Аппиан. Гражданские войны

ОГЛАВЛЕНИЕ

Ф. А. Михайловский. АППИАН И ЕГО «ГРАЖДАНСКИЕ ВОЙНЫ»

О жизни Аппиана известно немногое. Он был грек, родом из Александрии Египетской, знаменитого города, крупнейшего центра науки и культуры на всем подвластном Риму Востоке.

Родился Аппиан между 85 и 100 гг., а умер между 163 и 180 гг. — определить время жизни писателя точнее не представляется возможным. Во всяком случае, его жизнь пришлась на период правления династии Антонинов, названный «золотым веком» Римской империи. В своем родном городе Аппиан сделал успешную карьеру, однако во время иудейского восстания (116 г.) был вынужден бежать в Рим. При императоре Адриане (правившем в 117—138 гг.) Аппиан получил римское гражданство и, будучи причислен к всадническому сословию, занял заметное положение в чиновничьем аппарате. Существует предположение, что он стал в Риме адвокатом фиска, иначе говоря, защищал интересы императорской казны при исках, предъявляемых частными лицами. Друг Аппиана оратор и адвокат Марк Корнелий Фронтон в течение двух лет хлопотал за него перед императором Антонином Пием (138—161 гг.), убеждая предоставить Аппиану должность прокуратора в одной из провинций, фронтон был воспитателем будущих императоров Марка Аврелия (знаменитый философ) и Луция Вера и, вероятно, во время их совместного правления (161—169 гг.) хлопоты увенчались успехом, и Аппиан был наконец назначен прокуратором фиска в Египет. Он, следовательно, вернулся в родной город в новом качестве высокопоставленного имперского чиновника.

Аппиан обессмертил свое имя, создав уже к старости (как полагают исследователи, около 160г.) объемный исторический труд под названием «Римская история», состоявший из 24 книг (в античном понимании термина) и охватывавший период от основания Рима до первых десятилетий II в.

Публикуемые «Гражданские войны» составляют примерно лишь пятую часть всего труда историка, а именно

385

ХШ—XVII книги. Однако они имеют вполне самостоятельное значение и давно уже воспринимаются как отдельное произведение в силу общего композиционного характера всего труда Аппиана.

Дело в том, что «Римская история» представляла собой не единое и хронологически последовательное описание развития всего римского мира, а, скорее, собрание монографических исследований, по отдельности посвященных тем странам и народам, с которыми соседствовали и воевали римляне. Аппиан хотел, по его собственным словам в предисловии ко всему труду (12—13), чтобы читатель получил единую сводку материала о том или ином районе или об определенном народе, попавшем под власть Рима, а не был бы вынужден, «словно блуждающий странник, отправляться то в Карфаген, то в Сицилию, вообще перебрасываться из одного места в другое».

Следуя такому этническому или территориальному принципу, Аппиан создал свою историческую коллекцию, о содержании которой можно судить уже по названиям составляющих ее книг: «Царская» (1), «Италийская» (II), «Самнитская» (III), «Кельтская» (ГУ), «Сицилийская и островная» (V), «Иберийская» (VI), «Ганнибалова» (VII), «Ливийская» (VTII) «Македонская и иллирийская» (К), «Эллинская и ионийская» (X), «Сирийская» (XI), «Митридатова» (XII).

Однако в следующих пяти книгах о гражданских войнах Аппиану пришлось отступить от основополагающего принципа своего труда, что он сам отметил в предисловии (14): «Те ужасные междоусобные распри и те гражданские войны, которые вели между собою римляне, распре-' делены мною по вождям, стоявшим во главе борющихся партий: Мария и Суллы, Помпея и Цезаря, Антония и Октавиана». Тем самым можно сказать, что пять книг «Гражданских войн» в композиционном отношении составляют особый раздел всего сочинения Аппиана. Римляне вели гражданские войны с территориальным размахом, едва ли не во всех регионах Средиземноморья, и принятый Аппианом для всего труда принцип при описании этих войн был неприемлем.

И все же завершающий этап борьбы между Антонием и Октавианом Аппиан вынес за пределы сочинения о гражданских войнах, расценив его как часть истории Египта. Не случайно уже в заключительной книге «Гражданских войн» он словно бы извиняется за невольное на-

386

рушение композиции: «...часть этой книги будет посвящена Египту: она невелика и не заслуживает какого-либо особого заглавия, а поэтому ее и можно включить в значительно большую историю гражданских войн» (V, I).

Следовавшие за «Гражданскими войнами» книги XVIII—XXIV полностью утрачены. Известны лишь из названия: «Египетские» (XVIII—XXI), «Столетие» (ХХП, где излагалась история империи от Августа до Траяна), «Дакийская» (ХХШ) и «Аравийская» (XXIV). Кроме пяти книг о гражданских войнах полностью дошли до нас также книги с VI по VIII и ХП, от остальных сохранились только фрагменты.

Другое важное обстоятельство, определяющее особое, самостоятельное значение «Гражданских войн», состоит в том. что они являются практически единственным дошедшим до нашего времени памятником античной историографии, в котором дано подробное, связное изложение истории поздней Римской республики — от Гракхов до Октавиана. И это несмотря на то, что об этом переломной в истории Рима эпохе в древности существовало множество исторических сочинений. И Сулла, и Октавиан Август каждый написали воспоминания. После Гракхов остались речи, после Цезаря письма. Выдающийся ученый Варрон написал специальное произведение о втором триумвирате, а один из военачальников Цезаря, Азиний Поллион — историю своего времени. Ничего из этих ценных свидетельств не сохранилось, но во времена Аппиана многие из них еще существовали, и историк использовал их в своей работе (см.: П, 9, 70, 79, 82; IV, 110; V, 45). От других исторических сочинений сохранились лишь фрагменты и извлечения, как, например, от «Истории» Саллюстия и соответствующей части монументального труда Ливия. Судьба распорядилась так, что полностью уцелело лишь сочинение Аппиана, жившего через полтора-два столетия после окончания гражданских войн.

Человек времени империи, Аппиан нередко модернизирует прошлое. Как имперский чиновник, он по своим политическим взглядам сторонник монархии, для которого демократия — «слово красивое, но всегда бесполезное» (IV, 133). Будучи греком, он допускает неточность при передаче римских родовых имен. Как человек сугубо гражданский, слабо разбирается в военном деле. Его общая установка на этнотерриториальный принцип изложе-

387

ния материала обусловила пренебрежение хронологией. К этому можно добавить неточность в описании мест, где сам Аппиан не бывал.

Но был ли Аппиан простым компилятором или самостоятельным исследователем? Следовал ли он какому-то одному источнику или многим (ведь приводимые им ссылки на документы и труды других авторов могли содержаться уже в том материале, который он использовал)? И насколько критически относился он к своим источникам?

Ввиду исключительного положения в античной историографии, занимаемого «Гражданскими войнами», не удивителен повышенный интерес современной науки ко всем названным вопросам.

На эту тему написано много, но к общему мнению исследователи так и не пришли. С точки зрения ряда ученых, Аппиан опирался в «Гражданских войнах» на какой-то один, наиболее важный для него и подробный источник, лишь сокращая и видоизменяя его. В этой связи указывались сочинения разных авторов: Азиния Поллиона, Кремуция Корда, Рутилия Руфа или Плутарха. К сожалению, состояние античной историографии таково, что решить этот вопрос вряд ли возможно. Сочинения первых трех не дошли до нашего времени, а то немногое, что о них известно, все же не позволяет убедительно обосновать ту или иную гипотезу. Имеющиеся похожие места у Аппиана и Плутарха (главным образом в жизнеописании Тиберия Гракха) также значат немного — столько же, сколько указания на множество других мест, совершенно лишенных сходства. К тому же Аппиан и Плутарх могли иметь общий источник. По мнению другой группы исследователей, Аппиан комбинировал несколько источников, и его ссылки на некоторые из них, а также прямые заявления об этом (II, 70; 1П, 84) заслуживают полного доверия.

Во всяком случае, даже если Аппиан не вполне оригинален в своем исследовании, его бесспорной заслугой является выбор превосходных по своим качествам источников (или источника), что выразилось в высокой степени достоверности сообщаемого, часто в знании мелких подробностей. Но самое ценное качество «Гражданских войн» Аппиана — это содержащаяся в них концепция исторического развития Рима.

Для описания гражданских войн Аппиан пожертвовал своим территориальным принципом, положенным в осно-

388

ву всей «римской истории», то есть оценил целый период — от Гракхов до Октавиана — как единое целое. Эта оценка в общем не расходится и с современным взглядом на периодизацию римской истории. Наконец, как никто другой из историков древности. Аппиан увидел главные движущие силы истории и причины внутриполитической борьбы в римском обществе в экономических интересах масс, в вопросе о земельной собственности. Такая попытка проникновения в суть событий действительно удивительна. Ведь для древних историков — как предшественников, так и современников Аппиана — были прежде всего характерны чисто морализаторские тенденции при объяснении исторических событий. Так, например, политики, поэты, историки древности по-разному пытались определить причины гибели республики в Риме. Не было ли это возмездием за первородный грех братоубийства, которым запятнал себя основатель Рима? Или завистью богов к могуществу, величию, удаче римлян? А быть может, все дело в том, что римляне, захватив полмира, погрязли в неимоверной роскоши, утратив нравственные ориентиры своих предков? У Аппиана был свой ответ.

Остается заметить, что для массового читателя «Гражданские войны» Аппиана, не переиздававшиеся с 1935 г., представляют большой интерес уже потому, что это, без преувеличения — рассказ о самом драматическом периоде римской истории, определившем крушение республиканского строя и утверждение нового, императорского.