Ратьковский И.С., Ходяков М.В. История Советской России

ОГЛАВЛЕНИЕ

ГЛАВА 5. УКРЕПЛЕНИЕ РЕЖИМА ЛИЧНОЙ ВЛАСТИ и ГОДЫ РЕФОРМ. 1946-1964 гг.

I. СОВЕТСКОЕ ОБЩЕСТВО в ПЕРВЫЕ ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ

Борьба за власть в партийном руководстве

После окончания войны начались сложные и противоречивые процессы изменений в высшем руководстве страны. 24 мая 1945 г. И. Сталин выступил на приеме генералитета Советской Армии с признанием особой роли русского народа в победе над врагом. Однако параллельно с этим у вождя росло подозрение и недоверие к тем, кто войну выиграл - населению страны и высшему руководству армии. Советский строй выдержал проверку в грандиозной битве за независимость. Отсюда был сделан вывод о необходимости продолжения той политики, реализация которой началась в предвоенный период.

Несмотря на то что уже 5 сентября 1945 г. радио и пресса СССР сообщили об упразднении Государственного Комитета Обороны, вся власть осталась в руках тех же лиц. Состоявшееся 29 декабря заседание Политбюро ЦК сохранило в неприкосновенности сложившуюся политическую иерархию. Было решено одобрить внесенное Л. Берией предложение об отставке его с поста наркома внутренних дел "ввиду перегруженности другой центральной работой" и о назначении на эту должность С. Н. Круглова. Тогда же было предложено сделать регулярными заседания Политбюро. Однако восстановить былую роль этого органа не удалось. В основе нежелания правящей верхушки что-либо менять в системе управления лежала эйфория, порожденная победой СССР в войне, признание нашей страны одной из трех великих держав, означавшее, по мнению Сталина, подтверждение правильности выбранного пути.

Первый послевоенный Пленум ЦК ВКП(б), собравшийся в марте 1946 г., привел к ряду изменений в высших органах власти. Сталин, выступая на заседании 14 марта, предложил заменить М. И. Калинина на посту председателя Президиума Верховного Совета СССР (председателем ВЦИК Калинин был избран еще в 1919 г.). Аргументом вождя было то, что "он очень плохо стал видеть, даже написать не может - не видит. Это ему страшно мешает. Послы, которые приходят, воздерживаются от беседы, и сам он человека не видит". Вместе с тем Сталин рекомендовал оставить Калинина в качестве одного из членов Президиума. Председателем же Верховного Совета СССР он предложил назначить Н. М. Шверника, заметив, что тот "подойдет, здоровый, видит хорошо". Неспособность Калинина выполнять свои обязанности была очевидна уже давно. Члены югославской делегации, посетившие Москву в апреле 1945 г. и участвовавшие в торжественном обеде в Екатерининском зале Большого Кремлевского дворца, отмечали, что старик Калинин с трудом находил бокал, посуду, хлеб, потому что был почти слеп и ему приходилось во всем помогать. Несмотря на это, заменять его не спешили. Более того, Сталин регулярно провозглашал тосты в честь "нашего президента" Калинина. "Всесоюзный староста" прожил еще несколько месяцев и скончался в июне 1946 г.

На мартовском 1946 г. Пленуме был также поднят "вопрос о министрах". Выступая, Сталин заметил, что сочетание Народный комиссар или вообще комиссар "отражает период неустоявшегося строя, период гражданской войны, период революционной ломки". Им было подчеркнуто, что это время уже прошло, а комиссаров по-прежнему очень много, их "чертова гибель. Путается народ. Бог знает, кто выше. Кругом комиссары, а тут - министр, народ поймет". После этого сессия Верховного Совета СССР без обсуждения приняла отставку прежнего правительства и утвердила состав нового, который отныне назывался Советом Министров, а не Совнаркомом. Председателем Совета Министров стал Сталин, а его заместителями - В. М. Молотов, Л. П. Берия, А. А. Андреев, А. И. Микоян, А. Н. Косыгин, Н. А. Вознесенский, К. Е. Ворошилов и Л. М. Каганович.

В конце марта 1946 г. были распределены обязанности между заместителями главы правительства. Берии, в дополнение к должности руководителя атомного проекта, поручалось наблюдение за работой министерств внутренних дел, госбезопасности и госконтроля. Столь огромные полномочия делали его по сути вторым человеком в государстве, дав возможности официально контролировать деятельность всего аппарата власти в стране, решая порой судьбы не только рядовых граждан, но и тех, кто находился с ним на одной иерархической лестнице.

На ключевом партийном посту оказался А. А. Кузнецов, являвшийся в 1938-1945 гг. вторым секретарем Ленинградского обкома и горкома ВКП(б), а в 1945-1946 гг. - первым секретарем. К нему перешло руководство Управлением кадров ЦК ВКП(б) и работа в области распределения партийных, советских и хозяйственных деятелей.

Удалось восстановить свою довоенную роль А. А. Жданову, которому "возвратили" руководство Управлением пропаганды ЦК ВКП(б) и контроль за деятельностью партийных и советских организаций в области пропаганды и агитации (печать, издательства, кино, радио, ТАСС, искусство, устная пропаганда и агитация).

Одним из существенных моментов внутрипартийной, верхушечной борьбы за власть в высшем руководстве страны был политический конфликт, который развивался с конца 1945 г. вокруг вопроса, связанного с вывозом немецкой промышленности в СССР. Маленков возглавлял специально созданный для этих целей комитет. По мнению Жданова и Вознесенского, данная политика приводила к чудовищному разбазариванию средств. Сталин направил в Германию Микояна для того, чтобы разобраться с вопросом на месте. Тот вернулся с крайне неблагоприятным докладом, суть которого заключалась в необходимости отказаться от политики демонтажа промышленности в пользу создания смешанных фирм, cпособных организовать в Германии производство продукции для Советского Союза. Сталин поддержал в этом вопросе Жданова, и Маленков на некоторое время оказался не у дел, Однако уже в 1948 г. он быстро восстановил свои позиции в партийной иерархии, вновь став секретарем ЦК, возглавившим Оргбюро.

В последние годы своей жизни Сталин способствовал продвижению по иерархической лестнице Н. С. Хрущева, получившего в 1949 г. посты первого секретаря Московского обкома партии и секретаря ЦК. На состоявшемся в октябре 1952 г. XIX съезде партии именно Хрущев, а также Маленков сделали основные доклады. Сам Сталин ограничился кратким 7-минутным выступлением. На съезде было принято решение о переименовании ВКП(б) в КПСС. Объявлялось, что двойное наименование партии "коммунистическая" - "большевистская" образовалось в результате борьбы с меньшевиками. Но поскольку меньшевистская партия в СССР уже давно сошла со сцены, двойное наименование партии потеряло смысл. Состав ЦК КПСС, избранный съездом, был удвоен и насчитывал теперь 238 человек. Политбюро заменялось более громоздким Президиумом ЦК, в котором теперь ( было 36 членов. Всеми этими мерами Сталин стремился ослабить позиции своих соратников. Многочисленные перемещения и аресты близких к вождю людей объяснялись как маниакальной подозрительностью последнего, так и личным соперничеством руководителей, сопровождавшимся ничем не прикрытой борьбой за власть. Очередным этапом этой борьбы стала серия сфабрикованных "дел" различного рода "вредителей".

Новый виток репрессий

В конце декабря 1945 г. на заседании Политбюро принимается решение об освобождении от должности Наркома авиационной промышленности А. И. Шахурина. В конце апреля 1946 г. он был арестован вместе с главнокомандующим ВВС Главным маршалом авиации дважды Героем Советского Союза А. А. Новиковым. Началась разработка "авиационного дела", давшая повод для вывода из секретариата ЦК Маленкова. 30 апреля 1946 г. от Новикова было получено "признание", в котором он подтверждал, что являлся "непосредственным виновннком приема на вооружение авиационных частей недоброкачественных самолетов и моторов". Кроме этого, он признавал себя виновным в "приобретении различного имущества с фронта" для своего "личного благополучия". Новикова принудили дать компрометирующие показания на Г. К. Жукова, обвинив последнего в стремлении "умалить руководящую роль в войне Верховного главнокомандования", т. е. Сталина,

В конце 40-х - начале 50-х гг. осуществляются чистки в Вооруженных Силах. В опале оказался Жуков, вынужденный командовать сначала Одесским, а затем Уральским военным округом. В 1948 г. в связи с празднованием трехлетней годовщины взятия Берлина в советской прессе не было даже упоминания его имени. В эти годы оказались лишены своих постов главнокомандующий ВМС адмирал И. С. Юмашев, командующий ВВС (после Новикова) маршал авиации К. А. Вершинин, командующий бронетанковыми войсками маршал С. И. Богданов, командующий артиллерией маршал И. Н. Воронов, начальник Главного Политического Управления Вооруженных Сил генерал-полковник И. В. Шикин и другие военачальники.

После смерти А. Жданова, последовавшей в августе 1948 г., положение близких к нему людей стало особенно уязвимым. Г. Маленков, используя патологическую подозрительность Сталина к любым проявлениям самостоятельности и инициативы, выступил одним из главных организаторов "Ленинградского дела". Он стремился доказать, что в Ленинграде существует организованная группа руководителей, вставшая на путь закулисных комбинаций, направленных против центрального руководства. Уже 15 февраля 1949 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о снятии со своих постов А. А. Кузнецова, М. И. Родионова (председателя Совмина РСФСР) и П. С. Попкова (первого секретаря Ленинградского обкома и горкома ВКП(б)). В 1949-1951 гг. в Ленинграде и области было подвергнуто репрессиям свыше 2000 ответственных работников.

Попкову и другим ленинградским руководителям вменялось в вину стремление создать по образцу других союзных республик компартию России со штаб-квартирой в Ленинграде, а также перевести в город на Неве правительство РСФСР. Одной из особенностей "Ленинградского дела" стало то, что гонениям подверглись не только партийные функционеры, а также советские, комсомольские, профсоюзные лидеры и члены их семей. Проходили чистки в вузах города, в ходе которых лишились работы многие известные ученые. Сотни названий книг и брошюр были запрещены и изъяты из библиотек.

С 29 сентября по 1 октября 1950 г. в здании Ленинградского окружного Дома офицеров состоялся судебный процесс над первой группой обвиняемых по этому "делу". 1 октября приговор был оглашен, и в тот же день оказались расстреляны А. А. Кузнецов, М. И. Родионов, Н. А. Вознесенский, П. С. Попков, Я. Ф. Капустин и П. Г. Лазутин. Список жертв "Ленинградского дела" продолжал увеличиваться. В конце октября 1950 г. были расстреляны А. А. Вознесенский - министр просвещения РСФСР, бывший ректор ЛГУ военных лет; М. А. Вознесенская - первый секретарь Куйбышевского райкома ВКП(б) Ленинграда; Н. В. Соловьев - первый секретарь Крымского обкома ВКП(б), ранее председатель исполкома Ленинградского областного Совета; Г. Ф. Бадаев - второй секретарь Ленинградского обкома ВКП(б); А. А. Бубнов - секретарь Ленгорисполкома и другие руководители. Аресты и судебные процессы продолжались и в 1951-1952 гг. Общее количество погибших по "Ленинградскому делу" составило около 30 человек. Реабилитация осужденных началась уже после смерти Сталина.

"Ленинградское дело" стало своего рода репетицией перед планировавшейся серией новых процессов. В начале июля 1951 г. ЦК ВКП(б) получил заявление старшего следователя по особо важным делам МГБ СССР подполковника М. Д. Рюмина, в котором он "сигнализировал" о неблагополучном положении дел в Министерстве и обвинял в этом своего непосредственного начальника министра госбезопасности В. С. Абакумова. Данное обстоятельство устраивало Берию и Маленкова, которые летом 1951 г. возглавили специальную комиссию ЦК по расследованию деятельности Абакумова и сделали все возможное, чтобы устранить его с занимаемого поста. Бывший глава МГБ был исключен из партии и взят под стражу. Развернулась новая кампания по выявлению "врагов".

В конце 1951 - начале 1952 г. Сталиным было инспирировано "разоблачение" в Грузии так называемой мингрельской националистической организации. Даже Берия в этих условиях не мог не почувствовать угрозы своему положению, имея основания полагать, что следующей жертвой диктатора может стать он сам.

Осенью 1952 г. на Лубянке оказался весь цвет тогдашней элитной медицины: профессора В.Н.Виноградов, М. С. Вовси, Б. Б. Коган, А. М. Гринштейн, А. И. Фельдман и др. Сталин разрешил руководству МГБ применить к врачам методы физического воздействия. 13 января 1953 г. было опубликовано сообщение ТАСС под заголовком "Арест группы врачей-вредителей". В нем отмечалось, что врачи, воспользовавшись болезнью Жданова, неправильно диагностировали его заболевание, назначили противопоказанный больному режим и тем самым умертвили его. При лечении кандидата в члены Политбюро ЦК А. С. Щербакова врачи якобы "неправильно применяли сильнодействующие лекарственные средства, установили пагубный режим и довели его таким путем до смерти".

В сообщении ТАСС содержалось утверждение, что врачи старались в первую очередь подорвать здоровье советских руководящих военных кадров, вывести их из строя и тем самым ослабить оборону страны. Указывалось, будто действия медиков были направлены прежде всего на ухудшение здоровья маршалов А. М. Василевского, Л. А. Говорова, И. С. Конева, генерала армии С. М. Штеменко, адмирала Г. И. Левченко и др. Врачи обвинялись в том, что они являлись наемными агентами иностранных разведок, большинство из них были связаны с международной еврейской буржуазно-националистической организацией "Джойнт", созданной американской разведкой для проведения шпионской и террористической деятельности.

Общее число арестованных по "делу врачей" к февралю 1953 г. достигло 37 человек. Следствие по делу приобрело отчетливый антисемитский характер. В то же время арестованных заставляли давать показания на чем-либо неугодных деятелей партийной и военной олигархии - членов Президиума ЦК и представителей генералитета Советской Армии.

Экономика СССР

Великая Отечественная война привела к резкому изменению половозрастной структуры населения страны. Особенно тяжелые потери понесло мужское население в самом дееспособном возрасте. К 27 млн погибших на войне следует добавить существенное сокращение рождаемости и возросшую смертность населения. В результате значительно сократились трудовые ресурсы государства. Численность рабочих и служащих уменьшилась на 5,3 млн человек. В сельском хозяйстве накануне войны было занято 35,5 млн человек, а в 1945 г. - всего 29,3 млн человек.

Общая сумма только прямых потерь, причиненных войной, оценивается в 679 млрд рублей (125 млрд долларов). Если же учесть и средства, потраченные на ведение войны, потери доходов вследствие оккупации территорий, то окажется, что была потеряна почти 1/3 всего национального богатства страны.

Война привела к полной перестройке экономики на военный лад. Во многих отраслях значительно снизилось производство продукции. Так, выплавка чугуна в 1945 г. уменьшилась по сравнению с 1940 г. с 14,9 до 8,8 млн т, стали - с 18,3 до 12,3 млн т. Аналогичная картина наблюдалась и в сельском хозяйстве. Урожайность за годы войны снизилась с 8,6 до 5,6 центнера с гектара. В целом продукция сельского хозяйства в 1945 г. составляла менее 50% от довоенного уровня.

В августе 1945 г. Госплану СССР было поручено подготовить четвертый пятилетний план развития народного хозяйства на 1946-1950 гг., предусматривавший полное восстановление экономики тех районов, которые подверглись немецкой оккупации. Планом предполагалось увеличить (по сравнению с 1940 г.) выпуск продукции сельского хозяйства на 27%; промышленности - на 48%, а в освобождаемых районах на 15%; обеспечить рост производительности труда на 36%; национального дохода - на 38%.

В первую очередь восстановлению подлежали предприятия черной металлургии и топливно-энергетической базы юга страны. Именно этим отраслям экономики уделялось главное внимание. Составной частью преобразований, направленных на перевод народного хозяйства в мирное русло, было сокращение армии. Уже к сентябрю 1945 г. завершилась демобилизация первой очереди. К мирному труду вернулось 3,3 млн человек. В 1948 г. этот процесс был закончен полностью. В народное хозяйство влилось 8,5 млн человек, в армии осталось 2,8 млн военнослужащих.

Особые трудности вызвало решение задач восстановления сельского хозяйства. Положение дел было существенно осложнено засухой и голодом 1946-1947 гг. Засуха охватила почти все зерновые области страны: Украину, Молдавию, правобережье Нижней и Средней Волги, Центральную Черноземную область. По силе и масштабам охвата территории природное бедствие напоминало засуху 1891 г., превосходя даже печально известный 1921 г.

К природным явлениям добавилось и то, что в первый послевоенный год колхозы и совхозы не могли противопоставить засухе такого комплекса мер, который не допустил бы ее пагубного воздействия: не соблюдались основные требования агротехники (сроки посева, качество семенного материала и т. д.). На Украине, в Белоруссии во многих колхозах при проведении весеннего сева приходилось использовать вместо лошадей коров.

В среднем по стране урожайность зерновых в 1946 г. составила 4,6 центнера с гектара - вдвое меньше чем в 1940 г. и значительно меньше показателей 1945 г. Неурожай требовал изменений в заготовительной политике государства, создании условий заинтересованности колхозов при продаже своей продукции. Этого, однако, не произошло. Для увеличения темпов хлебозаготовок на места направлялись специальные уполномоченные, которые широко использовали чрезвычайные методы. На начало 1947 г. план хлебозаготовок был выполнен на 78,8%. По всем категориям хозяйств оказалось собрано 17,5 млн т (в 1945 г. - 20 млн т, в 1940 г. - 36,4 млн т). Таким образом, собранный продовольственный фонд был примерно вдвое меньше, чем в 1940 г., что предполагало его сохранение и использование с величайшей бережливостью. Но, несмотря на свои продовольственные трудности, СССР оказывал в тот период большую помощь Болгарии, Румынии, Польше, Чехословакии. Экспорт зерновых из СССР в 1946 г. составил 1,7 млн т или 10% всего заготовленного за год, что было существенным изъятием из скромного продовольственного фонда государства.

В стране пришлось сохранить карточную систему распределения хлеба, отказаться от перехода к свободной торговле в 1946 г., как намечалось пятилетним планом. Ряд районов СССР, пострадавших от засухи, охватил голод. Только в Молдавии от дистрофии и связанных с ней болезней умерло тогда около 80 тыс. человек. Резко возросла детская смертность. Тяжелое положение сельских жителей стало толчком для более активной миграции колхозников в города - на работу в промышленность и строительство. Даже отсутствие у них паспортов не могло полностью остановить этот процесс. В 1946-1953 гг. около 8 млн сельских жителей покинули свои деревни. Таким образом, именно сельское хозяйство оставалось самым уязвимым звеном послевоенной экономики.

Тяжелым ударом по деревне стала денежная реформа. 14 декабря 1947 г. И. Сталиным и А. Ждановым было подписано постановление Совмина СССР и ЦК ВКП(б), в котором говорилось, что реформа проводится с целью укрепления рубля и изъятия из обращения большого количества фальшивых денег. Кроме того, это должно было воспрепятствовать спекулятивным элементам, накопившим значительные суммы за годы войны, скупать товары после отмены карточной системы. Обмен старых денег на новые производился с ограничениями, а именно - 10 рублей в старых деньгах на 1 рубль в новых. Переоценка вкладов населения в сберкассах и Госбанке осуществлялась на более льготных условиях - вклады размером до 3 тыс. рублей включительно оставались без изменения, т. е. переоценивались 1 рубль старыми деньгами на 1 рубль новыми. В постановлении 14 декабря 1947 г. отмечалось, что при проведении денежной реформы произойдут "известные жертвы". Объявлялось, что "большую часть жертв государство берет на себя. Ho надо, чтобы часть жертв приняло на себя и население, тем более, что это будет последняя жертва". Реформа привела к принудительному изъятию денег у всех, кто каким-либо образом накопил значительные суммы. Пострадали в основном те, кто хранил деньги в "кубышках", вне государственных сберегательных касс. Больше всего среди этой категории населения оказалось именно сельских жителей.

Одновременно с денежной реформой была проведена отмена карточной системы. В СССР это произошло раньше, чем в других странах - участницах Второй мировой войны. Устанавливались единые розничные государственные цены на продовольственные и промышленные товары. При этом цены на хлеб, муку, крупу и макароны были снижены на 10-12%; а на мясо, рыбу, жиры, сахар, соль, картофель, овощи и кондитерские изделия сохранялись на прежнем уровне. Одновременно отмечалось, что цены на молоко, яйца, чай, фрукты, а также на ткани, обувь, одежду "слишком низки". После проведения в жизнь реформы и упразднения карточной системы цены на потребительские товары стали выше прежних нормированных, но ниже коммерческих, соответствуя условиям рынка. При среднем размере заработной платы в стране, не достигающем и 500 рублей в месяц, это означало, что большая часть населения далеко не сразу почувствует на себе "повышение уровня материального благосостояния", обещанного постановлением от 14 декабря. Тем не менее денежная реформа позволила оздоровить финансы государства и способствовала восстановлению экономики в целом.

В последующие несколько лет в СССР регулярно проводились снижения розничных цен на товары народного потребления. Как правило, объявлялось, что эта мера связана с "успехами, достигнутыми в области промышленного и сельскохозяйственного производства, ростом производительности труда и снижением себестоимости продукции". Однако в основе данной политики лежала перекачка средств из сельского хозяйства. В значительной степени снижение цен было подчинено политическим, а не экономическим целям. Оно вырастало из колониальной политики по отношению к деревне и приводило к еще большему ухудшению материального положения крестьян.

В 1950 г. в СССР началось массовое укрупнение колхозов. Предполагалось, что эта мера будет содействовать концентрации средств производства, землепользования и трудовых ресурсов. Только за один год число колхозов сократилось с 225 тыс. до 125 тыс., а к концу 1952 г. - до 94 тыс.

К концу четвертой пятилетки важнейшие отрасли земледелия были в основном восстановлены, а вся продукция сельского хозяйства в 1950 г. составила 97% от уровня 1940 г. Превзойти довоенный уровень в целом по всем отраслям производства не удалось, хотя Центральное Статистическое Управление при Совмине СССР регулярно сообщало о том, что "получен хороший урожай зерновых культур", а задание пятилетнего плана "выполнено с превышением". Маленков, выступая на XIX съезде партии, выдавая желаемое за действительное, с гордостью заявлял, что зерновая проблема в стране "окончательно разрешена". Ему вторил Микоян, призывая "сделать особый упор на быстрый рост животноводства, на выращивание все в больших количествах упитанного мясного скота и достижение изобилия молока". Одновременно им отмечалось, что поскольку происходит улучшение питания населения, то "возникает необходимость и увеличения производств всяких напитков, улучшающих аппетит". Производство шампанского и коньяка, по словам Микояна, в 1952 г. выросло в 2 раза и продолжало стремительно увеличиваться. В целом же, несмотря на победные реляции руководителей; темпы роста в сельском хозяйстве оставались очень скромными.

В промышленности 1946-1950 гг. были временем быстрого роста в производстве важнейших видов продукции. Только в 1950 г., по официальным данным, валовая продукция промышленности СССР выросла по сравнению с 1949. г. на 23%. В последующие несколько лет темпы роста существенно снизились. Это было обусловлено как произвольным пересмотром планов, в сторону увеличения показателей, так и продолжением репрессий в отношении руководителей Госплана и других ведомств. На XIX съезде партии по докладу председателя Госплана М. 3. Сабурова были приняты директивы ЦК и Совмину СССР по пятому пятилетнему плану на 1951-1955 гг. В области промышленности предусматривалось повысить уровень на 70% при среднегодовом темпе роста всей валовой продукции на 12%. Предполагалось за 5 лет увеличить общую мощность электростанций вдвое, а гидроэлектростанций - втрое.

Идеология и культура

После окончания войны руководство страны, чувствуя, по выражению К. Симонова, что "задрали хвосты не только некоторые генералы, но и некоторые интеллигенты", приступило к "подкручиванию" идеологических гаек. Начало этому процессу было положено уже в 1943 г., когда начальник Управления пропаганды и агитации (УПА) Г. Ф. Александров информировал секретарей ЦК ВКП(б) Маленкова и Щербакова о "грубых политических ошибках" целого ряда советских журналов. Наиболее скрупулезному "критическому анализу" в тот период подверглись произведения М. Зощенко, А. Платонова, И. Сельвинского, а также творчество режиссера А. Довженко. Повесть Зощенко "Перед восходом солнца" была названа "пошлой, антихудожественной и политически вредной". О рассказе Платонова "Оборона Семидворья" сообщалось, что произведение написано "плохим, вычурным языком", а "образы героев - советских бойцов и командиров - оглуплены". Погромной критике подверглось стихотворение Сельвинского "Кого баюкала Россия", в котором была строка "Страна пригреет и урода". Эта фраза, вырванная из контекста, послужила поводом для нападок на поэта со стороны Маленкова на заседании Оргбюро ЦК. Вызванный в Москву Сельвинский, подвергся допросу Маленкова: "Кто этот урод? Вы нам тут бабки не заколачивайте. Скажите прямо и откровенно: кто этот урод? Кого именно имели вы в виду? Имя?" Только на заседании Оргбюро поэт понял, что все присутствующие в литературном образе увидели Сталина - "лицо его изрыто оспой, мол, русский народ пригрел урода".

Первая гроза для литераторов, деятелей культуры прошла стороной. Более того, автор многих известных сатирических произведений Зощенко и другие литераторы в апреле 1946 г. были награждены медалью "За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны". В том же году принимается рещение об отмене постановления Секретариата ЦК "О контроле над литературно-художественными журналами". Многим тогда показалось, что наступает ослабление идеологического пресса. Этого, между тем, не произошло. На заседании Политбюро 13 апреля 1946 г., проходившем под председательство-ванием Сталина, было принято решение о необходимости устранения недостатков в идеологической работе. Жданову и Александрову поручалось представить предложения по улучшению агитационно-пропагандистской деятельности. После этого основная масса руководителей обкомов и крайкомов партии была обвинена в непрофессионализме и политической неграмотности, а ряд республиканских ЦК, прежде всего Украины, - в потворстве буржуазному национализму.

Вскоре появились документы, затрагивающие как идеологические, так и кадровые вопросы. 8 июля 1946 г. было принято постановление "О росте партии и о мерах по усилению партийно-организационной и партийно-политической работы со вновь вступившими в ВКП(б)". Его появление объяснялось тем, что 67,2% коммунистов, включая работников обкомов и крайкомов, к моменту окончания войны не имели даже среднего образования. Постановлением одновременно предусматривалось сократить прием в партию служащих, которые на 1 января 1946 г. составляли 47,6% общей численности ВКП(б). В целях устранения указанных недостатков решением от 2 августа 1946 г. "О подготовке и переподготовке руководящих партийных и советских работников" вводилось обязательное обучение партийных функционеров. Для этого создавались Высшая партийная школа, Академия общественных наук, восстанавливалась Военно-политическая академия. Складывалась своеобразная "табель о рангах" служебного продвижения партийных кадров - от высших партийных школ в столицах союзных республик и областных центрах до Академии общественных наук. Одной из главных задач руководства, таким образом, провозглашалось укрепление партийного влияния в различных областях идеологии.

Начало кампании, которая была развернута в 1946 г. против автономии культурной жизни, связано с именем Жданова. Действительно, он был рупором идей Сталина и одним из наиболее доверенных лиц вождя, его правой рукой в деле руководства партией. В то же время Жданов оставался человеком, который лишь озвучивал идеи главного организатора и вдохновителя травли интеллигенции - Сталина. Одновременно стремление руководства "поставить на место" интеллигенцию тесно переплеталось с интригами в Кремле, борьбой за власть между Ждановым и Маленковым.

Подготовка постановления, направленного против ряда ленинградских писателей и журналов, в которых они публиковались, началась летом 1946 г. В начале августа Сталин обрушил ворох обвинений на А. А. Ахматову и М. М. Зощенко. Характеризуя творчество известной поэтессы, вождь заметил, что у нее есть только "одно-два-три стихотворения и обчелся, больше нет". О произведениях Зощенко Сталин отозвался еще более резко: "Пишет он чепуху какую-то, прямо издевательство. Война в разгаре, а у него ни одного слова ни за, ни против, а пишет всякие небылицы, чепуху, ничего не дающую ни уму, ни сердцу". Нужный тон был задан, и 14 августа 1946 г. появилось постановление ЦК ВКП(б), подвергшее разгромной критике журналы "Звезда" и "Ленинград". В опубликованном документе отмечалось, что "Ленинградский горком ВКП(б) проглядел крупнейшие ошибки журналов, устранился от руководства ими".

Жданов не был инициатором постановления от 14 августа, поскольку от этого страдал прежде всего его политический авторитет. Но, когда постановление оказалось все же принято, он быстро переметнулся на позиции грубого шельмования литераторов, философов, композиторов, театральных деятелей. Вторя Сталину, Жданов отозвался о Зощенко как о "беспринципном и бессовестном литературном хулигане", а об Ахматовой как о "блуднице и монахине, у которой блуд смешан с молитвой". Несмотря на то что Зощенко в 1939 г. за литературные заслуги был награжден орденом Трудового Красного Знамени, в 1946 г. он оказался исключен из Союза писателей. Его участь разделила и Ахматова.

Вслед за постановлением от 14 августа последовали другие: "О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению" (26 августа), "О кинофильме "Большая жизнь"" (4 сентября). Объектами нападок стали именно те области культуры, которые в послевоенное время были наиболее доступны широким народным массам. Разгромной критике подверглась вторая серия картины С. Эйзенштейна "Иван Грозный". Режиссера обвинили в том, что он обнаружил невежество в изображении фактов истории, представил царя "чем-то вроде Гамлета", в то время как Сталин считал его выдающимся человеком с сильной волей и характером.

Некоторое время спустя был нанесен удар по представителям музыкальной культуры. 10 февраля 1948 г. ЦК ВКП(б) принял постановление "Об опере "Великая дружба" В. Мурадели". Неоправданной критике подверглись Шостакович, Прокофьев, Мурадели и другие композиторы за то, что в их музыкальных произведениях н& было ни единой мелодии, которую мог бы насвистывать простой рабочий. Одновременно провозглашалось, что русская классическая опера - лучшая в мире. В музыке предписывалось черпать вдохновение исключительно из наиболее распространенных народных мелодий.

Одним из направлений всеохватывающей пропагандистской кампании стало раздувание националистических настроений. Жданов пустил в оборот слово, которое вскоре стало употребляться как позорное клеймо - "низкопоклонство". Им обозначалось преклонение и самоуничижение перед западной культурой. Тема превосходства всего советского или русского над всем иностранным получает приоритет. Космополитизм и формализм были объявлены двумя сторонами одного и того же низкопоклонства перед Западом. Кампания по искоренению космополитизма распространилась не только на гуманитарные и общественные науки. Естественные дисциплины тоже попали под разделение на "социалистические" и " буржуазные".

На волне борьбы с космополитизмом начались гонения евреев. В мае 1949 г. Политбюро ЦК получило из Ленинграда от Нового первого секретаря обкома и горкома ВКП(б) В. М. Андрианова письмо, в котором приводились утверждения "рядовых советских граждан" о положении русских в городе. При этом подчеркивалось, что "торговля, местная промышленность, разного рода институты, наука, здравоохранение и прочее уверенно подбираются в руки евреев... Все центральные позиции здравоохранения находятся в руках евреев, которые на пушечный выстрел не допускают русских к делу управления здравоохранением в Ленинграде". Вскоре центральные власти предприняли решительные действия по "исправлению" этого положения. В течение 1950 г. было принято несколько постановлений ЦК ВКП(б) и Секретариата ЦК, направленных на ужесточение кадровой чистки, прежде всего, в медицинских учреждениях, а также в подведомственных Минздраву РСФСР научно-исследовательских институтах и учебных заведениях. Антисемитские настроения особенно усилились в 1952 г. и способствовали фабрикации "дела врачей".

Существенный ущерб в конце 40-х гг. был нанесен биологии. С новой силой продолжились преследования генетиков, начатые еще до войны. "Школа" академика T. Лысенко, уничтожая своих оппонентов и имея при этом официальную поддержку, тем не менее не смогла получить сколько-нибудь существенных результатов. Лысенко, используя атмосферу нетерпимости и национализма, стал одним из главных гонителей классической генетики, виновником разгрома советской биологии и гибели многих отечественных ученых. Все это, однако, не помешало ему стать Героем Социалистического Труда, трижды лауреатом Сталинской премии, награжденным 8 орденами Ленина, и заручиться в последующие годы поддержкой Н. С. Хрущева.

Целью проводимой в послевоенный период "акции устрашения" интеллигенции стало стремление руководителей страны показать на примере наиболее талантливых, что середнякам "высовываться" просто не стоит. Любое отступление от официальных установок будет немедленно пресекаться.