Маньковская Н.Б. "Париж со змеями" (Введение в эстетику постмодернизма)

ОГЛАВЛЕНИЕ

ЭСТЕТИКA ПОСТНЕКЛAССИЧЕСКОЙ НAУКИ

Алгоритмическая эстетика

Органичным и закономерным
результатом взаимовлияний между
постмодернизмом в науке и эстетике
явилось возникновение алгоритмической
эстетики. Ее целью стало не только
осмысление художественной практики
постмодернизма, связанной с развитием
компьютерной графики, музыки, поэзии,
видеоклипами, но и выработка новых
теоретических подходов, сочетающих
философские и математические принципы
исследования культуры. Спецификой
такого поиска было парадоксальное
сочетание дистанцирования от
классической эстетики со стремлением
вовлечь ее в свою орбиту, применив
выводы об алгоритмах творчества к
искусству всех времен и народов.
Продолжая линию взаимодействия между
эстетикой и теорией информации,
термодинамикой, связывая эстетическую
ценность с энтропией, алгоритмическая
эстетика перенесла акцент с ис-
следования процесса возникновения
эстетического объекта на сам этот
объект. В соответствии с институци-
ональным подходом его принадлежность
к "миру искусства" определялась
конвенционально, оригинальность же
алгоритмического ракуса исследований
ассоциировалась с применением методов

311

математического программирования в
описании, интерпретации и
эстетической оценке произведений
искусства.
Характерной попыткой сочетания
принципов эстетики постмодернизма и
прикладной математики является опыт
создания компьютерных моделей
творчества и художественной
критики18. Алгоритм, как одно из
центральных понятий кибернетики,
применяется в данном контексте в
качестве единообразного приема, по-
зволяющего решать эстетические
проблемы в общем виде. Осуществляя
абстрагирование на основе непосред-
ственного эстетического опыта,
произвольных исходных данных,
алгоритмические методы направлены на
получение полностью определяемого
этими данными результата. При этом
каждый последующий шаг задан рамками
непосредственно ему предшествующего.
"Элементарность" переходов позволяет
выявить последовательность и
взаимосвязь артефактов, привести их в
эстетическую систему. Оперируя с
производными символами и их
____________________
18 См. подробнее: Stiny G., Gips J.
Algorithmic Aesthetics. Computer
Models for Criticism and Design in
the Arts. 2 ed. Berkely, 1988.

 

312

комбинациями, алгоритмическая
эстетика, описывающая эстетические
процессы на языке математики,
стремится к выработке единой
структуры многообразных подходов к
исследованию искусства.
Поставленные таким образом задачи
могут создать впечатление об
экспансионистских намерениях этой но-
вой области знания, возникшей на
стыке наук, еще одной попытке
непосредственного перенесения на
эстетику количественных методов
анализа без учета специфики предмета
исследования. Такой соблазн, разуме-
ется, существует, и не все
приверженцы компьютерного подхода
способны ему противостоять. Вместе с
тем следует оговорить, что
алгоритмическая эстетика в целом не
претендует на общеметодологический
статус. Сосредоточиваясь на решении
локальных задач, она способна
дополнить философскую эстетику новыми
данными, способствующими развитию
современного эстетического знания.
Конкретная частная цель
алгоритмической эстетики -
характеристика, изучение и применение
структуры алгоритмов творчества и
художественной критики. Новизна
данного подхода связана с сочетанием
широкого понимания эстетики как

313

философии творчества (создания новых
произведений искусства) и метакритики
(описания, интерпретации, оценки
существующих артефактов) с понятием
алгоритма как точной формулировки
последовательности операций,
необходимых для выполнения
определенной художественной задачи.
Компонентами этого алгоритма и явятся
описание, интерпретация, оценка
эстетических объектов. Однако в
отличие от классической эстетики,
сосредоточенной на их классификации и
анализе, новый подход нацелен на их
созидание и применение, достижимое
тремя способами. Первый предполагает
рассмотрение компонентов алгоритма
как "черных ящиков", когда изучается
лишь информация на входе и выходе, а
не ее специфическое содержание,
связанное с внутренней работой
компонентов. В эстетической сфере
такой подход позволяет выявить
логическую природу описания,
интерпретации и оценки произведений
искусства; создать методику раз-
личения копий и подделок от
оригинала; определить те условия, при
которых объект обретает статус
художественного произведения. Второй
способ связан со спецификой
содержания компонентов алгоритмов
творчества и критики на входе и

 

314

выходе, характеризующих произведение
искусства. Эстетическая проблематика
сопряжена здесь с критериями
интерпретации произведения искусства
(изображение, выражение, форма) и его
оценки (единство, многообразие).
Наконец, в третьем случае
анализируется внутренняя работа этих
компонентов, процесс превращения
информации на входе в информацию на
выходе, что позволяет выявить вза-
имосвязь критериев описания,
интерпретации и оценки.
Сформулированные таким образом
задачи, требующие глубоких
эстетических знаний и умений их ма-
тематической формализации, весьма
сложны. Так, создание алгоритма
критики картины "Афинская школа"
требует узнавания в нарисованных
очертаниях людей, идентификации их
как греческих философов, умения
разбить их на группы в соответствии с
философскими взглядами,
атрибутировать их кисти Рафаэля,
выявить пространственное расположение
фигур на картине, оценить полотно как
часть истории искусства, соотнести
его художественные идеи с культурным
контекстом, выделить вызываемые им
эстетические эмоции. Вместе с тем
создание подобных алгоритмов
способствует моделированию некоторых

315

оригинальных эстетических подходов.
Их эвристическая ценность связана,
во-первых, с попыткой целостного
анализа узловых эстетических проблем,
традиционно изучавшихся различными
отраслями эстетического знания. Во-
вторых, алгоритмический ракурс
исследования благодаря своей научной
точности позволяет выявить и осознать
ряд деталей, остававшихся скрытыми
при использовании менее строгих
методов изучения. Рассмотрение как
новых, так и традиционных
эстетических проблем в
алгоритмическом ключе является своего
рода тестом на логичность той или
иной идеи, позволяет выявить ее
следствия, выразить их алгоритмически
и заложить в компьютер. По-
следовательность этих процедур
стимулирует углубленное изучение
специфики эстетического: если
традиционно считалось, что нельзя
понять чего-либо по-настоящему, не
научив этому другого, то в наше время
этому необходимо научить еще и
компьютер.
Переход от общетеоретических
посылок к созданию конкретной
структуры алгоритмов критики и
творчества сопряжен с общей
психологической моделью процесса
мышления, включающей в себя три

 

316

этапа: перевод внешних процессов в
слова, цифры или символы; переход к
другим символам путем размышлений,
дедукции и так далее; обратный
перевод этих новых символов во вне-
шние процессы. Этим этапам
соответствуют три составляющие схемы
компьютерного знания - рецептор, про-
цессор и эффектор. Чувствительный к
внешнему миру рецептор является
своего рода глазом, воспринимающим
информацию на входе. Процессор,
подобно мозгу, трансформирует одни
символы в другие. Отдача системы
связана с "рукой" - эффектором,
обеспечивающим при помощи света и
звука связь с внешним миром.
Структура алгоритмов критики и
творчества в целом опирается на
данную схему, предполагающую анализ
компонентов информации на входе и
выходе и углубленное исследование
работы процессора. Опираясь на единую
основу, алгоритмы критики и
творчества различаются по своей
структуре. Так, задачей алгоритма
критики является реакция на некий
объект как эстетический путем его
описания, интерпретации и оценки. Его
структуру составляют объект как
потенциальное произведение искусства
(литературного, театрального,
музыкального, живописного и т.д.);

317

рецептор, состоящий из датчика
(телекамеры, микрофона) с соответ-
ствующим аглоритмом, кодирующим
посредством символов информацию об
объекте; информация на выходе
рецептора, описывающая объект
наподобие сценария, партитуры, плана;
эстетическая система, состоящая из
алгоритмов интерпретации, эталона,
оценки, сравнения, кодирующих условия
и критерии интерпретации и оценки
объекта в результате его описания;
алгоритм анализа, дающий на выходе
описание, интерпретацию, оценку;
эффектор, состоящий из датчика
(принтер, громкоговоритель,
механическая рука и т.д.) с соответ-
ствующим алгоритмом; реакция
потребителя информации на данный
объект как произведение искусства.
Структура алгоритма творчества
соответствует иной задаче - созданию
произведения искусства, отвечающего
определенным критериям. В
соответствии с этим ее составляющими
будут исходные данные (человек, пози-
рующий художнику; заказ на
музыкальное произведение; "нулевые"
данные типа "напиши картину"); рецеп-
тор, чья информация на выходе
специфицирует, детализирует исходные
данные; эстетическая система; алго-
ритм синтеза, описывающий объект в

 

318

соответствии с исходными данными,
интерпретирующий и оценивающий его;
эффектор, производящий объект в
соответствии с этим описанием;
наконец, сам этот объект -
произведение искусства.
Таким образом, в соответствии с
компьютерным подходом, основное
различие между алгоритмами критики и
творчества заключается в роли
описания, служащего в одном случае
итогом анализа, в другом - источником
синтеза, созидания нового. Ядром
обоих алгоритмов является единая
эстетическая система, что связано с
единством критериев оценки уже
существующих и вновь создающихся
произведений искусства. Вытекающая из
этого статичность алгоритмов
сопровождается разнообразием и
динамикой подходов к критике и твор-
честву. При этом любой из подходов
априори признается закономерным.
Плюрализм критики, по-разному
оценивающей одно и то же произведение
искусства, разнообразие
художественных приемов, позволяющих
создать при равных исходных условиях
оригинальные произведения, не
разрушают структуры алгоритма, но
моделируются благодаря ей. Так,
модифицируя один из компонентов
алгоритма, можно интерпретировать

319

произведение с точки зрения формы,
цвета, вызываемых им ассоциаций и
т.д. Круг интерпретируемых объектов
может быть как чрезвычайно широким,
так и крайне узким. Речь может идти,
например, исключительно о живописи,
или только фигуративной живописи,
картинах определенного периода, одной
картине и т.д. Но в любом случае не
следует сосредоточиваться на поиске
единственно правильной авторитарной
оценки: вопрос о художественном
статусе произведения - плод общекуль-
турного консенсуса, не зависящего от
точных методов исследования.
Каковы конкретные результаты
алгоритмического анализа различных
видов искусства? В распоряжение
литературоведа, исследующего устную
речь, попадет ряд цифр, обозначающих
амплитуду акустического сигнала,
специфицирующих фонемы, слова,
интонации, модуляции, темп, ударения.
Музыковед получит точные данные о
высоте тона, длительности,
последовательности, частоте,
амплитуде звукового сигнала, а также
музыкальной партитуре, визуальных
аспектах исполнения инструментальной
музыки - движениях дирижера и т.д.
Искусствовед познакомится с
характеристикой цвета в каждой точке
картины, на которую как бы накладыва-

 

320

ется решетка, ячейки которой содержат
живописные элементы (пикселы).
Линейные ряды цифр представят цвет,
оттенок, интенсивность, освещенность,
форму, место в композиции каждого
пиксела, а также общий вид картины в
различных ракурсах - вблизи, издали,
сбоку и т.д. Описания художественных
объектов в одной сенсорной
модальности - аудио или визуальной -
могут дополняться анализом
полимодальных художестввенных форм.
Театральные, оперные, балетные,
кинематографические произведения
могут быть символически закодированы
путем временного описания
акустических сигналов и пикселов,
позволяющего зафиксировать творческий
почерк режиссера, балетмейстера,
оператора, художника, актера.
Открывающиеся новые возможности
исследования художественного
творчества ставят вопрос о роли дета-
лей в такого рода описаниях.
Компьютерные методы обладают в этом
плане широчайшими возможностями,
ограниченными лишь физическими и
психофизическими пределами
человеческого восприятия. Объем заре-
гистрированной информации может быть
предельно велик в соответствии с
максимальной аудиовизуальной
восприимчивостью наблюдателя. Таким

321

образом, объем информации не
представляет проблемы, чего нельзя
сказать о ее качестве. Основная
задача - создание сложных алгоритмов,
способных отбирать информацию. И
здесь снова встает вопрос о
конвенциональности восприятия
искусства. Разумеется, визуальное
(при помощи телекамеры) и слуховое
(при помощи микрофона) кодирование
балета будут различаться - глухой и
слепой опишут его по-разному. Однако
еще больше зависит от эстетической
установки наблюдателя, его интересов
и вкуса. Так, при стандартной
интерпретации музыкального исполнения
в описание не будут включены
настройка инструментов, постукивание
дирижерской палочки, шелест
программок, кашель в зале и другие
посторонние звуки. Но если речь идет
о постмодернистской трактовке, то все
эти аспекты будут представлять
повышенный интерес. Возможным
результатом может стать в данном
случае размывание представлений о на-
чале и конце исполнения музыкального
произведения, чьи границы становятся
сугубо конвенциональными. То же
относится к роли рамы, теней, бликов,
освещения, окружающей среды в
живописи, расположения и качеств
шрифта в поэзии. Кроме того, следует

322

учитывать условности восприятия
эстетических объектов в разных куль-
турах, а также разными слоями
аудитории внутри одной культуры.
Действующий среди актеров рабочий
сцены в традиционном китайском театре
не является частью спектакля, однако
западный зритель может включить его в
описание. Таким образом, для
алгоритмической эстетики важны как
физическая природа объекта, так и
конвенциональный подход к нему. Не
менее существенны и те внутренние
события - чувства, воспоминания,
которые он вызывает.
Проблемы конвенциональности и
отбора информации имеют
первостепенное значение при решении
принципиального для алгоритмической
эстетики вопроса - возможности
отличения компьютерными методами
оригинала от копии, подделки.
Учитывая, что алгоритм критики
сопряжен с описанием объекта, а не
самим этим объектом, два каких-либо
объекта будут восприниматься как
эстетически различные только в том
случае, если им соответствуют два
разных описания. Многое тут зависит
от рецептора алгоритма критики. Так,
если разные исполнения одной симфонии
записываются при помощи партитуры,
они оцениваются как идентичные. Здесь

323

как бы воспроизводится модель эсте-
тической реакции неквалифицированного
слушателя, для которого, например,
вся китайская музыка - одинаковая.
Как эстетически неразличимые могут
восприниматься многочисленные копии
одного романа, литографии. То же
может относиться к подделкам в
живописи. В этом плане возникают
ассоциации с концепцией не-
посредственно воспринимаемых
эстетических различий Бердсли,
полагавшего, что если отвлечься от
запаха, то искусно сделанная из сыра
имитация бронзовой статуи неотличима
от оригинала19. Однако создателям
алгоритмов критики импонируют скорее
взгляды оппонента Бердсли - Гудмена,
настаивавшего на эстетической зна-
чимости специальных знаний о
живописи, заставляющих смотреть на
копию и оригинал разными глазами,
осознавать неощутимую для
непосредственного наблюдения
эстетическую разницу между ними20.
Снабдив рецептор не только
____________________
19 См.: Beardsley M. Aesthetics.
Problems in the Philosophy of
Criticism. N.Y.; Chicago; San
Francisco; Atlanta, 1958. P. 52.
20 См.: Goodman N. Languages of
Art. Indian, 1968. P. 104-105.

324

телекамерой, но и рентгеновским
аппаратом, микроскопом, приборами для
химического анализа можно получить на
выходе информацию о различиях,
позволяющую отличить копию, подделку
от оригинала. Все это имеет особое
значение для эстетики постмодернизма
с ее пристальным вниманием к проблеме
симулакра. На первый план в данном
случае выходят такие важнейшие
составляющие эстетической системы,
как алгоритмы интерпретации, эталона,
оценки, сравнения.
Являясь ключевым, алгоритм
интерпретации определяет пределы
условности описаний, алгоритм эталона
- их меру, то есть степень
соответствия между описанием и
интерпретацией. Типы эстетических
систем различаются по способу
интерпретации эстетических объектов
на конструктивные (творческие) и
эвокативные (ассоциативные). Первый
тип нацелен на понимание способа
создания объекта, второй - на
интерпретацию объекта исходя из
вызываемых им ассоциаций, эмоций,
идей. Возможен и комбинированный,
конструктивно-эвокативный тип
эстетических систем.
Информацией на выходе
конструктивной системы будут общие
правила создания художественных

325

произведений (портрета, романа,
симфонии) исходя из определенного
набора данных, на выходе эвокативной
системы - схемы эмоций, вызываемых,
например, цветами и их сочетаниями на
основе гетевского принципа цветового
воздействия.
Данная классификация служит основой
для интерпретации выражения,
изображения, прозрачности, формы
эстетических объектов. Так, если речь
идет об экспрессии художника,
вложенных им в произведение эмоциях,
чувствах, настроениях, то
конструктивный анализ углубит
понимание связи между процессом ху-
дожественного творчества и его
результатом. Эвокативное обращение к
эмоциям аудитории будет способство-
вать пониманию природы эстетического
объекта исходя из вызываемых им
эстетических переживаний. Сопо-
ставление экспрессии художника и
зрителя конструктивно-эвокативным
методом позволит судить о качестве
коммуникации между ними, пределах
конвенциональности. Если же
произведение не вызывает никаких
чувств ни у художника, ни у
аудитории, то предметом эвокативного
анализа станет экспрессия
эстетического объекта как такового.
Так, непонимание европейскими

326

зрителями эмоционального языка
японских актеров стимулирует
исследования, связанные с диалогом
культур, интерпретацией символов,
аллегорий, метафор в искусстве
Востока и Запада.
Алгоритмическая интерпретация
изображения путем компьютерных
визуальных программ нацелена на
выявление глубинных связей между
трехмерной реальной сценой и ее
двухмерной репрезентацией на плоско-
сти, раскрытие концепции мимесиса как
процесса эстетического освоения мира,
анализ психологической и
математической адекватности
компьютерной графики. Что же касается
прозрачности (ясности, понятности)
эстетических объектов, то речь идет о
случаях отождествления искусства с
действительностью, дидактическом,
пропагандистском взгляде "сквозь"
эстетический объект, как бы
исчезающий, когда искусство
становится лишь поводом для
социологического, политического,
фрейдистского анализа. Объектом
исследования в этом случае является
эстетическая специфика концептуальной
структуры произведения. Если изучение
экспрессии, репрезентации,
прозрачности сосредоточено на связях
эстетического объекта с внешним миром

327

(реальными оценками и вызываемыми ими
ассоциациями, эмоциями, идеями), то
компьютерный анализ внутренней
структуры объекта очертит круг
проблем, связанный с интерпретацией
его формы. Соотношения между ком-
понентами структуры, ее композиция и
организация, вызываемые ею
эстетические эмоции, проблемы сим-
метрии, гармонии, ритма, темы, тона и
так далее образуют в своей
совокупности внутреннюю логику произ-
ведения, его значимую форму.
Последняя явится основой алгоритмов
эстетической оценки и сравнения.
Критерии эстетических оценок и
сравнений зависят от типа
эстетических систем. Так, в
эвокативном типе таким критерием
будет интенсивность эмоций, экспрес-
сия; в конструктивно-эвокативном -
соответствие эмоций на входе и
выходе, коммуникация. Алгоритм оценки
"прозрачной" системы определит
"правильность" вызываемых ею
политических, идеологических идей
(эстетическая ценность произведения
будет зависеть в этом случае,
например, от строгости следования
линии партии). Критерием ценности
формальной системы станет уровень ее
организации, степень симметрии, рав-
новесия и т.д. Возможны и

328

многообразные комбинированные типы
систем и оценок. Но во всех случаях
эстетическая ценность связана с
единством и многообразием
эстетического объекта; она тем выше,
чем больше ножницы между объемом
информации на выходе и на входе:
прирост информации свидетельствует о
хорошей внутренней организации
объекта.
Концепция эстетической ценности как
меры единства, многообразия и
информации выливается в алго-
ритмической эстетике в представление
о прекрасном как источнике
максимального объема эстетических
идей, переживаний и ассоциаций в
минимальный промежуток времени.
Математическим выражением этого
критерия будет краткость
компьютерного времени в сочетании с
протяженностью информации на выходе.
Вводится понятие порога эстетической
ценности: нулевой результат
интерпретации не позволит преодолеть
его произведениям, не обладающим
эстетической ценностью; на уровне
порога-фильтра окажутся нетривиальные
художественные произведения,
вызывающие прирост идей, эмоций,
ассоциаций; превзойдут же его лишь
шедевры, образующие золотой фонд
искусства.
329

Интерес к задачам, поставленным
алгоритмичепской эстетикой, снижается
очевидным схематизмом и
неопределенностью методов их решения,
что вызывает критику как "чистых"
эстетиков, так и математиков. Ведь
творчество, особенно на уровне
подсознания - непрерывный,
конъюнктивный процесс, связанный с
возникновением нового. Алгоритм же по
определению дезъюнктивен: разбивая
процесс на стадии и циклы, компью-
терный подход не создает
принципиального нового по сравнению с
программой. Поэтому алгоритмическая
эстетика не улавливает специфики
творческого процесса, не справляется
с его многоальтернативными ком-
понентами, вариативностью и свободой.
Не случайно эти ограничения
учитываются и в современных работах
по созданию искусственного
интеллекта.
Вместе с тем развитие и
совершенствование компьютерного
подхода имеет определенное значение
для современной эстетической
ситуации. Эволюция алгоритмической
эстетики - свидетельство поисков
взаимодополняющего компромисса между
институционально-конвенциональным
подходом, чреватым безоценочностью,
эрозией эстетического знания, и его

330

предельной формализацией. Напряжение
между этими двумя полюсами
поддерживает определенное
методологическое равновесие, некий
эстетический баланс, столь
характерный для культуры
постмодернизма в целом.