Общество анонимных алкоголиков. Жить трезвыми

ОГЛАВЛЕНИЕ

19. Быть благодарными

Одна женщина, член А.А., вспоминает, что даже в самые худшие дни своей алкогольной карьеры она никогда не теряла своей веры. "Я всегда твердо, непоколебимо верила в свои несчастья",- объясняла она. "Каждым утром почти что самой первой моей мыслью было - Господи! Хотелось бы знать, в какие новые передряги я попаду сегодня?" Когда кто-нибудь звонил в дверь, она была уверена в том, что е° ждет очередная неприятность. По почте, как она считала, могут прийти только счета или какие-нибудь плохие новости. А когда звонил телефон, она тяжело вздыхала в ожидании нерадостных известий. Такая огромная затрата энергии, направленная на ожидание неприятностей, знакома многим из нас; мылом- ним ту мрачную направленность сознания, которая преобладала в активной стадии нашего алкоголизма. Отчасти это, конечно, объясняется просто фармакологическим воздействием алкоголя, который является вызывающим депрессию наркотиком. Когда мы изгоним из своего организма последние молекулы спиртного, вместе с ними исчезнут и многие мрачные мысли. Однако как мы обнаружили, привычка мыслить таким невротическим и депрессивным образом может сохраняться до тех пор, пока мы не научимся распознавать эти настроения и тщательно искоренять их. Не существует лекарства от бездумного розового оптимизма. Мы отнюдь не представляем дело так, как будто трудностей не существует. Мы также не отрицаем, что время от времени каждому предстоит преодолеть какие- нибудь препятствия. Печаль по-настоящему ранит, как и всякая другая боль. Однако, теперь, когда мы освободились от алкоголя, мы способны в большей степени контролировать свое мышление. Наши мозги не так затуманены, и диапазон наших мыслей стал шире. Те размышления, которым мы предаемся в течение дня, могут серьезно повлиять на окраску нашего сегодняшнего самочувствия - будет ли оно ясным и жизнерадостным или мрачным и унылым. Так как в прошлом слишком многие из наших мыслей были замысловатым образом связаны с нашим прежним образом жизни, включавшем постоянные выпивки, то мы поняли, что было бы лучше пристально изучить наши прежние привычки мышления и найти другое, лучшее применение нашим умственным способностям. Может быть, приводимые ниже примеры не совсем годятся для вас, но даже если слова покажутся вам чужими, возможно, вас затронут знакомые вам ранее эмоциональные переживания, им сопутствующие. Некоторые из этих примеров содержат умышленные преувеличения для того, чтобы смысл сказанного стал безошибочно ясным. Другие, на первый взгляд, могут показаться тривиальными. Тем не менее, многие из нас убедились, что небольшие простые перемены становятся отправной точкой, ведущей к большой цели - устойчивому выздоровлению. Когда любимая нами дочь, начиная учиться ходить, падает, ударяется головкой и громко плачет, достаточно легко можно выяснить - ушиблась она или просто испугалась. Далее, нам предстоит сделать следующий выбор: либо истерически завизжать из-за того, что ваша дочка ушиблась или испугалась, и продолжать переживать над тем, что еще могло случиться, либо сохранить хладнокровие, успокаивать девочку и радоваться тому, что она не получила более серьезной травмы. Когда, после долгой болезни и страданий, умирает наш 90-летний дедушка, мы вновь оказываемся перед выбором. Можно упорно считать, что в ответ на случившееся человеку ничего не остается как безумствовать от горя и ярости или упиваться своим горем и, пожалуй, в обоих случаях напиться. Либо мы можем, помимо нашей печали, вспомнить, что он прожил долгую и в основном хорошую и счастливую жизнь; что мы старались быть добры к нему и уверяли его в своей неизменной любви; что его страдания и несчастья теперь закончились. Сомнительно, чтобы он одобрил наши действия, если бы знал, что мы использовали его смерть как повод для того, чтобы напиться и поставить свое здоровье под угрозу. Когда мы наконец посещаем то место, о котором долго мечтали, то можем занять наши мысли соображениями о неудобствах жилья или о плохой погоде, можем погрустить о том, что прошли добрые старые денечки, или что в нашем распоряжении всего несколько дней или недель. Либо мы можем порадоваться тому, что вообще наконец- то сюда приехали, и к этой одной радости добавить многие другие, которые испытывает человек, если расположен к таким поискам. Мы можем остерегаться такой настроенности, когда в ответ на любое оптимистичное, утвердительное или содержащее похвалу высказывание кто-либо говорит "Да, но..." Какая-либо удача друга или то, что он выглядит не по годам молодо, или то, что человека, благодаря его известности, приглашают участвовать в сборе пожертвований - все это может вызвать искушение сделать кислое замечание: "Да, но..." Но...разве привычка мыслить подобным образом помогала кому-нибудь (включая и нас самих)? Почему бы нам просто не признать существование чего-нибудь хорошего? Разве мы не можем просто порадоваться этому, вместо того, чтобы стараться принизить его значение? Те, кто пытался бросить курить, знают, что перед ними открываются две возможности:

1. Постоянно жаловаться на то, как это трудно сделать. Что-нибудь вроде - "на этот раз не получилось" или "ну, посмотрите, я опять закурил!" Или:
2. Вспоминая о курении, с наслаждением вдыхать чистый воздух, радоваться тому, что не курил целый час, и даже если однажды бессознательно закурил, похвалить себя за то, что бросил сигарету, не докурив до конца.
Если кто-то из нас выигрывает на скачках 500 долларов, тогда как главный приз составлял $50 000, легко здраво отнестись к случившемуся. Потеря главного приза - не повод для переживаний. Нам постоянно предоставляются возможности для выбора такого рода, и наш опыт убеждает нас в том, что ощущение благодарности приносит гораздо больше пользы. С таким настроением гораздо легче оставаться трезвыми. Будет приятной неожиданностью обнаружить, что нетрудно сделать чувство благодарности привычным, если только приложить к этому некоторое усилие. Многие из нас делали такие попытки без особого желания. Но мы должны признать, что результаты свидетельствовали сами за себя. Поначалу едкая циничная реплика так и просится сорваться с языка. Может, придется пару раз сглотнуть про себя, прежде чем удастся выдавить мягкое одобрительное замечание, одно из тех, которое мы называли слащавым в те времена, когда пили. Но вскоре делать это станет намного легче, и такое поведение может оказать сильное и благотворное влияние на наше выздоровление. Жизнь предназначена для радостей, и мы намерены наслаждаться ею. Возвращаясь к воспоминаниям о тех временах, когда мы пили, некоторые из нас находили там какое-либо другое проявление нашего мрачного взгляда на действительность. Но в конце концов и его можно отнести к тем привычкам поведения, которые мы научились изменять. И эти перемены в нашем поведении привели к выработке более оптимистичного отношения к действительности и об- новлению нашего эмоционального мира. Когда находился повод, мы проводили много времени в размышлениях и разговорах о том, как упорствуют в своих ошибках или заблуждениях другие люди. (Ошибались ли они в самом деле или нет, теперь уже не имеет значения, в связи с желанными переменами в нашем отношении к окружающему.) Для некоторых изменения начинаются с предварительного желания подождать и посмотреть, что получится, приняв ненадолго за истину предположение, что другой человек может быть прав. Перед тем как поторопиться с окончательным приговором, мы временно не обращаем внимание на наши доводы, а вместо этого слушаем другого и следим, что из этого получится. Такой метод может убедить нас в том, что мы не правы, а может и не убедить. Это неважно. К какому решению мы бы не пришли, мы, по крайней мере на время, освободились от стремления всегда быть правыми или одержать верх в споре. Мы обнаружили, что искреннее "Я не знаю" может влить в нас новые силы. Если нам легко с собой и нас не слишком беспокоит, что время от времени мы можем ошибаться, то такие слова, как: "Я ошибался, а вы правы", воодушевляют нас. Мы ощущаем свою раскованность и испытываем благодарность за то, что мы открыты к восприятию новых идей. Настоящие ученые всегда относятся со вниманием к новым фактам, которые могут доказать несостоятельность их собственных теорий, это позволяет им отбросить ложные предпосылки и тем са- мым приблизиться к окончательной истине, предмету их устремлений. Когда мы достигаем подобной восприимчивости к новому, то обнаруживаем, что наш неизменный нигилизм начинает улетучиваться. Пожалуй, можно пояснить на примере связь между желанием всегда быть правыми (нигилизм здесь заключается в том, что, согласно нашему восприятию, почти все остальные неправы) и свободой ошибаться - улавливать и использовать новые идеи и чужую помощь для того, чтобы оставаться трезвыми. Многие из нас, когда пили, были годами убеждены в том, что наша привычка пить была вполне безобидной. Это необязательно означало нашу самоуверенность, но когда мы слышали от священнослужителя, психиатра или члена А.А. рассказы об алкоголизме, то моментально соображали, что это не относится к нашим выпивкам, и мы можем обойтись без всего того, что предлагают эти люди. И даже если мы признавали, что у нас имеются кое-какие проблемы, мы были уверены, что сами сможем с ними справиться. Таким образом мы захлопывали дверь, не впускали к себе новую информацию и отвергали помощь. Ну, а за этими дверьми пьянство продолжалось. Не ранее того, как наши беды стали слишком ужасными, а наше состояние слишком безнадежным, мы смогли приоткрыть эти двери слегка, впустить внутрь немного света и позволить наконец помочь нам. Для тысяч из нас одним из самых ярких эпизодов, сохранившихся в нашей памяти и включающих в себя муд- рость слов "быть благодарными", является воспоминание о том, что мы вначале думали и говорили об Анонимных Алкоголиках, когда это Сообщество впервые привлекло наше внимание: 'Это подходит им, но я не настолько плох, так что это не для меня." "Я видел двух бывших членов А.А. пьяными в баре. Из того, что они сказали, я понял, что мне это тоже не поможет." "Я знал парня, который вступил в А.А. Он превратился в сурового, фанатичного, тупого и нетерпимого трезвенника." "Вся эта чепуха и хождение по собраниям А.А. быстро оттолкнули меня. Как бы там ни было, меня никогда не тянуло ни в какие сообщества." Ныне честность заставляет нас признать, что мы потратили больше времени, сосредоточившись на подобного рода негативных ответах и поиске причин, оправдывающих наше пьянство, чем на попытках разобраться в том, что такое АЛ. без предвзятости. Едва ли наша исследовательская работа на этом поприще может быть названа научной. Скорее это был поверхностный и пессимистический взгляд - выискивание того, что нам не нравится. Мы не побеседовали с теми, многими, членами А.А., поддерживающими трезвость, и мы не прочли достаточное количество литературы - как об А.А., так и изданной самим Сообществом. Если нам не нравились какие-то вещи или люди, с которыми мы на первых порах столкнулись в А.А., то мы отвергали все Товарищество в целом. Разве мы честно не пытались присоединиться? (Помните человека, который говорил, что не любит читать? Он как-то раз прочел книгу, и она ему не понравилась!) Теперь ясно, что мы могли бы действовать по-другому. Мы могли бы потратить некоторое время на поиск того, что нам нравится в А.А., чему мы можем следовать, на поиск предложений и идей, с которыми мы согласны. Мы могли бы быть благодарны за то, что АЛ. гостеприимно встречает случайных посетителей и не требует, чтобы они очертя голову бросались в неизвестное. Мы могли бы быть благодарны за то, что в А.А. нет вступительных членских взносов, что там не требуют следовать какому- либо учению или выполнять какие-либо правила и ритуалы. Если некоторые слишком разговорчивые члены А.А. нам не по душе, мы могли бы порадоваться тому, что в А.А. много других, более молчаливых людей или тех, кто говорит то, что нам нравится. Мы могли бы постараться узнать, почему так много знаменитых специалистов год за годом в течение многих лет поддерживают А.А. Наверно, это Сообщество хоть что-то делает как надо! Мы поняли, что умение оставаться трезвыми можно свести именно к такому выбору. Мы могли часами размышлять о причинах, по которым мы хотим или нуждаемся, или намерены выпить. Но ведь это же время можно потратить на то, чтобы выяснить причины, по которым алкоголь вреден для нас, а воздержание полезно для здоровья; мы могли бы также подумать о тех вещах, которые смогли бы сделать, если бы не пили. Каждый из нас делает свой собственный выбор, как ему (или ей) жить. Мы рады, когда еще кто-нибудь принимает такое же решение, как и мы. Но независимо от того, интересуетесь ли вы А.А., мы желаем добра всякому, кто решил каким-либо образом обрести трезвость. Мы храним чувство благодарности за то, что свободны избрать путь, описанный в этой книге.