Одиссей. Человек в истории. 1990г.

ОГЛАВЛЕНИЕ

M. Л. Гаспаров. НУЖНО БЫ ФОРМАЛИЗОВАТЬ ПОНЯТИЕ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ

1. По моим наблюдениям, в современном языке — даже научном — понятия «индивидуальность» и «личность» употребляются без разбору, вполне синонимично, а если кто-то из ученых (например, среди психологов) и вкладывает в них различие, то это остается его индивидуальным (личным) словоупотреблением. Для меня это синонимы, обозначающие одно и то же понятие, но с оттенками: «личность» — больше при взгляде со стороны. «Я чувствую себя [такой-то] личностью» звучит естественнее, чем «Я чувствую себя [такой-то] индивидуальностью».

•  Думаю, что здесь, как и везде в подобных случаях, качественная разница может быть разложена на совокупность количественных разниц составляющих ее элементов. Для того чтобы исследование в этом направлении было плодотворно, первая необходимость — формализовать понятие индивидуальности, разложить его в список признаков (параметров) так, чтобы эту «шкалу» можно было прилагать ко всякому обследуемому материалу. Тогда наличие каждого из этих признаков в той или иной культуре можно будет определять количественно — каким образом, можно будет договориться (в зависимости от используемого материала). Задача эта фантастически трудна; но пока она не решена, исследование индивидуального в истории культуры будет оставаться больше искусством, чем наукой.

•  Безусловно, при таком подходе можно будет говорить и об «античной личности», и о «раннегреческой» или «эллинистической» личности, и, наоборот, о «личности традиционалистической культуры» — как бы сужающимися или расширяющимися кругами, в зависимости от охвата материала.

•  «Уникальный феномен» и «исключительный человек», «гениальное произведение» — вещи разные. Вероятно, следует различать «исключительное явление», наиболее полно выражающее характерные признаки своей эпохи и способное выступать ее «полномочным представителем» в истории культуры (так обычно по «великим писателям» и изучается история литературы и т. п.), и «исключительное явление», наоборот, выпадающее из своей эпохи, — в таком случае оно обычно бывает или атавизмом предыдущей эпохи, или мутацией, предвещающей последующую эпоху.

5. Важность проблемы не подлежит никакому сомнению: история
человеческой культуры если не исключительно, то в большой степени
сводится к истории «образа человека» (или «модели человека»). Главную
трудность ее я вижу в формализации этого понятия (см. ответ на второй
вопрос); частные трудности — в нахождении способов обработки разно
образнейшего материала, которым располагает историк, с тем чтобы из
влечь из него косвенные данные об искомых признаках.