Баландин Р. Сто великих гениев

ОГЛАВЛЕНИЕ

КРОПОТКИН
(1842—1921)

Князь Петр Алексеевич Кропоткин родился в Москве в семье генерала, потомка Рюриковичей; окончил Пажеский корпус с отличием, был камер-пажом Александра II. Его ждала блестящая карьера. Он выбрал службу в Амурском казачьем войске, совершил ряд трудных экспедиций, открыл неведомые ранее горные гряды, вулканические области, Патомское нагорье в Забайкалье; уточнил сведения о географии и геологии Сибири, Дальнего Востока. Вернувшись в 1867 году в Петербург, работал в Русском географическом обществе, путешествовал по Швеции, Финляндии. Учился на физико-математическом факультете Петербургского университета, зарабатывал на жизнь публицистикой и в то же время вел просветительскую и революционно-пропагандистскую работу среди рабочих (был народником). Арестованный и заключенный в Петропавловскую крепость, написал классический труд «Исследования о ледниковом периоде».
Ему удалось совершить дерзкий побег из тюремной больницы. 40 лет провел в эмиграции. Сотрудничал в «Британской энциклопедии», публиковал научные труды: «Взаимная помощь как фактор эволюции», «Великая Французская революция», «Хлеб и воля», «Современная революция и анархия», «Идеалы и действительность в русской литературе», «Этика», а также биографические «Записки революционера». После Февральской революции 1917 года вернул-
ся в Россию. Умер в городе Дмитрове (Подмосковье), похоронен на Новодевичьем кладбище.
У этого человека — что случается в мировой истории нечасто — не было расхождений между интеллектуальной и практической деятельностью, словом и делом, нравственными идеалами и поведением, образом жизни и образом мыслей, убеждений.
Оскар Уайльд сказал о нем: «Человек с душой того прекрасного. Христа, который, кажется, идет из России», — считая его одним из двух по-настоящему счастливых людей из всех, кого он знал, и даже написал сказку «Счастливый принц» (т.е. князь), аллегорически показав радость дарить людям добро, даже ценой собственных лишений.
Судьба Кропоткина контрастна чрезвычайно: сын богатого помещика стал интеллигентом-пролетарием, который жил только своим трудом; князь — анархистом, революционером; камер-паж императора — бесстрашным путешественником и замечательным ученым. Он жил словно наперекор всему тому, что принято считать в обществе желанным, чего добиваются всеми путями (преимущественно нечестными): карьера, богатство, положение в обществе, почетные звания и награды. Его пример со всей определенностью доказывает верность высказывания Канта: не надо стремиться к счастью; надо быть достойным счастья.
Анархия — это свобода. Так учил Кропоткин. Его с полным основанием можно причислить к ярко выраженным персоналистам. Человеческая личность была для него высшей ценностью.
У Кропоткина личность выступает как малая часть и в то же время самостоятельный и равноправный партнер не только общества, но и Вселенной. Это утверждал и'До-стоевский, но с одним существенным отличием: он верил в Бога, тогда как князь был атеистом.
Одна из важнейших целей религиозного мировоззрения — дать основания нравственности. Не только высказать некие этические нормы, но и утверждать их абсолютный характер, их высшее происхождение. Научное мировоззрение Кропоткина тоже основывалось на «сверхчеловеческом» происхождении нравственности, но не от Господа, а от природы. Достоевс-
кий, как известно, утверждал: если люди отрекутся от Бога, то вольно или невольно поставят себя на его место и станут жить по принципу «все дозволено» в неутолимой жажде личных материальных благ. Человеческая жизнь оборачивается потребительством без нравственных идеалов.
Чем же возразил Кропоткин на этот довод. Самым убедительным образом, действием, собственной жизнью Но он пытался исследовать проблему нравственности и с научных позиций. В этих исканиях он не был первым. Еще Чарлз Дарвин и Герберт Спенсер исследовали естественные истоки чувства добра, взаимопомощи. Известный ботаник Андрей Бекетов, с которым в молодые годы дружил Петр Кропоткин, писал о «взаимодействии» в природе. Очень сильное впечатление произвела на Кропоткина опубликованная в научном журнале речь петербургского профессора зоолога Карла Федоровича Кесслера «О законе взаимной помощи». По утверждению Кесслера, «взаимная помощь — такой же естественный закон, как взаимная борьба; но для прогрессивного развития видов первая несравненно важнее второй».
Еще во время своих трудных сибирских путешествий Кропоткин впервые задумался: в чем же заключается борьба за существование? В степях Южной Сибири он видел процветающие многочисленные колонии грызунов, свистом оповещавших друг друга о приближении опасности На его глазах десятки тысяч косуль форсировали могучий Амур, держась стадами. Немало известно случаев, когда вожак обезьян, рискуя жизнью, защищает своих подопечных. А отчаянная самоотверженность самок, спасающих детенышей?
Множество подобных примеров собрал Петр Алексеевич в своей книге «Взаимная помощь как фактор эволюции». Он показал, что в трудных природных условиях происходит общее ослабление той части данного вида, которая выдержала испытание «Никакая прогрессивная эволюция видов не может быть основана на подобных периодах острого соревнования», — сделал он вывод. И продолжил' «А потому объединяйтесь — практикуйте взаимную помощь! Она предоставляет самое верное средство для обеспечения наибольшей безопасности, как для каждого в отдельности, так и для всех вместе она является лучшей гарантией для существования и прогресса физического, умственного и нравственного Вот чему учит нас Природа; и этому голосу Природы вняли все те животные, которые достигли наивысшего положения в своих соответственных классах. Этому же велению Природы подчинился и человек — лишь вследствие этого он достиг того положения, которое мы занимаем теперь».
Кропоткин обобщал данные науки: «Любовь, симпатия и самопожертвование, конечно, играют громадную роль в прогрессивном развитии наших нравственных чувств. Но общество... зиждется вовсе
не на любви и даже не на симпатии. Оно зиждется на сознании — хотя бы инстинктивном — человеческой солидарности взаимной зависимости людей. Оно зиждется на бессознательном или полуосознанном признании силы, заимствуемой каждым человеком из общей практики взаимопомощи; на тесной зависимости счастья каждой личности от счастья всех и на чувстве справедливости».
Выходит, сама природа учит людей добру, сочувствию, справедливости. Но каким образом она это делает? Американский генетик Добржанский предположил, что существуют молекулярные структуры, которые передают по наследству признаки, полезные для вида, популяции, сообщества организмов даже в ущерб индивидам. Советские ученые В.П. Эфроимсон и Б Л. Астауров, опираясь на идею Кропоткина, привели ряд доказательств врожденного характера, некоторых черт социального поведения Однако до сих пор эту закономерность все-таки нельзя считать безупречно обоснованной.
В одном Кропоткин безусловно прав, взаимопомощь в самых разных формах является важнейшим качеством для всего живого, в значительной мере определяя прогрессивную эволюцию видов, а у животных — цефализацию (развитие головного мозга). Это проявляется уже во взаимном «тяготении» полов, а также в заботе родителей о потомстве, обучении, объединении в сообщества. Вряд ли тут дело в молекулярных закономерностях Наследственные качества и признаки, конечно, играют свою роль, но скорее всего не в виде некоего «гена дружелюбия, сочувствия» или чего-то подобного.
Каждое живое существо, каждый из нас представляет собой содружество множества самых разнообразных клеток и органов. Когда, они находятся во взаимной гармонии, взаимопомощи, человек жив и здоров. Когда согласие нарушается, наступает болезнь и смерть. Наш мозг, например, объединяет миллиардов нервных клеток, делающих совместную работу Каким образом, каким чудом смог организоваться такой великолепный ансамбль?
На этот вопрос Кропоткин ответил в самом общем виде так. «Если мы знаем что-либо о Вселенной, о ее прошлом существовании и о законах ее развития; если мы в состоянии определять отношения... между расстояниями, отделяющими нас от Млечного Пути и от движения Солнца, а также молекул, вибрирующих в этом пространстве, если наука о Вселенной возможна, это значит, что между этой Вселенной и нашим мозгом, нашей нервной системой и нашим организмом вообще существует сходство структуры»
Исходя из этого положения, которое соответствует античному единству космос-микрокосм (в индуизме Брахман—Атман), Кропоткин возражал против идеи Спенсера о неизбежности непознаваемого. «В природе нет ничего, что не находит себе эквивалента в нашем мозгу — частичке той же самой природы» Следовательно, де-
лал он вывод, нет оснований утверждать, будто что-то «должно всегда оставаться неизвестным, то есть не может найти своего представления в нашем мозгу».
Надо отметить одну существенную некорректность этих рассуждений Петра Алексеевича. Убеждение в том, что нет ничего непознаваемого, — тоже гипотеза, основанная на вере. Для естествознания и то, и другое мнение не имеют принципиального значения. Это проблема философская. Как проблема бытия или небытия Бога — религиозная, философская, но не научная. Отвергать религию как «излишество», конечно, можно. Только придется согласиться, что это излишество сопровождало человечество на протяжении многих десятков тысячелетий, включая труднейшие времена ледниковых эпох. Значит, в этом была насущная потребность; значит, это необходимо...
Философию, в отличие от религии, Кропоткин не отвергал. Но порой понимал ее задачи узко: обобщение научных данных. Он считал, что настало время создавать-«синтетическую мировую философию, включая сюда жизнь общества». Она должна отвергнуть идеи бессмертия души, особой жизненной силы и творца. «Мы должны низвергнуть третий фетиш — государство, власть человека над человеком Мы приходим к предвидению неизбежности анархии для будущего цивилизованного общества». Значит, философия XX века, заключил он, «станет анархической».
«Государство., покровитель мироедства, заступник хищничества, защитник собственности, основанной на захвате чужой земли и чужого труда! Тому, у кого ничего нет, кроме рук да готовности работать, тому нечего ждать от государства». Он высказывал и некоторые сомнения в возможности реализовать коммунистические идеалы: «Хватит ли у современных образованных народов достаточно строительного общественного творчества и смелости, чтобы использовать завоевания человеческого ума для всеобщего блага — трудно сказать заранее». Он надеялся на «всеобщий, мировой закон органической эволюции, вследствие чего чувства взаимопомощи, справедливости и нравственности глубоко заложены в человеке со всею силою прирожденных инстинктов; причем первый из них, инстинкт взаимной помощи, очевидно, сильнее всех, а третий, развившийся позднее первых двух, является непостоянным чувством и считается обязательным. Подобно потребности в пище, убежище и сне, эти три инстинкта представляют инстинкты самосохранения».
С детства он остро ощущал природу поэтически, без логического анализа: «Бесконечность вселенной, величие природы, поэзии и вечно бьющаяся ее жизнь производили на меня все большее и большее впечатление, а никогда не прекращающаяся жизнь и гармония природы погружали меня в тот восторженный экстаз, которого так жаждут молодые натуры». В то же время он был, что называется, рационалистом и с наибольшим интересом занимался в Пажеском корпусе математикой, физикой и астрономией. Стремился проверить алгеброй гармонию мироздания. У него была склонность к четкой законченной модели мира в стиле «Математических начал...» Ньютона, но только без Бога. Холодный рассудок не подавлял в нем восторженных движений души: «Непрестанная жизнь вселенной... сделалась для меня источником высшей поэзии, и мало-помалу чувство единства человека с одушевленной и неодушевленной природой... стало философией моей жизни».
Если человек — малая часть Вселенной и сходен с ней по структуре, то он, как говорили древние, — микрокосм. В таком случае надо признать, что изумительно сложное и гармоничное мироздание обладает свойствами живого и разумного сверхорганизма.
Прямые высказывания на этот счет у Кропоткина не выходили за границы сугубо научных представлений. В «Этике» он писал:
«Наши понятия о жизни так расширились: что мы привыкаем теперь смотреть на скопления вещества во вселенной — твердые, жидкие, газообразные (таковы некоторые туманности звездного мира) — как на нечто живущее и проходящее те же циклы развития и размножения, какие проходят живые существа». А говоря о высоком вдохновении и провидениях великих поэтов, он ссылался на чувство «общения с Космосом и единения со всем человечеством».
В то время, более ста лет назад, подобная позиция была характерна для мистиков (можно упомянуть и великого хирурга Пирогова). У них она определялась верой в иной, нематериальный мир, в инобытие, бессмертие души. Кропоткин подобные взгляды категорически отвергал. Свои воззрения он основывал на естествознании. Казалось бы, ему следовало присоединиться к выводам дарвиниста Т. Гексли, который отделял космический процесс природы и нравственные явления, свойственные лишь человеку, достигшему определенного уровня культурного развития: Природа вне морали, высоких принципов добра и справедливости; здесь господствует «кровавая схватка зубами и когтями»; «космическая природа вовсе не школа нравственности, напротив того, он главная штаб-квартира врага всякой нравственности».
Но Кропоткин доказывал нечто прямо противоположное: «Нравственное начало в человеке есть не что иное, как дальнейшее развитие инстинкта общительности, свойственного почти всем живым существам и наблюдаемого во всей живой природе». Во всей? Выходит, основы добра и красоты присутствуют в космическом порядке? Но как такое возможно без участия Разума? Не может быть космический порядок, включающий добро и красоту (осознание которых человеком определялось законами природы), возникнуть случайно? В таком случае он не сохранил бы устойчивость, вновь вернувшись к хаосу. Если этого не происходит, следует говорить о естественных свойствах Вселенной, присущих ей изначально.
В своих рассуждениях Кропоткин предпочитал держаться подальше от гипотез. Сказывался характер естествоиспытателя, озабоченного прежде всего обобщением фактов. На этом пути он поднимал неожиданные проблемы. Например, попытался обнаружить природные основы понятия о справедливости. На первый взгляд, сама постановка вопроса совершенно некорректна. Для природы одинаково приемлемы мгновения и вечность, атом и звезда, жизнь и смерть организма; справедливость придумали люди, соединенные в сообщество и начинающие сознавать права и достоинства личности. И все-таки, оказывается, вовсе не исключается природная биологическая основа даже такого сугубо человеческого понятия: «Склонность нашего ума искать «равноправия» не представляет ли одно из следствий строения нашего мыслительного аппарата — в данном случае, может быть, следствие двустороннего или двухполушарного строения нашего мозга? На этот вопрос, когда им займутся, ответ получится, я думаю, утвердительный», — предположил Кропоткин.
По его мнению, мозг работает, как теперь говорят, в режиме диалога благодаря тому, что состоит их двух полушарий, а продуктивный диалог возможен только при равенстве «собеседников».
В XX веке выяснилось, что полушария отчасти выполняют разные функции. Однако своеобразное двуединство мозга в здоровом организме сохраняется. И происходит это, по словам Кропоткина, потому, что «в нас говорит эволюция всего животного мира». Она длится уже сотни миллионолетий. Поэтому «наше нравственное чувство — природная способность, совершенно так же, как чувство осязания или обоняние».
Убедительно? Вряд ли. Возникает порочный круг: нравственность (взаимопомощь, справедливость, самоотдача) возникла в результате биологической эволюции, а важнейшим фактором эволюции является взаимопомощь, нравственность. Непонятен способ, благодаря которому земные организмы обрели такое качество. Неужели еще на стадии микробов или вирусов? Или простейшая форма размножения путем делания одноклеточного организма надвое уже определяла «родственные связи» двух половинок, ставших самостоятельными существами? И тогда чувства любви, сострадания, справедливости есть проявление эгоизма, но только не личного, а семейного, родового, всечеловеческого, всеобще-животного...
Поясню эту мысль. От каждого из нас в глубины миллиардоле-тий тянется непрерывная линия предков. Следовательно, мы сохраняем родственные связи не только с представителями своего племени, народа или всего рода человеческого, но и с приматами, млекопитающими, рептилиями, земноводными, рыбами, многоклеточ-
ными, одноклеточными. Вот и относимся к ним соответственно, «по-родственному»... Завет «возлюби ближнего как самого себя» в таком случае утверждает не только самоценность и равенство личностей, но и их единство (или глобально — единство всего живого). Получается: помогай ближнему, потому что он является твоим близким или дальним родственником.
...Идея анархии утверждает свободу личности — вне систем господства и подчинения. Согласно этим взглядам, любой человек находится как бы в центре мира. И если судить по собственному опыту, так оно и есть. Каждый из нас видит мир своими глазами, осмысливает своим умом. Солнце и небосвод с мириадами звезд вращаются вокруг одного центра, которым является каждый из нас, любой разумный наблюдатель. Но нет общего центра. По словам Кропоткина, «ни одна наука — ни астрономия, ни физика, ни химия, ни биология, не доказывают необходимость власти, нигде в природе нет единого управляющего центра, а всюду и везде мы видим лишь взаимодействие различных сил, координации разнообразных движений».
Действительно, вряд ли существует геометрический центр Вселенной. Однако есть галактики, вращающиеся вокруг своих внутренних центров, есть планеты, кружащиеся вокруг солнц, или электроны — вокруг атомных ядер. У сообществ животных обычно есть вожаки, у муравьев — царица», да и у людей издавна были «начальники» и «подчиненные». Взаимопомощь, конечно, преобладает — иначе общество разрушилось бы из-за междоусобиц. Но все-таки существуют и распри, зависть, ненависть, взаимное истребление... Кропоткин недооценивал наличие в природе, обществе, душе человеческой сил, нарушающих гармонию.
Ему чужды были низкие чувства и помыслы. О солидарности трудящихся, о справедливости писал не обделенный судьбой бедняга, а человек, по рождению, образованию и положению принадлежавший к высшей аристократии. Он необычаен и славен не только тем, чего достиг, но и от чего отказался: от богатого наследства, высоких должностей при царском дворе, даже — от почетного научного поста, позволявшего плодотворно продолжать географические и геологические исследования. Во имя идей свободы, справедливости и братства он стал революционером Вернувшись в Россию, он отказался стать министром Временного правительства; Октябрьский переворот не признал; резко выступал против белого и красного террора, диктатуры большевиков. Он писал: «Эта попытка построить коммунистическую республику на основе строго централизованного государства под железным законом партийной диктатуры в конце концов потерпит банкротство».
...Главнейшая задача общества справедливости — предельно полно раскрыть творческие потенциалы каждого. Так считал Кропот-
кин. А раскрывается человек не на пути приспособления к окружающей природной и социальной среде, а в свободных исканиях правды, созвучной его духовному строю, который, в свою очередь, остается отзвуком гармонии мироздания.
Урок жизни Кропоткина очень поучителен. По-видимому, этому человеку удалось постичь или прочувствовать какие-то глубочайшие истины, быть может, не высказанные в книгах, а присутствующие в окружающей и пронизывающей нас природе, дарованные нам поистине свыше, отражающие качества Вселенной как живого прекрасного и разумного организма.
башмаках был настоящим рыцарем, сражавшимся за справедливость, свободу и человеческое достоинство. Он велик не телом с грудой мышц, не огромным капиталом, ловким владением техникой, знанием научных хитроумностей. Он хрупок, миниатюрен, беден, неумел, не обременен образованием. Но именно он — полноценный человек.
Судьба не балует бродягу Чарли. Приходится ему то и дело попадать в опасные передряги, убегать от полицейских, вступать в схватку с громилами, бандитами. У него нежное сердце, он влюбчив, наивен и прост, не привык унывать и всегда готов помочь.

ЧАПЛИН
(1889-1977)

Сальвадор Дали как-то высказался: «Надеюсь, никто не посягнет на мой высший титул — титул шута. Шутом был Чарли Чаплин, а ведь повсеместно признано, что он воплотил эпоху. Так что вообразите, что Чарли Чаплин но только шут, а кроме того рисует, пишет картины, ставит спектакли, то есть делает все то, что делаю я, это уже непревзойденная степень гениальности...»
Да, художник Дали десятилетиями играл роль шута, эпатируя, развлекая, привлекая к своей персоне почтеннейшую публику (в основном состоятельную) и создавая себе рекламу. Но допустимо ли сказать нечто подобное о Чаплине? Знаменитые комики немого кино стремились вызвать смех в зрительном зале, и некоторым это удавалось с блеском. Но разве этим славен Чарли? Почему он достоин войти в число избранных гениев всех стран и народов?
По словам выдающегося великого режиссера С. Эйзенштейна, «Чаплин равноправно и твердо становится в ряд величайших мастеров вековой борьбы Сатиры с Мраком — рядом с Аристотелем из Афин, Эразмом из Роттердама, Франсуа Рабле из Медона, Джонатаном Свифтом из Дублина, Франсуа Мари Аруэ де Вольтером из Ферне. И даже, быть может, впереди других, если принять во внимание масштаб Голиафа фашистской Подлости, Злодейства и Мракобесия, которого сокрушает пращей смеха... Чарлз Спенсер Чаплин».
Верно отметил в 1944 году советский писатель Илья Эренбург: «Не высокие институты Запада, не философы и мудрецы, а комедиант отстаивал человека. Его принимали за клоуна. Он был рыцарем».
Этот маленький смешной человечек в котелке, с усиками, тросточкой, в мешковатых штанах и непомерно больших стоптанных башмаках.
ближним (хотя ему редко кто помогает). Это — Дон Кихот Нового времени. Рыцарь Печального Образа, воспитанный не на романах, а в жестокой школе жизни.
Вот эпизод из его фильма «Пилигрим». Чарли бежит из тюрьмы, переодевается в одежду пастора, случайно оказывается у прихожан в провинциальном городке и вынужден прочесть им проповедь. Он рассказывает библейскую притчу о Давиде и Гелиафе. Самодовольный гигант, потрясающий мечом, с презрением смотрит вниз, на Давида. А тот, поглядывая наверх, деловито берет пращу, кладет туда камень, раскручивает оружие и... Камень пробивает череп Голиафа навылет, великан падает, Давид отсекает ему голову, подбрасывает ее и поддает ногой, как мячик.
Все это показано без единого слова (кино-то немое!) — стремительно, ярко, образно, убедительно и смешно. Завершается сцена тем, что какой-то мальчишка, забыв, что находится в храме, вопит от восторга и аплодирует. Мнимый пастор, войдя в роль, раскланивается и игриво убегает с паперти, словно балерина, исполнившая номер, и вновь возвращается, посылая ошеломленным прихожанам воздушные поцелуи. Не забывает он и о гонораре, пытаясь взять церковную кружку, куда градом посыпались монеты.
Пилигрима приглашают в богатый дом. Туда же проникает грабитель, забрав ценности, однако Чарли отнимает их и отдает владельцам. Тут шериф узнает в нем разыскиваемого беглеца. Судя по безупречному поведению бескорыстного Чарли, ясно, что посадили его несправедливо. Понимая это, шериф, делая вид, будто отводит преступника в тюрьму, доставляет его к мексиканской границе и отпускает. Но честный Чарли не убегает, а продолжает идти рядом с шерифом, который едет верхом. Шериф припускает лошадь, но Чарли не отстает. Раздосадованный шериф посылает его за границу, предлагая нарвать цветов, а сам поворачивает коня обратно. Его сзади окликает Чарли, бегущий во всю прыть с букетом в руке. Шерифу ничего не остается, как вновь подвести наивного чудака к границе и дать ему мощный пинок в зад.
Получив такую «путевку в жизнь» и обретя свободу, Чарли тотчас все понимает. Он счастлив, готов обнять весь мир... Вдруг откуда-то из кустов возникают вооруженные мексиканцы, начав яростную перестрелку. Ужас! Куда бежать? И Чарли мчится вдоль границы, по одну сторону которой несправедливый буржуазный порядок, а по другую — бандитизм и своенравие...
Мы вспомнили лишь два небольших эпизода одного чаплинского короткометражного фильма. Число подобных примеров можно увеличить в сотни раз. Но Чаплина лучше один раз увидеть, чем сто раз о нем услышать. Тем, кто его понимает — а таких десятки, сотни миллионов — он сообщает очень и очень многое, забавляя, веселя и поучая одновременно, вызывая «чувства добрые». И это несмотря на то, что множество его находок, трюков с той поры использовали самые разные режиссеры и артисты. Все равно Чаплин по-прежнему остроумен и нов, потому что вызывает особый смех — сочувствия, понимания, очищения. (Если в наше время молодежь выбирает себе других кумиров и не способна проникнуться чаплинским духом, это свидетельствует о тяжелом недуге технической цивилизации, теряющей человеческий облик.)
Несколько слов о биографии Чарлза Спенсера Чаплина. Он родился в Лондоне в семье артистов мюзик-холла (его бабушка по отцовской линии была цыганкой), с детства выступал на сцене.
В 1907 году с труппой гастролировал в США как комик-мим, был приглашен сниматься в кино. Он сравнительно быстро создал образ-маску «маленького чело-
века». Как писал он позже, «хотя моя работа сильно стилизована, но она всегда была пронизана человечностью. Началась она как чистейший фарс, а затем вылилась в создание почти нормального человеческого характера». Его герой стал популярен и любим зрителями. Большим успехом пользовались его «короткометражки», в частности «Малыш». С 1923 года на своей киностудии он стал создавать полнометражные фильмы: «Парижанка», «Золотая лихорадка» (1925), «Цирк», «Огни большого города» (1931). Чаплин едко высмеивал механизированный бездушный мир капитала с его погоней за деньгами («Новые времена», 1936). В фильме «Диктатор» (1940) смело высмеял А. Гитлера, Г. Геринга, Б. Муссолини.
После войны в США его преследовали как сторонника коммунистов (хотя ни в какие партии он не входил). Он вынужден был переехать в Швейцарию. Его послевоенные произведения: «Месье Верду», «Огни рампы», «Король в Нью-Йорке», «Графиня из Гонконга» (1967), где он сыграл эпизодическую роль и написал музыкальную тему, ставшую очень популярной (в ней слышатся печаль прощания).
Многое в гении Чаплина определило детство, проведенное в лондонских трущобах. Он вспоминал: «Уродливые контуры берегов реки портили пейзаж. Половина моего детства прошла среди шлака и мусора этих закопченных пустырей».
Он был необычайным тружеником, многократно переделывая отснятый материал, добиваясь предельной выразительности и доходчивости. Даже в пожилом возрасте сохранял ясность ума и прекрасную память.
Чаплин оставил книгу воспоминаний. О нем написано очень много работ. Например, интересная обстоятельная монография А.В. Кукаркина «Чарлз Чаплин» или англичанина Д. Робинсона «Чарлз Чаплин. Жизнь и творчество». Последней, увы, предпослана неприятная статейка известного — из бывших советских — кинорежиссера, который повторил кощунственное сравнение Сталина с Гитлером (в связи с чаплинским «Диктатором») — клевету не столько даже на руководителя СССР, сколько на советский народ, под его руководством создавший великую державу и разгромивший фашизм. Об этом приходится писать, потому что рухнул СССР прежде всего из-за внутренних врагов; идею коммунизма они стали всячески опошлять и высмеивать. А Чаплин, подобно всем настоящим гуманистам Запада, надеялся, что Советский Союз (при всех его недостатках) прокладывает путь в общество свободы, равенства, братства и справедливости. Он говорил: «Я не коммунист, но поддерживаю коммунистов всей душой». Его поступки и творчество полностью подтверждают эти слова. Недаром же ЦРУ США вело расследование его «подрывной антиамериканской» деятельности.
Действительно, фильм «Новые времена» — едкая и точная сатира на буржуазное общество эпохи технической цивилизации. В одной из американских статей говорилось: «Чаплина упрекают в том, что никогда еще он не был так резок, так строптив. Находят, что нынешнее его политическое направление совсем близко к коммунизму. Ему не прощают того, что он яснее чем когда-либо заявил себя врагом крупных промышленников и полиции».
Справедливости ради надо сказать, что значение этого и многих других фильмов Чаплина вовсе не ограничивается разоблачением бесправия, страданий и унижений «простого человека» в буржуазном обществе. Чаплин поднимается до более высоких обобщений, показывая трагедию человека в технической бесчеловечной цивилизации.
...У многих его шедевров автором сценария, режиссером, композитором, актером, продюссером был один и тот же, человек: Чарлз Спенсер Чаплин. А созданный им образ Чарли остается живым для новых и новых поколений (чудесное достоинство кинематографа!). Он не устареет до тех пор, пока у обитателей Земли не угаснет любовь к людям и сочувствие к их нелегкой жизни, пока будут в чести стремление к справедливости и сохранению человеческого достоинства.
А он высказывался о своей работе без пиетета:
— Откуда берутся идеи? Только из упорных поисков, граничащих с одержимостью. Для этого человек должен обладать способностью мучиться и не утрачивать увлеченности в течение длительных периодов. Может быть, для некоторых людей это легче, чем для других, хотя я сильно сомневаюсь в этом.
— Все, что может такой человек, как я, — это разоблачать зло, предоставляя тем, кто способен на большее, миссию решать сложные проблемы современной жизни.
— Одна лишь правда в искусстве живет вечно.

НЕВЕДОМЫЙ ГЕНИИ

Мы выбираем величайших гениев, согласуясь о общественным мнением, отчасти по собственному произволу. И тот и другой принцип не гарантирует от ошибок и упущений. Однако в любом случае в наш перечень не попадут, возможно, самые достойные: те, кто оставил первые великолепные наскальные росписи, разработал — сам того не ведая — основы языка и арифметики, проводил первые астрономические наблюдения, использовал огонь для выплавки металла...
Перечень можно значительно расширить. Он демонстрирует одну важную закономерность, наиболее крупные, основополагающие достижения в разных видах деятельности принадлежат отдельным племенам и народам. Люди сообща создавали материальную и духовную культуру, не заботясь о приоритетах и не выпячивая личного вклада. В конце концов — так было во все века, остается и ныне — что бы мы ни создали, это остается продолжением предыдущих свершений.
С другой стороны, есть признанные гении, о которых почти ничего не известно, а в некоторых случаях оспаривается даже само их существование. О них придется упомянуть особо.
В исторический период (когда возникла государственность и была разработана письменность) одним из первых выдающихся деятелей культуры был Имхотеп. Он жил в Египте, в Мемфисе, около XXVIII века до н.э., был зодчим, инженером, медиком, государственным деятелем, руководил всеми крупными строительными работами при фараоне Джосере. В частности, создал монументальный комплекс-усыпальницу для своего властелина — первую пирамиду Египта ступенчатой формы и высотой 60 м.
Среди сооружений заупокойного комплекса Джосера сохранилась стена с рельефными полуколоннами, увенчанными стилизованными изображениями бутонов лотоса. Творения Имхотепа отличаются простотой, величием и красотой, что характерно для последующего развития египетокой культуры. Имхотепу пришлось изобретать способы добычи, доставки и укладки крупных каменных блоков пирамиды. Кроме того, его считали основателем астронимии и медицины. О его искусстве врачевания сохранились легенды, а Имхотета древние греки отождествляли с богом медицины Асклепием.
Почти ничего не известно о Заратуштре (Зороастре, Заратустре), древнеиранском поэте, философе, религиозном мыслителе. Жил он в конце II — начале I тысячелетия до н.э. Ученые полагают, что он — не легендарная, а реальная личность, хотя ни время его жизни, ни место рождения точно не известны. Его поучения вошли в первую часть древнеиранского религиозного сборника «Авеста» (в
переводе — «Весть»). Судя по имени, Заратуштра происходил из знатной семьи арийского (древнеиранского) племени. Местом его рождения называют Восточный Иран или Среднюю Азию, а то и Южный Урал или Северный Кавказ. Первоосновой всего он называл свет, огонь, а также мудрость, разум (просветляющие человека). Воплощает светлые начала добрый дух Ахура-Мазда. Ему противостоит злой демон тьмы и лжи Анхра-Манью. Первый — покровитель жизни, второй — владыка смерти. В конце времен зло обречено на поражение.
По-видимому, Заратуштра подвергался преследованиям. Ведь он утверждал, что главное не обряды и молитвы, а образ жизни. Это вряд ли нравилось жрецам и не было понято язычниками. Изгнанный из родного племени, он нашел приют у персидского царя. Погиб Заратуштра в возрасте 77 лет: во время молитвы его заколол кинжалом в спину жрец. Его учение стало государственной религией парфянских царей Аршакидов империи Сасанидов. Отзвуки его сохранились в иудаизме, христианстве, исламе. Сейчас его последователей немного, это — парсы. Они поклоняются небу, горам, огню, воде, светлому духу и его пророку Заратуштре, имя которого стало широко известно в Европе благодаря сочинению Ф. Ницше «Так говорил Заратустра», воспевающему индивидуализм и сверхчеловека. А Заратуштра учил: «Истина — лучшее благо», основа добродетели — добрая мысль, доброе слово, доброе дело.
О наиболее прославленном греческом поэте Гомере (VIII или VII века до н.э.) достоверных сведений практически нет. Существует мнение, что это либо легендарная личность, либо псевдоним собирателей эпоса. Обычно изображают его слепым старцем, который рассказывает нараспев свои грандиозные поэмы. Вряд ли он был слеп от рождения. Местом его рождения предполагают город Смирну в Малой Азии или остров Хиос. Считается, что одна поэма («Илиада») принадлежала Гомеру, тогда как другую («Одиссею») создал его ученик или последователь. «Илиада» повествует о семи неделях Троянской войны (Илион — греческое название Трои), деяниях героев, которым помогают или противодействуют всемогущие боги. Вторая поэма посвящена странствиям одного из героев Троянской войны Одиссея и его необычайных приключениях. Она вдохновляла многие поколения путешественников. «Илиада» нередко была настольной книгой воинов и полководцев (ее брал в походы Александр Македонский). В основе обоих произведений — народные предания и мифы, возникшие в связи с историческими событиями.
Из «Одиссеи»:
...Несказанное там водворяется счастье, , Где однодушно живут, сохраняя домашний порядок,
Муж и жена, благомысленным людям на радость, недобрым Людям на зависть и горе, себе на великую славу.
Из «Илиады»:
Из тварей, которые дышат и ползают в прахе, Истинно в целой вселенной несчастнее нет человека. Сходны судьбой поколенья людей с поколеньями листьев: Листья — одни по земле рассеваются ветром, другие Зеленью снова леса одевают с пришедшей весною. Также и люди: одни нарождаются, гибнут другие, Только тогда, как случится беда, дураки ее видят.
Заслуживает упоминания в ряду великих гениев Фалес Милетский (625—547 г. до н.э.) — греческий философ, астроном, о жизни которого сохранились преимущественно легенды и анекдоты. Ему приписывали предсказание солнечного затмения 28 мая 585 года до н.э. Он предпочитал одиночество, а началом начал считал воду. Рассказывают, что однажды по дороге в свою обсерваторию Фалес не заметил ямы, оступился и упал в нее. Прохожие смеялись: «Собираешься познать то, что на небе, а не видишь то, что находится под ногами». (Он мог бы ответить: глядя постоянно под ноги, не оступишься, но и звезд не увидишь!)
Предполагаемые высказывания Фалеса-
— Бог — это ум космоса, а Вселенная одушевлена и одновременно полна божеств.
— Что трудно? Познать самого себя. Что легко? Давать советы другим.
Пифагор (около 540—500 до н.э ) — прославленный математик, философ, физик, мистик, трудов которого не сохранилось (если он вообще их писал). Родился на острове Самос. Не желая мириться с правлением Поликрата, в юности покинул родину и посетил Египет, Малую Азию, Вавилон. Поселился на юге Италии в городке Кратон, где основал религиозно-философскую общину. Был вегетарианцем, верил в вечность души и ее перевоплощения (возможно, позаимствовав эти идеи у индуистов).
В его школе было разработано учение о числах. Пифагору приписывают определение основных музыкальных тонов, стремление математически выразить соответствия между строем звуков и небесных тел — гармонию космических сфер Интересно, что знаменитая теорема Пифагора была известна на Востоке задолго до него. По-видимому, он первым сообщил о ней европейцам. Уже при жизни он стал легендарной личностью, осененной, как говорили, божественной мудростью.
Может показаться странным, что в число неведомых гениев отнесен Сократ (470—399 до н.э.), о котором так много написано. Од-
нако сам Сократ ничего не писал. О нем и его взглядах известно главным образом из философских диалогов Платона и Ксенофон-та. О степени точности и достоверности таких сообщений остается только догадываться. Родился он в Афинах в семье камнереза и повивальной бабки. Впрочем, не исключено, что, приводя такую родословную, Сократ имел в виду, что пошел по стопам родителей: творя в головах порядок из хаоса и помогая другим порождать мысли. Он вообще любил иносказания.
В молодости служил в армии и участвовал в борьбе с «тридцатью тиранами» — афинским правительством, избранным при участии спартанцев, победивших афинян в Пелопонесской войне. Когда его ученику (впоследствии известному полководцу и авантюристу) Алкивиаду присудили приз за храбрость в сражении, тот сказал, что награду больше заслуживает Сократ, спасший его от смерти. Избранный в афинский совет, Сократ отличался принципиальностью и справедливостью. Жил он в бедности, любил философствовать не только с коллегами, но и со случайными прохожими на базаре. Его жена Ксантиппа, вынужденная заботиться о детях и вести хозяйство, частенько бранила мужа. На вопрос, как он уживается с ней, он ответил: «Она помогает мне ладить с людьми. После нее все они кажутся умными и добрыми». Афинские демократические власти обвинили Сократа в вольнодумстве и «введении новых богов». Он вынужден был по их решению испить чашу с ядом (цикутой).
Рассказы о Сократе таковы, что можно усомниться в их точности. Слишком идеальным получается образ этого философа. Сократический метод дискуссии (диалектики) заключается в изумительном умении наводить собеседника на разумные мысли, порой опровергающие очевидные, казалось бы, истины. То, что человек самостоятельно — по наведению учителя — способен приходить к истине, показывает, насколько важнее знания фактов и мнений культура мышления, умение оперировать знаниями. Сократ полагал — совершенно справедливо! — что добродетель и честность есть первые условия мудрости. А прежде чем познавать мир, он советовал углубиться в свою душу. Сократа осмеял Аристофан в комедии «Облака». Однако образ философа остается одним из наиболее светлых в истории За его неказистой внешностью скрывалась прекрасная благородная душа, мужественное и чистое сердце, ясный ум.
Был ли великим гением Гиппократ (около 460 — около 370 гг. до н.э.) сказать трудно, потому что о его жизни и деятельности почти ничего не известно. Он считается уроженцем острова Коса и потомком династии врачей, ведущих свой род от легендарного Асклепия. Он первым освободил медицинские знания от суеверий, предрассудков и сомнительного самодеятельного целительства (беда, которая преследует массы населения по сию пору). Гиппократ утверж-
дал, что существуют естественные причины болезней, связанные с окружающими природными условиями. Одно его сочинение так и называется: «О воздухе, воде и местности». Поэтому его можно считать не только «отцом медицины», но и предтечей медицинской географии. По мнению Гиппократа, главная задача врача — мобилизовать организм больного для сопротивления недугу. Для этого необходимо учитывать индивидуальные особенности заболевшего. Труды и навыки Гиппократа и его учеников оказали большое влияние на развитие медицины. До сих пор начинающие врачи дают «клятву Гиппократа», провозглашающую принципы гуманности, любви к человеку.
Очень мало известно о своеобразном греческом философе и натуралисте Эпикуре (около 342 — около 270 гг. до н.э.), родившемся на острове Самос в состоятельной, по-видимому, семье. Он был последователем учения Демокрита и в 307 году основал в Афинах школу в превосходном саду («Сад Эпикура»). Учил он не только словами, но и собственным примером. Обычно эпикурейцами называют людей, гоняющихся за наслаждениями, радостями жизни. Однако Эпикур подчеркивал, что плотские удовольствия еще не означают приятную, а тем более достойную жизнь. Более важно — понимать, что хорошо, а что плохо, избегать заблуждений и лжи, быть свободным от телесных страданий и душевных тревог. Считается, что Эпикур написал много сочинений. Однако из всех его трудов сохранилось только три письма (одно — Геродоту) Наиболее популярно и красочно изложены его взгляды в замечательной поэме Лукреция Кара «О природе вещей». Эпикуру приписывают такие высказывания:
— Вселенная всегда была такой, какова она теперь, и всегда будет такой, потому что нет ничего, во что она изменяется: ведь помимо Вселенной нет ничего, что могло бы войти в нее и произвести изменения (мысль мудрая, чуждая современным космогонистам, рассуждающим о «взрыворождении» Вселенной. — Р.Б.).
— Те, кто объявляют душу бестелесной, — бредят.
— С разложением всего тела рассеивается и душа.
Великую силу духа, свободолюбие, мужество и полководческий талант проявил Спартак (I век до н.э.) — вождь крупнейшего восстания рабов в Риме. Предположительно, он был уроженцем Фракии (северо-восток Балканского полуострова). Попав в рабство, стал гладиатором, а затем учителем фехтования в гладиаторской школе города Капуи. В 74 году до н.э. Спартак организовал заговор рабов. Сначала с ним было всего 70 человек, но к ним стали присоединяться другие рабы, и число их достигло десятков тысяч. Спартак обучал их военному делу. Направленные на подавление восставших римские легионы были разбиты. Правда, от основной группы, руково-
димой Спартаком, отделилось десять тысяч человек, которые стали действовать самостоятельно и вскоре были уничтожены. Спартак со своей армией предпринял поход вдоль восточного побережья Италии на север и, не доходя реки По, разгромил войско римлян. После этого почему-то отправился обратно на юг. Неудачей закончилась его попытка перебраться в Сицилию. В 71 году до н.э. в битве при реке Силариус спартаковцы потерпели поражение от превосходящих сил римлян. Вождь рабов погиб в бою, а шесть тысяч сдавшихся в плен были распяты на крестах вдоль Аппиевой дороги.
Наконец, среди избранных гениев человечества достоин упоминания Андрей Рублев — русский живописец, о жизни которого почти ничего не известно. Даже годы жизни предположительны: около 1365 — около 1430-го. По-видимому, родился он в Подмосковье, где и провел большую часть своей жизни Это было время возвышения Москвы, время Сергия Радонежского и Дмитрия Донского. Скорее всего, Рублев был сыном ремесленника, рано ушел в монастырь и освоил труд иконописца. В 1404 году вместе со знаменитым Феофаном Греком и Прохором из Городца расписывал Благовещенский собор Московского Кремля. Между 1422 и 1427 годами создавал иконостас и росписи Троице-Сергиева монастыря. Его имя осталось бы в забвении, если б в начале XX века не была случайно обнаружена его гениальная икона «Троица». Ей чужды пышность и величественность великих произведений западных живописцев Возрождения. Изображены три ангела, образы которых можно толковать по-разному. Возможно, это олицетворение триединства Бога: творческой воли, жертвенного подвига любви и мирового Духа. Или это — единство человека, природы и Бога?
. Тем, кто занят поисками русской национальной идеи (и не могут найти ее в себе), полезно обратиться к рублевской Троице. Автор ее творил не только как личность, но как выразитель духовной сути русского народа. И нелепо думать, будто все сводится к архаичной и убогой триаде «православие, самодержавие, народность». То, что свершил русский народ, воплощено в великих творениях культуры, в «Троице» Рублева.

ТАЙНА ОДАРЕННОСТИ

Говорят, гением надо родиться.
Размышляют: чем объяснить необычайную одаренность?
Задают вопрос: почему этот человек стал гением? Веками люди пытались найти ответ, сначала ссылаясь на незримого духа-гения, осеняющего избранника небес, затем предполагая материальные земные и космические влияния и, наконец, обратившись к генетике, врожденным качествам.
Мы сейчас только коснемся тайны одаренности, не вдаваясь в детали и не претендуя на окончательное решение проблемы.
После заочного, но порой достаточно близкого знакомства со многими гениями (частное свидетельство тому — данная книга), приходишь к выводу, что корректно поставленный вопрос должен звучать так: почему так много людей не становятся гениями?
Если бы все дело было только в генах, то все выдающиеся таланты проявлялись бы в детстве, отрочестве, юности. Подобные примеры есть, но их совсем немного и относятся они к ограниченным родам деятельности. В наиболее интеллектуальных видах (философии, науке, литературе), где от мастера требуется целый комплекс качеств и определенный жизненный опыт, ученические успехи почти не имеют значения. Частенько бывшие троечники со временем значительно обгоняли круглых отличников.
Вряд ли надо доказывать, что создают выдающиеся произведения и выдвигают ошеломляющие идеи незаурядные самобытные личности. Бесспорно, гении — это прежде всего упорный труд, самоотверженность, целеустремленность, любовь к истине. Но откуда берутся, чем определяются эти качества? Что требуется для появления незаурядно одаренной личности?
Об этом у нас уже шла речь. Повторю свою гипотезу. В первом приближении головной мозг имеет триединую структуру. Каждое из полушарий обладает индивидуальностью (левое — более рассудочное, правое — преимущественно эмоциональное). Между ними постоянно осуществляется неуловимый для нас диалог. Словно две личности, вынужденные постоянно сотрудничать, спорить, порой враждовать, приходить к согласию, совместно трудиться.
А еще существует подсознание — хранилище потаенной информации, доступ к которой для рассудка закрыт, ибо оно оперирует образами, аналогиями, метафорами, проявляется как интуиция, предчувствие. Оттуда поступают к нам сигналы, которые мы далеко не всегда способны распознать. Можно воспринять их как озарение, нередко приходящее во сне. Сказано Мариной Цветаевой:
"Мы спим — и вот, сквозь каменные плиты, Небесный гость в четыре лепестка. О мир, пойми! певцом — во сне — открыты Закон звезды и формула цветка".
Взаимодействием трех этих ипостасей нашей триединой личности определяются — во многом — наши возможности, достижения. Конечно, кое что зависит и от врожденных качеств. Аналогия в духе нашего времени: генетический набор — это первоначальный капитал. Все дело в том, как им распорядиться. Один растранжирит крупное наследство, другой преумножит то немногое, что ему было дано. Хотя духовные ценности, в отличие от материальных, предоставляют значительно больше возможностей проявить именно человеческие качества.
«Что легко дается, невысоко ценится», — сказал испанский писатель XVII века Бальтасар Грассиан. Путь преодоления непрост. Двигаться против потока трудней, чем плыть по течению. Проще приспосабливаться, чем преодолевать трудности, проявляя свой характер, знания и умения, прокладывая свой самобытный жизненный путь. Легче всего катиться под уклон (завершается обычно — падением в пропасть).
Но есть, пожалуй, особое качество, свойственное гениям: сверхсознание, расширение пределов собственного «Я», ощущение единства с огромными общностями — предками, народом, великими мыслителями и творцами разных эпох, прежде всего отечественными. Об этом писал, например, в книге «Философия изобретений и изобретение в философии» проницательный мыслитель Иван Латвии: «Великие изобретатели — плоть от плоти и кость от кости народных масс. В них, как в фокусах, сосредотачивается творческая энергия Великого Существа — Человечества».
Гений, преодолевая «земное тяготение» окружающей среды, вязкую топь обыденности, прорывается в Неведомое, совершает духовный подвиг, порою сам того не сознавая. Он расширяет пределы человеческих возможностей.
Быть может, именно гении оправдывают существование многих поколений людей, безвестно уходящих в небытие. И если не всякому достает сил раскрыть все свои творческие возможности, то каждый имеет возможность приобщиться к творениям гениев, воздать им должное, проникнуться их светлым духом разума, добра и красоты.