Качанов Ю.Л. Начало социологии

ОГЛАВЛЕНИЕ

глава 11. СОЦИАЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ

...Ничего не делается без достаточного основания...
Г.В. Лейбниц. Начала природы и благодати, основанные на разуме

"Событие" социального отношения совершается им самим: социальное
отношение ни к чему не сводимо, оно есть фактическое отношение, в котором
люди лишь участвуют. Агент есть "функция" социального отношения. Человек
становится агентом, т. е. действующим, способным производить события
социального мира лишь в силу своей интегрированности в социальные отношения.
Социальное отношение как опространствливание-овременение не переадресует нас
к какой-либо предшествующей ему "субстанции", т. е. оно определено лишь
собственным становлением. Социальное отношение как
опространствливание-овременение является тем, что всегда уже a priori
бытийствует. Отсюда следует, что бытийствование социального отношения есть
противоречивое и парадоксальное допущение присутствия-отсутствия его
опространствливанием-овременением.
Поясним сказанное. Социальное отношение не может существовать вне своего
присутствия. Но присутствие социального отношения в сравнении с присутствием
любого сущего социального мира не является присутствием. Это дает основание
утверждать, что присутствие социального отношения есть отсутствие, или,
точнее, что социальное отношение является присутствием отсутствия.
Отсутствие социального отношения заключается в его несводимости к тому или
другому сущему социального мира: оно всегда единство бытийствования и
значения, в котором, внутри которого связывается множество агентов и
социальных предметов - агенты в социальном отношении относятся к тому
существенному, что обусловливает их: соотносящиеся стороны взаимно
определяют друг друга, и отношение представляет общее и единичное - то что в
равной степени характеризует все его моменты. Поэтому социальное отношение
проходит через пространственно-временные и социальные различия, становится в
них: оно ни это сущее социального мира, ни то, ни здесь, ни там, но и это, и
то, и здесь, и там.
Социальное отношение соединяет действительное с недействительным (если мы
будем понимать действительность как актуально наличную предметность
социологии). Присутствие социального отношения является отсутствием всех
возможных присутствий: присутствие отсутствия не может быть присутствием
какого-либо сущего социального мира, поскольку оно - не присутствие, а
присутствие отсутствия.
Ближайшим образом, это означает, что если социальное отношение
присутствует, то оно само становится сущим социального мира, обусловленным
другим социальным отношением, и эту редукцию можно продолжать ad infinitum,
обосновывая присутствие одного социального отношения - другим. Однако
поскольку присутствие социального отношения определяется не каким-либо
другим социальным отношением, но отсутствием, т. е. недействительным, то
социальное отношение будет ограничено его собственной недействительностью.
Присутствие социального отношения относится к отсутствию, как социальное
отношение относится к недействительному. Недействительное здесь означает не
фикцию, произвол или социальный вакуум, но предел действительного, постоянно
отодвигаемый практиками агентов.
Недействительное как потенциальное, возможное выступает средой
социального отношения, оно неустранимо, поскольку играет роль внутреннего
предела; устраняя недействительное, неактуальное, мы тем самым устраняем
само социальное отношение, превращаем его в социальный предмет. Присутствие
сущего социального мира не требует обоснования ни в субъекте, ни в сущности:
оно непосредственно. Социальное же отношение присутствует посредством своего
отсутствия, так как оно внедрено в недействительное, но возможное. Иначе
говоря, социальное отношение - это не присутствие всех возможных
присутствий, т. е. трансценденция, а отсутствие присутствия. Вместе с тем,
данное отсутствие не есть что-то бесформенное, полностью лишенное значения
существования, напротив, оно обнаруживает себя как событие, событие текучее
и вместе с тем индивидуализированное, имманентное социальному отношению -
как подвижная граница, как разрыв и одновременно объединение актуального и
потенциального, действительного и возможного. Процесс социального отношения
- серия разрывов и объединений - протекает в зонах временных и всегда
относительных ограничений действительного недействительным.
Социальное отношение разрывает метафизическое "присутствие", равно как и
метафизическое пространство и время. "Метафизическое" в том смысле, что
присутствие есть истина о совокупном сущем социального мира "сверх" научного
познания. Его - метафизические - определения не могут быть получены в
социологическом опыте, а находят свое основание вне пределов сущего как
такового. Социальное отношение не имеет начала: оно всегда уже есть
"дериват" более старого отношения, которое, в свою очередь, также является
"дериватом" еще более старого отношения. Социальное отношение
производит/воспроизводит различия между событиями в длительности
(промежутка) времени и разъятости (расстояния) пространства.
Пространство-время и агенты каждый раз находятся в социальном отношении, - а
не наоборот. Социальное отношение, стало быть, интериоризирует агентов, вещи
и пространство-время.
Социальное отношение не есть абсолютная данность в смысле nulla re
indiget ad existendum. Оно несводимо к одновременным с ним практикам
агентов, но происходит от предпосланных условий и предпосылок практик в
прошлом и настоящем, а также прошлых практик, воспроизводивших/производивших
данное отношение. У социального отношения нет никакого
"в-себе-бытийствования" как собственного основания, но оно обосновывает
социальный мир. Социальное отношение не есть реально порождающее основание
(quod aliud producit) или действующая причина (causa efficiens) сущего
социального мира, которая производила бы его своим собственным действием
(actione sua aliud producit). Социальное отношение представляет собой всего
лишь необходимое, но недостаточное условие сущего социального мира: только
если есть социальное отношение x, может быть сущее y.
Социальные отношения суть реальность sui generis; они представляют собой
существующие нетранзитивно предзаданные условия и предпосылки любых
настоящих и будущих практик. Когда мы утверждаем, что социальные отношения -
это реальность sui generis, это означает, что у них нет действующей причины,
порождающей их своим действием, а не то, что они ничем не обусловлены.
Социальное отношение - относительно независимый и устойчивый во времени
результат воспроизводства/производства этих условий и предпосылок прошлыми
практиками.
Modus vivendi социального отношения может быть определен лишь через
отличие, - например, от вещей природы, которые наличествуют и действуют
независимо от того, как их описывают люди. Социальное отношение не зависит
(в конечном итоге) от сознания и воли людей, но, вместе с тем, его
неотъемлемой и необходимой частью служат дифференцированно распределенные и
конкретно локализованные практические схемы. Таким образом, социальное
отношение хотя и нетранзитивно, но "концептуально зависимо".
В отличие от социального отношения, присутствие (по определению)
считается концептуально независимым. Присутствие полагается как
"привилегированный феномен", обосновывающий социологическое познание и
раскрывающий социальный мир. Социальный мир, однако, должен быть
пред-понятым, чтобы исследователь был в силах установить самораскрытие
сущего в присутствии и подтвердить нетранзитивность и концептуальную
независимость самого присутствия.
Реальность социальных отношений основана на их причиняющей силе, а не на
том, что они наблюдаемы или наглядны. Предполагается, что отношения
первичны, а агенты и социальная предметность суть опредмеченные отношения. В
этом плане социальные отношения напоминают физическое поле - "особую форму
материи", - которое само по себе ненаблюдаемо и ненаглядно, но его действие
ощутимо и может быть визуализировано, как, например, в опыте с
металлическими опилками, выстраивающимися вдоль силовых линий магнитного
поля. Следовательно, ключом к решению вопроса о modus vivendi социальных
отношений служит их modus operandi: отношения определяющим образом
воздействуют (направляют и оформляют, подавляют или стимулируют) на практики
и представления агентов.
Социальное отношение радикально отличается от непрерывного субъективного
структурирования (конструирования) социальной реальности как оно изображено
в концепции П. Бергера и Т. Лукмана [116] или Дж. С„рля [117]. Оно
существует в прошлом, настоящем и будущем и предполагает паузы и остановки
процесса структурирования, а живые практики непрерывны, они существуют
только в настоящем.
Возникшие в прошлом, предзаданные реляционные свойства обусловливают
актуальные практики; социальное отношение несводимо к одновременным с ним
практикам: оно происходит от существовавших прежде нетранзитивных
предзаданных условий и предпосылок практик, а также от имевших место в
прошлом практик, воспроизводивших/производивших данное отношение. В силу
этого "структурирование социальной действительности" на самом деле всегда
означает ее ре-структурирование (ср. [118]), и мы должны различать три его
последовательные стадии: "ранее" (пред-существование социальных отношений),
"одновременно" (процесс воспроизводства/производства, движимый живыми
практиками) и "позже" (после-существование социальных отношений), причем
последняя стадия служит началом нового цикла (см.: [119]). Отсюда следует,
что живые, неопредмеченные практики существуют исключительно в настоящем
времени, а становление любой структуры есть нечто протяженное во времени,
требующее от нас различения прошлого в лице пред-существующих отношений и
настоящего, т. е. актуальных практик. Практики имеют место в настоящем, а у
социального отношения нет бытия-настоящим: оно присутствует как отсутствие.
Практики замещают социальное отношение, никогда не существуют одновременно с
ним, но могут быть объяснены лишь на его основе.
Социальное отношение раскрывается из своей способности быть или не быть
самим собой: оно есть ничто иное как совокупность структур социальной
действительности, существующая благодаря воспроизводству/производству своих
свойств или их утрате. Таким образом, социальное отношение представляет
собой одновременно регрессивное движение назад (пред-существование) и
прогрессивное движение вперед (воспроизводство/производство). Легко
заметить, что в таком движении воспроизводство существует "позже", а
производство - "раньше". Это противоречие отражает различие, заключенное в
социальном отношении: оно всегда существовало "до" и будет "после", поэтому
отсрочено и отсутствует в настоящем. В каком смысле "отсутствует"? Этот
оборот раскрывает несамотождественность социального отношения в настоящем.
Оно "одновременно" равно и неравно само себе, поскольку в настоящем времени
оно и воспроизводится (тождество) и производится (различие). Эта временная
структура выражает разрыв во времени между социальным отношением и
практиками, его несовпадение в любой момент времени с практиками. Метафорой
социального отношения выступает трансцендентальный синтез становления
пространства-времени. Социальное отношение отличается от сущего социального
мира отстраненностью в пространстве и отсроченностью во времени:
существованием уже (и/или еще) не здесь/не сейчас (или существованием не
только здесь). Социальное отношение, равно как и социальная реальность, не
существует в модусе настоящего времени. Пред-существование социальных
отношений порождает неустранимые "белые пятна" на "когнитивных картах"
агентов, принципиальную частичность любой точки зрения и неполноту знания о
социальном мире любого человека. "Белые пятна" указывают на разрывы
социологического мышления. Именно эти отсутствующие значения/смыслы
обусловливают строение социологического дискурса. Связность социологического
мышления возникает благодаря дискретности социологического структурирования,
вокруг лакун, на границах разрывов.
В модели одновременного взаимного конституирования структур и действий
(см.: [120]) провозглашается возможность выработки одного социологического
языка для отображения и социальных отношений, и практик. В рамках же нашей
модели, предполагающей разнесенное во времени существование структур и
действий, единое описание социальных отношений и практик невозможно:
необходимо их раздельное исследование. Следует создать два взаимодополняющих
языка, соответствующих двум различным социологическим позициям: позиции
независящих от воли и сознания социальных отношений и позиции
феноменологического опыта агентов. С одной стороны, эмерджентные свойства
социальных отношений сами по себе, а с другой - представления, коммуникации,
действия, доступные восприятию агентов, причем - и это принципиально -
отношения и экзистенция не совмещаются в настоящем. Подобная
дополнительность в описании социальных отношений и практик предполагает
третью социологическую позицию: изучение взаимодействия аналитически
разделенных структур и действий. Понятие "габитус" как раз и выражает эту
синтетическую позицию.
Практики отличаются от социального отношения. Практики никогда не могут
быть тождественны социальному отношению в силу того, что никогда не
"присутствуют" в нем. Связь практик с социальным отношением допускает, в
определенных пределах, "свободную игру", так как одни и те же условия и
предпосылки могут, в общем случае, способствовать продуцированию разных
результатов.