Печникова Р. Мальтийский орден в прошлом и настоящем

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава IV. ДЕЛА БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЕ

«Parce, Domine, parce populo tuo...» — неслось надрывно с кафедры собора. «Parce, Domine... Parce, Domine» — вторило звонкое эхо, разбиваясь о ледяной камень статуй скорбящих святых, и повисало под высокими сводами. «Смилуйся над народом твоим...» — потупив глаза и выражая всем своим видом смирение, подпевали собравшиеся. Их было человек триста. Все — в черных сутанах с белыми воротниками и манжетами, все — мужчины довольно почтенного возраста. У каждого на левой стороне сутаны был нашит белый полотняный крест, похожий на восьмиконечную звезду.
В первую минуту возникало полное впечатление, что вы попали на съемку какого-то средневекового фильма, что вот-вот погаснут юпитеры, отключится микрофон, и довольный режиссер устало произнесет: «Спасибо, на сегодня съемка закончена». Вместо этого с амвона донеслось громкое: «It messa est» («Идите, месса кончена»), и участники действа в полнейшей тишине потянулись к выходу. Уже наверху (ибо служба происходила в подземной церкви), на воздухе, пронизанном солнцем и напоенном весенними запахами, они несколько оживились. Послышались приветствия и обычные в таких случаях разговоры о здоровье, о делах, о жизни.
Речь опять идет о Мальтийском ордене, о «Суверенном военном ордене рыцарей — госпитальеров св. Иоанна Иерусалимского, Родоса и Мальты». Потерявший свое островное государство, лишившийся владений в континентальной Европе, утративший покровительство могущественных лиц, длительное время определявших его судьбу, орден вновь воскрес из небытия.
Дело происходило в наши дни, в небольшом французском городке Лурд, примостившемся у подножия Пиренейской гряды. Каждый год в середине мая здесь собирается на торжественную мессу когорта «избранных», чьи экзотические костюмы — не что иное, как дань средневековым обычаям. Однако не следует думать, что руководит ими неудовлетворенная страсть к игре, заложенная в каждом человеке с детства. Отнюдь. Драпированные в черное солидные мужи претендуют на активную роль в делах современного мира, подвизаясь на самых различных поприщах: явных и тайных, стремясь доказать необходимость и незыблемость объединяющей их корпорации.
В 1834 г. после нескольких лет скитаний и мытарств он обосновался в непосредственной близости от Ватикана в Риме, на улице Кондотти в небольшом старинном особняке. Долгое время, однако, орден влачил весьма жалкое существование: «святому престолу» было явно не до злоключений поредевшей и утратившей значение братии — приходилось думать о собственном спасении.
В начале 30-х годов XIX в. Папская область была охвачена народными волнениями. Задавленное нуждой и политическим гнетом население под воздействием Июльской революции 1830 г. во Франции поднялось на борьбу против ненавистного клерикального режима. Папа Григорий XVI вынужден был обратиться за военной помощью к Австрии и Франции. Фактически с 1831 по 1848 г. его владения были оккупированы австрийцами. От воли Вены стала зависеть и судьба мальтийских рыцарей, которым удалось сохранить в неприкосновенности единственное приорство в Богемии, как именовалась в то время Чехия, захваченная Габсбургами.
Усилиями Григория XVI и австрийского канцлера Меттерниха ордену было возвращено великое приорство в Королевстве обеих Сицилий и вновь создано приорство в Ломбардо-Венецианской области, вошедшей в состав Австрийской империи. Забота, которой окружили рыцарей крайний реакционер Меттерних и римская курия, носила далеко не случайный характер. Страшась нараставшего протеста крестьянства, феодальная эксплуатация которого усугублялась уродливыми проявлениями зарождавшихся капиталистических отношений в деревне, и постепенно набиравшего силу рабочего движения, аристократическо-клерикальная реакция делала «смотр своим войскам» и не оставляла мысли использовать рыцарскую «гвардию» для собственных нужд.
Однако, несмотря на благоприятствовавшие обстоятельства, ордену не удалось до конца восстановить утраченные позиции. Более важные и грозные события революции 1848–1849 гг., мощной волной прокатившейся по Европе, отодвинули на десятый план мизерные невзгоды братства. Временно смирив свою гордыню, мальтийские рыцари решили сделать ставку на благотворительность, объявив, что главной целью ордена с первых дней его основания являлось христианское милосердие. Орден открыл целый ряд больниц в католических странах Европы и под флагом благотворительности начал проникновение в Латинскую Америку, Африку и Азию. Организация бесплатной или дешевой медицинской помощи снискала ордену добрую славу и облегчила задачу, поставленную перед ним: внедриться в рабочую среду и в те страны, которые стали объектом колониальных захватов.
Тем не менее еще свыше полувека корпорация мальтийских рыцарей пребывала в стратегических планах Ватикана «на периферии». О ней вспомнили лишь в последние десятилетия прошлого века, когда на повестку дня вплотную встал вопрос о борьбе с рабочим движением.
В те годы одним из орудий реакции в попытке сохранить влияние на массы стал и Мальтийский орден, о котором еще тогда сложилось мнение, что «в реакционные периоды (он) как бы оживает и владения его расширяются; наоборот, для него неблагоприятны эпохи народных движений». 28 марта 1871 г. папа Пий IX, стремясь упрочить реноме ордена в новой, объединенной Италии, возродил титул великого магистра, которого орден лишился по смерти Павла I. А в 1889 г. между орденом и военным министром Италии была заключена конвенция, утвердившая де-юре суверенитет рыцарской организации, претендовавшей даже на территориальную (!) самостоятельность.
Свой независимый статус братству удалось сохранить и в годы фашизма. 28 ноября 1929 г. вслед за папой Пием XI, рьяным антисоветчиком и антикоммунистом, великий магистр и представитель режима Муссолини подписали Законодательный акт № 1029, урегулировавший отношения ордена с фашистскими властями. После войны в 1960 г. правительство Итальянской Республики и Мальтийский орден оформили соглашение, окончательно определившее их взаимные права и обязанности. Профессор Миланского университета Франческо Гаццони, исследовавший юридический статус ордена, отмечает, что, согласно последнему документу, корпорация мальтийских рыцарей пользуется полной автономией и может иметь свою резиденцию на территории Италии, пользоваться правом экстерриториальности, как любая другая дипломатическая миссия, поддерживать собственные дипломатические отношения, выдавать паспорта и вручать свои награды.
Обосновавшись еще в 1834 г. в особняке на виа Кондотти, 68 (в настоящее время помимо этого особняка ордену принадлежит также вилла на Авентинском холме там же в Риме), орден поднял над ним свой штандарт, который и сегодня развевается во дворе этого дома-государства. Обычно, когда говорят о самых маленьких странах мира, называют таких карликов, как Лихтенштейн и Сан-Марино, Монако и Андорра, Гибралтар и Ватикан. Но ни один научный источник или красочный путеводитель не упоминает о скромной резиденции в центре Рима, неподалеку от площади Испании. А между тем старинное палаццо с небольшой площадкой перед ним, где разноцветные каменные плиты образуют узор из мальтийского креста, по сути, является самым крошечным историческим анахронизмом, шагнувшим из феодально-лоскутной Европы в наши дни.
На фасаде здания в обрамлении лавровых ветвей — все тот же восьмиконечный крест. Он украшает и бронзовую доску, уведомляющую о том, кто является истинным владельцем здания и окружающей его территории. Благородная, чуть потемневшая от времени бронза резко контрастирует с ультрасовременными дорогими автомобилями, выстроившимися в ряд под окнами.
Здесь, на Кондотти, 68 помещаются резиденция великого магистра и правительство ордена, а также другие его центральные органы. Во главе ордена по-прежнему стоит великий магистр, избираемый пожизненно Большим государственным советом, который, в свою очередь, выбирается генеральным капитулом сроком на пять лет. В настоящее время великим магистром, 78-м по счету, является фра Эндрю Бэрти, избранный в апреле 1988 г. В Большой государственный совет входят великий командор, великий канцлер, госпитальер, хранитель общей казны (казначей), четыре советника, два заместителя советников и, конечно же, великий магистр, который выполняет роль главы государства. Ему подчиняются также юридический совет, палата финансов и специальные трибуналы.
Суверенный Мальтийский рыцарский орден состоит ныне из пяти приорств, трех субприорств и 35 «национальных ассоциаций», пришедших на смену бывшим языкам. О том, что корпорация рыцарей пользуется на Западе поддержкой определенных слоев, свидетельствуют хотя бы такие данные: еще в начале 70-х годов нашего столетия [XX в.] братство владело всего одним субприорством (число приорств оставалось неизменным) и насчитывало 28 национальных ассоциаций. Соответственно с тех пор увеличилось и количество членов ордена с 8 тыс. в 1971 г. до 10 тыс. ныне. В ордене представлены Европа, Америка, Австралия и Африка (в лице одного африканца).
Несмотря на кажущуюся разобщенность и бесконтрольность составных частей этого «государства» без территории и границ, правящая элита ордена цепко удерживает в руках все нити управления разношерстным братством. Национальные ассоциации внешне обладают определенной автономией. Президенты ассоциаций и их советники избираются рыцарями соответствующих национальностей и на первый взгляд подчиняются главе ордена лишь номинально. Однако они не могут вступить в должность до тех пор, пока их кандидатура не будет утверждена великим магистром и Большим государственным советом. Решения национальных ассоциаций должны проходить апробацию в центральных ведомствах, что дает возможность направлять их деятельность в нужном русле.
Великий магистр возглавляет и высший законодательный орган ордена — генеральный капитул. Он собирается один раз в пять лет или созывается на чрезвычайные сессии для решения важнейших вопросов по желанию великих приоров и регентов субприорств (различие между приорствами и субприорствами определяется количеством постоянно проживающих там рыцарей). Генеральный капитул включает членов Большого совета, великих приоров и регентов субприорств, двух рыцарей от каждого приорства и 12 президентов национальных ассоциаций из общего числа в 35.
Орден чрезвычайно гордится своим формальным суверенитетом и постоянно подчеркивает тот факт, что он — единственный из всех католических образований подобного рода сумел устоять перед жизненными бурями. Он чеканит свою монету — эскудо, которая делится на тари и граны, оседающие в коллекциях нумизматов, и выпускает марки, которые имеют законное хождение в трех странах: Нигерии, Аргентине и Сальвадоре. Одно время даже вставал вопрос о том, чтобы разрешить хождение этих марок также и на территории Италии, но идея успехом не увенчалась. Тираж, безусловно, ограничен, а потому каждая серия, не успев поступить в продажу, уже становится филателистической редкостью.
Преследуя коммерческие интересы (ведь и монеты, и марки — это известная статья дохода), орден не забывает создать рекламу своей истории. Так, все три серии марок, выпущенные к настоящему времени, посвящены его истории. Первая из них запечатлела наиболее выдающихся руководителей братства: Раймунда дю Пюи, превратившего обычную монашескую конгрегацию в мощное военно-духовное объединение; Филиппа Вилье де л'Иль-Адама, организовавшего мужественную, но безуспешную защиту Родоса от османов; и Жана Паризо де ла-Валлетта, отстоявшего Мальту от турецкого нашествия. Вторая серия повествует о четырех этапах развития ордена от его возникновения в Иерусалиме до обоснования в Риме. Третья представляет собой своего рода парад военных костюмов госпитальеров в различные века.
Но выпуск подобных нумизматических и филателистических курьезов — не главное занятие Мальтийского ордена. Сегодня он развил довольно бурную деятельность на международной арене и установил дипломатические отношения с 50 странами Западной Европы и Латинской Америки, в том числе с Францией, Италией, Испанией, Португалией, Сан-Марино, Ватиканом, Гаити, Аргентиной, Никарагуа и др. С некоторыми из них подписаны международные соглашения, с остальными — совершен обмен декларациями. Еще ряд стран, не имея официальных дипломатических отношений, поддерживает с орденом постоянные контакты. Наконец, следует добавить, что представители мальтийских рыцарей аккредитованы при ЮНЕСКО, Международном Комитете Красного Креста, Всемирной организации здравоохранения, Верховном комиссариате по вопросам беженцев при ООН и др.
Где-то в конце XIX в. среди подвластных римской курии сил произошло своего рода разделение труда: на долю ордена иезуитов, «мозгового треста» католической церкви, пришлась идеологическая и воспитательная работа, а госпитальерам досталась сфера милосердия, под лозунгом которой они выступали уже восемь столетий. При этом в отличие от первых мальтийские рыцари обладали одним важным преимуществом: в глазах рядовых католиков они были избавлены от одиозной репутации иезуитов, чье имя стало нарицательным для обозначения вероломства и коварства. Этим отчасти и объясняется та относительная легкость, с которой госпитальеры внедрялись в рабочую среду.
Мальтийский орден мало-помалу развертывает широкую деятельность на ниве благотворительности. В частности, госпитальеры создали целую сеть больниц, лечение в которых осуществляется бесплатно или за весьма умеренную плату. В одной Германии до первой мировой войны число лечебных заведений ордена доходило до 42, а медицинским обслуживанием было охвачено около 11 тыс. человек.
Безусловно, усилия госпитальеров в этой области снискали им расположение среди малоимущих слоев и послужили основой благополучия и дальнейшего развития ордена.
Воздействуя на религиозные чувства верующих, Мальтийский орден активно участвует во многих религиозных предприятиях, организуемых Ватиканом. К их числу можно, безусловно, отнести массовые паломничества верующих к «святым местам», в частности в Лурд, где, согласно легенде, находится чудодейственный источник, исцеляющий любые недуги.
Эти паломничества начались еще в 1858 г., когда полуграмотной и экзальтированной крестьянской девочке Бернадетте Субиру якобы явилась пресвятая богородица, указавшая на целебные свойства местных вод и обещавшая свою благосклонную помощь всем, кто искренне и глубоко верит в бога. Через несколько лет в Лурд хлынул поток жаждующих исцеления.
Во время этих паломничеств среди моря отчаяния и страстной веры в избавление можно видеть людей, одетых в хорошо знакомую нам черную форму с белым восьмиконечным крестом на груди. Тем же крестом украшены палатки и одеяла для больных. Символ Мальтийского ордена встречается в Лурде на каждом шагу. Госпитальеры снаряжают сюда целый контингент медсестер и санитаров, а также посылают в Лурд несколько сот человек бесплатно. Особенно активно участвуют в лурдских богомольях французский и швейцарский филиалы ордена.
Как уже отмечалось, именно в Лурде (что само по себе глубоко символично) собираются госпитальеры на собственную ежегодную мессу. Проходит она в главном соборе города — подземной базилике, названной в честь Пия X, причисленного к лику святых.
Следует иметь в виду, что за помощью в учреждения госпитальеров чаще всего обращаются люди, попавшие в безвыходное отчаянное положение, потерявшие работу, а зачастую дом и семью, что облегчает проповедникам в белых халатах их миссию. Широкомасштабная благотворительная деятельность ордена снискала ему в мире репутацию церковного Красного Креста. Его материальная база для работы среди населения западных стран весьма обширна. Орден действует как на уровне национальных ассоциаций, так и в международном масштабе. Во многих государствах, где существуют отделения Мальтийского ордена, были созданы службы медицинской помощи и помощи пострадавшим от несчастных случаев и катастроф. Ими охвачены Италия, Испания, Ирландия, ФРГ, Австрия, Канада и Англия.
В Федеративной Республике Германии сеть так называемой «Мальтийской службы помощи» (МСП) развернута особенно широко. МСП принадлежат санитарные машины, машины скорой помощи, полевые кухни, санитарные палатки, другое необходимое оборудование. Сегодня она насчитывает 27 тыс. членов, а благодаря специальным курсам ей удается ежегодно подготовить еще несколько тысяч специалистов по неотложной помощи, многие из которых работают на добровольных началах или за умеренную плату. Безусловно, далеко не все они — члены ордена; можно даже смело утверждать, что среди медицинских работников этих учреждений действительных членов ордена единицы. Наименование же «мальтийские» они получают в силу того, что их организует и финансирует орден госпитальеров.
Аналогичная служба существует и во Франции, где орден располагает значительным медицинским корпусом. МСП организует неотложную помощь, специализируясь при этом на респираторных заболеваниях, для чего у нее имеются свой парк реанимационных автомобилей и соответствующие лечебные учреждения. Ей принадлежит ряд лабораторий. Руководит всей деятельностью медицинского корпуса, как и распределением социальных средств из фонда помощи нуждающимся, ассоциация «Благотворительные учреждения французских госпитальеров Мальтийского ордена», в которую входит 250 тыс. членов, т.е. половина от всех добровольцев ордена в мире (500 тыс.). Для сравнения укажем, что число непосредственно членов Мальтийского ордена во Франции составляет всего 310 человек.
Не забывают госпитальеры и о своем прошлом, в память о котором они создали службу скорой помощи на Мальте. Эта служба носит название «SOS Мальта» и занимается первой медицинской помощью на дому и доставкой больных в клиники. Она пользуется покровительством местной католической церкви, чьи позиции на Мальте очень сильны.
Еще одной страной, где подобная служба была создана сравнительно недавно (в 1974 г.), является Швейцария. Собственно говоря, сам филиал Мальтийского ордена здесь появился в 1960 г. и сейчас насчитывает 52 члена. Название швейцарского филиала — «Гельветская ассоциация Суверенного Мальтийского рыцарского ордена», а учрежденная им благотворительная организация получила наименование «Мальтийская госпитальная служба» (МГС). Образование еще одного филиала ордена в Европе его руководство рассматривает как одно из наиболее значительных достижений за последний период.
МГС в Швейцарии как самая молодая служба подобного рода включает всего 80 человек, но они пытаются наладить активную работу и привлечь для этой цели добровольцев. В отличие от других стран Мальтийская госпитальная служба в Швейцарии не делает различия между католиками и протестантами, принимая в свои ряды всех желающих помочь. Целью организации является забота о больных пожилого возраста, инвалидах, паломниках и жертвах природных катастроф. Во главе МГС стоит мальтийский «рыцарь» Андраш де Каллаи.
Члены МГС посещают инвалидов, одиноких, больных и нуждающихся людей, предоставляют для их перевозки личный автотранспорт, сопровождают верующих к местам паломничества, в частности в Лурд. Несмотря на свою малочисленность, швейцарская МГС участвует в международных акциях, например в организации помощи пострадавшим от землетрясения в Южной Италии в 1980 г. и жертвам войны в Ливане.
Так, в 1970–1980-х годах госпитальеры проявили заботу о пострадавших от землетрясений в Бухаресте и Агадире, в Сицилии и во Фриули, от разрушительных наводнений в Индии и Пакистане, от жестокой засухи в Сахеле, куда орден направил продукты питания, лекарства, добровольцев. Они до сих пор помогают беженцам из Никарагуа, Анголы и Камбоджи, по различным причинам покинувшим свою родину.
Но не всегда и не во всем деятельность госпитальеров носит столь благородный характер. Прикрываясь своей формальной независимостью и нейтралитетом, которого он якобы придерживается со времен Мальты, орден взялся решать «наднациональные задачи», которые на практике позволяли ему активно содействовать там, куда организациям с более ярко выраженной политической окраской вход был заказан. Эта тенденция четко просматривается на примере его отношения к странам Восточной Европы.
Мальтийский орден и сегодня числит среди своих рыцарей поляков, венгров, чехов и румын. Упоминание соответствующих национальных ассоциаций в документах ордена неизменно сопровождается примечанием: «Члены ассоциации действуют в изгнании и сотрудничают со своими братьями в тех странах, где они сосредоточены». Не случайно и в наши дни продолжаются исторические изыскания с целью доказать незыблемость прав рыцарей на земли и влияние в восточноевропейских странах, выпускаются апологетические издания, воспевающие их деятельность на ниве защиты «христианской цивилизации».
Хотелось бы в качестве примера подобных изданий привести брошюру «Госпитальеры и Венгрия», выпущенную в 1970 г. Вначале следует пространный экскурс в историю, подтверждающий древний характер связи между орденом и венграми. Упоминается, в частности, тот факт, что еще в XI в. поток венгерских паломников в Палестину принял такой размах, что специально для них в Иерусалиме был создан странноприимный дом. В 1135 г. появляется уже и письменное подтверждение контактов иоаннитов с венгерскими рыцарями, которые с разрешения великого магистра Раймунда дю Пюи открыли свой госпиталь.
Параллельно в Венгрии образуется первая орденская провинция — командорство «Альба Регия», время расцвета которой приходится на XIV в. На рубеже XIII–XIV столетий, когда венгерское государство переживало трудный период междоусобиц, иоанниты активно вмешиваются в династические конфликты и оказывают помощь одержавшему победу Карлу Роберту (1308–1342) из неаполитанского королевского рода. Естественно, что благодарный монарх одаривает рыцарей-монахов многочисленными привилегиями и поместьями. Ту же политику по отношению к ордену продолжали и его преемники, при которых госпитальеры неоднократно участвовали в боевых действиях против турок.
Далее в статье обстоятельно перечисляются имена королей, владетельных сеньоров и знатных рыцарей — членов ордена, чьи действия так или иначе связаны с Венгрией. Естественно, что вы нигде не найдете и намека на то, что иоанниты, будучи крупнейшими феодалами, совместно с другими венгерскими земельными магнатами-крепостниками жестоко угнетали местное крестьянство, выжимая из него все соки. Не увидите вы и упоминания о том, что доведенные до крайнего отчаяния крестьяне поднялись на войну против своих истязателей (1514 г.), а «христианские защитники неимущих и слабых» были в первых рядах тех, кто безжалостно подавил это восстание.
В 1636 г. иоанниты легкомысленно продали командорство ордену иезуитов. Восстановить утерянное в Венгрии им удалось только после первой мировой войны: в 1924 г. они создали протестантское «Венгерское товарищество ордена иоаннитов» и в 1928 г. — католическую «Ассоциацию венгерских мальтийских рыцарей». Братство настолько обрадовалось, что в 1938 г. по случаю десятилетнего юбилея этого события и 800-летия со дня основания первой орденской провинции в Венгрии созвало в Будапеште Международный Мальтийский конгресс с участием великого магистра, всех великих приоров и представителей национальных ассоциаций.
Однако праздник на улице госпитальеров продолжался недолго. В 1945 г. и рыцари-католики, и рыцари-протестанты вынуждены были покинуть страну.
В настоящее время и протестантское и католическое ответвление имеют по 100 членов, а Венгерская ассоциация даже открыла свои филиалы в соединенных Штатах Америки и Федеративной Республика Германии, где в основном осели венгерские эмигранты.
Заканчивая свой панегирик в адрес венгерских «братьев», пересказанное нами вкратце исследование делает весьма характерное замечание: «Сколько бы ни объявляли, что венгерских орденских провинций более не существует, они всякий раз возрождаются из пепла и вновь приступают к выполнению двух главных функций — милосердие и борьба с неверными».
Следует обратить особое внимание на последние слова. Кого, интересно, авторы причисляют в сегодняшнем мире к «неверным»? Уж не думают ли они всерьез отправиться на Ближний Восток или на завоевание Турции, давно уже поддерживающей добрососедские отношения с окружающими странами? А может быть, им все еще грезятся Родос или Мальта? Вовсе нет.
В наши дни подобные романтические иллюзии могут прийти в голову разве что современному Дон Кихоту, начитавшемуся рыцарских романов. А госпитальеров, несмотря на их средневековые одежды и страсть к ритуалам, к таковым никак не отнесешь.
Мальтийский орден ведет борьбу прежде всего против марксистской идеологии. Однако борьба эта ведется косвенно, без громких деклараций и шумных кампаний, путем повседневной, внешне незаметной, но умело налаженной и кропотливой пропаганды. В условиях, когда, как писала солидная английская буржуазная газета «Гардиан», «сами церкви (имеются в виду все христианские вероучения. — Р. П.) переживают кризис, который усугубляется внутренними разногласиями и расколом», немногочисленный, но сплоченный коллектив, каковым предстают госпитальеры, особенно высоко ценится теми кругами капиталистических стран, которые стоят на правых и крайне правых позициях.
Говоря о единстве ордена в противовес возникшим разногласиям в католической церкви, не следует забывать, что он тоже пережил «великий раскол», начавшийся в эпоху Реформации, и фактически также состоит из двух частей: католической и протестантской (евангелической). Но преимущество его состоит в том, что и та и другая ветви ныне действуют в полном согласии. Координируя свои усилия почти во всех акциях, они организационно являются разными системами.
Католическая ветвь, считающая себя прямым продолжателем традиции того ордена, что возник в Палестине для борьбы с врагами римской церкви, ныне именует себя госпитальерами, а протестантская, также настаивающая на древней родословной, — иоаннитами. Поэтому ведя речь об ордене сегодня, употреблять термин «иоанниты», как это делают советские издания начиная от Большой Советской Энциклопедии и кончая немногочисленными публикациями на эту тему, представляется не совсем правильным. В самом ордене и во всех странах, где он существует или функционирует, термины «госпитальеры» и «иоанниты» выражают ныне различные понятия, различные явления, у которых некогда был единый корень.
Как же стало возможным само понятие «протестантские иоанниты», если, как объявлялось официально Мальтийским орденом, его первейшей задачей была решительная война со всеми отклонениями от истинной (читай — римско-католической) веры? Начало такой ситуации положил беспокойный бальяж Бранденбург, входивший до XIV в. в состав языка Германии. Уже в 1309 г. рыцари этого бальяжа отказались повиноваться великому магистру Фульку де Вилларэ под тем предлогом, что последний злоупотреблял своей властью. Однако конфликт кое-как удалось погасить, и формально бальяж Бранденбург продолжал оставаться частью ордена госпитальеров.
Окончательное отделение новой ветви произошло в 1540 г., когда бранденбургский курфюрст Иоахим II Гогенцоллерн присоединился к Реформации и принял рыцарей под свое покровительство. Но коварных и хитрых Гогенцоллернов трудно было заподозрить в бескорыстном поведении, что вскоре и подтвердилось: покровительство над бывшим бальяжем вылилось в его прямое подчинение курфюрстам (ставшим позднее королями Пруссии).
В 1810 г. Прусский орден иоаннитов был распущен королевским эдиктом о секуляризации, но уже через два года возродился под именем «Благородное сообщество», куда принимались только отпрыски аристократических семейств. В 1852 г. сообщество вновь переименовано в Прусский орден иоаннитов. В 1949 г. сразу же после образования Федеративной Республики Германии орден иоаннитов был признан государством. Резиденция ордена находится в г. Роландсек, а во главе его с 1958 г. стоит магистр (херренмайстер) Вильгельм Карл Гогенцоллерн, который является не кем-нибудь, а князем, потомком германского кайзера. Ордену иоаннитов в ФРГ, иначе по-прежнему именуемому «бальяж Брандербург» и насчитывающему 2,5 тыс. членов, принадлежат еще три бальяжа — в Финляндии, Швейцарии и Франции, а также упоминавшееся выше «Венгерское товарищество».
Как и для их собратьев-госпитальеров, важной стороной деятельности иоаннитов является оказание медицинской помощи населению, организация учебных заведений по уходу за больными, другие благотворительные дела. В ФРГ им принадлежат больницы, дома для престарелых и приюты, учреждения для оказания помощи при несчастных случаях, санитарная служба с филиалами в Австрии и Юго-Западной Африке, организация по осуществлению социальной помощи. Кроме того, в ФРГ у них имеются школы медицинских сестер, или, как они официально называются, сестер-иоанниток.
Еще одной отпочковавшейся ветвью является орден св. Иоанна (иоаннитов) в Великобритании, также претерпевший многочисленные изменения. Отношения всего братства с его английскими коллегами не носили того непредсказуемого характера, как это было с бальяжем Бранденбург, но судьбы обеих ветвей в дальнейшем сложились более или менее похоже. Насчитывавший тогда 120 рыцарей (мы уже говорили, что подобные цифры не должны никого удивлять, по тем временам такой отряд — сила довольно внушительная), орден был запрещен эдиктом Генриха VIII в 1540 г. (о причинах такого шага рассказывалось в предыдущей главе).
Гораздо интереснее другое. В 1553 г. на престол взошла дочь Генриха VIII — Мария I Тюдор. Рьяная католичка, особенно заботившаяся о союзе с католической Испанией, наследник престола которой состоял с ней в браке, и о расширении британских заморских владений за счет Франции, она восстановила в стране (на короткое время) католицизм, а вместе с ним вернула к жизни и все католические ордены. Получил прежние права и орден госпиталя св. Иоанна Иерусалимского.
За услуги нужно платить, и английские иоанниты активно включились в развязанные Марией чудовищные репрессии против сторонников Реформации (за что она и удостоилась прозвища Кровавая). История не заклеймила рыцарей подобной позорной кличкой, но она все же довольно скоро отомстила им: по смерти королевы орден был распущен, лишен всего своего состояния, а рыцарям, не пожелавшим перейти в англиканство и уехавшим на Мальту, запрещался въезд в Англию.
С тех пор в течение трех с половиной веков до конца XIX в. на острове знать не знали ни о каком Мальтийском ордене, и если имя его и упоминалось в документах правительства или в парламенте, так только в связи с тем, как удержать принадлежавшую госпитальерам Мальту за Великобританией. Так продолжалось до 1888 г., пока еще одна английская королева — Виктория не восстановила орден. И пусть организационно британские иоанниты не вошли в Мальтийский орден и не подчиняются великому магистру — духовное родство они сохранили и проводят ту же политику, что их собратья из католической ветви.
Орден св. Иоанна в Британском Королевстве, а именно таково его полное название, тоже выступает в качестве общества милосердия. Он обладает своими больницами, готовит персонал для госпиталей, в том числе не входящих в его ведение, участвует в организации службы скорой помощи, заботится о престарелых. Он выпускает собственную медаль «За спасение жизни», которой награждает своих сотрудников и особо отличившихся медицинских работников в стране.
Орден имеет филиалы в некоторых бывших владениях Британской империи, в частности в Австралии и Канаде. Основы деятельности рыцарей в Канаде были заложены еще в XVII в. Мальтийским орденом, французские члены которого управляли некоторыми колониями Франции в Северной Америке. Сохранились руины их замков, в частности в г. Квебеке, где во время реставрационных работ обнаружили камень из кладки стены с мальтийским крестом и датой «1758 г.». Как обычно в местах своего пребывания, госпитальеры открыли здесь клинику, а в 1885 г. — первые курсы по оказанию неотложной помощи.
Несколько позже, в самом конце XIX в., орден св. Иоанна в Британском Королевстве приступил к организации службы скорой помощи, действовавшей в 12 городах. В 1912 г. было образовано отделение сестер-иоанниток, которые особенно отличились в годы второй мировой войны, ухаживая за больными и ранеными, поступавшими в Канаду из Европы. Одновременно они участвовали в работе так называемой Канадской бригады в Англии и Шотландии. Характерно, что, провозгласив своим основным принципом «национальный и нейтральный статус», канадский филиал ордена оказывал медицинские услуги не только в странах антигитлеровской коалиции. Например, около двадцати иоаннитов-добровольцев служили водителями санитарных машин на территории оккупированных нацистами Франции и Бельгии, а также в самой гитлеровской Германии.
В настоящее время служба скорой помощи иоаннитов (ССПИ) в Канаде оказывает значительную поддержку государственной программе здравоохранения и является одним из немногих заведений, где канадцы могут воспользоваться медицинским обслуживанием за низкую плату или бесплатно. Ежегодно к ее услугам прибегает около 200 тыс. человек. Помощь оказывается высококвалифицированным персоналом, насчитывающим 13 тыс. человек (сюда входят и члены ордена, и добровольцы).
Помимо лечебных функций в задачу ССПИ входит также воспитательная работа среди населения. К ней относятся различного рода курсы по оказанию первой помощи на дому силами самих жителей. Интересно отметить, что необходимость развертывания подобных курсов объясняется прежде всего резким ростом платы за медицинское обслуживание в последние годы, приведшим к тому, что многие канадцы просто не в состоянии позволить себе обратиться к врачу. В этой связи служба скорой помощи иоаннитов предлагает желающим овладеть самим хотя бы начальными навыками ухода за больными. Работает она в тесном сотрудничестве с Канадским обществом Красного Креста.
Кроме школ неотложной помощи иоанниты открыли курсы по уходу за престарелыми, которым особенно туго приходится в связи с ростом дороговизны жизни. Канадское правительство посчитало осуществление этой программы настолько важным, что выделило специально 1,8 млн. канадских долларов на ее развитие. Аналогичные курсы организуются и по теме оказания помощи на дому детям дошкольного возраста. Определенный цикл занятий записан на видеокассеты, к которым прилагается детальная инструкция.
Еще одним профилем работы ССПИ является медицинская помощь при несчастных случаях и катастрофах. В этом вопросе ей помогает также созданная орденом иоаннитов Канадская бригада св. Иоанна, в которую входит более 14,5 тыс. человек. Все они работают на добровольных началах и обязательно проходят курс по оказанию первой помощи. Бригада св. Иоанна обслуживает спортивные мероприятия, митинги и собрания, где происходят скопления большого количества народа. Она же несет ответственность за организацию спасательной службы на северо-западе страны. Наконец, в ее ведении находится и так называемая программа глазных тестов, которой они пытаются охватить всех лиц престарелого возраста в Канаде.
Кстати говоря, заболевания, связанные со зрением, являются как бы специализацией ордена иоаннитов, как, скажем, борьба с проказой — одна из ведущих задач Мальтийского ордена. На попечении всех национальных орденов св. Иоанна находится глазной госпиталь в Иерусалиме, благосостоянию которого ими придается первостепенное значение.
Ордены иоаннитов в Голландии и Швеции также являются самостоятельными объединениями, оказывающими посильную помощь в деле налаживания системы здравоохранения в своих государствах. Формально они свободны от какой-либо опеки со стороны «старшего брата» из Рима, но в нужный момент могут быть мобилизованы для выполнения необходимых функций так же, как их аналоги в ФРГ и Англии. Обязательства их продиктованы не законами и не юридическими нормами, а общностью стоящих задач; ведь религиозные различия между католиками и протестантами сегодня мало кого волнуют.
Все четыре протестантских братства решили с целью укрепления своих позиций заключить союз, получивший наименование Альянс ордена иоаннитов. Он был создан в 1961 г. и с тех пор регулярно собирается на свои заседания, с тем чтобы его члены могли координировать свои действия. Возглавляет его в настоящее время швейцарец Фернанд Ольтрамаре.
Кстати говоря, небольшое по сравнению с другими швейцарское командорство ордена иоаннитов (всего 78 человек) развернуло довольно основательную благотворительную деятельность, включив в сферу своих особых забот наркологическую службу и работу с бывшими заключенными, нуждающимися в материальной помощи. Руководит ее работой командор Винсент фон Зиннер. Командорство является двуязычным и состоит из трех немецко-швейцарских (Базель, Берн и Цюрих) и трех франко-швейцарских (Женева, Ноенбург, Ваадт) субкомандорств.
Рыцари-иоанниты сохранили прежнюю форму ордена госпитальеров — черные одеяния с белым полотняным крестом на левой стороне груди. Но это не единственное, что указывает на заметную близость официально самостоятельных орденов. В качестве доказательства можно привести лозунг или девиз, под которым действует протестантский Альянс: «Бороться против врагов Христовых и служить людям в болезни и нужде».
Источником денежных ресурсов и у иоаннитов, и у госпитальеров служат доходы от недвижимого имущества, которое принадлежит ордену в различных странах; только в Италии у него есть земли в Эмилии, Марке, Лацио, Фриули (где, кстати, в имении Кастелло ди Рокка Бернарда братья производят вино «пиккомет», пользующееся большим спросом на рынке). Активно участвуют госпитальеры и в банковских операциях, торговле земельными участками, виллами, жилыми комплексами, как, например, в Уругвае, Аргентине и других местах. Братство получает проценты с капитала, вложенного в промышленные предприятия, а также средства от многочисленных пожертвований от церковных и общественных организаций и частных лиц. В пользу ордена проводятся благотворительные концерты и выставки, распродажи и выступления театральных коллективов.
Большим подспорьем для ордена является и то, что на службе у него состоят сотни тысяч добровольцев, безвозмездно работающих в его лечебных учреждениях и благотворительных организациях. Конечно многие из них искренне верят в высокую миссию рыцарского объединения, хотя и не становятся автоматически его членами. От них не требуют ухода из светской жизни, принятия обетов «послушания, целомудрия и бедности», пожизненного пребывания в медицинском корпусе. Все это создает значительные возможности для привлечения нового пополнения в филантропические органы орденских организаций и расширяет социальную базу их влияния.
Значительная работа, проводимая Мальтийским орденом и иоаннитами на ниве благотворительности и милосердия, не должна, впрочем, скрывать от нас того факта, что определенная группа лиц внутри рыцарских корпораций использует эту широко известную деятельность братства в качестве ширмы для осуществления своих отнюдь не рыцарских операций. Но об этом — в следующей главе.