Керам К. Боги, гробницы и ученые

ОГЛАВЛЕНИЕ

КНИГА БАШЕН

"Многие годы живу я в этой стране. Мой отец и отец моего отца разбивали
здесь до меня свои палатки, но и они никогда не слышали об этих истуканах.
Вот уже двенадцать столетий правоверные - а они, слава Аллаху, только одни
владеют истинной мудростью - обитают в этой стране, и никто из них ничего не
слыхал о подземных дворцах, и те, кто жил здесь до них, тоже. И смотри!
Вдруг является чужеземец из страны, которая лежит во многих днях пути
отсюда, и направляется прямо к нужному месту. Он берет палку и проводит
линию: одну - сюда, другую - туда. "Здесь, - говорит он, - находится дворец,
а там - ворота", и он показывает нам то, что всю жизнь лежало у нас под
ногами, а мы даже и не подозревали об этом. Поразительно! Невероятно! Откуда
узнал ты об этом - из книг? С помощью волшебства или тебе помогали ваши
пророки? Ответь мне, о бей, открой мне секрет мудрости!"
Из беседы шейха Абд ар-Рахмана с английским археологом Лэйярдом

Глава 18. В БИБЛИИ СКАЗАНО...

О зверствах ассирийцев сказано в Библии, о сооружении Вавилонской башни
и блистательной Ниневии, о семидесятилетнем пленении евреев и о правителе
Навуходоносоре, о божьем суде над "великой блудницей"* и о чашах гнева его,
которые семь ангелов излили на приевфратские земли. (*Великой блудницей
Библия называла древнюю Ассиро-Вавилонию.)
Пророки Исайя и Иеремия рассказывали о своих видениях - мрачных
картинах грядущего разрушения "красы царств", "гордости халдеев": оно "будет
ниспровержено Богом, как Содом и Гоморра" так, что "шакалы будут выть в
чертогах и гиены в увеселительных домах".
В эпоху господства христианской веры все, что было сказано в Библии,
считалось неоспоримой истиной, буква ее была священна. Эпоха Просвещения
принесла с собой критику; но именно тот самый век, в который критика во всех
материалистических философиях превратилась в перманентное сомнение, принес
одновременно и доказательства тому, что наряду с шелухой последующих
измышлений в Библии содержится ядро верных сведений.
Плоской была страна между Тигром и Евфратом. Лишь кое-где возвышались
таинственные холмы, над которыми свирепствовали смерчи; в течение целого
столетия наметали они дюны из черной земли, чтобы потом на протяжении
последующих пяти уничтожить плоды собственных трудов. Бедуины, кочевавшие
здесь в поисках скудного пропитания для своих верблюдов, не знали, что
скрывается под этими холмами; верные приверженцы Аллаха и Мухаммеда,
пророка его, они не имели ни малейшего представления о словах, сказанных в
Библии об этой стране.
Человек, которому было суждено заняться здесь археологическими
изысканиями, родился в 1803 году во Франции. Даже в тридцать лет он еще
ничего не знал о том деле, которое стало впоследствии главным в его жизни;
врач по специальности, он возвращался тогда из одной экспедиции по Египту.
Приехав в Каир, он привез с собой множество ящиков. Полиция потребовала
вскрыть их. Он подчинился. В ящиках оказалось двенадцать тысяч аккуратно
наколотых насекомых.
Четырнадцать лет спустя этот врач и собиратель коллекций насекомых
издал пятитомный труд об Ассирии, который положил начало научному изучению
истории Двуречья, так же как двадцать четыре тома "Description de 1'Egypte"
- изучению истории Древнего Египта.
Почти сто лет спустя в Германии (аналогичные примеры можно привести и
для Франции и Англии) вышла книга профессора Бруно Мейснера под названием
"Цари Вавилонии и Ассирии" ("Konige Babyloniens und Assyriens"),
Достоинства этой книги меньше всего определяются ее научной
значимостью, впрочем, на это книга и не претендовала: задача, которую
поставил перед собой автор, сводилась к популярному рассказу о правителях,
царствовавших в Вавилонии и Ассирии от 2000 до 5000 лет назад. Истинное
значение этой книги для нашего очерка истории развития археологии, так же
как всех книг аналогичного содержания, вышедших в других странах,
заключается в том, что она вообще могла быть написана, и притом написана
популярно. "Подобного рода книгу, - говорится в предисловии к ней, - нельзя
написать, не имея в своем распоряжении соответствующих исторических
источников, ибо только они могут дать автору те неповторимые красочные
детали, без которых он не сумеет реально воссоздать образы своих
необыкновенных героев".
Как же обстояло дело с этими источниками? Оставим в стороне
символически преувеличенные сообщения Ветхого Завета и приведем еще одну
цитату: "Немногим более столетия назад вся ассириология была закрытой
книгой, а еще несколько десятилетий назад мы абсолютно ничего не знали о
вавилонских и ассирийских царях - разве что их имена. Неужели такого
короткого срока оказалось достаточно, чтобы воссоздать охватывающую более
двух тысячелетий историю древнего Двуречья и набросать портреты ее
властителей?"
Книга Мейснера (и многие другие, появившиеся примерно в то же время)
свидетельствует о том, что это стало возможным в наше столетие. Небольшая
группа энтузиастов-археологов, ученых и дилетантов сумела, затратив на это
всего лишь несколько десятилетий, буквально воскресить эту угасшую
цивилизацию. Более того, в приложении к книге приведены даты царствования и
имена почти всех правителей Двуречья - эту таблицу составил Эрнст Ф.
Вейднер, один из самых чудаковатых ассириологов. Двадцать лет подряд
просидел Вейднер вторым редактором в "Берлинер иллюстрирте цайтунг",
редактируя развлекательные романы и кроссворды. В эти же годы он опубликовал
ряд серьезных статей, посвященных проблемам ассирийской хронологии, и был
издателем международного научного листка, выходившего тиражом всего в
несколько сот экземпляров, который выписывали университеты и
специалисты-ученые. И только в 1942 году он принял предложенную ему кафедру
в одном из австрийских университетов к вящему удивлению всех сотрудников
"Берлинер иллюстрирте", которые даже не подозревали, что сидели на
протяжении двадцати лет в одной комнате с выдающимся ассириологом.
Значение книги Мейснера и всех аналогичных изданий заключается в том,
что такие книги вообще могли быть написаны. Выводы, популярно изложенные в
них, были триумфом науки, триумфом более значительным, чем первая египетская
хронология Лепсиуса. В этих книгах скомпилировано то, что собрали три
поколения энтузиастов-исследователей; они рассказывают не об успехах
какого-либо одного человека, а об успехе, достигнутом благодаря бесчисленным
часам работы в канцелярии французского консульства в Мосуле и в
геттингенской профессорской, под палящим солнцем, между Евфратом и Тигром, и
в маленькой каюте парохода, где при свете качающейся лампы пытался
проникнуть в тайны клинописных текстов некий английский офицер.
Эта кропотливая работа является триумфом археологии именно потому, что
в Двуречье не было почти никаких следов великой цивилизации. Здесь не
сохранилось ни храмов и статуй, как, например, на классической почве Греции
и Италии, ни пирамид и обелисков, как в Египте, здесь не было жертвенных
камней, как в лесах Юкатана и Мексики, которые могли бы рассказать о
гекатомбах умерщвленных. Легенды и сказки бедуинов и курдов не шли дальше
времен Харуна ар-Рашида, - все, что было до этого, скрывалось во тьме
неизвестности, а распространенные здесь сейчас языки тоже не имели,
казалось, никакой связи с языками далекой древности.
Триумф был тем значительнее, что вначале в распоряжении ученых не было
ничего, кроме нескольких фраз Библии, если не считать разбросанных кое-где
холмов, мало сочетавшихся с рельефом песчаной равнины Междуречья, да, может
быть, нескольких глиняных черепков, покрытых странными клинообразными
значками, которые в те времена принимали за орнамент; как заметил некий
наблюдатель, эти знаки были похожи на следы птиц, пробежавших по мокрому
песку.