Гиро П. Частная и общественная жизнь римлян

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава X. РЕЛИГИЯ

17. Увлечение женщин восточными культами

Вот является к ней в дом хор исступленной Беллоны [1] и Матери Богов (Кибелы): во главе его — первый служитель богини, предмет поч-

_________

[1] Беллона — азиатская богиня, культ которой отличался кровавым характером. Во время богослужения жрецы ее наносили себе топориком раны, принося таким образом в жертву богине человеческую кровь. Жрецы Беллоны занимались предсказанием. — Ред.

373

тения для прочего сброда. Хриплые певцы с плебейскими бубнами в руках расступаются перед ним. Он надевает фригийскую тиару и изрекает, что надо бояться сентябрьского южного ветра; но если принести очистительную жертву в сотню яиц, а ему подарить хотя бы поношенную тунику, все обойдется: в складках этой одежды он унесет все, что грозило несчастьем дому, и можно быть на год спокойной.

Зимой она сделает прорубь на Тибре и рано утром трижды в нее погрузится и, как ни страшно, с головой окунется в самую пучину. Оттуда нагая, дрожа от холода, она проползет на коленях через все поле Тарквиния Гордого. Если прикажет Изида, она и в Египет поедет за священной водой из Мероэ, чтобы окропить храм богини... Она думает, что богиня сама приказала ей это: с кем же еще, как не с ней, и беседовать ночью богам?

Самым большим почетом пользуется вот этот, который в сопровождении жрецов в льняных одеждах, с бритыми головами, бегает по городу, насмехаясь над кающимися. Он молит о прощении: какая-то женщина не удержалась от любовных объятий своего мужа в священные дни: за это грозит ведь страшная казнь. Вон и серебряный змей у Изиды качнул головою!

374

Жрец льет слезы и шепчет молитвы, чтобы Осирис не отказался простить женщину: жирный гусь да нежный пирог — этого довольно, чтобы подкупить бога.

Этот ушел, — приходит старуха-еврейка, оставив у входа корзину с сеном. Тряся головой, на ухо шепчет она свою просьбу о подаянии. Она толкует закон Иерусалима, у ней есть свой жертвенник в роще, она приносит надежные вести о велениях неба. Она также кое-что получает, но меньше, чем жрец: евреи продают какие угодно пророчества по самым дешевым ценам.

Ее сменяет гадатель из Армении или Коммагены. Исследовав легкие только что убитой голубки, он обещает нежного любовника или громадное наследство от бездетного богача. Они гадают и по внутренностям кур, щенят, а иногда даже детей, а потом доносят на своих сообщников.

Но всего больше верят женщины халдеям. Чтобы ни сказал астролог, они верят, что источник тех слов — сам Юпитер Аммонский. Ведь дельфийский оракул замолк, а мрак грядущего мучит людей... Особенно много веры тому, у кого на руках звенят цепи, кто долго прожил в тюрьме. Астролог, не бывавший в оковах, не находит признания. Ради успеха надо чуть-чуть не погибнуть, в виде милости быть сосланным на какой-нибудь Кикладский островок, например, на Сериф; только к такому пророку и обратится твоя жена, чтобы узнать, скоро ль умрет твоя мать, больная желтухой.

С той же женщиной, у которой у самой в руках календарь, замасленный и блестящий, как янтарь, ты избегай и встречаться. Она сама знает искусство астрологов. Если ее муж идет на войну, она ни за что не пойдет вместе с ним, если вычисления Трасилла [1] против того. Если нужно ей хоть версту отъехать от Рима, и тогда она по книжке выбирает время отъезда; загноится глаз — она справится в таблице гороскопов, прежде чем спросить мази... Если женщина — бедная, она пойдет к простому хироманту и поцелуями заплатит за гадание. Богатым дают предсказанья за плату фригийцы или индийцы, которым известны и звезды, и небо. Для народа же «судьба» поместилась в цирке и на валу: здесь вопрошает плебейка, не бросить ли ей кабатчика, чтобы выйти замуж за старьевщика.

(Ювенал. Сатира VI, 511—591).
__________

[1] Трасилл — греческий астролог, обучавший Тиберия тайнам этой науки. — Ред.