гнусный человек, по имени Бабирт, один из тех людей, которые совершенно утратили человеческие свойства; его нельзя было отличить от Доримаха, раз он надевал на себя широкую шляпу  17 и плащ: до такой степени Бабирт походил на Доримаха голосом и всем сложением; это было известно и Доримаху. Когда он обращался к мессенянам с наглою и угрожающею речью, Скирон в гневе сказал: «Неужели, Бабирт, ты воображаешь, что мы боимся тебя или твоих угроз?» При этих словах Доримах, уступая на это время обстоятельствам, обещал, что мессеняне за все содеянные им обиды получат удовлетворение. Однако по возвращении в Этолию он почувствовал себя до такой степени обиженным словами Скирона, что, не имея сколько-нибудь достаточного повода, он из-за этого только возбудил войну против мессенян.

5. Стратегом этолян был в то время Аристон. Но по слабости здоровья он был непригоден к военному делу, кроме того, состоял в родстве с Доримахом и Скопасом, а потому под некоторыми условиями передал всю власть этому последнему. Но Доримах не решался открыто поднимать этолян на войну с мессенянами, потому что для этого недоставало подобающего повода, и потому еще, что всем было известно, что причина его воинственности — его беззаконие  18 и упомянутая выше насмешка над ним. Поэтому Доримах и не думал об открытом возбуждении к войне, но тайком старался приобщить Скопаса к своим замыслам против мессенян; при этом указывал ему на то, что со стороны македонян опасаться им нечего благодаря возрасту владыки их: Филиппу было в то время не больше семнадцати лет от роду. Говорил он также о нерасположении лакедемонян  19 к мессенянам, а с другой стороны, напоминал ему о благоволении элейцев к этолянам и о союзе их, из чего заключал, что вторжение в Мессению может быть совершено ими безнаказанно. Но главным его доводом при увещании этолийца было напоминание о добыче, предстоящей им в Мессенской земле, беззащитной и во всем Пелопоннесе единственной, оставшейся нетронутою в Клеоменову войну. Ко всему этому Доримах добавил, что Скопас стяжает себе за это признательность этолийского народа. Что касается ахеян, сказал он, то, препятствуя проходу этолян, они не должны будут жаловаться  20 , если встретят отпор со стороны защищающихся; если же они останутся в покое, то замыслы этолян осуществятся беспрепятственно. Для нападения на мессенян у него нет недостатка в предлоге, говорил он; ибо давно уже они провинились тем, что обещали ахеянам и македонянам участие в союзе  21 . Этими и подобными доводами в том же роде Доримаху удалось так настроить Скопаса и друзей его, что они не стали дожидаться союзного собрания  22 этолян, не совещались с апоклетами  23 , вообще не соблюли обычных способов действия и, следуя только голосу страсти и своим желаниям, объявили войну одновременно мессенянам, эпиротам, ахейцам, акарнанам и македонянам.

6. Тотчас они отправили на море пиратов, которые подле Кифер  24 встретили царское македонское судно, доставили его с командою в Этолию и там продали начальников корабля  25 , солдат и самый корабль. Пираты опустошали побережье Эпира, для совершения этих насилий постоянно пользуясь еще кораблями кефалленян  26 ; в Акарнании пытались завладеть Тирием  27 . В одно время с этим этоляне тайком отправили отряд через Пелопоннес и в середине Мегалопольской земли заняли укрепленное место, именуемое Кларием; там они устроили торговлю добычею и утвердились для совершения грабежей. Однако местность эта была в несколько дней отвоевана стратегом ахеян Тимоксеном при содействии Тавриона, которого Антигон оставил в Пелопоннесе в звании царского уполномоченного  28 . Дело в том, что на занятие Коринфа царем Антигоном ахейцы согласились в страхе перед Клеоменом; напротив, Орхомен он взял приступом и не возвращал ахейцам  29 , удерживая за собою как свою собственность. Мне кажется, ему хотелось не только владеть проходом в Пелопоннесе, но и господствовать над внутренними частями его при помощи поставленного в Орхомене гарнизона и собранных там военных сил. Между тем Доримах и Скопас выждали такое время  30 , когда Тимоксену оставалось немного до конца службы, а Арат, хотя был выбран ахейцами в стратеги на следующий год, но еще не вступал в должность, собрали все этолийское ополчение к Рию  31 , запаслись перевозочными судами, поставили наготове корабли кефалленян, переправили людей в Пелопоннес и двинулись на Мессению. Проходя через поля патрян, фариян и тритеян, они показывали вид, что не желают чинить никакой обиды ахейцам. Однако толпа, неумеренно жадная к добыче, не могла удержаться от хищения, а потому этоляне на всем пути разоряли и грабили поля, пока не дошли до Фигалии. Отсюда они совершили внезапное и дерзкое вторжение в область мессенян, невзирая на дружественный союз, искони  32 существовавший между ними и мессенянами, нарушая общепризнанные права народов; все принося в жертву своей алчности, они опустошали безнаказанно страну, так как мессеняне не дерзали выходить против них.

7. Между тем наступило время очередного собрания ахейцев, и они сошлись в Эгий. Когда собрание было открыто, патряне и фарейцы стали перечислять обиды, причиненные этолянами при переходе через их земли, а от мессенян явилось посольство с просьбою о помощи против вероломства и насилия этолян. Слушая эти жалобы, остальные ахеяне разделяли негодование патрян и фарейцев и сочувствовали бедствию мессенян. Возмутительнее всего казалось ахеянам то, что этоляне в противность договорам осмелились вторгнуться с войском в Ахаю, не получив ни от кого разрешения на проход и не сделав даже попытки попросить о том. Раздраженные всем этим ахеяне постановили, что мессенянам должна быть оказана помощь, а стратег должен созвать ахеян в собрание вооруженными  33 , и какое бы решение после совещания ни было постановлено, оно должно войти в силу. Тимоксен, который в то время был еще стратегом, так как не истек срок службы его, уклонялся от похода и от самого созыва войск, ибо не полагался на ахеян, которые в это время нерадиво упражнялись в военном деле. Вообще по изгнании спартанского царя Клеомена все пелопоннесцы, будучи утомлены прежними войнами и рассчитывая на прочность установившегося положения дел, пренебрегали военным делом. Однако Арат, раздраженный и подстрекаемый наглостью этолян, брался за дело весьма горячо, тем более что уже с давнего времени питал к этолянам враждебные чувства. Поэтому он торопился созвать вооруженных ахеян в собрание и горел желанием сразиться с этолянами. Наконец за пять дней до установленного срока он принял государственную печать от Тимоксена, написал городам и созвал в Мегалополь способных к военной службе ахеян в вооружении. Мне кажется, уместно будет предпослать несколько замечаний об Арате, ибо характер его своеобразен.

8. Арат во всех отношениях был совершенный государственный муж. Он умел держать речь, составить план и хранить в тайне принятое решение. Никто спокойнее его не умел переносить гражданские распри, привязывать к себе друзей, приобретать союзников; к тому же он был замечательно способен изобретать против неприятеля коварные способы действия  34 , хитрости и козни и осуществлять их при помощи настойчивости и отваги. Очевидных доказательств этого очень много; из них наиболее убедительные известны каждому, кто знает в подробностях взятие Сикиона и Мантинеи  35 , изгнание этолян из города пелленян  36 , а в особенности образ действий Арата относительно Акрокоринфа. Зато этот самый человек всякий раз, когда решался овладеть открытым полем сражения, оказывался неизобретательным в планах, робким в нападении и неспособным глядеть прямо в лицо опасности. Поэтому он наполнил Пелопоннес трофеями, обращенными против него, и в этих случаях неприятелю всегда легко было превзойти его. Так неравномерны природные свойства людей не только телесные, но еще больше душевные: не говоря уже о том, что один и тот же человек в различных делах оказывается очень способным к одним и совершенно негодным к другим, но даже в делах однородных бывает и весьма проницательным, и столь же тупым, весьма отважным и величайшим трусом. Необычайного здесь нет ничего, и люди наблюдательные хорошо это знают. Так, иные смелы на охоте в борьбе со зверями и в то же время падают духом перед оружием и неприятелем, да и в ратном деле одни и те же люди ловки и храбры в единоборстве и ни к чему негодны в массе с другими и в строю. Например, конные воины фессалийцев несокрушимы в эскадроне и фаланге  37 ; напротив, когда по обстоятельствам времени и места приходится сражаться вне строя, один на один, они становятся неловкими и негодными; этоляне наоборот. Критяне неодолимы на суше и на море в засадах, разбоях, в обкрадывании неприятеля, в ночных нападениях и вообще во всех делах мелких, сопряженных с хитростью; напротив, им недостает мужества и стойкости, когда неприятель наступает массою с фронта, выстроенный в фалангу; ахейцы и македоняне наоборот. Я сообщил это для того, чтобы рассеять недоверие читателей, если нам придется высказывать противоположные суждения об одних и тех же людях в положениях сходных.

9. Тем временем согласно решению ахеян в Мегалополе собрались все способные носить оружие; на этом месте мы сделали отступление. Мессеняне явились снова в собрание с просьбою не оставлять без наказания столь явное нарушение договора, при этом изъявляли желание принять участие в общем союзе и спешили приписаться к прочим союзникам. В принятии в союз правители  38 ахеян отказали мессенянам, так как никто не мог быть принят в союз без соизволения Филиппа и прочих союзников. Дело в том, что оставался пока в силе клятвенный договор, заключенный при посредстве Антигона между ахейцами, эпиротами, фокиянами, македонянами, беотянами, акарнанами  39 , фессалийцами. Но они соглашались выйти на помощь мессенянам, если явившиеся послы отдадут своих сыновей в Лакедемон в качестве заложников в обеспечение того, что мессеняне без согласия ахеян не заключат мира с этолянами. Согласно условиям союза, лакедемоняне также выступили в поле и расположились лагерем на границах мегалопольцев, но не столько по долгу союзников, сколько ради наблюдения и выжидания событий. Что касается Арата, то, устроив таким образом отношения с мессенянами, он отправил посольство к этолянам, дабы известить их о принятом решении и побудить удалиться из Мессенской области и не касаться земли ахеян; в противном случае угрожал поступить как с неприятелем с каждым из них, вступившим на Ахейскую землю. Скопас и Доримах выслушали сообщение и, узнав, что ахеяне собрались, нашли полезным для себя подчиниться требованиям Арата. Тотчас они отправили вестников в Киллену  40 и к Аристону, стратегу этолян, с письменною просьбою о скорейшей доставке им перевозочных судов к элейскому острову Феяде  41 . Два дня спустя они снялись со стоянки вместе с добычею и направились к Элее; ибо с элейцами этоляне жили всегда в дружбе, через них получая возможность вмешиваться в деле Пелопоннеса и пользоваться этим вмешательством для грабежей и разбоев.

10. Арат подождал еще два дня и в простодушной уверенности, что этоляне возвратились домой, как они и хотели показать, распустил ахеян и лакедемонян по домам; а сам с тремя тысячами человек пехоты и с тремястами конницы, а также с войском Тавриона двинулся к Патрам с намерением следовать за этолянами стороною  42 . Когда Доримах и Скопас узнали, что войско Арата наблюдает за ними и следует стороною, то частью из страха нападения ахеян во время посадки на корабли, частью из желания возбудить войну они отправили к судам добычу, причем отрядили достаточное количество испытанных людей для обеспечения переправы и отряжаемым воинам отдали приказ  43 выйти им навстречу у Рия, ибо, говорили Доримах и Скопас, там они сядут на судно. Сами они первое время следовали за отправленной добычей с целью прикрытия, а потом переменили направление и пошли к Олимпии  44 . Услышав, что Арат и Таврион с упомянутым выше войском находятся в окрестностях Клитора, и полагая, что при таких обстоятельствах им невозможно будет совершить переправу от Рия без опасностей и битвы, они решили, что для них выгодно будет сразиться возможно скорее с войсками Арата, пока весьма малочисленными и совершенно не ожидающими нападения. При этом Доримах и Скопас исходили из того соображения, что, принудив неприятеля к отступлению, они ограбят страну и беспрепятственно переправятся от Рия, а тем временем Арат будет занят размышлениями о новом созыве ахеян; напуганное войско Арата убежит и не пожелает сразиться, а они получат возможность безопасно вернуться домой, когда им заблагорассудится. Руководствуясь расчетами такого рода, этоляне двинулись вперед  45 и расположились лагерем в Мегалополитиде подле Мефидрия   46 .

11. Узнав о приближении этолян, ахейские вожди повели дело так неискусно и обнаружили такую несообразительность, больше которой и быть не может. Повернув от Клиторской области, они разбили свой лагерь подле Кафий, а когда этоляне направились от Мефидрия мимо города орхоменян, они вывели ахеян на равнину Кафий и стали строиться там в боевой порядок, причем протекающая через равнину река служила им прикрытием. Так как отделяющее их от ахеян пространство было неудобопроходимо, ибо перед рекою были еще рвы, большею частью трудные для переправы, так как ахеяне обнаруживали готовность к битве, то этоляне вопреки первоначальному решению не отважились сразиться с врагом и двинулись в полном порядке к горным перевалам в направлении к Олигирту   47 ; они рады были бы, если бы никто не нападал на них и не принуждал к битве. Передовой отряд этолян подходил уже к перевалам, а замыкавшая движение конница проходила еще по равнине и приближалась к так называемому Проподу   48 горного склона, когда Арат и Таврион выслали вперед под начальством акарнана Эпистрата конницу и легких воинов с приказанием подойти к неприятельскому тылу и тревожить его. В том случае, если бы настала необходимость вступить в битву, ахеяне не должны были нападать на задние ряды, когда неприятель оставил уже за собою ровные места, но напасть на передовой отряд немедленно по вступлении его на равнину. Таким образом, решительное сражение должно было произойти на ровной, гладкой местности, очень неудобной для ахеян с их вооружением и всем вообще военным строем и, напротив, очень благоприятной и выгодной для этолян, так как их вооружение и порядки были противоположны ахейским. Итак, вместо того, чтобы воспользоваться удобствами времени и места, ахеяне к выгоде неприятеля спустились в равнину; соответствующий тому получился и исход сражения.

12. Когда легкий ахейский отряд начал битву, этолийская конница в порядке отступила к горному склону, поспешая на соединение со своей пехотой. Не различая хорошо, что делается, и не взвесив надлежаще последствий, Арат и Таврион, лишь только завидели, что конница отступает, вообразили, что она бежит, а потому с обоих флангов послали вперед одетых в панцири воинов   49 и приказали им идти на помощь легковооруженным и соединиться с ними; сами поспешным беглым маршем повели свое войско с фланга   50 . Между тем этолийская конница, как скоро прошла равнину и соединилась с пехотой, остановилась под прикрытием горных склонов. Пехоту этоляне стягивали на фланги и звали к себе; пешие воины с готовностью бежали на зов, и все находившиеся уже в пути возвращались к своим на помощь. Находя войско достаточно многочисленным для битвы, этоляне сомкнулись и ударили на передние ряды ахейской конницы и легковооруженных; благодаря численному перевесу, а также тому, что нападение сделано было с высоты, они, хотя и после продолжительной битвы, обратили неприятеля в бегство. Когда ахеяне оборотили тыл и бежали, на помощь им подходили панцирные воины в беспорядке и врассыпную, как были в пути. Одни из них не понимали, что делается, другие встречались с бегущими, а потому и сами вынуждены были повернуть назад и также бежать. Вследствие этого побежденных в стычке с неприятелем было не больше пятисот человек, а бежавших более двух тысяч. Самое положение дела давало знать этолянам, как действовать, и они теснили врагов с тыла с неистовыми, громкими криками. Пока ахейские войска рассчитывали отступить к тяжеловооруженным в уверенности, что те остаются на прежних местах в безопасности, до тех пор бегство их совершалось правильно и не без успеха; но как скоро бегущие, заметили, что и тяжеловооруженное войско покинуло свои безопасные позиции и ушло далеко вперед врассыпную, часть их отделилась и в беспорядке бросилась по соседним городам; другие, наталкиваясь на фалангитов, шедших им навстречу, наводили ужас на своих же без всякого вмешательства неприятеля и увлекали друг друга в беспорядочное бегство. Как мы сказали выше, ахеяне при отступлении бежали в города; и в самом деле, близость Орхомена и Кафий спасла многих; не будь этого, вероятно, все ахеяне нашли бы здесь безвременную гибель. Так кончилась битва при Кафиях.

13. По получении известия о том, что этоляне расположились станом подле Мефидрия, мегалопольцы созваны были звуками трубы и явились всей массою на помощь своим на другой же день после битвы, и вот тех самых людей, коим они рассчитывали помочь при жизни в борьбе с врагом, мегалопольцы должны были теперь хоронить, как павших от руки неприятеля. Они вырыли могилу на Кафийской равнине, собрали убитых и похоронили их со всеми почестями. Тем временем этоляне, столь неожиданно выигравшие сражение только силами конницы и легковооруженных, беспрепятственно   51 проходили теперь дальше внутрь Пелопоннеса. При этом случае они покушались было взять город пелленян, опустошили поля сикионян и наконец ушли домой через перешеек.

Таковы были причины и поводы Союзнической войны; началом ее послужило состоявшееся вслед за сим решение всех союзников, которое они приняли на собрании в городе коринфян под председательством царя Филиппа.

14. Когда через несколько дней после сражения ахеяне сошлись в очередное собрание, то все вместе и каждый порознь жестоко роптали на Арата, так как, по общему убеждению, он был виновником рассказанного выше несчастия. Противники Арата выступили против него с обвинениями и с обличениями явных ошибок, чем еще больше раздражали и подстрекали толпу. Первая неоспоримая вина его состояла, казалось, в том, что он еще до наступления срока своей службы воспользовался преждевременно властью другого лица для того, чтобы возложить на себя одно из таких дел, в каких он многократно терпел неудачу, что было известно и ему самому. Другая более важная ошибка состояла в том, что он распустил ахеян как раз в то время, когда этоляне находились внутри Пелопоннеса, тем более что он заранее знал об усилиях Скопаса и Доримаха ниспровергать существующее положение и возбудить войну. Третья ошибка была та, что со столь малочисленным войском он вступил в битву с неприятелем без всякой нужды, имея к тому же возможность отступить спокойно в соседние города, собрать ахеян и тогда только дать битву неприятелю, если уж он находил это выгодным. Но последняя и самая важная вина его состояла в том, что, раз решившись на битву, он действовал с такою оплошностью и неосмотрительностью, что не воспользовался равниною и не употребил в дело тяжеловооруженных и только с легкими войсками напал на этолян на горном склоне, что для противника было наиболее выгодно и желательно. Однако лишь только выступил Арат и напомнил о своих прежних делах и заслугах перед государством, лишь только в ответ на обвинения стал доказывать, что вина за случившееся падает не на него, а в то же время просил о помиловании, если он действительно упустил что-либо в этой битве, и прибавил, что вообще следует судить о делах не с раздражением, но со снисхождением к человеческой слабости, тотчас после этого настроение народа изменилось, и великодушие ахеян дошло до того, что они долгое время гневались на противников Арата за нападки их и во всех дальнейших действиях поступали согласно указаниям Арата. События эти относятся к предшествующей олимпиаде, а последующие к сто сороковой   52 .

15. Постановления ахеян были следующие: отправить послов к эпиротам, беотянам, фокидянам, акарнанам и к Филиппу с объяснением того, каким образом этоляне вопреки договору уже дважды с оружием в руках вторглись в Ахею, в силу союза просить их о помощи и о принятии в союз мессенян. Стратег должен набрать войско из ахеян в пять тысяч человек пехоты и пятьсот конницы и с ними идти на помощь мессенянам в случае вторжения этолян в их область. Он должен войти в соглашение с лакедемонянами и мессенянами относительно того, какое число пехоты и конницы они обязаны поставить на общие нужды. Мужественно перенося постигшую их беду, ахеяне принятием таких решений показали, что не оставляют мессенян без помощи и не отказываются от своих планов, а назначенные к союзникам посольства занялись исполнением возложенных на них поручений. Стратег согласно постановлению произвел набор войска в Ахае, а с лакедемонянами и мессенянами вошел в соглашение, по которому они должны были доставить по две тысячи пятьсот человек пехоты и по двести пятьдесят конных воинов, так что всего войска для предстоящих нужд было десять тысяч пехоты и тысяча конницы.

Между тем этоляне с наступлением очередного собрания постановили сохранять мир с лакедемонянами, мессенянами и всеми прочими народами с коварною целью обольстить ахейских союзников и отторгнуть их от ахеян. Что касается ахеян, то этоляне порешили жить с ними в мире, если они откажутся от союза с мессенянами, в противном случае — воевать: ничего не могло быть нелепее   53 такого решения. Будучи сами союзниками как ахеян, так и мессенян, они объявляли войну ахеянам в том случае, если ахеяне и мессеняне будут жить в дружбе между собою и в союзе; если, напротив, ахеяне выберут войну с мессенянами, то этоляне обещали заключить с ними отдельный мир. Таким образом, коварство этолян вследствие превратности поведения их не имело для себя никакого оправдания.

16. Эпироты и царь Филипп, выслушав послов, согласились на принятие мессенян в союз; поведением же этолян они первое время возмущались, хотя не особенно удивлялись ему, ибо в нем не было ничего необыкновенного, напротив, такое поведение было в привычках этолян. Поэтому эпироты и Филипп не очень гневались на этолян и порешили оставаться в мире с ними: настолько легче прощаются постоянно совершаемые несправедливости, нежели редкие и необычные проступки. И этоляне знали это: они грабили Элладу непрерывно, без объявления войны нападали на многие народы и в то же время не удостоивали своих обвинителей оправдания, но еще издевались над каждым, кто вздумал бы привлекать их к ответственности за обиды прошлые или даже замышляемые. Лакедемоняне, незадолго перед тем освобожденные  54 при содействии Антигона и усилиями ахеян, обязанные воздерживаться от всяких неприязненных действий против македонян и Филиппа, без ведома их отправили посольство к этолянам и тайком заключили с ними дружественный союз.

Ахейское войско было уже набрано, лакедемонянам и мессенянам отдан был приказ относительно доставки вспомогательных отрядов, когда Скердилаид и Деметрий из Фара с девяноста лодками вышли из Иллирии и поднялись вопреки договору с римлянами выше Лисса. Прежде всего они пристали к Пилу и сделали нападение на него, но были отбиты. После этого Деметрий с пятьюдесятью лодками пошел на острова и, переходя от одного из Киклад к другому, с одних брал деньги, другие опустошал. Скердилаид с сорока лодками на обратном пути домой пристал к Навпакту  55 по просьбе зятя  56 своего, царя афаманов  57 , Амина, через Агелая заключил договор с этолянами относительно дележа добычи и дал обещание вторгнуться в Ахаю вместе с ними. По заключении договора с Скердилаидом Агелай, Доримах и Скопас, когда город кинефян  58 был выдан им изменою, собрали все этолийское ополчение и вместе с иллирянами вторглись в Ахаю.

17. Стратег этолян Аристон, как бы вовсе неприкосновенный к тому, что делается, спокойно оставался дома, повторяя, что он не воюет с ахеянами и блюдет мир, — наивный, ребяческий образ действий. Наверное, всякий сочтет простоватым и глупым человека, который рассчитывает прикрыть словами явные поступки. Между тем Доримах направил свой путь через Ахейскую область  59 и внезапно появился перед Кинефою. Что касается кинефян, по происхождению аркадян, то с древних пор они обуреваемы были непрестанными жестокими распрями, в которых многие были умерщвлены или изгнаны, сверх того, имущество расхищалось, производились все новые переделы земли, пока наконец не восторжествовали и не завладели городом сторонники ахеян; после этого они призвали гарнизон для своих укреплений и правителя города их Ахаи. Таково было положение дел, когда незадолго перед появлением этолян изгнанники обратились через послов к находившимся в городе кинефянам с просьбою о примирении и о возвращении их на родину. Владевшая городом партия согласилась на это и отправила посольство к ахейскому народу, ибо желала, чтобы примирение состоялось с одобрения ахеян. Ахеяне охотно дали свое согласие в той уверенности, что теперь они будут пользоваться расположением обеих партий, ибо владевшие городом кинефяне возлагали все свои надежды на ахеян, а возвращенные в город будут обязаны своим восстановлением разрешению ахеян. Тогда кинефяне отпустили из города гарнизон и начальника его, помирились с изгнанниками и возвратили их числом до трехсот человек; перед тем они взяли с изгнанников обещание верности, какое у людей почитается наиболее торжественным. Однако вернувшиеся в город изгнанники не стали выжидать причин или поводов, которые могли бы оправдывать возобновление распрей; напротив, немедленно по возвращении они начали злоумышлять против отечества и своих благодетелей. Мне кажется, что даже в то самое время, когда примирявшиеся давали друг другу клятвы в верности, стоя над жертвенными животными, изгнанники думали только о нарушении обетов, даваемых богам и доверявшим им людям. И в самом деле, как скоро последовало принятие их в число граждан, изгнанники тотчас призвали этолян и изменнически выдали им город, дабы возможно скорее погубить вконец и своих спасителей, и вскормившую их родину. [18.] А вот и дерзкий способ исполнения их плана. Некоторые из возвратившихся изгнанников сделались полемархами  60 . На обязанности этих должностных лиц лежит запирать ворота и, пока ворота заперты, хранить ключи и весь тот день находиться на башнях, что у ворот  61 . Вооруженные, с лестницами наготове, этоляне выжидали удобного момента. Полемархи из числа изгнанников умертвили на башнях своих товарищей по должности и открыли ворота. Вслед за сим часть этолян ворвалась в город через ворота, тогда как другие взошли по прилаженным лестницам и завладели стенами. Все находившиеся в городе жители, напуганные неожиданным происшествием, очутились в трудном, беспомощном положении: дать дружный отпор врагам, врывавшимся через ворота, им не позволяли этоляне, нападавшие на стены, защищать укрепления не давали враги, врывавшиеся через ворота. Благодаря этому этоляне быстро завладели городом, причем рядом с бесчинствами совершили единственное справедливейшее дело: первыми умертвили они тех самых людей, которые впустили их и выдали им город, — затем разграбили их имущество. Так точно поступили они и со всеми прочими жителями, наконец ворвались в жилища граждан, разграбили имущество их, пытали  62 многих кинефян, которых подозревали в сокрытии денег  63 , дорогой утвари или каких-нибудь других ценностей.

Расправившись таким образом с кинефянами, этоляне снялись отсюда, оставив гарнизон в укреплениях, и двинулись по направлению к Лусам  64 . Подойдя к святилищу Артемиды, которое находится между Клитором и Кинефою и почитается у эллинов неприкосновенным, они угрожали расхитить стада богини и все, что было вблизи храма. Лусиаты были настолько рассудительны, что отдали кое-какую утварь богини и тем предотвратили кощунство и жестокие насилия. Этоляне взяли с собою эти драгоценности, тотчас снялись с места и расположились станом перед городом клиторян.

19. Около этого времени стратег ахеян Арат отправил посольство к Филиппу с просьбою идти на помощь, собирал набранное войско, к лакедемонянам и мессенянам обращался с напоминанием присылать назначаемые по договору войска. С другой стороны, этоляне прежде всего требовали от клиторян отложиться от ахеян и вступить в союз с ними, а когда клиторяне решительно отвергли это, они перешли к приступу, приставили лестницы к стенам и пытались овладеть городом. Но так как жители города защищались мужественно и смело, этоляне, уступая обстоятельствам, снялись со стоянки и, снова двинувшись к Кинефе, на сей раз захватили и увели с собою стада богини. Затем прежде всего они предоставили Кинефу элейцам, а когда сии последние отказались принять город, этоляне вознамерились удержать его за собою и назначили Еврипида правителем. Потом, из страха вспомогательного войска, которое, как говорили, идет из Македонии, они предали город пламени, отступили отсюда и снова направились к Рию, решив в этом месте совершить переправу.

Между тем Таврион получил известие о вторжении этолян и о судьбе Кинефы, знал также, что Деметрий из Фара удалился от островов и вошел в Кенхреи, а потом стал звать Деметрия на помощь ахеянам, уговаривал его перетащить свои лодки через перешеек и напасть на этолян во время самой переправы. Деметрий, преследуемый родосцами, на обратном пути от Киклад вывез больше корысти, чем славы, и потому охотно принял предложение Тавриона, ибо этот последний принимал на себя расходы по перетаскиванию лодок  65 . Деметрий переправился через перешеек, но опоздал на два дня к переправе этолян, вследствие чего довольствовался опустошением некоторых местностей на этолийском побережье и возвратился снова в Коринф.

Лакедемоняне со злым умыслом не посылали условленного вспомогательного войска и только для виду отправили ничтожное количество конных и пеших воинов. Со своей стороны, Арат, стоявший во главе ахеян, показал себя в тогдашнем положении не столько военачальником, сколько государственным мужем. Весь погруженный в воспоминания о понесенном поражении, он не предпринимал ничего, а тем временем Скопас и Доримах привели в исполнение все свои планы, возвратились на родину невзирая на то, что путь их лежал через теснины и местности, удобные для неприятельского нападения: достаточно было одного трубача  66 .

Что касается кинефян, то, сколь ни жестоки были невзгоды и ни тяжки несчастия, постигшие их через этолян, они, казалось, заслужили свои бедствия более всякого другого.

20. Дело в том, что аркадский народ в целом пользуется у всех эллинов доброй славой не только за гостеприимство и добродушие, проявляющееся в его нравах и образе жизни, но больше всего за свое благочестие. Поэтому на дикости кинефян стоит остановиться хоть немного и разъяснить, почему они, бесспорно аркадяне, так сильно отличались в те времена от остальных эллинов жестокостью и преступностью. Мне кажется, произошло это от того, что они первые и единственные из всех аркадян пренебрегли установлением предков, прекрасно задуманным и верно рассчитанным на природные свойства всех жителей Аркадии. Занятие музыкой — я разумею собственную музыку  67 — полезно всем людям, а аркадянам оно необходимо  68 . Не следует думать, будто музыка введена была среди людей для обмана и обольщения, как утверждает Эфор  69 в своем предисловии ко всеобщей истории, обмолвившийся недостойным его суждением. Не следует также думать, что древние критяне и лакедемоняне без всякой цели заменили для войны трубу флейтою и ритмом  70 , или что точно так же древнейшие аркадяне отвели во всем общежитии столь видное место музыке и, при самом суровейшем образе жизни в других отношениях, постановили, чтобы музыкою занимались не одни дети, но и молодые мужчины до тридцатилетнего возраста. Действительно, хорошо известно каждому, что почти у одних только аркадян дети с самого нежного возраста прежде всего приучаются петь с соблюдением размеров гимны и пеаны, и в них в каждой общине прославляются согласно исконному порядку туземные герои и божества; потом они выучивают песни Филоксена  71 и Тимофея и ежегодно с большим старанием исполняют хоровые песни  72 в театрах под музыку Дионисовых флейтистов, причем дети участвуют в детских состязаниях, а юноши в так называемых состязаниях мужей. Да и в продолжение всей жизни на увеселительных собраниях они забавляют себя не столько наемными исполнителями  73 , сколько своими собственными средствами, заставляя друг друга петь песни по очереди  74 . Показать себя несведущими в прочих предметах у них не предосудительно; но у них немыслимо ни заявить себя не знающим музыки, ибо все аркадяне обязаны учиться ей, ни отказываться от пения, если кто умеет петь, ибо такой отказ в Аркадии предосудителен. Кроме того, они упражняются в маршировке  75 под звуки флейты с соблюдением военного строя; юноши их обучаются танцам и ежегодно по общественному почину и на общественный счет дают представления в театрах на глазах у сограждан.

21. Мне кажется, что древние установили эти порядки не ради неги и не из роскоши, но потому, что признавали необходимость самодеятельности  76 для каждого гражданина, видели, что вся жизнь их исполнена трудов и лишений, что нравы их суровы вследствие холодного и туманного климата  77 , господствующего в большей части их земель, ибо природные свойства всех народов неизбежно складываются в зависимости от климата  78 . По этой, а не по какой-либо иной причине народы представляют столь резкие отличия в характере, строении тела и в цвете кожи, а также в большинстве занятий. С целью смягчить и умерить необузданную суровую природу аркадяне и ввели у себя все помянутые выше порядки, сверх того приучили мужчин и женщин к общим собраниям и частым жертвоприношениям, установили совместные пляски девушек и юношей; словом, они сделали все для того, чтобы воспитанием характера смирить и смягчить неукротимость души аркадян.

Кинефяне совершенно пренебрегли этими учреждениями, хотя в такого рода воспитании они нуждаются наибольше, потому что занимают страну самую суровую во всей Аркадии по климату и почве; потом, обратив свои силы на взаимные обиды и раздоры, они одичали до такой степени, что у них совершаются преступления столь тяжкие и так часто, как ни в одном из эллинских государств. Как несчастны были благодаря этому кинефяне и какое недовольство в остальных аркадянах возбуждали они своим поведением, доказывает следующее: когда кинефяне после великого кровопролития отправили посольство к лакедемонянам, во всех исконных городах аркадян, куда только по пути оно ни заходило, требовали через глашатая немедленного удаления послов, а мантинеяне по уходе их совершили очищение  79 и обносили жертвенных животных вокруг города и всей земли своей.

Рассказ наш да послужит к тому, чтобы из-за одного города не подвергались нареканиям нравы всего народа аркадян, чтобы какая-либо часть жителей Аркадии не вообразила, что прилежное занятие музыкою существует у них только от избытка, и не вздумала бы пренебрегать этими занятиями, чтобы и сами кинефяне, если когда-либо божество будет милостиво  80 к ним, постарались облагородить себя воспитанием, больше всего музыкою; ибо этим только способом они могут избавиться от того одичания, какое отличало их в прежнее время. Рассказав о приключении с кинефянами, мы возвратимся к прерванному повествованию.

22. Такие-то дела совершили этоляне в Пелопоннесе, после чего благополучно возвратились на родину, а Филипп, направляясь с войском для подания помощи ахеянам, прибыл в Коринф. Он опоздал, а потому отправил вестников с письмами  81 ко всем союзникам и настаивал, чтобы каждый из них возможно скорее прислал в Коринф своих людей для обсуждения мер на общую пользу. Сам он, получив сведения о кровавых междоусобицах  82 в среде лакедемонян, снялся со стоянки и двинулся к Тегее. Лакедемоняне привыкли к царскому управлению и к полной покорности своим правителям; незадолго перед сим они получили свободу при содействии Антигона и, так как царя у них больше не было, начали междоусобные распри, и все требовали для себя равного положения в государстве. Вначале двое эфоров не открывали своего образа мыслей, а трое остальных вступили в общение с этолянами в той уверенности, что Филипп слишком еще юн, чтобы совладать с делами Пелопоннеса. Но когда сверх ожидания этоляне быстро удалились из Пелопоннеса, а Филипп еще быстрее прибыл из Македонии, тогда страх овладел тремя эфорами: к одному из двух остальных эфоров, Адейманту, они питали недоверие, потому что тот знал все планы их и был не особенно доволен происходящим. Поэтому они опасались, как бы Адеймант не открыл всех замыслов их царю Филиппу, когда он подойдет ближе; с этою целью они вошли в сношения с частью молодежи и через глашатая призывали годные к войне возрасты явиться во всеоружии к святилищу Обитательницы медного дома  83 , ибо, говорили они, македоняне приближаются к городу. На этот необыкновенный призыв люди быстро собрались. Тогда Адеймант, недовольный происходящим, выступил вперед и пытался убедить и просветить собравшихся. «Такие требования глашатая и приказы собираться людям вооруженным», говорил он, «были бы уместны раньше, в то время, когда мы получали известия о приближении к границам нашей земли врагов, этолян, а не теперь, когда мы узнаем, что к нам идут благодетели и спасители наши, македоняне, с царем во главе». Лишь только Адеймант начал эту речь, как на него кинулись назначенные для этого молодые люди, закололи его, а вместе с ним Стенелая, Алкамена, Фиеста, Бионида и многих других граждан. Полифонта и с ним вместе несколько друзей его были настолько догадливы, что предусмотрели грозившую беду и ушли к Филиппу.

23. По совершении этого дела стоявшие во главе управления эфоры тотчас отправили посольство к Филиппу с обвинениями против убитых и с просьбою отсрочить свое прибытие до тех пор, пока последние волнения не улягутся и все в городе не придет в порядок, а ему да будет известно, что они решили блюсти во всем верность и благоволение относительно македонян. Послы повстречались с царем уже подле горы Парфения  84 и сообщили ему то, что им было приказано. Царь выслушал послов, велел торопиться домой и объявить эфорам, что вслед за сим он отправляется сам и расположится лагерем при Тегее, а эфоры обязаны возможно скорее выслать к нему сведущих людей для переговоров о настоящем положении. Послы исполнили приказание царя, а правители лакедемонян послали к Филиппу десять человек. Те с Омием во главе отправились к Тегее, явились в совет царя и обвиняли Адейманта и друзей его, как виновников волнения, сами обещали Филиппу исполнять во всем обязанности союзников, уверяя, что в доброжелательстве к нему они не уступят ни одному из народов, коих он почитает своими настоящими друзьями. После этих и подобных заявлений лакедемоняне ушли обратно, а в совете голоса разделились. Одни, понимавшие козни спартанцев и уверенные в том, что Адеймант погиб за дружественное расположение к македонянам и что лакедемоняне вознамерились действовать сообща с этолянами, — советовали Филиппу показать пример на лакедемонянах и поступить с ними так, как Александр поступил с фивянами  85 вскоре по достижении власти. [24.] Другие, из числа старейших, доказывали, что такая мстительность превосходила бы меру преступления, что наказать следует виновных и по отрешении их от должности передать государство и управление в руки друзей царя. Последним говорил царь, если высказанные тогда мнения приписывать ему: невероятно в самом деле, чтобы семнадцатилетний юноша мог дать правильное суждение в столь важном деле. Однако нам, историкам, подобает присваивать начальникам те мнения, которые восторжествовали при совещаниях; читатели пускай подразумевают, что подобные суждения и предложения исходили, по всей вероятности, от царских друзей, притом особенно близких ему. Так и в настоящем случае: высказанное царем мнение может быть приписано с наибольшею вероятностью Арату. Филипп говорил, что, пока речь идет о несправедливых действиях союзников внутри своих государств, до тех пор ему следует довольствоваться для восстановления порядка устными или письменными увещаниями и напоминаниями, и только в тех случаях, когда обиды касаются целого союза, должно следовать общесоюзное вмешательство и наказание. «Лакедемоняне не совершили никакого явного преступления против целого союза и в то же время обещают во всем исполнять свои обязанности относительно нас, а потому несправедливо было бы поступать с ними с беспощадною строгостью». Было бы нелепо, если бы он по причине столь маловажной принял какую-либо крайнюю меру против того самого народа, которому не причинил никакой обиды отец его * , когда лакедемоняне были его врагами, и он восторжествовал над ними. Когда взяло верх это предложение, именно: оставить случившееся без возмездия, царь тотчас отправил в Лакедемон одного из друзей своих, Петрея, вместе с Омием и его товарищами, дабы они убедили народ оставаться дружественно расположенным к нему и македонянам, а при этом дали бы и получили от лакедемонян клятвенное подтверждение союза. Сам Филипп снялся с войском со стоянки и направился обратно к Коринфу. Решением относительно лакедемонян он явно показал союзникам благородство своего настроения.

25. В Коринфе Филипп нашел явившихся от союзных государств представителей и в совете с ними обсуждал меры, какие следовало принять против этолян. Беотяне жаловались, что этоляне в мирное время ограбили святилище Афины Итонии, фокидяне, — что они же пошли войною на Амбрис  86 и Давлий  87 и покушались взять эти города, эпироты, — что они разорили их область; акарнаны рассказывали, каким образом этоляне вели предательские козни против Фирея и дерзнули напасть на город в ночную пору. В дополнение к этому ахеяне сообщили, каким образом этоляне захватили Кларий в Мегалопольской области, по дороге опустошили поля патрян и фариян, разграбили Кинефу, ограбили святилище Артемиды в Лусах, осадили город клиторян, напали с моря на Пил, а с суши на Мегалополь  88 , едва только восстановленный, с целью разрушить его при содействии иллирян. По выслушании жалоб все члены союзного совета единогласно решили объявить войну этолянам. Поименованные выше причины войны они предварительно исчислили в определении, подлежавшем голосованию, и дополнили его следующим постановлением: каждому союзнику, у которого этоляне со времени смерти родного отца Филиппа, Деметрия, отняли землю или город, все прочие обязаны помогать в борьбе за возвращение отнятого, равным образом союзники обязаны восстановить исконные учреждения у всех тех, которые силою обстоятельств вынуждены были вступить в Этолийский союз, дабы они владели своими полями и городами, избавлены были от содержания у себя гарнизонов и от дани, жили независимо по исконным законам и установлениям. Совет постановил также оказать помощь амфиктионам  89 в восстановлении своих законов и в возвращении под свою власть святилища, которое к этому времени отняли у них этоляне с целью самим заведовать им.

26. Принятием этого постановления в первом году сто сороковой олимпиады положено было начало так называемой Союзнической войне, справедливой, вызванной предшествовавшими насилиями. Немедленно совет разослал посольства к союзным государствам, дабы каждое из них по утверждении союзного постановления народом начинало наступательную войну  90 с этолянами. Этолян Филипп извещал письмом, что они могут еще в нынешнем собрании уладить спор устными объяснениями, если сумеют представить основательные оправдания в ответ на жалобы; если же этоляне воображали, что обиженные защищаться не будут на том основании, что те грабили и разоряли всех их без союзного решения, а в случае отказа будут почитаться виновниками войны сами защищающиеся, то они непомерно наивны. По получении письма правители этолян сначала не рассчитывали, что Филипп явится к ним, и назначили день, в который думали сойтись к Рию; но, узнав о его приближении, они поспешили известить его письмом, что сами по себе до общего собрания этолян правители не вправе принять какое-либо окончательное решение. Между тем ахеяне в очередном собрании единогласно утвердили постановление союзников и через глашатая возвестили о дозволении идти за добычей на этолян  91 . Царь явился в союзную думу  92 в Эгий и произнес там пространную речь; слова его были приняты сочувственно, и с самим Филиппом возобновлены были ахеянами дружественные отношения, ранее того соединявшие их с его предками.

27. Около этого же времени у этолян наступили выборы, и в стратеги себе они выбрали Скопаса, виновника всех рассказанных выше насилий. Я не знаю, что и сказать об этом. Не воевать по общенародному постановлению, но со всем ополчением совершать хищнические походы на соседей, при этом ни одного из виновных в том не только не карать, но еще оказывать почет избранием в стратеги людей, руководивших подобными предприятиями, такое поведение представляется мне верхом коварства. И в самом деле, какого другого названия заслуживают подобные подлости? Нижеследующее пояснит мои слова. Когда Фебид  93 вопреки договору овладел Кадмеей, лакедемоняне наказали его, но гарнизона из Кадмеи не вывели, как будто обида смывалась наказанием виновного; между тем им следовало поступить наоборот, сделать то, что важно было для фиванцев. Потом, по заключении Анталкидова мира они через глашатаев объявили государства свободными и в управлении независимыми; но гармостов  94 не вывели из городов. Выселив мантинеян, находившихся в дружественном союзе с ними, лакедемоняне не называли этого несправедливостью, говоря, что они только из одного города расселили мантинеян по многим городам  95 . Глупо и подло воображать, что если сам закрываешь глаза, то и другие не видят  96 . Оба государства навлекли на себя таким поведением величайшие бедствия. Всякий, озабоченный благополучием своим или своего государства, никогда не должен подражать этим примерам.

Между тем царь Филипп, устроив отношения свои с ахеянами, направился с войском в Македонию, чтобы поскорее приготовиться к войне. Не только в союзниках, но во всех эллинах вышеупомянутое решение пробудило светлые надежды на милость и царское великодушие Филиппа.

28. События эти совершались в то самое время, когда Ганнибал, покорив своей власти все земли по сю сторону  97 реки Ибера, готовился к походу на город заканфян. Если бы первые подвиги Ганнибала были с самого начала введены нами в историю эллинов, то необходимо было бы в предыдущей книге при изложении событий переходить от Эллады к Иберии и, следуя порядку времени, рассказывать об одних событиях бок о бок с другими. Но так как эти войны в Италии, Элладе и в Азии имели не одно и то же начало, хотя и общий исход, то мы и считали нужным рассказывать о них отдельно, пока не дошли до того момента, когда разные события переплелись между собою и начали приводить к одной цели. При таком изложении становятся ясными как начало каждого события, так и время сплетения их; относительно этого последнего мы в самом начале труда нашего намекнули на то, когда, каким образом и по каким причинам оно совершилось. Напротив, дальнейший рассказ будет у нас общий для всех стран. Что касается слияния событий, то наступило оно к концу войны на третьем году сороковой олимпиады. Поэтому события позднейшие мы будем излагать в порядке времени в общем повествовании, а предшествующие им отдельно, причем, как я сказал уже, мы будем только упоминать о событиях одновременных, изложенных в предыдущей книге; тогда повествование наше будет не только понятно, но для прилежных читателей и завлекательно.

29. Перезимовав в Македонии, Филипп деятельно набирал войска для предстоящей войны и в то же время ограждал Македонию укреплениями против живущих над нею варваров  98 . После этого он свиделся со Скердилаидом и, смело доверившись ему, повел переговоры о дружественном союзе; ему не трудно было склонить Скердилаида на свою сторону частью обещаниями помощи в устроении иллирийских дел, частью жалобами на этолян, обвинить которых было так легко: преступления, совершаемые частными лицами и государствами, если и различаются чем-нибудь, то, быть может, единственно большим количеством и большими размерами последствий. Так, скопища плутов  99 и воров гибнут больше всего от того, что участники их нарушают взаимные права и вообще не блюдут верности в отношениях друг к другу. Точно то же случилось тогда и с этолянами. Они обещали дать Скердилаиду некую долю добычи, если он примет участие во вторжении их в Ахаю. Тот согласился и помогал этолянам при вторжении, а они, разграбив город кинефян, похитив множество людей и скота, не уделили Скердилаиду ничего из награбленного. Вследствие этого он затаил в себе злобу против этолян, и чуть только Филипп в немногих словах пробудил воспоминание об этом, как он поддался увещанию и согласился вступить в общий союз с условием, что будет получать ежегодно по двадцати талантов и выйдет с тридцатью лодками на морскую войну против этолян.

30. Пока Филипп был занят этими делами, отправленные к союзникам послы прибыли прежде всего в Акарнанию и вступили в переговоры с тамошним народом. Акарнаны бесхитростно утвердили решение союзников и пошли войною на этолян. Между тем акарнанам более чем кому-либо другому было бы простительно замедлить, отложить войну и вообще уклоняться от борьбы с соседями. Они плотно примыкают к границе этолян, потом, что гораздо важнее, будучи предоставлены самим себе, легко одолимы, наконец, и это самое главное, незадолго перед тем они подверглись самым тяжким испытаниям за вражду к этолянам. Но, мне кажется, человек честный всегда, во всех делах, личных ли то, или общественных, ставит долг выше всего, и акарнаны во всех почти обстоятельствах поступают именно таким образом больше чем какой-либо иной из эллинских народов, хотя силы их и незначительны. В трудные времена можно обращаться к их содействию не колеблясь, даже искать его предпочтительно перед прочими эллинами, ибо как отдельные личности, так и целый народ отличаются стойкостью и благородством. Что касается эпиротов, то, выслушав объяснения послов, они также приняли постановление союзников, но решили начинать войну с этолянами только тогда, когда будет воевать царь Филипп. Этолийским послам они отвечали, что эпироты решили блюсти мир с ними, обнаружив тем трусость и двоедушие. К царю Птолемею * также отправлено было посольство с просьбою не посылать этолянам денег и вообще не оказывать им никакой поддержки против Филиппа и союзников. [31] Мессеняне, из-за которых и началась война, дали такой ответ явившимся к ним послам: так как Фигалия лежит на их границе и находится во власти этолян, то они не могут браться за оружие прежде, чем город этот не будет отнят у этолян. К такому решению принудили народ против его желания тогдашние эфоры, Ойнид и Никипп, равно как и некоторые олигархически настроенные граждане, в чем, по моему убеждению, они поступили неразумно и совершенно неправильно. Признаюсь, и я считаю войну делом страшным, но нельзя же страшиться войны до такой степени, чтобы во избежание ее идти на всевозможные уступки. Зачем всем нам восхвалять гражданское равенство, право открыто выражать свои мысли, свободу, если нет ничего лучше мира? Ведь мы не одобряем фиванцев  100 за поведение их в Мидийской войне, за то, что они уклонились от борьбы за Элладу и из трусости приняли сторону персов, не одобряем и Пиндара  101 , который в следующих стихах выражает сочувствие фиванцам за любовь их к миру: «Каждый из граждан, жаждущих света народу, пусть ищет яркого блеска пышного мира». Первое время слова его казались убедительными; но вскоре поняли, что он давал постыднейший и пагубнейший совет. Мир справедливый и почетный — прекраснейшее и плодотворнейшее состояние; но нет ничего постыднее и гибельнее, как мир, купленный ценою позора и жалкой трусостью.

32. Правители мессенян, настроенные олигархически и озабоченные личными ближайшими выгодами, всегда расположены были к миру больше чем следует. Благодаря этому мессеняне неоднократно переживали трудные положения, а иногда спасались от разных бед; но благодаря тому же настроению зло накоплялось мало-помалу, и они повергли родину в величайшие несчастия. Причина этого, по моему мнению, в том, что мессеняне живут по соседству с двумя сильнейшими народами Пелопоннеса или чуть не целой Эллады: я разумею аркадян и лаконян. Один из этих народов всегда относился к ним с непримиримою враждою  102 с того самого времени, как занял Лаконику; другой народ, напротив, относился к ним дружественно и с участием, а мессеняне не отвечали ни настоящей враждой лакедемонянам, ни искренней дружбой аркадянам. Когда народы эти бывали заняты междоусобицами или войною с каким-нибудь иным народом, мессенянам было хорошо: находясь по своему положению в стороне от воюющих, они всегда наслаждались миром. Зато, когда лакедемоняне бывали свободны от войны и начинали вредить мессенянам, эти последние были не в силах одни противостоять напору лакедемонян и, не приобретя заранее истинных друзей, готовых делить с ними всевозможные случайности, они вынуждены бывали или служить лакедемонянам в положении носильщиков тяжестей  103 , или во избежание рабства сниматься  104 со своих земель и вместе с женами и детьми покидать родную страну. Беда эта постигала их уже много раз, притом в короткие промежутки времени. Нынешнее положение  105 пелопоннесцев пускай остается навеки нерушимым, дабы не было нужды в том совете, какой я преподам; но раз наступят волнения и перемены, я вижу единственное средство для мессенян и мегалопольцев оставаться дольше на своей земле, именно: жить между собою в согласии и сообразно желанию Эпаминонда  106 честно делить друг с другом всякую долю и всякие опасности.

33. Впрочем, мнение мое находит себе подтверждение, быть может, и в давнем прошлом. Помимо многого другого мессеняне во времена Аристомена  107 , как говорит и Каллисфен  108 , поставили у жертвенника Ликейского Зевса  109 столб и начертали на нем следующую надпись: «Время достойно покарало виновного царя; Мессена по милости Зевса легко открыла предателя  110 . Трудно клятвопреступнику укрыться от божества. Хвала тебе, царь Зевс, храни Аркадию». Лишенные родины, мессеняне, как мне кажется, молили богов хранить Аркадию, как второе отечество их, когда посвящали эту надпись. И они поступали правильно, ибо аркадяне не только приняли мессенян к себе, когда те в Аристоменову войну были изгнаны из своей страны, допустили их к своим очагам и даровали им гражданство, но сделали еще постановление отдать своих дочерей за возмужавших мессенян. Кроме того, аркадяне же открыли измену царя Аристократа в сражении у так называемого Рва  111 , умертвили его самого и весь род его истребили. Однако и помимо старины достаточное подтверждение нашим словам дает последний случай, имевший место после основания городов Мегалополя и Мессены, именно: победа в битве  112 при Мантинее осталась сомнительною по причине смерти Эпаминонда, и лакедемоняне противились включению мессенян в мирный договор, в полной надежде присвоить Мессению себе; тогда мегалопольцы и все прочие аркадяне, участвовавшие в союзе, достигли своими стараниями того, что мессеняне были приняты союзниками, допущены к клятвенному мирному договору, и одни лишь лакедемоняне были устранены эллинами от участия в договоре. Неужели потомки наши, принимая это во внимание, могут не признать справедливости только что высказанного нами суждения?

Предыдущее рассказано ради того, чтобы аркадяне и мессеняне, памятуя несчастья, в какие лакедемоняне повергли их родину, пребывали во взаимной истинной дружбе и верности и не покидали друг друга в такое время, когда решается их участь, ни из страха перед ужасами войны, ни из жажды мира.

34. Лакедемоняне и на сей раз поступили как обыкновенно  113 : в конце концов, они отпустили союзнических послов без ответа, на этом остановился наш рассказ. До такой степени непонимание и испорченность делали их неспособными к решительным действиям. Верно, мне кажется, изречение, что неумеренная отвага часто обращается в безумие и кончается ничем. Как бы то ни было впоследствии, когда выбраны были новые эфоры  114 , те самые люди, которые вначале произвели кровавый переворот, обращались к этолянам с просьбою прислать посла. Этоляне охотно согласились на это, и вскоре прибыл в Лакедемон в качестве посла Махат. Тотчас явился он к эфорам...  115 они требовали допустить Махата к народу, назначить царей согласно исконным установлениям и не терпеть столь продолжительного упразднения власти Гераклидов. Эфоры не одобряли всего этого, но были бессильны совладать с яростью противников и, опасаясь возмущения молодежи, отвечали, что относительно царей они рассудят после, а Махата согласились допустить в народное собрание. Когда народ собрался, выступил Махат и в длинной речи убеждал собравшихся присоединиться к Этолийскому союзу, а в то же время нагло выставлял против македонян неосновательные обвинения, лживо и бессмысленно превозносил этолян. По удалении Махата начались ожесточенные препирательства. Одни высказывались за этолян и советовали примкнуть к их союзу, другие возражали. Старшие возрастом напоминали народу об услугах Антигона и македонян, а также о злоключениях  116 , причиненных Хариксеном и Тимеем, когда этоляне со всем войском опустошили их страну, увели в рабство периэков, замышляли козни против Спарты, хитростью и насилием возвращали изгнанников. После этих разъяснений лакедемоняне изменили свое решение и склонились наконец к тому, чтобы оставаться в союзе с Филиппом и македонянами. Когда дело приняло такой оборот, Махат ни с чем возвратился домой.

35. Первоначальные виновники переворота ни за что не желали  117 помириться с таким положением дела и, совратив часть молодежи, замыслили ужаснейшее злодеяние. По случаю некоего исконного жертвоприношения возмужавшие граждане с оружием в руках должны были участвовать в торжественном шествии к храму Афины Обитательницы медного дома, между тем на обязанности эфоров лежало совершить жертвоприношение и для этого оставаться подле храма. В таких-то обстоятельствах часть вооруженной молодежи, участвовавшей в процессии, внезапно напала на приносивших жертву эфоров и умертвила их, невзирая на то, что святилище это дает верное убежище всем, даже приговоренным к смерти. Со стороны людей, дерзнувших совершить злодеяние, пренебрежение к святилищу и лютость их простерлись в это время до того, что все эфоры были умерщвлены подле жертвенника и у самого стола богини. Убийцы не остановились и на этом: во исполнение замысла они убили Гирида и единомышленных с ним геронтов  118 , изгнали противников этолян, выбрали эфоров из своей среды и заключили союз с этолянами. Не смущаясь ни враждою к ахеянам, ни неблагодарностью относительно македонян, ни вообще безумием поведения в глазах всех людей, убийцы действовали таким образом больше всего из-за Клеомена и расположения к нему: они непрестанно питали надежду и поджидали, что Клеомен возвратится в Спарту здравым и невредимым. Так, люди, умеющие ловко обращаться с другими, в обществе которых живут, не только в своем присутствии внушают прочную и самую горячую привязанность к себе, но оставляют они таковую за собою и тогда, когда находятся вдали от единомышленников. Так и лакедемоняне, не говоря уже о других примерах, по изгнании Клеомена в течение почти трех лет управлялись законами отцов своих и никогда не помышляли о восстановлении царей в Спарте. Однако лишь только пришла весть о смерти Клеомена  119 , тотчас все помыслы народа и эфоров обратились к назначению царей. Те из эфоров, которые были заодно с мятежниками и заключили упомянутый выше союз с этолянами, поставили одного царя согласно законам и обычаям, Агесиполида, находившегося еще в детском возрасте, сына Агесиполида и внука Клеомброта  120 . Этот последний воцарился в то время, когда был лишен власти Леонид, так как с домом его Клеомброт находился в ближайшем родстве. В опекуны царя выбран был Клеомен, сын Клеомброта и брат Агесиполида. В другом царственном доме у Архидама, сына Эвдамида  121 , было два сына от дочери Гиппомедонта. Гиппомедонт, сын Агесилая, был еще в живых, живы были и многие другие члены этого дома, хотя и более далекие родственники, чем поименованные выше, но принадлежавшие к царскому роду. Все они были обойдены, и царем назначен Ликург, из предков которого ни один не носил этого звания. Но он дал всем эфорам по таланту и попал в потомки Геракла и в цари. Так прекрасное  122 везде покупается дешево. Поэтому не дети детей их, но прежде всего те самые люди, которые назначили этого царя, поплатились за свое безумие.

36. Получив известие о перевороте у лакедемонян, Махат вторично прибыл в Спарту и убеждал эфоров и царей объявить войну ахеянам. «Единственно этим только способом», говорил он, «удастся положить конец проискам тех из лакедемонян, которые желают разорвать союз с этолянами, и подобным же проискам в Этолии». Когда эфоры и цари приняли его совет. Махат возвратился домой, достигнув цели благодаря слепоте своих пособников. Ликург вскоре выступил в поход с солдатами * и отрядом граждан и вторгся в Аргивскую землю в то время, когда аргиняне, доверяясь существующим отношениям, не приняли никаких мер обороны. Внезапным нападением захватил он Полихну  123 , Прасии, Левки, Кифант, но при нападении на Глимпы и Зарак был отбит. После этого похода лакедемоняне возвестили через глашатая дозволение идти за добычей в землю ахеян. Махату и друзьям его удалось с помощью тех же доводов, какие он представлял лакедемонянам, поднять и элейцев на войну с ахейцами.

Неожиданно дела приняли желательный для этолян оборот, а потому они смело начинали войну; не так было у ахеян. Филипп, на которого они возлагали свои надежды, все еще был занят военными приготовлениями; эпироты медлили начинать войну; мессеняне держались спокойно, тогда как этоляне, которым помогало бессмыслие элейцев и лакедемонян, теснили их войною со всех сторон.

37. К этому времени истекал уже срок службы Арата, и звание стратега по выбору ахеян получил сын его Арат. Должность стратега у этолян занимал Скопас, в это время прослуживший почти половину своего срока, ибо этоляне произвели выборы немедленно после осеннего равноденствия, а ахеяне в том же году ко времени восхождения Плеяды * . Лето уже наступало, Арат младший принял должность стратега, когда разом начались все войны. Так, в это время Ганнибал начинал осаду Заканфы, римляне отправляли в Иллирию Луция Эмилия с войском против Деметрия Фарского, о чем уже говорено в предыдущей книге. Антиох готовился к нападению на Койлесирию после того, как Теодот передал ему Птолемаиду   124 и Тир, а Птолемей собирался к войне с Антиохом. Ликург, желая начать свое царствование, подобно Клеомену расположился лагерем перед Афенеем мегалополитов и начал осаду его. Ахеяне собирали для возгоревшейся войны наемную конницу и пехоту. Филипп во главе войска шел из Македонии, имея с собою десять тысяч македонских фалангитов и пять тысяч пелтастов, а кроме того, восемь тысяч конницы. В таком положении были все эти начинания и приготовления. В то же самое время родосцы объявили войну византийцам   125 по причинам такого рода: на всей обитаемой в наше время земле византийцы занимают удобнейшую со стороны моря местность в отношении безопасности и благосостояния жителей и самую неудобную в том и другом отношении со стороны суши. [38.] С моря местность прилегает к устью Понта и господствует над ним, так что ни одно торговое судно не может без соизволения византийцев ни войти в Понт, ни выйти из него. Понт обладает множеством предметов, весьма нужных для человека   126 , и все это находится в руках византийцев. Так, прилегающие к Понту страны доставляют нам из предметов необходимости скот и огромное множество рабов, бесспорно превосходнейших; из предметов роскоши они же доставляют нам в изобилии мед, воск и соленую рыбу. От избытка наших стран те народы получают оливковое масло и всякого рода вино; хлебом они обмениваются с нами, то доставляя его нам, когда нужно, то получая от нас. Эллины вынуждены были бы или вовсе потерять торговлю всеми этими товарами, или лишиться выгод от нее, если бы византийцы пожелали вредить им , соединиться с галатами и еще больше с фракийцами, или если бы они не жили в тех местах; тогда, несомненно, Понт был бы закрыт для нас по причине узкости прохода в него и по многочисленности варварских народов   127 , живущих у его берегов. Итак, наверное византийцы извлекают из местоположения своего города величайшие выгоды: все лишнее для них они вывозят, все недостающее ввозят быстро и с выгодою для себя без всяких затруднений и опасностей. Но, как мы сказали, и прочие народы пользуются через византийцев многочисленными выгодами. Поэтому справедливость требует почитать их как бы всеобщими благодетелями, а эллины не только должны быть признательны им, но и оказывать союзную помощь в тех случаях, когда варвары теснят их. Однако большинству эллинов остаются неизвестными выгодные особенности местоположения Византии, потому что она лежит несколько вдали от посещаемых нами стран, мы же хотим сделать их известными для всех. Лучше всего, если бы такие страны, которые отличаются теми или другими особенностями, познавались посредством личного обозрения; раз это невозможно, следует, по крайней мере, через других, получать о них ближайшие к истине понятия и представления. Вот почему на нас лежит долг разъяснить положение этого города и показать, что делает его столь счастливым.

39. Море, именуемое Понтом, имеет в окружности около двадцати двух тысяч стадий  128 и два противолежащие одно другому устья, одно из Пропонтиды, другое из Меотидского озера; это последнее само по себе имеет в окружности восемь тысяч стадий  129 . В названные здесь водоемы изливается множество больших рек, вытекающих из Азии; еще более многочисленные и большие реки текут в них из Европы; переполненное ими Меотидское озеро изливается через устье в Понт, а Понт в Пропонтиду. Устье Меотиды называется Киммерийским Боспором, имеет в ширину стадий тридцать, а в длину шестьдесят; все оно мелководно. Подобно этому устье Понта называется Фракийским Боспором; в длину оно имеет около ста двадцати стадий, а ширина его не везде одинакова. Началом этого устья со стороны Пропонтиды служит полоса воды между Калхедоном  130 и Византией в четырнадцать стадий  131 , а со стороны Понта так называемый Гиер  132 , где, как рассказывают, Ясон  133 на обратном пути из Колхиды  134 впервые принес жертву двенадцати божествам. Место это находится в Азии и отстоит от Европы, именно от святилища Сараписа  135 на противоположном берегу Фракии, на двенадцать стадий. Есть две причины, по коим воды Меотиды и Понта вытекают непрерывно за пределы своих вместилищ. Одна понятна сама по себе и ясна для каждого: если многие реки вливаются в водоем определенных размеров, то вода в нем прибывает все больше; при отсутствии какого бы то ни было истока постоянно прибывающая вода стала бы захватывать все большее пространство впадины; напротив, если истоки есть, то излишек воды, получающийся вследствие новых притоков и увеличения количества ее, должен уходить и изливаться непрерывно через существующие отверстия. Другая причина этого такова: вследствие сильных дождей реки несут в названные выше впадины много речного ила: образующиеся таким образом наносы больше и больше поднимают воду, которая тем же способом выливается через существующие отверстия. Приращения ила и воды из рек совершаются непрерывно и постоянно, а потому непрерывным и постоянным должно быть и излияние воды через устья. Таковы подлинные причины излияния воды из Понта. Справедливость этого объяснения подтверждается не рассказами торговых людей, но самым по возможности точным наблюдением природы.

40. Так как мы остановились на этой местности, то нельзя допускать в изложении никаких неясностей или голословных уверений, как поступает обыкновенно большинство историков. Напротив, необходимо подкреплять рассказ наш доказательствами, дабы у любознательных читателей не возникало никаких недоразумений относительно описываемых предметов. Такого рода изыскания составляют преимущество нашего времени, когда все моря и земли сделались доступными, и потому не подобает более ссылаться на поэтов и баснописцев как на свидетелей неведомого. Так обыкновенно поступали наши предшественники, которые, говоря словами Гераклита  136 , приводили ненадежных свидетелей в подтверждение сомнительных известий. Итак, мы утверждаем, что Понт принимает наносы с давнего времени по настоящее, и что мало-помалу он будет занесен илом совсем, так же как и Меотида, если, конечно, свойства этих местностей останутся те же и причины наносов будут действовать неизменно. Время бесконечно, а вместимость впадин точно ограничена, и поэтому нет сомнения, что впадины со временем наполнятся, хотя бы наносы были самые незначительные. В природе так: если что-либо конечное растет или убывает непрерывно в продолжение бесконечного времени, то цель изменений в том или в другом направлении  137 будет достигнута неизбежно, как бы незначительны ни были самые изменения: на сей раз допустим это. Но если ил наносится не в малом количестве, а в очень большом, то, очевидно, теперешнее предсказание наше исполнится  138 не в далеком, но в близком будущем. Так и есть на самом деле. Меотида уже заносится илом, ибо большая часть ее имеет глубины пять-семь сажен, вследствие чего по нему не могут ходить большие корабли без лоцмана. Далее Меотида, как единогласно свидетельствуют о том древние  139 , была первоначально морем, сливающимся с Понтом в одно, а теперь это — озеро сладкой воды  140 , ибо морская вода вытеснена из него наносами, а вливающаяся в него из рек вода получила перевес. Подобное же случится и с Понтом, начало чего наблюдается уже и теперь: хотя совершающиеся в нем изменения благодаря обширности впадины не очень заметны для большинства людей, но достаточно небольшого внимания для того, чтобы и теперь ясно различить эти изменения.

41. Так как Истр, протекая по Европе, впадает в Понт множеством устьев, то перед ними в море на расстоянии одного дня пути образовалась полоса земли стадий в тысячу из ила, нанесенного из устьев реки. На эту полосу земли иногда набегают плывущие по Понту корабельщики, находясь еще в открытом море, а ночью, когда места эти не видны, корабли разбиваются о них. У моряков они называются Стефами  141 . Вот, по нашему мнению, причина того, что насыпь образуется не у самого берега, но выдвигается далеко вперед: пока течение реки сохраняет силу, преодолевает морскую воду и прогоняет ее, до тех пор земля и все приносимое рекою должно отбрасываться вперед, не задерживаясь раньше и не останавливаясь. Но как только вследствие глубины и обилия морской воды течение реки слабеет, тогда неизбежно по силе природы задерживается несомый ею ил. Вот почему наносы мощных больших рек отлагаются вдали от берега, хотя море у самой суши и глубоко; напротив, реки небольшие и тихо текущие образуют наносы вблизи своих устьев. Яснее всего обнаруживается это во время половодия от ливней, когда и незначительные речонки, преодолевая у своих устьев морскую волну, отбрасывают наносы в море тем дальше, чем стремительнее река, и тем ближе, чем течение реки тише. Ничего нет невероятного ни в величине вышеупомянутой полосы земли, ни вообще во множестве камней, бревен и ила, наносимых реками; глупо было бы не верить этому. Достаточно поглядеть на любой горный поток, как он нередко в короткое время размывает и пробивает крутые обрывы, несет с собою разный лес, землю и камни и образует такие наносы, что изменяет и делает неузнаваемою самую местность  142 .

42. Поэтому не следует удивляться тому, что столь многочисленные и быстрые реки, притом текущие непрерывно, производят упомянутое выше действие и могут наконец наполнить Понт. Для человека, рассуждающего правильно, это представляется не только вероятным, но и неизбежным. Чего следует ожидать в будущем, показывает следующее: насколько вода Меотидского озера слаще понтийской, настолько же Понт несомненно отличается от нашего моря *   143 . Отсюда ясно, что если пройдет времени во столько раз больше того, в какое наполнилась Меотида, во сколько одна впадина больше другой, то и Понт сделается мелководным озером со сладкой водой наподобие озера Меотидского. Следует, впрочем, предполагать, что с Понтом это произойдет тем скорее, что изливающиеся в него реки больше и многочисленнее.

Предыдущее рассказано для тех читателей, которые не верят, что Понт заносится илом уже и теперь, что некогда будет занесен совсем и, при всей значительности объема, обратится в маловодное озеро. Еще больше говорили мы это ради изобличения лживости мореплавателей и наклонности их к чудесному, дабы избавить себя от необходимости принимать по неведению с детскою верою все, что бы ни говорилось, и при помощи правдивых указаний получить хоть некоторую возможность различать в чужих сообщениях ложь от правды. Теперь возвратимся к дальнейшему рассказу о выгодах местоположения Византии.

43. Мы только что сказали, что длина устья, соединяющего Понт с Пропонтидою, сто двадцать стадий, что одним концом его со стороны Пропонтиды служит Гиер, а другим, со стороны Понта, промежуточное пространство у Византии. Между этими оконечностями находится на европейском берегу устья святилище Гермеса на выдающейся в виде мыса скале; от Азии оно удалено стадий на пять: это и есть наиболее узкая часть прохода. Здесь-то, как рассказывают, Дарий  144 перекинул мост через пролив, когда шел войною на скифов. На всем остальном протяжении от Понта сила течения в устье равномерна, потому что берега пролива с обеих сторон остаются одинаковыми. Но лишь только идущее из Понта течение, сжатое в теснине, ударяется с силою о Гермесово святилище на европейском берегу, где, как мы сказали, самая узкая часть пролива, тут оно делает поворот как бы от толчка и стремительно несется к противоположному берегу Азии. Отсюда, как бы повернув назад, течение принимает противоположное направление к высотам Европы, именуемым «подле Очагов»  147 . Здесь оно поворачивает снова и ударяется в так называемую Корову, местность в Азии, где, как гласят сказания, впервые остановилась Ио  148 после переправы через Боспор. От Коровы оно делает последний поворот и устремляется к самой Византии, там около города разделяется и небольшую часть своей воды посылает в залив, именуемый Рогом  149 , а остальная, большая часть, опять отклоняется в сторону. Однако этому последнему течению недостает уже силы для того, чтобы достигнуть противолежащего берега, где находится Калхедон; ибо после неоднократных отклонений в сторону течение слабеет в этой более широкой части пролива, не делает больше коротких изломов в направлении к азиатскому берегу под острым углом, но идет под тупым; поэтому, не достигнув города калхедонян, оно направляется дальше посередине пролива.

44. То, что делает положение Византии весьма удобным и в такой же мере неудобным положение Калхедона, объяснено нами выше; однако на первый взгляд может показаться, что оба города занимают одинаково выгодное положение. Вопреки видимости нелегко бывает при всем старании войти морем в один из этих городов; напротив, в другой город течение несет тебя непреоборимо, даже наперекор твоему желанию, как мы заметили выше. Вот и доказательство того: переправляющиеся из Калхедона в Византию не могут плыть прямо по причине идущего посередине течения, сворачивают к Корове и так называемому Хрисополю  150 , которым некогда по совету Алкивиада завладели афиняне и в котором они первые начали облагать данью все идущие в Понт суда; дальше этого города плывущие отдаются течению, которое и заносит их непременно к Византии. То же самое замечается и во время плавания по другую сторону ** города византийцев, именно: плывет ли кто-нибудь от Геллеспонта под южными ветрами, или к Геллеспонту из Понта под пассатом  151 , прямой удобный путь лежит вдоль европейского берега из города византийцев к теснинам Пропонтиды, где находятся города Абидос и Сест  152 , а оттуда таким же точно способом обратно к Византии. Совсем иным оказывается путь от Калхедона вдоль азиатского берега, который представляет много изгибов, а область кизикенян  153 выступает далеко в море. Плывущему от Геллеспонта к Калхедону трудно идти сначала вдоль европейского берега, потом, по приближении к Византии, обогнуть эти местности и подойти к Калхедону; мешает тому морское течение и выясненные выше причины. С другой стороны, судну, выходящему из Калхедона, нет никакой возможности подойти прямым путем к Фракии; его задерживают находящееся в промежутке течение и оба ветра  154 , на том и другом пути дующие в противную сторону, именно: южный ветер гонит в Понт, а северный из Понта, и ни на одном из этих путей нельзя миновать ветров.

Вот что делает положение Византии весьма выгодным со стороны моря; невыгоды сухопутного положения ее будут выяснены ниже.

45. Фракия  155 , простираясь от одного моря до другого, кругом облегает земли византийцев, так что они ведут постоянную трудную войну с фракийцами. Хотя бы византийцы приготовились к борьбе и восторжествовали над врагом, навсегда избавиться от войны они не могут, потому что во Фракии много народов и владык. Одолей византийцы одного владыку, на страну их пойдут три других, более могущественных; уступками, платежом дани, договорами византийцы ничего не достигают. Самые уступки в чем-либо, сделанные одному, порождают пять новых врагов, поэтому они непрерывно пребывают в состоянии тяжелой войны; ибо что может быть опаснее и страшнее войны с соседями, притом с варварами? Как бы то ни было, византийцы всецело поглощены борьбою с этими опасностями на суше, но кроме всех прочих бедствий, сопряженных с войною, они терпят муки Тантала, как выражается поэт. Ибо византийцы владеют плодоноснейшей землей; когда обработают ее старательно и получится обильнейший урожай превосходного качества, когда вслед за сим появляются варвары и часть плодов уничтожают, а другую собирают и уносят с собою, тогда, не говоря уже о потерянных трудах и затратах, самый вид истребления прекрасных плодов повергает византийцев в тяжкую скорбь и печаль. Тем не менее войну с фракийцами они по привычке выдерживали и верно хранили первоначальные отношения к остальным эллинам. Но положение их сделалось в высшей степени трудным, когда ко всему этому пошли на них еще и галаты под предводительством Комонтория  156 .

46. Эти галаты покинули родину вместе с Бренном  157 . Избегнув гибели в Дельфах и явившись к Геллеспонту, они не переправились в Азию, но остались тут же, потому что их пленили окрестности Византии, одержали победу над фракийцами, Тилу  158 обратили в царскую резиденцию и стали угрожать византийцам великими опасностями. При первых вторжениях галатов во время первого царя их Комонтория византийцы постоянно откупались подарками, уплачивая по три, по пяти, а иногда и по десяти тысяч золотых, лишь бы избавить свою страну от разорения. Наконец они вынуждены были согласиться на уплату восьмидесяти талантов ежегодной дани. Так было до царствования Кавара  159 , при котором владычество галатов пало, а самое племя было совершенно истреблено фракиянами, в свою очередь одолевшими врага. В такое-то время  160 византийцы, удручаемые данью, послали сначала послов к эллинам с просьбою о помощи и о поддержке их в тогдашней нужде. Так как большинство эллинов оставило просьбы их без внимания, то византийцы вынуждены были взимать пошлину с судов, идущих в Понт. [47.] Взимание византийцами пошлины с товаров, идущих из Понта, было для всех эллинов убыточно и тяжело и возмущало их, а потому все народы, занимающиеся морской торговлей, обратились с жалобами к родосцам, так как эти последние почитались сильнейшим морским народом. Следствием этого была война, о которой мы и намерены говорить теперь.

Побуждаемые собственными потерями и терпевшими ущерб соседями, родосцы при участии союзников прежде всего отправили посольство к византийцам с требованием отменить провозные пошлины. Но византийцы решительно отвергли это требование и в правоте своего поведения были убеждены прениями, происходившими между послами родосцев и тогдашними представителями государства византийцев, Гекатодором и Олимпиодором; вследствие этого родосцы удалились ни с чем. По возвращении послов домой они приняли решение объявить войну византийцам по причинам, указанным мною выше. Тут же они отправили послов к Прусию с просьбою принять участие в войне; им стало известно, что Прусий по каким-то причинам находится во вражде с византийцами.

48. Подобным же образом действовали и византийцы: они также послали послов к Атталу и Ахею с просьбою о военной поддержке. Аттал готов был помочь; но силы его в то время были незначительны, ибо Ахей принудил его довольствоваться отцовскими владениями. Ахей, в то время владычествовавший над землями по сю сторону Тавра и недавно присвоивший себе царское достоинство, обещал оказать помощь. Таким поведением он сильно оживил надежды византийцев и навел страх на родосцев и Прусия. Дело в том, что Ахей состоял в родстве с Антиохом, вступившим на царство в Сирии, а упомянутые выше владения Ахей приобрел приблизительно таким образом. По смерти Селевка, отца этого Антиоха, царство наследовал старший сын его Селевк; в силу родства, он вместе с ним совершил поход через Тавр года за два до времени описываемых нами событий. Селевк младший, лишь только получил царскую власть, узнал, что Аттал покорил уже себе всю Азию по сю сторону Тавра; тогда-то Селевк поспешил защитить с этой стороны свои владения. С большим войском он перевалил через Тавр и пал жертвою коварства галата Апатурия и Никанора. Ахей, как родственник, не замедлил отмстить за смерть Селевка, повелев казнить Никанора и Апатурия; в командовании войском и в управлении делами он показал себя и благоразумным, и великодушным. Так, невзирая на благоприятствовавшие ему обстоятельства и на сочувствие народа, при помощи которого он мог возложить на себя диадему, Ахей отказался от этого, оставляя царскую власть за младшим из сыновей Антиохом, деятельно в разных направлениях совершал походы и завоевал снова всю Азию по сю сторону Тавра. Когда дела его сверх всякого ожидания приняли столь счастливый оборот, когда он запер Аттала в самом Пергаме  161 и все остальные земли покорил своей власти, тогда, ослепленный победами, он немедленно уклонился с прежнего пути, возложил на себя диадему и провозгласил себя царем, в то время самым могущественным и грозным из всех царей и владык по сю сторону Тавра. На него-то рассчитывали византийцы более всего, когда объявили войну родосцам и Прусию. Раньше Прусий укорял византийцев за то, что они, решив поставить несколько изображений его, не исполнили этого решения, все откладывали, пока дело не было забыто. [49.] Недоволен был он ими и за то, что они всячески старались примирить враждовавших между собою и воевавших Ахея и Аттала, тогда как, по его соображениям, дружба их была невыгодна для него во многих отношениях. Сердился он и за то также, что византийцы, как казалось, отправляли к Атталу посольство для участия в жертвоприношениях по случаю празднества Афины между тем, как к нему на Сотерии не послали никого. По всем этим причинам он таил в себе вражду к византийцам и потому охотно принял предложение родосцев. При заключении договора с послами он настаивал на том, чтобы родосцы вели войну на море, сам же он рассчитывал нанести неприятелю не меньший ущерб на суше.

По такой-то причине и таким образом началась у родосцев война с византийцами.

50. Что касается византийцев, то сначала они воевали ревностно, так как были убеждены, что Ахей им поможет; со своей стороны они рассчитывали запугать Прусия и поставить его в трудное положение, пригласив из Македонии Тибойта  162 . Прусий, как мы объяснили выше, брался за войну с жаром и отнял у византийцев так называемый Гиер, что у устья Понта. Сами они незадолго перед тем дорого заплатили за него и присвоили себе ради удобного местоположения. Византийцы не желали, чтобы утвердился здесь кто-либо другой и мешал им взимать пошлины с торговых людей, идущих в Понт за рабами или за ловлею рыбы  163 . Прусий отнял у них также и ту область Мисии  164 на азиатском берегу, которою издавна уже владели византийцы. Родосцы вооружили шесть своих кораблей, прибавили к ним четыре союзнических и, поставив начальником Ксенофонта, направились с десятью кораблями к Геллеспонту. В то время как родосцы с остальными кораблями стали на якоре подле Сеста и задерживали идущих в Понт, наварх с одним кораблем вышел в море с целью испытать византийцев, не откажутся ли они под страхом войны от принятого раньше решения. Но византийцы не обращали на него никакого внимания, поэтому Ксенофонт возвратился назад, взял с собою прочие корабли и пошел к Родосу. [51.] Между тем византийцы послали Ахею требование о помощи, а в Македонию отправили людей с поручением привести с собою Тибойта; ибо владычество над вифинами принадлежало столько же Тибойту, сколько и Прусию, потому что он был дядею Прусия по отцу. При виде упрямства византийцев родосцы придумали действительное средство для достижения намеченной цели, именно: они видели, что источник упорства византийцев в войне кроется в надеждах их на Ахея, знали также, что отец этого последнего содержится в плену в Александрии, и что Ахей дорого бы дал за освобождение отца; поэтому они решили отправить посольство к Птолемею с просьбою о выдаче им Андромаха  165 . Если и прежде они ходатайствовали об этом мимоходом, то теперь принялись за дело со всем старанием, дабы оказать услугу Ахею и тем обязать его к исполнению всех их требований. Когда послы явились, Птолемей думал сначала удержать Андромаха при себе, дабы воспользоваться им при случае. Дело в том, что распря его с Антиохом еще не была улажена, да и Ахей, недавно провозгласивший себя царем, был достаточно могущественным владыкою. Андромах был отцом Ахея и братом Лаодики, супруги Селевка. Но родосцы владели вполне расположением Птолемея, который готов был угождать им во всем, а потому и теперь уступил их просьбам и поручил им доставить Андромаха сыну его. Успев в этом, а кроме того оказав Ахею некоторые другие почести, родосцы лишили византийцев важнейшей опоры их. В то же время византийцев постигла и другая неудача: на пути из Македонии скончался Тибойт и тем расстроил их планы. После этого византийцы упали духом, а надежды Прусия на победу оживились: сам он вел войну против византийцев с азиатского берега и жестоко теснил их, а в то же время с помощью наемных фракийцев на европейском берегу не давал византийцам выходить за городские ворота. Обманутые в своих расчетах, теснимые со всех сторон войною, византийцы помышляли только о том, как бы с честью выйти из трудного положения.

52. Когда царь галатов Кавар появился перед Византием и в качестве ревностного посредника старался положить конец войне, Прусий и византийцы вняли его настояниям. При известии об этих усилиях Кавара и об уступчивости Прусия родосцы также стремились к достижению своей цели: они выбрали в послы к византийцам Аридика и в то же время отправили к ним Полемокла с тремя триремами, желая предстать перед византийцами, как говорится, с копьем и с жезлом глашатая  166 . Когда Аридик и Полемокл явились, заключен был мир при гиеромнемоне  167 Кофоне, сыне Каллигитона, в Византии. Договор с родосцами был краток: «Византийцы не должны взимать провозной пошлины ни с кого из плывущих в Понт, тогда родосцы и союзники их обязуются жить в мире с византийцами». Условия договора с Прусием были приблизительно таковы: «Между Прусием и византийцами должны быть мир и дружба на вечные времена. Ни византийцы не должны ходить войною на Прусия под каким бы то ни было видом, ни Прусий на византийцев. Прусий обязуется возвратить византийцам без выкупа земли, укрепления, уведенных жителей их и пленных, равно взятые в начале войны суда, захваченное в укреплениях метательное оружие, а также дерево, камень и черепицу из поселения Гиера». Опасаясь наступления Тибойта, Прусий срыл все укрепления, которые казались ему удобно расположенными для каких-либо военных действий. «Прусий обязуется принудить вифинов, завладевших какими бы то ни было землями Мисийской области, подвластной византийцам, возвратить их земледельцам». Так началась и кончилась война родосцев и Прусия против византийцев.

53. В это время кносяне  168 отправили посольство к родосцам, убедили их послать им корабли, находившиеся под командою Полемокла, спустив на море и прибавив еще три других беспалубных судна. После этого, когда корабли прибыли к Криту, элевтернийцы  169 начали подозревать, что Полемокл с товарищами в угоду кносянам лишил жизни одного из сограждан их, Тимарха. Поэтому элевтернийцы прежде всего дали дозволение  170 брать добычу у родосцев, а затем объявили им войну. Незадолго перед сим литтян  171 также постигла величайшая беда. Вообще весь Крит находился в то время приблизительно в таком положении. Соединившись с гортинцами  172 , кносяне подчинили себе весь Крит за исключением города литтян. Так как это был единственный город, отказывавший им в повиновении, то кносяне вознамерились идти на него войною и помышляли о совершенном разрушении его для примера прочим критянам и для устрашения их. Первое время все критяне воевали против литтян; но потом по какому-то ничтожному поводу возникли разногласия, и, как обыкновенно бывает у критян, в среде их начались междоусобные распри. Полирреняне, кереты, лаппеи, кроме того гории с аркадянами  173 единогласно отказались от дружбы с кносянами и постановили заключить союз с литтянами; что касается гортинцев, то одни из них, старшие возрастом, приняли сторону кносян, другие, молодежь, примкнули к литтянам, и встали друг на друга. Когда движение это столь неожиданно охватило союзников, кносяне призвали к себе тысячу человек из Этолии в силу союза. Немедленно после этого старшие возрастом гортинцы захватили в свои руки кремль Гортины, ввели в город кносян и этолян, затем часть молодежи изгнали, других перебили и выдали город кносянам.

54. В то самое время, как литтяне вышли поголовно на войну, кносяне по получении об этом известия заняли Литт, оставшийся совершенно беззащитным. Детей и женщин они отослали в Кнос, город сожгли, срыли его стены, разорили вконец и возвратились домой. Между тем литтяне возвратились из похода в город и при виде случившегося были так потрясены, что ни один из присутствующих не отважился войти в родной город. Все бродили вокруг города, многократно выражали свою скорбь в громких жалобах о судьбе родины и своей собственной, повернули назад и возвратились в город лаппеев. Лаппеи приняли их радушно и с большим участием. В один день литтяне из граждан превратились в изгнанников и чужеземцев, и потом вместе с союзниками вели войну против кносян. Литт, колония лакедемонян, связанная с ними узами родства, древнейший из городов Крита, по общему мнению воспитывавший всегда доблестнейших критян, был столь внезапно разрушен до основания.

55. При виде того, что кносяне вступили в союз с этолянами, полиррении, лаппеи и союзники их отправили посольство к царю македонян и к ахеянам с просьбою о помощи и принятии их в союз, так как знали этолян за врагов Филиппа и ахеян. Ахеяне и Филипп приняли их в общий союз и отправили вспомогательное войско: четыреста иллирян под командою Платора, двести ахеян, сто фокидян. Прибытие этого войска доставило полирренянам и их союзникам сильную поддержку. В короткое время они заперли элевтернийцев, кидониатов, а также аптерян  174 в стенах их, принудили отложиться от союза с кносянами и делить общую с ними долю. Затем полирреняне, а с ними вместе союзники их послали Филиппу и ахеянам пятьсот критян, кносяне же незадолго до того отправили тысячу критян этолянам. Эти критяне участвовали в дальнейшей войне двух противников. Изгнанные из города гортинцы завладели гаванью фестян  175 ; подобным же образом с поразительною смелостью они захватили гавань и самих гортинцев и, отправляясь оттуда, теснили войною находившихся в городе сограждан.

56. В таком-то положении были дела на Крите. В это же время и Митридат  176 объявил войну синопейцам  177 , которая послужила для них как бы началом и источником бедствия, испытанного ими до конца. Когда они послали послов к родосцам с просьбою о помощи в этой войне, родосцы постановили выбрать трех человек и вручить им сто сорок тысяч драхм, каковые они и должны были употребить на необходимые для синопейцев военные нужды. Трое выбранных для этого родосцев доставили десять тысяч бочек  178 вина, триста талантов выделанного волоса  179 , сто талантов выделанных жил, тысячу полных вооружений, три тысячи чеканенных золотых монет, четыре камнеметательницы с прислугою. Послы синопейцев взяли все это с собою и отправились в обратный путь. Синопейцы пребывали в тревоге, как бы Митридат не вздумал осадить их с суши и с моря; на этот случай и рассчитаны были все приготовления их. Синопа лежит, если идти морем к Фасису, на правом берегу Понта, на полуострове, выступающем в море. Находясь на перешейке полуострова, соединяющем этот последний с Азией и имеющем не больше двух стадий, город оказывается совершенно отрезанным. Остальная часть полуострова, обращенная в море, по направлению к городу, ровна и удобна для ходьбы, напротив, со стороны моря кругом обрывиста, неудобна для якорной стоянки и доступна лишь в очень немногих местах. Вот почему жители Синопы боялись, что Митридат, возведя сооружения со стороны Азии, сделает также высадку в местах ровных, господствующих над городом со стороны противоположной, морской, и, таким образом, попытается запереть их. Поэтому они начали кругом укреплять ту часть полуострова, которая омывается морем, и входы с моря ограждать палисадами и окопами, а в то же время наиболее выгодные пункты снабжали метательным оружием и войском. Пространство всего полуострова невелико, а потому он может быть легко защищен и при небольших средствах. Таково было положение Синопы.

57. Между тем царь Филипп двинулся с войском из Македонии, — на этих именно начинаниях мы оставили союзническую войну, — направился на Фессалию и Эпир, поспешая на этом пути совершить вторжение в Этолию. Александр и Доримах в это же самое время нашли случай занять город эгирян с помощью измены, стянули в этолийский город Оянфею  180 , лежащий против поименованного выше города, около тысячи двухсот воинов и, заготовив для них перевозочные суда, выжидали удобного времени отплытия и осуществления своего замысла. Некий перебежчик из Этолии, долгое время живший среди эгирян и заметивший, что стража у ворот Эгия предается пьянству и исполняет свои обязанности нерадиво, осмеливался неоднократно переходить к Доримаху и его друзьям и призывал их, как людей слишком привычных к подобным предприятиям, совершить задуманное дело. Что касается города эгирян, то он расположен в той части Пелопоннеса, которая примыкает к Коринфскому заливу, между городами эгиян и сикионян. Построенный на обрывистых, недоступных холмах, он по своему положению обращен к Парнасу и прилегающим к нему землям на противоположной стороне залива; от моря город отстоит стадий на семь. Дождавшись попутного ветра, Доримах и отряд его отчалили от берега и ночью еще забросили якорь у реки, протекающей мимо города. Александр и Доримах, а вместе с ними Архидам, сын Панталеонта, с толпою этолян подошли к городу по дороге, ведущей от Эгия. Тогда названный выше перебежчик с двадцатью опытнейшими воинами прошел благодаря знанию местности крутые обрывы непроходимыми тропинками скорее остальных воинов и, проникнув в город по какому-то водопроводу, нашел стражу у ворот еще спящею. [58.] Умертвив стражей в то время, как они были еще в постелях, и приказав разрубить засовы топорами, он открыл ворота этолянам. Столь неожиданно ворвавшись в город, этоляне не остерегались более и открыто торжествовали победу  181 . Это обстоятельство подготовило для эгирян избавление, а для этолян гибель. Воображая, что нахождение внутри стен есть уже окончательное завоевание чужого города, они так и вели себя, именно: очень недолго этоляне оставались в сборе на площади, потом, жадные к добыче, они разбрелись по городу, врывались в дома и грабили имущество уже при дневном свете. Что касается эгирян, на коих беда обрушилась внезапно и совершенно неожиданно, то все те из них, которые были захвачены неприятелем в своих жилищах, бежали в страхе и ужасе за город, полагая, что он уже окончательно во власти неприятеля; все те, напротив, которые услышали шум раньше, чем дома их подверглись нападению, выбегали из домов и устремлялись к акрополю. Число их все увеличивалось, и они становились смелее, тогда как скопище этолян по выясненным выше причинам более и более убывало и приходило в расстройство. Как бы то ни было, Доримах и товарищи его начинали понимать опасность положения и потому собрали своих и устремились на утвердившихся в акрополе эгирян; они рассчитывали, что смелым и отважным нападением напугают и обратят в бегство эгирян, которые собрались там для самозащиты. Однако эгиряне, ободряя друг друга, выдерживали натиск и храбро дрались с этолянами. Но так как акрополь не был огражден стенами и схватка была рукопашная, один на один, то вначале борьба шла так, как и следовало ожидать, когда одни борются за родину и детей, а другие за самую жизнь; наконец, ворвавшиеся этоляне оборотили тыл. Воспользовавшись отступлением неприятеля, эгиряне с ожесточением, наводящим ужас, напирали на бегущих; вследствие этого очень многие этоляне в смятении топтали друг друга на бегу в воротах. Александр пал в бою, во время самой схватки; Архидам  182 погиб в тесноте и давке у ворот. Что касается остальной массы этолян, то одни из них были растоптаны, другие свернули себе шею, когда бежали по непроходимым обрывам. Наконец часть этолян спаслась бегством на корабли; эти последние без вооружения, с великим срамом и сверх всякого ожидания, возвратились морем домой.

Так эгиряне, потерявшие было отечество через свою нерадивость, неожиданно приобрели его снова благородным мужеством.

59. В это самое время Еврипид  183 , посланный этолянами к элейцам в звании военачальника, сделал опустошительные набеги на поля димеян, фарян и тритеян, собрал богатую добычу и возвратился к Элею. С другой стороны, димеец Микк, в то время товарищ стратега  184 ахеян, выступил против врага со всем войском димеян, фарян, а также тритеян и преследовал отступающего неприятеля. В стремительном преследовании он попал в засаду и потерпел поражение с большими потерями в людях, именно: сорок человек было убито и около двухсот пеших взято в плен. Гордый этой удачей, Еврипид через несколько дней выступил в поход снова и занял вблизи Аракса  185 удобно расположенное укрепление димеян по имени Тейхос  186 . Как гласит сказание, соорудил его в старину Геракл  187 во время войны с элейцами, дабы отсюда совершать нападения на врагов.

60. Между тем димеяне, фаряне и тритеяне, после неудачного преследования этолян и в страхе за будущее по причине занятия укрепления неприятелем, прежде всего послали вестников к стратегу ахеян с сообщением о случившемся и с просьбою о военной помощи, а затем с теми же просьбами отправили посольство  188 . Однако Арат не мог собрать наемников, потому что ахеяне в Клеоменову войну заплатили не все жалованье наемным войскам и потому еще, что во всех начинаниях, словом, во всем, что касалось войны, Арат всегда обнаруживал недостаток решимости и смелости. Поэтому-то и Ликург мог взять Афенем мегалопольцев, и Еврипид вслед за рассказанным выше делом занял Гортину  189 в Телфусской области. Тогда димеяне, фаряне и тритеяне, потеряв надежду на получение вспомогательного войска от стратега, согласились между собою не делать впредь взносов в союзную казну ахеян   190 , но на собственные средства набрать наемников в числе трехсот человек пехоты и пятидесяти конных воинов и с помощью их самим отстаивать свою область. Таким поведением они обнаружили надлежащую заботливость о собственных выгодах и пренебрежение к выгодам союза. Их почитали зачинщиками и указчиками для тех, которые желали вступить на пагубный путь и искали повода к раздроблению ахейского народа. Однако наибольшая доля вины за такое поведение падает по всей справедливости на стратега, потому что он не обращал внимания на просьбы, медлил и предоставлял просящих самим себе. И в самом деле, каждый человек в случае опасности, пока питает какую-либо надежду на помощь друзей и союзников, обыкновенно держится их; но раз надежды его в трудных обстоятельствах обмануты, он вынужден помогать сам себе по мере возможности. Вот почему нельзя укорять тритеян, фарян и димеян за то, что вследствие медлительности стратега ахейского они набрали для себя наемников; но они заслуживают порицания за отказ от взносов в союзную казну. Пренебрегать собственными выгодами им не следовало, тем более что хорошее имущественное положение их давало к тому возможность; но они должны были блюсти свои обязанности относительно союзного государства, особенно потому, что по союзным законам расходы их были бы неукоснительно возмещены   191 , и потому наконец, что города эти, — что самое важное, — положили начало самому союзу ахеян.

61. Таковы были дела Пелопоннеса. Что касается царя Филиппа, то он прошел Фессалию и прибыл в Эпир   192 . Здесь он призвал к оружию эпиротов поголовно, присоединил их к македонянам, взял также вышедших ему навстречу триста пращников   193 из Ахаи и пятьсот критян, отправленных полирренянами, и двинулся в поход, прошел Эпир и явился в область амбракиотов. Если бы тотчас по прибытии сюда он вторгся внутрь Этолии, то, располагая тяжеловооруженным войском, при внезапном неожиданном нападении он привел бы всю войну к решительному концу. Но теперь по настоянию эпиротов он прежде всего осадил Амбракий  194 , тем самым дал этолянам время собраться с силами, осмотреться и приготовиться к будущему. Между тем эпироты ставили свои собственные выгоды выше общего дела союзников и помышляли о том только, как бы подчинить своей власти Амбракий, а потому просили Филиппа прежде всего взять с помощью осады это поселение. Эпироты почитали для себя весьма важным добыть обратно Амбракию  195 от этолян и надеялись достигнуть этого в том только случае, если овладеют упомянутою выше местностью и станут угрожать самому городу. Амбракий — местность, хорошо укрепленная находящимися перед нею сооружениями и стеною, лежит в болотах, а к ней идет из окрестной области единственный путь по узкой насыпной дороге. Благодаря своему положению укрепление господствует над областью амбракиотов и городом их. Итак, Филипп по настоянию эпиротов расположился станом перед Амбракием и занялся приготовлениями к осаде.

62. В это время Скопас снялся со всем ополчением этолян с места, прошел через Фессалию, вторгся в Македонию, в разных направлениях исходил Пиерию  196 и уничтожил хлеб  197 на ее полях, собрал там обильную добычу и повернул назад, чтобы идти к Дию  198 . Он вошел в город, покинутый населением, срыл стены, разрушил дома и гимнасий  199 , кроме того, сжег портики  200 , окружавшие храм * , уничтожил все священные предметы, служившие к украшению храма или употреблявшиеся в дело на всенародных празднествах, опрокинул и все изображения царей. Таким образом, этот человек в самом начале войны, с первого же шага воевал не с людьми только, но и с богами, и когда он возвратился в Этолию, его не признали нечестивцем, но превозносили почестями и взирали на него как на доблестного мужа, оказавшего услугу государству; он преисполнил этолян суетных надежд и безумной гордости. После этого они вообразили, что никто не дерзнет даже приблизиться к Этолии, что сами они могут безнаказанно опустошать не один Пелопоннес, что они делали обыкновенно, но и Фессалию и Македонию.

63. При известии о том, что творится в Македонии, Филипп тогда же понял, что получает возмездие за безрассудную алчность эпиротов, однако продолжал осаду Амбрака. С помощью земляных и прочих сооружений, которыми искусно пользовался, он скоро навел ужас на осажденных и в течение всего сорока дней взял поселение. По уговору царь отпустил гарнизон человек в пятьсот этолян и во исполнение желания эпиротов передал им Амбракий; сам с войском двинулся дальше мимо Харадры  201 , дабы возможно скорее переправиться через Амбракийский залив  202 в самом узком месте его, у святилища акарнанов, именуемого Актием  203 . Названный здесь залив, отделяясь от Сицилийского моря  204 , углубляется в сушу между Эпиром и Акарнанией очень узким устьем: оно имеет меньше пяти стадий в ширину; углубляясь дальше внутрь суши, залив достигает ширины стадий в сто, а в длину начиная от моря имеет около трехсот стадий. Отделяя Эпир от Акарнании, первый оставляет он с северной стороны, а вторую с южной. Переправив войска через устье залива и пройдя через Акарнанию, Филипп явился перед этолийским городом, именуемым Фойтиями  205 , дорогою присоединив к своему войску две тысячи человек пехоты и двести конницы из акарнанов. Кругом названного города Филипп расположился с войском, в течение двух дней вел упорный жестокий приступ, пока город не сдался на капитуляцию, причем, согласно уговору, отпущены были находившиеся в городе этоляне. С наступлением ночи явились на помощь этоляне в числе пятисот человек, не знавшие еще о взятии города. Заранее проведав, что они придут, царь в удобных местах устроил засады, благодаря чему большая часть этолян была перебита, остальные, за исключением весьма немногих, взяты в плен. После этого Филипп велел отмерить своему войску содержание на тридцать дней из того хлеба, который перед тем был захвачен, — в Фойтиях найдены были огромные склады хлеба, — и направился дальше к Стратике  206 . Стадиях в десяти от города Филипп расположился станом подле реки Ахелоя  207 и, отправляясь оттуда, безнаказанно опустошал страну, ибо никто не отваживался на сопротивление.

64. В это время ахеяне, удручаемые войною, услыхав, что царь находится вблизи, отправили к нему послов с просьбою о помощи. Послы нашли Филиппа еще подле Страта, сообщили ему все, что было поручено, в особенности же старались дать понять, сколь богатую добычу получит войско его в неприятельской земле, и тем убеждали царя переправиться и вторгнуться в Элею. Выслушав послов, царь удержал их при себе и обещал обсудить их предложения, затем снялся со стоянки и двинулся дальше к Метрополю и Конопе  208 . Этоляне покинули город Метрополь, но занимали его кремль. Филипп предал город пламени и немедленно пошел на Конопу. Стянутая здесь конница этолян отважилась встретить врага у переправы через реку на расстоянии двадцати стадий перед городом; они были убеждены, что или совершенно воспрепятствуют переправе македонян, или причинят им большой урон при выходе на берег. Царь постиг замыслы этолян и приказал своим пелтастам первыми идти в реку и выходить из нее всем вместе по отрядам с сомкнутыми щитами. Пелтасты повиновались, и лишь только переправился первый отряд, этолийская конница пыталась некоторое время бороться с ним; но так как неприятель оставался на месте с плотно сдвинутыми щитами  209 , а за ним переходили второй и третий отряды, примыкая своими щитами к первому, тогда, конница, будучи не в силах что-либо сделать, сама потерпев потери, начала отступать к городу. С этого времени спесь этолян укрывалась за стенами городов и сидела там тихо, а Филипп, переправив войско через реку, беспрепятственно опустошил и эту страну и подошел к Ифории  210 . Это — поселение, лежащее над самой дорогой Филиппа, укрепленное природой и искусством. При приближении царя гарнизон в страхе очистил поселение, а царь завладел им и разорил до основания. Отряжаемым за продовольствием воинам он отдавал приказ разрушать точно так же и все прочие укрепления в этой стране.

65. Выйдя из теснины, Филипп продолжал путь медленно, шаг за шагом, давая своему войску время собирать добычу с полей. Войско имело все нужное в избытке, когда царь подошел к Ойниадам  211 ; расположил свой стан перед Пеанием  212 и решил взять прежде всего это поселение, и действительно взял его приступом после нескольких, следовавших одно за другим нападений. Хотя город этот был невелик и имел в окружности меньше семи стадий, но по всему устройству домов, стен и башен не уступал любому значительному городу. Стены его царь велел срыть до основания, разобрать жилища, а лес их и кирпич снести со всею заботливостью на плоты и сплавить вниз по течению реки к Ойниадам. Вначале этоляне решились было удержать за собою кремль в Ойниадах, укрепив его стенами и прочими сооружениями; но с приближением Филиппа они в страхе удалились оттуда. Взяв и этот город, царь пошел дальше и расположился лагерем перед неким укрепленным поселением Калидонской области  213 , которое называется Элеем и отлично защищено стенами и разными другими сооружениями: все средства для укрепления его даны были этолянам Атталом  214 . И этот пункт македоняне взяли приступом, разграбили всю Калидонскую область и опять направились к Ойниадам. Филипп понял выгоды местоположения города во всех отношениях, особенно же для переправы отсюда в Пелопоннес и занялся укреплением его. Действительно, Ойниады лежат на морском берегу, на границе Акарнании с Этолией, при входе в Коринфский залив. Городу этому противолежит в Пелопоннесе побережье димеян; в самом близком расстоянии находится он от окрестностей Аракса, именно не более как на сто стадий. По таким-то соображениям царь укрепил самый кремль, окружил общею стеною гавань и корабельные верфи с целью соединить их с кремлем; на эти сооружения он употребил взятые из Пеания строительные принадлежности.

66. Царь занят еще был этим делом, когда из Македонии явился вестник и сообщил, что дарданы, догадываясь о походе его в Пелопоннес, порешили вторгнуться в Македонию, для чего стягивают войска и делают большие военные приготовления. При этом известии Филипп находил нужным спешить на защиту Македонии, ахейских послов он отпустил с ответом, что по устранении возвещенной опасности важнейшим делом его будет оказание помощи ахеянам. Сам он поспешно снялся с войском и направился в обратный путь той самой дорогой, какой пришел сюда. В то время, как Филипп собирался переправиться через Амбракийский залив из Акарнании в Эпир, явился к нему в единственной лодке Деметрий из Фара, изгнанный римлянами из Иллирии, как мы рассказали выше. Филипп принял его радушно и советовал плыть к Коринфу, а оттуда явиться через Фессалию в Македонию; сам переправился в Эпир и, нигде не останавливаясь, пошел дальше. Когда наконец он явился в Пеллу  215 , что в Македонии, дарданы прослышали о его прибытии от каких-то перебежчиков фракиян; напуганные известием, они немедленно распустили свое войско, хотя находились уже вблизи Македонии. Узнав о том, что дарданы оставили прежнее намерение, Филипп распустил всех македонян для уборки жатвы, а сам отправился в Фессалию и остальную часть лета провел в Ларисе  216 .

Около этого времени Эмилий вступал с блестящим триумфом в Рим по возвращении из Иллирии, Ганнибал по взятии Заканфы приступом распустил свои войска на зимовку, римляне по получении известия о падении Заканфы отправляли послов к карфагенянам с требованием выдачи Ганнибала, а в то же время готовились к войне и избрали в консулы Публия Корнелия и Тиберия Семпрония. Обо всех этих событиях мы говорили подробно в предыдущей книге; здесь упоминаем о них лишь для памяти согласно первоначальному обещанию, дабы тем легче постигалась единовременность событий. Первый год текущей олимпиады подходил к концу  217 .

67. Между тем у этолян наступили уже выборы должностных лиц, и в стратеги выбран был Доримах. Немедленно вступил он в должность и, призвав этолян к оружию, вторгся в верхнюю часть Эпира и опустошал поля, при этом действовал с большим ожесточением, заботясь не столько о получении добычи, сколько о разорении эпиротов. По прибытии к додонскому святилищу  218 он предал пламени его портики, уничтожил множество священных предметов и разрушил священный дом. Таким образом, для этолян не существовало границ между миром и войною, и в мирное ли то, или в военное время они в своих предприятиях нарушали общечеловеческие установления и права. По совершении этих и других подобных деяний Доримах возвратился домой. Зима еще продолжалась, и никто не думал, что Филипп может появиться в такую пору года, когда царь с тремя тысячами меднощитников, с двумя тысячами пелтастов, с тремястами критян, сверх того с тремястами конных телохранителей двинулся в поход от Ларисы. Переправив войско из Фессалии на Эвбею, а оттуда к Кину  219 , он через Беотию и Мегариду пришел в Коринф ко времени зимнего солнцестояния; поход совершен был с такою быстротою и держался в такой тайне, что никто из пелопоннесцев и не подозревал о прибытии царя. Заперев ворота Коринфа и поставив стражу по дорогам, он на следующий день призвал к себе из Сикиона Арата старшего, отправил письма к стратегу ахеян  220 и в отдельные города с извещением о том, где и когда всем ахеянам собираться с оружием в руках. Когда распоряжения были сделаны, Филипп снялся со стоянки, прошел вперед и разбил свой лагерь подле Диоскурия  221 в Флеунтской области.

68. В это же время Еврипид с двумя лохами  222 элейцев, с пиратами и наемниками, всего до двух тысяч двухсот человек, а также с сотней конных воинов выступил в поход из Псофида  223 через Фенику  224 и Стимфалию, ничего не зная о Филиппе и замышляя разграбить область сикионян. В ту самую ночь, как Филипп располагался станом у Диоскурия, Еврипид прошел мимо царской стоянки и намеревался вторгнуться в Сикионию. Между тем несколько критян Филиппа, покинув строй и отправившись в поиски за продовольствием, наткнулись на воинов Еврипида. В ответ на расспросы Еврипид узнал о прибытии македонян и, не говоря никому ни слова, снялся с войском и повернул назад той же дорогой, по какой пришел сюда. Он желал и надеялся пройти через Стимфалию до высот, господствующих над нею, прежде чем настигнут его македоняне. Ничего не зная о неприятеле, царь, согласно своему плану, снялся с войском утром и намеревался пройти к Кафиям на Стимфал: сюда с оружием в руках приглашал он собраться ахеян.

69. Передовой отдел македонян поднялся до перевала подле так называемого Апелавра  225 , стадиях в десяти перед городом стимфалян, когда показались на высотах и передовые элейцы. Еврипид, благодаря полученным раньше известиям, сообразил, в чем дело, взял с собою несколько человек конницы и во избежание грозящей опасности отступил к Псофиду окольным путем. Остальное полчище элейцев, покинутое своим вождем и напуганное происшедшим, остановилось в дороге, не зная, что делать и куда идти. Сначала начальники их вообразили, что имеют перед собою отряд самих ахеян, явившийся на помощь аркадянам; больше всего ввели их в заблуждение вооруженные медными щитами воины; элейцы приняли их за мегалапольцев, которые имели такое же вооружение в битве с Клеоменом при Селласии, когда Антигон снабдил их такими щитами. Поэтому, сохраняя боевой порядок, элейцы начали отступать к неким высотам, не отчаиваясь в спасении; но когда македоняне, подвигаясь вперед, подошли к ним, элейцы все поняли, бросили оружие и спасались бегством. Около тысячи двухсот человек из них попали в плен, остальные погибли или от рук македонян, или при падении с обрывов; спаслось бегством не больше сотни. Филипп отослал доспехи и пленников в Коринф и продолжал путь. Все случившееся показалось пелопоннесцам чем-то необыкновенным: в одно и то же время они получали вести и о прибытии царя, и о победе его.

70. Поход свой Филипп совершал через Аркадию и, много раз испытав на пути снежные метели и лишения на перевале через Олигирт, достиг на третий день ночью Кафий. Войско отдыхало здесь в течение двух дней; тем временем подошел Арат младший, а вместе с ним и призванные к оружию ахеяне, так что всего войска было до десяти тысяч человек. Во главе их Филипп пошел дальше через область Клитора к Псофиду, а в городах, через которые проходил, забирал метательное оружие и лестницы. Псофид — бесспорно древнее поселение аркадян Азаниды  226 ; по отношению ко всему Пелопоннесу он лежит в середине материка, но в Аркадии — на западной границе ее, примыкая к крайним землям западных ахеян. По своему выгодному положению Псофид господствует над областью элейцев, с коими в то время он составлял одно государство  227 . На третий день по выходе из Кафий Филипп расположился станом перед Псофидом на холмах, возвышающихся над городом напротив его; с высоты холмов можно было, не подвергаясь опасности, наблюдать весь город и его окрестности. Понимая, насколько укреплено  228 это поселение самою природою, царь затруднялся, что предпринять. На западной стороне его стремительно несется горный поток  229 , большую часть зимы непереходимый. При значительной ширине русла, которое образовалось в течение известного времени мало-помалу, так как поток выходит из горной страны, он служит для города прекрасной защитой и делает его труднодоступным. С восточной стороны Псофид имеет Эриманф  230 , большую быструю реку, о которой ходит в народе столько рассказов. Горный поток на южной стороне города изливается в Эриманф, вследствие чего местность омывается реками с трех сторон и, как мы сказали, защищен ими. Над последней стороной его, северной, господствует крутой холм, обведенный стеною и составляющий природный сильный кремль. Город имеет также превосходные стены, большие и хорошо сооруженные. [71.] Сверх всего этого в городе находился тогда вспомогательный отряд от элейцев; там же был и Еврипид, спасшийся бегством. Понимая и взвешивая все это, Филипп то отказывался от мысли брать город приступом и осадою, то, искушаемый выгодами местоположения города, горел желанием взять его. Насколько теперь Псофид угрожал ахеянам и аркадянам, а для элейцев служил несокрушимым базисом военных действий, настолько же по взятии его он должен был служить защитою для Аркадии и удобным опорным пунктом для союзников в войне с элейцами. Вот почему царь принял решение взять город и отдал приказ, чтобы все македоняне позавтракали на рассвете и держались наготове во всеоружии. После этого он переправился по мосту через Эриманф, причем благодаря неожиданности предприятия не встретил на пути никакого противодействия, а затем быстро и угрожающе предстал перед самым городом. Еврипид и все находившиеся в городе недоумевали при виде того, что творилось, ибо они были убеждены, что неприятель ни за что не дерзнет ни с набега напасть на город столь укрепленный и брать его приступом, ни вести продолжительную осаду в такую пору года. Все это соображая, они начинали подозрительно относиться друг к другу, опасаясь, как бы Филипп не проник в город при помощи измены осажденных. Но, не замечая в среде своих ничего подобного, они большею частью устремились к стенам для отражения врага, тогда как наемники элейцев вышли из города через ворота, находившиеся на возвышенности, дабы оттуда неожиданно напасть на врага. С другой стороны, царь расставил в трех местах тех людей, которые обязаны были прилаживать лестницы к стенам, соответственно тому распределил и остальных македонян; после этого велел трубачам давать сигнал отдельным отрядам и со всех сторон разом повел приступ против стен. Вначале занимавшие город воины защищались храбро и многих скинули с лестниц; но запас метательных орудий и прочих нужных для войны снарядов истощился, потому что заготовлялись они второпях, а македоняне не страшились опасности, и когда один падал с лестницы, его место немедленно занимал другой, ближайший; наконец осажденные оборотили тыл и все бежали к акрополю. Что касается царского войска, то македоняне взбирались на стену, критяне вступили в схватку с теми наемниками, которые сделали вылазку из горных ворот, и принудили их бросить оружие и в беспорядке бежать. Преследуя и нанося удары, критяне ворвались в ворота вместе с бегущими, благодаря чему город захвачен был неприятелем разом со всех сторон. Псофидяне с детьми и женами укрылись в акрополе, точно так же поступил Еврипид и все, что уцелело.

72. Тотчас по вторжении македоняне кинулись грабить всякую утварь в домах, затем расположились в них на жительство и вступили в обладание городом. Между тем укрывшиеся в кремле воины, лишенные всяких орудий борьбы, предвидели грозящую им участь и потому решились отдаться Филиппу. Они отправили к царю глашатая и, получив дозволение послать послов, отрядили к нему высших должностных лиц города, а с ними вместе и Еврипида. В силу состоявшегося договора всем бежавшим в акрополь, чужеземцам и гражданам, дарована была неприкосновенность. Они возвратились туда, откуда пришли, с приказанием оставаться на месте до ухода македонского войска, дабы кто-либо из воинов, невзирая на воспрещение, не грабил их. По причине выпавшего снега царь вынужден был также оставаться на месте в продолжение нескольких дней. В это время он созвал присутствующих ахеян, указал им прежде всего на укрепленность города и выгоды положения его для тогдашней войны, потом упомянул о своем благожелательстве к ахейскому народу, а в заключение прибавил, что и на сей раз уступает и отдает ахеянам завоеванный город. Арат и войско его благодарили за это Филиппа, после чего он распустил собрание, снялся с войском и направился к Ласиону  231 ; псофидяне спустились с кремля, получили обратно город и жилища свои, а Еврипид с товарищами удалился в Коринф и оттуда в Этолию. Присутствующие должностные лица ахеян поставили начальником над акрополем сикионца Пролая с достаточно сильным гарнизоном, а над городом пелленца Пифия. Так завершилось дело с Псофидом.

73. Когда составлявшие гарнизон элейцы в Ласионе узнали о приближении Филиппа и о судьбе Псофида, то немедленно покинули город, а царь, лишь только подошел, взял город с набега. С целью дать ахеянам новое доказательство своего благоволения он передал им и Ласион. Страт  232 , также покинутый элейцами, он возвратил телфусцам. По совершении этих подвигов Филипп на пятый день прибыл в Олимпию. Здесь принес он жертву божеству  233 , угостил начальников, дал три дня отдыха и остальному войску, а затем снова выступил в поход. Войдя в Элею  234 , он выслал вперед отряд за продовольствием на поля, а сам расположился лагерем подле так называемого Артемисия; здесь взял добычу, снял лагери и пошел на Диоскурий  235 . При опустошении полей много народу взято было в плен, а еще больше бежало и укрылось в соседних деревнях и укрепленных местах. Дело в том, что область элейцев густо заселена и превосходит остальной Пелопоннес по обилию рабов и другого достояния  236 . Некоторые из элейцев так любят деревенскую жизнь  237 , что в продолжение двух-трех поколений, несмотря на достаток, не бывают в Элиде  239 . Происходит так от того, что правители государства весьма внимательны и заботливы по отношению к сельским жителям, так что правосудие отправляется у них на месте, и они тут же имеют все нужное для жизни. Мне кажется, все это элейцы устроили и установили у себя с древних времен  240 благодаря, во-первых, обширности своих полей; во-вторых и главным образом тому, что в старину ради олимпийских состязаний они по соглашению всех эллинов жили в Элее священной и неприкосновенной, не ведая ни какой-либо опасности, ни бедствий войны.

74. Впоследствии, когда аркадяне предъявили притязание на Ласион и всю Писатиду и элейцы вынуждены были отстаивать свои земли и изменить образ жизни, они нисколько не постарались о том, чтобы снова приобрести себе от эллинов право неприкосновенности, но, как я, по крайней мере, думаю, нерадиво отнеслись к будущему и потому остались при тогдашнем положении  241 . Если все мы молим у богов мира и из жажды его готовы на все уступки, если один только мир почитается у людей несомненным благом, то как же не считать явно ошибочным такое поведение, когда народ, имея возможность с соблюдением справедливости и своего достоинства получить от эллинов на вечные времена нерушимый мир, не делает этого или предпочитает такому состоянию какое-либо иное? Конечно, так; но  242 могут сказать, что при таком образе жизни элейцы становились легкой добычей для людей  243 , кои почитают задачею своей жизни воевать и поступать вероломно. Однако подобные случаи редки, а если и бывают иногда, то от эллинов может быть получена общая помощь. Кроме того, на случай небольшой обиды элейцы при том благостоянии, каким всегда будут пользоваться пребывающие в мире народы, не имели бы недостатка в чужеземцах и наемниках, готовых защищать их, где и когда потребуется. Напротив, теперь, после того, как они убоялись редких и необычайных случайностей, страна их и имущество подвергаются непрестанным войнам и разорению. Да послужит сказанное нами уроком элейцам, ибо никогда раньше обстоятельства не складывались столь благоприятно, как теперь, для того, чтобы добыть себе признанную всеми эллинами неприкосновенность. К тому же благодаря воздействию исконной привычки, которая как бы теплится еще в них, элейцы занимают прекрасно возделанную землю, о чем сказано мною выше.

75. Вот почему при появлении Филиппа велико было число пленных, но еще больше бежавших. Народ со всеми пожитками, с рабами и скотом укрывался главным образом в поселении, именуемом Фаламами  244 , потому, во-первых, что оно находится в местности узкой, неудобной для вторжения; во-вторых, трудно для сношений и малодоступно. Когда царь услыхал, что много народа сбежалось в это поселение, то, решив все испытать и довести до конца, он велел наемному отряду занять прежде всего удобные для нападения пункты, а сам, оставив припасы и большую часть войска в лагере, взял с собою пелтастов и легковооруженных и направился через ущелье; на пути своем он не встретил никакого сопротивления и подошел к самому поселению. Укрывшиеся в Фаламах люди пришли в ужас от неприятельского нашествия, так как в военном деле они были неопытны и к нему не приготовлены; кроме того, сюда сбежался всякий сброд  245 , и потому они скоро сдались. В числе сдавшихся было двести человек разноплеменных наемников, которых привел с собою военачальник элейцев Амфидам. Филипп получил в добычу много разного имущества, больше пяти тысяч рабов, кроме того, неисчислимое множество скота и возвратился пока в лагерь; затем, так как войско его было не в меру обременено всякого рода добычей, поэтому самому становилось тяжелым и менее годным для военных действий. Филипп отступил назад и переместил свою стоянку снова в Олимпию.

76. Апелла, один из опекунов юного царя, оставленных Антигоном, пользовавшийся в то время у Филиппа наибольшим значением, желал поставить ахейский народ приблизительно в такое же положение, в каком находились фессалийцы, и решился с этою целью на постыдное дело. По-видимому, фессалийцы жили в государстве, управляемом законами и сильно разнились от македонян; на самом же деле никакой разницы не было: с фессалийцами обращались совершенно так же, как и с македонянами, и они исполняли все приказания царских чиновников. Преследуя эту цель, упомянутый Апелла вздумал испытать участвовавших в походе ахеян. Прежде всего он дозволил македонянам выгонять всех ахеян из тех помещений, которые были раньше заняты ими, а равно отнимать у них добычу. Потом по ничтожнейшим поводам он велел своим слугам бить ахеян; если кто из ахеян сердился и выражал сочувствие наказуемому или приходил на защиту его, тогда Апелла являлся самолично и отводил недовольных в темницу. Таким способом действий он рассчитывал приучить ахеян мало-помалу к тому, что они безропотно будут сносить все, что бы царь ни сделал. Надежда эта поддерживалась в нем воспоминанием о том, как в недавнем походе Антигона ахеяне готовы были претерпевать всякие беды, лишь бы не покоряться Клеомену. Между тем несколько ахейских юношей, сговорившись между собою, отправились к Арату и объяснили ему замысел Апеллы; тогда Арат и друзья его явились к Филиппу, решив теперь же положить конец злу в самом зародыше. В беседе с ними Филипп узнал, что делается, советовал юношам успокоиться, уверяя, что ничего подобного больше не будет; в то же время распорядился, чтобы Апелла не отдавал ахеянам никаких приказаний без согласия их стратега.

77. Вообще за свою обходительность с соратниками на боевом поле, за военную доблесть и отвагу Филипп пользовался доброй славой не только в среде участников его похода, но и у всех прочих пелопоннесцев. И в самом деле, нелегко назвать другого царя, который в такой же мере был бы предназначен самою природою к царской власти. В высокой степени ему присущи были проницательность, память и радушие; к этому присоединялись царственная наружность и такой же характер  246 и, что всего важнее, военная доблесть и отвага. Однако некоторые черты пересиливали в нем все эти достоинства и из даровитого царя сделали дикого тирана. Трудно объяснить их в немногих словах, а потому мы расследуем и изложим это в другое более удобное время.

Филипп оставил Олимпию и по дороге на Фарей  247 прибыл в Телфусу, а оттуда в Герею; здесь он распродал добычу, восстановил мост через Алфей, намереваясь вторгнуться этим путем в Трифилию. В это же время стратег этолян Доримах в ответ на просьбу элейцев защитить их от разорения послал им шестьсот человек этолян под начальством Филлида. Этот последний явился в Элею, присоединил к себе элейских наемников в числе человек пятисот, а также тысячу воинов из граждан, сверх того тарентинцев  248 и двинулся в Трифилию для отражения неприятеля. Название свое она получила от одного из сыновей Аркада, Трифила  249 ; занимает она прибрежье Пелопоннеса между землями элейцев и мессенян, обращенное к Ливийскому морю, и составляет крайнюю часть Аркадии на зимнем западе * . Города в ней следующие: Самик, Лепрей, Гипан, Типанеи, Пирг, Эпий, Болак, Стилангий, Фрикс  250 . Незадолго перед сим городами этими завладели элейцы, получили сверх того и город алифирян  251 , первоначально принадлежавший Аркадии и Мегалополю  252 . Лидиад мегалополец во время своей тирании отдал его элейцам в обмен за какие-то личные услуги ему.

78. Филлид отрядил элейцев в Лепрей, наемников в Алифиру, а сам с этолянами оставался в Типанеях в ожидании дальнейших событий. Между тем царь покинул обоз на месте, переправился по мосту через реку Алфей, которая протекает подле самого города гереян, и предстал перед Алифирою, расположенною на обрывистом со всех сторон холме; подъем к городу имеет больше десяти стадий. На вершине всей возвышенности находится кремль и там медный кумир Афины, отличающийся красотой и величиною. Почему, с какою целью и на какие средства сооружен кумир, об этом ничего достоверного не говорят и туземцы, ибо не известно в точности, кто пожертвовал его и почему. Зато существует полное единогласие относительно мастеров: кумир, величественнейшее и совершеннейшее произведение искусства, сделан Гекатодором  253 и Состратом.

Как бы то ни было, Филипп на следующее утро, ясное и светлое, поставил в нескольких местах воинов с лестницами, а впереди их для прикрытия, наемников; за этими воинами в тылу поместил македонян, распределенных в том же порядке и всем отдал приказ с восходом солнца брать высоты приступом. Когда македоняне повели дело с одушевлением и грозной отвагой, алифиряне при каждом натиске устремлялись на врага и спешили к тем местам, к которым, как они видели, приближались враги. Тем временем сам царь, сопровождаемый отборнейшими воинами, незаметно по крутизнам поднялся к предместью кремля; затем по данному сигналу все воины приладили лестницы и начали брать город. Прежде всего царь занял покинутое гарнизоном предместье кремля. Когда предместье охвачено было пламенем, защитники стен, предугадывая исход дела, сильно встревожились при мысли, что с потерею кремля они лишатся последней опоры, а потому покинули стены и стремительно направились к кремлю. Македоняне тут же завладели и стенами и городом  254 . После этого находившиеся в кремле элейцы отправили посла к Филиппу, который, согласно договору, получил укрепление, а осажденным даровал неприкосновенность.

79. Такой ход событий навел ужас на всех жителей Трифилии, которые озабочены были тем, как бы спасти себя и свои города. Между тем Филлид покинул Типанеи, разграбив еще в них несколько домов, и возвратился в Лепрей. Такова была награда, полученная союзниками от этолян: их не только открыто покидали в величайших опасностях, но еще грабили и изменяли им; от союзников они претерпевали то, чего должны ожидать побежденные от неприятеля. Типанейцы передали свой город Филиппу. Подобным образом поступили и жители Гипана. В одно время с ними фиаляне  255 , услыхав о судьбе Трифилии и не ожидая ничего хорошего от союза с этолянами, захватили с оружием в руках резиденцию полемарха. Этолийские пираты, проживавшие в этом городе ради добычи из Мессении, сначала вздумали было напасть на фиалян. Но при виде того единодушия, с каким вставали все граждане на борьбу, они отказались, от этого намерения, заключили договор с фиалянами и, забрав пожитки, удалились из города. Фиаляне отправили посольства к Филиппу, отдали ему себя и свой город.

80. Дело это еще не кончилось, как лепреяне, заняв часть своего города, потребовали, чтобы элейцы, этоляне, а равно и вспомогательное войско от лакедемонян покинули кремль их и город. Сначала Филлид и товарищи его не обращали внимания на это требование и оставались на месте в надежде запугать граждан. Но когда царь, отрядив в Фиалию войско с Таврионом во главе, сам пошел на Лепрей и уже приближался к городу, весть об этом повергла Филлида и его воинов в уныние и ободрила лепреян. Лепреяне в этом случае поступили прекрасно: невзирая на тысячу элейцев, находившихся в их городе, на тысячу сверх того этолийских пиратов, на пятьсот наемников и двести лакедемонян, на то, наконец, что кремль был в руках неприятеля, невзирая на все это, они попытались освободить родной город и не теряли надежды. При виде того, с каким мужеством сопротивляются лепреяне, и по получении известий о приближении македонян, Филлид удалился из города вместе с элейцами и вспомогательным отрядом от лакедемонян. Критяне, посланные спартанцами, возвратились домой через Мессению, а Филлид со своим отрядом отступил к Самику. С другой стороны, народ лепреян, овладев родным городом, отрядил посольство к Филиппу с предложением взять их город. При известии о случившемся царь отправил все войско в Лепрей, а сам во главе пелтастов и легковооруженных поспешил навстречу Филлиду. Настигнув его, он захватил весь неприятельский обоз, но войско Филлида успело спастись в Самике. Царь расположился лагерем перед поселением, призвал к себе и остальное войско из Лепрея и находившимся внутри поселения людям показывал вид, что намерен осаждать его. Между тем этоляне с элейцами вовсе не были приготовлены на случай осады и не имели для этого ничего, кроме рук; страшась грозящей опасности, они начали переговоры с Филиппом о свободном пропуске их из города. Получив по уговору дозволение удалиться с оружием, они направились в Элею, а царь тотчас вступил в обладание Самиком. После этого к нему явились с просьбою о защите и прочие элейцы, и он принял под свою власть Фрикс, Стилангий, Эпий, Болак, Пирг, Эпиталий  256 . По окончании этих дел царь опять возвратился в Лепрей, в шесть дней покорив своей власти всю Трифилию. К лепреянам он обратился с подобающим увещанием, поместил в кремле гарнизон и, оставив Трифилию на попечение акарнана Ладика, направился с войском к Герее. По прибытии в этот город он разделил всю добычу между воинами, потом взял с собою обоз из Гереи и в середине зимы прибыл в Мегалополь.

81. В то самое время, как Филипп вел войну в Трифилии, лакедемонец Хилон, полагая, что происхождение дает ему право на царскую власть, и оскорбляясь пренебрежением, какое выразилось избранием в цари Ликурга, вздумал произвести переворот. При этом он рассчитывал, что, вступив на тот же путь, по какому шел Клеомен, и пробудив в народе надежду на получение по жребию участков и на раздел имущества, скоро привлечет толпу на свою сторону, Хилон приступил к делу. Условившись с друзьями и приобретя толпу сообщников человек в двести, он занялся осуществлением замысла. Но Хилон понимал, что сильнейшей помехой ему будут Ликург и те эфоры, которые поставили его царем, а потому на них и направил он первые удары. Хилон напал на эфоров за обедом и тут же велел перебить всех. Таково было справедливое воздаяние судьбы. Глядя ли на того, кто покарал их, или на то деяние, за которое они были покараны, всякий должен сознаться, что эфоры претерпели по заслугам. Покончив с эфорами, Хилон явился в дом Ликурга и, хотя нашел там царя, не мог захватить его: Ликург бежал от него тайком при содействии нескольких слуг и соседей и непроходимыми тропинками укрылся в Пеллену, именуемую Пелленою в Триполисе  257 . Потерпев неудачу в важнейшей части предприятия, Хилон упал духом, но вынужден был продолжать дело. Поэтому он устремился на площадь, избивал врагов, ободрял сторонников и друзей, а прочих старался привлечь к себе обещаниями, о которых мы только что говорили. Однако никто не внял Хилону; говорили даже больше: люди толпами ополчались на него. Тогда он понял свое положение, тайком удалился с площади, потом через поля пробрался в Ахаю одинокий, как изгнанник. Страшась появления Филиппа, лакедемоняне перенесли все свое имущество с полей в город, а войска их разрушили до основания Афеней мегалопольцев и покинули его.

Что касается лакедемонян, то со времени законодательства Ликурга  258 они пользовались прекраснейшим государственным устройством и были весьма могущественны до битвы при Левктрах. Начиная с этого времени судьба отвернулась от них, и государство их все больше и больше приходило в упадок. Под конец дошло до того, что они терпели почти постоянные войны и междоусобные распри, удручаемы были весьма частыми переделами имущества и изгнаниями, вкусили ненавистнейшего рабства и даже тиранию Набиса  259 , те самые лакедемоняне, для которых раньше невыносимо было имя тирании  260 . Древние судьбы лакедемонян и вообще большая часть их истории, их доблести и пороки рассказаны многими писателями; знаменательнейшие события с того времени, как Клеомен совершенно упразднил исконное государственное устройство, будут рассказываемы нами при удобных случаях.

82. Между тем Филипп двинулся из Мегалополя и, пройдя через Тегею, прибыл в Аргос  261 . Там провел он остаток зимы и, невзирая на юный возраст, всем поведением своим и подвигами в описанных выше походах возбуждал к себе удивление. А Апелла все еще не отказался от своего плана и стремился к тому, чтобы мало-помалу поработить ахеян. Но он видел, что этому мешают Арат и друзья его, что Филипп благоволит к ним, особенно к старшему Арату, частью вследствие дружеских отношений последнего к Антигону, частью потому, что он пользовался у ахеян величайшим влиянием, а больше всего за его ловкость и рассудительность. Вот почему Апелла решил направить свои козни на Арата и стал действовать во вред ему приблизительно таким образом: он позаботился разузнать, кто были политические противники Арата, одного за другим приглашал их к себе из разных городов, льстиво обходился с ними и предлагал им свою дружбу. После этого Апелла представлял их Филиппу и всякий раз повторял, что если царь будет поддерживать дружбу с Аратом, то вынужден будет обращаться с ахеянами по точному смыслу писаного союза, если же последует его советам и изберет своими друзьями подобных людей, то всеми пелопоннесцамн будет распоряжаться по собственному усмотрению. Вслед за сим Апелла обратил внимание на выборы должностных лиц, озабоченный тем, как бы облечь званием стратега кого-либо из новых друзей своих и устранить от должности  262 Арата и его сторонников. С этою целью он уговорил Филиппа явиться на выборы в Эгий под тем предлогом  263 , что идет на Элею. Царь внял советам Апеллы, который явился во время выборов, одних убеждал, другим грозил и, хотя с трудом, но добился того, что в стратеги выбран был Эперат из Фар, а Тимоксен, проводимый сторонниками Арата, отвергнут.

83. После этого царь выступил из города и, направляясь через Патры и Диму, явился перед укрепленным поселением, именуемым Тейхос и лежащим перед областью димеян; незадолго перед сим оно было занято, как я рассказал выше, Еврипидом. Укрепленное поселение царь желал во что бы то ни стало возвратить димеянам и потому со всем войском расположился перед ним. Перепуганный элейский гарнизон сдал поселение Филиппу, небольшое, но превосходно укрепленное. В окружности оно имеет не больше полутора стадий, но стены его имеют не меньше тридцати локтей в вышину. После передачи поселения димеянам Филипп совершил опустошительный набег на поля элейцев, а разорив их и взяв большую добычу, возвратился с войском в Диму.

84. Между тем Апелла, воображая, что с выборами в стратеги угодного ему человека план его в некоторой степени уже осуществился, возобновил нападение на Арата и друзей его с целью порвать дружбу Филиппа с ними. Вот какого рода средство придумал он для того, чтобы оклеветать их. Стратег элейцев Амфидам, как я сказал выше, попал в плен в Фаламах вместе с бежавшими туда воинами. Когда с прочими пленными он доставлен был в Сицилию, то при посредстве некоторых людей домогался представления царю. Добившись этого, он в беседе с Филиппом уверял, что сумеет побудить элейцев к заключению с ним дружественного союза. Филипп поверил Амфидаму и отпустил его без выкупа, при этом поручил возвестить элейцам, что все пленники их будут отпущены без выкупа, если они пожелают вступить с царем в дружбу, что сам он обеспечит страну их от всякого нападения извне, что сверх этого избавит их от содержания гарнизона и уплаты дани, и они будут жить по своим государственным установлениям. Элейцы выслушали предложение и решительно отвергли его, как ни казалось оно соблазнительным и многообещающим. На этом-то и построил свой донос Апелла. Он обратился к Филиппу с уверением, что Арат и товарищи его не питают истинных дружеских чувств к македонянам и что расположение их к царю неискренно, что и теперь они виновны, говорил он, в отказе элейцев, ибо, когда Амфидам был послан царем из Олимпии в Элиду, эти люди обольстили его и подстрекали уверениями, что для пелопоннесцев никаким образом не может быть выгодно господство Филиппа в Элее; вот почему, заключил Апелла, элейцы отвергли все предложения, упорно остаются в дружбе с этолянами и в войне с македонянами.

85. Вначале царь выслушал эти речи, но велел позвать к себе Арата и друзей его и предложил Апелле повторить свои изобличения в их присутствии. Когда явился Арат и друзья его, Апелла нагло и дерзко повторил вышесказанное и, пока царь молчал еще, прибавил: «Арат, так как царь видит всю вашу неблагодарность и бесчувственность, то он решил созвать ахеян, высказать им все это и возвратиться в Македонию». В ответ на это Арат старший вообще просил Филиппа не доверяться поспешно и сгоряча никаким наговорам; если же ему заявлена будет жалоба на кого-либо из друзей или союзников, то тем строже должно быть произведено расследование прежде, чем давать веру обвинению; такое поведение, сказал он, единственное достойное царя и выгодное во всех отношениях. Поэтому и теперь Арат настаивал, чтобы для расследования уверений Апеллы царь позвал людей, которые слышали эти речи, представил бы человека, который будто бы сообщил их Апелле, и вообще не пренебрегал бы никакими средствами для раскрытия истины прежде, чем говорить что-либо подобное ахеянам.

86. Царь согласился с мнением Арата и обещал расследовать дело внимательно, после чего призванные к царю люди удалились. Прошло несколько дней, а Апелла не представлял никаких доказательств обвинения. Между тем Арату помог счастливый случай такого рода: в то самое время, как Филипп опустошал область элейцев, они, подозревая Амфидама в измене, решили схватить его и закованным в цепи препроводить в Этолию. Догадавшись о замысле их, Амфидам удалился сначала в Олимпию, а потом, когда услыхал, что Филипп находится в Диме и занят дележом добычи, поспешил к нему. Арат и друзья его при известии о прибытии Амфидама из Элиды в положении изгнанника очень обрадовались как люди, не чувствовавшие за собою никакой вины; они явились к царю и просили его вызвать Амфидама, ибо, говорили они, лучше всех должен быть осведомлен по предмету обвинения тот, с кем ведены были переговоры, и он откроет истину: из-за Филиппа он лишился родного очага, и в настоящем положении все надежды его покоятся на Филиппе. Царь признал справедливость этих речей и, пригласив Амфидама, убедился в ложности обвинения. С этого дня он все больше привязывался к Арату и ценил его, напротив, с недоверием относился к Апелле; однако огромное влияние этого последнего вынуждало царя оставлять безнаказанными многие его проступки.

87. Тем не менее Апелла вовсе не покидал своих замыслов и в то же время вел козни против Тавриона, которому доверены были дела Пелопоннеса. На сей раз он действовал не осуждением, а похвалами и не переставал уверять, что Таврион заслуживает того, чтобы постоянно находиться на поле войны: таким путем он рассчитывал добиться назначения другого лица по его предложению для заведывания делами Пелопоннеса. Придуман был, следовательно, новый вид козней вредить ближнему не порицаниями, а похвалами. Такого рода козни, предательство и коварство зарождаются прежде всего и больше всего в среде придворных и имеют своим источником взаимную зависть и властолюбие. Апелла точно так же при всяком удобном случае старался уязвить начальника дворцовой стражи Александра, потому что хотел присвоить себе охрану личности царя и вообще уничтожить сделанное Антигоном распоряжение. Дело в том, что Антигон не только при жизни был достойным царем и таким же руководителем сына, но и перед смертью прекрасно позаботился о будущем устроении всех дел. Он оставил завещание, в котором представлял отчет македонянам в своем управлении, а вместе с тем давал указания относительно будущего: каким образом и какие личности должны ведать отдельными частями управления, ибо не желал давать придворным никакого повода к зависти и взаимным распрям. Так, из числа участников в царских походах Апелла назначен был одним из руководителей сына, Леонтий начальником пелтастов, Мегалей правителем царской канцелярии, Таврион заведующим делами Пелопоннеса, Александр начальником дворцовой стражи. Леонтий и Мегалей находились вполне под влиянием Апеллы; Александра и Тавриона он старался сместить с должностей и, таким образом, всеми делами ведать самому непосредственно или через своих друзей. И он достиг бы цели легко, если бы не подготовил себе противника в лице Арата. Скоро пришлось ему пожать плоды своего безрассудства и властолюбия, и ту самую участь, какую уготовлял другим, он претерпел сам, притом очень скоро. Но каким образом и при каких обстоятельствах случилось это, мы не станем рассказывать теперь и закончим эту книгу, но в дальнейшем повествовании постараемся изложить все подробно.

Совершив рассказанные выше подвиги, Филипп возвратился в Аргос и там с друзьями провел зиму, а войска отпустил в Македонию.

* II Пуническую.

* Дядя Антигон Досон.

* Птолемей IV Филопатор.

* Наемниками.

* 10 мая.

* Средиземное море.

** Т. е. к югу и западу от Византии.

* Зевса.

* На юго-западе.

ПРИМЕЧАНИЯ К ЧЕТВЕРТОЙ КНИГЕ

1 (1 5 ) народное правление ?????????? ???????????, выражение подлинника оттеняет сознательный, основанный на определенных началах образ действий ахеян. В таком же смысле слово ?????????? употреблено ниже (§ 7). III 8 5. 6 .

2 (2 1 ) основу ????????. В смысле начала, исходного пункта всего повествования слово это употреблено I 5 3 .

3 (5) Филипп III наследовал Антигону Досону, имея 17 лет от роду. 5 3 .

4 (6) Ахей, сын Андромаха, племянник Лаодики, первой жены сирийского царя Антиоха II. Молодым еще сопровождал он в 222 г . Селевка III в Малую Азию во время похода царя на Аттала I Пергамского, отмстил убийцам царя, а по воцарении брата Селевка, Антиоха III Великого, получил наместничество (?????????) в Малой Азии. Впоследствии он решился возложить на себя царскую диадему (Полиб. IV 48). В подлиннике, быть может, следует восстановить обратный порядок слов, чтобы получить: «имел не только власть, но и царское звание» ? ????? ??????? ? ? ??, ?? ?? ?????????? ?????????.

5 (8) Ариарат, имя нескольких царей Каппадокии. В нашем месте разумеется тот из Ариаратов, который сражался в союзе с Антиохом III против римлян, а потом вместе с римлянами против Персея. Ср. XXI 43.

6 (9) Ликург не принадлежал к царскому роду и купил себе царскую власть у эфоров. Полиб. IV 35 14 . 48 и др.

7 (3 1 ) они... врагов. Задолго до этого времени афиняне в гимне к Деметрию Полиоркету просили избавить их от этолийского сфинкса, «который, сидя на скале, похищает и уносит наши тела. Этолийцы прежде грабили соседей, теперь грабят и тех, которые далеко от них». Athen. VI 253. Кичливость, притязательность, ????????, по представлению эллинов и римлян, часто бывала спутником военного звания, отсюда один из любимейших типов комедии «хвастливый воин» (miles gloriosus ); войнолюбивые этоляне не составляли, по-видимому, исключения из правила.

8 (3) старая привычка. По словам Фукидида (I 5), занятие разбоем на суше и на море было некогда в обычае у всех эллинов и к его времени удерживалось в менее культурных частях Эллады. О страсти этолян к грабежам без различия врагов и друзей см. Полиб. XVII 4—5 и мн.др.

9 ibid. одни ахеяне, без македонян и Антигона Досона, могущественного союзника их.

10 (5) трихониец, уроженец Трихония, этолийского поселения подле Лисимахии, недалеко от озера Трихониды к югу от него.

11 ibid. общебеотийского празднества ? ? ? ? ??????????? ????????? , совершалось в храме Афины Итонии между Алалкаменами и Коронеей. Другим союзным святилищем Беотии был храм Посейдона в Онхесте. Pausan. IX 34 1 . Страб. IX 2 33 .

12 ibid. город фигалян. Фигалия, теп. Paolitza, город в Аркадии, в юго-западном углу Аркадии, на крутом возвышении над северным берегом Неды, знаменит развалинами храма Аполлона Эпикурия в Бассах, в двухчасовом расстоянии от города. Фигалия называется здесь составною частью Этолийского союза (???????????????), а немного ниже (79) говорится только о военно-союзнических отношениях между Фигалией и этолянами. Из времени немного предшествующего сохранилась надпись, содержащая в себе постановление мессенян в ответ на предложенные этолянами условия разрешения пограничных споров между Фигалией и Мессенией. (Le Bas et Foucart, Inscriptions du Peloponnese, n o 328 а).

13 (8) пираты ????????, собств. «искатели приключений» вместо классического термина ? ???? «разбойники».

14 (4 1 ) двор Хирона, поселение в Мессении, нигде более не упоминаемое.

15 (2) Эфоры. Правление Мессены в 220 г . было олигархическое, и главные должностные лица носили имя спартанских «блюстителей». Ср. 31, 32. В более позднее время после демократической реакции они назывались, как и в Ахейском союзе, стратегами. (Pl u t. Arat. 20. Срвн. Полиб. VII 10).

16 ibid. собрание... лиц, подготовлявших дела для сената и народного собрания . Le Bas et Fo u cart, Inscr. du Peloponn. n o 35a. По словам Аристотеля (Polit. IV 14), такие комитеты были повсеместны в Элладе в это время.

17 (5) широкую шляпу ??????? , македонский головной убор: войлочная шляпа с широкими полями. Каракалла носил такую шляпу в подражание Александру.

18 ( 5 2 ) беззаконие ? ?????????? . Сочетание терминов, из которых один означает поведение Доримаха, другой — отношение к нему мессенян ( ?? ??? «насмешка»), казалось Казобону и Рейске насильственным, а потому они предложили читать ? ?????????? оскорбительное прозвище Бабирта. Кобет предлагает ? ????????? «вследствие опьянения, пьянства» (Mnemos. X 388); но об этом нет речи у автора.

19 (4) о нерасположении лакедемонян. Исконная вражда между двумя государствами, выразившаяся в старину в трех мессенских войнах и приведшая к уничтожению Мессены, продолжалась и по восстановлении города Эпаминондом 370/369 г. до Р. X. на горе Ифоме, вплоть до римского владычества.

20 (7) жаловаться ???? ???????? , выражение, нигде более не встречающееся, а потому Швейггейзер предлагал поправку ???? ???????? , принятую некоторыми из позднейших издателей историка.

21 (8) обещали... в союзе. Из слов Павсания (IV 29 3 ) можно догадываться, что мессенские добровольцы принимали участие в битве союзников против Клеомена при Селласии.

22 (9) союзного собрания ??????? , собиралось в пору осеннего равноденствия в Ферме (IV 37 2 ); чрезвычайные собрания могли быть созываемы и в другое время стратегом.

23 ibid. с апоклетами, члены коллегии, соответствующей ?????????? в других государствах. Апоклеты выбирались народом и составляли sanctius concilium, по словам Ливия (XXXV 34). В обыкновенное время полномочия этой коллегии были весьма обширны. Полиб. XX 10. 11. XXI 4 7. 8 . 5 2. 7 . Liv. XXVI 24. XXVIII 7. Срвн. Gilbert, H andb. d. g r. Staatsalter t h. II, 28 сл. Латышев, Очерк греч. древностей. I. Спб. 1888, стр. 326 сл.

24 (6 1 ) Кифер, теп. Чериго, остров у мыса Малеи, с западной стороны его. Замечание Хилона об острове сообщает Геродот VI 65.

25 ibid. начальников корабля ?????????? , собств. владелец или патрон судна. В смысле командира судна ????????? у Полиб. XXXI 21 1 . 22 10 . Aesc h . Suppl. 174. E u rip. Hippol. 1224.

26 (2) кефалленян. Быть может, они были неполноправными членами Этолийского союза. Schor n , Gesch. Griechenlands von der Entste h ung d. aetol. u. achaeisch. B undes bis sur Zersto r ung Korint h s. Bonn. 1833, стр.   29.

27 ibid. Тирием, теп. Zaverdha, главный город в Северной Акарнании в широкой плодоносной долине.

28 ( 4 ) в звании царского уполномоченного. Такой перевод казался нам наиближе отвечает выражению подлинника ? ? ? ? ? ? ?????????? ??????? ? ?????????, иначе epime le tes, начальник македонского гарнизона, блюститель интересов македонского царя. Дальнейшее изложение дает понять, что царский уполномоченный находился в Орхомене.

29 (6) не возвращал. Орхомен возвращен был ахеянам только в 196 г . римлянами, когда Тит Квинкций Фламинин провозгласил в Коринфе свободу Эллады. Полиб. XVIII 28 12 . 30 10 . Liv. XXXIII 31.

30 (7) время, весна или начало лета. 37 2 . Стратег выбирался в весеннем, майском собрании; между выбором и вступлением в должность проходило некоторое время. Plut. Arat. 47. Во II в. до нашей эры начало ахейской стратегии было не в мае, а осенью, приблизительно в нашем октябре. А. Mommse n , Delphische archonten nach der Zeit geordnet. Philologus XXIV B. 1866, стр. 17—19.

31 (8) Рий, этолийский, обыкновенно именуемый Антиррием или Моликрийским Рием, мыс Этолии, выдающийся в самую узкую часть Коринфского залива; так назывался, кажется, и самый пролив.

32 (11) искони. В то время как мессеняне поселены были в Навпакте, между ними и этолянами должен был установиться союз, сменившийся потом враждою. Фукид. III 94.

33 ( 7 5 ) вооруженным, т. е. стратег должен был созвать военные контингенты союзников, коллективное решение коих входило в силу без утверждения народным союзным собранием.

34 ( 8 3 ) коварные... действия ??????? , преимущественно путем выискивания нужных для его целей людей в неприятельском лагере или городе и путем тайных сношений с ними; отсюда ??????????? ? ? ????? «взять (неприятельский) город с помощью хитрости и измены».

35 ( 4 ) взятие Сикиона и Мантинеи. Подробный живописующий рассказ о первом из этих событий у Плутарха ( Ar a t. 2—9). Срвн. Васильевский, о. с. 66 сл. О взятии Мантинеи Полиб. II 51. 58. Pl u t. Arat. 36. Васильевский, о. с. 257 сл.

36 ibid. изгнание... пелленян, подробный рассказ у Плутарха Arat. 31.

37 (10) фессалийцев. Фессалийская конница лучшая в Элладе. Геродот. VII 196.

38 ( 9 3 ) правители ? ?????? ??? , т. е. демиурги, председательствовавшие в союзном собрании и ведавшие делами союза в промежутках между союзными собраниями.

39 (4) акарнанами, поправка Гронова вм. рукописного аркадянами ?????, ибо аркадяне входили в состав Ахейской федерации, а здесь поименовываются союзники федерации внепелопоннесские. Срвн. Полиб. V 3 3 . IX 38 5 .

40 (9) Киллену, гавань и арсенал Элиды на северо-западном берегу ее, исчезла бесследно. Фукид. II 84. Страб. VIII 3 4 .

41 ibid. Феяде, о-в у берегов Элиды насупротив гавани Феи, у подножья скалистого мыса Ихеиса, где теперь развалины Pon diko Castro,— той самой гавани, которая занята было афинским флотом в 431 г . Фукид. II 25 3—4 . Относительно о-ва см. Страб. VIII 3 12 .

42 ( 10 2 ) следовать... стороною ??????????? . В таком значении слово употреблено I 77 2 и часто в III кииге о войсках римлян относительно Ганнибала.

43 (4) отряжаемым... приказ. Сл. ????? после ????????????, изменяемое Рейске в ??? ????? и Кампе в ???? ????? , есть не более, как прямое дополнение к ???????????????? , поясняемое далее стоящими ?? ? ? ????? ???? ?.

44 (5) Олимпии, знаменитая местность в Писатиде, на правом берегу р. Алфея при впадении в него Кладея. Это, собственно, не город, но знаменитая священная равнина с храмами, общественными зданиями и немногими жилыми помещениями. Здесь в течение более 1000 лет праздновались великолепнейшие у эллинов так называемые олимпийские игры. Описание достопримечательностей Олимпии, помимо Ausgrabungen zu Olympia, Bd. I—IV, Berl., 1877—1880, Бёттихера Olympia, das Fest und seine Statte можно найти в путеводителе по Элладе Бедекера, составленном по рукописи известного эллиниста Лоллинга (Griechenland, Lond., 1883).

45 (10) двинулись вперед ??? ??? . Лик ( Travels in the Morea, Lond. 1830. III , стр. 125 ) старается восстановить направление войск этолян и ахеян.

46 ibid. Мефидрия, городок Аркадии к северу от Мегалополя, замыкал проход внутрь области к Орхомену.

47 ( 11 5 ) Олигирту, гора недалеко от Кафий; тут же, по словам Плутарха (Cleom. 26), находилось укрепление того же имени между Стимфалом и Кафиями.

48 (6) Проподу, возвышенность у входа в долину; вершина ее была началом прохода из Ликоремы в Стимфалию.

49 ( 12 3 ) одетых... воинов, средний род оружия между легко- и тяжеловооруженными. Они носили панцирь, но не имели щитов.

50 ibid. с фланга ? ????? ????????? , собственно фланговым движением, у Швейггейзера in alterum cornu, in alterum latus detorquere aciem.

51 ( 13 4 ) беспрепятственно. Этоляне не встретили отпора даже со стороны Акрокоринфа и по переходе через Коринфский перешеек продолжали путь по Мегариде и Беотии.

52 ( 14 9 ) к предшествующей... сороковой. Какая пора года принималась Полибием за начало олимпиады, трудно сказать с достоверностью. Начало олимпийского года приурочивается ко времени олимпийского празднества, которое совершалось в августе или в сентябре. Начало первого года 140-й олимпиады, с которого автор и начинает собственную историю, по мнению одних, приходится на август, по мнению других — на середину лета, по мнению третьих — на начало октября. Швейггейзер, примеч. к нашему тексту. Nissen, Rh. Mus. N. F. XXVI , стр. 250 сл. U nger, Philolog. XXXIII, стр. 234 сл. Sitzu n gsb. der Berl. Akademie d. Wissensch. 1879, стр. 119. Zeitrechnung d. Griechen u. Ro mer (J. M u eller, Handbuch d. class. Altert h umswiss. I) стр. 604. O . Seipt, de Polybii olympiadum ratione. Lips. 1887, стр. 66 сл.

53 (15 9 ) нелепее. Вероятно, союз ???????? этолян с Мессениею содержал в себе и такие условия, которые нарушались заключением отдельного союза их с ахеянами. Но об этих условиях у Полибия нет ничего.

54 (16 5 ) освобожденные. Под освобождением лакедемонян автор разумеет изгнание Клеомена из Спарты и бегство его в Египет. II 70 1 . IV 9 4 . 15 4 .

55 (9) Навпакту, теп. Lepanto, город Локриды озольской на берегу Коринфского залива, к северо-востоку от Антиррия, подарен Филиппом этолянам в 338 г . до Р. X. Demosth. Phi l ipp. с. 3. р. 120.

56 ibid. зятя ???????? . В том же смысле Полиб. употребляет этот термин и в других местах. II 1 9 , кажется XV 21 2 .

57 ibid. афаманов, одно из племен Эпира, жившее между р. Арахфом и западными склонами Пинда. «У них, — по словам Гераклида Понтского, — женщины пашут землю, а мужчины стерегут стада». Царь их Аминандр, или, как здесь, Амин, вступал в союз то с этолянами, то с римлянами против македонян. Срвн. указатель.

58 (11) кинефян. Город Кинефа в Аркадии, теп. Kalauryta.

59 (17 3 ) через Ахейскую область ?? ? ? '?????????? . Курциус ( Peloponnes. ?, 419 примеч. 1) предлагает читать ?. ?. ? ???????? на том основании, что речь должна идти о владениях какого-либо города, в настоящем случае Эгия. Но автор, говоря об ахейской области, подчеркивает то обстоятельство, что движение этолян к аркадскому городу Кинефе, входившему в состав Ахейской федерации, нарушало права ахеян.

60 (18 2 ) полемархами. Из нижеследующего видно, что это были низшие должностные лица, на обязанности коих лежал, между прочим, надзор за городскими воротами. С таким же, вероятно, значением упоминаются полемархи в Мантинее, Фигалии и других городах Пелопоннеса.

61 ibid. на башнях, что у ворот ? ? ? ???????. Мы уже знаем (II 9 3 ), что слово ????? означает целое сооружение, часть которого составляют ворота. В данном случае это скорее всего башни по сторонам самих ворот.

62 (7) пытали; подобная жестокость была не в обычае у других эллинов.

63 ibid. денег ???????? . В таком значении слово раньше Феофраста не встречается. В классическом периоде ???????? выгоды, преимущество.

64 (9) к Лусам, городок в северной Аркадии, не существовавший уже во время Павсания, т. е. во II в. по Р. X. (Pausan. VIII 18 2 ). По имени этого городка назывался иногда поток Стиг, протекавший невдалеке.

65 (19 9 ) по перетаскиванию лодок, из Сардонического залива в Коринфский. В этом направлении перешеек имел, по словам Страбона, 40 стадий длины = 1 миля . Лодки перетаскивались на колесах. Прорытие перешейка предпринимали Деметрий Полиоркет, Ю. Цезарь, Калигула и Нерон. Срвн. Gester, lIsthme de Corinthe, tentatives de percement dans lantiquite Bullet. de corresp. hellen. VII. 1884, стр. 225—232.

66 (12) достаточно... трубача, поговорочное выражение применительно к войску, терпящему поражение без битвы, при первых звуках неприятельской сигнальной трубы.

67 ( 20 4 ) собственную музыку ??? ?? ??? ? ???????? , в отличие от «музыки» в смысле, установленном Платоном, т. е. всей совокупности образовательных предметов, действующих на душу человека, рядом с «гимнастикой», обнимавшей всякого рода физические упражнения. Наиболее обстоятельное рассуждение об образовательном значении музыки и о необходимости ее в жизни гражданина см. у Аристотеля, Политика, стр. 232—246 (перев. Скворцова). Срвн. Platon. Republ. III, р. 398—400. Из новых сочинений см. особенно R. G. Н. Westphal, Geschichte der alten и. mittelalterlichen Musik. Bresl. 1865—66. Его же: die Musik des griech. Alterthums, L. 1883 .

68 ibid. занятие... необходимо. Место это до гл. 21 9 списано во многом дословно Афенеем XIV 5 , р.   626.

69 (5) Эфор, уроженец Кумы Эолийской, IV в. до Р. X., воспитался в риторической школе Исократа, автор истории Эллады в 30 книгах, с возвращения Гераклидов до 341 г . до Р. X. Древнейшим автором всеобщей истории называет Эфора Полибий (V 32). Для позднейших историков, особенно для Диодора Сицилийского, он служил любимейшим источником. В последние годы на основании Эфора вносятся существенные поправки в исторические известия Фукидида. Отрывки Эфора у Мюллера frr. histor. Graec. I, 234 сл.

70 (6) ритмом. В древней музыке и поэзии ритм, правильное чередование моментов движения в речи, музыке, орхестике, составлял более необходимый элемент, нежели в нашем искусстве.

71 ibid. Филоксена, сочинителя дифирамбов, род. приблизительно 435 г . ум. 380 до Р. X. Отрывки у Бергка, poe t ae l yrici g r. III. Тимофей из Милета ум. 357 г . Отрывки там же. Philoxeni, Timothei, Telestis dithyramb. reliquiae. De eorum vita et arte commentatus est, fragm. collex. et explan. G. Bippart. Lips. 1843.

72 (9) песни ????? . По словам аристофанова схолиаста ( Equit. 9) номами назывались по-преимуществу гимны богам (? ? ??? ? ????). В нашем месте разумеются хоровые песни, дифирамбы, позднейшего периода, когда музыка взяла перевес над словами песни.

73 (10) наемными исполнителями ????????? ????????? . У ?? либ. ?????? означает не песню, предмет исполнения, но исполнителя, декламатора или певца XVI 21 12 . XXIII 5 9 . XXXI 4 6 . Активное занятие музыкою Аристотель ставит гораздо выше в образовательном значении, нежели пассивное восприятие исполняемых другими песен или музыкальных мелодий. Полит. V 6 (стр. 239 перев. Скворцова).

74 ibid. петь по очереди ? ????? ? ??? . Подобное исполнение гимнов Тиртея у лакедемонян, по словам Филохора. Athen. XIV, 29.

75 (12) в маршировке ???????? . Военный марш, у лакедемонян подобным образом описывается Фукидидом. V 70.

76 ( 21 1 ) самодеятельности ? ???????? , работы собственными руками, а не при помощи рабов или наемников. Что пелопоннесцы живут трудами рук своих, говорит Фукидид устами Перикла. I 141 3 .

77 ibid. климата ??? ??????????? , собств. обнимающей нас атмосферы, неба.

78 ibid. природные... климата. Источник этнических отличий афинян от фивян Цицерон видит в климате Аттики и Беотии (de fato 4). Ошибается, конечно, Полибий, когда переносит в незапамятную древность это сравнительно весьма позднее признание зависимости народного характера от окружающей природы и занятия аркадян музыкою объясняя сознательным стремлением древних аркадян смягчить влияние суровой природы. Зависимость эту устанавливал и Гиппократ (V в. до Р. X.). Hippocr. Т. I, стр. 549. 567 Kuhn. Суждения мегалопольца Полибия о климате Аркадии должны иметь для нас силу авторитета. Грубость и простота нравов аркадян, преимущественно пастухов и земледельцев соединялись с гостеприимством и идеализировались уже древними эллинами. Но представление об Аркадии как о стране райского счастья, невинности и ничем ненарушаемого мира есть плод фантазии новых поэтов, преимущественно итальянца Саннацаро и его подражателей. География Аркадии, см. Neu m ann u. Partsch, p h ysik. Geogr. von Griechenland , стр. р. 55 сл. 74 сл. 180—185 и др. Kiepert, Lehrb. d. alt. Geogr. стр. 261 сл.

79 (9) очищение, как отдельных личностей, так и целых городов или стран совершались водою, огнем и пр. с принесением животной жертвы. Для этой цели употреблялись различные животные: бык, овца, козел, свинья и др. Пролитие крови животного заменяло собою умерщвление виновника скверны. Herm ann, Handbuc h d. go ttes dienstl. Alter t humer d. Griechen. §§ 23. 26 2 .

80 ( 11 ) милостиво ? ? . Вместо ? ??????? автор употребляет в другом месте выражение ??????? ? ? ? ??????? (VII 9 10 ), т. е. послать красные дни. У Еврипида в Оресте есть стих:

??? ?' ?????? ? ??? , ?? ?? ?????;

81 (22 2 ) вестников с письмами ???????????? , или ?????????????? II 61 4 .

82 (3) о кровавых междоусобицах. Нижеследующее ясно показывает, что по удалении Клеомена III эфоры и прочее население поделились на две партии: сторонников этолян, они же, вероятно, были и сторонниками Клеоменовой реформы, и друзей македонян, восстановлявших прежний порядок.

83 (8) Обитательницы медного дома, т. е. Афины, тот самый храм, который осквернен был умерщвлением Павсания. Фукид. I 128 2 . 134 1 .

84 ( 23 2 ) Парфения, теп. Roino, гора на границе Арголиды и Аркадии; через нее лежал путь на Тегею.

85 (8) Александр... фивянами. Александр вступил на македонский престол по праву рождения, 20 лет от роду. Покоренные Фивы восстали против него и были жестоко наказаны: город разрушен, уцелевшие от битвы жители проданы в рабство; пощажены были только храм, дом и семейство Пиндара ( 335 г .). Plut. Alex. 11. Arrian. I 7—9.

86 (25 2 ) Амбрис, теп. Dystomo, город Фокиды у подножья Парнаса близ того «раздорожья» ????? ??? , которое упоминается в Эдипе тиране Софокла (ст. 723) и на котором убит был Лаий Эдипом.

87 ibid. Давлий, также Давлида, Давлия, теп. деревня Davlia, город Фокиды на возвышенности близ Дельф, резиденция царя Терея и место происшествия с Филомелою и Прокною. Страб. VII 7 1 . IX 3 13 .

88 ( 4 ) Мегалополь разорен был Клеоменом. II 55. Срвн. V 93. Pausan. VIII 49.

89 (8) амфиктионам, членам фермопильско-дельфийской амфиктионии, с начала III в. до Р. X. ставшей в зависимость от Этолийского союза. К этому, кажется, времени (ок. 225 г .) относится надпись № 1694 С. I. G., в коей называются три гиеремнемона, представителя от этолян, и которая свидетельствует о решительном преобладании союза в амфиктионии. Приблизительно к началу Союзнической войны Этолийская федерация достигла наибольшей силы и господствовала над всей Северной Элладой. Срвн. Dubois, les li g ues etol. et acheenne, стр. 25 сл. Об амфиктионах см. Латышев, греч. древн. 305 сл.

90 (26 2 ) наступательную войну ? ? ? ? ? ????? ??????? , выражение, встречающееся только у Полибия. Так как оно сочетается здесь со сл. ??????? , то скорее всего следует разуметь под этим выражением войну за пределами своей области. Срвн. IV 30 2 . XXXIX 14 8 .

91 ( 7 ) идти за добычей на этолян ? ??????? ????????? ??? ? ? ? ?????. Подобное выражение у Фукидида М 115 2 ?????????????... ??????? ? ? ??? ???????? ??? ?? ? ?????????? ?????????

92 (8) думу ????? . Достойно внимания, что царь Македонии входит в сношения с союзом не через общее народное собрание союзников, но через сенат, или думу, состоявшую тогда из знатнейших и богатейших граждан.

93 (27 4 ) Фебид. В 383/382 г. до Р. X. спартанский полководец Фебид в походе на Олинф занял, без приказания ли правительства, или с дозволения его, фивскую цитадель Кадмею, но был отозван и наказан денежным штрафом. D iod. Si c . XV 20. P l ut. Pelopid. 6 сл. С. Nep. Pelop. 1.

94 (5) гармостов, начальники спартанских гарнизонов в зависимых от Спарты государствах; не разбирая средств, не останавливаясь перед насилием, они везде в союзе с местными олигархами действовали против народа.

95 (6) из одного... городам, Мантинея сложилась из пяти поселений под умеренным народным правлением. В 385 г . лакедемоняне принудили мантинеян покинуть общий город и расселиться по деревням, входившим в состав его. Это равнялось упразднению государства Мантинеи.

96 (7) Глупо и пр. Гульч вводит в текст чтение ватиканского списка (А) ??? и потому предполагает в рукописи пробел, пополняемый у него словами: ? ??? ?? ???????? ?? ; но гораздо проще предположить описку в рукописи, тем более что в других списках находим ???? ; тогда смысл получается ясный.

97 (28 1 ) по сю сторону ???? , для Нового Карфагена и ту сторону ( trans Iberum ) для римлян. Сама осада начата лишь в следующем году. Срвн. III 16 9 . 17 1 . 4 . IV 37 1 .

98 ( 29 1 ) варваров, т. е. иллирийцев, дарданов, фракийцев и др.

99 ( 4 ) плутов ??????? ? , собств. ловко действующих, неразборчивых на средства. Xenoph. Ages. II 5. Aristot. virt. VI 5. Plut. de exil. 7. Раньше Ксенофонта слово не встречается.

100 (31 5 ) фиванцев, собственно фивская аристократия, а не народ, находилась в сношениях с персами, подобно фессалийской. См. наш Указатель к Геродоту под сл. фивяне, фессалеяне. Фукидид. I 69. III 62. Фукид. I 69. III 62.

101 ibid. Пиндара. Хотя фивская аристократия, к которой принадлежал Пиндар, и сочувствовала персам, но приводимые Полибием стихи обращены не против внешней войны, но против междоусобиц. ( fr. 28 Bergk. 228 Bockh .).

102 ( 32 4 ) с... враждою. Источник вражды лакедемонян к мессенянам и посягательств первых на землю последних объясняется достаточно естественными богатствами Мессенской равнины.

103 (7) носильщиков тяжестей ???????????? . Уцелевшие от войн и не спасшиеся бегством мессеняне обращены были лакедемонянами в илотов, так что иногда илоты назывались мессенянами. Фукид. I 101. О двух древнейших мессенских войнах см. Kohlmann, quaestiones Messeniacae. Bonn, 1866. Тягость положения мессенян рисует Тиртей в открывке у Павсания IV 14 5 .

104 ibid. сниматься. После первой войны мессеняне спасались в Сикион, Аргос, Аркадию, в Регий, после второй — в Занклу, после неудавшегося восстания 464—455 гг. до Р. X. поселились в Навпакте и Пиле, а оттуда после сражения при Эгоспотамах спасались бегством частью в Регий, частью на Ливийское побережье, в Эвеспериды. Pausan. IV 14 1 . 23 5—6 . 24 7 . 26 2 . Фукид. I 103.

105 (9) нынешнее положение, то, вероятно, в каком были Мессена и Спарта, когда входили в состав Ахейской федерации, т. е. после 191 и до 146 г ., до разрушения Коринфа и расторжения федерации. Срв. II 38 4 прим. 62 4 . IV 74 8 . XXIII 16. 17.

106 (10) Эпаминонда. Восстановлением Мессены и основанием Мегалополя Эпаминонд желал смирить притязания Спарты и положить конец захватам ее в Пелопоннесе. Ср. Pausan. VIII 27. IX 14.

107 ( 33 2 ) Аристомена, военачальника мессенян во вторую, или Аристоменову, войну их со Спартою (684—667 гг. до Р. X.). Paus. IV 15. 23.

108 ibid. Каллисфен, вероятно, в своей Истории Эллады (?????????) в 10 книгах, хотя она обнимала события от Анталкидова мира до 357 г . Философ и историк, друг детства Александра, сопровождал царя в походах. Отрывки у Мюллера Scriptor. his t or. Alex. ?. стр. 1 сл. Столб, о котором говорит Полибий, поставлен был, по словам Павсания (VIII 22), аркадянами.

109 ibid. Ликейского Зевса. См. наш Указатель к Геродоту под этим словом.

110 (3) предателя, царь аркадян Аристократ. Подкупленный лакедемонянами, он в сражении у Рва увел с коварным умыслом свой отряд и тем решил победу лакедемонян. Pausan. IV 17. По словам Павсания, с которым ниже согласен и Полибий, не Мессена открыла измену, но сами аркадяне. Они же и поставили столб с надписью, в которой не Мессена (???????) , но время открыло предателя Мессены (????????) . Pausan. IV 22 7 . Curtius. Peloponn. I, 302 сл.

111 ( 6 ) подле Рва ??? ?????? местность в Мессении, у Павсания ?????? ????????? ??????. IV 6 2 .

112 (7) в битве. Описание дают Ксенофонт Hellen. VII 5 15—27 , Diod. XV 82, Плут. Ages. 34.

113 (34 1 ) как обыкновенно. Двуличность в поведении лакедемонян отмечена многократно Геродотом и Фукидидом. См. наши Указатели к этим писателям.

114 (3) выбраны... эфоры. Выборы эфоров происходили в начале осени. Фукид. V 36.

115 (4) к эфорам... противники восстановления царской власти и Клеомена. Нижеследующее показывает ясно, что не они требовали представления этолийского посла народу, а потому после слов ???? ?????? следует предполагать пробел. В парижском списке 1649 (у Швейггейзера Regius В) есть пробел, а на поле слова: ?????? ?? «кое-чего недостает». Представления посла требовала враждебная эфорам партия.

116 (9) о злоключениях. Намек на этот набег этолян содержится у Полиб. II 46. По словам Плутарха (Cleom. 18), этоляне увели тогда 50000 пленных, что вызвало у старого спартанца, очевидно заклятого врага периэков и расширения гражданства, жестокое замечание, что враги только облегчили Лаконику от излишнего населения. Все, что можно сказать о времени этого набега, сводится к предположению, что он совершен после смерти Агиса III ( 239 г .), в период реакции против реформы царя, незадолго до Клеоменовой реформы, по словам Плутарха ( 226 г .). Срвн. Васильевский, Политич. реформа, стр. 196 прим., хронологические соображения которого близко подходят к расчетам Брандштетера, Geschichte d. aetol. Landes, Vol k es u. Bundes, стр. 324.

117 ( 35 1 ) ни за что не желали ? ??? ? ???????????? или ?????????? вм. ????????? , поправка Гертлейна. N . I ahrb. 1877, стр. 35.

118 ( 5 ) геронтов, старейшин, членов лакедемонской думы. 28 пожизненных геронтов под председательством обоих царей составляли верховный орган олигархического правления, соединявший в себе все функции административной, судебной и законодательной власти. Усиление эфоров нанесло ущерб авторитету герусии. Латышев, Греч. древн. I, 104 сл.

119 (9) о смерти Клеомена. Живописующе рассказана смерть царя-реформатора в Александрии Плутархом. Cleom. 35 сл. Полиб. V 35—39.

120 (10) Клеомброта, того самого зятя Леонида, который по устранении от власти тестя его Леонида поставлен был царем Лакедемона в 242 г ., как пособник реформатора Агида. Но уже в начале осени 241 г . низвергнутый Леонид получил приглашение явиться обратно в Спарту. Васильевский, Политич. реформа, стр. 162 сл. Клеомброт имел сыновей Агесиполида и Клеомена, Агесиполид имел сына того же имени.

121 (13) Эвдамида I, царя Лакедемона с 330 г .; у него два сына. Архидам IV, царь ок. 300 г ., и Агесилай. Один из сыновей Архидама Эвдамид II имел двух сыновей: Агиса III, царь с 243 г ., и Архидама V — с 226 г .; Агис III имел сына Эвридамида. Другой сын Эвдамида Агесилай имел сына Гиппомедонта; а дочь его была замужем за Архидамом V; от этого последнего брака было два сына.

----------- ^ ---------¬

Архидам IV Агесилай

¦ ¦

Эвдамид Гиппомедонт

¦ ¦

-—————^——————¬ дочь, супруга Архидама V

Агид III . . . . . . . . . . . . Архидам V

¦ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .¦

Эвридамид . . . . . . . . . .два сына

122 (15) прекрасное ? ???? , ироническое выражение. ? ??? восстановлено по догадке Скалигером и Казобоном, отвергалось решительно Швейггейзером и подтвердилось лучшими списками: ватиканским 124 и лавренцианским.

123 (36 5 ) Полихну, в северо-восточной части Лаконики. Прасии, приморский город. Кинурии в Арголидском заливе; в Пелопоннесскую войну занят афинянами. Фукид. II 56. Все нижепоименованные города находились также на восточном побережье Лаконики.

124 (37 5 ) Птолемаиду, теп. Акка, приморский город в Финикии, к югу от Тира. Страб. XVI 2 25 . Тир на месте теп. жалкой деревни S u r к югу от Сидона, один из древнейших и важнейших городов древности. Он состоял из двух городов: материкового, более древнего, или Старого Тира, и Островного на прибрежном острове. Этот последний быстро возобладал над метрополией и всей Финикией. Александр Великий смог взять город лишь после шестимесячной осады ( 332 г .); после 14-месячной осады он взят был в 315 г . Антигоном. Prutz, aus Phoni z ien. Geo g r. S kizz en und histor. Studien. Lpz. 1876.

125 (8) византийцам. Византия (теп. Константинополь, или Стамбул) основана в половине VII в. до Р.   X. выходцами из Мегар, на так называемом Золотом Роге, бухте Босфора, на двух холмах между Пропонтидой и Босфорской бухтой. Первоначальный город расширен был значительно Константином В. ( 330 г . по Р. X.), который стремился создать из него второй семихолмный Рим, столицу Римской империи.

126 (38 3 ) Понт... человека. О значении Черного моря в древнем мире см. Kohler, Tarichos ou recherches sur lhistoire et sur lantiquite des pecheries de la Russie meridionale. Mem. de lAcad. des sciences Imper. de St.-P. Serie VI, 1. 1832, стр. 347—490. Preller, uber die Bedeutung d. Schwarzen Meeres fur d. Handel und Verkehr d. alten Welt. Dorp. 1842. Buchsenschutz, Besitz и. Erwerb im griech. Alterthume. Halle, 1869, стр. 413 сл. Hoeck, de rebus ab Atheniensibus in Thracia et in Ponto ab anno a. Chr. CCCLXXVIII usque ad annum CCCXXXVIII gestis. Kil. 1876. Curtius, griech. Geschichte I, 399 сл. Срвн. наше Торговые сношения афинск. республики с царями Боспора. Киев, Унив. Изв. 1877.

127 (7) варварских народов: фракийцев, гетов, тавров, скифов, сарматов, колхидян, дрилов, мосинойков и др.

128 (39 1 ) около двадцати двух тысяч стадий. Объем Понта определялся древними различно: Страбон полагал 25 000 стад., Артемидор 23 352, Агафемерид 23 083 и др. Real-Encyclop. под словом Pontus Eux. По новым измерениям объем Понта 423 993,5 кв. км.

129 ibid. восемь тысяч стадий. По Страбону, Арриану, Агафемериду Меотида имеет 9   000 стад., по Плинию 11   000. Real-Encyclop. под словом Maeotis. Действительный объем его 36   822 кв. км.

130 (5) Калхедоном, теп. Kadi-Koi, раньше Prokeralis, город в Вифинии напротив Византия.

131 ibid. в четырнадцать стадий. Длина Фракийского канала 30 км , ширина в наиболее широкой части 4 км , в самой узкой 900 метров . О фрак. Боспоре см. Dionysii Bysantii Anaplum. Bospori ex Gillio excerpt um edidit et illustravit O . Frick. С географич. картой. Wesel. 1860.

132 ibid. Гиер (Святилище), возвышенность в Вифинии с храмом Зевса Урия.

133 (6) Ясон. О принесении этой жертвы см. Apollon. Rhod. Argonaut. II 533 сл.

134 ibid. из Колхиды, теп. Кутаисская губ. и прилегающая к ней турецкая область Трапезунта, родина Медеи, цель путешествия аргонавтов; главный город Диоскуриада, главная р. Фасид (Рион).

135 ibid. Сараписа, божество преисподней у египтян, культ его перешел в Элладу и Рим. Храмов Сараписа было много; самый знаменитый в египетской Александрии.

136 ( 40 3 ) Гераклита, из Эфеса, философ V в. так называемой ионийской школы материалистов.

137 (6) в том... направлении, в подлиннике кратко ??? ? ? ???????? , т. е. или исчезнет, или достигнет совершенства.

138 (7) исполнится. В древности распространено было убеждение, что благодаря речным наносам море постепенно мелеет и, наконец, должно обратиться совсем в материк. Подробные рассуждения о Понте, устьях его, об обмелении у Страбона I 3 4—9 . Предсказание Полибия не оправдалось; ошибку его отмечает и Казобон в примеч. к указанному месту Страбона.

139 ( 9 ) как... древние ??????? ? ??????? ?????????? по мнению Диндорфа (praef. vol. IV p. VIII) попали в текст с края рукописи.

140 ibid. сладкой воды. Содержание соли в Азовском море весьма незначительно; вода на таганрогском рейде годна для питья. Множество впадающих в море рек с северо-востока, северо-запада и востока несут большое количество ила и делают его небезопасным для плавания. Аристотель также предвидел обмеление Азовского моря в близком будущем. Meteor. I, 14. Действительно, таганрогская гавань, созданная Петром Великим, уже занесена песком. Однако новые точные изыскания показывают, что устья Дона в течение 2000 лет подвинулись вперед всего на 1 милю. Bulletin de lAcad. Imper. de St.-P. 1862, T. V.

141 ( 41 2 ) Стефами (грудьми), т. е. дюнами, насыпями песку, особенно в Черном море. Срвн. Страб. I 3 4. 7 .

142 (9) изменяет... местность. Гораздо раньше Полибия Геродот и Фукидид обращали внимание на изменение местности наносами Нила и Ахелоя; наносы Сперхея существенно изменили береговую линию в Малийском заливе.

143 (42 3 ) Понт... моря. Воды Черного моря содержат в себе меньше соли, нежели воды Средиземного, благодаря обильному притоку пресной воды из рек. Все же содержание соли в Черном море больше, чем можно было бы ожидать; происходит это от того, что через Пропонтиду (Мраморное море) проходит в него нижним течением соленая вода Эгейского моря.

144 (43 2 ) Дарий. Геродот IV 85. 87. D unck e r, Gesch. des A lth er t h. IV, 491 сл 4 .

145 (5) «подле Очагов», вблизи Византии. У эллинов, как и у римлян, было в обычае называть жертвенником или очагом выдающуюся над морем возвышенность с широкой плоской вершиной.

146 (6) Ио, жрица Геры, дочь аргивского царя, обращенная богиней в корову в наказание за любовные отношения жрицы к Зевсу. Она долго блуждала, пока наконец в Египте не получила снова человеческого образа. Apollod. II 1 3 . Ovid. Metam. I, 583 сл.

147 (7) Рогом, мыс и залив подле Византии.

148 (44 3 ) Хрисополю, теп. Скутари, в Вифинии, к северу от Калхедона, гавань его. Алкивиад занял и укрепил Хрисополь, оставивши там 30 кораблей для наблюдения за окрестностями и для взимания десятины с торговых судов, проходивших в Понт и обратно. Xe n oph. Hellen. ? 1 22 . IV 8 27 . V 1 28 . Diod. Sic. XIII 64. По рукописному чтению выходит, будто Алкивиад первый учредил у Боспора таможню и таким образом доставил афинянам этот доход. Но взимание пошлины началось здесь гораздо раньше. Геродот. VI 5. Невозможно допустить такой ошибки у автора, и ее, действительно, не оказывается, если вместе с Гертлейном (N. Jahrb. 1877, стр. 35) вм. ?? ??? (§ 4) впервые читать ?? ??? первые, т. е. раньше всех других. Важность обладания Византией для Афин прекрасно изображена в речи Лисия против Эргокла 6.

149 (6) пассатами ???? ???????, в течение года периодически дующие ветры, особенно северный или северо-западный ветер в Эгейском м., дующий в середине лета. У нынешних эллинов они называются ? ???????? . О значении етесий для мореплавания еллинов см. Neuma n n u. Partsch, ph y sikal. Geogr ap hie von Griechenland , стр. 93 сл.

150 ibid. Абидос, теп. Avido, колония милетян, на Геллеспонте в Троаде. Сест, теп. I alowa, укрепленный город с гаванью на берегу Фракии против Абидоса. Взятием Сеста афинянами заканчивается повествование Геродота о индийских войнах (IX, 114—116; 119).

151 (7) кизикенян. Кизик, теп. Aidindschik или Temaschalik, город на острове того же имени. Остров в Пропонтиде прилегал к берегу Миссии и соединялся с сушею двумя мостами; теп. это полуостров Kaputaghi.

152 (9) оба ветра. Плывущее из Калхедона к Геллеспонту судно должно идти под северным ветром, который мешает ему подойти к фракийскому берегу. Судно, идущее из Геллеспонта по европейскому берегу к Калхедону, должно пользоваться южным ветром, который опять-таки мешает ему подойти от фракийского берега к Калхедону.

153 ( 45 1 ) Фракия. См. наши указатели к Геродоту и Фукидиду.

154 (10) Комонторий, имя, встречающееся только у нашего автора. Речь идет о вторжении галлов в Македонию, Фракию и Элладу 280/279 г. до Р. X., под главным начальством так называемого Бренна. Галльское полчище состояло из 150 000 пехоты и 20 000 конницы. Бренн разбил наголову македонского военачальника Сосфена, прошел Фессалию, перевалил через Эту и направился к Дельфам с целью разграбить тамошний храм. Небольшому войску эллинов при помощи самого Аполлона удалось отразить нападение варваров. Полагают, что оригинал Аполлона Бельведерского изображал божество в момент защиты своего святилища от галатов.

155 ( 46 1 ) Бренном, нарицательное имя, значение коего сохранилось в кимрском brenhin, или brennin, «глава, владыка, вождь». Наш Бренн назывался, кажется, Акихорием. Pausan. ? 19 7 сл. 22 10. 13 . 23 12 . Об этом вторжении галлов во Фракию, Македонию и Элладу Pa u san. ? 19—23. Страб. V 1 13 . Diod. Sic. XXII 12. I u stin. XXIV 6—8. Liv. XXXIX 16.

156 (2) Тилу, теп. Килий, город во Фракии, на Понте Эвксинском.

157 (4) Кавара, имя царя только у Полибия. Ср. IV 52. VIII 24 1 . В Нарбонской Галлии был народ кавары между рр. Друентией и Изарою.

158 (5) такое-то, т. е. до падения Кавара, во время господства галатов в окрестностях Византии.

159 ( 48 11 ) в... Пергаме, значительный город в Тевфрании, области Мисии на Каике; стал особенно знаменит как столица Пергамского царства, начало коему положил наместник Лисимаха Филетер в 283   г . до Р. X. Аттал I (241—197 гг.), отец Эвмена и Аттала, был первым царем Пергама. При нем начались дружественные отношения с Римом. В истории древнеэллинской литературы позднейшего периода Пергам занимал весьма видное место. Раскопки, начатые в сентябре 1878 г . Гуманом на месте древнего города, сделали Пергам главным источником наших сведений об эллинской архитектуре и скульптуре III и II в. до Р. X. В настоящее время образовалась значительная литература о Пергаме, см. особенно Конце, Гуман, Бон и др. die Ergebnisse der Aus g rabun g en z u Pergam. Berl. 1880. 1882. Urlichs, P e rgam. Gesc hi chte und Kunst. L. 1883.

160 ( 50 2 ) Тибойта, дядя Прусия, живший в то время изгнанником в Македонии (§ 9).

161 (4) и мешал... рыбы ???? ??? ? ? ? ? ?????? ???????? ?????? ???? ??? ?? ? ??????? ?? ? ? ? ? ? ? ? ? ???????? ??????? . Раньше (38 3 ) говорилось о том, что Понт доставляет эллинам между прочим рабов и рыбу, что византийцы установили пошлину со всех товаров, идущих из Понта (III 2 5 ), а потому мы и считали необходимым выразить эту мысль в переводе фразы, построенной вольно, если не испорченной переписчиками. В подлиннике мы решительно не находим основания для перевода Швейггейзера: nemini subsidium ullum aut refugium relictari, nec eis qui mercandi causa in Pontum navigarent, nec qui mancipia inde peterent, denique ne eis qui piscatoriam in illo mari exercerent. Ловля рыбы ? ? ? ???????? ?????? собств. эксплуатация моря.

162 (5) Мисия, в широком смысле слова обширная страна в северо-западной части Малой Азии, на севере граничившая с Пропонтидою и Геллеспонтом, на западе с Эгейским морем, на юге с Лидией, на востоке с Фригией и Вифинией; в более ограниченном смысле только средняя часть этой страны, получившая политическое значение со времени основания в ней Пергамского царства Филетером. Царство просуществовало с 283 по 133 г . до Р. X.

163 (51 4 ) Андромах. Полководцев с этим именем было несколько, и для Полибия, кажется, остались не вполне известными родственные отношения в доме Селевкидов. Упоминаемая здесь Лаодика, жена Селевка Каллиника и мать Антиоха Великого, была сестрою Ахея и дочерью Андромаха, а сестра этого последнего, также Лаодика, супругою Антиоха Бога. Отцом этой Лаодики был Ахей старший. Когда между Селевком Каллиником и младшим братом его Антиохом Гиераксом началась война, то войсками Селевка командовали Ахей старший и сын его Андромах. По догадкам Нибура, под конец этой войны Ахей и Андромах попали в плен к египетскому царю, Птолемею III, или Эвергету I; царь велел казнить Андромаха, как отца той старшей Лаодики, которая умертвила сестру египетского царя Беренику, а сына его, Андромаха, продолжал держать в плену. Этого-то Андромаха, отца Ахея младшего, и выдал родосцам сын и преемник Птолемея III Птолемей IV Филопатор. Срвн. Полиб. VIII 22. Niebuhr, kl eine Schriften I, стр. 257—264. Cless, Sele u ci (Real-Encyclop. d. classisch. Alterthumsw).

164 ( 52 3 ) с копьем... глашатая, поговорочное выражение, когда к просьбе прибавлялась и угроза.

165 (4) гиеромнемоне. Гиеромнемонами назывались у эллинов послы или представители отдельных государств или народов, отправляемые на собрание амфиктионов. Тем же именем назывались у мегарян жрецы Посейдона. Plut. Sympos. VIII 8 . У византийцев так называлось высшее должностное лицо, ведавшее и делами религии. Demosth. De corona с. 29, р. 235 R.

166 ( 53 1 ) кносяне, жители Кноса, теп. развалины подле Кунеи, город на северном берегу Крита.

167 (2) элевтернийцы. Элевтерны, город внутри Крита, к западу от Кноса, к югу от р. Оакса.

168 ibid. дозволение... родосцев ???? ??????????? ???? ???????? . У Свиды ???? значит «залоги», т. е. добыча, взятая одним у другого и удерживаемая до получения удовлетворения; отсюда выписанное выше выражение равносильно по смыслу другому более употребительному у Полибия: ? ??????? ??????????? ???? ????? .

169 (3) литтян. Литт, или Ликт, город внутри Крита, к юго-востоку от Кноса.

170 (4) гортинцев... Город Гортина в южной части Крита над рекой Летеем.

171 (6) полирреняне... аркадянами. Полиррения у западной окраины Крита; Лаппа к востоку от него; Аркадия к юго-западу от Кноса; положение прочих городов точно неизвестно. Другое начертание имен см. в критич. примеч. Гульча.

172 ( 55 4 ) аптерян. Аптеры, город Крита, в западной части острова, к юго-востоку от Кидонии.

173 (6) фестян. Фест на р. Лефее, к юго-западу от Гортины.

174 ( 56 1 ) Митридат (персидск. имя, на монетах Mithradates) IV, один из царей Понта, отец Лаодики, жены Антиоха Великого.

175 ibid. синопейцам. Синопа, теп. Senub, или Sinab, важнейшая из эллинских колоний на Понте Эвксинском. Митридат IV не взял города благодаря помощи родосцев. Он взят был Фарнаком, сыном этого Митридата, и обращен им или Митридатом Эвпатором в столицу Понта и в царскую резиденцию. Это завоевание и следует разуметь под словами автора «испытанного ими до конца», или собственно «доведенного до конца» ? ? ????? ?? ????? . ? выгодах местоположения Синопы и история города см. Страб. XII 3 11 . W. Th. Streuber, Sinope. Bas. 1855, стр. 81 сл.

176 (3) бочек ??????? . Мера эта в точности не известна. Что бочка не соответствовала метрету (2 ведра с небольшим), как принимал Бек, ясно из надписи С. I. А. II 834 6 , где пять бочек вина содержит в себе 16 метретов. См. Bockh, Staatsh. d. At h en. I 123 сл. 3 примеч. Френкеля там же II , 27.

177 ibid. волоса. Волосы, конские и особенно женские, и жилы употреблялись на тетивы и пращи. Kochly u. Rustow, Griech. Kriegsschriftsteller I, 195.

178 ( 57 2 ) Оянфею, город на берегу Коринфского залива, к западу от Крисейской бухты.

179 (10) торжествовали... победу, несколько вольный перевод подлинника ????? ? ???????? ???? ?????????. Сл. ????? ? объясняет схолиаст Фукидида (????????? ????? ? ? ? ????? ? II 7) словом ????? ? открыто, решительно. Мадвиг ( adversar. crit. I 482) предлагает перестановку слов ?????????????? ? ????????? ????? ? ???????? ???? ????????? « cu m fortiter feliciterque i n urbem penetrasse n t, imprudenter rebus usi sunt».

180 ( 58 9 ) Архидам, поправка Казобона, внесенная в текст последующими издателями вм. рукописного Доримах (????????? или ?????????) . Но Доримах выступает позже стратегом этолян (77. V 1 и др.), а Архидам упоминается выше (57 7 ), как один из товарищей Доримаха.

181 (59 1 ) Еврипид, вероятно, тот самый, который упоминается в звании военачальника этолян (19 5 ) и в других местах.

182 (2) товарищ стратега ??????????? . Скорее всего это были начальники отдельных контингентов, поставляемых федеральными государствами, в ближайшей зависимости от стратега. Ср. V 94 1 . Функции их и отношение к стратегу точно не известны.

183 (4) Аракса, мыс, выходящий в Коринфский залив вправо от реки Лариса, которая считалась границею между Элидой и Ахаей.

184 ibid. Тейхос (Стена), укрепление в Западной Ахае вблизи Димы; отнят у этолян Филиппом (83 1 ).

185 (5) Геракл, речь идет о войне героя с царем эпеян в Элиде, Авгием; царь отказался заплатить Гераклу за очищение его конюшен, и Геракл пошел на него войною. К этому времени приурочивалось и учреждение олимпийских игр Гераклом. Pind. olymp. XI 24 сл. XIII 13. Apollod. II 7 2 .

186 (60 1 ) вестников... посольство ???????... ?????????? . Разница состояла в том, что первые вестники, гонцы, посылались в поспешности с кратким извещением или просьбой; вторые, послы, полномочные представители государства, входившие в формальные переговоры с другой стороной и заключавшие окончательные условия.

187 (3) Гортину. Гортин, или Гортина, не раз упоминаемый Павсанием, город в Аркадии на Алфее к северо-западу от Мегалополя. Город прославился как целебное место с храмом Асклепия, благодаря тамошней здоровой воде. Но Гортина лежит далеко на юго-восток от Телфусы, а потому Бурсиан (Geogr. van. Griechenland II, 260) предлагает читать ??????? Страт, упоминаемый историком 73 2 .

188 (4) не делать... казну. Размеры взносов, следовавших от каждого федерального города, определялись, разумеется, федеральным собранием, и отказ от них равнялся выходу из союза или возмущению против него. Как видно из нижеследующего, Полибий порицает не то, что димеяне и др. набрали на свои средства наемников для собственных военных нужд, но отказ их от уплаты положенной доли в федеральную казну.

189 (7) расходы... возмещены ????? ? ?? ??????? ? ???????? . Иначе понимать это место, нам кажется, не возможно. Дюбуа в своем сочинении «о союзах этол. и ахейск.» почему-то переводит так: «pl u s t ard on leur aurait restitue le montant de la contrib u tion, (стр. 181).

190 ( 61 1 ) Эпир. Три племени Эпира составляли в то время союз с тремя военачальниками во главе, вероятно, вождями трех союзных армий. Ср. Liv. XXIX 12 9 .

191 (2) пращников. Из Ливия (XXXVIII 29) мы узнаем, что ливийские пращники обнаружили большое искусство и храбрость при осаде Самы на Кефаллении в 189 г . до Р. X.

192 (4) Амбракий, теп., кажется, Fidho Kastro, укрепление близ Амбракийской гавани, на р. Арахфе.

193 (6) Амбракию, теп. A rt a, могущественная колония коринфян, в Пелопоннесскую войну в союзе с пелопоннесцами против афинян. Фукид. Passim. Амбракия перешла в руки Филиппа Македонского, потом Пирра, который сделал ее столицею Эпира и царской резиденцией; впоследствии она занята была этолянами.

194 ( 62 1 ) Пиерию, юго-восточная часть Македонии, замыкается на западе Олимпом, на востоке Фермейским заливом, между устьями рр. Пенея и Галиакмона. Ср. указат. к Геродоту и Фукидиду.

195 ibid. хлеб ??? ?? ????? , поправка А. Кирхгофа вм. рукописного ? ? ??????? . Швейггейзер предлагал читать ? ????? , Казобон ? ?????? .

196 ibid. Дию, теп. маленькая деревня Malathria, город Пиерии под Олимпом на берегу Фермейского залива. Несмотря на незначительность по объему и нездоровый климат, Дий был одним из укрепленнейших и важнейших городов Македонии; в нем собрано было множество произведений искусства, между прочим работы Лисиппа. Срвн. Liv. XLIV 7. L . Henzey, le m ont Olympe et lAcarnanie. P. 1860, стр. 113—128.

197 (2) гимнасий, место гимнастических упражнений, одно из важнейших зданий в древнеэллинском городе. Описание одной из гимнасий в Элиде дает Павсаний VI 23.

198 ibid. портики ????? , колоннады, одно из любимейших произведений архитектуры у эллинов; они примыкали к храмам или стояли независимо от них и служили местом общественных собраний.

199 ( 63 4 ) Харадры, город Эпира, получил свое название от реки или ручья, протекавшего по уступам. Leake, travels in N.-Greece III, 410.

200 ibid. Амбракийский залив, теп. Артский, Golfo di Arta, между Эпиром и Акарнанией.

201 ibid. Актием '?????? , собств., «мысовой» от сл. ???, эпитета Пана, в нашем месте Аполлона. ? '??????, город, мыс и храм Аполлона в Акарнании на Амбракийском зал. Теперь место это называется '? ??? или по-итальянски Ponta. Подробное описание окрестностей его у Диона Кассия по поводу победы Октавиана над Антонием в 31 г . до Р. ?. (L 12).

202 (5) Сицилийского моря, полоса Адриатического моря между Сицилией и Эпиром; верхняя часть того же моря называлась Ионийским заливом. По словам Страбона (VII 7 4 ), Сицилийское море наполняет заливы Амбракийский, Коринфский, Крисейский.

203 (7) Фойтиями, теп. кажется Porta, к западу от Страта. Фукидид называет тот же город Фитией ( ????? III 106 2 ); но свидетельство надписей и Стефана Виз. подтверждает форму Полибия. Leake, travels in N.?Gr. III, 574. Henzey , le mont Olympe et lAcarnanie, стр. 359—364, где описаны развалины Фойтий, положение и значение города. Срвн. примеч. Швейггейзера.

204 (10) к Стратике, область города Страта, на правом берегу р. Ахелоя в 5 милях от устья. Важным пунктом в военном отношении называется Стратик у Фукид. II 81; Ксенофонт считает его столицею Акарнании (Hell. IV 6 4 ). Вместе со значительною частью Акарнании он находился теперь во власти этолян. Срвн. Henzey. о. с. 331—345.

205 (11) Ахелоя, теп. Aspropotamo, река, отделяла Акарнанию от Этолии и служила сильной естественной защитой от злейших врагов, этолян.

206 (64 3 ) Метрополю, город в Акарнании, на высотах Лиговицы, на правой стороне Ахелоя, ниже Страта. Конопе, теп., кажется, Апghelo Kastro, поселение собственной Этолии. По словам Страбона (X 2 22 ), оно расширено и обращено в город Арсиноей, женою Птолемея I.

207 (6) с сомкнутыми щитами ???????????? , особый боевой строй, называвшийся ??????????? или ?????? «черепаха», когда воины смыкались так тесно, что ни один из них не мог повернуться в сторону. Передний ряд и флигельманы держали щиты прямо перед собою, а остальные держали сомкнутые щиты над головами, образуя подобие крыши. Самый термин ??????????? впервые встречается у Полибия. Срвн. Marquardt, rom . Altert h . II, 425. D roysen, Heerwes. I, 39 сл.

208 (9) Ифории. По определению Лика находилась ниже Конопы в теснине Ахелоя, образуемой высотами Зигоса и Манины, подле теп. St. Elias. Trav. in N.-Gr. ??, 577.

209 (65 2 ) Ойниадам, развалины на теп. Trikardokastro, на правом берегу Ахелоя, недалеко от устья; сильное укрепление против этолян. Ф укид. I 111. II 102, Leake, trav. in N . -Gr. III, 556. Henzey, о. с. 435—463, с картою.

210 (3) Пеанием, между теп. Mastu и Aspro. Leake, о. с. III , 577.

211 (6) Калидонской области. Калидон на правом берегу р. Эвена, в нижнем течении, в древности главный город Этолии, на высокой скале. Илиад. II, 640. IX, 577. Xenoph. Hell. IV 6 1 .

212 ibid. Атталом, факт этот нигде более не упоминается; но факт искания малоазиатскими владыками дружественных отношений с этолянами засвидетельствован и надписью (Bullet, de corresp. Hellen. V, 372).

213 ( 66 6 ) Пелла, древняя резиденция царей Македонии, недалеко от устья Лидиада, место рождения Филиппа и Александра. По словам Ливия (XLIV, 50), Пелла окружена глубокими болотами.

214 (7) Ларисе, турецк. Jenischehr, т. е. Новый город, находилась в богатейшей равнине Пенея, ограниченной с востока Оссою, Олимпом и Перребскими высотами. Самое имя первоначально нарицательное и значит акрополь, кремль, под ним разумелось поселение пеласгов, почему Лариса обращена в дочь Пеласга, и Ларис было несколько в европейской Элладе и в Малой Азии.

215 (11) год... концу. Начало олимпийского года приходится здесь на осень, а не на лето. Выборы у этолян совершались в конце сентября; следовательно, конец обозреваемого года совпадает с октябрьскими календами. Срвн. N issen, R h . Mus. 1871, стр. 2 4 6.

216 ( 67 3 ) додонскому святилищу ? ??? ??????? ???? . Классические писатели помещали Додону в пограничной области феспротов и молоссов на краю тучной равнины Геллопии. Произведенные в 1875 и 1876 гг. раскопки К. Карапаноса показали, что Додона находилась внутри Эпира у восточного подножья теп. Олицики, древнего Томара, в долине Чараковиста, к юго-западу от Иоаннины. Кроме остатков святилища Зевса и Дионы и других зданий, найдено немало священных предметов, преимущественно из бронзы, между прочим свинцовые дощечки, на которых давались ответы оракула. Kaparanos, Dodone et ses r ui n e s. Paris, 1878. Bursian. die wissensc h aftl. Ergebnisse d. A u sgrab u ngen in Dodona. Sitzb. d. bayr. Akad. philos.-philol. Klasse, II B. 1878.

217 (7) Кину, приморский город локров опунтских насупротив Эвбейского Эдепса, местожительство Девкалиона и Пирры. Страб. IX 4 2 .

218 (8) стратегу, т. е. Арату младшему.

219 (9) Диоскурия, собственно святилище Кастора и Полидевка, которое дало наименование нескольким поселениям в Элладе.

220 ( 68 1 ) лохами. Деление на лохи, или роты, было основным в войсках многих эллинских государств и составляло подразделение более значительных частей; начальники их называлась лохагами. О численном составе лохов у лакедемонян см. наши примеч. к Фукид. V 68 2 . Droysen, Heerwesen, стр. 34 сл.

221 ibid. Псофида, один из укрепленнейших городов северо-западной Аркадии, в области Азании, на р. Ароании, подле теп. Chani Tripotamo. Срвн. Curtius, Peloponnesos I, 385—390.

222 ibid. Фенику, область города Фенея. II 52 2 .

223 ( 69 1 ) Апелавра, гора в Аркадии, упоминаемая только Полибием.

224 (70 3 ) Азаниды. Азанида или Азания — северная гористая часть Аркадии. По словам Стефана В., в ней было семнадцать городов, в числе коих и Псофид.

225 (4) одно государство ???????????? ? ??? , выражение, предполагающее существование Элейской федерации, о которой нам ничего неизвестно. Псофид не входил в состав Аркадского союза.

226 (6) укреплено, высокая скала, защищенная с юго-востока Эриманфом, с юго-запада Ароанием; на юге реки соединяются. Подле Псофида находится и устье третьей реки, откуда новое название его Tripotamo. Leake, Mor . II , 241.

227 (7) поток, т. е. Ароаний. Paus. VIII 24 2 .

228 (8) Эриманф, теп. Дуана, приток Алфея, граница между Аркадией и Элидой. Кажется, разрушительное действие потока дало повод к народному сказанию об эриманфском вепре, жившем будто бы на горе Эриманфе и опустошавшем окрестности, пока зверь не был умерщвлен Гераклом. Apoll od . Rod. Argon. I, 126.

229 ( 72 7 ) Ласиону, главное укрепление в высокой части Элиды, часто служило предметом спора между элейцами и аркадянами.

230 ( 73 2 ) Страт, в Западной Аркадии, у Гомера Стратия (Ил. II, 606); уже во время Страбона (VIII 8 2 ) не осталось и следов этого города (около Р. X.).

231 (3) божеству, т. е. Зевсу. Ксенофонт (Hellen. III 2 22 ) рассказывает, что, когда спартанский царь Агис пожелал принести благодарственную жертву Зевсу за победу над афинянами ( 405 г . до Р. X.), элейцы не допустили его до этого, ссылаясь на исконный обычай, возбраняющий эллинам молиться элейскому Зевсу за успех в войне против эллинов.

232 (4) Элею, северная часть обширной береговой области, в македонское и римское время носившей общее название Элиды или Элий с главным городом того же имени на реке Пенее. В средней долине Пенея находилась Впалая Элида. С юга примыкала к Элее Писатида, орошаемая Алфеем, знаменитая Олимпией. Около 570 г . до Р. X. Писатида была окончательно покорена элейскими этолянами. Самая южная и гористая часть позднейшей Элеи, Трифилия, вошла надолго в состав Элеи только в римскую эпоху. Название свое она получила от смешанного населения трех племен, по словам Страбона VIII 3 3 . Герод. IV 148. О географической принадлежности Трифилии к Аркадии см. Курциус, Peloponn. II, 75. 78.

233 (5) Диоскурий, следует отличать от другого поселения того же имени в Флиунтской области. Curtius, Peloponn. I, 377. II , 478.

234 ( 6 ) по обилию... достояния. Поход Агида в Элею в 399 г . Ксенофонт ( Hell. III 2 26 ) называет добыванием запасов ( ??????????) для Пелопоннесса, когда к лакедемонянам пристали, соблазняемые богатой добычей, аркадяне и ахейцы.

235 (7) любят. Та же любовь к родной деревне свидетельствуется Фукидидом (II 16) и Исократом (Areopagit. 150 В) относительно жителей Аттики.

236 ibid. в Элиде ? ? '?????? . Мейнеке (Philolog. XII 371) предлагает поправку ? ? ???? «народное собрание», принимаемую Гульчем и другими издателями. Набер (Mnemos. VI 238) читает ? ? ???????? , Швейггейзер ? ? ? ??? , — название города, а не страны. Мы предпочитаем эту поправку ввиду того, что Исократ говорит то же самое о жителях Аттики, причем вм. имени Афин употреблять «город» ? ? ??? . Потом, указание автора на имущественный достаток заставляет предполагать не народные собрания, как цель посещения города, но городские празднества и развлечения вообще, требовавшие затрат. У того же Исократа называются городские празднества ? ? ? ? ??? ? ? ? ??? ??????????? . Areop. 150 В.

237 (9) с древних времен. Древние историки ничего не говорят об этой «уступке эллинов с общего согласия» (? ? ???????? ?????????) . Впервые известие появляется у Эфора (Didot, frr. histor. gr. I, 230) и, вероятно, с его слов повторяется Полибием и Диодором (VIII 1). Выражение Полибия слишком общее и неточное. В чем состояли привилегии элейцев и как сами они пользовались ими, об этом см. у Шемана, Gr. Alterth. II, 18 сл. 51 сл. 2 Busolt, Lakedaimonier I, 190.

238 ( 74 2 ) при... положении, т. е. вооруженными, не возвратились к мирной жизни.

239 ( 4 ) Конечно так ; но ? ??, ??? обычная у Полибия формула предположительного возражения. Срвн. IX 33 8 . 36 8 и др.

240 ibid. людей, намек прежде всего на этолян, изображаемых у Полибия грабителями эллинов.

241 ( 75 2 ) Фаламами. Лик ( Mor . I, 4) называет эту местность красивейшею в той части собственно Элей, которая находится у слияния Ладона и Пенея. Город того же имени был в Лаконике, в Мессении; элейские Фаламамы упоминаются только Полибием.

242 (5) сброд ???? ?????????? , собственно смешанная толпа.

243 ( 77 5 ) характер ??????? . Слово это понимается различно: maiestas Казобон, facundia naturalis, potentia in dicendo Рейске, ingenium Швейггейзер и др. Раньше (IV 77 1 —4 . 82 1 ) было сказано, что Филипп действовал обаятельно, с истинно царским великодушием.

244 (5) Фарей ??????? . Ни в Элиде, ни в Аркадии неизвестно поселение Фар, или Фары, или Фареи. Здесь не может быть речи о Фарах Ахейских, лежавших далеко на северо-востоке от Олимпии. Телфуса и Герея — города Аркадии, один к северо-востоку от Олимпии, другой поближе к востоку. Между Олимпией и Гереей находился в Элиде по р. Алфею город Фрикса ; поэтому вм. ? ? ? ??????? следует, быть может, читать ?. . ??????. Но мы предпочли сохранить в тексте рукописное чтение, тем более что у Страбона (VIII 3 32 ) упоминается Ферея ?????? в Аркадии. Швейггейзер читает ??????? , чтение его принимает Е. Курциус. Peloponnes. I, 452. Мадвиг ( advers. crit. I, 72 прим.) предлагает ? ? ??????? «находящийся у подошвы гор», или что-нибудь подобное (aut simile).

245 (7) тарентинцев, род легкой конницы, без отношения к месту происхождения воинов. Они упоминаются как наемники в войске Филопемена (XI 12 6 ) и в войсках Антиоха Великого (XVI 18 7 ). Ливий выражается: «конные воины, которых называли тарентинцами» (XXXV 28). Тарентинцы имели по две лошади ( ??? ????) и вооружены были метательными копьями. Упоминаются впервые около 316 г . до Р. X. Diod. Sic. XIX 29. Poll. I 132. Ср. Ael. Tact. 3.

246 (8) Трифила, производное имя от страны, как и самого Аркада; родился он от Лаодамии, дочери Амиклы. Pausan. X 9 3 .

247 (9) Самик, Самия, раньше Сам, колония финикиян, на узкой прибрежной полосе с союзным святилищем Посейдона Самийского. Ср. Страб. VIII 3 3 . Лепрей, к юго-востоку от Самика, важнейший город Трифилии, по имени коего называлась и вся область. Гипан, небольшое поселение, местоположение коего не известно. Типанеи, кажется, подле г. Типея между Скиллунтом и р. Алфеем. Лик приурочивает город к развалинам подле теп. Платианы. Пирг, приморский город на границе с Мессенией. Эпий, кажется, теп. Helleniko; Болак, Стилангий — небольшие поселения, местоположение их неизвестно. Фрикс, на южном берегу р. Алфея, на границе с Писатидою; теп. Palaeo-Phanero.

248 (10) алифирян. Алифира, теп. укрепление Nerowitza, небольшой город в Западной Аркадии между Гереей и Фигалией.

249 ibid. принадлежавший Аркадии и Мегалополю ? ??? .. '???????? ?? ??????? ????? , причем ?? имеет значение не связующего, но объяснительного союза. Швейггейзер читает ???????????... ? ? '???????? ?? ??????????? , Беккер прибавляет ?' '???????? ??? . Гульч предпочитает ' ???????? и вычеркивает ?? ??????? ????? . Нам кажется, следовало бы вычеркнуть ? ?? ? , переводимое Швейггейзером olim.

250 ( 78 5 ) Гекатодором. Почти в тех же выражениях говорит об этой статуе Павсаний (VIII 26 4 ), но имя художника Гипатодор. Швейггейзер и предлагает эту поправку, принимаемую Бруном (Gesch. d. gr. Kunstler I, 293). Плиний (XXXIV 8 9 ) приурочивает Гипатодора к 102-й олимпиаде, Страта к 114-й, т. е. к IV в. до Р. X.

251 (12) завладели, событие относится, кажется, к 208 г . до Р. X. Liv. XXVIII 8.

252 (79 5 ) фиаляне, другая форма имени фигалян. Срвн. 3 5 примеч.

253 (80 13 ) Эпиталий, укрепление Элиды на Алфее.

254 (81 7 ) Пелленою в Триполисе, в отличие от Пеллены в Ахае. Триполис — часть Лаконики, прилегающая к границам Мегалополя. Ср. Liv. XXV 27 . Тот же город помещает здесь и Страбон VIII 7 5 . Дорийская форма имени Пеллана, или Пелана. Pausan. III 20.

255 (12) Ликурга. То же самое говорит о лакедемонянах Фукидид I 18 1 , вместо ???????? ??????? употребляя сл. ? ????????? . В чем состояло это «благозаконие», поясняет Ваксмут Jahrbucher f. class. Phil. u. Paedag. 1868, стр. 9 .

256 (13) Набиса, опираясь на наемников, захватил власть по смерти Маханида ( 207 г . до Р. X.). Сначала в союзе с римлянами, потом с Филиппом, пока Фламинин ( 195 г .) не отнял у него всех завоеванных земель, оставив за ним владычество над Спартою. Разбит Филопеменом при Гифии и умерщвлен начальником вспомогательного отряда этолян ( 192 г .). Обесславил себя непомерною жестокостью. Ср. Полиб. XIII 6. 7. XVI 13 и др.

257 ibid. невыносимо. О ненависти лакедемонян к тирании см. Герод. V 92. Фукид. 1 18 1 . 122 3 . VI 53 3 .

258 ( 82 1 ) в Аргос. Город этот почитался первоначальною родиною царей Македонии и пользовался особенным благоволением их. Герод. V. 22. VIII 137—138.

259 (6) от должности ? ? ? ???????? . Выражение подлинника означает собственно: «выбить из занимаемой позиции», хотя слово это в таком смысле употреблено Полибием только здесь.

260 (7) предлогом. Предлог нужен был потому, что предстоявшее в Эгии собрание было обыкновенным собранием одних ахеян, а не целого Ахейско-Македонского союза, куда Филипп имел право явиться в качестве главы союза.