Вундт В. Введение в философию

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВТОРОЙ ОТДЕЛ. Историческое развитие философии

§18. Схоластическая философия.

1. Отношение схоластической философии к патриотической нельзя лучше характеризовать, как выражением, которым великий схоластический философ XI века, Ансельм Кентерберийский, обозначил цель своего стремления, сопоставленным с тем выражением, которым в конце ? столетия Тергуллиан ясно охарактеризовал тенденцию церковной философии. «Credo, quia absurdum est» —таково верование древнего учителя церкви; «credo ut intelligam»* — таков девиз схоластического теолога. У него на первом месте стоит вера, но за нею сле-
Верю, чтобы понимать (лат.).

133
дует знание; его стремление сводится к тому, чтобы откровенные религиозные истины, вместе с тем, доказать как разумно необходимое познание. Однако, так как содержание догматов веры твердо установлено, то вся работа схоластической философии направляется на вышеуказанную цель. В первый период расцвета схоластики в XI столетии эта цель является, вместе с тем, ее единственной целью. Схоластика — вполне теология. Ее остроумие возбуждается и упражняется над сверхчувственной природой проблем, которыми она неутомимо занимается. Таким образом, схоластическая философия является изобретательницей метода, который сыграл большую роль в развитии новой философии — онтологического, пытающегося доказать истину предмета из его понятия. Сверхчувственная природа трансцендентных объектов веры, недоступная никакой иной аргументации, кроме как в чистых понятиях, сама указывает философии этого времени на такой метод. С конца же двенадцатого века постепенно светские интересы начинают оказывать большее влияние на философию; в XIII веке натурфилософия рядом с теологией становится особою наукой. Этому распространению светских интересов приходит на помощь постепенное знакомство с физическими и метафизическими сочинениями Аристотеля, которое начинается с начала XIII века. Вместе с этим происходит постепенное изменение философской точки зрения. Образ мыслей становится более реалистичным и эмпиричным. Вследствие этого начинают с сомнением относиться к онтологическим доказательствам догм веры. Так как это направление мысли все более и более укрепляется, то оно приводит, наконец, в XIV столетии к скептицизму, который по отношению к вопросам светского знания вообще отдает преимущество опыту, однако тем более сохраняет за истинами веры чисто мистический непонятный характер, имевший значение в древней церковной философии. С этим разделением областей веры и знания уже предуготовляются падение схоластики и самостоятельное развитие светских наук, поскольку оно характеризует начало нового времени. Поэтому развитие схоластики можно разбить на три периода: первый период, или время схоластики, примыкающей к Платону и его последователям, период, достигший своего кульминационного пункта в XI столетии; второй, или период аристотелевской схоластики, который главным образом относится к XIII веку; третий, или время падения схоластики, захватывает XTV и XV столетия.

134
2. Более поздние схоластики характеризовали отношение трех названных периодов друг к другу меткими выражениями, обозначающими изменчивое значение, придаваемое здесь общим понятиям. В первый период схоластики тенденция господствующего направления выражается в положении «universalia sunt realia», ? е. общее понятие (универсальное) представляет сущность вещи, и поэтому оно в действительности является источником существования вещи, ее понятия. Это положение соответствует основной мысли платоновского учения об идеях; оно лежит в основании онтологического метода, поскольку при этом пытаются вывести просто из понятий действительность объектов веры, например, бытие Бога. Еще точнее направление мысли в данный период определяется положением «universalia sunt ante rem», понятия прежде вещей, так как они являются условиями существования вещей и возможности их мыслить. Во второй период, правда, вообще господствует убеждение, что сущность вещей составляют понятия, и поэтому в течение его имеет также еще значение положение «universalia sunt realia»; но здесь, вместе с тем, согласно философу-руководителю данного времени — Аристотелю, признается имманентность понятий материальному бытию вещей. Таким образом, в этот период первое положение точнее определяется вторым: «universalia sunt in re». Но иногда также точка зрения данного периода характеризуется установлением троякого рода универсалий. Положение «universalia sunt ante rem» в этом случае имеет значение по отношению к мыслям Бога перед творением мира; положение «universalia in re» — по отношению к самим вещам, так как они состоят из материи и формы; наконец, положение «universalia post rem» — по отношению к понятиям, которые человеческий дух образует вследствие воздействия чувственных вещей при чувственном восприятии. В третий период схоластики имеет, наконец, значение только последнее из указанных положений «universalia sunt post rem»: понятия существуют вообще только в нашем духе, в самих вещах они совершенно не существуют, еще менее, конечно, вне их. Напротив, они просто продукты нашего сравнивания вещей, которым мы потом придаем общие наименования, имена. Поэтому с последним положением равнозначно также другое «universalia sunt nomina». Соответственно сказанному господствующую точку зрения первого периода обычно называют «крайним реализмом»; точку зрения второго — «умеренным реализмом»; точку

135
зрения третьего — «номинализмом». Эти выражения в схоластической философии приобретают специфическое значение через свое одностороннее отношение к понятиям. Крайний схоластический реализм поэтому вообще совпадает с «идеализмом», согласно иному словоупотреблению; умеренный реализм в существенных чертах соответствует современному, так называемому, реализму; номинализм, наконец, -— скептическому эмпиризму.
3. В первый схоластический период, период крайнего реализма, господствует направление мысли, родственное платоновскому учению об идеях; здесь обнаруживается также едва заметное расположение к неоплатонизму. При этом заслуживает внимания, что на Западе в первое время то немногое, что перешло к нему из античной философии, было заимствовано большею частью от неоплатоников, как, например, от Порфирия, или от более поздних эклектических философов, почерпающих свое учение в главных чертах из неоплатонизма, как, например, от Боэция. Выдающиеся представители этого периода — Ансельм Кентерберийский, открывший онтологический метод, пользуясь которым, он пытался также доказать не только бытие Бога, но и специфические христианские догматы веры, как, например, учение о троичности, об искуплении, и Вильгельм из Шампо, защищавший реализм против выставленного уже в XI столетии Росцеллином номинализма, в котором возродились в обновленном виде старые стремления патриотического времени, направленные против афанасьевского понимания троичности. Этот первый период расцвета схоластической философии исключительно теологический. Только логика уже разрабатывается в связи с перешедшими из предшествующего времени исследованиями логических сочинений Аристотеля.
4. Второй период, представителем которого в XII веке является Абепяр, а в XIII — Альберт Великий и также Фома Аквинский, один из влиятельнейших схоластических писателей, характеризуется все более и более назревающим интересом к светской науке и возникающим отсюда стремлением дополнить теологию философией, объединяющей все ветви знания. Это расширение интереса выросло из общих культурных условий того времени; ему также сильно способствовало знакомство с Аристотелем, различные части философии которого в это время сделались известными в латинских переводах через арабских философов пред-

136
шествующих веков (Авиценна и Аверроэс) и через комментарии последних к аристотелевским сочинениям. Среди светских наук в сочинениях вышеуказанных схоластиков наибольший объем занимает естественная наука. Препятствия свободному проявлению здесь впервые вновь возрождающегося интереса к естественнонаучным исследованиям, препятствия со стороны господствующих чисто литературного стремления к науке и привычки к авторитету вызывали то, что естественнонаучные труды схоластиков ограничивались исключительно разработкой и комментированием физических сочинений Аристотеля, и что никому из них не приходила мысль произвести самому самостоятельное исследование. Напротив, если когда-нибудь отдельные, изолированно стоящие от господствующего направления, личности ссылаются на собственные исследования, то их считают опровергнутыми простою ссылкой на авторитет Аристотеля. Последний имеет значение «praecursor Christi in rebus naturalibus»*: несогласие с ним так же запрещается, как в делах веры иноверческое мнение. Для полной характеристики этой и у ее важнейших представителей в существенных чертах компилятивной эклектической философии прекрасный пример представляет этика Фомы Аквинского. Мирские добродетели у него, подобно тому как в платоновской системе, различаются на четыре основные добродетели, и к ним применяется аристотелевское учение об истинной середине (стр. 95, 103). Но над мирскими добродетелями в качестве трех «теологических» возвышаются добродетели апостола Павла, вера, любовь и надежда. В учении о государстве Фома принимает теорию Августина о «civitas Dei». Однако, он пытается ее приспособить к отношению между средневековым королевством и церковью: государство у него равным образом обладает универсальным значением, оно частью подчинено церкви, частью равно по значению последней, что находит себе выражение в обычном сравнении Солнца с Луной. Но, вместе с этим, Фома еще решительнее, чем Августин, путем применения понятия договора к светскому государству подчеркивает временную и условную природу его в противоположность вечному граду Божьему.
Предшественника Христа в делах природы (пат.)

137
5. Уже в конце XIII столетия в борьбе школы Фомы Аквинского против школы Дунса Скота выступают первые предвозвестники постепенно нарождающегося номиналистического направления. Этот спор совершенно аналогичен тому, который некогда возгорелся относительно значения дел человека. Но уже изменение основных мотивов указанного спора отражает изменение времен. Если Августин считает искупление вполне делом божественной милости, а Пелагий пытается, по крайней мере, сохранить за делами, угодными Богу, значение содействия искуплению, то школа Фомы склоняется к признанию последнего; она отказывается только от дальнейшего требования Скота, чтобы милость и осуждение вполне зависели от свободы человека. Поэтому, если Фома, в противоположность учению Августина о предопределении, защищает умеренный детерминизм, то Скот выступает представителем абсолютного индетерминизма. Таким образом, спор между последователями Фомы и Скота по существу дела переходит в спор о свободе воли, при котором детерминистическое понимание сходит со сцены, индетерминистическое же развивается до своих крайних пределов, достигнув которых, оно вообще становится в противоречие с до сих пор существовавшим учением церкви о благодати. Сюда присоединяется еще то обстоятельство, что в новом споре роли относительно оснований веры меняются. В то время как Пелагий, в противоположность чисто мистической точке зрения Августина и ортодоксальному учению, выдвинул рационалистическое направление, здесь, наоборот, глава схоластиков, Фома защищает рационалистическую точку зрения. Скот — мистическую. Индетерминистическое учение об искуплении, путем святости собственной воли, сделалось потребностью веры — признак, говорящий за то, что верующая душа ищет теперь утешения не в чувстве безусловной зависимости, как некогда, но преимущественно в надежде на собственные силы.
6. Так как в учении Скота индивидуальный волевой акт понимается как свободное независимое действие человека, то в нем уже сказывается высокое значение, придаваемое конкретному и единичному; оно, будучи перенесено на общее миросозерцание, не мирится уже более с умеренным реализмом, который защищали великие учители церкви XIII века. Ибо, поскольку понимание человеческой природы переносится на внешнюю природу, отдельному волевому акту соответствует конкретное происшествие, особенная вещь. Если в человеческой жизни только еди-

138
яичное действительно, то и в природе только оно имеет значение; но раз только единичное реально, понятия уже не являются действительными, они — только продукты субъективного духа, имена, под которыми объединяется множество вещей. Таким образом, из схоластического индетерминизма в третий период развивается номинализм, который с начала XIV века все более и более становится господствующим направлением и находит своего главного защитника в выдающемся схоласте данного периода, Вильгельме Оккаме. То обстоятельство, что в лице Скота и Оккама шотландские и английские ученые вступили в борьбу против учения Фомы, еще господствующего в Италии и других европейских странах, рядом с противоположностью францисканского и доминиканского орденов, коренящейся на указанном разногласии философских направлений, — это обстоятельство впервые выдвинуло на сцену национальные различия, предвозвестившие также в науке наступление нового времени, в которое особенности отдельных наций играют несравненно большую роль, чем в средние века, когда в науке господствовало духовное единство. В этом смысле английский номинализм является предвозвестником английской опытной философии, положившей начало философии нового времени. Направленность к единичному и эмпирическому, характеризующее положение номинализма в универсальном схоластическом споре, является, вместе с тем, оборотной стороной того измененного положения, которое номинализм занимает по отношению к истинам веры и к вопросу о возможности их познавания человеческим рассудком. Здесь классическая схоластика XIII столетия сделала существенный шаг назад по отношению к первому периоду расцвета схоластической философии с ее неуклонным применением онтологического метода. Правда, общие религиозные истины, нашедшие выражение в религиях всех народов, бытие Бога и бессмертие души, доказываются у Фомы Аквинского из природы вещи; однако, он — что характерно для духа его времени, направленного на естественнонаучные интересы — предпочитает онтологическому доказательству космологическое. Но специфически христианские учения веры, троичность Бога, единство двух естеств в Христе, воплощение Сына Божия и искупление свою достоверность черпают не из понятий, а как откровенные истины, которые и обеспечивают высокое значение христианской религии. Отсюда недалеко уже до точки зрения номинализма, как его защищал Оккам, который считал вообще

139
недоступным для человеческого познания все содержание веры, также веру в Бога и бессмертие. Следовательно, здесь в существенных чертах опять восстанавливается воззрение патриотического периода, придающее истинам веры чисто мистический характер, конечно, уже в измененной форме. Смена воззрений в области веры выразилась в индетерминизме номиналистов и связанном с ним возвышении субъективных оснований веры; в области знания оно выразилось в том, что за светской наукой было признано право на самостоятельное, отличное от веры существование. Быть в вере мистиком, в науке эмпириком и, где необходимо, скептиком — таков лозунг схоластического номинализма. Вместе с тем, совершилось полное разделение областей веры и знания, которое еще резче проявилось в том, что для них имеют значение противоположные принципы: для веры — слепое доверие, которое не смущается недоступностью для понимания религиозных истин, но, наоборот, в ней видит подтверждение их истинности; в знании — предусмотрительное сомнение, которое достоверным считает лишь то, что подтверждается опытом и критическим исследованием.
7. С разделением областей веры и знания номинализм уничтожает ту предпосылку, которая доныне была жизненным принципом схоластики. Считая религиозные истины непостижимыми, он признает неразрешимою поставленную схоластикой задачу — дать содержанию христианской веры научную систему. Наоборот, номинализм открывает для светских наук свободный путь и на этом пути указывает им даже определенное направление. Благодаря этому, номинализм, заключая средневековый период философии, с известной стороны является начальным звеном в развитии новой философии. Конечно, вместе с этим схоластическая философия не исчезла навсегда. Но где она опять появляется в последующие столетия, там она находится не в соединении с номинализмом, но в противостоянии к нему; основою этих позднейших реставрационных попыток служит обычно система Фомы Аквинского, чем она обязана тому обстоятельству, что она еще доныне имеет значение официально признанной ортодоксальной философией католической церкви.
Литература к §§16—18. H.Ritter. Geschichte der Philosophie, Bd. 5—8. 1841—1845 (основательное объективное изложение). S t ос kl. Geschichte der Philosophie des Mittelalters, 3 Bde. 1864—1866 (католическая точка зрения). H с -

140
inze-Ueberweg Grundriss der Geschichte der Philosophie, II (с вошедшим в нее обзором отношений к теологии и с богатым литературным указателем) W i l l m a n n. Geschichte des Idealismus, II (2 том этого сочинения вполне годен для употребления; 1-й том, древний мир, уступает второму в достоинстве; 3-й, «новейшая философия», преде гавляст собою ультрамонтанское партийное сочинение). В качестве общих сочинений ср. A.Eber t. Allg. Geschichte der Litteratur des Mittelalters im Abendland, I, II. H a r n а с k. Lehrbuch der Dogmengeschichte, I—111. K von Eicken. Geschichte und System der mittelalterlichen Weltanschauung. 1888. H. R e u t e r. Die Geschichte der religiosen Aufklarung im Mittelalter, 2 Bdc, 1875—1877. Отдельные вопросы обсуждают L a s s w i t z Geschichte der Atomistik vom Mittclalter bis Newton, l. S i e b с с k. Anfange der neueren Psychologie in der Scholastik, Arch. f. Gesch. der Philos, l—III. T h. Z i e g l e r. Geschichte der christlichen Ethik. 1886.