Балагушкин Е. Нетрадиционные религии в современной России

ОГЛАВЛЕНИЕ

Раздел II. Основные представители новых религиозных движений

Глава V. Церковь Последнего Завета (синкретическое христианство Виссариона)

3. Сакральное пространство

Общее и вместе с тем целостное представление о той или иной религии можно себе составить, обратившись к рассмотрению свойственного ей сакрального смыслового пространства, т.е. картины распределения высших, позитивных (божественных) и низших, негативных (сатанинских) сакральных начал и их взаимодействия с человеком и земным миром. По сравнению с традиционным христианским богословием в “Слове Виссариона” мы находим очень сложно структурированное религиозное пространство, особенно это касается высших божественных инстанций и свойственных им сакральных сил.

Во Вселенной есть два великих Начала, два Источника: один из них — Единый, или Абсолют, Творец Вселенной, материального бытия, другой — Отец Небесный, Господь. Каждый из этих источников обладает особой энергией: Единый — Духом Жизни, материальной жизненной силой, Отец Небесный — Святым Духом, духовной жизненной силой. Обе эти силы имеют большое значение для человека. Дух Жизни, исходящий от Единого, поддерживает энергии, питающие человеческую плоть, а Святой Дух, благодатная сила и мудрость, нисходящие от Бога, входит в плоть человека для сотворения богоугодных дел.

Высшие сакральные начала связаны между собой генетически. Отец Небесный именуется “сыном Единого” и “Богом-Сыном”, появившемся в результате слияния Духа Жизни, материальной жизненной силы Единого, и “уникального тока от Сердца Земли-Матушки”.

“Благодаря Единому развился весь Разум Вселенной”, Отец Небесный, со своей стороны, породил род людской, “вкладывая уникальную духовную ткань в человеческую плоть”, он — творец человеческих душ, в нем “заключено всё благо, кое творилось и творится на Земле” [П. 52-69, 72-73].

Космологическая картина в богословии Виссариона слагается из внеземных цивилизаций, составляющих как бы её общий фон, и земного мира, в котором локализован уникальный и более высокий уровень бытия. Внеземные цивилизации развиваются на основе двух ипостасей: Единого и исходящим из него Духа Жизни. Земной мир развивается в гармонии четырех ипостасей: помимо двух названных на него оказывают воздействие божественный Отец Небесный и исходящий из него Святой Дух [Кн. обр. 14:1-6, 9].

Человечество находится ещё и под воздействием “более высокого разума, желающего вывести людей на более безопасный уровень развития” [Кн. обр. 14:10]. Имеется в виду Разум Вселенной, не имеющий отношения к Отцу Небесному и свойственный Внеземным цивилизациям [П. 89-90].

Большое значение придается особой локализации религиозного пространства — Высшему Миру, который посылает людям предупредительные “внешние знаки” перед началом суровых испытаний, “перед каждым роковым часом в их жизни”, чтобы они смогли избежать худшего [В. 19, 28, 69].

Высокоразвитые миры пытались привести человека к духовности через всякого рода упражнения (имеется в виду психосоматическая терапия, свойственная йоге). Однако это воздействие на сознание человека, исходящее в конечном счете — от Единого, не способно привести к развитию духовности, т.к. для этого необходима активность души, а не сознания. Душа же связана не с лишенным духовности Единым, а только со своим творцом. Отцом Небесным [П. 93-95]. Смысл этих богословских построений в том, чтобы провести различие между существованием человека по законам материального мира, установленным сакральным абсолютом — Единым, и духовностью человека, порожденной совершенно иным сакральным началом — Богом, Отцом Небесным. Это различие позволяет далее утверждать, что Путь Духовного Восхождения независим от законов материального мира и определяется саморазвитием души на основе религиозной веры.

Виссарион переосмысливает и традиционное представление о святых, говоря о том, что в околоземном пространстве пребывают по божьей воле 12 Святых Братьев. Это избранные люди, которым после смерти была оставлена материальная жизненная сила, чтобы они могли оказывать помощь живущим на Земле [B. 24].

В богословии Виссариона нет традиционного христианского представления о неискоренимой греховности человека и падшем земном мире. В связи с этим традиционные образы рая и ада переосмысливаются. Обещанного праведникам райского воздаяния, по существ,у нет, рай играет роль накопителя душ будущего человечества, ожидающих своего воскрешения в наиболее благоприятной плоти на обновленной Земле. Рай не будет существовать вечно, а лишь до того момента, когда будет повергнут дьявол и начнется воскрешение из мертвых [В.4-5].

Традиционные представления о рае и аде переосмыслены в данном случае с той целью, чтобы вписать их в морфологию нового религиозного движения, которое опирается на такие кардинальные идеи, как путь духовного совершенствования и милленаристское переустройство мира. С точки зрения этой религиозной перспективы посмертные воздаяния не нужны. Наказание заменяется представлением о неудаче продвижения по пути спасения, а вознаграждение — достижениями на этом пути, обретением спиритуального совершенства.

Рай и ад играют существенную роль в статической картине мира, принятой в официальных религиях, ориентирующихся на сохранение статус кво (несмотря на определенную критику, дистанцирование и отчуждение от существующего социально-политического строя). В религиях, провозглашающих скорое наступление глубоких, фундаментальных преобразований земного мира, рай и ад утрачивают значение главных средств воздаяния за пребывание человека на земле, рассматриваются как временные явления, утрачивающие свое значение с возникновением “нового мира”, в котором, как сказано в Библии, будет “и новая земля, и новое небо”.

Рисуемая в “Слове Виссариона” сакрально-мифологическая картина мира динамично развивается, находясь в процессе последовательных генетических изменений. В ней выделяются следующие характерные черты: 1) Единый — вечен, как и исходящий от него Дух Жизни [Кн. обр. 32:11-12]; 2) Единый не творил всегда, а лишь однажды положил начало “великой Вечности Материального Бытия”, сотворив Материальный Мир, Вселенную, которая 3) развивается без всякой цели по жесткому неизменному закону, расширяется в пространстве и непрестанно движется от более грубого к более тонкому и совершенному, но не обладает духовной тканью [Кн. обр. 32:13-17, 20, 33]. 4) Ключевой момент космогонии, по Виссариону, появление Бога, Отца Небесного. Господь выше законов Материального Бытия. Он есть Начало нового Бытия [Кн. обр. 32:49-50]. “Достигнув зрелости и Славы Своей, благословенный Единым”, он приступил к сотворению душ и вкладыванию их в человеческую плоть. Из эпохи в эпоху он стал выводить людей “к Вершинам Совершенства, ниспосылая им Духа Святого” [П. 67-72]. 5) Таким образом, в определенный момент наступает “новая Вечность — Вечность Благодати, великого Духовного Бытия” [Кн. обр. 32:18-19]. Примечательно: если в христианской мифологии творение материального мира, живой природы и человека заключены в рамки одного краткосрочного “шестидневного творения”, то в богословии Виссариона речь идет о “двух разных Потоках Творений: Потоке Материального Бытия и Потоке Духовного Бытия” [Кн. обр. 32:6-7]. Их начала разделены во времени, и это в большей мере согласуется с современными научными представлениями о большой временной дистанции между возникновением Вселенной и жизни на Земле, чем древний библейский миф о творении мира и человека. 6) Отец Небесный 2000 лет тому назад приоткрыл людям истины Пути Духовного Восхождения. Эту мифологему Виссарион заимствует у христианства и прямо об этом говорит как о “первом возгорании” единой религии под именем христианства. Однако он опускает самые существенные для христианства моменты первого пришествия Христа: распятие Иисуса на кресте и искупление его мученической смертью грехов человечества, воскрешение Иисуса и вознесение на небо. 7) Через Виссариона, посланного на землю Отцом Небесным, возвещен “в критический миг развития” человечества Последний Завет, который должен послужить “великому Священному Воссоединению всех существующих религий” и объединению всех людей на земле в единый народ, а главное — привести достойных в Царство Божие, ко Спасению [П. 122-123, 127]. 8) Близится время Страшного Суда и наступления Царства Души — новой, более высокой ступени бытия, которой предстоит возвыситься над существующим Царством Силы.

Нетрудно заметить, что богословие Виссариона взамен традиционной эсхатологии христианства предлагает эволюционную многоступенчатую схему последовательного космогенеза, позволяющую выдвинуть на передний план представление о близком конце света и необходимости вступления на путь духовного совершенствования, гарантирующего спасение в новом, гармонично устроенном мире.

Завершая анализ особенностей религиозного пространства, рисуемого в “Слове Виссариона”, необходимо отметить принципиально различную зависимость человека от двух главных сакральных начал: бездуховного Абсолюта и одухотворенного Бога.

Всё родившееся во Вселенной должно войти в Гармонию её развития либо погибнуть. Единый, или Абсолют, “никогда не стремится помочь тому, кто выходит из Его Гармонии”. Тем не менее внеземные цивилизации, носительницы Мирового Разума, пытаются помочь слабым. Однако они продолжают действовать в соответствии с суровыми законами Вселенной, не обладающей духовной тканью, и готовы “погубить меньшее во имя развития 6'ольшего”. Совершенно иное отношение к человеку со стороны Отца Небесного, который “никогда не оставляет без внимания и поддержки любое, даже, казалось бы, безнадежное чадо Свое” [Кн. обр. 32:22, 29-35].

Таким образом, дуализм религиозного пространства проявляется не только в наличии двух категорий сакральных начал (материальных и духовных) и двойственной природе человека (плоть и души), но и в качественно различных воздействиях на человека со стороны верховных устроителей мира.