Артемов Г. Политическая социология

ОГЛАВЛЕНИЕ

Раздел 4. Формы проявления политической жизни

Глава 11. Политическое поведение

11.1. Политическое лидерство

Политическое поведение, представляет собой совокупность внешне наблюдаемых человеческих действий (поступков) в сфере распределения и осуществления власти. В нем проявляются и реализуются политические установки. Обычно выделяют индивидуальное и массовое, активное и пассивное, спонтанное и целенаправленное, лояльное и протестное, легитимное и нелегитимное, добровольное и принудительное, автономное и мобилизованное поведение. Характер и направленность политического поведения зависят от соотношения объективных (внешняя социальная среда) и субъективных (внутренние побуждения людей) факторов. Наиболее изученными формами политического поведения являются лидерство, голосование на выборах, участие в массовых мероприятиях (митинги, демонстрации, избирательные кампании) и деятельности партий, а также политический протест (несанкционированные действия против властей). Мы рассмотрим такие формы политического поведения, как политическое лидерство и массовое политическое участие.

[209]

Политическое лидерство является одним из проявлений влас ти — преобладания одних людей над другими. Политическим ли дером можно считать человека, который оказывает определяющее влияние на людей, занимает ведущее положение в сфере власти и пользуется авторитетом у граждан [Блондель, 10]. Различают фор мальных и неформальных лидеров. Формальный лидер наделен властными полномочиями (правом принимать общеобязательные решения) и выполняет функцию руководства. Неформальный лидер пользуется доверием граждан и служит для них образцом полити ческого поведения. Лидеры появляются в обществе благодаря не только личным качествам, но и возникновению необходимых условий.

Для изучения лидерства используют несколько теорий: «теория черт», «теория ситуаций», «теория последователей». В «теории черт» главное внимание уделяется качествам (психологическим ха рактеристикам) лидера. На превращение обычного человека в ли дера влияют такие его свойства, как ум, воля, энергичность, целеустремленность, общительность, умение нравиться людям, готов ность брать на себя ответственность, чувство юмора, такт, умение предвидеть ситуации и множество других. Считается, что лидер должен иметь превосходство над остальными людьми по этим ка чествам. В действительности формальными лидерами становятся люди, не во всем отвечающие перечисленным выше личностным характеристикам.

Поэтому в политической социологии и политологии наряду с «теорией черт» используется «теория ситуаций». Согласно этой теории, причиной превращения обычного человека в политическо го лидера служат не столько его персональные качества, сколько стечение обстоятельств. В отдельной группе людей или в обществе в целом должна возникнуть ситуация, в которой появится необхо димость в личностях, обладающих определенными качествами и способных решить возникшие социальные проблемы. В данном случае лидером становится тот, кто лучше всего выполнит соци альный запрос. Ситуации формируют лидеров, а не наоборот.

Дополнением «теории ситуаций» служит «теория последовате лей». В этой теории человек становится лидером в том случае, если у него есть сторонники (приверженцы) в обществе. Круг пос ледователей тем шире, чем больше личные качества лидера соответствуют ожиданиям людей. В то же время лидеры могут менять состав своих последователей, приспосабливаясь к этим ожиданиям.

В зависимости от стиля выделяют авторитарное и либеральное лидерство. Первый тип основан на единоличном принятии решений и принудительном подчинении последователей лидеру, вто-

[210]

рой — на участии последователей в принятии решений и их добровольном подчинении лидеру. В зависимости от способа общественного признания (легитимации) различают, согласно М. Ве- беру, традиционное, рациональное и харизматическое лидерство. Основой легитимации в первом случае служит элитарное проис хождение, во втором — административный статус, в третьем — личное превосходство. В зависимости от масштабов и характера деятельности различают несколько типов лидеров (табл. 21).

Таблица 21 Типология политических лидеров

Сфера деятельности

Сохранение

существующего

положения

Умеренные изменения

Широкомасштаб ные изменения

Широкая

«Спасатели» (Черчилль, де Голль)

«Патерналисты» (Бисмарк, Сталин)

«Идеологи»

(Гитлер, Мао Цзэдун)

Умеренная

«Успокоители» (Эйзенхауэр)

«Пересмотрщики» (Рейган, Тэтчер)

«Реформисты» (Рузвельт)

Узкая

«Менеджеры»

(министры, которые

занимаются

каждодневными

проблемами)

«Улучшатели» (министры, которые

модифицируют

какой-либо аспект

политики)

«Новаторы»

(люди, которые

кладут начало

новой политике)

Источник: Блондель Ж.-П. Политическое лидерство. Путь к всеобъемлющему анализу. М., 1992. С. 58.

В большинстве индустриальных западных стран формальные лидеры (находящиеся у власти) — это преимущественно мужчины старше 56 лет, в основном с высшим образованием, принадлежащие к среднему и высшему классу [Блондель, 65]. Функции лиде ров заключаются в анализе существующих проблем, выработке оп тимального варианта решения проблем, предложении этого вари анта своему непосредственному окружению, официальным струк турам власти и широкой общественности [Блондель, 78]. В целом же можно сказать, что политический лидер выполняет функцию руководства (политической группировкой, должностными лицами государства, населением региона или страны). В переходном обще стве лидеры играют главную роль в создании и легитимации новой системы власти.

Отношение населения к политическим лидерам зависит от множества факторов. Как свидетельствуют результаты выборов в инду-

[211]

стриальных странах, большинство граждан может сохранять при верженность одному формальному лидеру (например, президенту) довольно продолжительное время (от 8 до 14 лет). Стабильность экономической и политической ситуации обусловливает стабиль ность персональных предпочтений. В условиях социальных транс формаций граждане чаще переориентируются с одного лидера на другого. Так, например, согласно массовым опросам в 1988 г., большинство населения России доверяло М.С. Горбачеву, а в 1991 г. — Б.Н Ельцину. В начале 1999 г. большинство граждан ориентировалось на Е.М. Примакова, а в конце 1999 г. — на В.В. Путина. Исследования российских социологов дают некоторое представление о факторах, которые обусловливают успех полити ческих лидеров (табл. 22).

Таблица 22 Мнение населения и элиты о факторах успеха политических лидеров, % от числа опрошенных

Факторы успеха

Население

Элита

1. Ум, интеллект, знания

53

59

2. Конструктивность его программы выхода России из кризиса

48

59

3. Профессионализм

45

35

4. Воля, целеустремленность

38

39

5. Поддержка простыми людьми

38

25

6. Поддержка СМИ

16

39

7. Поддержка финансовыми структурами

20

45

Источник: Региональные элиты и население о политике и политиках. Информационный бюллетень Центра социального обеспечения подготовки государственных служащих. М., 1996. № 9. С. 56.

Анализ этих данных показывает, что население и элита почти одинаково проранжировали только первый, второй и четвертый факторы (ум, конструктивность программы и воля). По остальным факторам мнения существенно разошлись: на следующем уровне значимости у населения находится профессионализм, а у элиты — поддержка финансовых структур. Население считает, что лидеру, кроме личных качеств, для успеха нужна главным обра зом поддержка простых людей, а элита полагает, что ему в первую очередь необходима поддержка СМИ.

[212]

Самым распространенным направлением изучения политического лидерства является измерение рейтингов (от англ. rating — оценка) ведущих политиков: рейтинга популярности (знание имен политиков), рейтинга эмпатии (ощущение близости взглядов поли тика), рейтинга доверия, положительного и отрицательного электорального рейтинга (твердое намерение голосовать или не голосо вать за политика на выборах). Следует отметить, что, как правило, эти рейтинги не совпадают. Так, например, в ходе одного из опро сов ЦЭПИ СПбГУ (июнь 1996 г.) удалось установить, что взгляды Ельцина разделяли 33% опрошенных, доверяли ему (полностью и преимущественно) 54%, а собирались голосовать за него на выбо рах 44%. Это несоответствие в значительной мере объясняется рас хождением эмоциональных и рациональных аспектов восприятия населением образа политика, сформированного в процессе полити ческой коммуникации [Шестопал, 2000, 227].

Люди могут по-разному оценивать внешность, манеру поведе ния, моральные и профессиональные качества политика, его спо собности, взгляды, позицию [Шестопал, 1997, 62]. По мнению Е. Б. Шестопал, во второй половине 90-х годов XX в. в России рациональные элементы в отношении населения к политикам преоб ладали над эмоциональными: «Граждане стали меньше ориентиро ваться на личные симпатии и больше — на то, какие политические позиции выражает политик, какими он обладает профессиональными и деловыми качествами» [Шестопал, 2000, 127]. Этот вывод в определенной степени подтверждается данными упомянутого ранее опроса на выходе из избирательных участков, проведенного ЦЭПИ СПбГУ 19 декабря 1999 г. При ответе на вопрос о причи нах голосования за конкретного кандидата в депутаты респонденты называли такие мотивы, как «меня устраивает его программа», «я ему доверяю», гораздо чаще, чем мотив «он мне нравится». На президентских выборах 2000 г. последний мотив практически утра тил свое значение.

По данным одного из опросов ЦЭПИ СПбГУ (май 2001 г.), в таблице сопряженности признаков у всех основных кандидатов в Президенты России по этому мотиву значения стандартизованных остатков намного меньше 1,65. По мотивам «я разделяю его взгля ды», «он новый, перспективный политик» наблюдается обратная картина. Это значит, что у сторонников основных кандидатов в Президенты преобладали рациональные соображения, связанные с ожиданием .определенного поведения от этих кандидатов. На пре зидентских выборах 1996 г. преобладали эмоционально окрашенные мотивы голосования: «не хочу перемен» и «он мне нравится» (см. § 11.3).

[213]

Наряду с количественными методами при исследовании лидер ства используются качественные методы, такие как анализ биогра фий и фокусированные (глубинные) интервью. Изучение кратких биографий избранных в 1999 г. депутатов Государственной Думы [Власть. 2000. №3. С. 22—44], показывает, что среди них преобла дают люди среднего возраста (45—55 лет), начинавшие свой трудо вой путь в должности инженеров, научных сотрудников и служащих государственного аппарата. Большинство депутатов имеет высшее техническое образование и впервые избрано в парламент страны. Подробную информацию о политических лидерах можно найти в сборниках «Кто есть кто в российской политике», а также в мемуарах, написанных ими. Это позволяет воспроизвести соци альную траекторию и составить групповой портрет политических лидеров регионального и национального масштаба. Хороший пример анализа текста фокусированного интервью (в форме жизнео писания) с одним из депутатов Государственной Думы приводится в книге Е. Б. Шестопал [Шестопал, 2000, 388—393]. С помощью этого анализа удалось объяснить мотивацию поведения и позицию депутата.

Лидерство — важная, но не единственная разновидность поли тического поведения. Другой его разновидностью является участие в выборах, референдумах, кампаниях, акциях, деятельности партий, которое имеет массовый характер.

11.2. Состояние и формы политического участия

Политическое участие — это влияние на осуществление и рас пределение власти. Участвующих в политической жизни называют активными гражданами, не участвующих — пассивными. Во мно гих современных государствах удельный вес пассивных граждан довольно высок (от 26 до 35%) [Баталов 1990, 194; Осипова (№ 4), 102—105]. Все формы политического участия делятся на три группы:

•  индивидуальные действия — голосование, контакты с долж ностными лицами, работа на кандидата в депутаты или партию;

•  коллективные действия — митинги, демонстрации, подписа ние обращений;

•  прямые действия — несанкционированные политические за бастовки, бойкоты, пикеты, захват зданий [Осипова (№ 4), 101].

Различают конвенциональный (предусмотренный законом) и не конвенциональный (незаконный) тип участия. Первая и вторая груп пы форм участия относятся к конвенциональному типу, третья — к неконвенциональному.

[214]

Структура и характер участия обусловлены спецификой тех стран, в которых оно осуществляется. В то же время существуют некоторые общие характеристики политического участия, которые позволяют сравнивать различные страны (табл. 23).

Таблица 23 Формы участия в политической жизни (Национальные опросы 1981 г., %)

Форма участия

США

Великобритания

ФРГ

Выборы

68

73

90

Подписание обращений

61

63

46

Контакты с функционерами

27

11

11

Митинги

18

9

22

Работа на партию или кандидата

14

5

8

Демонстрации

12

10

14

Бойкоты

14

7

7

Несанкционированные забастовки

3

7

2

Захват зданий

2

2

1

Источник : Ranney A. Governing. An Introduction to Political Sciense. Englewood Cliffs , 1990. P . 207.

Для подавляющего большинства граждан США, Великобритании и ФРГ политическая деятельность ограничивается выборами и подписанием различного рода коллективных обращений. Ос тальные формы политического участия используются в трех рас сматриваемых странах намного меньше, особенно это касается бойкотов, несанкционированных забастовок и захвата зданий — наиболее резких форм протестного поведения людей. Важно отметить, что если уровень участия в выборах в Великобритании и ФРГ выше, чем в США, то уровень участия в контактах с функ ционерами, работе на партию и бойкотах в США выше, чем в Великобритании и ФРГ.

В США всех граждан принято делить на активистов (5—10% из бирателей), наблюдателей (около 60%) и безразличных (30-35%), в Великобритании — активных (23%), простых избирателей (51%), практически инертных (26%) [Баталов, 194; Осипова (№ 4), 102]. Оценка доли активистов в США существенно ниже, а оценка доли наблюдателей и безразличных выше, чем в Великобритании. Более

[215]

точная информация по этому вопросу и материалы сравнительного исследования приведены в табл. 24.

Таблица 24 Распределение по видам политического поведения в США и Великобритании, % от числа опрошенных

Вид поведения

Великобритания

США

Неактивные

19,6

24,7

Только голосующие

62,6

23,6

Групповые активисты

8,1

22,5

Партийные активисты

6,7

16,9

Активисты вообще

3,0

12,4

Источник: Шестопал Е. Б. Психологический профиль российской политики 1990-х. М., 2000. С. 145.

В США, несмотря на несколько меньший, чем в Великобрита нии удельный вес участвующих в выборах (см. табл. 23), наблюда ется более высокий удельный вес всех типов активистов. Здесь в 2,6 раза меньше тех, кто ограничивается участием в голосовании на выборах. Зато, как показывают исследования, в Великобритании намного больше тех, кто обращается к депутатам по различ ным вопросам повседневной жизни. Поэтому имя своего депутата знают вдвое больше британцев, чем американцев [Осипова, (№ 4), 102-105].

Мы видим, что различия в уровне и структуре политического участия существуют даже в рамках одного типа политической сис темы (англо-американской, по Г. Алмонду). Еще более разительными они оказываются при сопоставлении этого типа с европей ским континентальным, доиндустриальным и посттоталитарным типами. Возьмем в качестве примера российскую посттоталитарную политическую систему.

У нас нет данных по всем перечисленным выше формам участия в России, однако на основе систематических всероссийских опросов ЦЕССИ можно составить некоторое представление о ситуации и тенденциях массового политического поведения в нашей стране (табл. 25).

В России в течение всех 90-х годов наблюдается более низкий (в сравнении с США, Великобританией и ФРГ) уровень участия в подписании обращений (петиций). В демонстрациях в начале и се-

[216]

Таблица 25 Доля граждан, вовлеченных в различные формы политического участия, % от числа опрошенных

Формы участия

1991 г.

1993 г.

1996 г.

1999 г.

Подписание петиций

26

17

19

19

Демонстрации

31

15

20

5

Забастовки

2

1

2

0,5

Захват зданий

1

0,4

0,5

0,5

Источник: Россия в поисках стратегии: общество и власть. М., 2000. С. 186.

редине 90-х годов участвовало больше опрошенных, однако к концу 90-х годов удельный вес этого вида участия резко снизился. Данные всероссийского исследования РНИСиНП (июнь 1998 г.), посвященного проблемам формирования среднего класса, в опре деленной мере позволяют понять причины невысокого уровня ис пользования населением обращений и демонстраций для решения своих проблем (табл. 26).

Таблица 26

Оценка результативности и степень использования различных способов

отстаивания собственных интересов,

% от числа опрошенных

Способ отстаивания собственных интересов

Наиболее

результативные

в нынешних

условиях

Использовались за последний год

Обращение в суд

17,2

6,6

Обращение в государственные и общественные организации

8,9

7,4

Участие в забастовках, митингах, демонстрациях

2,7

2,9

Использование личных связей и знакомств

32,5

18,5

Участие в деятельности профсоюзов

3,2

1,4

Участие в деятельности политических партий

1,2

0,4

Решение проблем с помощью вознаграждения

19,2

10,7

Не вижу никаких способов / Ни к каким способам не прибегал

22,3

65,2

Источник: Средний класс в Российском обществе. М., 1999. С. 205.

[217]

Опыт политического участия, накопленный населением Рос сии в 90-е годы, во многом способствовал разочарованию значительной его части во всякого рода обращениях, демонстрациях митингах, т. е. в коллективных формах участия. В этих услови ях люди вынуждены делать ставку на такие традиционные (унас ледованные от советского и имперского периода российской истории) формы влияния на решение своих проблем, как личные связи и знакомства, а также «вознаграждение» должностных лиц, т. е. взятки.

Важным видом политического поведения является протест. Он может проявляться как в конвенциональных (обращения, демонстрации, митинги), так и в неконвенциональных (несанкциониро ванные забастовки, бойкоты, блокада транспортных путей, захват зданий и т. д.) формах. В условиях социльно-экономической и по литической стабильности эти формы политического участия рас пространены в меньшей степени, чем голосование на выборах и участие в избирательных кампаниях (см. табл. 23 и 25). В условиях кризиса наблюдается резкое повышение удельного веса этих форм (например, в 1968 г. во Франции в разного рода акциях протеста участвовало более 10 млн человек). Следует отметить, что такие формы конвенционального политического участия, как обращения, демонстрации и митинги могут использоваться и с целью протеста против политики правительства, и с целью ее поддержки. В начале и середине 90-х годов в России нередко в один и тот же день разные движения проводили массовые мероприятия противо положной политической ориентации. Протест может проявляться и на выборах в формах голосования против всех кандидатов, голо сования за тех кандидатов, которые выступают от имени оппозиции, а также уклонения от участия в голосовании (абсентеизма).

Абсентеизм может быть выражением не только политического протеста, но и аполитичности (полного отсутствия интереса к по литике). Электоральная статистика свидетельствует о том, что в среднем около трети населения России не участвует в выборах фе дерального уровня (табл. 27).

Это почти столько же, сколько в США и Великобритании, т.е. не мешает нормальному функционированию системы представительной демократии. Проблема не том, что абсентеисты существу ют, а в том, что часть граждан время от времени переходит от форм политического участия к абсентеизму. Особенно это важно на региональных выборах, где во многих случаях требуется участие всего 25% избирателей. Но и на общегосударственном уровне (на парламентских и президентских выборах) активизация абсен теистов может привести к неожиданным результатам. В то же

[218]

Таблица 27 Участке населения России в выборах

Год

Выборы

% от числа избирателей

1990

Верховного Совета России

64,2

1991

Президента России

66,79

1993

Депутатов Государственной Думы

54,81

1995

То же

64,73

1996

Президента России

69,81

1999

Депутатов Государственной Думы

61,66

2000

Президента России

68,74

Источники: Российские регионы накануне выборов-95. М., 1995; Выборы депу татов Государственной Думы. 1995. Электоральная статистика. М., 1996. С.46; Вы боры Президента Российской Федерации, 1996. Электоральная статистика. М., 1996. С. 40; Россия в поисках стратегии: общество и власть. М., 2000. С. 456.

время уход части активно настроенных граждан в разряд абсенте истов может серьезно изменить ситуацию. Из-за недостаточного учета этого факта часто не оправдываются предвыборные социо логические прогнозы и терпят поражение на выборах те кандида ты, в чьем успехе было уверено большинство избирателей и ана литиков. Все это порождает необходимость изучения мотивации участия и неучастия в политической жизни. Не меньшее значение имеет исследование мотивов голосования за партии и конкретных кандидатов.

11.3. Мотивация политического поведения

Мотивация поведения включает комплекс свойственных отдель ному человеку или группе людей разнородных, но взаимосвязан ных внутренних побуждений к определенным действиям. В этот комплекс входят доминирующие (центральные) и подчиненные (периферийные) побуждения. Мотив представляет собой возни кающий на основе потребности непосредственный стимул дейст- в ия [Леонтьев А. Н. Потребности, мотивы, эмоции. М., 1971. С. 6].

Следует учитывать, что мотивы, наряду с внешней средой и потребностями людей, являются частью механизма политического поведения [Шестопал, 2000, 130]. Они связывают потребность и Действие, способствующее ее удовлетворению. В зависимости от

[219]

воздействия внешних и внутренних факторов центральные и пери ферийные мотивы могут меняться местами и вся их иерархия может переструктурироваться.

Вначале мы рассмотрим общие мотивы участия/неучастия в по литической жизни, а затем — мотивы голосования на выборах. Если не принимать во внимание случайные обстоятельства, то главными причинами абсентеизма в России служат [Представи тельная демократия и электорально-правовая культура, 161] отсут ствие интереса к выборам и убежденность в бесполезности личного участия в них («мой голос ничего не изменит»). К этому нужно добавить мотивы: «нет подходящего кандидата» и «из чувства протеста» (Экономические и социальные перемены. Монито ринг общественного мнения. ВЦИОМ. 1995. № 2. С. 11]. Основ ным мотивом участия в голосовании служит стремление оказать воздействие на формирование органов власти, повлиять на поло жение дел в стране, выразить свое отношение к власти и отстоять свои интересы (Представительная демократия и электорально-пра вовая культура, 167].

Не менее важно знать основные мотивы, лежащие в основе электоральных предпочтений людей. Представление об этом дают материалы всероссийского опроса, проведенного Институтом сравнительных социальных исследований (рис. 40).

Источник: Представительная демократия и электорально-правовая культура. М., 1997. С. 171.

[220]

В верхней и нижней частях гистограммы расположены рацио- альные мотивы (связанные с ожиданием определенного поведения

кандидата), в средней части — оценочные мотивы (основанные на мнении избирателей о качествах кандидата). В данном случае перевес был на стороне рациональных мотивов. К ним нужно до бавить эмоциональные мотивы (основанные на ощущениях: симпа- тИИ /антипатии, надежде/сомнении и др.). О соотношении этих мотивов на президентских выборах 1996 г. можно судить на основе данных телефонного опроса ЦЭПИ СПбГУ, проведенного в мае 1996 г. В этом опросе использовался перечень мотивов, составлен ный на базе обработки ответов респондентов на открытый вопрос: «Почему вы намерены голосовать за этого человека?» К эмоцио нальным относились мотивы: «Он мне нравится» (1.1) и «Не хочу перемен» (1.2), к рациональным — «Меня устраивает его программа» (2.1) и «Он знает, как решить проблемы страны» (2.2), к оце ночным — «Я ему доверяю» (3.1) и «Ему нет достойной замены» (3.2). В таблице сопряженности этих суждений с намерением го лосовать за одного из кандидатов содержались следующие значения стандартизованных остатков (табл. 28).

Таблица 28

Значения стандартизованных остатков, характеризующие мотивы голосования за кандидатов в Президенты России *

 

За кого проголосуете?

Почему вы намерены голосовать за этого человека?

1.1**

1.2**

2.1**

2.2**

3.1**

3.2**

Ельцин

-3,3 (43)

8,0 (174)

-4,7(22)

-2,9(42)

- 3,9 (26)

4,7 (106)

Зюганов

-0,2 (13)

- 4,3 (0)

0,9 (14)

3,7 (26).

4,3 (29)

-2,2(5)

Явлинский

3,4 (41)

-5,6(1)

5,5 (44)

1,6 (30)

0,4 (26)

-3,4(7)

* Опрос (1037 человек) проведен на базе случайного отбора избирательных участ ков и телефонных номеров избирателей с контролем квот по полу, возрасту, обра зованию и типу занятости.

'* Цифрами обозначены номера суждений. В скобках указаны наблюдаемые час тоты.

Анализ этой таблицы позволяет сделать вывод о том, что у сто ронников Ельцина преобладали эмоционально-оценочные мотивы, У сторонников Зюганова — рационально-оценочные мотивы, у сторонников Явлинского — рационально-эмоциональные мотивы. Мотивы, по которым стандартизованные остатки имеют знак

[221]

«плюс», можно считать главными у сторонников соответствующего кандидата. Мотивы, по которым стандартизованные остатки имеют знак «минус», можно считать второстепенными. Так, из 423 избирателей, намеренных голосовать за Ельцина, 174 человека назвали мотив «Не хочу перемен» и 106 — мотив «Ему нет достойной за мены». Это составило 66,3% всех респондентов, намеренных голо совать за Ельцина. Люди, выбравшие мотивы: «Он мне нравится» (43 человека), «Он знает, как решить проблемы страны» (42 чело века), «Я ему доверяю» (36 человек) и «Меня устраивает его программа» (22 человека), среди сторонников Ельцина были в явном меньшинстве.

Кластерный анализ перечисленных выше переменных дает ана логичную структуру распределения различных типов мотивации голосования в 1996 г. между отдельными кандидатами в Президенты России (рис. 41).

Воспроизводство сходной конфигурации эмоциональных, раци ональных и оценочных элементов электорального выбора с помо- цью двух разных методов анализа данных не может быть случай ном. Оно свидетельствует о существовании особых структур моти вации голосования у сторонников отдельных политиков.

Применение метода многомерного шкалирования позволило нлявить обособленные скопления переменных, характеризующих сказанные выше мотивы голосования, а также партийные предпо-пгения и персональные политические установки (доверие кандидат ам и ощущение близости их взглядов) сторонников отдельных :андидатов в Президенты России (рис. 42).

На графике можно выделить три скопления точек, отделенных друг от друга в двумерном пространстве. Центрами притяжения

[222]

этих точек служат переменные, обозначающие кандидатов, за ко торых были намерены голосовать избиратели в июне 1996 г. Мы видим, что мотивы голосования, характерные для сторонников Ельцина: «Не хочу перемен» (1.2) и «Ему нет достойной замены» (3.2), располагаются довольно далеко друг от друга, хотя и в рамках ельцинского скопления, включающего в себя голосование за НДР («партия власти» в тот период), доверие Ельцину и идентификацию с его взглядами. Это подтверждает правомерность сде ланного ранее вывода об эмоционально-оценочном характере мо тивации голосования за Ельцина.

У сторонников Зюганова четко выделяются мотивы голосования за кандидата: «Я ему доверяю» (3.1), «Он знает, как решить про блемы страны» (2.2), а также голосование за КПРФ, доверие Зю ганову и идентификация с его взглядами. Это вполне согласуется со сделанными ранее выводами о рационально-оценочной структу ре мотивации голосования за Зюганова.

У сторонников Явлинского преобладают мотивы: «Он мне нра вится» (1.1) и «Меня устраивает его программа» (2.1), а также го лосование за объединение «Яблоко», доверие Явлинскому и иден тификация с его взглядами. Результаты многомерного шкалирова ния подтверждают вывод о рационально-эмоциональном характере мотивации голосования за Явлинского. Кроме того, они позволя ют сделать вывод о том, что структура мотивации голосования за основных кандидатов в Президенты России на выборах 1996 г. была связана с политическими установками избирателей.

Важную информацию о мотивах голосования дает опрос на вы ходе из избирательных участков ( exit - poll ). В одном из таких опро сов, проведенных 19 декабря 1999 г. ДЕССИ, изучались мотивы го-

[223]

лосования за партии [Андреенкова Е.В. Социальная структура актив ного электората и мотивы голосования // Россия в поисках страте гии.., 278—280]. Факторный анализ полученных данных позволил установить, что избирателей движения «Единство» привлекала его проправительственная ориентация, избирателей объединения «Яб локо» и движения «Отечество — Вся Россия» — оппозиционность (в 1999 г.) этих блоков Правительству, избирателей КПРФ — ори ентация этой партии на социализм, избирателей СПС — ориентация на демократию и капитализм [Там же, 279]. На основе обобщения результатов исследования А. В. Андреенкова сделала важ ный в теоретическом и практическом отношении вывод о тенден циях российского электорального процесса в конце 90-х годов. Первая тенденция заключается в образовании у избирателей уста новки на сотрудничество исполнительной и законодательной власти, вторая — в формировании устойчивого электората каждой из ключевых российских политических партий [Там же, 280]. Это создает благоприятные условия для окончательного оформления пар тийной системы и повышения социальной эффективности деятель ности различных властей. Ощущение консолидации власти порож дает у населения страны надежды на улучшение жизни. Это пред положение подтверждается результатами мониторинговых опросов ВЦИОМ (рис. 43).

[224]

На графике видно, что с 1999 г. началось увеличение доли лЮД е й) испытывающих чувство надежды, и уменьшение доли людей, испытывающих чувство страха, растерянности, озлоблен ности и безразличия. Мы видим, что состояние политической сферы жизни людей оказывает влияние на их социальное самочувствие. В то же время политическое поведение людей зависит от их социальных характеристик.

11.4. Факторы электорального поведения

факторы электорального поведения традиционно принято рас сматривать в рамках трех подходов: социологического, соцально- психологического и рационально-инструментального [Голосов, 2000, 85-90]. Классический вариант первого подхода предложен П. Лазарсфельдом, С. Липсетом и С. Роканом. Согласно этому подходу, электоральное поведение людей определяется их принад лежностью к большим социальным группам, а также их положе нием в системе социальных расколов ( cleavages ): между центром и периферией, городом и селом, государством и церковью, собст венниками и рабочими [Там же, 85—86]. Основы второго подхода изложили Э. Кэмпбелл, П. Конверс, У. Миллер и Д. Стоукс в своей работе «Американский избиратель» (1960). Они рассматри вали в качестве основы электорального поведения приверженность партии (партийную идентификацию), формирующуюся у людей в процессе их первичной социализации [Там же, 86—87]. Авторы третьего подхода, Э. Дауне и М. Фиорина, считают, что в процес се голосования люди выбирают ту партию, позицию (идеологию и политику), которой они оценивают (на основе программы партии или результатов пребывания партии у власти) как более выгодную лично для себя. Отсюда вытекают два вида голосования: перспективное и ретроспективное [Там же, 87-88]. В работе Г.В. Голосова эти подходы применены к анализу электорального процесса в со временной России и сделан обобщающий вывод о том, что все они «работают» и в нашей стране (главным образом первый и второй), что нет оснований говорить об уникальности моделей по ведения российских избирателей и что отклонения от общих зако номерностей электорального поведения вызваны чисто политичес кими факторами (прежде всего балансом сил внутри элиты) [Там же, 101].

Эти обобщения и выводы можно рассматривать в качестве методологической основы исследования факторов электорального поведения. Социологическими центрами России и электоральной статистикой зафиксирована связь поведения избирателей с их при-

[225]

надлежностью к основным социально-профессиональным группам (см. гл. 5) и с местом жительства избирателей: город или село центр или периферия [Выборы депутатов Государственной Думы 97—100; Выборы Президента Российской Федерации, 134, 144, 193- Овчинников, 77—79; Петров, 100]. Выявлено также влияние при верженности партии и рационального выбора на характер электо рального поведения [Дилигенский, 105—107; Первый электораль ный цикл в России, 179-183; 213-216].

Опыт электоральных исследований свидетельствует о том, что участие или неучастие в выборах, голосование за тех или иных кандидатов зависят не только от упомянутых выше, но и от других причин социального и культурного порядка. Чаще всего к ним от носят возраст, образование и доход. Кроме того, необходимо учитывать тендерный (от анлг. gender — род) фактор, а именно осо бенности поведения мужчин и женщин.

Данные всероссийского опроса ЦЕССИ (май 1996 г.) свидетельствуют о наличии существенных различий степени участия в выбо рах у различных возрастных групп (рис. 44).

На графике видно, что с возрастом увеличивается и степень участия в выборах. Это объясняется не только сохранившейся с советских времен привычкой ходить на всякого рода выборы у лии

[226]

среднего и старшего возрастов, но и большей степенью их вовле ченности в решение проблем повседневной жизни, а также значи тельной их зависимостью от государства. В качестве частичного подтверждения этого заключения можно привести данные всерос сийского опроса ИСПИ РАН, проведенного в июле—августе 1995 г об ориентации на участие в выборах представителей различных возрастных групп (рис. 45).

Аналогичным образом обстоит дело с образованием: с ростом уровня образования увеличивается степень участия в выборах. Так, согласно данным этого же опроса И СП И, среди людей со средним образованием ориентировались на участие в выборах 39,2% опро шенных, а среди людей с высшим образованием — 54,9% [Поли тическая социология, 210]. Материалы упомянутого выше телефон ного опроса по проекту «Петербуржец—2000» (опрошено 2400 че ловек) дают сходную информацию (рис. 46).

Высокое (-4,3) отрицательное значение стандартизованного ос татка у людей со средним образованием свидетельствует о том, что с Реди них меньше, чем в среднем по всем образовательным кате гориям, тех, кто участвовал в выборах. У людей с высшим образо ванием — картина обратная. Наблюдаемое значение критерия хи-квадрат в таблице сопряженности этих двух признаков намного превышает табличное при уровне значимости 0,001. Все это свиде тельствует о наличии зависимости между образованием людей и их Участием в голосовании на выборах.

[227]

В этом исследовании не зафиксирована взаимосвязь пола и до хода респондентов с участием их в выборах (практически все вели чины стандартизованных остатков значительно меньше 1,65). Зато установлено наличие связи между обеими этими характеристиками и партийными предпочтениями избирателей (голосованием за партийные списки). Так, у мужчин и женщин наблюдается зеркально противоположное распределение статистически значимых величин стандартизованных остатков по всем избирательным объединениям, за исключением «Единства» и «Яблока» (рис. 47).

[228]

На графике видно, что среди сторонников КПРФ преобладают мужчины, среди сторонников ОВР и СПС — женщины, у «Един ства» и «Яблока» они представлены в одинаковой степени. Обна ружена также взаимозависимость голосования и возраста (рис. 48).

Среди сторонников КПРФ преобладают старшие (55—65, 66 и более) возрастные группы, а среди сторонников СПС — младшие (18—24, 25—29). У сторонников ОВР и «Яблока» не наблюдается статистически значимых величин стандартизованных остатков. Это значит, что голосование за них не связано с возрастом. Сложнее выглядит взаимосвязь голосования и образования (рис. 49).

[229]

На графике видно, что число сторонников КПРФ уменьшается с повышением уровня образования. У СПС наблюдается обратная картина. Среди сторонников ОВР больше представлены люди со средним специальным образованием, среди сторонников «Яблока» — люди с высшим образованием. Голосование за «Единство» не связано с образованием избирателей. В нашем исследовании зафиксирована связь голосования за все объединения с уровнем дохода (рис. 50).

Здесь, как и в предшествующих случаях, у КПРФ и СПС зна чения стандартизованных остатков имеют обратные знаки по всем градациям дохода. Среди сторонников КПРФ больше людей с от носительно низкими, а среди сторонников СПС — с относительно высокими доходами. У сторонников «Яблока» и ОВР статистичес ки значимые величины стандартизованных остатков (с противопо ложными знаками) наблюдаются только в группе с доходами от 2000 до 4000 руб. в месяц на члена семьи, а у сторонников «Един ства» — только в группе со средними доходами (1000—1500 руб.). Остальные градации представлены пропорционально их удельному весу в выборке.

Обобщая эти данные, можно утверждать: раскол среди избира телей существует главным образом при голосовании за КПРФ, с одной стороны, СПС (по всем позициям) и «Яблоко» (по некоторым позициям) — с другой. Остальные партии не вызывают подобного противостояния.

В данном опросе также изучалась приверженность избирателей политическим партиям. На вопрос: «Вы всегда голосуете за пред-

[230]

ставителей одной и той же политической партии или ваш выбор может меняться?» — 42,2% респондентов ответили, что это посто янный выбор, 48,4% — изменчивый выбор. Кроме того, в качестве причины голосования за конкретного депутата по одномандатному округу 21% опрошенных назвали его поддержку избирательным блоком, которому они симпатизируют. Приведенные данные сви детельствуют о том, что, несмотря на незавершенность формирова ния партийной системы нашей страны, у определенного числа граждан существует приверженность конкретным партиям и дви жениям, которая в известной мере обусловливает их голосование на выборах. Таблица сопряженности альтернатив ответа на вопрос о голосовании за партии и блоки с альтернативами ответа на вопрос о характере электоральных предпочтений дает представление о доле людей с постоянным и изменчивым выбором в электоратах отдельных избирательных объединений (табл. 29).

Анализ частот и стандартизованных остатков в этой таблице позволяет сделать вывод о том, что за «Единство», ОВР и СПС пре имущественно голосовали люди с изменчивым выбором, а за КПРФ, «Яблоко» и ЛДПР — с постоянным выбором. К этому нужно добавить, что среди людей, голосовавших за КПРФ, «Яблоко» и ЛДПР, преобладали те, которые в качестве причины голосо вания за кандидата по одномандатному округу назвали его поддержку блоком, которому они симпатизируют. Разумеется, эти данные характерны только для Санкт-Петербурга, в целом по Рос сии устойчивых приверженцев партий намного меньше. Отечест венные и зарубежные исследователи электорального процесса в России считают, что доля таких избирателей составляет от 22 до 30% [Дилигенский, 105; Комаровский В. Демократия и выборы в Российской Федерации: теория и история вопроса // Социологические исследования. 1996. № 6. С. 29; Первый электоральный цикл в России, 179, 200; Экономические и социальные перемены. Мониторинг общественного мнения. 1995. № 4. С. 56]. Это намного меньше, чем в США и других западных странах (см. гл. 10).

Анализ факторов электорального выбора показывает, что пред ставители одних и тех же социально-профессиональных групп могут в той или иной степени голосовать за кандидатов и партии, придерживающиеся противоположных политических позиций по основным вопросам государственной жизни. Характер электораль ного поведения людей в значительной степени определяется спе цификой их отношения к политике, уровнем их политических знаний и степенью развития навыков политического участия, т. е. теми их качествами, которые принято включать в структуру поли тической культуры.

[231]

Таблица 29 Доля устойчивых сторонников в электоратах избирательных объединений

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Избирательное объединение

Величина

Характер электорального выбора

Всего

Постоянный выбор

Изменчивый выбор

Затрудняюсь ответить

«Единство»

Наблюдаемая частота

40

116

24

180

Ожидаемая частота

75,9

87,1

17,0

180,0

%

22,2

64,4

13,3

100,0

Ст. остаток

-4,1

зд

1,7

-

ОВР

Наблюдаемая частота

44

94

21

159

Ожидаемая частота

67,0

76,9

15,0

159,0

%

27,7

59,1

13,2

100,0

Ст. остаток

-2,8

1,9

1,5

-

КПРФ

Наблюдаемая частота

126

25

3

154

Ожидаемая частота

64,9

74,5

14,6

154,0

%

81,8

16,2

1,9

100,0

Ст. остаток

7,6

-5,7

-3,0

-

СПС

Наблюдаемая частота

67

137

26

230

Ожидаемая частота

96,9

111,3

21,7

230,0

%

29,1

59,6

11,3

100,0

Ст. остаток

-3,0

2,4

0,9

-

«Яблоко»

Наблюдаемая частота

103

52

4

159

Ожидаемая частота

67,0

76,9

15,0

159,0

%

64,8

32,7

2,5

100,0

Ст. остаток

4,4

-2,8

-2,8

-

ЛДПР

Наблюдаемая частота

23

11

0

34

Ожидаемая частота

14,3

16,5

3,2

34,0

%

67,6

32,4

0

100

Ст. остаток

2,3

-1,3

-1,8

-

[232]

Основные выводы

•  Политическое поведение проявляется в разных формах: от ли дерства до абсентеизма.

•  Лидерство представляет собой разновидность политической власти. Оно может быть авторитарным и либеральным, фор мальным (официальным) и неформальным (неофициальным).

•  Участие в политической жизни (выборах, референдумах, де монстрациях, митингах, кампаниях и др. ) является основным видом политического поведения для большинства населения.

•  Наиболее распространенной формой политического поведения является голосование на выборах.

•  Менее распространено во всех демократических странах учас тие в различных формах протеста: несанкционированных забастовках, блокаде транспортных путей, захвате зданий и др.

•  Основным мотивом участия в политической жизни является стремление оказать влияние на власть, основным мотивом уклонения от участия служит уверенность в его бесполезности.

•  Среди факторов электорального поведения следует выделить социальную и политическую принадлежность людей, а также их пол, возраст, образование и доход.

Основные понятия

Политическое поведение Политическое лидерство

Рейтинг Политическое участие

Абсентеизм Мотив

Наиболее важные термины

Формальный лидер Неформальный лидер

Авторитарный стиль лидерства Либеральный стиль лидерства

Традиционный тип лидерства Харизматический тип лидерства

Рациональный тип лидерства Конвенциональное участие

Неконвенциональное участие Рациональные мотивы

Оценочные мотивы Эмоциональные мотивы

Контрольные вопросы и задания для самостоятельной работы

1. Дайте определение и перечислите виды политического поведения.
2. Раскройте основные положения современных теорий политического лидерства.
3. Какие виды рейтингов политических лидеров обычно измеряются в социологических исследованиях?
4. В чем заключается принципиальное отличие лидерства от политического участия?
5. Каково соотношение различных форм политического участия в странах представительной демократии?
6. Покажите специфику политического участия в современной России.
7. Что такое мотив политического участия?
8. Перечислите основные мотивы участия и неучастия в голосовании на выборах.
9. Какие теории используются в современной политической социологии и политологии для объяснения факторов электорального поведения?
10. Какое влияние оказывают пол, возраст, образование и доход на политический выбор избирателей?