Глазунова О. И. Логика метафорических преобразований

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава I. ПРИРОДА МЫСЛИТЕЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ.
КОДИРОВАНИЕ ИНФОРМАЦИИ В ЯЗЫКЕ И МЫШЛЕНИИ

Разработка общих принципов коммуникативной деятельности в рамках прагматических исследований

Термин «прагматика» впервые получил обоснование в работе Ч.Морриса «Основание теории знаков» (1938) как раздел языкознания, который наряду с семантикой и синтаксисом образует область семиотических исследований. Прагматика изучает отношение знаков к их интерпретаторам ('the relation of signs to interpreters'); семантика – отношение знаков к объектам, которые они замещают ('the relations of signs to the objects to which the signs are applicable'); синтаксис – отношения знаков между собой ('the relations of signs to other signs') [Morris: 1938, 6-7]. В более поздних работах Морриса данные определения были существенно переработаны и прагматика была представлена как раздел семиотики, который изучает происхождение, использование и результат воздействия знаков ('that portion of semiotic which deals with the origins, the uses, and effects of signs within the behavior in which they occur') [Morris: 1946, 1971].
В работе Р.Карнапа (1942) различия между прагматикой, семантикой и синтаксисом формулируются в русле раннего определения Ч.Морриса следующим образом: «мы различаем три области исследования языка. Если исследование имеет отношение к говорящему или, используя более общий термин, к пользователю, мы определяем его как область прагматики. Если мы абстрагируемся от пользователя и анализируем только выражения и объекты, которые они обозначают, мы имеем дело с семантикой. Если мы, наконец, абстрагируемся от объектов реальной действительности и анализируем отношения между выражениями, мы в рамках (логического) синтаксиса. Весь раздел языкознания, состоящий из трех вышеупомянутых областей, называется семиотикой» [Karnap: 1942, 9].
В настоящее время не существует четких границ, определяющих предмет собственно прагматических исследований. К прагматике относится весь комплекс вопросов, связанных с личностями отправителя и адресата речи в процессе производства речи и при ее декодировании, с отношениями между участниками коммуникации, с ситуацией, в которой осуществляется общение, с использованием стилистических и эмоциональных средств языка. Данное положение настолько нетипично для языкознания, что дало повод для иронического замечания со стороны Дж.Серля, Ф.Кифера и М.Бервиша, редакторов весьма уважаемого сборника «Теория речевых актов и прагматика»: «"Прагматика" является одним из тех слов (наряду со словами "общественный", "когнитивный" и другими), которые создают впечатление чего-то специфического и в техническом отношении поддающегося толкованию, в то время как на деле не имеют четкого значения» [Speech Act Theory and Pragmatics, Introduction].
В рамках данной книги мы будем понимать под прагматикой область исследований, предметом изучения которой является выбор языковых средств для оптимального воздействия на адресата и достижения коммуникативной цели в условиях заданной ситуации общения. На современном этапе развития языка, когда в распоряжении его носителей находится огромный запас языковых средств и опыт в их употреблении, на первое место выходят вопросы, связанные не столько с тем, как отразить то или иное мыслительное содержание, сколько с тем, как отразить его наилучшим образом, то есть решить коммуникативные задачи в самые короткие сроки и с максимальным эффектом воздействия на адресата речи. Прагматика является областью исследования на стыке лингвистики, психологии и социологии, которая анализирует общие принципы коммуникативной деятельности индивидуума и отвечает за конкретное формирование логической основы диалога-общения.
В русле прагматических исследований стали развиваться идеи Г.Фреге о том, что для выражения мысли существуют не только лингвистические способы, связанные с употреблением языковых единиц в речи [11]. Иногда для того, чтобы коммуникация состоялась, достаточно или не высказать (утаить от собеседника) требуемую информацию, или намекнуть на нее с помощью опосредованных средств выражения. Например, если в рецензии на диссертацию указывается, что диссертация написана четким, красивым почерком и все страницы тщательно пронумерованы, окружающим становится ясно, что других достоинств, по мнению оппонента, данная работа не имеет и ее «научный потенциал» оставляет желать лучшего. Опуская информацию о научном содержании диссертации, оппонент доносит до слушателей мысль об определенном уровне этой работы. Рассмотрим другой пример: 'Smith has left off beating his wife' (Смит перестал бить свою жену) [12]. В этом предложении, наряду с выраженным лингвистическими средствами указанием на прекращение процесса побоев, содержится дополнительная информация (пресуппозиция) о том, что раньше Смит бил свою жену и, вероятно, делал это регулярно. Мы не можем проигнорировать эту информацию, так как в противном случае (то есть если предположить, что Смит раньше не бил свою жену) данное высказывание не имеет смысла.
Когда мы вступаем в общение, мы ожидаем, что человек, с которым мы говорим, обладает как определенными знаниями в той или иной области, так и навыками ведения диалога. Например, если мы начинаем говорить о политике, мы предполагаем, что наш собеседник в состоянии поддержать предложенный разговор (имеет элементарные представления о государственном устройстве или о политических событиях в стране и за рубежом); в противном случае мы выбрали бы для общения с ним тему менее сложную: поговорили бы о погоде.
Ситуация общения представляет собой многокомпонентный процесс, который формируется и регулируется не только лингвистическими средствами, но и различными контекстуальными способами и конвенциональными установками, сложившимися в обществе и доступными для всех его членов. Эти установки легко выводимы и обладают количественными и качественными показателями. Если человек, с которым вы разговариваете, адекватно реагирует на ваши реплики, умело развивает тематику разговора, вежлив и предупредителен, то он, как минимум, заслужит характеристику «приятного собеседника». Если он не в состоянии высказать ни одной новой для вас мысли, но при этом крайне многословен и навязчив, а на вопрос «Как дела?» начинает подробно расписывать все мелкие события, произошедшие с ним за последний месяц, то ваше мнение о нем, скорее всего, будет противоположным.
Формирование высказываний участниками разговора происходит в соответствии с выведенным П.Грайсом общим принципом общения ('Cooperative Principle'): «На каждой стадии общения делай свой вклад в развитие диалога в таком объеме и таким образом, как этого ожидает твой собеседник, учитывая цель или направление разговора, в котором ты участвуешь» [Grice: 1991, 307] [13]. Для объяснения условий, оказывающих влияние на логическую основу коммуникации, вводится понятие импликатуры. Под импликатурой, согласно П.Грайсу, понимается информация, обусловленная ситуацией общения, но не связанная непосредственно с содержанием участвующих в речи языковых единиц, которая в соответствии с общепринятыми правилами логической трансформации может быть извлечена адресатом речи из лингвистического контекста или из ситуации общения.
В соответствии с теорией П.Грайса содержание высказывания можно разделить на три условные части: то, что говорящий подразумевал при его формировании; то, что сказано (выражено им лингвистически); то, что вовлечено в ситуацию общения (выражено логическими средствами). Последняя часть делится на две категории: общепринятые, или конвенциональные, импликатуры ('conventional implicature') и разговорные импликатуры ('conversational implicature'). Например, в высказывании «Он англичанин и, следовательно, храбр» ('He is an Englishmen; he is, therefore, brave') общий смысл не сводится к простой сумме смыслов первой и второй части предложения ('Он англичанин' + 'Он храбр'), а включает дополнительную конвенциональную информацию: 'Он храбр именно потому, что он англичанин' [там же]. Общепринятые импликатуры обусловлены лингвистическими средствами, формирующими высказывания, в то время как разговорные импликатуры относятся к общей ситуации общения и зависят от поведения участников информационного обмена: от того, достоверна ли представленная говорящим информация, уместна ли она в условиях данного разговора, понятна ли слушающему и т.д.
Разработанные П.Грайсом правила ('maxims'), вытекающие из общего принципа общения и определяющие поведение субъектов речи, направлены на то, чтобы в кратчайшие сроки и с максимальным результатом достигать поставленных коммуникативных целей. Эти правила следующие: 1) правило количества ('maxims of Quantity'): делай свой вклад в развитие разговора настолько информативным, насколько это требуется ситуацией в зависимости от текущих целей информационного обмена; 2) правило качества ('maxims of Quality'): не говори того, что считаешь ложным; 3) правило изложения ('maxims of Relation'): говори только то, что относится к делу; 4) правило поведения ('maxims of Manner'): ясно выражай свои мысли (избегай неясности и двусмысленности, будь краток и организован) [там же, 308-309].
Достоинством теории П.Грайса является то, что в ней были выявлены новые, ранее не исследуемые способы логической организации коммуникативного общения, участвующие в формировании значения высказываний и оказывающие влияние на ситуацию общения в целом. Теория П.Грайса объединила многочисленные компоненты (лингвистические, психологические, социологические, этические и др.), образующие коммуникативный дискурс и определяющие в конечном итоге не только правила и тактические принципы ведения разговора, но и его смысл.