Кимелев Ю. Полякова Т. Наука и религия

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 2. Христианство и наука в Западной Европе эпохи средневековья

Оформление схоластической натурфилософии

XI—XII века были эпохой культурного обновления Европы. В эту же эпоху оформляется схоластическая философия средневековья, представляющая собой синтез различных компонентов античной философии на основе христианского мировоззрения.

Схоластическая философия понималась в общем как «рациональное исследование последней реальности, а также наиболее фундаментальных причин и принципов вещей». Такое понимание философии не только проявляется непосредственно в философской деятельности средневековых мыслителей, но и оформляется как эксплицитное определение философии. Эти представления о философии связаны с убеждением, что существует независимая от человеческого духа реальность, образующая основу всех явлений и в принципе постижимая до определенных пределов.

Вся схоластическая философия отчетливо демонстрирует преемственность с античностью. Однако мы не разделяем взгляды тех, кто считает ее всего лишь непосредственным продолжением или воспроизведением античной философии. Такие взгляды, по сути дела, отрицают оригинальную философскую деятельность в средневековье.

Схоластическая философия отказалась в основном от символического менталитета и обратилась к рациональным методам познания. Однако при всем том характер этой рациональности определялся общими религиознотеологпческими установками.

С Х века наблюдается пробуждение интереса к диалектике. Основой рационального познания становится диалектика, это и означает появление нового мышления, отличного от символического.

Крупнейшими представителями диалектики были Ансельм из Безаты (родился в 1000) и Беренгарий Турский (умер в 1088). Основой их философии стали логические произведения Аристотеля, прежде всего «Категории», а также комментарии Боэция к «Введению» Порфирия и логическим работам Аристотеля.

Историко-культурный контекст формирования средневековой философии был бы неполным и это не позволило бы нам понять особенности средневековой философии, суть её взаимоотношений с официальной религиозной идеологией, и в частности непосредственный предмет нашего внимания в данном параграфе но был бы до конца понятен, если бы мы не коснулись вкратце довольно сложного вопроса истории философии, а именно, вопроса о формировании двух течений — номинализма и реализма,— которые породили споры, в стороне от коих не мог остаться ни один философ и теолог. Итак, в XI— XII вв. возникла дискуссия между сторонниками реализма и номинализма. Сторонники реализма, которых возглавлял Ансельм Кентерберийский, утверждали, что общие понятия (универсалии) существуют самостоятельно и предшествуют существованию единичных вещей.

Сторонники номинализма, напротив, считали, что действительным объективным существованием обладают только единичные вещи, а общие понятия — лишь имена (nomina). Во главе номиналистов стоял Росцелин (ок. 1050 — ок. 1120). Позицию Росцелина можно назвать крайней номиналистической позицией, ибо он вообще объявил общие понятия всего лишь «звуками голоса». Значительно более умеренным номиналистом был Пьер Абеляр (1079—1142). Его умеренный номинализм, согласно которому общие понятия имеют объективное существование как производные человеческого ума, получил название концептуализма и оказался чрезвычайно жизнеспособной философской позицией. «Историческая заслуга Абеляра в истории западноевропейской философии средневековья состоит в том, что он, ориентируясь на Аристотеля, выделил сферу чувственного познания, отличая его от познания собственно умственного, интеллектуального. При этом в качестве номиналиста Абеляр подчеркнул, что человеческое знание есть знание о единичных вещах, которым только и принадлежит реальное существование. Именно в процессе чувственного познания и возникают универсалии, общие понятия, выражаемые в словах, имеющих определенное значение, тот или иной смысл». Соколов В. В. Средневековая философия. Концептуализм явился той философской платформой, на основе которой совершался поворот к внешнему природному миру, к бытию единичных вещей.

Пьер Абеляр признавал зависимость природы от бога. В момент творения природе была дана богом сила, посредством которой в течение шести дней были созданы все вещи и задана способность к развитию и увеличению. Абеляр уверен, что этот мир — лучший из всех возможных, поскольку он обнаруживает соответствие и схожесть между создателем и его творением. Мир рационален, эта рациональность проистекает от бога, ею одинаково наделены и природа и человек. Подобно природе человек обладает разумом и руководствуется им в форме естественного закона. Посредством этого естественного закона человек может постигнуть бога в творении и различать добро и зло. Подчеркивая сходство закона откровения и закона природы, Абеляр пытается искать «след» бога в совершенстве и рациональности природы, а также в божественно данном человеку разуме. Этому понятию рационального естественного закона, которому подчинена природа и которым руководствуется в своих познании и деятельности человек, суждено было сыграть громадную роль в становлении новой европейской науки.

Новая философия природы появляется у представителей Шартрской школы.

Шартрская школа была основана в конце Х в. Фульбером — учеником знаменитого Герберта, архиепископа Реймса, а затем папы Сильвестра II, изучавшего арабо-язычную науку в Толедо и принесшего эти знания на латинский Запад. Фульбер, так же как и его учитель, был знатоком арабо-исламской науки, которая при его посредничестве стала одним из теоретических оснований натурфилософии Шартра.

Основными источниками натурфилософии Шартрской школы послужили платоновский диалог «Тимей», а также библейская Книга Бытия. Наряду с ними использовались и произведения Сенеки, Боэция, Макробия, Августина и Беды Достопочтенного, и, кроме того, введенные к этому времени в научный оборот естественнонаучные, математические и астрономические произведения античной и арабо-исламской науки, логические работы Аристотеля. Определенный отклик нашли и атомистические воззрения Демокрита, Эпикура и Лукреция.

Гносеологическим основанием натурфилософии Шартра послужили взгляды Жильбера де ля Порре (1076— 1154), стоявшего на позициях умеренного реализма аристотелевского типа. Для него идеи — это начала, существующие в единичных вещах, а не в божественном уме. Они-то и образуют ту объективную основу, которая позволяет познающему уму в процессе абстрагирования от частностей создавать общие понятия. Процесс абстрагирования неотделим от опыта, поэтому знание носит опытно-индуктивный характер. Оно объективно и обоснованно. Гарантом его объективности служит то, что идеи имеют объективное онтологическое существование в вещах.

Период расцвета натурфилософии Шартрской школы приходится на XII в. и связан с именами Бернара Шартрского (ум. 1130), Жильбера де ля Порре, Теодорика Тьерри (ум. 1155), Гильома из Конша (1080—1145), Иоанна Солсберийского (1115—1180), Аделарда из Вата, Алана Лилльского (ум. 1202), Бернарда Сильвестра (ум. 1167). Именно этими выдающимися представителями философской мысли XII столетия была создана совершенно новая концепция природы.

Против символического менталитета выступают в XII в., например, Гильом из Конша и Аделард из Бата. В «Философии мира» и в «Драгматиконе» Гильом отвергает объяснение мира, основывающееся исключительно на чудотворной воле бога, и требует признания за природой ее «собственного содержания». Это представление получает у него четкие очертания при натуралистическом объяснении библейского рассказа о сотворении Евы, опирающемся на элементы платоновско-стоической космологии. Аделард из Бата утверждает законность физического знания, он выходит за пределы традиционного культурного горизонта европейских школ посредством ознакомления с новыми научными теориями, почерпнутыми у греков и арабов.

Процесс формирования новой идеи природы происходил под влиянием практически всех античных космологий. В первую очередь это относится к космологической концепции «Тимея» и стоиков. Влияние платонизма и стоицизма чувствуется во всей натурфилософии XII в. и прежде всего проявляется в концепции космоса как живого организма, наделенного душой, которая реализует и гарантирует гармонию целого. Было бы трудно понять новую идею природы без учета ее связи с идеей души мира, которая истолковывается в XI—XII вв. не только

как выражение воли божьей, управляющей миром, но и как подлинная естественная сила. В самом начале XII в. Шартр демонстрирует возрождение попыток объяснить универсум в терминах естественных причин, создаются натурфилософские космологические построения.

Тьерри Шартрский попытался дать рациональное объяснение творению, заявил, что для понимания Книги Бытия необходим интеллектуальный навык, формируемый изучением квадривия, прежде всего знанием математики, которая лежит в основе всякого рационального знания. Тьерри интерпретировал рассказ о творении в том смысле, что в самом начале бог создал пространство или хаос, который для Платона был предсуществующим и из которого демиург создал материальный мир в соответствии с предсуществующими вечными формами. У Августина демиург был заменен христианским богом-творцом, а формы, придаваемые демиургом материальному миру, превратились в отражение вечных идей, существующих в уме бога.

В платоновском «Тимее» четыре элемента, из которых сотворены все вещи — земля, вода, воздух и огонь,— состоят из малых невидимых частиц. При этом каждый элемент состоит из частиц, имеющих определенную геометрическую форму, эти-то геометрические формы и упорядочивает демиург, созидая мир из хаоса. Упорядоченный мир представляет собой систему концентрических сфер, в центре которых находится земля, затем располагается вода, затем воздух и огонь. Пространство, занимаемое воздухом, простирается до сферы Луны, пространство огня — от сферы Луны до сферы неподвижных звезд, включая, таким образом, все планетные сферы.

Согласно Тьерри огонь выпаривает часть вод на поверхность земли и поднимает их к небесному своду, отделяя, таким образом, воды, которые под небесным сводом, от вод, которые над небесным сводом. Такое уменьшение в количестве вод, покрывающих центральную сферу Земли, приводит к появлению сухой земли. Теплота воздуха и влажность земли порождают растения. Звезды образованы как конгломерации, скопления вод, которые над небесным сводом. Тепло, вырабатываемое в результате их последовательного движения, приводит к появлению птиц и рыб из земных вод, а животных — из самой земли.

Движение небесных тел объясняется тем, что универсум, будучи сферическим, обладает свойством равномерного кругового движения вокруг фиксированного центра. Семь сфер с соответствующими семью планетами — Луной, Солнцем, Венерой, Меркурием, Марсом, Юпитером и Сатурном — вращаются с различной скоростью, как это можно наблюдать. Каждая из этих сфер обладает своей собственной интеллигенцией, или душой, которая является источником движения.

Влияние «Тимея» определило и систему физических представлений шартрцев. Они отрицали пустоту, пространство — это полнота, «пленум» у шартрцев. В соответствии с этими представлениями движение может иметь место только если одно тело вытесняет другое, т. е. будет иметь место нечто вроде водоворота тел. Падение и поднятие тел объясняется стремлением тел одинаковой природы соединиться друг с другом. Непосредственно с «Тимеем» связана также вера в неразрушимость материи и объяснение свойств элементов в терминах движения частиц, обладающих различной скоростью движения и различной твердостью. Различные качества тел объяснялись собственными их качествами, зависящими от их внутренней структуры. Гильом из Конша развил даже натурфилософскую атомистическую концепцию, основанную на комбинации идей Платона и Лукреция.

Платоновские и стоические космологические идеи видны также и в космологических построениях Бернара Сильвестра в его поэме «О всеобщности мира, или большой и малый мир». Так же как у Тьерри, у Бернара Сильвестра мир созидается в соответствии с божественными идеями-архетипами не из ничего, а из хаоса — бесформенной и неупорядоченной материи. Непосредственно из бога эманирует логос, содержащий божественные идеи в виде вечных форм вещей. Из Логоса появляется Мировая душа, она и преобразует хаос в упорядоченную мировую структуру. Процесс творения или упорядочивания начинается с появления четырех элементов и заканчивается появлением человека.

Натурфилософия Шартрской школы не могла не породить и породила оппозицию со стороны клерикальных кругов, крупнейшим идеологом которых в XII в. был Бернар Клервосский (1091—1153). Однако в общей культурной атмосфере эпохи настолько явно присутствовало стремление к знанию, к общему культурному обновлению, что изгнать его было уже невозможно.

Это стремление к знанию присутствует даже у сторонников старого символического подхода, в том числе у платонизирующих мистиков, таких, как представители Сен-Викторской школы. Их символизм опирается уже не на подобия и аналогии между чувственной и интеллигибельной реальностью, а на саму структуру чувственного, в которой реализуется и проявляется интеллигибельное. Так, например, у Гуго Сен-Викторского (1096—1141) природа рассматривается не только как символ; для него природа обладает собственной реальностью. Термин «природа» имеет три значения: 1) архетип, образец всех вещей, находящийся в божественном духе; 2) то, что делает каждую вещь той или иной, отличной от других; 3) оформляющий огонь. Кроме того, термин «природа» означает не только сущность каждой вещи, но и совокупность сотворенных вещей, т. е. мир.

У знаменитой аббатисы Ильдегарды из Бингена личный мистический опыт вступает в сочетание с самыми разнообразными элементами арабской физической науки. Это напоминает об общем культурном фоне шартрцев.

Следует упомянуть и характерное для культуры XII в. признание ценности языческой античной этики как наиболее адекватного выражения закона природы, «записанного» богом в самом порядке творения. Это связано не только с новым поворотом в судьбе античного наследия, но и с более общим «открытием природы». Даже Сократ «вписывается» в натурфилософские рассуждения. Комментарии XII в. к диалогу Платона «Тимей» свидетельствуют о том, что средневековые мыслители уловили связь между «прологом на небесах», содержащимся в космологической концепции «Тимея», и моральными воззрениями Платона. Предметом этой концепции, по их разумению, является естественная справедливость или сотворение мира.

Юристы и канонисты восстанавливают стоическую доктрину естественного права. Начинается дифференциация естественного и божественного права. Природа, понимаемая как сила, устрояющая связь творения, как сотрудница богов, становится также принципом достойного человеческого действия. Особенно четко это проявляется у Алана Лилльского, творчество которого отражало все различные смыслы, вкладывавшиеся в идею природы в XII в. Новая реальность, которую натурализм XII в. открыл посредством обращения к платоническим, стоическим и перипатетическим источникам, проявлялась таким образом во всей своей полноте. Новое понимание природы свидетельствовало об отходе от аллегорического и символического истолкования природы. Это было, по существу, открытием ценности земной и «профанной» реальности. Открытие это изменило и характер познавательного отношения человека к миру. Родилась «философия мира» как новая глава в истории европейской культуры.