Глазунова О. И. Логика метафорических преобразований

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава II. АССОЦИАТИВНО-ОБРАЗНОЕ МЫШЛЕНИЕ И ЕГО РОЛЬ В ПРОЦЕССЕ ПОЗНАНИЯ

Норма и идеал, обычное и особенное в метафорическом представлении

Явления и объекты окружающей человека действительности обладают количественными и качественными характеристиками, которые отображаются человеческим сознанием как неотъемлемая часть данной структуры. Степень проявления признаков фиксируется в наиболее частотном из значений как обобщенный показатель, свойственный данному классу объектов в целом. «"Эталон", или "точка отсчета", – это представление, с которым соотносится реальный, воспринимаемый органами чувства признак реального предмета» [Шрамм, 18]. Нормальная температура, нормальный человек, нормальная погода – мы используем показатель нормативности для передачи наиболее типичного признака или сочетания признаков, свойственных объекту. К нормативным характеристикам, обусловленным объективными факторами, относятся физические и технические данные объектов действительности: температура тела человека, содержание сахара в крови, артериальное давление, среднесуточная температура в определенной местности в определенное время, расход бензина на единицу пробега у определенной марки машины и многое другое.
Большинство из нормативных характеристик соответствуют средним показателям, полученным в результате экспериментальных исследований. «Норма – форма равновесия природы» [Арутюнова: 1998, 75]. В качестве нормативных рассматриваются среднестатисти­ческие проявления предикативных и квалификационных признаков, характерные для определенной местности, определенного времени года или определенных объектов: средний уровень выпадения осадков, средний показатель урожайности, средние рост и масса животного в определенный период его жизни, средняя интенсивность цвета и т.д. Как правило, нормативное проявление признака не связывается исключительно с одним количественным значением, а распределяется в рамках, ограниченных минимальным и максимальным показателями. При нормативной температуре тела здорового человека 36,6 С незначительные отклонения типа 36,4 С или 36,9 С воспринимаются как соответствующие его обычному физическому состоянию. Кроме того, при оценке нормативности проявления признака наряду с обобщенными показателями необходимо учитывать индивидуальные особенности организма. Так, например, у некоторых людей в качестве нормальной рассматривается повышенная температура тела или пониженное артериальное давление.
На бытовом уровне нормативность усредненных количественных значений обозначают оценочные прилагательные типа 'нормальный', 'распространенный', 'типичный', 'обычный', 'свойственный' или «слова, относящиеся к сфере классификации и указывающие на принадлежность объекта к классу, элементы которого по качеству не различаются между собой» [Вольф, 51]. Устойчивость проявления признака у объекта действительности вырабатывает у субъекта его восприятия привычку и со временем приводит к тому, что любое, даже негативное, признаковое значение рассматривается в аспекте нейтрального или позитивного к нему отношения. Многие явления действительности расцениваются как отрицательные лишь на первой стадии знакомства с ними, когда у человека еще не выработались средства борьбы с их негативным влиянием. С течением времени любые неблагоприятные обстоятельства человек научился использовать на свое благо. Огонь, который может обжечь, применялся для того, чтобы человек мог согреться и приготовить пищу; холодный лед сохранял пищу в течение долгого времени; твердые куски камня можно было использовать в качестве орудий труда и охоты и т.д. Умение приспособить свойства объектов к своим повседневным нуждам и является тем фактором, который формирует позитивное отношение к ним со стороны человека.
Таким образом, на уровне оценочных значений признак, являющийся неотъемлемой частью объекта или явления действительности, выступает как абсолютная норма по отношению к этой структуре, причем эта норма обладает в сознании носителей языка положительным статусом: огонь (горячий), лед (холодный), стол (ровный), пух (мягкий), молния (яркая), барабан (громкий), бочка (толстая), река (широкая) и т.д. Фразы 'бочка как бочка', 'река как река' в ответ на обращения типа 'Смотри, какая толстая бочка (какая широкая река)' направлены на то, чтобы классифицировать свойственный объекту признак как нормативный: бочка такая, какой должна быть бочка; река такая, какой должна быть река. При абстрагировании признакового значения средний уровень его проявления в сознании носителей языка соответствует интенсивности данного признака у соотносящегося с ним коннотата: горячий, (как огонь).
Сам коннотативный образ не осложнен никакими эмоционально-оценочными факторами, так как выступает как вспомогательная нейтральная структура, предназначенная для отображения признакового значения. «Вещи являются хорошими не потому, что они имеют особое свойство "добро", а в силу того, что этим вещам присущи определенные естественные свойства и существуют социальные по своему происхождению стандарты того, какими именно свойствами должны обладать вещи. Слово "хороший" является заместителем имен естественных свойств, но не именем особого естественного свойства» [Ивин: 1970, 43].
На уровне функционирования языка вне метафорического значения один и тот же признак может обладать как положительным, так и отрицательным статусом. «Субъективный характер оценки проявляется в том, что оценка может зависеть от ситуации или цели высказывания. Так, с определенной целью слова положительной оценки могут … выражать резко отрицательную оценку» [Скляревская: 1997, 173]. По мнению Г.Н.Скляревской, негативные значения могут передаваться с помощью интонации в высказываниях «вот наш умник (о человеке, поступившем глупо)» или «знаем мы его подвиги! (о малодушных поступках)» или выявляться при сопоставлении выражения с описываемой ситуацией. Например, «восклицание Дождь! может содержать положительный оценочный компонент … если ситуация связана с предшествующей длительной засухой» [там же].
На возможный положительный статус отрицательных признаковых значений указывает возможность их сочетания с наречием степени 'достаточно', которое квалифицирует признак с положительной точки зрения как причину для осуществления (неосуществления) определенных целей: достаточно уродлив (чтобы играть эту роль); достаточно грязный (чтобы не выделяться среди других); достаточно старый (не стоит переживать по поводу лишнего пятна) и т.д.
Негативный смысл в предложении могут приобретать и положительные признаки. В пользу этого свидетельствует способность прилагательных, обладающих позитивным значением, образовывать словосочетания с наречием 'слишком', которое указывает на чрезмерное превышение степени проявления признака, не соответствующее требованиям, предъявляемым к нему субъектом речи, и, в конечном итоге, предопределяет отрицательную его оценку: слишком красивый (чистый, новый, умный и т.д.) [26].
Закрепленная за коннотатом нормативность степени проявления признака может не соответствовать уровню его проявления у других объектов или целевым установкам говорящего. При изменении обычного порядка вещей, в случае когда объект или явление действительности выходит из разряда среднестатистических (нормативных), у субъекта речи, зафиксировавшего данное нарушение, возникает необходимость отметить существующий диссонанс с помощью привлечения вспомогательных языковых структур, например метафорического образа, для идентификации не свойственного объекту признака или степени его проявления: 'Глаза сверкали, как молнии'; 'Человек толстый, как бочка (худой, как палка)'.
Коннотативный образ, выступая как эталон по отношению к степени нормативного проявления закрепленного за ним признака, указывает на отклонение от нормы при метафорическом сопоставлении с другими объектами. Собака должна быть злой, свинья должна быть грязной, барабан должен быть громким. Однако при использовании этих признаков в отношении других объектов действительности наблюдается определенный логический диссонанс: человеку не свойственно быть злым или грязным, а громкая музыка вызывает раздражение. Принимая во внимание тот факт, что человеческому сознанию свойственно квалифицировать нейтральные или положительные явления в качестве обычных, нормативных явлений и, следовательно, оставлять их без внимания, большинство метафорических переносов направлены на то, чтобы зафиксировать у объектов негативные проявления признаковых значений.
Ряд предикативных признаков (например, 'щедрый', 'не очень одаренный', 'одинаковый' и т.д.) не соотносится в сознании носителей языка ни с одним коннотативным образом по причине отсутствия в природе объекта, который может выступать в качестве эталона для выражения соответствующей характеристики. В этом случае в языке активно используются предикативные или субстантивные аналитические конструкции: 'последнюю рубашку отдаст', 'звезд с неба не хватает', 'одного поля ягоды'. Используемый в метафорических аналитических конструкциях описательный характер выражения признакового значения в функциональном отношении ничем не отличается от презентации его с помощью коннотативного образа: в качестве символа, отображающего предикативное значение, в этом случае выступает не объект, а ситуация реальной действительности.
Интенсивность проявления признакового значения включает в себя несколько стадий, отражающихся на уровне функционирования языковых единиц с помощью наречий степени и метафорических перено­сов: 'немного жадный' < 'жадный' < 'очень жадный' < 'за копейку удавится'; 'почти щедрый' < 'щедрый' < 'очень щедрый' < 'последнюю рубашку отдаст'. Использование наречия 'почти' в сочета­нии с прилагательными, обладающими позитивным значением, и наречия 'немного' с прилагательными противоположного значения свидетельствует об определенном оптимизме человеческого мышления, который проявляется в стремлении представить негативную характеристику в минимальной степени ее проявления и, наоборот, максимально увеличить уровень обладания положительным значением: немного старый – почти новый, немного грязный – почти чистый, немного грустный – почти веселый, немного голодный – почти сытый и т.д.
В отношении противоположных бинарных признаков (злой – добрый, плохой – хороший) в системе семантических значений всегда присутствует третий компонент, представляющий собой абсолютный нуль, точку, в которой антонимичные значения, накладываясь друг на друга, нейтрализуются. Опуская промежуточные варианты презентации интенсивности признака, соотношение между антонимичными признаками можно выразить следующим образом:

последнюю рубашку отдаст > щедрый > АБСОЛЮТНЫЙ НУЛЬ ('ни щедрый, ни жадный') < жадный < 1) собака на сене 2) зимой снега не выпросишь 3) за копейку удавится

В приведенной выше схеме в качестве центрального выступает нейтрализованное значение, среднестатистические эквиваленты признаков 'щедрый' и 'жадный' актуализируются с помощью соответствующих лексем, расположенных справа и слева от абсолютного нуля. В соответствии с приведенной выше схемой метафорическая конструкция никогда не выступает в системе семантических значений как полный синоним соответствующей ей нейтральной языковой единицы. Метафорические сочетания представляют собой максимально удаленные от центра структуры. Экстремальный уровень проявления метафорического признака часто подчеркивается утрированным характером его ситуативного представления: 'за копейку удавится'; 'у него зимой снега не выпросишь'; 'в этом деле собаку съел' и т.д.
При метафорическом способе передачи отклонений от нормативности проявления признака различные по уровню и характеру приложения признаковые значения приводятся к одному показателю. Когда мы говорим 'лоб горячий' или 'чай горячий', мы отдаем себе отчет в том, что температура лба существенно отличается от температуры чая, несмотря на то что при их обозначении мы используем одну и ту же лексему. Если в первом утверждении можно констатировать отклонение от нормы, хотя и незначительное, то во втором случае при отсутствии специальных лексических компонентов, указывающих на нарушение нормативности (наречий степени 'слишком', 'чересчур', 'очень'), фраза обладает нейтрально-позитивным значением: чай горячий (именно такой, каким должен быть чай). Однако при указании на явное отклонение от нормы значение приписываемых объектам признаков уравнивается и ставится в соответствие универсальному носителю признака: лоб горит (как огонь), чай обжигает (как огонь).
Таким образом, закрепленные за коннотатом нормативные проявления признака при приложении их к другим объектам действительности выступают как нечто особенное, нарушающее привычное положение дел. Интенсивность проявления признака по отношению к разным объектам может варьироваться, но в случае отклонения от нормы их значениям в равной степени приписывается предельно допустимый уровень, который соответствует высшей степени проявления данного признака у коннотативного образа – его носителя. Метафорическая гиперболизация значений проявляется при отклонениях как в негативную, так и в позитивную сторону. Встречающиеся в языке положительные сравнения типа 'фигура (изящная), как статуэтка', 'лицо (красивое), как у богини' указывают на приближение степени проявления свойственного объекту признака к идеальному. При метафорическом переносе значений в качестве идеала может рассматриваться лишь коннотативный образ, обладающий в сознании носителей языка положительным статусом.
Интуитивно-опытный характер оценки нормативности проявления признаков соответствует общему подходу к понятию нормы, активно разрабатываемому в последнее время в искусствоведении, социальных науках и лингвистике. Понятие нормы в социально-общественной сфере не имеет четко выраженных абсолютных показателей и базируется на предписаниях, правилах и рекомендациях, отбираемых интуитивно или опытным путем и внедряемых с целью обеспечения нормальной жизнедеятельности организма или внутреннего равновесия структурных образований, регулируемых с их помощью. Языковые формы воплощения понятия нормы входят в состав нормативного дискурса, основу которого составляют повелительное наклонение глагола и инфинитив, а также побудительные и номинативные предложения. Как в социально-общественных представлениях, так и в процессе ментального отражения объективной реальности функциональное значение нормы сводится к обеспечению устойчивости системы, базирующейся на ее основе. В первом случае нормативные предписания обеспечивают гармоническое сочетание элементов структуры, способствующее выживанию организма в природной и социальной среде, во втором случае нормативность оценки признака является точкой отсчета, необходимой для идентификации интенсивности его проявления в условиях, когда сигнификативное значение не соотносится с объективными верификационными структурами денотативного уровня.
Являясь, по сути дела, отражением сложившихся в процессе развития общества коллективных представлений, норма представляет собой развернутую систему общественных ценностей, закрепляемую и внедряемую на уровне национального самосознания. Существующие в обществе нормативные предписания, как правило, носят облигаторный характер для всех членов языкового коллектива и базируются на морально-этических взглядах, сложившихся в процессе исторического развития общества. Попытки нарушить или исказить существующие нормы предотвращаются с помощью специально разработанных систем общественного порицания и судебного наказания.
Нормативность оценки признаковых значений обеспечивается фразеологическим составом языка и создаваемой на его основе развернутой системой метафорических переносов, закрепленной на уровне национального сознания носителей языка. Метафоры представляют собой базовые языковые структуры, позволяющие в условиях фиксированного словарного запаса детализировать и развивать семантику языковых значений, описывая степень и характер проявления признаков.