Вачнадзе М., Гурули В., Бахтадзе М. История Грузии

ОГЛАВЛЕНИЕ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава VIII. Национальное движение в Грузии в 60-80-х годах XIX века

§1. Программа национального движения и борьба за ее осуществление

Национальное движение 60-80-х годов XIX века является логическим продолжением национальных восстаний начала XIX века и заговора 1832 года. Идеологически особенно тесно были связаны национальное движение 60-х годов и заговор 1832 года. И тем не менее национальное движение 60-80-х годов XIX века отличалось от национального движения предыдущей эпохи по нескольким признакам.

Первый. Национальное движение не было локальным или региональным, оно было общегрузинским и имело целью спасение Грузии и грузинского народа от вырождения, т.е. выживание грузинской нации.

Второй. Поэтапное осуществление программы национального движения должо было привести к восстановлению государственной независимости.

Третий. Во главе национального движения стояла грузинская аристократия, однако само движение не было ориентировано на тот или иной слой или сословие, оно выражало интересы всех социальных слоев и сословий, всего грузинского народа.

Четвертый. Исходя из ситуации, сложившейся в Российской империи и на международной арене, программа национального движения не предусматривала в ближайшем бу-дущем организацию всегрузинского восстания против России с тем, чтобы восстановить государственную независимость Грузии.

Пятый. Своей ближайщей целью национальное движение ставило ликвидацию тяжелых последствий щестидесятилетней колониальной политики России и борьбу против колониальной политики, которую Россия продолжала осуществлять в Грузии.

Признанным руководителем национального движения 60-80-х годов XIX века был Илья Чавчавадзе. С его именем связано создание программы национального движения. Борьбу за осуществление этой программы возглавлял сам Илья Чавчавадзе. В этом деле плечом к плечу с Ильей Чавчавадзе стояли: Дм.Кипиани, Нико Николадзе, Георгий Церетели, Акакий Церетели, Якоб Гогебашвили и другие. В грузинской историографии их называют «шестидесятниками», а также «тергдалеули» и «Пирвели даси» (Первая группа).

Во всех трех случаях речь идет о группе деятелей, заложивших основу борьбы за национальное возрождение в начале 60-х годов XIX века. В дальнейшем к ним присоединились: Сергей Месхи, Важа-Пшавела и другие. Велика заслуга каждого из них в национальном движении, но Илья Чавчавадзе сыграл в нем особую роль. Он был его знаменосцем и идейным вдохновителем, неутомимым борцом за счастье народа. Созданию программы национального движения и разработке ее отдельных вопросов посвящено множество публицистических статей и рассказов Ильи Чавчавадзе.

Программа заключала в себе несколько аспектов. Рассмотрим главные из них.

1. Возрождение национального самосознания.

Завоевание Грузии Россией в начале XIX века нанесло огромный вред грузинскому национальному самосознанию. Российская колониальная политика пыталась вытеснить из сознания народа такие понятия, как «грузин» и «Грузия». Она всячески преследовала грузинский язык и ставила своей целью ассимиляцию грузинского народа с русским, превращение Грузии в колонию России. Несмотря на то, что с самого начала XIX века в Грузии развернулось национальное движение против российских завоевателей, колониальная политика России в первой половине XIX века осуществлялась успешно. Сильнее всего пострадало грузинское национальное самосознание.

Именно поэтому первейшей задачей Илья Чавчавадзе признавал возрождение и подъем национального самосознания грузинского народа. Положение в этом отношении было крайне тяжелым, почти катастрофическим. Илья Чавчавадзе нашел выход из положения. Он поставил неотложной задачей возвращение грузинского языка в лоно грузинской действительности, его восстановление на законном основании и защита его чистоты и неприкосновенности. Задача эта исходила из того, что грузинский язык терял свое естественное назначение, так как его место занимал русский язык. Проблеме чистоты грузинского языка Илья Чавчавадзе посвятил написанную в 1860 год статью «Несколько слов о переводе князем Ревазом Шалвовичем Эристави «Безумной Козлова».

В ней Илья Чавчавадзе выдвинул программное требование: «Три святыни мы наследуем от предков: отечество, язык и веру. Если не защитим их, какой ответ дадим потомкам?» Великий Илья считал, что сохранение родного грузинского языка в чистоте и неприкосновенности для грузинского народа имело жизненно важное значение, ибо было вопросом жизни и смерти, поэтому компромисса здесь не могло быть. Он писал: «Не знаю, как другие, но мы никому не дадим на поругание грузинский язык – нашу святыню. Язык – это достояние общества, его не должен коснуться грешный человек». Илья Чавчавадзе до конца дней своих остался страстным защитником родного языка от посягательств ассимиляторов.

В деле возрождения грузинского национального самосознания большая роль отводилась просвещению. Понятно, что в условиях русификации системы образования в русской школе учащиеся-грузины не могли получить духовную пищу для развития национального самосознания. А другой системы образования в Грузии не существовало. Предводители национального движения нашли выход из положения. В 1879 года было основано «Общество по распространению грамотности среди грузин». В разносторонней деятельности этого общества особое место занимал вопрос организации грузинских школ. Инициаторами основания общества были: Димитрий Кипиани, Григол Орбелиани, Илья Чавчавадзе, Якоб Гогебашвили и другие. С 1885 года неизменным председателем общества являлся Илья Чавчавадзе.

В деле спасения грузинского национального самосознания особую роль сыграла «Дэда эна» Якоба Гогебашвили. В условиях русификации системы образования, когда об организации грузинских школ и речи не могло быть, Якоб Гогебашвили создает учебники: «Грузинская азбука и первая книга для чтения учащимися» (1885) и «Дэда эна» (1876). Создание учебника «Дэда эна» относится к числу значительных явлений новой истории Грузии, поскольку он служил делу спасения и развития чувства национального достоинства грузинского народа.

Начиная с 60-х годов XIX века, неотъемлемой частью национального движения за выживание грузинской нации стало издание грузинских периодических газет и журналов. В 1863 году Илья Чавчавадзе основал журнал «Сакартвелос моамбе» («Вестник Грузии»). Журнал просуществовал всего лишь год, но и за это короткое время он немало сделал для блага родины. Большой вклад в национальное движение внесла своей деятельностью газета «Дроэба» (1866-1885). Возглавляла грузинскую прессу основанная Ильей Чавчавадзе газета «Иверия» (1877-1906). Для грузинского народа она представляла собой нечто большее, чем обыкновенная газета или журнал. На ее страницах освещались все жизненно важные общественно-политические явления.

Взятые ею направления, касающиеся той или иной стороны грузинской действительности, становились определяющими и для других периодических изданий. В борьбе за выживание и спасение грузинской нации большую роль сыграли также: газета «Квали» («Борозда», 1893-1904), журнал «Моамбе» (основан в 1894 году), газета «Цнобис пурцели» («Страница новостей», 1896-1906).

В борьбе с грузинской периодической печатью реакционная колониальная политика России потерпела крах – грузинская пресса пробудила народ и сплотила его вокруг национально-освободительной идеи.

В деле возрождения национального самосознания особая миссия возлагалась на грузинский театр. Основанный Георгием Эристави в 1850 году первый грузинский театр был закрыт в 1856 году. Постоянно действующий грузинский театр был восстановлен в 1879 году группой грузинских деятелей под руководством Ильи Чавчавадзе и Акакия Церетели. В 1880 году открылся театр и в Кутаиси.

В деле возрождения национального самосознания грузинского народа и восстановления попранного чувства национального достоинства огромное значение имела борьба против фальсификаторов истории Грузии. Должную отповедь всем фальсификаторам истории Грузии дает Илья Чавчавадзе в своих публицистических статьях из серии «Вот она, история» (1889), которые были направлены против известного деятеля российского народнического движения Иванэ Джабадари.

Находясь в плену нигилизма и космополитизма, Джабадари пытался доказать, что в истории Грузии нет ничего такого, чем можно было бы гордиться, что грузинская нация якобы изжила себя и у нее нет будущего. Подобными взглядами он оказывал большую службу российским реакционерам. Илья Чавчавадзе обоснованно опроверг все эти измышления Джабадари. В другом своем труде «Вопль камней» - вождь национального движения дает отпор армянским ученым и их единомышленникам, искажавшим истинную историю Грузии. Опираясь на глубокие знания по истории Грузии и Армении, он опроверг их ложные утверждения и выявил их истинные политические цели. Этот труд по сей день остается блестящим образцом научной критики в публицистической форме.

2. Сохранение грузинских земель в руках грузин.

Процесс зарождения и развития буржуазных отношений тяжело отразился на положении грузинской аристократии. Новая эпоха, европеизация жизненного уклада вызвали потребность в большом количестве денег.

Для большинства грузинского дворянства единственным источником дохода была земля. И только небольшая часть грузинской аристократии жила на средства, получаемые на государственной службе. Наследственные земли дворян постепенно сокращались после ее раздела между членами семьи (братьями), соответственно сокращались и доходы, получаемые с этой земли. Грузинская аристократия, оставшись без средств, вынуждена была занимать деньги у армянских предпринимателей, пытаясь таким путем выйти из тяжелого положения. Однако многие дворяне не в состоянии были вернуть долг, поэтому они продавали свои земли и полученные деньги отдавали на покрытие долга. Покупателем земли была все та же армянская буржуазия.

Так, постепенно, грузинская земля переходила в руки армянских капиталистов. Выход из тяжелейшей ситуации нашли Илья Чавчавадзе и его единомышленники. Они основали в Тбилиси и Кутаиси поземельные дворянские банки. Председателем поземельного банка в Тбилиси был избран Илья Чавчавадзе. Тбилисский и Кутаисский поземельные банки в буквальном смысле слова спасли грузинскую землю от рук иностранных предпринимателей. Отныне оставшаяся без средств грузинская аристократия могла заложить свою землю, имение и взять ссуду из поземельного банка. В случае неуплаты долга земля или имение становились принадлежностью банка, а не армянской буржуазии. Но если впоследствии плательщик выкупал свою землю, ее возвращали владельцу.

3. Руководящая сила национального движения.

XIX век ознаменовался усилением национальной активности народов всех стран мира. Во главе национального движения всюду стояла нарождавшаяся или уже довольно окрепшая буржуазия. В Грузии была другая ситуация. В 60-80-х годах XIX века национальное движение началось и протекало в условиях, когда грузинская буржуазия как организующая политическая сила не существовала. Поэтому надлежало решить вопрос, кто же возглавит национальное движение и поведет народ к осуществлению поставленных задач. Исходя из реалий грузинской действительности, эту миссию могла взять на себя грузинская аристократия (представители прогрессивного дворянства). Этот социальный слой являлся носителем высокого интеллектуального потенциала, и что главное, исторически и традиционно имел большой опыт предводителя.

Грузинское дворянство не только всем сердцем сочувствовало и способствовало национальному движению, более того, национальное движение всегда проходило под его началом: так было в начале XIX века, так было в 1832 году и в 60-х годах XIX века.

4. Примирение сословий – основа национального единства.

К началу 60-х годов грузинский народ делился на несколько социальных слоев – сословий (князья, дворянство, священнослужители, крестьяне, ремесленники, купцы). У каждого сословия были свои интересы, что мешало их сплочению для достижения главной цели. Противоречия между сословиями обуславливались объективными причинами, устранить которые Илья Чавчавадзе и его единомышленники не могли. Но зато вполне возможным они считали объединение всех социальных слоев, всех сословий в защиту попранного чувства национального достоинства грузинского народа. Другого пути к спасению не было.

5. Конечная цель национального движения – восстановление государственной независимости.

В программе национального движения, выработанной Ильей Чавчавадзе, явно не было выдвинуто требование восстановления государственной независимости, хотя уже в начале своей творческой деятельности в «Записках путника» писатель со всей отчетливостью показал главный характерный признак национального движения XIX века: непримиримость грузинского народа с российской государственностью. Правда, слова Лелт Гуния «мы сами себе принадлежим» автор не комментирует, но ясно, что Илья Чавчавадзе в них подразумевал восстановление независимости Грузии. Конечной целью национального движения 60-80-х годов XIX века являлась подготовка грузинского народа к государственной независимости. Национальное движение должно было привести грузинский народ к тому рубежу, после которого должна было начаться борьба за восстановление независимости. Но пока еще обстоятельства, сложившиеся в Российской империи и на международной арене, не позволяли руководителям национального движения выдвинуть более радикальную программу действий.

Цель национального движения 60-80-х годов XIX века была достигнута. Самоотверженная деятельность Ильи Чавчавадзе и его единомышленников принесла свои плоды. Стало очевидностью, что Грузия и грузины вышли победителями в борьбе с российской колониальной политикой, которая потерпела полный крах в Грузии. Безрезультатно закончилась попытка русификации и ассимиляции грузинского народа и превращение Грузии в неотъемлемую часть России. Реальная угроза, нависшая над Грузией в результате шестидесятилетнего господства России, была преодолена – грузинский народ сохранил свою национальную самобытность, отстоял свое собственное «я».

Противоречия внутри национального движения. «Меоре даси» (Вторая группа)

К началу 60-х годов XIX века между предводителями национального движения по основным программным вопросам существовало согласие. Шестидесятники («Пирвели даси»), те же «тергдалеулни», не являли собой течение, основывающееся на резко противоречащих организационных принципах. Это была группа единомышленников во главе с Ильей Чавчавадзе, объединенная вокруг одной идеи и сплотившаяся в борьбе за осуществление единой программы. Над программой в основном работали Илья Чавчавадзе, Нико Николадзе и Георгий Церетели. Именно они и определяли политическое направление группы «Пирвели даси». Естественно, это нисколько не умаляет заслугу других известных шестидесятников (Димитрия Кипиани, Акакия Церетели, Якоба Гогебашвили и др.).

Некоторые разногласия, изначально же существовавшие между шестидесятниками, не помешали им определить основные программные требования. С 70-х годов XIX века идейные разногласия между ними приняли более острый характер. Позиции Ильи Чавчавадзе не разделяли Нико Николадзе и Георгий Церетели. Вскоре к ним примкнул и Сергей Месхи. В чем заключались причины идейных разногласий между шестидесятниками? Рассмотрим главные из них.

1. Разногласия начались в связи с социальным вопросом в программе национального движения. В России, как и в Грузии, развитие буржуазных отношений в пореформенный период еще больше обострило социальную проблему. Все эти процессы имели отклик в Грузии, причем здесь социальный вопрос не стоял так остро, как в России. Но ясно было и то, что Грузия не останется в стороне от этих процессов.

Социальная проблема так же волновала и шестидесятников, в частности, Илью Чавчавадзе. Тем не менее Илья Чавчавадзе считал, что включение социального вопроса в программу национального движения и тем более борьба за его осуществление на данном этапе (60-80-ые годы XIX века) не приемлемы. Выдвижение на передний план социальной проблемы могло нанести ущерб национальному движению, т.е. могло его ослабить и расколоть на несколько течений, что, в свою очередь, привело бы к уничтожению идеи создания единой почвы для консолидации грузинского народа. Эту точку зрения не разделяли Нико Николадзе, Георгий Церетели и Сергей Месхи.

Они считали, что важнейшей задачей было осуществление программы национального движения, т.е. должна было быть решена задача национальной свободы, но вместе с тем они настаивали на решении социальной проблемы одновременно с национальной.

Илья Чавчавадзе был глубоко убежден, что до серьезного обострения социального вопроса, необходимо, чтобы национальное движение достигло определенного исторического рубежа – осуществления намеченной программы. Именно поэтому Илья Чавчавадзе был принципиально против внесения социального вопроса в программу национального движения, тем более был против борьбы за его осуществление.

2. Разногласия в лагере шестидесятников возникли по поводу роли и места национальной буржуазии. В 60-х годах XIX века в Грузии не существовала национальная буржуазия, поскольку в первой половине XIX века не было на то сооветствующих условий.

Российская колониальная политика всячески способствовала и поощряла деятельность иностранной буржуазии (в основном, армянской). Армянская буржуазия сначала же захватила главенствующие позиции и после отмены крепостного права еще более быстрыми темпами взяла в свои руки экономику Грузии. А перспективы грузинской буржуазии были не столь уж обнадеживающими. В такой ситуации Илья Чавчавадзе считал, что в Грузии национальная буржуазия не способна выполнить ту роль, которую выполняла буржуазия в западноевропейских странах.

По мнению Нико Николадзе и Георгия Церетели, не так далеко время, когда, как и в западноевропейских странах, буржуазные отношения быстро уничтожат старый социально-экономический строй в Грузии и грузинская национальная буржуазия станет во главе социальной и экономической жизни страны, после чего грузинская аристократия превратится в незначительную силу. В условиях отсутствия национальной буржуазии принижение роли грузинской аристократии Илья Чавчавадзе считал отрицательным явлением.

3. Разногласия среди шестидесятников возникли и в определении будущего политического, экономического и социального устройства Грузии. Нико Николадзе и Георгий Церетели идеализировали жизнь западноевропейских стран. Илья Чавчавадзе не разделял их мнения. Он с большой осторожностью относился к различным идеалам и веяниям, исходящим из мира других стран и тщательно изучал их положительные стороны применительно к грузинской действительности.

Таким образом, в группе шестидесятников определились два видения ближайшего будущего Грузии. Выработать одно общее направление не удавалось. Нико Николадзе, Георгий Церетели и Сергей Месхи противостояли Илье Чавчавадзе и его единомышленникам. Позднее, в 1894 году Георгий Церетели назвал эту группу «Меоре даси» («Вторая группа»), а группу деятелей начала 60-х годов XIX века – «Пирвели даси» («Первая группа»).

Несмотря на разногласия «Меоре даси» осталась верна программе национального движения, поэтому-то это течение признано неотъемлемой частью общенационального движения Грузии.

Группа «Меоре даси» не была сплоченной ни с идейной, ни с организационной точки зрения. Ее члены не пытались создать какую-либо особую программу, и тем более претворить ее в жизнь. После смерти Сергея Месхи (1883) произошел раскол между Нико Николадзе и Георгием Церетели. После этого группа распалась и прекратила свое существование.

С начала 90-х годов XIX века национальное движение продолжалось уже в видозмененной форме. С этого времени стали возникать новые политические течения. Каждое из этих течений имело свое особенное отношение как в целом к национальному движению, так и к его отдельным представителям. Все более очевидным становился факт, что в новых условиях национальное движение не будет иметь столь всеобъемлющего характера, какой оно имело в 60-80-х годах XIX века.