Берн Э. Введение в психиатрию и психоанализ для непосвященных

ОГЛАВЛЕНИЕ

Часть 3. Методы лечения

Глава IX. Анализ взаимодействий (Джон М. Дьюзи)

[Доктор Дьюзи является преподавателем медицинского факультета
Калифорнийского университета и членом-преподавателем Международной
ассоциации анализа взаимодействий.]

1. Что такое анализ взаимодействий?

Анализ взаимодействий -- это недавно возникший метод лечения
эмоциональных расстройств. Хотя он является одним из видов психотерапии,
применяющие его врачи назначают в некоторых случаях медикаменты и другие
виды соматического лечения. Многие из практикующих анализ взаимодействий
имеют медицинское образование, но этим методом пользуются и другие
специалисты в области психического здоровья, имеющие для этого надлежащую
подготовку. В этом методе внимание сосредоточивается на трудностях,
возникающих у пациента в отношениях с другими людьми, и на его неспособности
построить эти отношения удовлетворительным образом. Подсознательными
психическими процессами при этом занимаются меньше. Поэтому врач [Мы
называем здесь врачами не только психиатров, но и других квалифицированных
специалистов по анализу взаимодействий.] действует активно и прямо, не
придерживаясь анонимной позиции. Такое деятельное участие врача является
одним из характерных отличий этого нового метода лечения от ортодоксального
психоанализа. Исторически анализ взаимодействий вырос из психоанализа как
один из способов проведения групповой терапии; но в последнее время
некоторые опытные врачи применяют его также в индивидуальной и семейной
терапии, а также в брачном консультировании.
Теория личности, лежащая в основе анализа взаимодействий, исходит из
наблюдений, согласно которым человек может нечто говорить, высказывая или
подразумевая в скрытой или замаскированной форме нечто совсем иное. Личность
индивида состоит из разных частей, и одна из этих частей может вводить в
заблуждение другую точно так же, как он вводит в заблуждение других людей в
своей повседневной жизни.
Принципы анализа взаимодействий, постепенно развившиеся из внимательных
наблюдений над тем, что люди проделывают друг с другом, объясняют, каким
образом люди "надувают" самих себя и других, иногда с трагическими
последствиями, и как они повторяют снова и снова такие шаблоны поведения.

2. Теоретические основы

Известно, что в различных обстоятельствах люди говорят по-разному.
Молодой конторский служащий будет говорить одним тоном со своим начальником,
другим тоном с женой, когда она просит его вынести мусор по возвращении со
службы, и опять-таки другим тоном со своим трехлетним сыном, пролившим
сливовый сок на его только что выглаженный костюм перед его уходом на
службу. При этих различных переживаниях меняется не только тон его голоса:
меняется выражение его лица, чувства, поступки и мысли.
Внимательное наблюдение за пациентами привело к открытию, что в каждый
данный момент времени индивид существует в одном из трех основных состояний,
именуемых состояниями Эго. Состояние Эго определяет, каким образом человек
думает, чувствует и ведет себя в этот момент. Три состояния Эго, в которых
может находиться любой человек, носят названия Родитель, Взрослый и Ребенок.
[Слова "Родитель", "Взрослый" и "Ребенок", начинающиеся заглавными буквами,
обозначают состояния Эго; если же они пишутся с малой буквы, то родитель,
взрослый или ребенок представляют собой реальные лица.] Независимо от
возраста, каждый человек, за исключением младенцев, может существовать в
одном из трех состояний Эго.
Родительское состояние Эго по существу копируется с подлинных родителей
или авторитетных личностей. Когда человек находится в родительском состоянии
Эго, он проявляет иногда попечительные и ласковые свойства своих подлинных
родителей, а в других случаях -- карательные установки, нечестность или
предрассудки родителей. Пациенты нередко удивляются, когда некоторые их
установки и жесты выводятся из соответствующих черт поведения их родителей;
это особенно характерно для людей, возмутившихся против родителей и
затративших много энергии, чтобы от них отделиться. Они упускают при этом из
виду ряд основных особенностей своих родителей, впитав их в себя и привыкнув
рассматривать как свои собственные.
Взрослое состояние Эго по существу не что иное, как вычислительная
машина. Это рациональная и логическая часть личности, занятая
преимущественно обработкой данных, наподобие большого электронного мозга;
чувства и эмоции тем самым ко Взрослому отношения не имеют.
Мы видим Взрослого, когда ученый излагает полученные им результаты
группе своих коллег, или когда домашняя хозяйка проверяет свой банковский
счет. Взрослый -- это тот, кто работает. Психический процесс, необходимый
плотнику, чтобы забить гвоздь, относится к ведению Взрослого. Но когда он,
промахнувшись, ушибает себе палец, Взрослый уступает место другому состоянию
Эго. Не всегда, однако, лучше всего находиться во взрослом состоянии Эго; на
вечеринках такое состояние в большинстве случаев тягостно.
Состояние Эго, именуемое Ребенком, -- это часть личности, сохранившаяся
от подлинного детства. Дети могут быть капризными [Ребенок рождается
свободным и откровенным. Когда он становится старше, его личность
складывается в процессе ранних взаимодействий с родителями.] или милыми,
очень счастливыми или очень несчастными, упрямыми или податливыми, и каждый
человек, независимо от его хронологического возраста, может иметь те же
мысли и чувства и вести себя так же, как некогда в детстве. Дети способны
выходить за пределы ненужных или бессмысленных общественных условностей
(Родитель) и не любят тратить время на всесторонние логические выкладки
(Взрослый). Детскому состоянию Эго свойственны спонтанность, интуиция и
творчество. Люди постарше (начиная с четвертого года жизни) испытывают
переживания, подобные детским, если им присуща интуиция. Например, ребенок
имеет обыкновение разглядывать какую-нибудь часть тела другого человека,
если она его заинтересует, в то время как его родители этого не одобряют. И
когда человек видит что-нибудь новое и интересное, он больше похож на
ребенка, чем на родителя. Можно сказать, что человек, проявляющий интуицию,
-- Ребенок, а не Родитель. Дети получают, по-видимому, подлинное
удовольствие от жизни и у людей, часто испытывающих радость, бывает весьма
активное детское состояние Эго.
Говорят, что три состояния Эго составляют структуру личности, а диагноз
состояний Эго называется структурным анализом. В этом состоит обычно
начальный этап анализа взаимодействий. Действие начинается, когда два
человека оказываются вместе. Эго каждого индивида может находиться в
состояниях Родителя, Взрослого или Ребенка; таким образом, когда два
человека находятся наедине в одной комнате, там в действительности
присутствуют шесть лиц, каждое из которых может внезапно проявиться.
Взаимодействие состоит из стимула со стороны одного человека и
соответствующей реакции другого. [То же называется связью; этот термин не
имеет в анализе взаимодействий никакого иного смысла, хотя приобрел в
последнее время большую популярность.] Многие взаимодействия просты и
непосредственны, например:
Босс: Который час? (Стимул.)
Секретарша: Четыре часа. (Реакция.)
Это прямолинейное взаимодействие Взрослый -- Взрослый. Однако ответ
может исходить от других состояний Эго, и тогда положение меняется.
Босс: Который час? (Стимул Взрослого.)
Секретарша: У вас не в порядке часы? (Реакция Родителя.)
Если босс настроен благодушно, то секретарша может сохранить свою
должность еще на неделю; однако он не получил ответа на свой вопрос, потому
что она ему ответила, как ответил бы родитель ребенку. Родительское
состояние ее Эго взаимодействовало с его Ребенком. Его первоначальный стимул
Взрослого был пересечен ее реакцией, и они могли бы продолжать такой
разговор сколь угодно долго, причем босс так и не узнал бы время.
Босс: Я забыл их дома. (Ребенок.)
Секретарша: Ну и рассеянны же вы. (Родитель.)
Босс: Знаете, я так торопился. (Ребенок.)
И так далее.
Другая возможность состоит в том, что секретарша ответит на взрослый
стимул босса реакцией Ребенка, например:
Босс: Который час? (Взрослый.)
Секретарша: Как вам хочется узнать это! (Ребенок.)
За этим может последовать немало интересных взаимодействий, но,
по-видимому, босс узнает время значительно позже.
Как видно из предыдущего примера, поведение людей не всегда
соответствует их общественному положению. На социальном уровне босс остается
боссом, но психологически он может быть маленьким мальчиком или партнером в
игре. Взаимодействия могут принимать еще более сложный и скрытый характер,
чем в предыдущем примере, и многие из читателей смогут припомнить ситуации,
в которых человек ведет разговор на одном уровне и одновременно -- скрытое
взаимодействие на другом. Скрытые взаимодействия на двойном уровне порождают
игры.
Игра отличается тремя характерными особенностями: во-первых, имеется
упорядоченная последовательность взаимодействий; во-вторых, имеется подвох
(это значит, что взаимодействия происходят на двойном уровне, и один из этих
уровней скрыт от другого); и, в-третьих, имеется выигрыш. Лишь при этих
условиях удовлетворяется определение игры, принятое в анализе
взаимодействий.
Прежде всех была открыта игра под названием "Почему Бы вам Не; Да, Но".
Главные ее черты хорошо изучены анализом взаимодействий; из следующего
примера видно, как она была разыграна в одной терапевтической группе:
Гарри: Не знаю, как мне окончить вовремя контрольную за этот семестр?
Мери: Почему бы вам не начать ее сегодня же вечером?
Гарри: Да, но я не спал вчера всю ночь.
Ларри: Почему бы вам не начать тогда завтра?
Гарри: Да, но мне надо идти в химическую лабораторию.
Кэри: Почему бы вам не выполнить ее в конце недели?
Гарри: Да, но я должен навестить семью.
Джерри: Почему бы вам не попросить у профессора отсрочки?
Гарри: Да, но ведь он сказал уже: "Исключений не будет".

Обычно игра завершается молчанием, когда все другие участники сдаются,
и Гарри выигрывает. Хотя на первый взгляд он делает прямой запрос, исходящий
от Взрослого, он последовательно отбрасывает все предложения, подобно
маленькому мальчику, получающему всевозможные родительские советы и не
удовлетворенному ни одним из них. Впоследствии он признался, что сам думал
уже обо всех этих предложениях, тем самым обнаруживая скрытый уровень своей
игры. Ребенок Гарри вводил в заблуждение Родителей других членов группы,
вынуждая их на скрытом психологическом уровне уделять ему внимание. Он еще
раз доказал, что Родитель не может сказать ему ничего нового, и в этом
состоял его выигрыш.
Подобно всем игрокам, Гарри хорошо знал свою игру и мог разыгрывать в
ней любую роль. Часто он занимал позицию Родителя по отношению к своей
приятельнице Матильде, также игравшей в "Почему Бы вам Не; Да, Но", а
Матильда занимала позицию Ребенка; они без труда переключались с одной
позиции на другую. Люди предпочитают встречаться с теми, кто играет в ту же
игру или в дополнительную игру, чтобы извлекать из своей игры нужные им
преимущества.
Новорожденный младенец не может выжить без физического соприкосновения
с матерью или лицом, заменяющим мать. Как доказал знаменитый детский
психолог, у младенцев, которым не уделяется достаточное внимание или которые
лишены достаточного общения с людьми, смертность значительно выше, чем у
тех, кто имеет больше контактов с людьми, хотя эти контакты и связаны с
бактериальной инфекцией. Этот вид раннего воспитания младенца его матерью
называется поглаживанием. Потребность в поглаживании сохраняется в течение
всей жизни, хотя виды поглаживания меняются и могут становиться все более
изощренными. Вместо физических поглаживаний Гарри получал словесное
внимание, но слова, обращенные Родителями других членов группы к Ребенку
Гарри, были равносильны физическим поглаживаниям. Для вышедших из
младенческого возраста поглаживания столь важны, что изобретаются
всевозможные хитрые средства, чтобы их получить. Подросткам иногда
приходится для этого красть автомобили или нарушать правила уличного
движения, потому что отрицательные поглаживания лучше, чем если поглаживаний
вовсе нет.
Игра Гарри иллюстрирует другое важное преимущество (выигрыш),
извлекаемое из игр. Гарри снова убедился в правильности рано принятого и не
сознаваемого им теперь решения, что его родители не могут сказать ему ничего
стоящего. Это решение, определившее столь многое в жизни Гарри, основывалось
на том обстоятельстве, что мать его умерла, когда ему было меньше пяти лет,
отец его вновь женился, и мачеха регулярно совершала промахи. Гарри считал,
что и отец никогда его не понимал, потому что он прежде всего привел в дом
подставную "маменьку", совсем не такую, как настоящая, и, во-вторых, никогда
не имел времени разобраться, что его беспокоит. В очень раннем возрасте он
убедился, что его отец и мачеха больше заняты собою, чем им, и не говорят
ничего, имеющего отношение к его подлинному одиночеству и несчастью. Игра в
"Почему Бы вам Не; Да, Но" поддерживала это его основное решение, поскольку,
разумеется, Родители других людей, с которыми он встречался в своей
дальнейшей жизни, например, членов его терапевтической группы, также,
разумеется, никогда не могли сказать ему ничего стоящего о том, что казалось
его Ребенку единственно важным. Неудивительно поэтому, что он жаловался и на
свою приятельницу Матильду, утверждая, что и она его не понимает, как и
другие девушки, с которыми он встречался. Временами он говорил, что врач не
понимает его или не говорит ничего стоящего.
Поскольку игры основываются на решениях раннего детства, от них можно
отучить, и пациент может принять другое решение. Можно либо полностью
отказаться от игры, либо заменить ее другой игрой, менее вредной. Когда на
следующем сеансе Гарри попытался заново начать "Почему Бы вам Не; Да, Но",
врач удивил его своей реакцией:
Гарри: Я никак не могу вовремя вставать по утрам.
Врач: Но ведь у вас есть и интересные проблемы, не правда ли?
Вместо того чтобы высказать ряд новых предложений, которые были бы все
отвергнуты, врач отказался вступить с Гарри в игру и дал ему понять, что он
мог бы найти какой-нибудь другой способ общения с людьми. Это поставило под
угрозу решение Гарри, и когда он окончательно расстался с "Почему Бы вам Не;
Да, Но", его личность уже изменилась.
Другое преимущество от разыгрывания игр состоит в том, что, пока длится
игра между двумя или большим числом людей, удается избегать прямых,
интимных, отношений между ними. Это кажется на первый взгляд трагичным, и
это в самом деле трагично, но может быть понято, если обратиться к
переживаниям детства. Гарри опасался близости с Матильдой; возможно, с этой
целью он ее и выбрал, потому что первая женщина в его жизни, с которой у
него были близкие отношения, покинула его в раннем и относительно
беспомощном возрасте. Этот глубокий страх, вызванный безвременной смертью
его матери, все еще преследовал Гарри, и, чтобы не рисковать быть брошенным,
он предпочитал разыгрывать с Матильдой игры, избегая таким образом близости.
Люди изобрели много таких психологических игр, общие черты которых --
упорядоченная последовательность взаимодействий, подвох и выигрыш; но
некоторые игроки играют серьезнее других. Это видно на примере сексуальной
игры в "Изнасилование". На коктейль-пари Роуз, молодая красивая леди,
занимает надлежащую позицию в своем стратегически расположенном кресле, так
что Генри, ведущий с ней интеллигентную беседу типа Взрослый -- Взрослый о
современном искусстве, может видеть как раз предусмотренную часть ее бедра,
когда юбка ее медленно приподнимается кверху. Заинтригованный Генри
пренебрегает своим Взрослым и спрашивает: "Вы пойдете ко мне сегодня
вечером?" На это Роуз резко отвечает: "Что позволяет вам принимать меня за
девицу такого рода?" После чего Генри вправе чувствовать себя неловко, а
Роуз вправе испытывать негодование. Генри не знает, что когда Роуз было
всего шесть лет, она решила, вследствие нечестного обращения с нею отца, что
мужчины ничего не стоят. В этот вечер она доказала это себе еще раз, как она
это делала много раз в прошлом и будет делать много раз в будущем, если
только не придет однажды в кабинет психиатра, жалуясь, что у нее как-то не
складываются отношения с мужчинами. Неловкость у Генри скоро пройдет, и он
придет в себя, снова готовый стать жертвой игры в "Изнасилование". Это
"первая степень" игры, и оба они, Роуз и Генри, будут искать других игроков
первой степени. Некоторые игроки предпочитают разыгрывать свою игру более
жестко; в случае "Изнасилования" жертва уходит, получив пощечину, а
возмущенная леди вправе рассказывать своим друзьям, каким извергом был этот
человек. Действительно жесткий способ игры -- это игра "третьей степени";
игрок третьей степени идет в игре на все. В случае "Изнасилования" жертва
игры третьей степени попадает в тюрьму, а возмущенная леди вправе громко
вопить, бесплатно прокатиться в больницу и объяснить все происшествие
полицейскому. Человек редко меняет степень своей игры, но в большинстве игр
бывают и "жесткие", и "мягкие" игроки.
Игры настолько преобладают и настолько укоренились в обществе, что в
некотором смысле становятся общепринятыми обычаями; это значит, что они
разыгрываются по правилам, всем известным и более или менее всеми
признанным. Это видно на примере игры "Алкоголик" с пятью участниками.
"Жертва", то есть исполнитель первой роли, и есть алкоголик. В большинстве
городов есть район, известный под именем "трущоб", со своими особыми
правилами и ценностями; там алкоголики чувствуют себя удобно, и там
собираются жертвы, когда у них наступает запой. Вторая роль,
"преследователь", в типичном случае принадлежит жене, участвующей в
неофициальных беседах за чашкой кофе, в которых она и другие жены обсуждают
и сравнивают своих ужасных мужей. Есть также и официальная организация жен и
родственников алкоголиков под названием "Аланон". Третий участник,
"простофиля", -- это человек, поощряющий алкоголика продолжать игру. Он
встречается с жертвой после работы в близлежащем уютном кабачке и
выслушивает его горестную повесть:
Жертва: Босс вывалил всю эту работу на мой стол... (и т. д.)
Простофиля: Ох, как это ужасно.
Жертва: А когда я пришел домой, Клодия на меня напустилась... (и т. д.)
Простофиля: Дай-ка я поставлю тебе стопочку.
Четвертый участник, "поставщик", представляет собой крупный бизнес. В
некоторых штатах самое влиятельное лобби в законодательном собрании
находится на службе алкогольной промышленности. Пятым участником,
"избавителем", является организация вроде "Анонимных алкоголиков". Это
иллюстрирует популярность некоторых игр, вызвавших появление целых
общественных учреждений для объединения игроков, исполняющих ту или иную
роль. Как правило, у алкоголика, ведущего игру, выступает его Ребенок,
провоцирующий родительское (критическое или защитное) состояние Эго у
преследователя и избавителя и детское состояние Эго у
провокатора-простофили.
Игры составляют часть жизненного уклада. Из ранних взаимодействий между
матерью, отцом и ребенком вырабатывается план жизни. Этот план называется
сценарием. Если мать говорит своему ребенку на одном уровне: "Будь в жизни
удачником", а на другом уровне: "Но не покидай меня", то у молодого человека
разовьется основной набор игр, служащих для исполнения раннего внушения
матери. Это видно было на примере Джеральда. Казалось, ему везло или, по
крайней мере, у него были шансы; но в последний момент он проваливался и
бежал домой к матери ("Не покидай меня!"). Когда у Джеральда наберется
достаточно провалов, он может почувствовать себя вправе впасть в депрессию
или даже покончить с собой, так что сценарий приведет его к трагическому
концу. [У автора был недавно пациент, мать которого наделила сына сценарием
этого рода и в конце концов прямо сказала ему. "Будь я похожа на тебя, я
покончила бы самоубийством!" -- о чем он и задумывается всерьез.] Есть люди,
побеждающие едва ли не во всех своих предприятиях, и если у них случается
неудача, они сохраняют присутствие духа и возвращаются на арену, чтобы
побеждать снова. Другие же люди, пораженцы, ухитряются терпеть поражение в
самых выигрышных ситуациях и затрачивают иногда немало изобретательности,
чтобы обеспечить себе провал. Как бы это ни казалось трагичным, они следуют
плану жизни, выработанному в детстве. К счастью, сценарии могут быть
изменены, поскольку они не являются врожденными, а происходят от обучения.

3. Как происходит анализ взаимодействий

Структурный анализ (диагностика Родителя, Взрослого и Ребенка), анализ
действий, анализ игр и анализ лежащих в основе сценариев составляют
различные фазы лечения; их объединяют под общим названием анализа
взаимодействий. Все фазы лечения выполняются обычно одновременно, по мере
того как это позволяют обстоятельства, но некоторые опытные врачи выполняют
каждую фазу отдельно. Анализ взаимодействий был развит первоначально как
техника проведения групповой терапии и представляется в настоящее время
наиболее четко разработанным подходом к групповому лечению. Группы являются
плодотворной почвой для игр, поскольку они доставляют множество возможностей
для взаимодействия. [В этом состоит одно из преимуществ групповой терапии по
сравнению с индивидуальной, так как она дает больше информации для работы
врача.] Как мы уже заметили, два человека в комнате -- это в
действительности шесть, а если собрать вместе восемь человек, то имеется
двадцать четыре состояния Эго, и участники вскоре без труда находят
кого-нибудь, с кем можно разыграть игру.
Было замечено, что в терапевтических группах, как и в общественных,
семейных, деловых и других ситуациях, разыгрывание игр является лишь одной
из шести возможностей поведения. Когда люди собираются вместе, перед ними
всегда возникает вопрос: что нам теперь делать с нашим временем? [Люди,
умеющие ответить на этот вопрос, щедро вознаграждаются обществом. Актер
телевидения, способный занять в течение часа миллионы зрителей, нередко
получает за это тысячи долларов.] Это может стать преобладающей заботой у
робкого и неуверенного в себе человека, который сразу же после вступления в
группу склонен замкнуться. Таков один из способов вести себя в группе; он
может осуществляться с помощью каких-нибудь личных фантазий, как это было в
случае Гекльберри Финна, представлявшего себе "то самое место рыбалки", в то
время как учитель говорил об арифметике. У пациента могут быть и более
сложные фантазии, и он предпочитает молчать, не обнаруживая их содержания.
Другой распространенный способ замыкания состоит в том, чтобы спать в
присутствии других.

Ритуалы -- это стереотипные последовательности действий, предписываемых
обществом. Некоторые из них носят формальный характер, например, церемонии
бракосочетания, обряды обрезания или похоронные церемонии. [Обычаи
погребения представляют собой весьма сложные ритуалы; люди платят немалые
деньги за структурирование своего времени в случае потери близких.] Часто
встречаются и неформальные ритуалы. Природу ритуалов можно понять, изучив
ритуал приветствия, столь обычный в современной Америке:
Джо: Доброе утро!
Мо: Как поживаете?
В обеих ритуальных фразах содержится поглаживание: Джо поглаживает Мо,
а Мо поглаживает Джо. В предыдущем примере обмен поглаживаниями происходит
как будто по правилу "слог за слог": каждый дает другому три слога. Но
бывает и так:
Джо: Как ваши дела, Мо? Я очень давно вас не видел.
Мо: Привет!
Так не годится: Джо произнес целую фразу, а Мо ответил ему всего двумя
слогами. Мо задолжал несколько поглаживаний, и Джо почувствует себя
обиженным. Вот еще пример:
Джо: Как поживаете?
Фло: Не так уж хорошо. С утра у меня разболелась голова, но без
температуры, а это новое лекарство от запора, знаете ли... (и так далее).
Так опять не годится: Фло награждает Джо большим числом поглаживаний,
чем тот запрашивал, и вполне вероятно, что ему не скоро захочется с нею
разговаривать. Врачи, практикующие анализ взаимодействий, используют иногда
неформальные ритуалы в самом начале сеанса, чтобы расшевелить
присутствующих, но избегают продолжительных ритуалов.
Третий способ заполнения, или структурирования времени, применяемый в
группах, -- это работа; выполняемая при этом задача называется в анализе
взаимодействий деятельностью. (То, что происходит в большинстве контор и
учреждений между девятью часами утра и пятью дня, содержит гораздо меньший
процент работы, чем обычно предполагают.) В больницах, например, персонал
собирается, чтобы произвести операцию, или же пациенты собираются вместе для
трудовой терапии; каждая особая задача называется групповой деятельностью.
Еще один вид группового поведения -- это развлечения, в точности
описываемые этим словом. Когда людям надо занять чем-то свое время, они
заполняют свободные промежутки обсуждением безобидных, но интересных
предметов. В отличие от игрока, разыгрывающего игру, человек, разыгрывающий
развлечение, не получает от него выигрыша. Для различных групп, объединяемых
общественным положением и уровнем образования, характерны свои специфические
развлечения. Например, заводские рабочие часто заполняют свой утренний
перерыв, разыгрывая за чашкой кофе "Дженерал Моторс". В этом развлечении Сэм
говорит: "Чеви" ["Шевроле". Здесь и далее -- марки автомобилей. (Прим.
перев.)] (или "Плимут", или "Форд") нравится мне больше, чем "Плимут" (или
"Форд", или "Чеви"), потому что..." (Дальше следует до двадцати пяти слов.)
Гас возражает: "Ну а мне "Форд" (или "Чеви", или "Плимут") нравится больше,
чем "Чеви" (или "Плимут", или "Форд"), потому что..." (Дальше следует другой
набор длиною до двадцати пяти слов.) Таким образом, Сэм и Гас могут
заполнить несколько минут перерыва и им не придется сидеть молча. Может
случиться, что свободное время удается заполнить одним развлечением; в
противном случае они могут начать "Бейсбол" или "Видали ли вы... (ту
девчонку)".
На коктейль-пати в большом городе догадливая хозяйка проводит нового
гостя к небольшой группе, занятой интересующим его развлечением. Публика
собирается в кружки в зависимости от развлечений, которые в них
разыгрываются. Каждый переходит от одного кружка к другому, пока не найдет
свое излюбленное развлечение; если ни одно ему не подходит, он уйдет домой,
бормоча: "Ну и паршивый же вечер был сегодня". Излюбленное развлечение
интеллигентов -- "Психиатрия"; это развлечение встречается в двух видах.
"Интроективная психиатрия" (или "Поговорим обо мне") происходит следующим
образом:
Филлис: Я, кажется, неспособна принять решение.
Джордж: Ваша амбивалентность унаследована от отца.
Это может длиться часами, и в некоторых случаях таким способом
сообщается немало полезной информации. "Проективная психиатрия" [или
"Поговорим о вас (или о них)"] происходит следующим образом:
Уилсон: Расовые волнения происходят от того, что семьи остаются без
отцов.
Эндрю: Дело еще и в том, как полиция представляет себе функции власти
-- в тоталитарном духе.
Другие распространенные развлечения -- "Ассоциация родителей и
учителей", обычно разыгрываемые матерями, имеющими детей школьного возраста;
"Все из-за него" (следует имя мужа); "Погода", излюбленное развлечение в
сельских общинах; "А были ли вы в..." (каком-нибудь необычном месте); у
подростков: "Принимал ты когда-нибудь" (какое-нибудь необычное лекарство); у
пожилых: "Что вышло из..." (старого знакомого или прежней знаменитости) и
так далее. Читатель припомнит другие виды развлечений на вечеринках, где он
присутствовал. Развлечения удобны также и в том отношении, что они могут
служить отправным пунктом для устройства игр, давая возможность любителю игр
подыскать себе подходящих партнеров. [Группы для проведения анализа
взаимодействий желательно составлять из людей самых разнообразных профессий,
возрастов, биографий, страдающих разными болезнями, чтобы они не втягивались
в одни и те же развлечения.]

Игры также заполняют время и доставляют специфический, индивидуально
дифференцированный, выигрыш, подобный выигрышу Генри; далее, они
предохраняют от близости.
Остается еще один способ существования в группе из двух или более
членов -- достижение близости. Это случается очень редко, обычно в личных
отношениях между двумя лицами; близость -- это прямое, свободное от игр
отношение между людьми; оно свободно также от замкнутости, ритуалов,
развлечений и не связано с деятельностью. Многие люди проживают всю жизнь,
не зная близости. Когда есть близость, это можно увидеть сразу же, без
особого исследования. Поэты писали о ней тысячи лет и они подошли,
по-видимому, ближе всех к передаче другим этого чувства. Близость почти не
встречается в группах психотерапии и в общественных группах. Чаще всего она
складывается между любящими, не имеющими надобности унижать или
эксплуатировать друг друга и способными, таким образом, говорить прямо и
вести себя без подвохов и скрытности.
Замкнутость, ритуалы, деятельность, развлечения, игры и близость -- вот
шесть способов, которыми человек может структурировать время, проводимое с
другими людьми. Врачи, проводящие анализ взаимодействий, внимательно
наблюдают группу, чтобы определить складывающийся в ней тип структурирования
времени. При этом они не предрешают заранее, хорош или плох какой-нибудь тип
сам по себе, а решают, что хорошо для той или иной цели. Застенчивой,
замкнутой девушке, не знающей, что сказать на свидании молодому человеку,
могут быть полезны упражнения в развлечениях, между тем как разговорчивому,
общительному торговцу может быть полезна некоторая сосредоточенность и
замкнутость. Ритуалы могут расшевелить публику, но становятся бесполезными
при длительном применении, деятельность лучше предоставить врачам,
проводящим трудовую терапию. Труднее всего заставить какую-либо группу
отказаться от своих развлечений. Из-за них группа может годами собираться
без результата, и члены группы могут годами оправдываться: "Право же, это
такая интересная группа!"
В анализе взаимодействий важны результаты. С самого начала врач
стремится заключить с пациентом лечебный контракт. [Контракт не заключается
в виде юридического документа; однако к лечебному контракту применимы
основные требования, предъявляемые к любому контракту: взаимное согласие,
вознаграждение, компетентность и законный характер цели.] Начинается это с
вопроса к пациенту: "Чего же вы хотите?" или: "Вы пришли сюда с некоторой
целью; когда мы с вами будем считать, что эта цель достигнута?" Хотя вопрос
этот кажется довольно простым, в ряде случаев психотерапия проводилась
годами, а только что указанный вопрос так и не был поставлен. Многие
пациенты начинают лечение, отрывают время от работы, платят немалые деньги и
затрачивают эмоциональные усилия, а затем говорят врачу: "Не могу понять,
зачем я сюда хожу; а вы как думаете?" Врач узнает в этом вопросе Ребенка,
спрашивающего Родителя, как ему лучше себя вести. Если врач проявит
небрежность и ответит какой-нибудь из родительских сентенций, отсюда может
возникнуть игра. В этом случае Ребенок пациента может в конце концов
взбунтоваться. Такой образ действия доставляет возбуждение, но не лечит.
Чтобы избежать подобных нежелательных ситуаций, заключают контракт взрослого
типа, учитывая объективные потребности пациента:
Врач: Что могло бы вас сделать счастливым?
Пациент: Я хотел бы иметь настоящего друга.
Врач: А что такое настоящий друг?
Пациент: Это человек, с которым я мог бы разговаривать, проводить с ним
время, обедать с ним.
Врач: Понимаю. А был у вас когда-нибудь настоящий друг?
Пациент: Нет, я не умею общаться с людьми.
Врач: Ладно. Так вот, если у вас будет настоящий друг, вы получите то,
за чем ко мне пришли, не правда ли?
Пациент: Да, я согласен.
Это, по существу, контракт между Взрослым и Взрослым. И врач и пациент
знают, ради чего они работают, и ясно представляют себе, каким образом
должен измениться пациент, чтобы лечение было успешно. Контракты должны
иметь простой и ясный смысл и формулируются в однозначных терминах. Вот
другие примеры контрактов: "Я хочу зарабатывать не менее ста долларов в
неделю" или: "Я хочу иметь половую потенцию". В контрактах этого рода
пациент либо получает, либо не получает то, за чем он пришел, и обеим
сторонам ясно, достигнута ли поставленная цель.
Если пациент не способен в качестве Взрослого заключить контракт, эта
неспособность становится основным предметом лечения. Если события выходят
из-под контроля, пациента приходится иногда лечить против его воли. В
течение некоторого времени врач может принять на себя ряд родительских
функций и тем самым ответственность за ситуацию Родитель -- Ребенок;
например: "Джордж, пора есть". Прилагаются все усилия, чтобы установить
контакт со Взрослым пациента и заключить с ним лечебный контракт. После
этого лечение может продвигаться быстрее.
Структурный анализ -- это ранняя и применяемая во всех случаях фаза
лечения, в которой врач и пациент группы начинают различать, когда
действующим состоянием Эго является Родитель, Взрослый или Ребенок. Иногда
это легко увидеть.
Хорас (пытаясь быть Взрослым): Поговорим об этом спокойно, Молли.
Врач: Почему же вы показываете на Молли пальцем, когда это говорите?
Хорас: Она ведет себя по-детски.
Здесь проявился не Взрослый Хораса, а его Родитель. Жесты, подобные
указующему пальцу, часто обличают состояние Эго. Поведение, слова, тон
голоса, чувства -- все это помогает диагнозу состояний Эго, и члены группы
нередко выучиваются проницательно разгадывать их.
С состояниями Эго связаны две особенно часто встречающихся проблемы.
Первая из них -- исключение. Случается, что одно из состояний Эго одерживает
верх и не дает проявиться другим. Если одерживает верх Взрослый, то индивид
становится весьма рациональным и объективным, но лишенным ценностей и
убеждений и неспособным к радости. Утвердившийся Родитель проводит обычно
свое время, искореняя все напоминающее детскую радость ["Американская
готика" Гранта Вуда представляет разительный портрет двух человек с
утвердившимся Родителем.] (например, под именем греха). Утвердившийся
Ребенок может получать от жизни много радостей, но лишиться в конечном счете
всех ресурсов и даже остаться без пропитания. Поскольку состояния Эго
естественны, каждое из них выполняет свою необходимую функцию. Вопрос в том,
какое состояние Эго лучше подходит к данной ситуации.
Второй важной проблемой, касающейся состояний Эго, является заражение.
Это происходит, когда два состояния Эго сливаются и пациент не знает, какое
из них действует. Шестилетняя девочка просыпается и кричит: "Мама, мама,
большой злой волк в моем шкафчике; я его слышала!" Мама входит в ее комнату,
включает свет, обнимает ее и говорит: "Не бойся, все будет хорошо!"
(Родитель). Затем она приступает к научному эксперименту. Она стаскивает
одеяло с головы девочки и говорит: "Никакого волка здесь нет". Она открывает
дверцу шкафчика и говорит: "Сейчас посмотрим" (экспериментирование) и,
наконец, говорит: "Посмотри-ка сюда!" (заключение). Это научное исследование
усиливает Взрослого в ее дочери, между тем как ее утешения и объятия
усиливают Ребенка. Дочь ее спала и проснулась с фантазией (Ребенок).
Фантазия эта была столь сильна, что заразила ее Взрослого, и она была
уверена, что слышала шум в шкафчике. Если бы ее Взрослый не был заражен, она
знала бы, что шум этот был одним из обычных звуков от чего-нибудь другого,
например, шелестом падающих листьев или собачьим лаем. Когда вышла ее мать,
уделив внимание и ее Ребенку, и ее Взрослому, оба они стали сильнее и смогли
существовать отдельно; тогда девочка снова уснула.
Эта ситуация, когда фантазии Ребенка заражают вычислительную машину
Взрослого, встречаются в любом возрасте. Например, пациент может в испуге
вообразить, что его преследует какой-то мрачный тип. Это заражение типа
Ребенок -- Взрослый известно под названием мании, и врач поступает почти так
же, как мать в описанной сцене, распознавая Ребенка и Взрослого и говоря о
каждом из них особым способом, что помогает им разделиться. И тогда пациент
может сказать: "Странное же было у меня представление, будто меня кто-то
преследует". Иногда все лечение, которого пациент хочет или в котором он
нуждается, сводится к этому структурному анализу состояния Эго; после
успешного завершения такого анализа он может вернуться к своим обычным
занятиям и домашней жизни, лишь изредка консультируясь впоследствии с
врачом. Однако большинство пациентов переходит затем к анализу игр.
В группах, где применяется анализ взаимодействий, игры разыгрываются по
двум причинам: во-первых, врач не может допустить, чтобы группа проводила
весь сеанс в развлечениях или замкнутости; во-вторых, игры связаны с рядом
преимуществ (выигрышей), особенно в тех случаях, когда они приобретают
грубый характер. Сначала ставится диагноз игры, а затем ее лечат, если это
предусмотрено контрактом врача с пациентом. Опытный врач не преследует все
игры подряд, поскольку время от времени игры нужны каждому, и некоторые из
игр сравнительно безобидны. Но если игра причиняет вред, необходимо
вмешательство врача. [Некоторые проницательные пациенты подсказывают важные
действия, способные остановить игру, и врач у них учится.] Мистер Холмс,
пациент, по контракту желающий иметь друга, играет в игру "Попался, сукин
сын!" (ПСС). В этой игре он пренебрегает всем хорошим, что может услышать от
собеседника, и терпеливо поджидает, пока жертва скажет или сделает
что-нибудь дурное, чтобы торжествующе указать ошибку. Он мастер находить
недостатки, даже если никто другой их не замечает, и использует их сколько
возможно. Конечно, это не способствует его плану найти себе друга.
Когда врач обнаруживает игру, он может реагировать на нее четырьмя
способами: 1) разоблачить игру; 2) принять в ней участие; 3) вовсе
игнорировать ее; 4) предложить альтернативную игру.
1. В случае мистера Холмса врач решил, что необходимо разоблачение. Вот
каким образом Холмс разыграл ПСС с врачом:
Холмс: В прошлый раз вы сказали, что собираетесь начинать занятия
десятью минутами раньше, но этого не сделали.
Врач: Вот вы меня и поймали!
Холмс (со смехом): Я всегда стараюсь поймать вас.
Врач: Совершенно верно.
Это интуитивный ответ на игру со стороны Ребенка. Врач мог бы также
разоблачить игру, объективно рассмотрев ее детали; это выполнил бы его
Взрослый. Поскольку врач обладал интуицией, ему не пришлось входить во все
детали, и Холмс быстро понял, в чем дело.
2. Фанни выздоровела от очень серьезной болезни, во время которой она
убила одного из своих детей, а затем провела много лет в палате строгого
режима крупной государственной психиатрической больницы. Она вела теперь
спокойную жизнь домашней хозяйки, посещая врача для дополнительного лечения.
Контракт ее состоял в том, чтобы оставаться дома и не возвращаться в
больницу. Она поддерживала свое настроение, играя в игру "Какой вы чудесный
человек, доктор!" Врач решил играть с нею в эту игру и принимал как должное
признание своих талантов. В результате она следовала его рекомендациям,
принимала лекарства и вообще хорошо себя вела. Врачу, ведущему группу
анализа взаимодействий, постоянно приходится делать выбор между указанными
двумя возможностями.
3. Ричард жаловался, что в детстве родители несправедливо его избивали.
Во время группового сеанса он сказал очевидную ложь, легко обнаруженную
врачом, поскольку она расходилась с другой историей, рассказанной им в
прошлый раз. Врач имел искушение разоблачить эту ложь, но воздержался,
поняв, что Ричард играет в "Дай мне пинка" и хочет быть разоблаченным и
смущенным. Ричард мог получать пинки, получал их чуть ли не повсюду, и ему
незачем было ходить за ними к врачу. Если бы врач стал играть в его игру,
Ричард, вероятно, покинул бы группу. [Пациенты, встречающие в группе те же
привычные реакции, которые они могут встретить где угодно, обычно находят
лечение тягостным.]

4. В следующем случае врач решил начать альтернативную игру. Роуз
подвергалась в прошлом разнообразному лечению, включавшему в себя
кратковременную и длительную госпитализацию, лекарства и электрошок. Ничто
не могло, однако, изменить ее весьма примитивной игры в "Скандал", в течение
которой она настойчиво жаловалась, что ей все время лгут. На одном из
групповых сеансов она производила особенно много шума, и члены группы
полагали, что ее следует вернуть в больницу; в ответ на это врач сказал:
"Роуз, вы просто валяете дурака". Она была поражена и не верила своим ушам.
Внезапно прервав "Скандал", она затеяла игру оскорбленного достоинства
"Почему мне всегда так не везет?". Она надула губы и сказала врачу, что тот
ведет себя не так, как требует его профессия; но затем решила взять себя в
руки, спокойно вышла из кабинета и избежала ненужной поездки в больницу.
Когда пациент в конечном счете отказывается от важной для него игры,
положение его весьма своеобразно. Он отрекся от "старого друга", поскольку
хорошо знал свою игру и извлекал из нее очень много. Обычно он переживает в
таких случаях период отчаяния. Оно похоже на депрессию, но отличается от нее
тем, что наступает быстро и сопровождается элементами фрустрации и
замешательства. Отчаяние является реакцией Ребенка и напоминает то, что
происходит с настоящим ребенком, когда уезжает его лучший товарищ по играм.
Ребенок чувствует себя одиноким и не знает, что ему делать. Но через
несколько дней можно увидеть его весело играющим с другим приятелем.
Пациент, отказывающийся от игры, находится в подобном же одиночестве, но
точно так же свободен найти себе новых друзей.
Это -- время решения. Ответственный врач, ведущий анализ
взаимодействий, никогда не покинет пациента в такой момент, а продолжит свою
работу в течение периода, когда пациент, освободившись от своих пут, решает,
чем ему дальше заняться. Он не повторяет старых шаблонов, а пробует новые
способы общения в своей группе. И теперь Ребенок пациента ищет поддержки у
Родителя врача. Врач, предвидевший этот момент, готов оказать ему помощь.
В случае Джеральда, мать говорила ему, когда он был ребенком:
Мать (на одном уровне): Будь удачлив в жизни.
Мать (на другом уровне): Не покидай меня.
Теперь же врач говорит ему:
Врач (на одном уровне): Будь удачлив в жизни.
Врач (на другом уровне): А теперь ты можешь уйти.
В данном случае здесь происходит здоровое соревнование между реальной
матерью и родительским состоянием Эго врача. Врач понимает силу своего
влияния и готов принять на себя ответственность, хорошо зная собственного
Родителя, Взрослого и Ребенка. В некоторых случаях пациент, отказавшийся от
игр, достигает близости, самого приятного и благодарного из переживаний.