Хаусхофер К. О геополитике. Работы разных лет

ОГЛАВЛЕНИЕ

Границы в их географическом и политическом значении

Освоение русскими северного побережья Тихого океана и их вытеснение островными державами

Возьмем лишь различное отношение романских народов, германцев, славян к лесу, а среди славян – обитателя северных подзольных земель в редколесье, затем в тайге и южного, обосновавшегося в степях и саваннах жителя черноземья – великоросса и украинца! Истинный житель леса охотно укрывается в нем, тянется туда, соответственно размещая свои поселения. Еще и сегодня мы видим это в растянувшихся в длину с зарослями деревьев селениях. Землепашец и животновод, напротив, предпочитают плоскогорья, пояс саванн, корчуют лес, используя его как “пустынный пояс”, как анэйкуменную защиту. Итальянец видит защиту прежде всего в примыкающих Альпах, фирновых полях, через которые германец, пася скот и создавая право выпаса по ту сторону перевалов, перегоняет стада через седловину горы, тогда как для индийца снеговой покров Гималаев – граница непригодного для жилья, обитель страшных богов, а для тибетца высокогорные северные долины – место постоянного жительства.
К относительному значению границы анэйкумены мы подходим также в противовес разделяющей силе воды во всех ее проявлениях на земной поверхности – проливов и рек, озер и морей, которые человеческими расами воспринимаются в корне различно. Для норманнов и малайцев мореплавание – нечто естественное; они воспринимают море как связующее, а горы, даже на маленьких островах, уступают “людям, живущим внутри”, названным малайцами ториадья , другим расам, сами же заселяют кайму побережья. Атолл для малайцев и полинезийцев – зона высокоактивной жизни и жизнеобеспечения, и он имеет для их пропитания гораздо большее значение, чем узкий коралловый риф с тонким слоем гумуса.
Определяющим для мировоззрения этих народов является их пантеистическое чувство единства с морем и его голубыми просторами. Море связывает такие расы, увлекает прелестью противоположного побережья; для тех, кто пробивается к морю из внутренних областей, оно становится естественной границей. Из почти 18.000 км доступного побережья, которое китайцы все еще контролировали ко времени первого открытия доступа в страну [с.63] в середине XIX в., они потеряли свыше 10.000 км береговой защитной линии и оттеснены на 7100 км современной, не чувствуя в полной мере, какая опасность заключена в этом для их жизненного пространства. Японская прибрежная империя, напротив, расширяет в то же самое время свою защитную опору на море прямо-таки невероятным развитием побережья почти до 42.000 км (не считая мандата прежней германской островной империи Южных морей ). Какое различие в мнении о ценности одного и того же географического, границеобразующего явления!
Решение одной из крупнейших проблем будущего человечества, перспективы исхода борьбы между индо-тихоокеанской и атлантической культурами лежит в оценке, вытекающей из анэйкуменной разделяющей силы Тихого и Индийского океанов. Если, конечно, не будет больше недооцениваться дальнобойность артиллерии, которая определяет судьбоносное различие между атлантическими и индо-тихоокеанскими геополитическими основами развития человеческой культуры, силы и экономики, между экспансивным, эксцентричным атлантическим типом побережья и тихоокеанским с его замкнутыми, автаркичными и центростремительными процессами – как это различие обосновывает Э. Зюс – и их неизбежными антропогеографическими последствиями.
Все эти тихоокеанские культуры, как и во многом родственные им индийские – после их созревания в высокогорных проходах северо-западной границы, – выросли между защищенными океанской, полярной, пустынной и горной анэйкуменой пограничными барьерами, которые теперь разрушены и вследствие этого обусловливают любое столкновение и компромисс или разрушение неприступного. Так происходит в наиболее крупном восточноазиатском, так – в индийском культурном ареале, так случилось с центральноамериканским и южноамериканским, чьи старые носители, однако, с давних пор не целиком были побеждены атлантической культурой. Напротив, сегодня как раз наблюдаются обратные явления: в мексиканском аграрном законодательстве, в растущих новых кровопролитиях после длительного подавления индейцев (Бенито Хуарес, Порфирио Диас!) , в развитии Перу, а также Боливии от атлантических представлений о существовании к более тихоокеанским, а также в чрезмерно растущих восточноазиатских расах на Гавайях, в регенерации малайско-полинезийских черт на Филиппинах, даже в Новой Зеландии и Японии. Эти возвратные процессы показывают, что их образование внутри анэйкуменной зоны защиты дает таким культурам столь стойкую силу сопротивления, что отдельные стремления к возвратным проявлениям внутри изначально образованных границ могут вновь и вновь выходить наружу. [с.64]
Вероятно, колебания между атлантическими и тихоокеанскими влечениями и есть будущая проблематика тесных будущих связей Соединенных Штатов, кажущихся столь беспроблемными.
В этом кроется также доказательство огромных, покровительствуемых природой сил анэйкуменных разграничений, и поэтому мы поставили эти разграничения с точки зрения их действенности в отношении жизненных форм на первое место даже перед гораздо менее авторитарно их разделяющим и отграничивающим морем! [с.65]

ПРИМЕЧАНИЯ

(с.57) Ratzel F. Anthropogeographie. Вd II; Idem. Erde und Leben. Bd II.

(с.57) Hassert С. Nordpolargrenze der bewohnten Erde. Diss. Leipzig, 1892: северные и южнополярные владения США, Британской империи, Советского Союза, Австралии, Новой Зеландии, Канады, норвежские на Шпицбергене; Schone E. Politische Geographie. S. 110.

(с.57) Berger. Geschichte der wissenschaftlichen Geographie der Griechen. Bd II. S. 135 ff. (с.57)

(с.57) Ratzel F. Hohengrenzen und Hohengurtel // Kleine Schriften. Bd II. S. 175.

(с.58) Rowland W.R. (Kalling R.) Erlebnisse auf Sumatra // Zeitschrift fiir Geopolitik. 1924. S. 785.

(с.58) Schweitzer А. Zwischen Wasser und Urwald и другие публикации о его самоотверженной деятельности в тропических джунглях.

(с.60) Борьба России за расширение северной анзйкумены см.: Haushofer К. Geopolitik des Pazifischen Ozeans. Berlin, 1925.

(с.61) Siebold Ph. Fr. von. Nippon. Wurzburg u. Leipzig. 1897. Bd II. S. 207 ff'. Eнига содержит описание поездки Мамка Ринзо, которая была предпринята по приказу сёгуна в 1808 г.

(с.61) О монгольской зоне защиты см.: Reinsch P.S. // “The Nation”, 3.V.1922 (New York).

(с.63) “Подзол” – преобладающий вид почвы в Северной России, светлая, с большим содержанием песка, лесная, малоплодородная в зоне умеренного климата, оставшаяся от ледникового периода, в противоположность “чернозему” – плодородной, черно-коричневой степной почве (часто на лёссовой основе) приблизительно южнее линии Лемберг (Львов) – Киев – Тула – Нижний Новгород – Казань – Пермь – Урал.

(с.64) Сравнение атлантических и тихоокеанских очертаний см.: Sue? Ed. Das Antlitz der Erde. Bd II. S. 256. (с.64)

Тераи – полоса заболоченных равнин у южного подножия Гималаев, на высоте до 900 м, в Индии и Непале. [с.65]

Права СССР на районы Арктики, прилегающие к его побережью, были закреплены Постановлением Президиума ЦИК СССР от 15.IV.1926 г., в котором территорией СССР провозглашались все “как открытые, так и могущие быть открытыми в дальнейшем земли и острова”, расположенные в Северном Ледовитом океане до Северного полюса в пределах между меридианами 32'04'35" в.д. и 168'49'30" з.д. Исключение было установлено для восточных островов архипелага Шпицберген, лежащих между 32' и 35' в.д. [с.65]

Желтые лютики – признак закисленной, теряющей плодородие почвы. [с.65]

Северо-Западный проход – морской путь на Запад из Атлантического океана в Тихий океан вдоль северного побережья Северной Америки через Канадский арктический архипелаг, море Бофорта и Берингов пролив. В течение многих веков исследователи (в том числе Себастьян Кабот, Генри Гудзон и др.) пытались обнаружить Северо-Западный проход, чтобы использовать его в качестве торгового маршрута. В 1853-1854 гг. был впервые пройден пешком шотландцем Робертом Мак-Клуром (1807-1873), в 1903-1906 гг. – Руалем Амундсеном. [с.65]

Немецкая Ганза возникла в 1356 г., в пору своего расцвета подчинила себе торговлю Северо-Восточной и Центральной Европы. [с.65]

Здесь автор имеет в виду Германию в границах, установленных Версальским договором 1919 г. [с.65]

Овидий Публий Назон (43 до н.э. – 17 н.э.) – древнеримский поэт. Был сослан императором Августом на берега Черного моря в Томы (совр. Констанца в Румынии). Томы – древний город, основанный в начале VI в. до н.э. греками из Милета. [с.65]

Речь идет о Фердинанде Кобурге (1861-1942) – князе, затем царе Болгарии (1887-1918), основателе Кобургской династии, занимавшей болгарский престол до ликвидации монархии в 1946 г. [с.65]

Сан-Франциско – город и морской порт на Тихоокеанском побережье Калифорнии, великолепная гавань, окруженная почти со всех сторон сушей, соединена с океаном проливом Золотые Ворота. До 1846 г. был владением Мексики под названием Йерба-Буэна, после захвата Соединенными Штатами переименован в Сан-Франциско. В 1906 г. город был разрушен в результате сильного землетрясения. Подобное повторилось в 1989 г. В Сан-Франциско и по сей день сохранились следы пребывания русских в бухте Сан-Франциско в виде названия одной из рек – Русская, сохранилась и русская церковь. [с.65]

Имеется в виду деятельность землепроходца В.Д. Пояркова, положившая начало освоению русскими людьми Приамурья. В 1643-1649 гг. он руководил экспедицией, которая впервые проникла в бассейн реки Амур и достигла его устья. [с.65]

Нерчинский договор 1689 г. – первый договор между Россией и Китаем; разграничил сферы влияния обоих государств в Приамурье. [с.65]

Тайпинское восстание – крестьянская война в Китае в 1851-1864 гг. Повстанцы освободили значительную территорию в долине реки Янцзы [с.65] и создали свое государство “Тайпин тяньго” с центром в Нанкине. В 1864 г. восстание было подавлено. [с.66]

Одним из крупнейших достижений ХХ века в международно-правовой области является утверждение принципа нерушимости границ как одного из отвечающих требованиям мирного сосуществования. Этот принцип зафиксирован в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (1975 г.), ранее он нашел отражение в решениях Организации Африканского Единства. Если в первом случае мы имеем дело с признанием европейскими странами, а также США и Канадой того, что территориальные претензии служили запалом к войнам, не раз прокатывавшимся по Европейскому континенту, то во втором случае явно просматривается реакция на политику колонизации, не считавшуюся с коренными интересами народов, ставших ее жертвами. Именно в этом кардинальном вопросе взгляды Хаусхофера вступают в противоречие с международнйььи реалиями.
Следуя идеям своего учителя Ф. Ратцеля, Хаусхофер считает нормальным, а точнее, вполне допустимым пространственное расширение государств, не исключая при этом и возможность такого расширения за счет освоения благодаря научно-техническому прогрессу ранее считавшихся непригодными для обитания земель. При этом Хаусхофер если не прямо, то косвенно утверждает, что главным в таком процессе является сила, насильственный захват. По его мнению, ее цена – в обретенном новом пространстве (см. размышления автора на с. 395).
В его работах часто встречается формула “разбойники моря” и “разбойники степи”. Эта формула – не просто впечатляющая фразеология: с ее помощью К. Хаусхофер пытается представить себя противником империалистической, захватнической политики, противником порабощения других народов, что, впрочем, не мешает ему доказывать “неизменность” прав Германии на утерянные ею в результате поражения в первой мировой войне колонии. Одновременно он вносит путаницу в сам вопрос об историческом формировании государств, ставя знак равенства между естественным передвижением народов и “колониальными” захватами.
Нельзя не согласиться с обоснованностью его суждений по поводу колониальных захватов, осуществленных, по его терминологии, “разбойниками моря” – прежде всего Великобританией, Францией и в меньших масштабах – Голландией, Бельгией, Испанией, Португалией. Опираясь на мощь своих флотов, эти государства вторгались на другие континенты, присваивали огромные территории, превращали в данников жившие там народы.
Если обратиться к теме “разбойников степи”, то здесь картина иная. Как известно, степи расположены в восточной части Европы и в Азии, прерии – в Северной Америке, пампасы – в Южной. История распорядилась так, что расселение на этих землях, формирование на них государств происходило по-разному. В Северной Америке коренное население сгонялось в резервации, а освободившиеся земли посредством системы гомстедов передавались поселенцам, что, впрочем, не мешало путем спекуляций переходу огромных земельных площадей в распоряжение монополий. В Южной Америке процесс развивался иначе, но его результат был столь же плачевным для коренного индейского населения.
Что касается евразийских степей, то трактовать их заселение и образование на их просторах Российской империи, используя те же термины, значит искажать историческую правду, подменять ее вымыслом. С научной точки зрения совершенно несостоятельно ставить знак равенства между, скажем, британской колонизацией и тем, что происходило на российском пространстве. В действительности на просторах России шел процесс собирания земель, заселенных русскими племенами; достаточно вспомнить Ивана Калиту – одного из первых объединителей русской земли. Что же касается дальнейшего хода развития, то процесс как бы раздвоился: с одной стороны, действовала центральная власть, но с другой – развивалось чисто народное движение на Восток, а также движение других народностей к объединению с Россией. [с.66]

Имеется в виду русско-японская война 1904-1905 гг., завершившаяся бесславным поражением России, приведшая к тому, что Южная Маньчжурия и Корея превратились в протекторат Японии.
Маньчжурия, ближайшая к Японии часть Китая, в то время слабо заселенная и почти не защищенная, представляла для Японии огромный интерес как [с.66] плацдарм, который мог бы быть использован ею для дальнейшей экспансии на Азиатском материке. [с.67]

Под судом (лат.). [с.67]

Т.е. к русско-японской войне 1904-1905 гг. [с.67]

Малайцы ториадья – негритосы, проживающие в отличие от береговых жителей внутри островов. [с.67]

Мандатная система была введена в 1919 г. главными державами Антанты для управления захваченными ими бывшими германскими колониями и отошедшими от Оттоманской империи территориями. Дележ германских колоний был согласован на совещании Вильсона, Клемансо и Ллойд Джорджа 6 мая 1919 г. и на заседании Верховного совета Антанты 7 мая 1919 г. Япония получила мандат на Маршалловы, Каролинские и Марианские острова; это был мандат класса С, дававший право не допускать проникновения иностранного капитала в подмандатные владения. [с.67]

Автаркия (греч. – самоудовлетворение) – имеется в виду хозяйственный уклад страны, производящей и потребляющей без остатка все продукты, т.е. обходящейся без импорта и экспорта. [с.67]

Порфирио Диас (1830-1915) – президент Мексики (1877-1880; 1884-1911). [с.67]