Берн Э. Введение в психиатрию и психоанализ для непосвященных

ОГЛАВЛЕНИЕ

Часть 1. Нормальное разбитие

Глава II. Что люди пытаются делать

3. Каковы самые мощные стремления?

Два самых мощных стремления человека -- это стремление к созиданию и
стремление к разрушению. Из стремления к созиданию возникают любовь,
великодушие и щедрость, пылкое произведение потомства и радостное
творчество. Напряжение, толкающее человека к этим конструктивным целям, мы
будем называть либидо [От лат. libido -- вожделение, похоть. (Прим.
перев.)]; важнейшая его функция -- обеспечить продолжение человеческого
рода. Стремление к уничтожению приводит в действие вражду и ненависть,
слепой гнев и жуткие наслаждения жестокостью и распадом живой плоти.
Напряжение, дающее силу этим чувствам, мы будем называть мортидо.
[Неологизм, от лат. mors -- смерть. (Прим. перев.)] Наиболее
концентрированно это напряжение выражается в борьбе за существование; при
надлежащем применении оно помогает индивиду спастись от внутренних и внешних
опасностей. На обычном языке либидо -- это энергия воли к жизни, сохраняющей
род; мортидо -- энергия воли к смерти, сохраняющей индивида, если объектом
ее является подлинный враг.
Естественно, эти два стремления часто вступают в конфликт друг с
другом, толкая человека к противоположным поступкам по отношению к людям и
окружающей среде. С неприятными конфликтами этого рода справляются
по-разному. Обычный способ разделываться с ними состоит в том, что одно из
соперничающих желаний выталкивается из сознания, как будто его нет. В мирное
время люди склонны утверждать, что мортидо не существует вообще, а в военное
время пытаются утверждать, что либидо не существует по отношению к врагу.
Однако не замечаемое ими стремление вопреки их воле влияет на их поступки,
так что в поведении большинства людей ни любовь, ни ненависть не проявляются
в чистом виде. Слишком уж они любят, часто вопреки своей сознательной воле,
кусать добрую руку, которая их кормит, и кормить ненавистный рот, который их
кусает.
Другой способ справиться с конфликтом -- это позволить тому и другому
чувству попеременно одерживать верх, каждому в свою очередь. Человек,
который попеременно любит и ненавидит, часто вызывает у наблюдателя не
меньшее удивление, чем если бы он попеременно откусывал кусок мороженого и
кусок сыра; трудно отделаться от впечатления, что оба вида пищи
удовлетворяют, быть может, один и тот же голод.
Стремление к созиданию и к уничтожению, кульминацией которых является
половое сношение и убийство, -- это и есть тот первичный материал, с которым
приходится работать человеку и цивилизации. Чтобы сохранить собственную
жизнь, общество и человеческий род, люди вынуждены применять деструктивно
направленную энергию, необходимую для достижения некоторых целей, например,
для искоренения жестокости, убийств и болезней; конструктивно направленная
энергия имеет целью духовный и материальный прогресс. Психическое развитие
человека зависит от его способности направить эти внутренние силы к наиболее
продуктивным целям.
Есть различие между желанием и попыткой его удовлетворить, между
чувством любви или ненависти и его выражением. Силу, с которой индивид
выражает свою любовь и ненависть к другим или к самому себе и с которой он
пытается удовлетворить свое либидо и мортидо, можно назвать агрессивностью.
Человек с сильными чувствами может обманывать себя и других, выражая их
слабо, и, напротив, человек со слабыми чувствами вызывает такое же
заблуждение, выражая их открыто.
Наряду с агрессивностью выражения следует еще учитывать направление
чувств любви и ненависти. Некоторые люди направляют свою любовь главным
образом на других; некоторые -- преимущественно на самих себя. Количество
любви, принимающей то или иное направление, может со временем меняться.
Точно так же человек может интенсивно ненавидеть кого-нибудь другого, и
наиболее агрессивным проявлением этой ненависти является убийство. Он может
интенсивно ненавидеть самого себя, и наиболее агрессивно эта ненависть
проявляется в самоубийстве. И убийство, и самоубийство одинаково выражают
агрессивность; единственная разница, касающаяся психической энергии, состоит
в ее направлении.
Большинство людей не доходит до таких крайностей. Либидо и мортидо
находятся под надежным контролем, маскируемые друг другом и, возможно, иными
силами, так что многие проживают свою жизнь, не догадываясь, насколько мощны
эти стремления и как сильно они влияют на мотивы и поступки человека. Между
тем можно с уверенностью утверждать, что человеческое поведение в широких
пределах определяется напряжениями либидо и мортидо, нарушающими психическое
равновесие человека и толкающими его к действиям, которые обещают это
равновесие восстановить. Изыскивая возможности удовлетворить свои
созидательные и уничтожительные стремления, человек уменьшает свое ощущение
беспокойства и приближается к ощущению безопасности, которое и является его
целью. Мы увидим в дальнейшем, как трудно человеку выразить свои стремления,
сколько неудач вызывают неизбежные приспособления и компромиссы и что
происходит, если с этими желаниями и напряжениями человек не может
справиться.
Интенсивность либидо и мортидо, по-видимому, в значительной мере
зависит от химических веществ, находящихся в крови. Можно было бы
предположить, что половые вещества, выделяемые яичниками и семенными
железами, должны влиять на либидо, а вещества "страха и гнева", производимые
надпочечными железами, должны влиять на мортидо; однако до сих пор не
доказано, что введение каких-либо известных нам химических веществ может
заставить человека сильнее любить или ненавидеть. Гораздо более убедительны
результаты, полученные на животных. У крыс инъекция "материнского" гормона
гипофиза вызывает несомненное усиление любовного материнского поведения. И
хотя в отношении человека ничего еще не доказано, при исследовании его
стремлений не надо забывать о различных железах, которые могут иметь к ним
отношение.
Многие сомневаются в происхождении деструктивных стремлений, но мало
кто отрицает их существование. Они не всегда проявляются видимым образом, но
это вовсе не значит, что их нет. Точно так же и стремление к произведению
потомства не всегда проявляется видимым образом, но никто не отрицает, что
оно существует. Всякий, у кого есть в доме дети, должен признать, что они по
временам проявляют разрушительные склонности и враждебность и с возрастом,
как показывает опыт, не избавляются от таких склонностей, а приучаются
выражать их более осторожно и утонченно, как и свою любовь. Деструктивные
стремления проявляются также в сновидениях. Сновидения человека -- его
собственные изделия, которым он сам придает любой желательный ему вид. Если
люди часто видят во сне уничтожительные поступки, значит, нечто в человеке
получает удовольствие от этих поступков. Психиатры спорят главным образом о
том, являются ли деструктивные стремления врожденными или же они развиваются
в результате подавления созидательных стремлений. Нам незачем входить здесь
в эти споры, поскольку люди ведут себя таким образом, как если бы
деструктивные склонности были у них всегда; для изучения дальнейшего
поведения человека безразлично, складываются ли они в первые месяцы жизни
или присутствуют уже в момент рождения.
Человеку свойственно производить события; какие события он производит,
где и когда он их производит, в значительной степени зависит от двух его
сильнейших стремлений: от агрессивности, с которой он их выражает, и от его
способа разрешать возникающие конфликты.

4. Проблема человека

Проблема человека та же, что у любой энергетической системы: найти путь
наименьшего сопротивления для разрядки напряжения. Электрическая батарея,
которая также является энергетической системой, находит путь наименьшего
сопротивления в цепи почти мгновенно -- в малую долю секунды. Другие
энергетические системы, такие, как текущая река или ураган, находят путь
наименьшего сопротивления в несколько часов. Человек -- энергетическая
система, нередко затрачивающая на это годы и способная откладывать разрядку
на неопределенное время, поскольку человек способен хранить энергию.
Психические напряжения в человеке проявляются главным образом в виде
либидо и мортидо, а эти две силы стремятся проявиться немедленно. Это
значит, что человек имеет склонность взять то, что ему хочется, как только
ему этого захочется, и сразу же уничтожить все, что становится ему поперек
пути, мешает ему или раздражает его. Такой прямолинейный образ действий
можно нередко наблюдать у младенца, еще не научившегося на горьком опыте
сдерживать свои желания. Если, однако, таким образом пытается вести себя
взрослый, то он наталкивается на помехи двоякого рода: со стороны других
людей, также стремящихся к тому, чего они желают в данное время, и готовых
устранить всех и все, мешающее им в этом, и со стороны природы, не всегда
готовой предоставить желаемое в тот момент, когда это нужно человеку, и не
готовой измениться, чтобы облегчить ему жизнь.
Природа и другие люди не только препятствуют человеку, мешая ему
удовлетворить тут же на месте его желания, но также постоянно угрожают его
жизни. Всевозможные энергетические системы вокруг него: бурные моря, ревущие
столбы воздуха, именуемые ветром, потрясающие землю вулканы, готовые к
прыжку звери и, наконец, другие человеческие существа -- все они также ищут
пути уменьшить свои напряжения, как только эти напряжения возникают. Мало
того, что его раздражают все эти мешающие ему динамические предметы, -- ему
приходится еще следить, как бы не помешать самим этим предметам слишком уж
сильно или неуместным способом. Проблема его, следовательно, состоит в том,
чтобы найти наилучший способ обращения с другими энергетическими системами,
с целью удовлетворить свои желания возможно скорее и с наименьшей
опасностью.
В некоторых частях света для этого применяется магия. За небольшое
вознаграждение, например за десяток собачьих зубов или оглушительную
пластинку для проигрывателя, новогвинейский колдун готов навести порчу на
соперника в любви, досаждающего его клиенту; он исполняет это, втыкая
колючки в сделанное из травы изображение жертвы. Обитатели мест, посещаемых
ураганами, полагают, что ветер любит сырое мясо; чтобы умилостивить
управляющего ветром бога и предотвратить подобные ужасы в будущем, ему
приносят в жертву животных. В некоторых частях света люди представляют себе
смерть чем-то вроде официанта, падкого на подачки, и улучшают свое
самочувствие щедрой благотворительностью. В нашей стране в такие вещи,
разумеется, не верят; здесь полагают, что наилучший метод -- это изучить,
как могут вести себя другие люди и природа в различных условиях и как
добиваться от людей и природы желаемого результата с наилучшими шансами на
успех. Итак, чем вернее мы судим об окружающем, тем вероятнее получим то,
что хотим.
Очевидно, чтобы удовлетворить свои желания, не навлекая на себя
неприятностей, человек должен научиться управлять своими либидо и мортидо;
иначе говоря, он должен научиться ждать. Он должен также научиться правильно
судить о своем окружении и умело обращаться с ним, чтобы уменьшить опасность
поражения или гибели, когда придет наконец время действовать.
Это -- проблема управления. Человек должен научиться управлять тремя
группами сил: самим собою, другими людьми и природой. Это называется
Принципом Реальности, потому что, чем более реалистичен человек -- то есть
чем точнее наблюдает он эти три вида явлений, -- тем скорее и полнее он
сможет безопасно удовлетворить свои либидо и мортидо. Принцип Реальности
требует, чтобы человек формировал четкие образы.
Как правило, люди имеют вполне удовлетворительные образы некоторых
вещей из своего окружения. Хороший фермер разбирается в явлениях природы.
Удачливый бизнесмен понимает, чего можно ожидать от людей в определенных
обстоятельствах. Но лишь в редких случаях человек ясно представляет себе,
что могут заставить его делать даже без его ведома собственные либидо и
мортидо. Именно в этом отношении делаются крупнейшие и наиболее частые
ошибки.
К счастью, мы имеем в себе нечто, позволяющее нам справляться с этой
трехликой действительностью, которую приходится удерживать в столь
чувствительном равновесии. Эта система называется Эго; как предполагается,
она действует в соответствии с Принципом Реальности. Предполагается также,
что она производит правильные наблюдения и составляет правильные суждения о
внутренних напряжениях индивида и о напряжениях окружающих его
энергетических систем; предполагается, далее, что она руководит индивидом в
соответствии с этими данными, наилучшим образом способствуя его благу. С
помощью этой системы индивид откладывает, когда это выгодно, удовлетворение
своих желаний, пытаясь перестроить окружающий мир таким образом, чтобы эта
цель оказалась достижимой впоследствии.
Чтобы выполнить свою задачу, Эго должно обладать некоторым мастерством
в управлении психической энергией, а также некоторым мастерством в обращении
с людьми и вещами. Таким образом, Эго -- это "орган мастерства". Энергия для
осуществления этой функции получается из части энергии либидо и мортидо,
последовательно отщепляемой в раннем детстве; эта энергия становится
независимой и даже во многих отношениях противопоставляет себя первичной
энергии либидо и мортидо. По мере того как личность знакомится с
действительностью, энергия Эго служит для управления первичной энергией в
соответствии с Принципом Реальности. Человек получает большое удовлетворение
от владения собственным телом при плавании и нырянии, от владения резиновым
шариком, бегающим по площадке для гольфа, от владения маленькими бумажными
игрушками, которые называются игральными картами, или от владения механизмом
самолетного мотора. Все эти занятия приносят двоякое удовлетворение: они
удовлетворяют не только первичные либидо и мортидо, но и те доли либидо и
мортидо, которые от них отщепились, и получают свое удовлетворение от
владения вещами через Эго.
После отщепления относительно небольших долей, необходимых для
образования Эго, остается огромная масса первичных либидо и мортидо;
психиатры по серьезным психологическим причинам стали представлять себе эту
массу как "все это", или просто "Это". Либидо и мортидо, заключенные в Эго,
и либидо и мортидо, оставшиеся в Этом, часто противостоят друг другу, а не
сотрудничают, поскольку одна из задач Эго -- овладение и управление Этим,
которое всегда отбивается. Это желает немедленного выражения и
удовлетворения; Эго нередко хочет заставить Это подождать.
Так как психиатры в разных странах говорят на разных языках, они сочли
удобным, как и другие ученые, использовать в качестве научных терминов
греческие и латинские слова, еще с древности широко известные во всем мире.
Поэтому они обычно называют Это на языке древних римлян: Ид. Либидо и
мортидо, оставшиеся в Ид, называются при этом "инстинктами Ид".
Здесь уместно будет предостеречь читателя от некоторых сравнений.
Поршень автомобильного мотора, разумеется, толкает приложенная к нему сила,
но это вовсе не значит, что его толкает некий человечек, сидящий в моторе.
Точно так же энергия Эго и инстинкты Ид -- это силы, а не человечки, сидящие
в нашем мозгу с заряженными револьверами и готовые сразиться друг с другом
при малейшем искушении. (В действительности, есть и человечки, и большие
мужчины и женщины, сидящие у нас в мозгу и всегда готовые заговорить; но о
них будет речь дальше, в главе об анализе взаимодействий.)
Наша жизнь так трудна именно по той причине, что Эго находится в
описанной выше сложной ситуации. Перед ним три силы, с которыми оно должно
бороться, держать их под контролем и в конечном счете заставить их совместно
работать для удовлетворения и безопасности индивида: инстинкты Ид, силы
природы и другие люди. Люди обычно отдают себе отчет в существовании природы
и других людей, но не представляют себе достаточно отчетливо, что Ид
является такой же реальностью, весьма важной и беспокойной, с которой
приходится считаться. Такая недооценка Ид объясняется, в частности, тем, что
Ид всегда прячется и находит всевозможные способы надувать Эго.
Как бы ни был искусен человек в обращении с людьми и окружающими
предметами, он не найдет покоя, если не научится так же хорошо справляться
со своим Ид. В конечном счете наше счастье зависит не от способности
очаровывать женщин или добывать деньги, но от способности утвердить мир в
собственной психике. Проблема человеческого Эго в этом трудном мире -- найти
путь наименьшего внутреннего и внешнего сопротивления для безопасного
удовлетворения созидательных и уничтожительных стремлений. Проблема общества
-- воспитать созидательные стремления и подавить уничтожительные.

5. Как люди выражают свои стремления?

Пока человек откладывает снятие какого-либо напряжения Ид, энергия,
связанная с подавленным желанием, не находит применения. Вдобавок требуется
тяжелая работа Эго, чтобы удержать Ид в повиновении, и немалое количество
энергии затрачивается уже на то, чтобы удерживать соответствующую часть Ид в
скрытом состоянии. Это весьма напоминает деятельность тайной полиции,
имеющую целью лишить некоторую часть нации свободы слова. В результате нация
ослабевает не только потому, что множество граждан недовольно и не может
содействовать национальным целям, но еще и потому, что немалое число других
должно тратить свое время на присмотр за недовольными. Если бы эти последние
могли быть удовлетворены, то их деятельность была бы направлена на пользу
нации, а не во вред ей, и вдобавок тайная полиция стала бы ненужной, так что
и полицейские могли бы заняться каким-нибудь полезным делом. Кто видел
тюремную охрану, стерегущую заключенных, легко поймет, какой двойной ущерб
это причиняет обществу; точно так же процессы подавления приводят к потере
энергии у отдельного человека.
Если Ид может быть безопасным образом удовлетворено, то Эго может
отдохнуть, и тогда Эго и Ид, действуя вместе, могут посвятить добавочную
энергию чему-нибудь полезному для индивида и для общества.
Природа выработала способы, позволяющие избегать этой двойной затраты
энергии, так что желания Ид, прямое и полное выражение которых не
дозволяется, могут выразиться в косвенной форме. Тем самым хотя бы часть их
энергии может быть направлена к полезным целям, и в то же время Эго может
хотя бы частично отдохнуть при ослаблении напряжений Ид.
На короткое время удается иногда попросту вытеснить желания Ид из
нашего сознания, полагая, что их не существует, однако ни в коем случае
нельзя забывать, что такое предположение их не устраняет. В конечном счете
они так или иначе пробьют себе дорогу, вопреки всем нашим усилиям. Если
человек не отдает себе в этом отчета, он может в конце концов натворить
немало странных вещей. Признавая у всех других. подсознательные
конструктивные и деструктивные стремления, он может отрицать их у самого
себя. И может случиться, что собственное поведение застанет его врасплох.
Чем больше мы знаем о желаниях нашего Ид, тем легче избавиться от
сексуальных ошибок и обуздать праведный гнев.
После некоторого промежутка времени, когда Эго вытесняет из сознания
или подавляет желания Ид, они могут, например, косвенно проявиться следующим
образом: дождавшись, пока Эго уснет, они выступают в переодетом виде в наших
сновидениях.
Это, впрочем, не особенно помогает; если напряжения достаточно сильны и
не находят себе другого выхода, то подавленная энергия Ид может нанести
столь сильный вред организму и поведению человека, что Эго теряет контроль
над частью его тела или психики. Эта потеря контроля проявляется в виде
невроза. Невроз (или психоневроз, что для наших целей одно и то же)
оказывается, таким образом, скрытым выражением желаний Ид. Этим вопросом мы
подробнее займемся в дальнейшем.
Теперь же мы хотим прежде всего понять, каким образом Ид влияет на
нормальное повседневное поведение и как людям удается спускать чрезмерное
давление, не превращая свою (во всяком случае, взрослую) жизнь в
нагромождение яростных стычек. Это достигается большей частью путем
подстановки некоторого другого объекта или другой деятельности вместо
первоначальной цели их желаний; замена должна быть достаточно близка к
действительному удовлетворению, чтобы на какое-то время успокоить Ид, и
достаточно далека от него, чтобы избежать угрожающих последствий.
Первичная потребность либидо -- как можно теснее сблизиться с другим
человеком, чаще с человеком противоположного пола. Конечно, способ
фактического удовлетворения отчасти зависит от возраста. Теснейшее сближение
младенца с другим человеком -- это сосание материнской груди, что и
составляет благотворную цель либидо у младенцев обоего пола. При
искусственном питании ребенок чаще нуждается в добавочных ласках,
возмещающих наслаждение сосанием. По достижении зрелости теснейшее возможное
сближение -- это половое объятие. В старости [Старостью я называю возраст
начиная с восьмидесяти пяти. В среднем возрасте нет никакого естественного
спада половых сил, хотя и наблюдается искусственный спад. Каков бы ни был
лев, он может упасть духом, если его лет сорок продержать в клетке.] самый
доступный способ удовлетворить эту первичную потребность -- пожалуй, держать
кого-нибудь за руку и с кем-нибудь говорить.
Телесный контакт доставляет, конечно, самое прямое удовлетворение
либидо; однако напряжение либидо можно ослабить чем угодно, что бы давало
ощущение сближения: физического, духовного или эмоционального. В этом смысле
представляет ценность более близкое соседство, более интимное обсуждение
общих интересов или переживание общей эмоции. Людям помогает даже, когда они
делают одно и то же в одно и то же время, хотя бы и порознь. Некоторые
разлученные пары уславливаются думать друг о друге каждый день в одно и то
же время, например за ужином, писать друг другу в одно и то же время дня и
делать разные другие вещи, чтобы быть вместе, хотя и в разлуке. В некоторых
ситуациях, однако, подобные "предварительные наслаждения" не облегчают
напряжения либидо, а лишь усиливают его или дополнительно мобилизуют. В ряде
случаев, когда такие предварительные наслаждения действительно предшествуют
половому акту, интенсивность их способствует полноте конечного
удовлетворения. Женщины обычно верят более твердо и с более юного возраста,
чем мужчины, что, чем больше нормальные партнеры любят друг друга и чем
больше у них общих интересов, тем большее удовлетворение получат они от
половых сношений. Если половые сношения с противоположным полом
откладываются слишком долго по внешним обстоятельствам или по требованиям
совести, то есть и другие возможности. Во-первых, некоторое удовлетворение
может быть получено от ухаживания и общения. Во-вторых, некоторые люди
способны получать почти полное удовлетворение вовсе без партнера или с
партнером того же пола, иначе говоря, посредством мастурбации или
гомосексуализма. В первом случае у них есть надлежащий сексуальный объект,
то есть лицо противоположного пола, но не достигается сексуальная цель --
половое сношение. Во втором случае у них нет надлежащего объекта, но
достигается сексуальная цель -- оргазм. В обоих случаях нечто оказывается
смещенным; говорят, что либидо смещается от своей собственной цели или от
своего собственного объекта.
Некоторые из наиболее интересных и общественно полезных смещений либидо
происходят в тех случаях, когда и цель, и объект служат частичными
заместителями биологической цели и биологического объекта. Это происходит
при так называемой сублимации [От лат. sublimis -- высокий, возвышенный.
(Прим. перев.)], то есть деятельности, стремящейся приблизить других людей и
самого делателя к высшим предметам жизни. Ряд психических функций
организуется таким образом, чтобы доставлять людям эти утонченные виды
наслаждений. Хорошим примером может служить живопись. В этом случае художник
подставляет в качестве объекта модель, заменяющую любовного партнера (причем
эта модель может быть и не человеком, а каким-либо неодушевленным предметом,
например пейзажем или корзиной фруктов), а в качестве цели -- трепет
художественного творчества, заменяющий любовные содрогания.
Жизнь Данте Алигьери свидетельствует о том, как великий поэт выражает
себя в своем творчестве, когда невозможно прямо выразить себя в любви. Поэт
подставляет воображаемых людей и вымышленные обстоятельства на место
подлинной женщины, которую он не в силах обрести или которой не может
обладать; он подставляет творческий пыл на место любовной страсти. Все это
Данте демонстрирует во взаимоотношении между своей поэзией и своей Беатриче.
Впрочем, можно сублимировать и не будучи гением. Многие ощущают тот же
творческий трепет, когда плотничают у себя дома, пополняют свою коллекцию
ракушек или почтовых марок, хвалятся или управляют машиной или лодкой,
любовно собранной своими руками.
Есть и другие способы удовлетворения путем сублимации; мы привели эти
примеры лишь с целью показать, каким образом подавленное либидо использует
разные виды деятельности, косвенными путями облегчая психические напряжения
от неудовлетворенных первичных желаний.
Энергия мортидо точно так же находит косвенные пути выражения.
Первичная потребность мортидо -- устранение другого человека, обычно того же
пола. Половые различия между объектами либидо и объектами мортидо можно
видеть также у животных -- у птиц, рыб и млекопитающих. Дятлы, золотые
рыбки, слоны и собаки обычно любовно относятся к представителям
противоположного пола и ищут сближения с ними; напротив, представители
собственного пола, как правило, вызывают у них ярость и попытки устранения
раздражающего объекта. То же можно видеть и у людей, как только с них спадет
налет вежливости; каждый может убедиться в этом, посетив какое-нибудь
питейное заведение.
Мортидо для нас гораздо загадочнее, чем либидо, поскольку в нашей
стране в мирное время оно может быть полностью удовлетворено лишь путем
убийства или самоубийства. В военное время психиатры могут узнать о нем
больше, поскольку в их задачу входит изучение действия мортидо на живом
материале. Куда больше нас знают об этих вещах тоталитарные и
автократические правительства. В нашей демократии, где насилие и пытка не
рассматриваются как законные методы полицейской практики, а осуждаются в
качестве преступных и неестественных, некоторые аспекты мортидо менее
известны. В повседневной жизни либидо имеет возможность вылиться в
разнообразные виды деятельности; мортидо имеет для этого меньше условий. В
жизни сколько-нибудь счастливого индивида приступы ярости случаются реже
оргазмов.
Возможно, заслуживает внимания влияние бессознательного мортидо на
политические решения. В этих вопросах нередко упускают из виду
психологическую основу, сосредоточивая все внимание на внешних проблемах и
ситуациях. Пытаться устранить войну изменением общественных условий -- это
примерно то же, что пытаться предотвратить появление детей регулированием
женской одежды. Изменение состояния первичных предметов мало воздействует на
силу первичных стремлений, которые в конечном счете могут пробить себе
дорогу.
Все, что дает ощущение сближения, содействует удовлетворению либидо, и
точно так же все, что дает ощущение удаления, содействует удовлетворению
мортидо. Отъезды из города, ссоры, сарказм, всевозможные выходки наперекор
другим, из одного только упрямства -- все это косвенные пути удовлетворения
мортидо. Как это ни странно, нам известно из опыта, что сюда же относится и
воздержание, хотя оно может показаться на первый взгляд чем-то
противоположным удалению.
И либидо, и мортидо имеют в своем прямом удовлетворении два аспекта.
Либидо удовлетворяется или путем приближения индивида к объекту, или же
путем приближения объекта к индивиду в разной степени у разных людей; точно
так же мортидо может быть удовлетворено или путем бегства от объекта, или же
путем обращения его в бегство. Пассивное либидо мужчины хочет, чтобы женщина
к нему пришла, активное же либидо побуждает его преследовать женщину. Точно
так же пассивное мортидо побуждает его к бегству, активное же мортидо
побуждает вступить в бой, чтобы изгнать другого мужчину. Когда мортидо
вызывается опасностью, некоторые люди бегут, а другие сражаются. Таким
образом, мортидо -- это сила, связанная с двумя эмоциями, -- страхом и
гневом; поведение человека зависит от того, какая из этих эмоций в данной
ситуации сильнее. В любом случае достигается одна и та же цель -- удаление
индивида от угрожающей энергетической системы.
Как и либидо, мортидо может выражаться различными способами. Вместо
удаления противника того же пола можно атаковать его, не устраняя со сцены,
как это происходит в деловой конкуренции, в спортивных состязаниях или
тогда, когда отпускают саркастические замечания в споре. В других случаях
мортидо устраняет индивида противоположного пола, например муж убивает из
ревности свою жену, причем объектом мортидо служит человек того же пола; или
же индивид устраняет самого себя посредством самоубийства; наконец, вместо
человека устраняется животное, как это происходит на охоте. В первом случае
имеется собственный объект, но не достигается конечная цель, так что мортидо
смещается от своей цели; в остальных случаях объект замещается другим, но
цель устранения достигается, так что мортидо смещается от своего объекта.
Мортидо также может быть сублимировано; это происходит, например, у резчиков
по камню, плотников и шахтеров, которые создают прекрасные и полезные вещи,
атакуя неодушевленные предметы. Одной из полезнейших сублимаций мортидо
служит хирургия.
Читатель знаком теперь с несколькими парами психологических понятий,
очень важных для понимания людей; вот их перечень:
- созидательные стремления и уничтожительные стремления;
- либидо и мортидо;
- энергия, направленная внутрь, и энергия, направленная наружу;
- сближение и удаление;
- смещение цели и смещение объекта;
- активное и пассивное.
Вернемся теперь к девушке-сироте Нане и посмотрим, как действуют
некоторые из этих пар. Мы увидим при этом, насколько неразумно и
неразборчиво Ид, и как напряжения либидо и мортидо пытаются проявиться в
одно и то же время, пользуясь всяким случаем.
Мы уже знаем отчасти причины, по которым Нана стала вести смолоду
беспорядочный образ жизни. Ранняя смерть ее матери, беспутное поведение отца
и отсутствие семейной жизни вызвали у нее глубокую потребность в ласке или в
чем-то похожем на ласку. Когда ей было девятнадцать, отец ее был убит при
попытке ограбить среди бела дня бронированную машину возле Первого
национального банка Олимпии.
Безрассудный характер покушения свидетельствовал о том, что ему не
очень хотелось жить, и потому он не очень боялся смерти. Как он часто
говаривал: "если человеку не так уж хочется дальше играть, то не все ли
равно, как выпадают кости". После такого скандала Нане нелегко было честно
зарабатывать себе на жизнь, и вскоре она оказалась вынужденной брать деньги
у своих многочисленных поклонников, несмотря на все свое отвращение к такой
мерзости. Разные люди в городе взяли себе за обыкновение, подвыпив, посещать
Фоумборн-стрит и наносить визиты Нане. Отвращение Наны к своей профессии
усиливалось визгливыми поношениями, которые устраивала ей на улицах миссис
Фейтон, городская проститутка.
Она попыталась улучшить, как могла, свои обстоятельства и согласилась
жить с известным скрягой мистером Кроуном, худощавым высокорослым стариком
мрачного вида, который к ней привязался. Она думала, что ненавидит мистера
Кроуна, жестоко колотившего ее, точно так же, как раньше это делал отец; но
когда он в скором времени умер, Нана, к собственному удивлению, горько о нем
скорбела, хотя он и завещал всю кучу денег не ей, как обещал прежде, а
Обществу противников вивисекции. Ей пришлось вернуться к прежней жизни.
Рано или поздно Нана должна была подцепить венерическую болезнь; она
заразилась от мистера Мелигера, приличного на вид, но нервного юриста, часто
ездившего по делам в Чикаго. Когда ей сказал об этом доктор Пелл, она была
шокирована и не сразу поверила; впрочем, состояние ее вскоре улучшилось в
результате правильного лечения. Когда ей показалось, что она уже излечилась,
она пренебрегла предостережением врача и вновь тайно приняла двух своих
излюбленных посетителей. Вследствие этого Ролф Метис и Джозайя Толли от нее
заразились.
Главными эмоциональными напряжениями Наны были: во-первых, жажда ласки,
которой она была совершенно лишена в детстве; во-вторых, стремление к
красивым вещам, усиленное убогой обстановкой ее жизни (все деньги,
заработанные ею сверх повседневных расходов, она тратила на репродукции
известных картин и книги об искусстве, которые хранила в запертом шкафу
втайне от своих поклонников); в-третьих, досада на отца, никогда не
доставлявшего ей ласку в желательном для нее виде и с желательной частотой;
и, в-четвертых, досада на общество в целом, которое она винила в убийстве
отца и в своей несчастной жизни.
Двигателями ее поведения были неудовлетворенные напряжения Ид, большей
частью исходившие из раннего детства. Теперь им было легче выразиться,
поскольку после смерти отца она стала "независимой" и еще более одинокой.
Конечно, с ее стороны неразумно было сваливать вину на банк, нанявший
бронированную машину, но так уж получилось. Ид нередко перекладывает или
смещает вину.
Ее способ жизни предоставил ей разные способы удовлетворить свое
изголодавшееся либидо, направленное на внешний мир. Но жизнь эта не
доставляла ей нормального эмоционального сближения с другим человеком,
предлагая лишь убогие заменители. Она доставляла ей деньги на удовлетворение
сублимированных созидательных стремлений, проявлявшееся в тайном интересе к
искусству; внутренняя деликатность и угрызения совести не давали ей в этом
признаться. Наконец, ее образ жизни позволял ей носить дорогие платья, также
удовлетворяя этим направленное на внешний мир либидо в виде тщеславия.
Направленное внутрь мортидо также получало облегчение от такой жизни,
поскольку женщина, с ее чувствительностью, должна была от всего этого немало
страдать. Мистер Кроун доставлял ей в этом смысле более прямое облегчение
тем, что ее колотил. Что касается мортидо, направленного наружу, то она
удовлетворила его, отобрав у старого скряги какую-то долю его драгоценных
денег, а затем заразив двух своих друзей, что привело к их окончательному
удалению и тем самым к удовлетворению ее уничтожительного стремления.
Если пренебречь ее собственными объяснениями и принять в расчет лишь
то, что в самом деле произошло (а так обычно и поступают психиатры),
нетрудно усмотреть здесь по крайней мере два случая смещения объекта. Мистер
Кроун занял во многих отношениях место ее отца, и это сходство усиливало
подсознательное удовольствие и от его финансового наказания, и от
проявленной к нему нежности. Таким образом, ее смешанные чувства к отцу
сместились на мистера Кроуна; смещение это она не вполне сознавала, о чем
свидетельствуют неожиданные для нее самой слезы после смерти старика. Ролф и
Джозайя, награжденные болезнью, оба были связаны с банком; она сделала их
козлами отпущения вместо банка, который она неразумно хотела наказать за
смерть отца.
В наказании этих трех человек видна и активная, и пассивная сторона.
Мистер Кроун был наказан активно ее экстравагантными затеями, вынуждавшими
его тратить деньги и вызывавшими у него ревность. Двух других она наказала
своей пассивностью. Чтобы заразить их, она ничего не затевала, а просто
пассивно поддалась их уговорам, позабыв сказать им о своей болезни; и она
сделала это, по-видимому, без всякого умысла, поскольку убедила себя в своем
излечении.
Очень важно, что во всех ее поступках либидо и мортидо удовлетворялись
одновременно. Яснее всего это проявилось в злополучную ночь, когда она
получила удовольствие от полового общения с двумя мужчинами и в то же время
заразила их своей болезнью. То же видно в ее смешанных чувствах к мистеру
Кроуну. В действительности, не имея об этом отчетливого представления, она
находилась в своеобразном двуличном, двустороннем отношении ко всем
участникам этой истории, в том числе и к самой себе.
Кое-кому может показаться, что нехорошо рассматривать этот случай таким
образом, как мы это сделали выше, потому что она и в самом деле не знала,
что все еще больна. Верно, что ее Эго не знало этого наверняка, но некоторые
сомнения все же оставались, как она обнаружила впоследствии, обратившись к
психиатру. Одним из способов проявления Ид и является "грех забвения".