Брэнд Пол, Янси Филип. По образу Его

ОГЛАВЛЕНИЕ

6. Очищение

Но хотите ли вы наказать его страшно, грозно, самым ужасным наказанием, какое только можно вообразить, но с тем чтобы спасти и возродить его душу навеки? Если так, то подавите его вашим милосердием. Вы увидите, вы услышите, как вздрогнет и ужаснется душа его: «Мне ли снести эту милость, мне ли столько любви, я ли достоин ее», вот что он воскликнет!

Федор Достоевский, «Братья Карамазовы»

Я поднимаю воротник пальто и втягиваю голову в плечи. Дует мокрый ветер. Снег постепенно превращает уставший Лондон в подобие рождественской открытки в диккенсовском стиле. Пустая улица. Я остановился под старинным фонарем и посмотрел наверх. Подсвеченные снежинки похожи на бесконечный дождь электрических искорок. Они опускаются вниз и укрывают канализационные люки, тротуар, машины, водостоки белым искрящимся мягким покрывалом.

Издалека слышна музыка — приглушенные звуки духовых инструментов и нечто, напоминающее человеческие голоса. И это в такую ночь? Я иду в направлении звуков. С каждым шагом музыка становится все громче и громче. Я заворачиваю за угол и вижу: это оркестрик Армии спасения. Мужчина и женщина играют на тромбоне и трубе. Я поеживаюсь, представляя, каково в такой холод прижимать к губам холодный металл. Трое других, видимо, новенькие, вдохновенно поют гимн на слова Уильяма Каупера .

Слушателей всего двое — пьянчужка, опершийся о каменное крыльцо домика времен короля Георга, и бизнесмен, постоянно поглядывающий на карманные часы.

Слова Каупера мне знакомы:

«Бьет фонтаном ярким кровь, Кровь Эммануила...

Грешник в кровь был погружен. Кровь грехи омыла».

Я слушаю эти строки, и по лицу невольно расплывается улыбка. Я только что вышел из больничной палаты, где лилась настоящая кровь, где делали переливание крови. Я воспитывался в церкви, а потому мне понятен смысл этого христианского символа. Но вот эти двое прохожих, которые вполуха прислушиваются к гимну, что они думают о его словах? Неужели слова «омыты кровью Агнца» не покажутся современному англичанину столь же странными, как и сообщение о животных жертвоприношениях в Папуа — Новая Гвинея?

Вся наша культура противится, стараясь не допустить кровь в религию. Но есть и большее препятствие, которое мешает словам Каупера проникнуть в сердца современных слушателей. Подумайте о выражении «омыт кровью». В нашем современном мире кровь не считается «чистящим средством». Чтобы очистить что-либо, мы пользуемся водой, мылом, стиральным порошком. Кровь же, напротив, пачкает и загрязняет. Мы всегда стараемся отмыть кровь, а не умыться кровью. О чем же думал автор гимна? О чем думали до него священнописатели?

В Библии неоднократно говорится об очистительных свойствах крови. Эта мысль проходит через все книги Библии. Например, в главе 14 книги Левита мы видим, как священник окропляет кровью человека с инфекционным заболеванием кожи , мажет кровью стены дома. Новозаветные авторы неоднократно говорят, что кровь Иисуса Христа «очищает» нас (см. 1 Ин. 7:14). В книге Откровения описаны множества людей, которые «омыли одежды свои и убелили одежды свои кровию Агнца» (Отк. 7:14).

Неужели столь частое упоминание крови указывает на оторванность христианства от современной культуры? Напротив! Современная медицина доказала, что одна из главных функций крови — функция очистки организма! Скорее всего, священнописатели не знали ничего о физиологических свойствах крови, но Творец ввел в наше богословие то понятие, которое имеет совершенно конкретные аналогии в медицине. Все, что за последние годы мы узнали о человеческой физиологии, лишь подтверждает мысль об очистительных свойствах крови. Богословский образ, который обессмертил Уильям Каупер в своем гимне, имеет совершенно четкое биологическое обоснование.

Чтобы вы лучше поняли, каким образом кровь очищает наш организм, я попрошу вас провести простой эксперимент. Возьмите прибор для измерения артериального давления и оберните манжету вокруг руки. Попросите кого-нибудь из домашних накачать воздух с помощью резиновой груши, чтобы столбик на шкале достиг отметки 200 мм — такого давления достаточно для остановки кровообращения в вашей руке. Рука под манжетой почувствует неприятное сжатие. Вот теперь мой эксперимент и начинается: попробуйте что-нибудь сделать сдавленной рукой. Просто десять раз сожмите и разожмите пальцы или порежьте ножницами бумагу, или забейте молотком гвоздь в деревяшку.

Несколько первых движений получатся нормальными — ваши мускулы послушно сокращаются и расслабляются. Но вскоре вы станете ощущать небольшую слабость в руке. Приблизительно после десяти движений начнется сильное жжение и резкая боль. Мускулы сводит судорога. Если вы приложите усилие и заставите себя выполнять движения и дальше, то просто закричите от мучительной боли. В конце концов, никаким усилием воли вы не сможете заставить себя даже шевельнуть пальцем — боль овладеет вами целиком.

Когда вы ослабите жгут и воздух со свистом вылетит из манжеты, кровь хлынет в раскалывающуюся от боли руку, вы почувствуете огромное облегчение. Стоит потерпеть боль, чтобы ощутить это волшебное чувство облегчения. Мышцы начнут двигаться свободно, боль исчезнет. Физиологически вы только что ощутили результат очищающей деятельности крови.

Боль возникла из-за того, что вы заставили свои мускулы работать, в то время как поступление крови к руке было прекращено. В процессе превращения кислорода в мускульную энергию образуются определенные промежуточные продукты обмена веществ (метаболиты), которые должны тут же удаляться с кровотоком. Из-за отсутствия кровотока эти метаболиты начинают накапливаться в клетках. Во время нашего опыта клетки не очистились вихревым потоком крови, поэтому через несколько минут накопившиеся токсины вызвали резкую боль в вашей руке.

Трудно передать словами, с какой колоссальной скоростью и как старательно тело выполняет свои «дворницкие» обязанности. На время отвлечемся от богословской метафоры об очищении, и я вкратце обрисую вам сам процесс очищения организма.

Ни одна клеточка нашего тела не находится дальше от кровеносного сосуда, чем на ширину волоса; ни одна не загрязняется отходами от промежуточных продуктов обмена веществ и не подвергается вредному воздействию меньше, чем в приведенном выше примере. В результате сложного химического процесса диффузии и переноса газа перемещающиеся внутри узких капилляров красные кровяные клетки доставляют и передают клеткам тела очередную партию кислорода и одновременно поглощают все выделяемые ими отходы (углекислый газ, мочевину, мочевую кислоту и т.д.). Затем красные кровяные клетки забирают и доставляют все вредные химические отходы к тем органам, которые выводят их из организма.

В легких углекислый газ собирается в маленькие карманчики и выбрасывается наружу с каждым выдохом. Организм постоянно отслеживает процесс выдыхания и осуществляет мгновенные корректировки. В случае если аккумулируется слишком большое количество углекислого газа при сгорании большего количества энергии, когда я, например, поднимаюсь по лестнице, рефлекторный выключатель учащает мое дыхание. Процесс очищения ускоряется. (А вот наоборот сделать нельзя — невозможно покончить жизнь самоубийством, перестав дышать. Независящий от вашей воли механизм «заставит» вас дышать).

Сложные по химическому составу отходы передаются в особый, специфический орган — почки. Мне трудно удержаться, чтобы не петь бесконечные дифирамбы почкам. Некоторые ученые ставят их на второе место по значимости в нашем организме после мозга. Наше тело, несомненно, придает им очень большое значение: после каждого удара сердца четверть всей крови подается по почечной артерии к близнецам-почкам. Эта артерия раздваивается и далее еще разветвляется на многочисленные трубчатые канальцы, настолько замысловатые, что они удивят своей сложностью и изяществом переплетений даже лучшего венецианского стеклодува.

Основная функция почек — фильтрование. Для этого они обходятся крайне ограниченным пространством и ничтожно малым количеством времени. Почки умудряются с поразительной скоростью скручивать миллионы своих канальцев в петельчатые кристаллики, в которых происходит отбор одного за другим химических элементов. В связи с тем, что красные клетки слишком громоздки для микроскопических проходов этих канальцев, почки извлекают из крови сахара, соли и воду и занимаются с ними отдельно. Этот процесс в общих чертах можно сравнить с работой автомеханика, в слишком маленьком гараже которого не умещается весь автомобиль целиком. Чтобы отремонтировать двигатель, он вытаскивает его из автомобиля, несет в гараж, разбирает и прочищает отдельно каждый клапан, поршень и кольца. Затем собирает сотни разобранных частей воедино — на месте работы остается лишь грязь и ржавчина.

После того как почки примут от красных клеток весь груз, в состав которого входят приблизительно тридцать подготовленных на выброс отработанных химических веществ, их ферменты тщательно восполнят 99 % объема кровотока.

Один оставшийся процент состоит преимущественно из мочи, которая оттесняется к мочевому пузырю и находится там до очередного мочеиспускания вместе с остальной жидкостью, больше не нужной организму и подготовленной почками для удаления. Через секунду раздается удар сердца, и поток свежей крови устремляется в канальцы. Они вновь заполнены.

Есть люди, которые относятся к почкам с особым благоговением. Это — люди, живущие без почек или с неработающими почками. Такие люди составляют особую группу. Их немного. Тридцать лет назад они бы все умерли. Теперь же у них есть немало времени, чтобы подумать, какое это чудо — почки. Три раза в неделю по пять часов они неподвижно лежат или сидят, пока через специальную трубку вся их кровь пропускается через громко гудящий аппарат размером с большой чемодан. Этот технологический монстр — аппарат почечного диализа — грубая замена нежных фасолеобразных человеческих почек. Только, в отличие от него, естественные почки весят всего 400 г , круглосуточно выполняют свою сложнейшую работу и восстанавливаются сами. Для большей надежности в нашем теле есть две почки, хотя на самом деле мы вполне могли бы обойтись одной.

Другие органы тоже участвуют в очищающем процессе. Как бы долговечна ни была красная кровяная клетка, она не может без конца выдерживать эти бесконечные чередования циклов загрузки и выгрузки. Клетка рассчитана примерно на полмиллиона циклов. Как изношенная разбитая речная баржа, эта клетка прокладывает себе путь к печени и селезенке, чтобы разгрузиться в последний раз. На этот раз вместе с грузом подхватывается и сама клетка, разбирается на составляющие аминокислоты и желчные пигменты и идет на переработку. Крошечное железное «магнитное» сердечко крестообразной молекулы гемоглобина препровождается обратно в костный мозг для дальнейшего возрождения в другой красной клетке.

Экскурс в биологию снова подводит нас к нашему сравнению. С точки зрения медицины, кровь поддерживает жизнь в организме, освобождая его от побочных продуктов химических реакций, которые иначе мешали бы нормальному функционированию органов, т.е. кровь очищает организм. Размышляя о Теле Христовом, я невольно думаю об извечной его проблеме — грехе. Этому способствует и наша метафора.

Многим слово «грех» кажется устаревшим, древним, затуманенным побочными оттенками смысла. Те сравнения, которые описывают отношения Бога с грешными существами, тоже не очень понятны. Бог — судья, мы — обвиняемые. Это совершенно точное библейское сравнение тоже постепенно теряет смысл, по мере того как судопроизводство начинает внушать нам все большее недоверие, становится все более капризным и непредсказуемым. Сравнения устаревают, меняется язык. Изменяется и культура.

Но кровь — это совершенное сравнение, и оно позволяет нам с точностью рассказать о сущности греха и прощения. Современные медицинские открытия дают нам лишние козыри в руки. Кровь очищает организм от вредных продуктов жизнедеятельности. Так и прощение, основанное на Христовой крови, очищает нас от «вредных веществ» — грехов, мешающих обрести духовное здоровье.

Очень часто грехи представляются нам перечнем личных промахов, которые раздражают Бога Отца. В ветхозаветные времена Он, кажется, очень часто раздражался. Но даже поверхностное прочтение Ветхого Завета показывает: грех — это препятствие, это парализующий токсин, который мешает полностью осознать свое человеческое естество. Бог дал нам определенные законы ради нас самих. Ему эти законы не были нужны. На Израиль наступают враги, и Бог говорит такие слова: «Дети собирают дрова, а отцы разводят огонь, и женщины месят тесто, чтобы делать пирожки для богини неба и совершать возлияние иным богам, чтоб огорчать Меня. Но Меня ли огорчают они?., не себя ли самих к стыду своему?» (Иер. 7:18-19).

Гордыня, эгоизм, похоть и жадность — это отрава, которая мешает нашим отношениям с Богом и людьми. Грех вызывает разлуку: с Богом, с людьми, со своим истинным «я». Чем крепче мы держимся за свои мелкие желания, чем больше стремимся к успеху, чем с большей готовностью удовлетворяем свои страсти за счет других, тем дальше мы отходим от Бога и людей.

В ветхозаветные времена у евреев были очень точные представления о пропасти, разделяющей Бога и людей. Местом Божьего присутствия считалась Святое святых, куда лишь раз в год (в День искупления) мог войти лишь один человек — священник, выполнивший сложный очистительный обряд. Иисус Христос сделал эту церемонию ненужный, ибо единожды принес жертву за всех. «Сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливаемая во оставление грехов», — сказал Господь, завещая нам обряд Вечери Господней (Мф. 26:28) .

Вечеря Господня, или месса, или евхаристия, в нынешнем виде сильно отличается от ветхозаветной церемонии, приходившейся на День искупления. Нам уже нет нужды идти к Богу через выполнившего очистительный обряд первосвященника, не нужно ждать Дня искупления, чтобы войти в Святое святых. В день смерти Христовой толстая завеса, закрывавшая вход в Святое святых, разорвалась сверху донизу. Теперь каждый из нас может напрямую общаться с Богом: «Итак, братия, имея дерзновение входить во святилище посредством Крови Иисуса Христа, путем новым и живым, который Он вновь открыл нам чрез завесу, то есть, плоть Свою...» (Евр. 10:19-20).

Вечеря Господня подчеркивает, что действие Христовой жертвы имеет продолжительный характер. Каждый причащающийся принимает вино, символизирующее ту самую живую кровь, которая омывает каждую клетку нашего организма, давая ей питательные вещества и очищая ее от вредных. Благодаря Его крови, мы прощены и очищены.

Слово «покаяние» описывает процесс, который происходит в каждой клетке в момент очищения. Клайв Льюис напоминает нам, что покаяние — это «не слова, которых требует от вас Бог, прежде чем принять вас в объятия Свои, и от произнесения которых может избавить вас по Своему соизволению. Покаяние — описание дороги к Богу». Чтобы было забыто прошлое, тучей нависающее над нами, необходимо помнить о нем. Если использовать наше сравнение, то можно сказать: через покаяние каждая клетка с готовностью открывает себя для очищающего действия крови. Покаяние нужно нам самим. Не для того, чтобы наказать себя, а для того, чтобы освободиться от накопившегося груза грехов. «Это Тело Его за вас ломимое...» Ломимое за ваше словоблудие, ваши похоти, вашу гордыню, вашу бесчувственность. Ломимое, чтобы очистить вас ото всего этого, чтобы ваши недостатки заменить Его совершенным послушанием.

Почему мы ходим в церковь, стоим там или сидим на очень неудобных скамьях и стульях? Почему мы поем в церкви странные песнопения и гимны — такие, которых не услышишь нигде, кроме как в стенах храма? Не потому ли, что в каждом из нас горит искра надежды — надежды на то, что Бог узнает нас, простит, исцелит, полюбит? Подобные чувства лежат и в основе нашего стремления причащаться.

Символы гораздо бесцветнее, чем скрывающаяся за ними реальность. Но Христос даровал нам вино и хлеб в доказательство того, что мы прощены, исцелены, любимы. Символ проникает в нас, питая наше тело физически и духовно, донося благую весть до каждой клеточки нашего тела.

Во время евхаристии мы вспоминаем о прощении, которое обрели благодаря жертве Христовой. Эта жертва сотрясла до основания всю богослужебную систему иудаизма. Мы и сами ощущаем, как наши клеточки очищаются от накопившихся в них упрямых токсинов. «Ибо, если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертию Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнию Его» (Рим. 5:10). Если грех — великий разлучник, то Христос — великий примиритель. Он растворяет оболочку, которая с каждым днем все больше отделяет нас от окружающих и от Бога. «А теперь во Христе Иисусе вы, бывшие некогда далеко, стали близки Кровию Христовою, ибо Он есть мир наш...» (Еф. 2:13-14).

Незадолго до смерти французский писатель-католик Франсуа Мориак, получивший Нобелевскую премию в области литературы, рассуждал о своих сложных отношениях с церковью. Он рассказал, какие из своих обещаний церковь не сдержала, рассказал о мелочности и компромиссах, на которые столь часто шли церковники. И он сделал вывод: церковь далеко отошла от учения и личного примера Своего основателя. Но все же, добавляет Мориак, несмотря на все свои недостатки, церковь, по крайней мере, не забыла два высказывания Христа: «грехи твои прощены» и «сие есть Тело Мое за вас ломимое». В вечере Господней соединяются оба этих высказывания, ибо причастие — это тихое действо исцеления, очищения каждой клеточки Его Тела от накопившихся нечистот.

Уильям Каупер (1731 — 1800) — английский поэт. Одной из первых его публикаций был сборник гимнов, написанных в сотрудничестве с известным сочинителем гимнов Джоном Ньютоном. Гимн «Бьет фонтаном ярким кровь» был сочинен в 1771 —1772 гг. (прим. перев.).

 

Фермент — белок, действующий как катализатор химических реакций (прим. перев.).

Автор Послания к Евреям объясняет те изменения, которые произошли в богословии: «Но Христос, Первосвященник будущих благ, пришед с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть, не такового устроения, и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление. Ибо, если кровь тель­цов и козлов и пепел телицы чрез окропление освящает оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (Евр. 9:11-14).