Арас Дж. Терроризм вчера, сегодня и навеки

ОГЛАВЛЕНИЕ

Блок 2. Третья мировая война: формирование современных предпосылок

Эпизод шестой: UNITA (терроризм под прикрытием национально-освободительного движения)

Одним из самых значительных последствий Второй мировой войны стал распад колониальной системы. Время империй прошло; однако, прежде это стало необратимым фактом, пролилось много крови. Движение народов Азии и Африки за национальное освобождение, в силу целого комплекса причин, не могло не стать неизбежным носителем культуры терроризма. Последний, по определению являясь оружием слабых, стал наиболее предпочтительным средством борьбы с подавляющей военной мощью метрополий; при этом элементы и структуры, реализующие террористическую практику, никогда именовали себя не террористами, только - «борцами за свободу». Период борьбы за национальное освобождение бывших колоний, в целом завершившийся к середине 60-х годов прошлого века, отнюдь не закрыл эпоху насилия; просто оно перешло в иное, еще более острое качество. Вновь образованные, формально свободные и политически независимые, но непрочные государства, пораженные вирусами трайбализма, слабой экономики, некомпетентности и коррупции, продолжали воевать: друг с другом, и сами с собой. Данная ситуация усугублялась негативным эффектом приложения усилий со стороны двух мировых систем, одержимых духом военно-политического соперничества. Результат был обеспечен: десятки локальных вооруженных конфликтов, изначально обусловленных местными причинами, выстраивались в систему глобальной конфронтации – Афганистан, Вьетнам, Камбоджа, Ангола, Мозамбик, Никарагуа, Сальвадор, далее по списку. В этих гибридных конфликтах, движимых смесью этнических и идеологических приводов, получивших весьма точное название proxy wars – марионеточные войны, каждая сторона имела своих «сукиных детей», - вассалов и заложников сверхдержав, сошедшихся в схватке Третьей мировой войны. Разница между ними в большинстве случаев состояла только в том, что одним доставались «калаши», а другим – М–шестнадцатые. Один из классических примеров – UNITA, или Национальный союз за полную независимость Анголы.

Ангола, составная часть последней в мире колониальной империи, с 1961 г. была охвачена партизанской войной за освобождение от португальского контроля. Ее основными участниками стали сформированные по этническому (или точнее, племенному признаку) три вооруженные группировки – MPLA, FNLA, и уже упомянутая UNITA. Вряд ли стоит говорить, что они опирались на всестороннюю помощь СССР (логично стремящегося создать проблемы для Португалии – члена НАТО), а также Китая. Многолетний, непроходимый для всех вовлеченных сторон тупик войны, неожиданно разрешился в 1974 году, когда «революция гвоздик» и смена режима в Лиссабоне дала бывшим колониям долгожданную свободу. И тогда начался второй, основной акт ангольской драмы.

Власть в столичном городе Луанде была захвачена марксистской, просоветской группировкой MPLA, которая заявила претензии на единоличное правление страной после ожидаемого провозглашения независимости. Этого не могли допустить ни местные конкуренты, ни внешние силы, для которых советский контроль над Анголой – кладовой нефти, алмазов, редкоземельных металлов и древесины, означал бы серьезное поражение на Африканском фронте «холодной войны». Настал звездный час FNLA и UNITA. Получив оружие, финансы, политическую поддержку, португальских наемников, южноафриканских инструкторов и советников из Управления операций ЦРУ США, механизированные колонны обеих группировок форсированным маршем с северного и южного направления пошли на столицу, практически не встречая сопротивления. В ноябре 1975 г. казалось, что сложившаяся критическая ситуация завершится крахом марксистского режима Анголы. Все решил один звонок из Москвы в Гавану, после чего немедленно заработал воздушный мост Гавана – Луанда. Переброшенная в форс-мажорном темпе элитная кубинская 50-я дивизия переломила ход войны. Передовой эшелон FNLA, находившийся на расстоянии орудийного выстрела от северных пригородов Луанды, был остановлен кубинскими «Градами», а затем разгромлен в ходе начавшегося контрнаступления. Вслед за этим настала очередь формирований UNITA, отброшенных далеко на юг. Марксистский режим, сам выросший из недр повстанческого антиколониального движения, выжил под ударами бывших собратьев по оружию.

После 1975 г. группировка FNLA распалась, и ее лидер маоист Холден Роберто исчез из виду. Однако, совсем по иному сложилась судьба миллионера – многоженца Жонаса Савимби, лидера UNITA. Его группировка, сформированная чисто на этнической основе, опиралась на поддержку обширной племенной группы Овимбунду, населяющей центральный, восточный и южный регионы страны. Именно мощный этнический ресурс, в сочетании с различными формами поддержки заинтересованных внешних сил, обеспечил выживаемость группировки в условиях почти тридцатилетней тотальной гражданской войны. Однако, ключевым условием, пролонгировавшим ангольскую драму, стал контроль UNITA над районами залегания алмазов. Именно эта позиция, вместе с контрабандой ценной древесины, обеспечила группировке непрерывный поток финансовых средств (до 500 млн. долларов ежегодно). По некоторым данным, в середине 90-х годов не менее 20% алмазов, проходивших через Антверпенскую биржу, были «черными» (то есть, нелегальными); и половина из них поступила от дилеров, работавших с людьми Савимби. Не удивительно, что при таком финансировании, его армия («Вооруженные силы освобождения Анголы») была организована на принципах регулярных формирований, и насчитывала к 1999 г. до 30.000 человек без учета резервов, имея современное для африканских условий тяжелое вооружение - танки Т-55 и Т-62, БМП-1/-2, БТР-70, крупнокалиберную артиллерию, реактивные системы залпового огня «Град», противотанковые средства, средства ПВО. В конце 90-х появилась даже собственная боевая авиация – 6 фронтовых истребителей МИГ-23 и 6 ударных вертолетов МИ-25; предпринимались попытки приобретения бомбардировщиков СУ-24 на Украине и в Беларуси. Окончание «холодной войны» и глобальная перегруппировка сил отразились на системе внешних связей UNITA. Места западных и южноафриканских инструкторов заняли «дикие гуси» из Восточной Европы и бывшего СССР. В частности, по неподтвержденным сведениям, авиацию группировки пилотировали украинские наемники; в штабах оперативного уровня и на командных должностях в частях находились бывшие кадровые офицеры Болгарской народной армии, трое из которых были расстреляны по приказу Савимби после неудачного исхода кампании 1999 г.

Гражданская война в Анголе носила импульсный характер, чередуя военно-политические кризисы с переговорными периодами и соглашениями о национальном примирении. Неизменным оставался только уровень насилия, чинимого в отношении гражданского населения на контролируемой территории. Убийства, грабежи, изнасилования, разрушения населенных пунктов, неизбирательное минирование местности, оставившее после себя тысячи калек – таковы стандартные параметры массового террора стандартной гражданской войны. Эту картину дополняют «традиционные» акты терроризма – транспортные самолеты ООН с гуманитарными грузами, сбитые на взлете, убийства и захват в заложники иностранных граждан - нефтяников, летчиков, туристов.

В марте 2002 г. в тупиковой ангольской ситуации забрезжил свет надежды. Савимби был убит при невыясненных до конца обстоятельствах; UNITA (как и Курдская рабочая партия после ареста Оджалана) вошла в стадию кризиса и дезинтеграции. Хочется надеяться, что ведущиеся переговоры о политическом урегулировании и реформах, начавшаяся демобилизация боевиков, если и не поставят точку, то, по крайней мере, создадут паузу в затянувшейся трагедии Анголы.

Завершение генезиса

Обобщая эти избирательные эпизоды, иллюстрирующие базовые тенденции развития феномена терроризма во второй половине ХХ века, следует еще раз особо подчеркнуть – именно тогда, в эпоху Третьей мировой («холодной») войны, терроризм окончательно состоялся как самостоятельная идейно-политическая категория и уникальная оперативная практика, превратился из точечно-импульсного в массовый, и только тогда он впервые занял (и надолго) эпицентральное положение в сфере внимания государств и общественного мнения. И значительная доля прямой ответственности за сегодняшнюю глобализацию проблемы несут участники Третьей мировой, - как исчезнувшие, и сохранившиеся, по счетам которых платят другие поколения. Мины, заложенные в прошлом, взрываются в настоящем, и, к сожалению, в будущем.