История Государства и права России. Учебник для вузов. Под ред. С.А. Чибиряева

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 7. Государство и право в период разложения крепостного строя и роста капиталистических отношений (первая половина XIX в.)

§2. Общественный строй

“В России нет истинно свободных людей, не считая нищих бродяг и философов”, - напишет М. М. Сперанский в 1809 г. Все население продолжало делиться на дворян, духовенство, крестьянство и горожан.

Российская история унаследовала от предыдущего периода не только форму правления, но и всю социальную организацию. На вершине Олимпа стояло первое сословие - дворянство.

Однако права, дарованные одним самодержцем, могли быть отобраны другим. Как это и случилось во времена царствования Павла 1.

Все дворянские привилегии Александр 1 вернул дворянству, восстановив во всем объеме Жалованную грамоту. Более того, дворянам было разрешено обзаводиться в городах фабриками и заводами, заниматься торговлей, создавать предприятия в деревне. Особые привилегии получили крупные землевладельцы. Манифест от 6 декабря 1831 г. “О порядке дворянских собраний, выборов и службы по оным” позволил избираться на дворянские общественные должности лишь дворянам, у которых имелось не менее 100 душ крепостных крестьян или 3 тысячи десятин незаселенной земли.

В основу наследования дворянских имений был положен майорат. Законом от 16 июля 1845 г. установлено, что заповедные дворянские имения могли переходить по наследству только старшему сыну. Другими словами, крупные имения дворян нельзя было дробить и отчуждать на сторону.

Дворянское сословие продолжало оказывать огромное влияние на государственные дела. С военной службы были уволены офицеры, не являющиеся дворянами, и с 1798 г. лиц не дворянского происхождения к офицерскому званию не представляли.

Почти все наиболее крупные вотчины были на оброке. Владельцы таких вотчин не жили в них, а пребывали в Петербурге при дворе. Крепостное право и крепостная вотчина со всеми ее порядками были основой дворянской мощи. Нужно прочесть переписку историка Н.М. Карамзина с бурмистром его деревни, чтобы представить, как он понимал свои господские права и как искренне верил в свое помещичье призвание. “Пишешь ты ко мне, бурмистр, что хотя и приказал я женить крестьянского сына Романа Осипова на дочери бывшего поверенного Архипа Игнатьевича, но миром крестьяне того не приказали: кто же из вас смеет противиться господским приказаниям? Думаю, что это по глупости вашей, и для того вам на сей раз спускаю, но снова приказываю вам непременно женить упомянутого Романа на дочери Архиповой. А если впредь осмелится мир не исполнить в точности моих предписаний, то я не оставлю сего без наказания. Всякие господские повеления должны быть святы для вас: я вам отец и судья. Мое дело знать, что справедливо и для вас полезно. Если же кликуши не уймутся, то приказываю тебе высечь их розгами...” И все это было писано 18 сентября 1824 года своим крестьянам в Нижегородское имение.

Старая политическая форма управления должна была обеспечить старый общественный строй. А у дворянства были все основания опасаться за незыблемость последнего.

Дворянское спокойствие было нарушено двумя указами царя, подготовленными Сперанским: относительно “придворных званий” и экзаменов на гражданские чины. Прежде придворные звания -сразу же предполагали и чины. Согласно указу звания при дворе не давали право на чин, тем самым и отбиралось право занимать высшие государственные должности без делового подтверждения. Прежде чин давался за выслугу лет, теперь для получения чина коллежского асессора требовался университетский диплом. А это значило, что и высшие чины можно было получить при наличии образования. Такой подход приоткрывал возможность для продвижения по государственной службе разночинной интеллигенции.

Оба приказа вызвали открытое возмущение аристократии, так как была поднята рука на то, что считалось веками их неприкосновенным правом. После такой неслыханной дерзости “поповича” нельзя было не признать человеком самым опасным. Поднялся страшный вопль. За эти указы Сперанского обвинили в наглом стремлении к революции. Даже отдельные слова и выражения, содержащиеся в указах, кстати, подписанных императором, для многих аристократов казались оскорбительными. Однако дело было сделано.

Мечты об “истинном” управлении, о законности с начала XIX столетия занимали русское общество, прогрессивно настроенных представителей дворянского сословия. Власть дворян, деятельность всех высших государственных органов оспаривались с точки зрения гражданского равенства и необходимости отмены крепостного права. По мере роста этих настроений предметом острой критики стала вся политическая система общества. С годами все острее проявлялась необходимость кардинальных изменений в политической системе империи. Образовались тайные вольнодумные общества. Именно в этот период П. И.Пестель написал свою “Русскую правду”, а Н.М. Муравьев - проект конституции.

Правовое положение духовенства меняется. Оно получает дополнительные привилегии. Отменены телесные наказания священников, дьяконов и их детей. Духовенство освобождено от земельного сбора (1807 г.) и от постоя (1821 г.). Вместе с тем, сокращалось число лиц духовного звания, пользующихся привилегиями: не имеющие штатных мест должны были избрать себе “род жизни”; дети священнослужителей обязывались Указом 1828 г. избрать себе гражданскую или военную службу, а кто не сделал этого в течение года, записывался в одно из податных сословий.

Постепенно осуществлялся перевод приходского духовенства на государственное содержание, а награжденные из его числа орденами получали наследственные дворянские права.

Основную массу населения составляло крепостное крестьянство. Александр 1 со своими друзьями осуждал крепостное право с морально-этических позиций, но он не был сторонником решительных мер, а надеялся, что цель будет достигнута путем медленных и осторожных шагов. Так, в 1803 г. вышел указ “О вольных хлебопашцах”, предоставлявший помещикам право освобождать своих крестьян с землей за выкуп по договоренности сторон. В 1816-1819 гг. освобождены за выкуп крестьяне прибалтийских губерний (Эстляндии, Лифляндии, Курляндии), фактически в этих землях ликвидировалось крепостное право.

28 мая 1802 г. вышел указ о запрещении печатать объявления о продаже крепостных крестьян без земли. Русское земледельческое производство первой половины XIX в. все более ориентировалось на рынок, превращаясь в товарное производство и втягиваясь в денежно-хозяйственные отношения. Отсюда произошел целый ряд чрезвычайно важных явлений, проторивших дорогу новым свободным формам земельной собственности, уничтожению дворянской привилегии на владение землей. Монопольное право дворян на землю отменялось.

Указ от 12 декабря 1801 г. предоставил купцам, мещанам и всем крестьянам, кроме помещичьих, право покупать землю. В 1830 г. крепостные крестьяне составляли 37% от общего числа крестьян.

Земля делалась, таким образом, объектом свободного гражданского оборота. Дворянскую землю стали приобретать и бывшие крепостные.

Среди дворянства появились просвещенные кружки, в которых сознавали необходимость освобождения крестьян. Однако широкая масса дворянства, разумеется, была против каких-либо реформ крепостного права.

Один за другим учреждались секретные комитеты по крестьянскому вопросу. И деятельность этих комитетов, протекавшая в самой непроницаемой тайне, кончалась ничем или почти ничем.

Не сладив с крестьянским вопросом в его целом, Александр 1, а затем и Николай 1 обратили свой взор на ту группу крестьян, которая принадлежала казне и носила название государственных.

Сперанский предложил сначала приступить к реформам в управлении казенными крестьянами, дабы показать хороший пример помещикам.

Обширная категория государственных крестьян не была однородна. На севере, в старинных “поморских уездах” это были так называемые “черносошные крестьяне”. Здесь не развилось помещичьего землевладения. Этот край был всегда безопасен от внешнего нападения, его не от кого было оборонять. Служилые люди были здесь не нужны, как нужны были они по южной и западной границам.

Черносошные крестьяне были относительно свободны, а земля принадлежала им на праве владения. Этим крестьянам было запрещено отчуждать землю в руки лиц, не несших тягло перед государством, передавать землю многочисленным на севере монастырям.

Совершенно иное положение было у государственных крестьян юга России. В состав этой группы вошли прежде всего военные элементы: “однодворцы”, “старых служб служилые люди”, из которых в XVII в. формировался контингент солдатских, драгунских, рейтарских полков и т.д. Их селили на южных границах целыми группами, наделяя небольшими участками пашни, в поселениях возникли порядки сельской общины.

С учреждением регулярной армии при Петре 1 эти крестьяне перестали быть нужны как служилые люди и были обложены наравне с другими крестьянами подушной податью и причислены к категории государственных крестьян.

На востоке в состав этой группы вошли разного рода инородцы и масса сибирских крестьян, по положению своему ничем не отличавшихся от черносошных крестьян поморских уездов.

Категория государственных крестьян заметно увеличили крестьяне церковных земель, отобранных Екатериной II у монастырей в 1764 г., так называемые “экономические” крестьяне.

Всего по VIII ревизии (1833 г.) государственных крестьян насчитывалось 7 649 000 душ мужского пола, что составляло '/з всего сельского населения России. Их юридическое положение было противоречиво. Свод законов признавал их “свободным сельским сословием”. Они обладали гражданскими правами. Дети государственных крестьян могли поступать в высшие учебные заведения.

На них смотрели как на свободных людей, но в то же время видели в них крепостных государства, которое и могло ими распоряжаться по произволу.

Высшей инстанцией, где сосредоточивалось управление государственными крестьянами, был Департамент государственных имуществ в Министерстве финансов. Департамент не пользовался никакой самостоятельностью, а Министерство финансов интересовал лишь сбор податей с крестьян. Впоследствии было образовано Министерство государственных имуществ (1837 г.), а в каждой губернии учреждались особые палаты государственных имуществ, находившиеся под общим надзором губернаторов.

В 1816 г. начался процесс перевода государственных крестьян на положение военных поселенцев. Около 400 тыс. человек должны были заниматься одновременно и сельским хозяйством, сдавая '/2 урожая государству, и нести военную службу. Вся жизнь этих “крестьян-воителей” регламентировалась Воинским уставом. Начальником военных поселений становится генерал А.А. Аракчеев, главный советник Александра 1.

Наиболее тяжелым оставалось положение помещичьих крестьян. Половина крестьянского дохода шла помещику в виде оброка. Массовый голод крестьян был обычным явлением. Понятно, что крепостное население, питавшееся Бог знает чем (мхом, лебедой, древесной корой), вымирало. Смертность помещичьих крестьян превосходила рождаемость.

Городское население делилось на почетных граждан, купцов, цеховых, мещан и рабочий люд.

Почетное гражданство было введено с целью выделения верхушки возникающей буржуазии из общей массы городского люда. Оно разделялось на потомственное и личное. Первое присваивалось по праву рождения, второе - по представлению министров или личной просьбе. Почетные граждане пользовались, как и дворяне, целым рядом привилегий: свободой передвижения, освобождением от телесных наказаний и от личных принудительных работ. Но самым существенным было их освобождение от всех налогов и податей.

Купцы приписывались к одной их двух гильдий (занятие оптовой торговлей - первая гильдия; розничной - вторая). Наряду с общими правами (свобода передвижения, право награждения чинами и орденами, свобода от телесных наказаний) купцы первой гильдии имели право приезда к императорскому двору, носить губернский мундир, получать звание коммерц- и мануфактур-советников. Во главе городского купеческого общества был выборный староста.

Всякий, кто занимался каким-либо ремеслом, обязан был записываться в цех. Ремесленники делились на мастеров и подмастерьев. Мастером мог сделаться только подмастерье, пробывший в этом звании не менее трех лет.

Концентрация производства на фабриках и заводах способствует разрушению цеховой организации. XVIII век завещал XIX несвободную фабрику двух видов: вотчинную - дворянскую и купеческую - посессионную. Вотчинной называлась фабрика, где работали крепостные помещика, а посессионной - где работали посессионные крестьяне, т.е. крестьяне, прикрепленные к фабрикам и заводам по закону Петра 1 от 1721 г. Их нельзя было отчуждать без фабрик и заводов и использовать на иных работах, кроме фабричных.

В 1825 г. более половины всех фабричных рабочих трудились по вольному найму. В 30-х гг. фабриканты жалуются царю на невыгодность посессионного труда. Под влиянием этого в 1840 г. был издан закон, по которому фабриканты приобрели право освобождать посессионных рабочих, получая от казны по 36 руб. С души мужского пола. Таким образом, был сделан первый шаг к вольнонаемному труду. Но торжество вольнонаемного труда еще более резко подчеркнуло необходимость освобождения крестьян в интересах развивающейся промышленности. Отпущенные помещиками на заработки крестьяне не были заинтересованы в результатах своего труда, ибо львиную долю заработка они вынуждены были отдавать помещику. Более того, помещик мог в любой момент отозвать своих крестьян с фабрики, нарушив и интересы фабрики.

Большинство городского населения принадлежало к мещанам. Они никакими особыми правами не пользовались. Состояние мещанства передавалось потомству и жене. Мещанское общество каждого города управлялось старостой и его помощниками, избираемыми на 3 года и утверждаемыми губернатором. Всякого провинившегося мещанина по решению мещанского общества могли подвергнуть “водворению”, т.е. ссылке в Сибирь.