Эльсе Роэсдаль. Мир викингов (викинги дома и за рубежом)

ОГЛАВЛЕНИЕ

ЭКСПАНСИЯ

Западноевропейский континент

Исландия, Фарерские острова, Гренландия и Америка

Эпоха викингов сыграла основополагающую роль для районов и островов Северной Атлантики. Исландия, Фарерские острова и Гренландия были колонизованы скандинавскими земледельцами, и потому данные территории на сегодняшний день относятся к Скандинавии. Здесь речь не шла о викингской экспансии в буквальном смысле, поскольку, если не считать возможного присутствия нескольких отшельников в Ирландии, Исландии и на Фарерских островах, эти территории не были заселены, а в тех районах Гренландии, которые начали осваиваться в то время скандинавами, люди вообще не обитали (эскимосы жили на территориях, расположенных дальше к северу). Здесь некого было завоевывать и грабить. Но земли здесь было много, и на ней можно было жить и добывать пропитание. Викинги привозили с собой семьи, скот и все движимое имущество. Они преуспели в создании здесь новых общин. В Гренландии, где природные условия едва ли позволяли успешно вести сельское хозяйство, к концу средневековья скандинавские поселения прекратили свое существование. Но большая часть жителей современной Исландии и Фарерских островов является прямыми потомками викингских поселенцев. Сюда следует прибавить и то, что скандинавы были первыми европейцами, ступившими на землю Америки. Это были земледельцы из Гренландии, которые достигли берегов североамериканского континента. Но земля тут была уже обитаема, и поселения скандинавов здесь едва ли могли возникнуть.
Те, кто дерзал переплыть море, чтобы обзавестись землей на этих новых территориях, были по преимуществу норвежцы, и даже если природные условия там могли оказаться суровыми, они во многом напоминали условия большинства районов Норвегии. К тому же земля здесь лежала нетронутая. В основном, экономика напоминала ту, к которой они привыкли дома. Это было сочетание скотоводства, рыболовства, охоты на птиц, морских и лесных животных, а также сбора лесных ягод. Что касается выращивания зерна, то оно в северных широтах, разумеется, играло куда меньшую роль. И так же, как в Северной Норвегии и Шотландии, здесь не было почвы для возникновения городов или международных торговых центров. Единственным главным отличием от Норвегии было то, что здесь не было бескрайних лесов с хорошей древесиной, а лишь кустарники и мелкие деревья. Жителям приходилось обходиться плавником, то есть деревьями, выкидываемыми морем. Эта древесина, по всей вероятности, не была приспособлена для строительства эластичных викингских судов.


Основной причиной, которая могла побудить переселенцев обитать изолированно, на самом краю известной в ту эпоху земли, была тяга к хорошей плодородной земле, на которой легче было прокормиться с семьей, нежели у себя на родине, где земля могла быть истощенной или неплодородной, либо, возможно, по закону переходила в руки других наследников. Вместе с тем, политические притязания и жажда приключений, несомненно, также играли свою роль. В исландской литературе, как уже отмечалось, вероятно не без основания, указывается еще один мотив исхода из родных краев, а именно – стремление к свободе.
Многие крупные землевладельцы отплыли от берегов Норвегии, дабы не попасть под власть к королю Харальду Прекрасноволосому. В поселениях на Северной Атлантике не было ни короля, ни ярла, и еще долгое время после эпохи викингов здесь сохранялось сообщество крупных землевладельцев с известной формой демократии и достаточно высоким уровнем политической самостоятельности. Впрочем, время от времени имело место и переселение в другие регионы. На новых землях открывались большие возможности, и многие впервые учились справляться с трудностями бытия на новом месте. Осуществимость путешествий в Северную Америку с целью освоения новых земель обеспечивалась для скандинавов, благодаря прекрасным судам и мастерскому кораблевождению. А укрепление связей с окружающим миром было необходимо для выживания в рамках традиционной крестьянской экономики со скандинавскими корнями. Для плавания в Северную Америку непригодны были узкие, легкие военные корабли. Здесь нужны были прочные торговые суда, на которых можно было пускаться в открытое море в штормовую погоду и на которых можно было перевозить множество людей с домашними животными и всем тем, что было необходимо для жизни на колонизованных землях. Их можно было нагружать большим количеством местных изделий, за которые потом можно было выручить средства на покупку необходимых товаров. Возможно, это были торговые суда типа корабля № 1 из Скульделев. Именно такие суда использовались поселенцами и их потомками. Но, несмотря на высокое качество судов и выдающееся мастерство мореходов, сохранилось немало рассказов о кораблекрушениях и о людях, выпавших за борт, а также о судах, которые из-за несовершенства навигации сбивались с курса и часто приплывали совсем не к той земле, куда направлялись.
Обычно поселенцы отплывали из родных мест с группами домочадцев, со своими рабами и во главе с предводителями. Суда, помимо сырьевых материалов, заполнялись всем необходимым, чего могло не быть там, куда они отправлялись. Перевозилось огромное количество животных, создававших затем новые популяции на новом месте. В особенности много брали коз, коров, лошадей, собак, но в первую очередь, овец. Возможно, на новое место привозились зерно и семена для выращивания овощей. Скорее всего, поселенцы в первые годы, пока поголовье скота не увеличивалось, а посевы не начинали давать урожаи, должны были кормиться рыболовством, охотой, дикими растениями и ягодами, а также молочными продуктами. Условия жизни в Северной Атлантике были крайне примитивными, как и у тех, кто поселился в Америке. Классовое разделение общества существовало еще дома, и на новых территориях выделялась группа предводителей, которые захватывали себе земли, зачастую огромные угодья, образуя новый высший класс. Постепенно жизнь обретала черты, присущие скандинавским традициям, но с отпечатком местных условий и статуса поселенцев. Общехозяйственное устройство было вопросом выбора среди многих возможностей.
В имеющихся письменных источниках нет никаких сведений о том, когда и как появились самые первые поселения на Фарерских островах, в Исландии и Гренландии. К тому же, письменных источников эпохи викингов, которые сообщали бы о колонизации Северной Атлантики, Шотландии и окружающих островов, сохранилось крайне мало. Некоторые из них, такие как, например, описание, сделанное Адамом Бременским около 1075 года, подчеркивают, главным образом, удаленность этих мест от западноевропейских центров. Адам Бременский, в частности, рассказывает об исландцах: «Они живут исключительно разведением скота и одеваются в звериные шкуры. У них не растет зерно, и очень мало деревьев. Кроме того, они живут в землянках и делят кров, ночлег и пищу со своими животными. Таким образом, живут они в святой простоте и не требуют больше того, что может им предложить сама природа». Вероятно, Адам имеет в виду непонятную ему вулканическую деятельность, когда он пишет о том, что «снег такой черный и сухой от старости, что может гореть, если его подожгут». О населении Гренландии Адам пишет: «Из-за соленой воды люди здесь зеленые, и потому земля эта была так названа (гренланд – зеленая земля)». Далее он рассказывает, что архиепископ Гамбургско-Бременский, который был церковным главой Исландии и Гренландии, отправил послание их жителям, в котором обещал в скором времени посетить их. Едва ли можно поверить, что он и вправду намеревался это сделать.
Вместе с тем, сохранилась богатая литература, созданная в 1100-1200-е годы, или позднее, и посвященная описанию эпохи викингов в Северной Атлантике. Это, в основном, исландская литература, творившаяся в среде, задававшей тон в эти изменчивые времена. Сюда входят и саги, и произведения исторического характера, и своды законов. В то же время поэтических произведений, посвященных этим регионам, существует не так уж много. Именно в этих письменных источниках мы находим целую галерею персонажей и описание многих драматических событий, которые составляют яркую часть истории этих краев. Истории эти отражают интересы того времени, исторические взгляды и литературные традиции тех лет. Некоторые из них были частично сфабрикованы на основе географических названий, наблюдений за природными явлениями и представлений о существовавших когда-то поселениях или оставшихся от них развалин. Лишь изредка можно было проследить прямую связь между произведениями исландской литературы и реальными археологическими находками, относящимися к эпохе викингов. Хронологически они отделены друг от друга длительным отрезком времени – тремя или четырьмя столетиями. Но даже если допустить, что истории об Эрике Рыжем и его семье, поселившихся в Гренландии, или о Лейфе Счастливом, достигшем берегов Америки, содержат лишь едва различимую крупицу исторической истины, то все же не следует не принимать во внимание этих явно беллетризированных версий отдельных, наиболее увлекательных, эпизодов эпохи викингов. В то же время их следует, в основном, воспринимать как литературные произведения и иметь в виду, что это отнюдь не свидетельства очевидцев.

Поселения в Исландии и на Фарерских островах

Исландия – это вулканический остров, площадью 103 500 кв. километров и протяженностью около 500 километров с востока на запад. Самая северная часть страны почти достигает Полярного круга, но ответвление Гольфстрима смягчает здесь климат. Остров расположен на расстоянии примерно 570 морских миль (около 1050 километров) от Норвегии, и путь оттуда идет через безбрежные морские пространства. Единственная возможность высадиться на сушу во время этого пути – это зайти на Фарерские острова, а если повернуть чуть южнее, то можно приблизиться к Шетландским островам. Исландия – страна, «неуютная» для поселенцев из-за частых землетрясений, горячих источников, гейзеров, а также многочисленных вулканов, которые уже в ту пору были активными. Однако с изрезанным побережьем, обширными территориями глетчеров (ледников) и пустынными горами поселенцы из Норвегии были уже знакомы у себя дома, но зато здесь, в Исландии, были хорошие пастбища для скота, множество птиц, моржи, тюлени, много рыбы в море и реках. Были также леса, хотя и не очень густые, где росли карликовая береза, верба и кустарник. Вдоль побережья была масса плавника – выброшенной морем древесины, которая могла пойти на строительство домов и других построек.
Открытие Исландии и ее древнейшая история описаны в сагах. Наиболее важным письменным источником является знаменитое сочинение Ари Торгильссона «Книга исландцев», созданное около 1120 – 1130-х годов. Ари, по прозвищу Ученый, принадлежал, вероятно, к наиболее знающим и образованным кругам жителей острова, а его труд явился результатом серьезных исследований истории страны, примерно до 1120 года. Это небольшое сочинение с четкой хронологией. Вот что пишет Ари о начале колонизации Исландии: «Исландия была впервые заселена людьми из Норвегии в годы правления Харальда Прекрасноволосого, сына Халфдана Черного. По рассказам моего воспитателя Тейта, мудрейшего из всех, кого я знал, сына епископа Ислейфа, моего дяди Торкеля Геллессона, который помнил стародавние времена, а также Турид, дочери Снорре Доброго, мудрой женщины, знания которой были достоверны, это произошло в ту пору, когда Ивар, сын Рагнара Лодброка убил Эдмунда Святого, короля англов. Это было через 870 зим после Рождества Христова, так написано в его истории. Ингольф – так звали человека из Норвегии, и о нем правдиво рассказано, что он первым отправился в Исландию сперва, когда Харальду Прекрасноволосому сравнялось 16 зим, а потом опять спустя несколько зим. Он поселился к югу от Рейкьявика».
Ари также рассказывает, что спустя 60 лет страна была заселена, то есть это произошло около 930 года. Как и позднее, поселения, очевидно, возникали вдоль побережья, на просторах Южной Исландии и, помимо ее южной части, по долинам рек в других районах страны. Во многих местах были обнаружены языческие могилы, относящиеся к концу 880-х годов или к 900-м годам. Таким образом, это согласуется с сообщением Ари о том, когда в Исландии появились первые поселения скандинавов. О самом открытии Исландии рассказано в «Книге о поселенцах», пространном труде, который восходит к 1100-му году, но дошел до нас в более поздних редакциях и который подробно излагает историю колонизации Исландии. Здесь сообщается приблизительно о 430 предводителях поселений, а также об их предках и потомках. Целью этого труда было, вероятно, составление регистра земельных владений и поддержки притязаний на землю тех родов, которые находились у власти в 1100-е годы.
Здесь повествуется и о человеке по имени Наддод, который достиг берегов Исландии еще до Ингольфа из-за того, что его корабль сбился с курса. Другие, которых звали Гардар Сварварссон и Флоке Вильгердарссон, очевидно, также были одними из первых, кто посетил Исландию, и не исключено, что люди бывали здесь и еще раньше. В различных письменных источниках, относящихся к началу 300-х годов, упоминается остров под названием Туле, который должен находиться далеко к северу от Британии, где море к северу от него покрыто льдом. Туле упоминается, в частности, в географическом труде, относящемся к 825 году и написанном ирландским монахом Дикуилом. Он рассказывает об ирландских отшельниках, нашедших прибежище на Туле, где в середине лета было так светло, что ночью можно было искать вшей не хуже, чем днем. Описание Туле вполне подходит к Исландии. У Ари тоже есть рассказ об ирландских монахах, которые спешно покинули страну, когда туда явились норманны. Археологических следов поселений, более древних, чем скандинавские, здесь не обнаружено, несмотря на многочисленные попытки, и можно предположить, что сведения Ари основаны на его знакомстве с некоторыми церковными предметами, которые попали в Исландию вместе с викингами из Ирландии. Хотя все источники утверждают, что поселенцы явились, в основном, из Западной и Северной Норвегии, в них упоминается также о том, что часть их прибыла из скандинавских поселений на Британских островах, в частности, из Шотландии и Ирландии. Некоторые из них были женаты на кельтских женщинах, а иные привезли с собой кельтских рабов. Об этом свидетельствуют также географические названия, где первая часть – слово кельтского происхождения, например, «Брьянслекр» (от имени «Бриан») или имена собственные, такие, как Ньял, главный герой знаменитой саги о Ньяле, написанной около 1280 года, где упоминается о битве при Клонтарфе близ Дублина в 1014 году.
Среди примерно трехсот языческих захоронений эпохи викингов, которые были обнаружены повсеместно в Исландии, безусловно, есть такие, в которых погребены первые колонисты, хотя ни один из них персонально не был идентифицирован. Усадеб, которые наверняка можно было бы датировать ранним периодом, также не удалось обнаружить при раскопках. Хотя Хвитархолт в Южной Исландии, несомненно, относится к эпохе викингов, а археологические исследования показали, что поселения в Рейкьявике очень древние. На сегодня не существует точных данных в отношении датирования усадьбы Стренг и других усадеб, раскопанных в 1939 году на обширной южноисландской долине Тьорсардалур. Долгое время считалось, что усадьбы были засыпаны пеплом во время большого извержения вулкана Гекла в 1104 году и после этого покинуты. Но новейшие исследования показывают, что здесь были поселения и после этого года. Едва ли случайно то, что Ингольф высадился именно в Рейкьявике. Здесь была удобная гавань, обширные луга, много птиц, лежбища тюленей, изобилие рыбы в реках и озерах вблизи побережья, а также водились киты. Имелись здесь и горячие источники, что позволяло выращивать ячмень и варить пиво. Согласно сообщению Ари Торгильссона именно вблизи Рейкьявика был создан старейший из всех известных исландских общественных институтов, тинг Кьяларнес. Инициаторами его создания были, вероятно, сын Ингольфа Торстейн и другие окрестные хевдинги, и Ари полагает, что это произошло немного ранее или около 900-го года. К тингам поселенцы привыкли еще дома. Это были общественные собрания свободных людей, которые под предводительством хевдингов устанавливали законы, решали правовые споры и дела, представлявшие общий интерес. Тинг Кьяларнес был, по утверждению Ари, прямым предшественником альтинга, который был учрежден во время собрания на Поле тингов, что чуть восточнее Рейкьявика, около 930 года и который стал всеобщим тингом для всей Исландии. Сюда съезжались хевдинги со своими людьми в середине лета на две недели. Здесь вырабатывались и утверждались новые законы, обсуждались политические и другие вопросы, с помощью законов решались споры, заключались договора и происходили торги. Именно на альтинге встречались жители со всех районов Исландии, это всеобщее собрание выполняло многие социальные и культурные функции.
Чтобы не допускать распространения распрей за пределы своей округи, жители позднее поделили Исландию на округа, каждый из которых имел три или четыре местных тинга. Предводители этих тингов были главами местных родов и назывались «годи», их общественные функции были, в первую очередь, связаны с тингами. В большом своде законов, который по неизвестным причинам был назван «Серый Гусь» и который содержит многие уложения, относящиеся к 1100-м годам и сохранившиеся в рукописях конца 1200-х годов, можно, по мнению исследователей, почерпнуть много сведений о древней общественной организации Исландии и о ее правовой базе, созданной в 900-е годы, а также о культурно-исторических условиях. В эпоху викингов у Исландии были многочисленные связи с внешним миром. И, в первую очередь, с Норвегией и Британскими островами. В «Книге поселенцев» указывается время плавания – от пяти до семи суток (вероятно, при благоприятной погоде). Исландцы посещали также Гренландию, которая была колонизована преимущественно ими, и многие другие регионы. Ездили они много и часто. Некоторые отправлялись в торговые поездки, чтобы привезти домой все необходимое для жизни. Продавали, главным образом, шерстяные изделия, но исландские соколы также пользовались большим спросом. После открытия Гренландии торговля велась и с этим регионом. Некоторые отправлялись время от времени в качестве воинов или в своего рода познавательные поездки ко дворам знаменитых королей. Особую категорию представляли исландские скальды. Приходилось исландцам также выезжать для улаживания дел по наследству или для заключения политических договоров с норвежскими королями, у которых очень скоро пробудился интерес к большому свободному государству в Атлантическом океане. Под сильным нажимом Улава Трюггвессона на альтинге в 1000 (или 999) году было решено перейти в христианскую веру, но с некоторыми модификациями. В годы правления Олава Харальдссона (Святого), который в исландской литературе носит прозвище «Толстый», в Исландию были посланы епископы-миссионеры, которые попытались внедрить на острове устои христианской жизни. Первым исландцем, ставшим епископом, был Ислейф, сын которого был одним из информаторов Ари Торгильссона и который был посвящен в сан в Бремене в 1056 году. Рассказывается, что он сперва посетил папу в Риме и германского императора Генриха Третьего, которому он преподнес редкостный подарок – гренландского белого медведя. В конце 1000-х годов в Скальхолте, на юге страны, был основан первый епископат в Исландии, а в 1106 году создан еще один епископат -в Холаре, на севере страны.
Начиная с 1000-х годов, были также заключены договора с норвежскими королями, призванные уладить некоторые внутренние проблемы, а в 1261-1264 годах исландцы признали формальное верховенство Норвегии над страной и при этом обязались платить налоги норвежскому королю. Период так называемой свободной страны остался в прошлом. С 1380 года Исландией, как и Норвегией, правил датский король. В 1944 году Исландия снова избрала форму существования как независимая республика.
Фарерские острова – представляют собою самую высокую часть подводного горного хребта, который связывает Исландию с Шотландией. Архипелаг насчитывает 18 островов и несколько небольших островков и шхер, общая площадь которых составляет 1399 кв. километров. Они протянуты с севера на юг на расстоянии свыше 113 километров. Климат смягчается течением Гольфстрим. Здесь очень много хороших пастбищ и богатая птичья фауна, а в море – изобилие рыбы и водятся киты. В период заселения архипелага здесь была обширная кустарниковая растительность, а на побережье скапливалось большое количество плавника.
У нас нет достоверных сведений о том, когда были колонизованы Фарерские острова, но их местоположение заставляет предполагать, что скандинавские крестьяне стали селиться на Оркнейских и Шетландских островах, возможно, еще до или одновременно с заселением Ирландии. Упоминавшийся раннее ирландский монах Дику-иль писал в 825 году, что ирландские отшельники жили уже почти сто лет на некоем безымянном архипелаге к северу от Британии, где было бесчисленное количество овец и множество морских птиц. Но затем они вынуждены были переселиться отсюда из-за скандинавских морских разбойников. Но хотя название «Фарерские острова» (Фореойене) и означает «Овечьи острова», пока что нет достоверных сведений о том, что описание Дикуиля относится к данному архипелагу, и так же, как в Исландии, не обнаружено следов, которые говорили бы о том, что до появления викингов тут жили люди.
Постепенно здесь производились раскопки усадеб, могил и так далее, относящихся к этому периоду. Выяснилось, что многие из самых древних усадеб исчезли на дне моря из-за опускания суши и эрозии. Так, например, в Квивике осталась лишь верхняя часть усадьбы викингского периода. Вместе с тем, поселения в Тофтанесе и Лейрвике настолько древние, относящиеся к 900-м годам или ранее, что по многочисленным сделанным здесь находкам можно прояснить вопрос о том, когда были колонизованы Фарерские острова и как жили их первые обитатели.
В целом же сведения о Фарерских островах эпохи викингов разрознены и часто недостоверны. «Фарерская Сага», основное действие которой происходит в десятилетия до и после 1000 года, сообщает, что первым поселенцем на островах был Грим Камбан и что он прибыл сюда в пору правления Харальда Прекрасноволосого. Сага повествует о блестящем герое по имени Сигмунд Брестессон, который ввел на островах христианскую веру, о его недруге Тронде из Гете, а также об отношениях фарерцев и норвежских королей и о многом другом. Однако сага была сочинена, вероятно, в XIII веке, а точнее, приблизительно в 1200 году. Вместе с тем, географические названия, языковые и другие факторы говорят о том, что часть норвежских поселенцев прибыла сюда из кельтскоговорящих регионов (прозвище Грима – «Камбан» кельтского происхождения), а также из Исландии и из тех мест, о которых говорится в «Фарерской Саге». Но основная часть поселенцев, без сомнения, была из Норвегии. Внешние связи также главным образом осуществлялись с Норвегией и Британскими островами, и немало поселенцев, возможно, задержались на архипелаге по пути в Исландию или обратно, Экспорт с Фарерских островов, прежде всего, был связан с шерстью и шерстяными изделиями. Так же, как Исландия и скандинавские поселения в Шотландии, Фарерские острова попали под власть Норвегии. Это произошло, скорее всего, в 1000-х годах. В 1380 году острова вместе с Норвегией отошли к датской короне.

Поселенцы в Гренландии и открытие Америки

Колонизация скандинавами Гренландии освещена гораздо лучше, чем заселение Фарерских островов. Самыми важными источниками являются «Книга об исландцах» Ари Торгильссона (сведения в ней основаны на рассказах дяди Ари, который, в свою очередь, слышал их от человека, сопровождавшего Эрика Рыжего во время путешествия в Гренландию), а также «Книга о поселенцах». Сюда можно также причислить две красочные исландские саги: «Сагу о гренландцах» и «Сагу об Эрике Рыжем», в которых говорится о первых поселениях в Гренландии и прежде всего о путешествии в Винланд (то есть в Америку). Но саги эти были созданы не ранее начала 1200-х годов и, подобно любой другой литературе такого рода, внутренне противоречивы и фантастичны. Но там, где содержание их совпадает, мы, во всяком случае, имеем дело с устной традицией, которая лежит в основе этих повествований, поскольку едва ли можно предположить, что сочинители были знакомы с трудами друг друга. Кроме этих сочинений, в нашем распоряжении имеются результаты археологических раскопок, которые также освещают эпоху викингов в Гренландии и путешествия их в Америку.
Как известно, большая часть территории Гренландии покрыта материковым льдом и снегом, однако южная ее оконечность находится гораздо южнее Исландии, на одной широте с Шетландскими островами и городами Норвегии Осло и Бергеном. Вдоль Юго-Западной Гренландии, по берегам фьордов, глубоко врезающихся в сушу, имеются плодородные пастбища. Именно здесь находятся районы, лучше всего приспособленные для ведения сельского хозяйства, хотя они почти примыкают к материковому льду. Здесь около 985 года обосновались первые поселенцы, прибывшие на кораблях, во главе с Эриком Рыжим из Брейди-фьорда в Северо-Западной Исландии. В «Книге об исландцах» говорится, что Эрик назвал страну «Гренландией» (то есть «Зеленой страной») так как полагал, что красивое название скорее привлечет сюда новых поселенцев.
Гренландия была, вероятно, открыта человеком по имени Гунбьерн, корабль которого сбился с курса (очевидно, это был обычный вариант открытия новых земель в Северной Атлантике). Сага рассказывает, что территория эта была тщательно обследована Эриком Рыжим до того, как он и сопровождавшие его исландцы, отправились туда на поселение, и эти сведения, скорее всего, соответствуют действительности. Согласно «Книге о поселенцах», 25 кораблей вышли из Исландии, но лишь 14 из них достигли берегов Гренландии. Остальные либо погибли, либо повернули обратно. Эрик и его жена Тьодхильд взяли себе землю у берегов самого живописного фьорда, которому они дали название Эрикс-фьорд, и здесь они построили усадьбу Братталид (В районе современного Квагссиарссука неподалеку от аэропорта Нарссарссуака). Здесь, по берегам Эрикс-фьорда раскинулись плодородные пастбища, а сама усадьба Братталид находилась на большой, по гренландским условиям, плодородной равнине, а позади нее была цветущая зеленая долина. От усадьбы Братталид недалеко до Гардара (Игалико), второго из лучших сельскохозяйственных районов Гренландии, где с 1125 года находился епископат страны. Вскоре были заселены так называемые Восточный поселок (в районе современного Квакворток/Юлианехоб) и Западный поселок (вокруг района Нуук/Годтхоб). Сельское хозяйство основывалось на разведении овец, коз и крупного рогатого скота. Одной из главных причин, из-за чего Гренландия казалась столь привлекательной, были ее обширные пастбища, которых не было в Исландии. Там, после почти столетнего использования почвенный слой, вероятно, утратил свои качества или даже вообще мог исчезнуть. Но в Гренландии земля была свежей и нетронутой. Здесь никогда прежде не жили крестьяне. Климат был несколько мягче, по сравнению с сегодняшним, и так же, как на Фарерских островах, часть низменности, делавшей этот край столь привлекательным, впоследствии была поглощена морем. К тому же, в те годы здесь было довольно много плавника.
Разумеется, кроме сельского хозяйства, поселенцы занимались рыболовством, тюленьим и китовым промыслом, охотой на диких северных оленей, медведей и птиц. И необходимый ввоз металлов, в первую очередь железа, а также древесины, зерна и предметов обихода мог оплачиваться товарами, особенно высоко ценимыми в Европе. Это были шкуры белых медведей и полярных лис, охотничьи соколы, моржовый зуб или зуб нарвалов, шедший на изготовление художественных изделий, канаты из моржовых шкур. Ценился китовый ус, который вшивался в одежды для придания ей формы и плотности. Но самое главное, отсюда вывозились живые белые медведи. Многое из перечисленного приходилось добывать, отправляясь в опасные путешествия далеко на Север.
Население в Гренландии страдало от частых эпидемий среди животных и людей, недородов, долгих периодов непогоды и даже небольших климатических колебаний. В конце средних веков поселенцы здесь вымерли по до сих пор не установленной причине. Но в эпоху викингов им здесь жилось неплохо, и они активно поддерживали связи с внешним миром. Около 1000-го года здесь было введено христианство. Письменные источники не имеют единого мнения о том, как это произошло, исходила ли инициатива из Исландии или из Норвегии – двух стран, с которыми у гренландцев были наиболее тесные связи.
Археологами на месте усадьбы Братталид была раскопана крохотная церквушка с толстыми стенами из дерна, шириной всего в 2 метра и длиной в 3, 5 метра. Возможно, это самая древняя церковь в Гренландии, построенная во времена Эрика Рыжего или несколько позднее, и, возможно, Тьодхильдой, о которой рассказано в саге об Эрике Рыжем. Здесь также рассказывается, что церковь была построена поодаль от жилых домов, поскольку Эрик не признавал христианской религии. Но это наверняка не более чем домысел сочинителя. Во всяком случае, церковь находилась близко от того строения, которое вполне могло быть главным жилым домом усадьбы во времена Эрика Рыжего. Но в период создания саги она в самом деле была расположена далеко от главного дома. Возможно, ко времени написания саги местоположение самого старого жилого дома усадьбы забылось, но осталась память о том, где находилась самая древняя церковь. Вокруг церкви захоронено 155 человек – 64 мужчины, 37 женщин и 34 ребенка. Имеется еще 20 скелетов, пол которых идентифицировать не удалось. Имеется также общая могила для 12 человек и десятилетнего ребенка, которые, скорее всего, умерли в другом месте, а потом были перенесены сюда. На этом кладбище, несомненно, покоятся многие из первых поселенцев и, возможно, даже некоторые из тех, память о которых так хорошо сохранилась, благодаря сагам. Люди, жившие в Гренландии, были высокого роста и могучего телосложения. Средний рост женщин достигал 160 сантиметров, а мужчин 173 сантиметра, и многие из них были ростом в 184-185 сантиметров.
Это вполне согласуется с тем, что было установлено и в других регионах Скандинавии, в том числе и средняя продолжительность жизни. Если не считать 12 умерших из общей могилы, то 7 из 52 мужчин были в возрасте 20-40 лет, 23 – в возрасте 40-60 лет, а возраст 12 умерших неизвестен, но приблизительно они были чуть старше двадцати лет. Четырнадцати женщинам было от 20 до 40 лет, двенадцати – от 40 до 60 лет, трем – более шестидесяти лет и последним восьми – несколько более двадцати. Ни у кого не было обнаружено кариеса, хотя зубы были достаточно стерты. Большинство людей старшего возраста страдали подагрой. У многих было искривление позвоночника и отсутствие гибкости в ногах. Но и это не было особенностью, присущей лишь поселенцам Гренландии. Скандинавских языческих могил обнаружено не было, и единственным дошедшим до нас свидетельством дохристианской веры, которая здесь просуществовала не более 15 лет, был маленький молот Тора, вырезанный на предмете из мыльного камня, найденном на месте усадьбы Братталид.
В сагах говорится, что Америка (Винланд) была открыта во время одного из долгих путешествий в Гренландию из Исландии или Норвегии, когда суда сбились с курса. Но «Сага о гренландцах» приписывает честь открытия Америки Бьярне, сыну Херйолфа, который отправился в путешествие вместе с Эриком Рыжим (Бьярне, однако, не остался на американской земле), в то время как «Сага об Эрике Рыжем» говорит о том, что Винланд был открыт Лейфом Счастливым, сыном Эрика. Открытие новой земли было весьма престижным подвигом. Саги рассказывают о двух посещениях Америки и они, во всяком случае, едины в том, что Лейф там присутствовал и что предводителем второй экспедиции был исландец Торфин Карлсефне.
Вместе с тем, восточное побережье Северной Америки имеет большую протяженность, и предметом многих споров был вопрос о том, какие районы носили названия Винланд, Маркланд (Лесная Земля) и Хеллуланд – Стенландет или Клиппеландет (Каменистая или Скалистая Земля). Возможно, речь идет о Ньюфаундленде или острове Баффинова Земля на севере. На северной оконечности Ньюфаундленда найдены, безусловно относящиеся к скандинавским поселениям эпохи викингов в Америке, большие строения скандинавского облика со стенами из дерна, такие же, как в Исландии и Гренландии, а также многие предметы скандинавского происхождения, например, булавка для застегивания одежды из тех, которые были в ходу у викингов в Ирландии. Здесь добывалось железо из местной руды и производились кузнечные работы, а также разнообразные работы, материалом для которых служила древесина из здешних густых лесов, Здесь были ресурсы, о которых поселенцы могли лишь мечтать: земля, пригодная для земледелия, хороший климат, охота и рыболовство и, в первую очередь, то, что, например, в Гренландии приходилось возить издалека: железо и хорошая древесина для строительства кораблей.
Однако со временем новые поселенцы в Северной Атлантике достигли обитаемых районов, и местные индейцы или эскимосы, которых скандинавы называли «скреллингами», были настроены враждебно. Это обстоятельство, а также оторванность от родни и друзей, несомненно, послужили причиной того, что путешествия к американскому материку остались всего лишь экспедициями и не привели к созданию постоянных поселений. Тут саги, судя по всему, правы. Но эти путешествия продолжались и в средние века, поскольку отсюда, по крайней мере, можно было привозить нужное сырье.
Постройки в районе Мидоус использовались лишь короткий период, и хотя они датируются временем знаменитых экспедиций, описанных в сагах, вполне возможно, что они были возведены отнюдь не теми, кто нам известен из саг. Существуют также теории о том, что поселение Мидоус было этапным для походов дальше на юг и что Винланд в действительности находился, возможно, в районе залива Святого Лаврентия, который одновременно является и северной границей произрастания винограда. Но если не считать норвежской монеты времен короля Олава Кюрре (1066-1080), которая была найдена в индейском поселении в штате Мэйн, дальше на юге нет никаких следов пребывания скандинавов, в том числе, и в средние века. Однако к этому времени относятся некоторые находки на местах эскимосских поселений в арктической части Канады, которые говорят об известной связи между двумя народностями, если только эти предметы не были подобраны среди обломков затонувших судов, взяты у убитых скандинавов, гренландцев или были подобраны в их временных сезонных поселениях на далеком севере.
Путешествия в страну Винланд поражают воображение. Неужели скандинавы могли добраться столь далеко и открыть Америку задолго до Колумба? Энтузиасты этой теории даже представили себе, что викинга исследовали весь американский континент. Находки различных древнескандинавских предметов, которые были привезены в Америку в более позднее время, подогревали ажиотаж, а многие сооружения и предметы искусства в Северной Америке, Мексике и даже Южной Америке ошибочно были истолкованы как следы пребывания здесь викингов. Более тою, в разных местах имеются поддельные рунические камни (например, Кенсингтонский рунический камень) и другие псевдоскандинавские предметы.
Скандинавское население Гренландии «У края земли» признало верховную власть Норвегии в 1261 году, а в 1380 году перешло под юрисдикцию Дании. В Европе их помнили еще долгое время после того, как связь с ними была прервана. Так в 1712 году король Дании и Норвегии послал в Гренландию экспедицию во главе со священником Хансом Эгеде, с тем чтобы распространить среди потомков викингов христианскую веру. Но на этой территории никого из них не осталось, ее уже давно заняли эскимосы, предки нынешних гренландцев. Только их и обнаружил приехавший в Гренландию Ханс Эгеде. Вместе с тем, эта экспедиция явилась началом возобновления контактов между Гренландией и Данией.