Язык мой... Проблема этнической и религиозной нетерпимости в российских СМИ

ОГЛАВЛЕНИЕ

Язык Вражды в оппозиционных политических периодических изданиях

Предварительные замечания

Предмет этой статьи – Язык Вражды в политических изданиях коммуно-патриотической и националистической направленности. Именно эта часть прессы (и средств массовой информации вообще) наиболее подвержена ксенофобии и наиболее откровенно эксплуатирует Язык Вражды. В данной статье будут рассмотрены в основном национал-патриотические издания, а также некоторые коммунистические. Мы сочли возможным исследовать газеты этих идейных направлений вместе, потому как с точки зрения позитивно и негативно окрашенных эмоциональных материалов и коммуно-патриотическая, и откровенно националистическая печать во многом демонстрируют типологически схожие признаки. Важную роль в общем информационном массиве этого направления играют ксенофобски окрашенные материалы, использующие Язык Вражды. Тому есть вполне рациональное объяснение. Дело в том, что поле положительной самоидентификации, которое могло бы быть привлекательно или хотя бы приемлемо для всех идеологических течений национальной и коммуно-патриотической оппозиции, крайне невелико. Различные течения внутри радикальной оппозиции расходятся по важнейшим политическим и культурным вопросам. Объединяет их только ностальгия по "великому прошлому" (воспринимаемому либо в интерпретации "Великой Империи", либо – "социально справедливого и счастливого государства", либо и так, и так) и неприятие "позорного настоящего". Естественно поэтому, что большинство материалов, несущих положительный эмоциональный заряд, имеет исторический характер. При описании же современной ситуации обычным является резко негативный тон. Коммунисты (и в еще большей степени националисты), склонны формировать свою пропаганду "от противного": не "за что-то", а "против чего-то" или же "кого-то". Известно, что в целях консолидации народа и мобилизации сторонников проще и эффективнее апеллировать не к общим ценностям, а к необходимости противостоять общим врагам. Эти враги могут интерпретироваться и как безличные силы, и как определенные (называемые прямо или обозначаемые весьма условно) люди и группы.

Политическая мифология, как и религиозная демонология, требует персонификации. По замечательному образному выражению израильского исследователя ксенофобии Иегуды Бауэра, "человеку, оказавшемуся в аду, свойственно оглядываться в поисках чертей". Российский обыватель, ориентирующийся на коммунистическую и/или националистическую картину мира, склонен воспринимать современную Россию как ад, тем более что для такой оценки есть не только субъективные причины ментально-психологического характера, но и вполне объективные показатели социально-экономической ситуации. Националистические и коммунистические издания с большим удовольствием демонстрируют измученному реалиями своей жизни обывателю "чертей". А поскольку ксенофобия в российском сознании вообще довольно сильна, то естественно, что оппозиционные издания готовы видеть "врагов" не только (и даже не столько) в политических противниках или в руководителях страны, но и в этнических, религиозных и культурных образах "Другого". Даже тогда, когда речь идет о политических оппонентах или властной элите, оппозиционным публицистам сложно удержаться от соблазна сделать акцент на реальном или мнимом этническом происхождении противников.

Кроме общего сходства структуры печатной пропаганды, есть и еще одна причина, по которой, на наш взгляд, можно рассматривать коммунистическую и националистическую периодику как единое, хотя и очень широкое и разнообразное, информационное поле. Вполне очевидно, что позиции классических коммунистов-интернационалистов в современной России крайне слабы. Большинство группировок, называющих себя "коммунистическими", и изданий, на них ориентированных, в большей или меньшей степени склонно к эксплуатации национально-патриотической риторики и апеллирует либо к традициям сталинского имперского национал-большевизма, либо к "советскому патриотизму" 70–80-х годов прошлого столетия. В акцентировании патриотической темы большинство современных российских коммунистов (вернее, коммуно-патриотов) вполне сходится с националистами. Очевидно при этом, что если с точки зрения позитивной платформы точек пересечения меньше (далеко не все националисты склонны позитивно оценивать советский период отечественной истории и власть Коммунистической партии Советского Союза), то с точки зрения эксплуатации негативных образов общих тем больше. Это антизападничество и американофобия, неприятие национальных государств, возникших на территории бывшего Советского Союза, и любых национальных движений этнических меньшинств в Российской Федерации, подозрительное и нетерпимое отношение к новым религиозным движениям и западным формам христианства, наконец, антисемитизм (пусть и в его советской версии "антисионизма").

Все это, на наш взгляд, позволяет говорить о коммуно-патриотической печати как о едином информационном поле и рассматривать ее на предмет интересующих нас проявлений Языка Вражды в целом.

В этом обзоре мы рассматриваем только те проявления нетерпимости, которые могут быть вполне корректно определены как ксенофобские, т.е. как проявления нетерпимости к представителям других этнических групп, религиозных конфессий, гражданам других стран и т.п. Социальная нетерпимость, ненависть и презрение по отношению к лицам каких-либо профессий или проявления сексизма остались за пределами этой статьи.

Чаще всего на страницах оппозиционной политической прессы встречаются выражения антиамериканских и в целом антизападных, антикавказских и антисемитских чувств. Немного реже встречаются публикации, направленные против различных религиозных конфессий (в первую очередь – против католиков и представителей новых религиозных движений) и расово-этнических групп (цыган, выходцев из стран Средней и Юго-Восточной Азии).

Характер обвинений в адрес объектов Языка Вражды может быть самый разный. Чаще всего объекты ненависти обвиняются в криминальности, злокозненности по отношению к русским и России, моральной и культурной неполноценности. Характерной особенностью таких публикаций является уверенность автора в том, что это "они" (кавказцы, американцы, евреи, мусульмане…) ненавидят "нас" (русских, православных…) и ведут себя по отношению к "нам" агрессивно (на самом деле даже стандартный для отечественных СМИ акцент на национальности преступников в коротких информационных сообщениях криминальной хроники уже есть эксплуатация этого мотива в мягкой форме). "Мы" же настолько добры и порядочны, что не можем сделать "им" ничего плохого. В дальнейшем развитии этой стандартной ксенофобской логики авторы расходятся в зависимости от собственной радикальности. Большинство только "констатирует факты" и в крайнем случае риторически вопрошает "доколе?". В наиболее радикальных изданиях порой дело доходит до прямых призывов к насильственным действиям по отношению к объектам Языка Вражды, однако это скорее исключение, чем правило. Гораздо чаще встречается скрытая агрессивность – перечисление реальных и мнимых преступлений и пороков той или иной группы вкупе с оправданием уже случившегося по отношению к объектам Язык Вражды насилия или же произошедшего когда-то геноцида.

Наш анализ будет построен от "центра" к "периферии", от наиболее распространенных изданий, являющихся частью информационного "мейнстрима" российского рынка СМИ, до самых малотиражных и непериодических маргинальных листков. Таким образом, мы проследим определенную "динамику Языка Вражды" внутри той части информационного поля, которой посвящен данный обзор.

Спектр ненависти: от умеренности…

При анализе коммунистических и национал-патриотических газет следует помнить, что эти издания отнюдь не являются основным источником информации для населения страны. Оппозиция проиграла борьбу за печатные средства массовой информации (не говоря уж об электронных). Конечно, такие газеты, как "Советская Россия" или "Завтра" имеют тиражи немногим меньшие, чем у основных всероссийских изданий центристской и либеральной ориентации. Однако по целому ряду показателей – объему, периодичности, информативности, оперативности, аналитичности, наконец, оформлению – разрыв между оппозиционными и "обычными" газетами более заметен. А влияние СМИ на массовое сознание и общественные настроения обусловливается не только тиражом, но и перечисленными факторами.

Кроме того, из интересующих нас газет только вышеупомянутые "Советская Россия" и "Завтра" могут считаться расположенными довольно близко к границе магистральной линии отечественной прессы. Прочие же рассматриваемые ниже издания совсем маргинальны. Большинство этих газет вообще неизвестно широкой читающей публике. Стоит также отметить, что как в своей политической линии в целом, так и при использовании Языка Вражды, наиболее популярные и наиболее многотиражные издания интересующей нас части рынка СМИ являются наименее радикальными, и наоборот. Собственно радикально-националистические, откровенно ксенофобские и шовинистические издания имеют довольно незначительную постоянную аудиторию.

Наиболее многотиражное из интересующих нас изданий – газета "Советская Россия" (главный редактор – Виктор Чикин, тираж – 300 тыс. экземпляров, выходит несколько раз в неделю). Хотя формально "Советская Россия", как гласит ее подзаголовок – "независимая народная газета", учрежденная редакционным коллективом, фактически она является изданием Коммунистической партии Российской Федерации (другое издание КПРФ, газету "Правда", мы не рассматриваем в нашем обзоре, потому что она целиком сосредоточена на социально-политической и внутрипартийной проблематике и в силу весьма сдержанного обычно тона публикаций не представляет для нас интереса в рамках заявленной темы).

Официально "Советская Россия" позиционирует свое мировоззрение (и идеологию КПРФ) как последовательно терпимое и интернационалистское. Более того, постоянно подчеркивается, что именно "правящий режим" и подконтрольные ему СМИ стараются разжечь национальную нетерпимость между различными народами России для того, чтобы отвлечь широкие народные массы от подлинной причины их бедственного существования – преступного характера политико-экономической элиты, беззастенчиво ограбившей население. Ведущие публицисты издания неоднократно призывали со страниц газеты "не поддаваться на провокации". 20 апреля 2002 г., когда центральные СМИ активно (если не истерично) эксплуатировали тему уличного подросткового расизма и экстремизма и пугали обывателей готовящимися по всей стране погромами, председатель КПРФ Геннадий Зюганов выступил на страницах "Советской России" с характерной статьей "Об истинных корнях радикализма". В статье говорилось: "Мы не можем игнорировать обострение межнациональных отношений в стране. Но причины этому надо искать не в неких неонацистских настроениях. Их нужно искать прежде всего в развале СССР, в политике правящей группировки России, ведущей к массовой безработице и нищете, ломке привычных укладов жизни. Безработица, безысходность и отчаяние неизбежно толкают молодежь к пьянству и наркотикам, к преступлениям".

Казалось бы, позиция газеты в освещении национальной тематики довольно взвешена и сдержана, а национальная проблематика в ортодоксально-марксистском ключе мыслится только через призму социально-экономических процессов. Однако при более внимательном рассмотрении становится очевидно, что советско-русский патриотизм этого направления немыслим без мифологизированной фигуры "врага", ответственного за крушение великой державы и за нынешнюю плачевную ситуацию в стране. Современная российская экономическая элита, с точки зрения коммунистической методологии, носит компрадорский характер. Следовательно, есть и зарубежные "эксплуататоры", и вступившие с ними в сговор предатели, ради личного обогащения пошедшие на уничтожение собственной Родины. Зарубежные (заокеанские) хозяева российской компрадорской буржуазии – это, конечно же, американцы. Газете явно не удается удержаться на грани корректности, критикуя "капиталистов" и "эксплуататоров". Социальная ненависть переходит в национальную: газета рисует утрированный образ американцев: жадных, коварных и агрессивных, с одной стороны, и глупых, трусливых и неспособных к честному образу жизни – с другой. "Американец" со страниц "Советской России" весьма напоминает образ немца в советской пропаганде времен Великой Отечественной войны. Более того, иногда – особенно в карикатурах – встречается прямая аллюзия, наделение карикатурного "американца" чертами "фашиста".

Антиамериканские публикации занимают первое по объему место среди материалов, использующих Язык Вражды. Значительно меньше и осторожнее "Советская Россия" использует антисемитизм. Негативный образ еврея формируется в двух плоскостях: в антиизраильской пропаганде и в провозглашении идеи о весьма негативной роли евреев в российской истории (по большей части – в постсоветский ее период). С антисионистской темой все вполне ясно – она является наследием позднесоветской пропаганды, и вполне логично, что она эксплуатируется в коммунистическом издании. Может быть, статьи, бичующие "сионистских оккупантов" и разоблачающие их зверства на оккупированных территориях, и не используют Язык Вражды в строгом понимании этого термина, однако вполне очевидно, что подобные статьи своей весьма несдержанной и некорректной риторикой формируют у читателей негативный эмоциональный настрой по отношению к евреям вообще.

Собственно же антисемитские материалы появляются в "Советской России" гораздо реже. Характерно, что эту тему вполне могут поднимать не редакционные материалы, а письма, стихи и карикатуры, обильно присылаемые в газету читателями. "Еврейский вопрос" часто затрагивается вскользь – например, в письме читателя может утверждаться, что "сионисты" хотят лишить русский народ идентичности, поэтому отменили графу "национальность" в паспорте, и т.п. Значительно реже еврейской тематике могут быть посвящены крупные редакционные материалы. Например, в газете было опубликовано обсуждение публицистами и критиками книги Александра Солженицына "Двести лет вместе", в ходе которого участники, постоянно напоминающие о недопустимости предвзятости, предрассудков и излишней эмоциональности, дошли до утверждения о том, что в начале ХХ века евреи организовывали антирусские погромы и т.п. Но, повторюсь, такие материалы носят единичный характер.

Кавказофобия практически несвойственна этому изданию. При описании хроники происшествий "Советская Россия" даже в меньшей степени, чем некоторые газеты центристско-либеральной ориентации ("Московский комсомолец", "Коммерсантъ"), склонна делать акцент на национальности преступников (для многих изданий именно эта тема является наиболее благодатной для выражения ксенофобии вообще и кавказофобии в частности). Единственная тема, при изложении которой антикавказские высказывания могут проскочить – это антитеррористическая кампания в Чечне. И то в концептуальных материалах большого объема по этой теме обязательно будет сказано о "турецких и американских" спонсорах и руководителях "чеченских бандитов".

Наконец, иногда в газете встречаются публикации, формирующие негативный образ отдельных религиозных групп. Поскольку обновленная российская коммунистическая идеология включает в себя, пусть и на символическом уровне, элементы православия (идеалы "соборности", уважение к "тысячелетней традиции православной духовности" и т.п.), то вполне естественно, что в газете могут появляться материалы, резко критикующие деятельность Ватикана или греко-католических церквей на Украине.

Все вышеизложенное, за исключением религиозного элемента, можно сказать и о более радикальном (и гораздо менее популярном) коммунистическом издании – газете "Молния" (главный редактор – Виктор Анпилов, тираж – 15 тыс. экземпляров, выходит один раз в месяц), печатном органе сталинистского движения "Трудовая Россия". Используя Язык Вражды, "Молния" в основном эксплуатирует те же главные мотивы, что и "Советская Россия", хотя позволяет себе менее сдержанный тон. Правда, "Молнии" совсем не свойственна кавказофобия (Анпилов даже призывал когда-то к солидарности с "чеченскими повстанцами против антинародного режима, засевшего в Кремле"), зато в издании несколько большую роль играет антисемитизм. Издание "Трудовой России" охотно эксплуатирует темы еврейского происхождения российских "олигархов", "сионского тель-авидения", а раньше даже именовало тогдашнего президента страны "Борухом Эльциным".

Пожалуй, этими изданиями можно и ограничиться в обзоре собственно коммунистической печати. Многочисленные малотиражные радикально-коммунистические газеты и листки либо ориентируются на "Советскую Россию" (как большинство региональных коммунистических изданий), либо же пытаются выдержать последовательно интернационалистскую линию и потому не представляют здесь для нас интереса.

На стыке собственно коммунистической и националистической прессы находится газета "Завтра", наиболее популярное и влиятельное из всех радикальных изданий (главный редактор – писатель Александр Проханов, тираж – 100 тыс. экземпляров еженедельно). "Завтра" удерживает самую разнообразную аудиторию – ее читают и коммунисты, и националисты, принадлежащие к различным идеологическим течениям. Составить из статей, публикуемых в газете, цельную идеологию невозможно – она эклектична по определению. С одной стороны, это позволяет поддерживать широкий читательский интерес, но с другой – делает газету неспособной реально влиять, скажем, на ход выборов (потому что всегда присутствует неоднозначность при освещении различных кандидатур) и заставляет ее метаться от восторженной поддержки до несдержанной критики тех или иных политических фигур. "Завтра" создает общий эмоциональный фон, а не цельную и непротиворечивую идеологию. Но для формирования у читателя негативного образа какой-либо общности как раз эффективнее эмоциональные высказывания, активно использующие Язык Вражды, а не сложные концептуальные построения. С этой задачей "Завтра" справляется блестяще. Практически каждая передовица А. Проханова несет в себе сильнейший негативный эмоциональный заряд, чаще всего включающий в себя наряду с социальной нетерпимостью и откровенную ксенофобию. Если в "Советской России" материалы, эксплуатирующие Язык Вражды, нужно искать, то в газете "Завтра" подобные материалы встречаются в каждом номере, и не в единственном числе.

То же относится ко второму по популярности левонационалистическому изданию – газете "Дуэль" (главный редактор – Юрий Мухин, тираж – 12 тыс. экземпляров еженедельно). "Дуэль" держится в более узкой нише "левого национализма" и не имеет авторитета среди правых националистов. Однако по сравнению с "Советской Россией" и другими коммунистическими изданиями "Дуэль" гораздо менее сдержана в выражениях эмоций как по отношению к личностям, так и по отношению к группам. В несдержанности Языка Вражды "Дуэль" даже радикальнее, чем "Завтра".

Надо, однако, отметить еще раз, что в силу прокоммунистической специфики этих изданий "враг" в первую очередь мыслится авторами этих изданий в социальных терминах, а потом уже – в национальных. Для "Дуэли" большую роль играет антисемитизм – различные рассказы о том, как евреи разрушили СССР, как они зверствуют на Ближнем Востоке или как они сначала вскормили Гитлера, натравили его на СССР, а потом придумали Холокост для дискредитации идей национализма, привития всему миру чувства вины и для развязывания себе рук в Палестине. "Дуэль" – основное в России издание, проповедующее мифологию отрицания Холокоста. Для "Завтра" еврейский вопрос менее актуален, хотя тоже постоянно всплывает на страницах газеты. Преломление еврейского вопроса в "Завтра" – либо социальное, либо религиозное (конспирологическое в меньшей степени). Характерны в этом плане две статьи, опубликованные в одном из номеров газеты (№ 30 (453), июль 2002). А. Проханов в передовице выпуска "Поищем Гиммлера в рядах СПС" пишет: "Русского крупного капитала, да и мелкого, вовсе не существует. Русский сегодня - без денег, голодранец… В сегодняшней России крупный капитал - еврейский, причем неправедно нажитый. И у этого капитала есть огромный соблазн установить диктатуру, дабы потеснить капитал мусульманский, но главное - подавить нарастающий протест обобранного коренного народа". А на соседней полосе Михаил Назаров в статье "Фашизм от "Шулхан Арух"" рассуждает на тему "человеконенавистничества" еврейской религии, ее циничности, жестокости, подлости, аморальности и т.п.

Важной особенностью антисемитизма в подобных изданиях является его "идеологическая обусловленность". Различные версии коммуно-патриотической и откровенно националистической идеологии подразумевают рассмотрение еврейского вопроса в разных плоскостях. Несколько утрируя, можно сказать, что националисты, как правило, сходятся в том, что не любят евреев, но не сходятся в том, за что именно. А раз применительно к антисемитизму этот вопрос является принципиальным, поскольку свидетельствует о серьезных различиях в разных версиях националистической идеологии, то "еврейский вопрос" не может служить хорошей платформой для консолидации (в отличие от антиамериканизма, например). Поэтому "Завтра", претендующее на роль общей трибуны для всей радикальной оппозиции, старается освещать еврейскую тематику по возможности аккуратнее.

Конечно же, важную роль для "Завтра" играет американофобия (для "Дуэли" – чуть меньшую). Кроме того, "Завтра" активно эксплуатирует темы кавказской преступности, угрозы стратегической безопасности России со стороны китайцев и "русофобии" в бывших советских республиках, а "Дуэли" в силу атеистической позиции редакции свойственна также агрессивная антирелигиозная пропаганда, выбирающая в качестве объектов Языка Вражды как православие, так и другие христианские и нехристианские конфессии (часто критике подвергается иудаизм). Поскольку "Дуэль" позиционирует себя как "газета борьбы общественных идей" "для тех, кто любит думать", то на полосах издания часто помещаются рядом статьи, написанные с диаметрально противоположных позиций. Полемика может тянуться из номера в номер довольно долго. Характерны темы таких диспутов: плоха ли любая религия или только некоторые, нужно ли дружить с Израилем против мусульманской угрозы или же это Израиль и стоящие за его спиной Соединенные Штаты представляют собой угрозу для всех традиционных цивилизаций Евразии, и т.п.

Относительно прочих стандартных объектов Языка Вражды можно отметить, что газете "Завтра" не свойствена исламофобия. Наоборот – газета предоставляет трибуну для пропаганды своих идей мусульманам, причем часто – представителям радикального политизированного ислама (например, Гейдару Джемалю). Интересно, что газета не ищет общих ценностей русского социально-патриотического движения и исламизма, а предлагает им дружить против общих врагов – Америки и Запада, Израиля и мировой сионистской плутократии, антинародного правительства в России и представителей отечественных либеральных ("антитрадиционных") сил.

… до экстремизма

Продолжая анализ оппозиционной прессы "из центра к периферии", отметим, что после коммуно-патриотических изданий, которые составляют все же заметную часть периодической печатной продукции, мы подошли к собственно националистическим изданиям, каковые уже бесспорно являются маргинальными в полном смысле этого слова. Пожалуй, в этой области есть только небольшая ниша для православно-патриотической прессы, претендующей (правда, скорее безосновательно) на сколько-нибудь значимое место в информационном пространстве.

Ведущую роль в православно-патриотической публицистике играют газеты "Русь Православная" (Санкт-Петербург, главный редактор – Константин Душенов, тираж – 30 тыс. экземпляров, периодичность – 1 раз в месяц), "Русский вестник" (главный редактор – Александр Сенин, тираж – 45 тыс., периодичность – 1–2 раза в месяц), ежемесячное православное обозрение "Радонеж" (главный редактор – Евгений Никифоров, тираж – 12 тыс.), журнал "Русский дом" (главный редактор – Александр Крутов, тираж – 50 тыс. экземпляров, выходит ежемесячно). В качестве позитива эти издания провозглашают православие как универсальную религиозную, мировоззренческую, культурную, политико-идеологическую, нравственную и бытовую модель. Кроме того, важную роль для них играют положительные образы родной истории, культуры и прочие патриотические материалы, вызывающие у читателей гордость за свою страну и свой народ. В качестве же объектов Языка Вражды фигурируют носители западных ценностей, секулярные либералы, различные религиозные конкуренты (таковыми чаще всего являются братья-христиане, католики, протестанты и "неправильные православные", и реже – различные нехристианские "сектанты" и "сатанисты") и евреи.

Как и в нерелигиозных изданиях, негативный образ объекта Языка Вражды формируется, как правило, подробным описанием его реальных и мнимых преступлений против православных (русских) либо в современном мире, либо в исторической перспективе. От исторической тематики подразумевается переход к актуальной проблематике. Например, от изложения истории гонения и притеснения православных на Западной Украине под властью Речи Посполитой легко навести мосты к "погрому трех православных епархий" греко-католиками в тех же районах в 90-х годах XX века; от зверств времен крестовых походов на славянские земли и взятия крестоносцами православного Константинополя – к нынешней "католической экспансии", выражающейся в создании епархий на "канонической территории" Русской православной церкви. Особенностью же именно религиозного подхода является то, что агрессивность и порочность той или иной группы в настоящее время объясняется ее неверным религиозным выбором в прошлом. Американцы порочны и амбициозны, потому что это является следствием тех протестантских и сектантских доктрин, которые лежат в основе государственной идеологии США, и т.п.

Так же дело обстоит и с антисемитизмом православно-патриотических газет. Антииудаизм занимает важное место в православной традиции, и любое фундаменталистское следование учению Восточной Церкви подразумевает набор антиеврейских тезисов: "евреи распяли Христа", "евреи – враги христианства", "евреи ждут своего Машиаха, который есть Антихрист" или даже "евреи совершают ритуальные убийства" и т.п. Собственно, сложно сказать, насколько позицию православно-фундаменталистских изданий можно назвать антисемитской в собственном смысле этого слова. Все-таки антисемитизм – это часть политической идеологии, а в рамках христианского мировоззрения он, по крайней мере декларативно, носит характер противостояния не в "дольнем", а в "горнем" мире. Однако для православных патриотов расстояние между этими "мирами", в которых ведется борьба с демонизированным врагом, оказывается крайне незначительным: духовный пласт реальности как бы проецируется на материальный.

На полосах газет это выглядит следующим образом. Например, в газете "Русь Православная" публикуется статья, автор которой лишний раз напоминает: "Церковное вероучение недвусмысленно утверждает, что грядущий антихрист и еврейский "мессия" – одно и то же лицо". Далее автор резко критикует шаги по сближению с евреями, предпринятые католиками: "Официальное признание Ватиканом законности мессианских чаяний иудеев выглядит особенно чудовищно. Что это, как не открытый сговор предтеч антихристовых, все активнее и откровеннее готовящих человечество к воцарению своего ужасного господина?". При этом собственно религиозными мотивами антисемитская пропаганда православно-фундаменталистских изданий не ограничивается: от религии авторы плавно переходят к социальным вопросам. В статье на соседней полосе автор пишет о "еврейской, откровенно прозападной, антирусской и антиправославной газете "Известия"". Перечислив несколько критикующих Русскую православную церковь статей, опубликованных на страницах "Известий", автор вопрошает: "Каково? Показательно, кстати, что все вышеприведенные цитаты принадлежат авторам-евреям. И что бы им не озаботиться проблемами родной синагоги? Нет, поди ж ты – все тянет поучить православных, как им надо жить". На другой полосе газеты опубликована карикатура: человек с уродливо-утрированными еврейскими чертами лица, в кипе с маген-довидом, под надписью: "Кремлевский спичрайтер". А рядом фотография с националистического пикета: две девушки держат плакат "Нет жидовскому фашизму".

Более радикальные православно-фундаменталистские листки (такие, как "Опричнина", которую редактирует Вячеслав Минин, или "Опричный листок", который издает Виктор Козлов, и др.) могут себе позволить и более радикальный антисемитизм, вплоть до утверждения, что "жиды суть видимые бесы", Гитлер – чуть ли не христианский святой, потому что он уничтожал евреев. Правда, большинство подобных изданий критикуют и Московскую патриархию за "прожидовленность", а их авторы принадлежат к альтернативным юрисдикциям – "катакомбной" или "карловацкой". Здесь срабатывает общий принцип – чем радикальнее издание в целом, тем агрессивнее и радикальнее ксенофобия вообще, и в частности антисемитизм. Ряд изданий Опричного братства во имя святого преподобного Иосифа Волоцкого ("Царский опричник", "Русский партизан", "Просветитель", главный редактор этих листков – Руслан Бычков) доходят до расистских утверждений о неполноценности представителей всех рас, кроме белой (арийской, "иафетической") и о том, что христианство дано только белому человечеству. Радикальность выражения Языка Вражды беспрецедентная: "опричники" утверждают, что врага своей веры и своей расы можно и должно убивать и прямо к этому призывают ("убий!"), или же призывают всеми силами приближать "тот светлый день", когда задымят печи новых освенцимов и майданеков…

Понятно, что подобные взгляды имеют мало шансов на популярность даже в православно-патриотической среде, тираж подобных "опричных листков" – до тысячи экземпляров, выходят они не чаще одного раза в месяц (а, как правило, и реже). Эти издания находятся скорее в маргинальной сфере радикально-националистических газет, чем в сфере претендующих на популярность православных изданий.

Рассмотрением особенностей Языка Вражды в маргинальной националистической прессе мы и займемся далее.

Национал-радикальные издания изначально ориентированы на довольно узкую аудиторию. Поскольку целевая группа этих изданий – уже убежденные националисты, то материалы преследуют своей целью не столько агитировать читателя, сколько давать информацию и комментарии именно такого толка, какого ждет верный читатель. Зачастую это означает попросту поддержание в нем определенной температуры ненависти. Есть определенная категория читателей, которые как информационного наркотика ждут газет, расписывающих ужасы "жидо-масонского" заговора или бесконечно повторяющихся историй про школьниц, изнасилованных кавказцами. Именно на эту аудиторию и работает подавляющая часть национал-радикальных изданий. Тиражи таких газет небольшие, их периодичность – крайне мала, однако у них есть сформировавшийся круг горячих поклонников. В этих изданиях мало материалов, носящих позитивный характер. Агрессивная ксенофобия – основа этих газет. Материалы, содержащие Язык Вражды, занимают половину и более печатной площади (чуть ли не до 100% в отдельных случаях). Основные объекты Языка Вражды нам уже знакомы: кавказцы, евреи, мусульмане, американцы. Однако степень радикальности и агрессивность в выражении Языка Вражды в этих изданиях куда выше, чем во всех упоминавшихся выше (кроме листков братства св. Иосифа Волоцкого, которые вполне подходят под эту характеристику).

Среди газет, которые соответствуют приведенной выше характеристике, можно выделить "Наше Отечество", "Новую систему" (обе издаются в Санкт-Петербурге), "Эру России" (Москва), "Колокол" (Волгоград), "Славянский набат" (Вологда), "Алекс-Информ" (Самара) и т.п. Летом 2002 г. были закрыты по решению суда два издания, вполне соответствовавшие вышеприведенной характеристике – газета "Русские ведомости" и журнал "Русский хозяин".

В качестве примера можно рассмотреть питерскую газету "Наше Отечество" (главный редактор – Евгений Щекатихин, тираж колеблется от 5,5 тыс. до 10 тыс. экземпляров, периодичность – 2 раза в месяц, ранее – 3 раза в месяц), которая является флагманом отечественной антисемитской прессы. Радикальные развязные антисемитские публикации занимают большую часть печатной площади издания. Выражения, в которых редактор и авторы газеты пишут о евреях, шокируют. Цитировать газету просто противно, однако чтобы не быть голословными, приведем несколько высказываний. "Жидовская власть делает в отношении коренного русского населения все, что хочет. Хотят жиды-"олигархи" крови русской попить и пьют, хотят убить кого-нибудь и убивают" (№ 177, июнь 2002); "Лозунг "Смерть жидам!" становится вполне актуальным!" (редакторская передовица № 177); "выход из сложившейся ситуации – в изгнании всех жидов из власти" (редакционный комментарий к статье в номере 176); и т.п.

В конце каждого выпуска стандартный текст благодарности за материальную поддержку газеты заканчивается словами: "Да сгинет с Земли Русской спидоносная жидо-масонская чума!". Газета пестрит выражениями типа "презренные жиды", "жидовская стая крыс", "жидовской наглости и их патологической извращенности нет предела!", "неисправимо ущербная, дико племенная ментальность жидовская".

Цитаты, подобные вышеприведенным, легко можно найти в любом номере не только "Нашего Отечества", но и других вышеупомянутых изданий. Интересно, что радикальный антисемитизм, патологичный сам по себе, плавно переходит в абсолютно шизофренические концепции.

Например, газета "Новая система" (главный редактор – Тамара Мищенкова, тираж – 6 тыс. экземпляров, периодичность – 1 раз в 2–3 месяца) в № 21 переходит от констатации еврейского заговора ("На 140 лет назад отбросили сельское хозяйство евреи: добравшись до власти в России…") к рассказу о том, как евреи проводят пропаганду губительного мясного питания для того, чтобы "гои" умирали, в частности, от коровьего бешенства – естественной реакции Природы на жестокое обращение (поскольку "антиматериальное тело Земли имеет форму коровы"). Пожалуй, эту статью стоит процитировать: "В памятке делегату всемирного конгресса сионистов, в р.V, п.5 так и говорится, что кровь у гоя должна быть кислой, а не щелочной. Кислая кровь – отравленная: убивающая его. Нормальной является только щелочная кровь: а имеют ее только вегетарианцы. В той же Памятке есть рекомендация в р.Х, п.2 "рекламировать употребление мяса", как главного продукта, закисляющего кровь, "поменьше упоминая о том, что древние славяне не ели мяса". В итоге на земле лишь каждый пятый вегетарианец". Такой витиеватый ход мысли – не забавное исключение, а правило для оголтелых антисемитов. Газета "Эра России" (главный редактор – Владимир Попов, тираж колеблется от 2 тыс. до 5 тыс. экземпляров, периодичность – 2 раза в месяц) пришла к выводу, что евреи – это потомки "лысых болотных обезьян" (см., например, № 12 (80), июнь 2002)…

Помимо антисемитизма, в таком же ключе эксплуатируется кавказофобия (одно другому не мешает: запрещенные ныне "Русские ведомости" писали о "сионо-кавказской мафии" как о чем-то внутренне едином). Например, для той же "Эры России" или для печатного органа питерской Партии свободы "Наше обозрение" (главный редактор – Андрей Гребнев, указываемый тираж колебался от 3 тыс. до 30 тыс. экземпляров, выходит 1 раз в 2 месяца) в качестве такой же демонической и не вполне человеческой фигуры выступают выходцы с Кавказа, именуемые не иначе, как "чурки", "хачики" или даже "зверьки".

Важную роль для формирования демонизированного образа врага в таких изданиях играют изображения: карикатуры или даже комиксы. Например, в июльском номере "Нашего обозрения" был помещен длинный комикс, который сначала показывал, как "чурки" воруют, обманывают и жируют за счет русских людей, потом появляющийся в комиксе главный герой "прозревает", выбривает голову и в конце участвует в расправе над "чурками" вместе со своими бритыми наголо друзьями по партии.

"Наше обозрение" является партийным изданием, что обусловливает некоторую специфику. Печатные органы политических партий просто обязаны помимо негативных материалов высказывать какие-то позитивные концепции и пропагандировать свою идеологию. Негативные материалы, содержащие Язык Вражды, занимают в партийных национал-радикальных изданиях (таких, как "Наше обозрение") чуть меньше места, чем в непартийных (таких, как "Наше отечество"), однако степень радикальности высказываемых чувств может быть не меньше, ведь проще объединять радикально настроенных националистов (в большей степени – молодежь) против общего врага, нежели добиваться высокой степени консолидации путем пропаганды позитивных ценностей.

Довольно радикальной, и при этом яркой и интересной партийной газетой в последние годы являлась ныне запрещенная газета "Лимонка" (тираж – около 10 тыс. экземпляров, периодичность – 1 раз в 2 недели, главный редактор – Алексей Волынец, а ранее – Эдуард Лимонов). Национал-большевики практически избегали эксплуатации антисемитизма, основные объекты Языка Вражды партийных изданий – это кавказцы и американцы, однако сложно было бы назвать группу, к которой лимоновцы относились хотя бы нейтрально. Ксенофобия национал-большевиков была направлена против Запада, ценностей современной европейской цивилизации, Америки, различных народов (хорватов, украинцев, крымских татар, финнов – практически кого угодно) и конфессий (католиков, протестантов, иногда даже православных, различных сектантов и т. п.). Язык Вражды встречался как в пространных статьях (например, в серии статей Лимонова "Плохие народы есть!" или в цикле материалов исторического характера, посвященных объяснению того, почему надо было депортировать крымских татар, чеченцев, или как плохо себя вели финны во время Зимней войны), так и в призывах типа: "Убей янки!". Еще большую роль для "Лимонки" играла социальная ненависть: к богатым ("Ешь богатых!"; "Убей буржуя!"), чиновникам, милиционерам, журналистам, семье как институту… Характерен лозунг одного из выпуска газеты: "Так убей же хоть одного!". Источник цитаты – известное стихотворение "Убей немца", написанное в годы Великой Отечественной войны. В современном контексте совершенно непонятно, кого именно призывает убить "Лимонка". Для издания НБП был характерен именно такой немотивированный и неперсонифицированный призыв к насилию.

В настоящий момент наиболее радикальным в своей риторике партийным изданием является печатный орган Народной национальной партии газета "Я – Русский" (учредитель – Александр Иванов, выпускающий редактор – О. Ярошенко, тираж – 7,5 тыс. экземпляров, периодичность – 2 раза в месяц). Для издания ННП одинаково важны и кавказофобия, и антисемитизм, и другие формы расизма. Газета во многом ориентирована на агрессивную молодежь, поэтому она доходит до откровенной апологетики насилия, впрочем, не персонифицируя его объекта.

Для полноты картины можно упомянуть еще неоязыческие националистические издания. Основные неоязыческие издания выходят довольно редко ("Русская правда" Александра Аратова – несколько раз в год тиражом в 3 тыс. экземпляров, питерская газета "За русское дело" Романа Перина и Олега Гусева – тиражом 5 тыс. экземпляров) и посвящены, как правило, внутренней полемике о том, кто правильнее почитает "родных богов", и критике христианства. В антихристианской полемике немаловажное место занимают антисемитские аргументы. Христиане и евреи – основные объекты Языка Вражды в неоязыческих изданиях. Характерна цитата из одного из последних выпусков газеты "Русская правда": "Христианство – это религия, специально придуманная иудеями для рабов… Иудохристианство – это еврейская религия, которая навязывалась народам мира силой. Огнем и мечем. Звериная ненависть к традиционным языческим религиям – это… основа всего иудеохристианства. Прочитайте еврейскую Библию (особенно Ветхий Завет). Он кишит еврейским шовинизмом и ненавистью ко всему нееврейскому…" Здесь отчетливо прослеживается уже выделенный нами мотив: уверенность автора в том, что объект его ксенофобии испытывает еще большую ненависть к нему самому, и поэтому любые негативные чувства и агрессивные действия будут только ответными и вполне адекватными.

Мы рассмотрели весь спектр коммуно-патриотических и националистических изданий современной России – от умеренных до оголтелых, и проанализировали роль и характер встречающихся в них проявлений Языка Вражды. Большинство интересующих нас газет использует Языка Вражды при формировании образа врага с целью мобилизации сторонников перед лицом неизбежного противостояния. Как правило, образ демонизированного врага создается с помощью перечисления реальных и мнимых пороков и преступлений "Другого" и приписывания ему ненависти и агрессивных намерений по отношению к русскому народу. Наиболее радикальные издания позволяют себе прямые призывы к насилию по отношению к этому врагу, однако таковых меньшинство.

На основе изученного материала можно уверенно утверждать, что наиболее радикальные проявления Языка Вражды содержатся в наименее популярных и влиятельных газетах, и наоборот. В случае "Советской России" можно, пожалуй, без особой натяжки утверждать, что Язык Вражды встречается в издании в целом не чаще, чем, например, в "Комсомольской правде" (хотя, конечно, объекты и характер Языка Вражды разные). Конечно, множество других, куда более радикальных изданий, продолжают сеять ненависть и ксенофобию. Под влиянием национал-радикальной пропаганды находятся десятки, если не сотни тысяч россиян. Но, на взгляд автора, популярность изданий, активно эксплуатирующих Язык Вражды – не причина, а только яркая иллюстрация предельно высокого уровня ксенофобии в обществе.