Гиро П. Частная и общественная жизнь римлян

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава XII. Римский строй в эпоху империи

1. Описание жизни Августа, сделанное им самим

19-ти лет от роду я собрал частным образом и за свой счет войско, которое позволило мне вернуть свободу государству, угнетенному партией [1]. В благодарность за это сенат особым почетным декретом принял меня в свою среду в консульство Г. Пансы и А. Гирция (43 г. до Р. X.), дав мне право говорить наравне с консулярами; кроме того, он мне дал imperium [2]. Он поручил мне заботиться об общественной безопасности в качестве пропретора * совместно с консулами. Когда в том же году оба консула погибли на войне,** народ назначил меня консулом и триумвиром с поручением устроить государство.

________

* Консулы иногда наделялись особыми полномочиями, но пропретор (судейская должность) никогда подобных полномочий ранее не получал.

** В битве под Мутиной Децим Брут разбил цезарианцев.

[1] Т. е. партией республиканцев и друзей Антония.

[2] Под словом imperium подразумевалась в Риме власть в полном ее объеме.

408

Убийц своего отца [1] я изгнал, наказал их за преступление на основании правильного судебного решения. Позднее же, когда они подняли оружие против государства, я победил их дважды в правильном сражении.*

Я воевал на суше и на море с гражданами и иностранцами по всему свету, и после победы я пощадил всех граждан, которые остались в живых; что же касается чужих народов, то в тех случаях когда можно было простить без риска, я предпочитал сохранить их, чем истреблять.

Около 500 тысяч римских граждан принесли мне военную присягу. Из них более 300 тысяч по окончании службы были устроены мною в колониях или отпущены по домам. Всем им я дал землю, купленную мной, или же деньги для покупки земли за мой счет. Я захватил 600 кораблей, не считая таких, которые были меньше трирем по своим размерам.

Два раза я был почтен овацией [2] и трижды полным триумфом. Двадцать один раз я получал звание imperator'a.[3]. Кроме того, сенат много раз назначал мне триумф, который я не устраивал. Часто я довольствовался возложением лавров [4], исполняя в Капитолии обет, который давал во время войны. По поводу побед, одержанных мною или под моими ауспициями [5], сенат 55 раз постановлял совершить благодарственное жертвоприношение бессмертным богам. Праздники по этому поводу в итоге продолжались 890 дней. Во время триумфов девять побежденных царей или царских сыновей шли впереди моей колесницы.

Тринадцать раз я был консулом до того времени, как пишу эти строки,** и вот уже тридцать седьмой год пользуюсь властью трибуна (14-й г. по Р. X.).

Когда сенат и народ без меня, а потом и в моем присутствии дали мне диктатуру в консульство М. Марцелла и Л. Аррунция, то я отказался от нее. Во время большого голода я согласился принять на себя заведование продовольственной частью и выполнил свои обязанности так, что в скором времени весь народ был избавлен за

__________

* Битва при Филиппах (42 г. до н. э.) состоялась из двух сражений.

** 43, 33, 31—23, 5, 2 гг. до н. э.

[1] Т. е. Цезаря, который был его приемным отцом.

[2] Ovatio нечто вроде триумфа, только при менее торжественной обстановке. одержавший победу военачальника вступал в Рим не на колеснице, как во время триумфа, а верхом или даже пешком. — Ред.

[3] Титул императора давался обыкновенно военачальнику, одержавшему победу.

[4] Во времена республики военачальник, вступавший на Капитолий в качестве триумфатора, возлагал на статую Юпитера лавровый венок.

[5] Право производить на войне ауспиции, т. е. гадание по птицам, принадлежало главнокомандующему, поэтому выражение «под моими ауспициями» значит «под моим начальством». — Ред.


409

мой счет [1] от всякого страха и опасности. От консульства, которое было мне дано после этого на год и на всю жизнь, я отказался.*

В консульство М. Винуция и Кв. Лукреция, а также П. и Гн. Лентулов и наконец в консульство Паулла Фабия Максима и Кв. Туберона (19-й, 18-й и 11-й гг. до Р. X.) сенат и народ просили, чтоб я один взял на себя наблюдение за нравами и законами с самыми широкими полномочиями, но я не хотел принять никакой власти, несогласной с преданиями;** реформы же, которых сенат ожидал от меня, я совершил в качестве трибуна, и для этой цели сенат, по моей просьбе, пять раз назначал мне товарища.***

В течение 10-ти лет я был триумвиром для устройства государства [2]. Я был princeps'ом. сената в течение 40 лет до настоящего времени. Я был верховным понтификом, квиндецемвиром для производства священнодействий (sacris faciundis), septemvir epulonum, арвальским братом, sodalis Titius и фециалом [3].

Во время моего пятого консульства (29 г. до Р. X.) согласно решению народа и сената я увеличил число патрициев. Трижды я составлял список сенаторов и в шестое свое консульство (28 г. до Р. X.) произвел перепись народа вместе с Агриппой, данным мне в товарищи. До этого времени в течение сорока двух лет не производилось переписи. Я насчитал 4 063 000 римских граждан. В консульство Г. Цензорина и Г. Азиния (8 г. до Р. X.) я произвел

__________

* Это было в неурожайный 22 г. до н. э.

** Августу предлагался пост куратора законов и нравов с чрезвычайными полномочиями в 19, 18, 11 гг. до н. э,

*** Агриппа в 18 и 13 гг. до н э., Тиберйй в 6, 4, 13 гг. н. э.

[1] Всякий раз, когда Август упоминает о том, что расход был произведен за его счет, он хочет сказать, что деньги для этого были взяты не из aerarium'a, которым заведовал сенат, а из фиска (fiscus), находившегося в распоряжении императора. Впрочем, источником, пополнявшим как ту, так и другую кассу, были налоги.

[2] Tresviri или triumviri reipublicae constituendae — такое название получили от народа Октавиан, Антоний и Лепид, желая этим придать вид законности захваченной ими власти: таким образом народ как бы давал им поручение «устроить государство». — Ред.

[3] Quindecemviri sacrorum или sacris faciundis называлась коллегия из 15-ти жрецов, в обязанности которых лежало хранение Сивиллиных книг и производство по ним предсказаний.

Septemviri epulonum — жрецы, которым поручалось по тому или другому поводу устраивать священные пиршества в честь трех капитолийских божеств (Юпитера, Юноны и Минервы).

Fratres aruales (братья пахари) — коллегия жрецов богини Accа Larentia — покровительницы полей, чтобы призвать на поля плодородие, арвальские братья ежегодно в течение трех дней мая совершали sacrificium Deae Diae (см. гл. X, статью 12).

Sodales Titii — одна из древнейших римских корпораций, имевшая религиозный характер

Fetiales — жрецы, в обязанности которых было объявлять войну и заключать договоры. — Ред.

410

перепись один, наделенный консульскими полномочиями: на этот раз оказалось 4 233 000 римских граждан. В третий раз я произвел перепись с консульскими полномочиями, имея товарищем своего сына Тиберия Цезаря в консульство Секста Помпея и Секста Апулея (14 г. по Р. X.): было насчитано 4937000 граждан. Посредством новых законов я восстановил значение многих добрых примеров наших предков, которое начинало уже уничтожаться. Сам я оставил в назидание потомству много деяний, достойных подражания.

Сенат постановил, чтобы каждые пять лет консулы и преторы совершали моление о моем здравии. Во время этих молений четыре великих жреческих коллегии или же консулы часто устраивали игры. В то же время граждане как в своих частных жилищах, так и в муниципиях не переставали приносить жертвы за меня перед статуями всех богов.

Сенат внес мое имя в гимн салиев, и особым законом было установлено, что в течение всей своей жизни я буду пользоваться трибунской властью и связанной с ней привилегией неприкосновенности.* Когда народ предложил мне должность верховного понтифика, которую раньше занимал мой отец, я от нее отказывался до тех пор, пока она была занята. Я принял жречество лишь несколько лет спустя, после того как умер человек, который захватил ее, воспользовавшись гражданской войной;** по этому случаю в консульство П. Сульпиция и Г. Вальгия (в 12 г. до Р. X.) на комиции явилось из всей Италии такое множество народа, какого раньше никогда не видели.

В память моего возвращения сенат воздвиг близ Капенских ворот невдалеке от храма Чести и Доблести алтарь «Фортуне возвращения» [1]. Он постановил, чтобы ежегодно понтифики и весталки совершали здесь жертвоприношения в день моего возвращения из Сирии в консульство Кв. Лукреция и М. Виниция (19 г. до Р. X.), и чтобы этот день назывался в честь моего прозвища AugustaHa.

В том же году на основании особого senatus consultum'а часть преторов и народных трибунов вместе с консулом Кв. Лукрецием и многими знатными особами вышли встречать меня в Кампанию. Такая честь до тех пор никому еще не была оказана. Когда я возвратился из Испании и Галлии в консульство Тиб. Нерона и Павла Квинтилия (13 г. до Р. X.), с успехом устроив дела этих провинций, сенат в память моего возвращения решил соорудить на Марсовом поле алтарь, посвященный «Миру Августа», и поручил магистратам, преторам и весталкам ежегодно совершать у этого алтаря жертвоприношения.

__________

* С 23 г. до н. э. Августу пожизненно была дана трибунская власть.

** Эмилий Лепид стал понтификом в 44 г. до н. э.

[1] Fortuna Redux. — Ред.

411

Храм Януса Квирина, который запирается лишь в тех случаях, когда во всем государстве и на суше, и на море восстановлен мир благодаря победам, был заперт лишь два раза за все время от основания Рима до моего рождения; во время моего управления сенат постановил закрыть его в третий раз.*

Когда мои два сына — Гай и Луций Цезари [1], которых судьба отняла у меня еще совсем молодыми, были в возрасте пятнадцати лет, сенат и римский народ, желая меня почтить, назначили их консулами через пять лет (считая от года их избрания). Кроме того сенат разрешил им присутствовать на его заседаниях с тех пор, как их сводили на форум [2]. Все римские всадники назвали их «предводителями молодежи» и поднесли серебряные щиты и копья.

Я отсчитал римским плебеям по триста сестерций каждому в исполнение завещания моего отца; от своего собственного имени я дал им в пятое свое консульство (29 г. до Р. X.) по 400 сестерций из своей военной добычи; в десятое свое консульство (24 г. до Р. X.) я дал конгиарий [3] по 400 сестерций на человека, — необходимая для этого сумма была взята из моего родового имущества. В одиннадцатое свое консульство (23 г. до Р. X.) я двадцать раз раздавал хлеб, купленный за мой счет, в тот год когда я двенадцатый раз был трибуном (12 г. до Р. X.), я в третий раз раздал по 400 сестерций. При этом каждый раз моими милостями пользовалось не менее 250 тыс. чел. В год моего восемнадцатого трибунства и двенадцатого консульства (5 г. до Р. X.) я дал 320 тысячам человек из городской черни по 60 динариев каждому. В колониях, где были поселены мои солдаты, я раздал во время пятого консульства (29 г. до Р. X.) по 1000 сестерций на человека из добычи: около 120 тысяч колонистов получили эти подарки по случаю моего триумфа. В 13-е консульство (2 г. до Р. X.) я дал по 60 динариев каждому гражданину, внесенному в списки для общественной раздачи хлеба: таких оказалось немногим более 200 тысяч.

За землю, которую я раздал воинам в год своего четвертого консульства, а также в консульство М. Красса и Гн. Лентула Авгура (30 г. и 14 г. до Р. X.), я платил вознаграждение муниципиям. Сумма этого вознаграждения равнялась приблизительно 600 миллионам сестерций за земли, расположенные в Италии, 260 миллионам за земли в провинциях. Я первый и один только я поступил таким образом из всех, кто устраивал военные колонии в провинциях или в Италии.

_________

* При втором царе Нуме Помпилии, затем в 326 г. до н. э. При Августе — в 29 и 25 гг. до н. э.

[1] Это были сыновья Агриппы и Юлии, дочери Августа; император усыновил их.

[2] Т. е. когда они были облачены в мужскую тогу в знак своего совершеннолетия.

[3] Congiarium называлась раздача народу деньгами или натурой.

412

Позднее в консульства Тиб. Нерона, и Гн. Пизона, Г. Антистия и Д. Лелия, Г. Кальвизия и Л. Пазиена, Л. Лентула и М. Мессалы, Л. Каниния и Кв. Фабриция (7, 6, 4, 3, 2 гг. до Р. X.) я раздавал денежные подарки воинам, отпущенным по окончании их службы; на это я с удовольствием истратил 4 миллиона сестерций.

Четыре раза я помогал своими деньгами общественной казне. Я передал заведующим этой казной 150 миллионов сестерций. В консульство М. Лепида и Л. Аррунция (6 г. по Р. X.) я внес из своих средств 170 миллионов сестерций в военную кассу, которую учредил с тем, чтобы выдавать награды воинам, прослужившим двадцать лет и более. В консульство Г. и П. Лентулов (18 г. до Р. X.) я помог натурой за свой счет сотне тысяч провинциалов и кроме того более чем сотне тысяч деньгами на уплату податей.

Курия и храм, находящиеся по соседству с Минервой Халкидской, храм Аполлона на Палатине с портиками, храм божественного Юлия, Lupercal, портик близ цирка Фламуния, которому я сохранил имя Октавия, раньше построившего на этом месте другой портик, Pulvinar близ Большого цирка, храмы Юпитера Феретрия и Юпитера Гремящего на Капитолии, храм Квирина, а также храм Минервы, Юноны Царицы и Юпитера Освободителя на Авентине, святилище ларов наверху Священной дороги, святилище богам Пенатам на Велинском холме, святилище Юности, святилище Великой Матери Богов — все это было сооружено мною.

С большими издержками я реставрировал Капитолий и театр Помпея, не надписав при этом своего имени. Я починил водопроводы, которые во многих местах от ветхости разваливались, я удвоил силу Aqua Marcia, проведя в него воду из другого источника. Я закончил Forum Julium и базилику между храмами Кастора и Сатурна: оба эти сооружения были начаты и почти доведены до конца моим отцом. Когда же эта базилика была разрушена пожаром, я расширил место и начал воздвигать новое здание в честь моих сыновей, завещав моим наследникам достроить его, если я не успею сделать этого сам. В год моего пятого консульства (29 г. до Р. X.) я реставрировал в Риме, согласно постановлению сената, 82 храма, не пропустив ни одного, который бы нуждался в переделке. В седьмое свое консульство (27 г. до Р. X.) я починил дорогу Фламиния между Римом и Аримином, а также все мосты, кроме Мульвийского и моста Минуция.

На принадлежащей мне земле я воздвиг на деньги, вырученные из добычи, храм Марса Мстителя и Форум Августа. Я соорудил в честь моего зятя М. Марцелла театр по соседству со святилищем Аполлона на земле, которую большей частью купил у частных лиц. Из своей добычи я принес дары в Капитолий в храмы божественного Юлия, Аполлона, Весты и Марса Мстителя. Все это обошлось мне в сумму около 400 миллионов сестерций. В пятое свое консульство (29 г. до Р. X.) я не взял с муниципий и с италийских колоний

413

тридцать пять тысяч фунтов золота на венки, которые они хотели поднести по случаю моего триумфа; впоследствии каждый раз, когда меня провозглашали императором, я отказывался от золотых венков, которые они с такою же готовностью постановляли поднести мне.

Я устраивал бои гладиаторов три раза от своего имени и пять раз от имени моих сыновей и внуков; во всех этих боях участвовало около десяти тысяч человек. Я предложил народу дважды от своего имени и раз от имени внука состязания атлетов, которые были собраны для этого отовсюду. Игры я устраивал четыре раза от своего имени и двадцать три от имени других магистратов. В консульство Г. Фурния и Г. Силана (17 г. до Р. X.) я в качестве председателя коллегии квиндецемвиров устроил юбилейные игры вместе со своим товарищем М. Агриппой. В тринадцатое свое консульство (2 г. до Р. X.) я первый учредил игры в честь Марса, на которых после того председательствовали консулы. Двадцать шесть раз я устраивал от своего имени или же от имени своих сыновей и внуков, в цирке, на форуме и в амфитеатрах травлю африканских зверей, причем было затравлено около 3500 животных.

Я угостил народ зрелищем морской битвы по ту сторону Тибра, там, где теперь расположена священная роща Цезарей. Сражение происходило в бассейне длиной в 1800 футов и шириной в 1200 ф.; в нем участвовало 30 трирем и бирем,* снабженных носами, и гораздо большее количество кораблей меньших размеров с тремя тысячами гребцов.

После победы я возвратил храмам всех городов азиатской провинции драгоценные предметы, которые присвоил себе мой противник. Число моих серебряных статуй, изображавших меня стоя, на лошади и в колеснице, запряженной четверней, доходило в Риме до 80. Я сам распорядился уничтожить их, и на деньги, вырученные от этого серебра, я принес золотые дары в храм Аполлона от своего имени и от имени тех, кто воздвиг эти статуи.

Я очистил море от пиратов. Во время этой войны я захватил около тридцати тысяч беглых рабов, которые подняли оружие против государства, и отдал их в руки их господ для казни. Вся Италия добровольно присягнула мне и потребовала, чтобы я был вождем в борьбе при Акциуме.** Такую же присягу принесли мне Галлия, Испания, Африка, Сицилия и Сардиния. Под моим начальством собралось тогда более семисот сенаторов, из которых 83 были раньше или сделались после этого консулами и 170 — преторами.

Я расширил пределы всех провинций римского народа, расположенных на границе государства. Я умиротворил Галлию, Испанию

__________

* Триремы — боевые корабли римлян с тремя рядами весел, биремы — с двумя.

** Эта присяга была принята в 32 г. до н. э., битва при Акциуме — в 31 г. до н. э.

414

и Германию в тех краях этих провинций, которые омываются океаном, от Гадеса и до устья Эльбы. Я водворил мир на Альпах от того конца, который подходит близко к Адриатическому морю и до моря Тосканского, при этом я ни с одним народом не вел несправедливой войны. Мой флот, выйдя из устья Рейна, направился на восток и дошел до земли кимвров,— местности, куда раньше не проникал ни один римлянин, ни сухим путем, ни морем. Кимвры, хариды, семноны и другие германские народы, живущие в этих странах, просили дружбы у меня и у римского народа. По моему приказу и под моими ауспициями две армии двинулись почти в одно время в Эфиопию и в счастливую Аравию; в обеих этих странах они разбили в сражениях значительное количество неприятелей и захватили много мест. В Эфиопии войско дошло до города Напата по соседству с Мероэ; в Аравии — до города Мариба в стране сабеев.*

Я присоединил Египет к римской империи. После убийства царя Артакса я мог бы обратить в провинцию и Великую Армению, но я предпочел, по примеру своих предков, уступить это царство Тиграну, сыну царя Артавазда и внуку царя Тиграна,** что я и сделал при посредстве Тиб. Нерона, который был тогда моим пасынком. Когда этот народ впоследствии вздумал нас оставить и восстать, я усмирил его при помощи своего сына Гая и поручил управление им Ариобарзану, сыну мидийского царя Артабаза; а после его смерти — его сыну Артавазду. Когда же этот последний был убит, я послал туда Тиграна, происходящего из царского рода Армении. Я вернул все провинции, расположенные по ту сторону Адриатического моря на восток и большей частью управлявшиеся царями.*** Раньше я вернул также Сицилию и Сардинию, которые отпали от нас во время междоусобной войны.

Я послал военные колонии в Африку, в Сицилию, в Македонию, в обе Испании, в Ахайю, в Азию, Нарбоннскую Галлию, Писидию. В Италии находится 28 колоний, основанных под моими ауспициями, многие из них представляют собой теперь густонаселенные и известные города.

Я отобрал у побежденных неприятелей в Испании, Галлии и Далмации много знамен, захваченных ими у других полководцев. Я заставил парфян возвратить добычу и знамена, отнятые у трех римских армий, и униженно просить дружбы римского народа. Я поставил эти знамена в святилище храма Марса Мстителя.****

__________

* Походы в Эфиопию и Аравию были организованы в 20-х гг. до н. э., последний из них закончился гибелью римской армии.

** 20 г. до н. э.

*** Клеопатра и ее дети.

**** В 20 г. до н. э. Август возвратил обратно знамена армий Красса (53 г.), Деция Саксы (40 г.), Антония (36 г.).

415

Паннонцев, которые до меня не видели в своей стране римского войска, я победил при помощи Тиб. Нерона, бывшего тогда моим пасынком и легатом. Я подчинил их власти римского народа и продвинул границы Иллирика до берегов Дуная. Дакийское войско, которое перешло эту границу, было побеждено и рассеяно под моими ауспициями. Позднее одна из наших армий, посланная за Дунай, принудила дакийцев признать над собой власть римского народа.

Ко мне часто являлись послы индийских царей, чего раньше не видел никто из римлян. Бастарны [1], скифы, сарматы, живущие по ту сторону Танаиса, а также цари еще более отдаленных албанцев, иверов [2] и мидян — все они просили нашей дружбы.

Ко мне прибегли с мольбой цари парфянские — Тиридат, а потом Фраат, сын царя Фраата; царь мидян Артавазд, царь адиабенов [3] Артаксар, бретонские цари Думнобеллавн и Тим...; царь сикамбров Мело, царь маркоманов и свевов ...рус. Парфянский царь Фраат, сын Орода, прислал своего сына и внука в Италию ко мне. Он не был побежден в войне, но сделал это скорее для того, чтобы снискать нашу дружбу ценой таких заложников. Много и других народов, которые раньше никогда не вступали в сношения с римским народом и не заключали дружеских договоров, во время моего принципата испытали на себе его верность и честность.

Парфяне и мидяне, через знатнейших представителей своих просили у меня себе царей и получили: первые — Вонона, сына царя Фраата, внука царя Орода, вторые —Ариобарзана, сына царя Артавазда, внука царя Ариобарзана. Во время шестого и седьмого моих консульств (28 и 27 гг. до Р. X.) я, облеченный, по всеобщему согласию, неограниченной властью, подавил гражданскую войну, после чего передал республику в руки сената и римского народа. Чтобы почтить меня за такие заслуги, сенат особым постановлением дал мне прозвище Августа; кроме того было постановлено еще, чтобы наличник двери моего дома был украшен лаврами, чтобы над входом помещен был гражданский венок [4], а в курии золотой щит с надписью, гласящей, что сенат и римский народ принесли мне его в дар на память о моем мужестве, милосердии, справедливости и благочестии. С тех пор я был первым из всех по своему влиянию, но имел не больше власти, чем каждый из моих товарищей по занимаемым мной должностям.

__________

[1] Бастарны — народ, живший между Днестром и Днепром. — Ред.

[2] Албанцы и иверы жили в теперешней Грузии и Дагестане. — Ред.

[3] Адиабены — в Ассирии. — Ред.

[4] Corona civica — из дубовых листьев; такой венок давался обыкновенно в награду за спасение гражданина, почему на нем и делалась надпись «ob ciuem seruatunv». — Ред.

416

В год моего тринадцатого консульства (2 г. по Р. X.) сенат, всадники и весь римский народ дали мне название отца отечества и постановили, чтобы этот титул был вырезан в вестибюле моего дома, в курии и на форуме Августа, на предназначавшейся для меня квадриге. Я написал все это на 76 году моей жизни.

(Моммзен, Деяния божественного Августа) [1].
__________

[1] Этот документ известен под именем «Анкирской надписи». Надпись эта была открыта в Анкире, в древней Галатии, вырезанная на стенах храма Риму и Августу.