Бехтерев В. Избранные работы по социальной психологии

ОГЛАВЛЕНИЕ

XVI. СОГЛАСОВАННЫЕ КОЛЛЕКТИВНЫЕ ДЕЙСТВИЯ

Относительно действий толпы многое было сказано уже ранее при харак-
теристике толпы и при коллективных наследственных органических рефлек-
сах. Но там характеризовалась в отношении своих действий главным образом
уличная толпа, как случайное сообщество лиц, связанное одним настроением.
Отсюда естественно, что такая толпа будет всегда импульсивной и в одних
случаях крайне жестокой, в других случаях, наоборот, благородной в
зависимости от своих вожаков и повода, приведшего к собранию толпы.

В настоящее время мы хотели бы обратить внимание на другую сторону
коллективных действий, когда они, благодаря согласованности действий
многих индивидов, достигают нередко результатов, неосуществимых для
отдельных лиц. В этом случае общий результат коллективных действий
зависит от большей или меньшей согласованности действий и движений
лиц, входящих в данный коллектив.

Примером таких согласованных коллективных действий могут служить
оркестр, театр, общая коллективная работа в составлении резолюций, танцы,
акробатические и гимнастические упражнения, войсковые движения, руко-
водимые кем-либо действия толпы и т. п.

^ Там же. С. 65-66.

187

Благодаря коллективной деятельности в современном цивилизованном
обществе осуществляется созидательная работа, с помощью которой соот-
ветственно направленным коллективным трудом создались дивные творения
зодчества, которая осуществляет на наших глазах чудеса современной техники
в виде тех или иных сооружений общественного и частного характера и
которая привлекает коллективный труд в шахты, на фабрики и заводы и на
всякое вообще дело, непосильное одному человеку.

Давно известно, что всякий вообще труд находится в прямой зависимости
от настроения. Это доказано точными цифрами при выполнении работы
отдельными лицами.

Не менее бесспорна эта истина и по отношению к коллективному труду.
Общее настроение и здесь влияет на интенсивность труда самым резким
образом "''*.

Есть основание думать, что и музыкальные звуки могут действовать на
коллективный труд в смысле его повышения или понижения, как это известно
по отношению к индивидуальному труду. На этом основано значение песни
и музыки при выполнении некоторых форм коллективного труда ^"*.

Если мы будем говорить об успешности самого труда в зависимости от
его побуждающих условий, то можно, например, задаваться вопросом
о сравнительной продуктивности коллективного труда в интересах общего
дела и такого же труда в собственных интересах. Опыт показывает, что
вопрос должен быть решен в пользу последнего и потому именно, что
удовлетворение собственных интересов сильнее возбуждает мимико-со-
матические (эмотивные) рефлексы и поднимает в большей мере энергию,
нежели раздражение синтетическим комплексом общих интересов, если,
впрочем, человек недостаточно проникнут социальностью. Работа в общих
интересах часто ослабляет стремление сделать больше, чем сосед, и потому
ослабляет индивидуальное усилие к работе. Равномерная оценка работы и
равномерное распределение продуктов работы между всеми нередко устраняет
соревнование, этот важный стимул к работе вообще ""*. Нечего говорить,
что установление общего контроля за распределением не только отвлекает
массу лиц от производительного труда, но и, требуя особой опеки над
личностью, подавляет ее, затормаживая в то же время ее энергию.

Вместе с этим нельзя не отметить, что усовершенствование производства
встречает тормозы вместе с установлением обязательности общественных
условий труда в определенной форме. Устранение индивидуальных способов
производства и" добывания ослабляет личную инициативу и личную заинте-
ресованность в совершенствовании труда. Ограничение потребности соответ-
ственно установленной для всех нормы приводит, с другой стороны, к подав-
лению импульсов к деятельности и изобретательности. Наконец, невозмож-
ность самому использовать продукты своего труда по личному усмотрению
подавляет импульс к бережливости, экономии и накоплению продуктов труда
в интересах будущего. Отсюда ясно, что, признавая особо важную в обще-
ственном смысле ценность труда на коллективных началах, необходимо
иметь в виду, что в целях большей успешности в отношении быстроты и
лучшего качества производства, как и большей экономии в трате продуктов,
индивиды не должны быть лишаемы поощрительных мероприятий, в виде
например, премий или других форм удовлетворения личных интересов.

Но действия коллектива выражаются не одним физическим трудом
в истинном смысле этого слова.

Так, создание духовно-культурных учреждений также должно быть отне-
сено к коллективным действиям, преследующим определенную цель.

Не следует забывать, что устойчивость проявления энергии коллективом
зависит и от условий ее выявления. Так, когда дело идет о борьбе, пассивная
оборона всегда обессиливает, ибо она не развивает энергии, не дает упраж-

188

нения и навыка, не закаляет борющиеся элементы в борьбе и, приводя
к неожиданным ударам со стороны противника, заставляет испытывать на
себе подавляющее влияние тревоги и постоянной опасности, приводя к
бесплодному растрачиванию своей энергии в ожиданиях этой опасности.
Совершенно иначе дело обстоит при так называемой активной обороне или
при нападении, где не только закаляются борцы, но где в то же время
развивается максимальная энергия вместе с каждым успехом, возбуждающим
всегда стеническую реакцию.

Следует, однако, иметь в виду, что коллективные мероприятия не только
активного характера могут иметь успех, но и меры пассивные в известных
случаях могут оказаться не менее действительными, нежели какое-либо
активное действие. Возьмем, например, забастовку как пример коллективного
прекращения работы. Она часто, более действительна* в определенном
смысле, нежели какие-либо другие активные действия.

Планомерность коллективной работы предполагает существование
организованности в самом коллективе, которая осуществляется с помощью
исполнительного бюро"^* или власти, избранной коллективом.

Очевидно, что планомерность коллективной деятельности стоит в прямом
соотношении с организованностью самого коллектива, а эта последняя стоит,
в свою очередь, в прямом соотношении с тем, что представляет собой
исполнительное бюро или власть и в какой мере эти органы в состоянии
осуществить свои права и свои задачи.

Нечего говорить, что согласованность движений обусловливает не только
продуктивность коллективных действий, но и придает им силу, какой не
могут достигнуть отдельные личности. Отнимите эту согласованность, и вы
получите бессистемные действия, которые не могут претендовать на прео-
доление больших препятствий.

Так, всякое войско основано на согласованности его движений и действий,
к которой оно приучается всей своей предварительной  школой
дисциплинирования.

Можно сказать, что энергия коллектива прямо пропорциональна согла-
сованности входящих в нее индивидов, устанавливаемой путем организации,
и обратно пропорциональна их разъединенности.

С другой стороны, в коллективах, лишенных правильной организации,
мы имеем дело чаще всего уже не с созидательной, а скорее с разрушительной
силой, какую можно видеть, например, в разнузданных действиях толпы.
И это главным образом потому, что здесь получает особое значение дема-
гогический элемент вожаков.

Общественные стремления и общественные мероприятия, как и кол-
лективный труд, находятся в прямом соотношении с настроением сообще-
ства, а характер действий данного сообщества зависит от морального качества
и высоты развития народных масс, его составляющих. Так, приподнятое
настроение связано с оживлением общественной деятельности, иногда с экс-
пансивностью ее проявлений и даже агрессивным характером; тогда как
упадок настроения связан с его пассивностью, недостатком живости и
ограничением размаха в действиях.

Также в литературе, этом зеркале общественных настроений, мы имеем
яркое выражение этого правила. В одних случаях при упадке настроения
поражает общественное нытье и бездействие, при других условиях преобладает
широкий размах в стремлениях народных героев и самого общества.

В условиях русской действительности приподнятость настроения можно
видеть в 60-е годы, тогда как упадок настроения связан с периодом реакции
в 70-х и 80-х годах, когда общественное нытье и мировая скорбь, особенно
среди молодежи, вошли даже в моду, вынуждая к борьбе против нее здоровые
общественные силы.

189

Как настроение отдельных индивидов отражается на всей их деятельности,
выражаясь ее подавлением и реакциями с отрицательным или оборонитель-
ным характером, так и настроение коллектива отражается на его деятельности.
Разве, например, пониженное общественное настроение не отражается на
искусстве и на его тонах, на литературе, наконец, на коллективной деятель-
ности, на вялости внешней реакции, на отрицательном направлении внешней
политики. Словом, сообразно настроению все приобретает соответствующий
колорит.

Известно, с другой стороны, что победа, поднимая в войсках настроение,
усиливает их боевую энергию; поражение, наоборот, ее парализует. Вот
почему с однажды разбитыми войсками выступать в бой и побеждать много
труднее, нежели с победоносными войсками.

Но ни в чем другом по-видимому не отражается лучше всего характер
настроения народа, как в его творчестве и между прочим в мифологии и
верованиях.

В периоды подавления народного духа религия и мистицизм всегда
приобретали особое развитие в народных массах. Так было в дорево-
люционном периоде во Франции, как было и у нас, в России, когда даже
первый открытый революционный шаг - 9 января - произошел под пред-
водительством священника Гапона с крестом в руках, причем впереди отряда
несли хоругви и иконы.

Вполне естественно, что, когда подавляются все политические движения,
в народе обнаруживается наличность мистицизма ^*, что составляет бла-
гоприятную почву для религиозного возбуждения. Так, в течение
XVII столетия во Франции это проявилось теософизмом Сведенберга, сен-
мадарскими явлениями и мистическим шарлатанством Калиостро.

В России это проявлялось сектантством, открытием целого ряда вещей
с прославлениями новых святых, а в последнее время быстрым распрост-
ранением оккультизма и <распутинством>, которое питалось одновременно
и религиозным мистицизмом и сексуальной неудовлетворенностью аристок-
ратов.

Революция не сразу сметает мистицизм, да и к тому же часть общества
в революционный период, подавленная событиями, ищет для себя выхода
в религиозных воззрениях. К тому же вместе с тем, как понижается рассу-
дочная способность в периоды народных движений, впечатлительность толпы,
наоборот, повышается, а это поддерживает склонность к мистицизму, про-
являющуюся в повышенном стремлении ко всему сверхъестественному и
чудесному.

Даже в самый разгар французской революции мистицизм народных масс
не исчез, он только преобразился. Вот что мы читаем по этому поводу в
книге Кабаниса и Насс: <Под влиянием народных празднеств, заменивших
церковные церемонии, в массе стал особенно распространяться мистицизм.
В памятные дни, когда всенародно прославлялись добродетель какого-нибудь
героя или торжество какого-нибудь отвлеченного принципа, какая-то про-
роческая экзальтация преображала этих людей, стремящихся всеми силами
души к новым идеалам. Только вновь нарождающиеся религии способны
вызывать подобные возвышенные порывы.

Переходя к церемониям культа разума, а затем верховного существа, мы
должны признать, что терроризованное общество было в это время одержимо
настоящим религиозным, весьма близким к безумию, бредом, который все
возрастал по мере успехов диктатуры Робеспьера> ^".

В России во время революции мы встречаемся с громадными толпами
молящихся в храмах и еще больше с толпами, наполняющими улицы во

^" Кабанис П, Насс Л. Революционный невроз. С. 328.
190

время религиозных процессов, и это одновременно с тем, когда некоторые
из усердствующих революционеров с кафедры проповедывали самым грубым
образом осуждение религии и публично доказывали отрицание божеств,
подвергая сомнению народные верования.