Спиркин А.Г. Философия

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 5. Философия французского Просвещения

В историю XVIII в. вошел как эпоха Просвещения. Его родиной стала Англия, затем Франция, Германия и Россия. Для этой эпохи характерен девиз: все должно предстать перед судом разума! Обретающее широкий размах развитие науки, становящейся достоянием широких кругов мыслящих людей, — вот духовная атмосфера этого времени. Такого рода умонастроения возникали уже в конце XVII в. Философы Ф. Бэкон, Т. Гоббс, Р. Декарт, Дж. Локк — родоначальники просветительских идей. Исходные идеи эпохи Просвещения — культ науки (а следовательно, Разума) и прогресс человечества. Все труды деятелей Просвещения пронизаны идеей апологии Разума, его светоносной силы, пронизывающей мглу и хаос. Имей мужество мыслить самостоятельно! — таков призыв Просвещения. Францию XVIII в. характеризуют огромное количество идейных исканий, научных творческих подвигов и сотрясающих общество политических событий. Страна начала выходить из трясины феодального строя, экономической и политической раздробленности и отсталости, она вступила в период первоначального капиталистического накопления. Просветители, как следует из самого слова, заботились о распространении просвещения среди народных масс. Они боролись за то, чтобы в обществе не было пропасти между бедными и людьми, утопающими в роскоши. В качестве идеала они выдвигали принцип равенства как требование здравого смысла. Выдающимися философами эпохи Просвещения во Франции являются .Вольтер, Ж.Ж. Руссо, Д. Дидро, К.А. Гельвеций, П. Гольбах, Ж. Д'Аламбер.

§ 1. Вольтер

Вольтер (Мари Франсуа Аруэ) (1694—1778) — один из идейных вождей французского Просвещения, знаменитейший писатель и мыслитель(1). Как отмечают специалисты, Вольтер безраздельно властвовал над умами чуть ли не весь XVIII в. Вокруг него бушевали страсти. Его любили и ненавидели. Он — чародей слова, дьявольски умен и остроумен, кругозор его на редкость велик, трудолюбие неиссякаемо, темперамент вулканичен. Он писал о событиях, волновавших всех.

Вольтер раньше других остро почувствовал надвигающуюся революцию всей мощью своего дерзкого гения. Вместе с ярчайшими умами Франции он страстно содействовал идеологической подготовке социального взрыва. Он был признанным вождем философско-социального движения. Вольтер и его соратники требовали свободы мысли, устного и печатного слова. Он со всей силой непримиримости кричал на всю страну, на весь мир: “Осмельтесь мыслить самостоятельно!” Свое политическое кредо Вольтер выразил в крылатой фразе: “Лучшее правительство то, при котором подчиняются только законам!” Он возлагал надежды на мудрость и благость правителя, короля-философа. Ему импонировало общественно-политическое устройство Англии — ограничение власти короля, сравнительная веротерпимость. Стремясь воздействовать на принцев и королей, он написал труд о Петре Великом, побывал в Пруссии, где поучал Фридриха Великого, состоял в переписке с Екатериной Великой. Отрезвляющая ирония Вольтера снова понадобилась прогрессивным силам общества и сыграла немалую роль в идейной подготовке революции 1830 г., окончательно покончившей с Бурбонами. Его творчество отличается исключительной многосторонностью: он и философ, и популяризатор передовых естественнонаучных идей, и поэт, и драматург, и романист, и историк. Философичен огромный по объему (более 50 пьес) и пользовавшийся колоссальным успехом не только во Франции, но и во многих других европейских странах “театр Вольтера” — крупнейшего драматурга XVIII в. Философична обширная и разно жанровая поэзия Вольтера, величайшего, по мнению современников, французского поэта своего времени. Вся художественная проза Вольтера — это философские повести, философские романы Вольтера “Задиг”, “Микромегас”, “Кандид”, исторические работы “История Петра Великого”, “История Карла XII” и “Век Людовика XIV”. Вот почему А.С. Пушкин имел основание сказать: “Если первенство чего-нибудь да стоит, то вспомните, что Вольтер пошел по новой дороге — и внес светильник философии в темные Архивы Истории”. Вольтер является автором “Философского словаря”, который в последнем полном собрании его сочинений занимает пять томов по 35—40 печатных листов каждый. Кстати, он ввел в научный оборот термин “культура”. Все его произведения пронизаны острым публицистическим началом. Недаром его называли дьяволом во плоти. Его слово было острым, как лезвие бритвы, и отличалось от бритвы разве лишь тем, что никогда не тупилось. Все его многочисленные сочинения — от трагедий и философских трактатов до блещущих сарказмом памфлетов, ядовитых эпиграмм, поэм и искрометных экспромтов — наполнены кипучей энергией нескончаемых битв. Он не щадил ни королей, ни священнослужителей, ни вельмож. Его собственно философские позиции в основе своей во многом определяются идеями Дж. Локка и И. Ньютона.

Резко критикуя клерикализм, различного рода злоупотребления церкви, Вольтер признавал необходимость веры в Бога как перводвигателя Вселенной. Конечную причину движения сущего, мышление и вообще душевные явления Вольтер считал проявлением божественной силы. В этом он испытывал неотразимую силу влияния учения Ньютона. Вольтер не допускал самой возможности существования общества вне веры в Бога, и категорически возражал против идеи Бейля относительно общества, состоящего только из атеистов. По словам Вольтера, “это было бы просто страшно!” - Согласно Вольтеру, “если бы не было идеи о Боге, ее бы следовало измыслить; но она начертана перед нами во всей природе!”

Любопытны рассуждения Вольтера о свободе воли. “Признаюсь вам в том, — пишет Вольтер К.А. Гельвецию, — что долгое время блуждал я в этом лабиринте, тысячи раз обрывалась моя путеводная нить, но все-таки я возвращаюсь к тому, что благо общества требует, чтобы человек считал себя свободным... Я начинаю... более ценить жизненное счастье, чем истину... Отчего же не предположить, что верховное существо, даровавшее мне непостижимую способность разумения, могло дать мне и немножко свободы...”.

Вольтер резко критиковал феодальный режим с его чудовищными злоупотреблениями. Он не уставал в своем призыве к активной деятельности с целью уничтожения всех форм варварства и дикости феодальных злоупотреблений.

Влияние Вольтера было чрезвычайно сильным и в России, чему способствовала Екатерина Великая, которая переписывалась с ним и приказывала переводить его труды на русский язык. Симпатия императрицы к Вольтеру и просветительской французской литературе вообще быстро создала моду на “вольтерьянство”, прежде всего в светских кругах. Но Французская революция показала власть предержащим, что Вольтер опасен для нее; к нему стали относиться как к “иностранному диссиденту”, угрожавшему крепостному праву своими свободолюбивыми идеями.

(1) Воспитание он получил в школе иезуитов. За политический памфлет попал в Бастилию, где сочинил трагедию “Эдип” и шесть песен “Генриады”. По освобождении принял имя Вольтер. Вызвав на дуэль графа Рогана, второй раз попал в Бастилию, а потом был изгнан из Франции. Он переселился в Англию, где познакомился в учением Дж. Локка и И. Ньютона, изучал английскую литературу. Английские впечатления Вольтера отражены в его “Философских (или “Английских”) письмах” (1749). Но “Философские письма” были сожжены, и он бежал в Лотарингию к маркизе де Шатл, где за 5 лет написал несколько пьес и “Элементы философии Ньютона”. Фридрих Великий пригласил Вольтера в Берлин. В 1746 г. его выбрали во Французскую академию и назначили историографом. В 1750 г. он вновь поселился в Берлине, который, однако, вскоре должен был покинуть из-за ссоры сначала с Мопертюи, а потом и с Фридрихом Великим. Вскоре он поселился в Фернее, где прожил 20 лет и написал свой знаменитый “Философский словарь”. В 1778 г. он вернулся в Париж, где был встречен с величайшим почетом.

§ 2. Ж.Ж. Руссо

Жан Жак Руссо (1712—1778) — один из самых выдающихся мыслителей эпохи Просвещения. Своим страстным стремлением к изменению социального порядка, борьбой за научное мышление, всей своей разносторонней литературной деятельностью он, как и Вольтер, способствовал приближению революции во Франции Вольтер и Руссо, по словам Г. Гейне, - те два писателя, которые более всех других подготовляли революцию, определили ее дальнейшие шаги и ныне руководят французским народом и властвуют.

По своим убеждениям Руссо - представитель демократического крыла идеологов Просвещения; он - философ, социальный мыслитель, писатель, крупнейший специалист в области философии искусства (особенно музыки) и педагогики. Веря в существование Бога и признавая бессмертие души, Руссо утверждал, что материя и дух суть два извечно существующих начала. В вопросах теории познания он придерживался идей сенсуализма, хотя и был сторонником врожденности нравственных идей. Руссо подвергал резкой критике феодально-сословные отношения и деспотический политический режим. Столь же резко он относился к частной собственности, вида в ней источник всех социальных зол Тот человек, - писал Руссо, - который окопав и огородив данный участок земли, сказал “это мое” и нашел людей, которые были достаточно глупы, чтобы этому поверить, был настоящим основателем гражданского общества”.

Свой знаменитый трактат “Об общественном договоре”- Руссо начинает патетическими словами: “Человек рожден свободным, а между тем везде он в оковах!” Развивая идеи общественного договора, Руссо в отличие от Т. Гоббса утверждал, что в “естественном состоянии” не только не было “войны всех против всех” но в отношениях между людьми господствовали дружба и гармония. Он смело восставал против современной цивилизации как цивилизации неравенства. Его негодование было направлено против такой культуры, которая оторвана от народа и которая освящает общественное неравенство. Руссо различал два вида неравенства: физическое, проистекающее из разницы в возрасте, здоровье, даровании и т.п., и политическое, выражающееся в различных привилегиях. Этому Руссо противопоставлял простоту и “невинность” первобытных людей. Руссо - сторонник естественного права. Его идеалом было далекое прошлое, когда все люди были равны: да и какие раздоры могли быть у людей, которые ничем не владеют! Между Руссо и Вольтером происходили острые споры. Вольтер был в корне не согласен с идеей Руссо о том, что идеалы пребывают в далеком прошлом. В своей поэме “Светский человек” Вольтер писал: “Наши предки жили в неведении понятий “мое” и “твое”. А Откуда им было знать это? Они были наги. А когда ничего нет, то нечего и делить. Но хорошо ли это?” Обращаясь к Руссо он говорит: “Отец мой, не прикидывайтесь простачком, не называйте нищету добродетелью”. И далее Вольтер продолжает: “Когда читаешь Вашу книгу, так и хочется стать на четвереньки и бежать в лес!”(1).

(1) Руссо — гуманитарно ориентированный мыслитель крупного масштаба, и о нем мы подробно говорим в разделе “Основы социальной философии”. Но его никак нельзя было хотя бы кратко не упомянуть и в этом разделе.

§ 3. Д. Дидро

Дени Дидро (1713—1784) — знаменитый мыслитель, ученый-энциклопедист. Характерная черта его политического мировоззрения — остро выраженный демократизм. Это удивительно одаренная, всесторонне развитая личность — философ, драматург, поэт, автор романов, теоретик искусства и художественный критик(1). Дидро посвятил, свою творческую деятельность науке и философии, в значительной мере вопросам познания природы, а его произведения “Мысли об объяснении природы”, “Физиологические очерки”, “Письма о слепых в назидание зрячим” и другие сочинения являют собой шедевр философской литературы яркого публицистического характера. Он оказал огромное влияние на многие умы: Г. Лессинг и И.Г. Гердер во многом следуют Дидро, И.В. Гете и Ф. Шиллер преклоняются перед его исключительным талантом, Г. Гегель в своей “Феноменологии духа” комментирует блестящие образцы диалектики “Племянника Рамо”.

Дидро отличался искрящимся остроумием, выдающимся литературным даром, глубиной и тонкостью мысли, страстностью неутомимого борца, а также общительностью, бескорыстием и отзывчивостью(2). Дидро сначала был верующим христианином, потом скептиком, но от веры в Бога как творца мироздания не отошел. В последние годы жизни он склонялся к воззрениям, близким к воззрениям Г. Лейбница.

Дидро высказал мысль, согласно которой от молекулы до человека тянется цепь существ, переходящих от состояния живого оцепенения до состояния максимального расцвета разума(3). На вопрос, можно ли предположить, что и камень чувствует, Дидро ответил: “Почему бы и нет?” И действительно, прикоснитесь ладонью к камню и информация о вашем прикосновении останется надолго на камне. Дидро, конечно, не знал и не мог знать информатики, но он силой интуиции прозревал нечто подобное. Это выразилось и в его тонкой характеристике сути живого. Специфическими особенностями жизни являются раздражимость и чувствительность, говорил Дидро, уделявший большое внимание биологическим проблемам. Образованность и прозорливость позволили Дидро высказать идею, ставшую предвестием эволюционной теории в мире живого.

Дидро утверждал, что душа — продукт единства организма, его целостности. Человек “есть некое целое, оно едино, и, может быть, это единство — в соединении с памятью — составляет душу, Я, сознание”. В своих “Элементах физиологии” Дидро высказал глубокую мысль: “Я не могу отделить даже в абстракции пространства я времени от существования. Значит оба эти свойства существенно характерны для него”.

Дидро написал огромное число работ по философии для своего детища — знаменитой “Энциклопедии”. Философским кумиром для Дидро был Ф. Бэкон с широтой, глубиной его воззрений и лучезарной яркостью слога.

(1) Приведем как пример небольшой фрагмент из его критики книги “Об уме” К.А. Гельвеция (он внес существенный вклад в разработку проблем философской антропологии и идей “человеческого ума”, написав такие труда, как “О человеке”, “Об уме”): “ Различие между человеком и животным сводится у него только к различию организации. Так, например, удлините у человека лицо, вообразите, что нос, глаза, зубы, уши у него, как у собаки, снабдите его шерстью, поставьте его на четыре лапы, — после такого превращения человек этот, будь он хоть доктором Сорбонны, станет выполнять все функции собаки; он будет лаять вместо того, чтобы аргументировать; он будет грызть кости, вместо того чтобы заниматься разрешением софизмов; вся его деятельность сосредоточится в обонянии; почти вся душа его будет заключаться в носу; и он будет гоняться по следу за кроликом или зайцем, вместо того чтобы выслеживать атеистов или еретиков... С другой стороны, возьмите собаку, поставьте ее на задние ноги, округлите ей голову, укоротите морду, отнимите у нее шерсть и хвост — и вы сделаете из нее ученого доктора, занимающегося глубокими размышлениями о тайнах предопределения и благодати...” (Дидро Д. Собрание сочинений. М.; Л., 1938. Т. 2. С. 6).

(2)Чтобы содействовать осуществлению возможности проведения реформ в России, Дидро стремился к глубокому и разностороннему изучению русской общественной жизни, экономики и культуры. Он писал Фальконе: “Я, конечно, поеду в Россию. Чувствую, что сердце влечет меня туда непрестанно, и этого стремления мне не преодолеть”. Память о сотрудничестве Дидро и Фальконе запечатлена в памятнике Петру I (см.: Эстетика и современность. М., 1989). Огромную помощь Дидро оказала Екатерина Великая. Она пригласила знаменитого мыслителя в Россию: беседы с ним доставляли ей интеллектуальное и эстетическое наслаждение, она любовалась его умом и красноречием. Чтобы материально помочь Дидро, Екатерина купила его богатую библиотеку, оставив книги у него в пожизненное пользование.

(3) Дидро полагал: “Всякое животное — более или менее человек; всякий минерал — более или менее растение; всякое растение — более или менее — животное” (Дидро Д.. Избранные сочинения. М., 1926. Т. 1. С. 165).

§ 4. П. Гольбах

Поль Генрих Дитрих Гольбах (1723—1789), барон — французский философ-материалист. Усвоив взгляды значительной части Современного ему европейского общества, он высказал их с такой прямолинейностью, что возбудил возражения представителей различных философских школ. Главное его сочинение “Система природы” — “эта библия материализма”. Здесь Гольбах сводит все душевные качества к деятельности тела; это приводит к отрицанию свободы воли и идеи совершенствования. Добродетель, по Гольбаху, есть деятельность, направленная на пользу людей как членов общества, она вытекает из чувства самосохранения. Счастье заключается в удовольствии. Согласно Гольбаху, материя существует сама по себе, являясь причиной всего: она — своя собственная причина. Все материальные тела состоят из атомов. Именно Гольбах дал “классическое” определение материи: материя есть все то в объективной реальности, что, воздействуя каким-либо образом на наши чувства, вызывает ощущения(1). Подобно тому как удары пальцев музыканта по клавишам, скажем, клавесина рождают музыкальные звуки, так и воздействия предметов на наши органы чувств рождают ощущения всевозможных свойств. Он, как видим, весьма упрощенно трактовал процесс познания, хотя ранее так много гениального было уже сказано на этот счет.

Французские философы, преодолевая непоследовательность Дж. Локка и критикуя идеи Дж. Беркли, защищали принцип материальности мира в его механистической форме, хотя в воззрениях некоторых из них и содержались диалектические идеи развития организмов.

Чтобы понять уровень материалистического объяснения душевных, личностных особенностей человека, приведем цитату из книги французского врача-материалиста Ж. О. Ламетри (1709— 1751) “Человек-машина”: “Что нужно было, чтобы превратить бесстрашие Кая Юлия, .Сенеки или Петрония в малодушие или трусость? Всего только расстройство селезенки или печени, или засорение воротной вены. А почему? Потому, что воображение засоряется вместе с нашими внутренними органами, от чего и происходят все эти своеобразные явления истерических и ипохондрических заболеваний”.

У французских просветителей имелись значительные расхождения во взглядах, вплоть до противоположных позиций. Но все-таки в целом все они были полярно противоположны миру официальной практики и идеологии, едины в той мере, в какой противостояли господствующим сословиям. Все они исходили из принципа: если человек, его личные качества зависят от окружающей среды, то и его пороки также являются результатом влияния этой среды. Чтобы переделать человека, освободить его от недостатков, развить в нем положительные стороны, необходимо преобразовать окружающую и прежде всего общественную среду. Они занимали одну позицию в том, что живут в переломное время, время приближающегося торжества разума, победы просветительских идей, в “век триумфа философии” (Вольтер). Центром, вокруг которого сгруппировались философы и их единомышленники, оказалась знаменитая “Энциклопедия, или Толковый словарь наук, искусств и ремесел”. Д. Дидро и его соратник по редактированию “Энциклопедии” великий математик, механик, философ-просветитель Ж.Л. Д'Аламбер (1717—1753) поставили перед собой гигантскую Задачу — представить “общую картину усилий человеческого ума y всех народов и во все века”. Этот труд являет собой эпоху в духовной жизни не только Франции и не только Европы, но и всего мира (кстати, “Энциклопедию” по частям стали переводить в России). Это великий памятник, воздвигнутый французскими просветителями своей эпохе.

(1) Это определение материи нескончаемое число раз цитировалось нами (“советскими философами”) как “гениальное ленинское определение материи”. О нем говорилось, что оно и гениальное, и опережает все достижения науки, и является руководящим методологическим принципом всего естествознания, и т.п.