Липатов В. Краски времени

ОГЛАВЛЕНИЕ

КРАСОТА НЕОБЪЯСНИМАЯ

С Саврасова появилась лирика в живописи пейзажа и безграничная любовь к
своей родной земле.
И. И. Левитан

Алексей Кондратьевич Саврасов (1830 - 1897) - один из создателей
русской национальной пейзажной живописи, мастер лирического пейзажа.
Член-учредитель Товарищества передвижников. Жил и работал в Москве.

Земля, на которой жил Саврасов, была для него любимая. Красавица. А
лучше сказать - раскрасавица! Всегда ему нравилась - и в радости и в печали.
Художник даже говорил: "Надо быть всегда влюбленным, если это дано - хорошо,
нет - что делать, душа вынута". Особенно любил, когда природа только
начинала расцветать... В Московском училище живописи, ваяния и зодчества,
где преподавал, еще, бывало, твердят о программах да об экзаменах, а
Саврасов уже знает: распускаются фиалки, на дубах кора высохла, грачи
прилетели... На улицах Москвы он сам - большой, неуклюжий, возбужденный -
казался вестником весны. Первым из преподавателей устремлялся в поле, леса,
парки, а следом тянулась стайка учеников, которых любил и звал за город, на
натуру: "...Там красота необъяснимая. Весна".
Всю жизнь он писал весну. Вот "Ранняя весна" - с проталиной, еще
неуютно глядящейся среди снегов; с избой, удивленно всматривающейся в эту
проталину своими подслеповатыми окнами; с ликующим небом, где облака совсем
по-весеннему легки и задумчивы... Одна из картин позднего периода - "Весна.
Огороды". Что, казалось бы, в ней особенного?..
А нам сразу же вспоминаются восхитительный запах оттаявшей земли,
удивительный аромат весеннего утра. Привольно вздыхают рыжие огороды, а
зимняя хмарь поднимается неохотно в бездонное небо. На наших глазах дома
оттаивают от зимы, и куры, бесцеремонные властители новой поры, деловито
роются в земле. Ничего, казалось бы, особенного... Великий секрет живописи
Саврасова в ее кажущейся простоте. Он умел глубоко чувствовать и понимать
природу, видеть ее красоту.
Не старался объяснять, истолковывать. А словно пел в унисон, кисть его
была разбужена восхищением. Сохранял на полотне то, что его волновало, что
любил. Так писал всю жизнь. Двадцати четырех лет стал академиком, не являясь
воспитанником Академии художеств, но это не вскружило ему голову. Не
превратился в модного художника, остался самим собой. Потому и сумел в сорок
один год создать свою лучшую картину "Грачи прилетели"... Тоже о весне.
Впоследствии судьбу Саврасова называли фантастической. Говорили
несправедливо и с непониманием, что до "Грачей" он "проявил себя в ряде
довольно бесцветных картинок". А у него не было бесцветных картинок. Даже в
самые тяжкие годы своего бездомного и нищенского житья находил в себе силы и
писал пейзажи прекрасные... В трудный для себя час пришел он к П. М.
Третьякову и попросил денег. Тот не отказал, но предложил художнику дописать
начатую картину: елки спускаются к роднику... Саврасов не стал, потому что
вещь зеленая, а зеленую надо создавать летом... Тогда он бежал по жизни, как
большой, смертельно раненный зверь. "Куда? Куда уйти от этой ярмарки? -
спрашивал. - Кругом подвал, темный, страшный подвал., я там хожу".
А когда писал картину "Грачи прилетели", переживал, может быть, свои
лучшие часы, о "подвале" и не думал.
Сейчас эта картина стала хрестоматийной, примелькалась в тысячах
репродукций - и мы уже заранее смотрим на нее с почтением, не давая себе
подчас труда разобраться, в чем все-таки ее очарование.
В "Грачах" все просто, безыскусно, обычно. Весна. Март. И грачи
действительно прилетели. А непросто и этой картине соприкосновение мгновения
встречи и мгновения расставания. И холоден день, а везде рассеяны крохи
тепла. И невеселая картина, но и не грустная. Душа оттаивает и волнуется.
Словно вышел ты, глянул вдаль, и взгляд твой увяз среди еще не убегающих
снегов и победно темнеющей земли, да и потерялся за линией горизонта,
обозначенной рыжинкой леса...
Даль такая на многих картинах Саврасова: что-то всегда манило и
тревожило его в необъятных просторах. Любил, писать Волгу, ее бескрайний
многокрасочный простор...
Смотришь в небо и натыкаешься взглядом на нависающий полог клубящейся
тучи, где вместе с юной грозой еще таится стылая зимняя хмурость.
Ускользаешь от нее в синь "окна" и восхищаешься голубой бесконечностью
неба... Хоть под ногами еще лежит снег, но уже не схвачены морозом тени
берез, они рассеянно пали на снег, как будто указывают дорожки, по которым
бежать ручьям. Снег не зимний, а алмазно вспыхивает - испещрен ударами,
которые наносит весна. Всмотритесь - сколь много оттенков в этом, пытающемся
вобрать в себя цвета и силу весны и потому погибающем, весеннем снеге.
Весенний снег - снег-отступник перед нами, уже примирившийся с большой
проталиной.
Все живет и движется в этой картине. Мы слышим "разговор" берез, уже
"поживших", искривленных годами и жизнью, и совсем юных, стыдливо выходящих
из воды. Сказание о русской березе.
И торжествуют грачи. Не только гонцы весны - ее хозяева. Хлопочут,
устраиваясь на березах. Быстры, порывисты, деловиты. У каждой птицы свое
настроение, своя занятость. Апофеоз этой занятости - грач, задумчиво стоящий
на снегу с веточкой в клюве. Виновник негромкого, почти незаметного, но
торжества. Еще секунда, и он взлетит, понесет веточку к гнезду - спокойный,
рассудительный, любопытствующий.
Картине свойственно единое дыхание. Когда предполагали, что она создана
в один день, исходили из рождающегося впечатления удивительной гармонии.
Передний план неразрывно связан с простирающимися полями, легко уходящими к
горизонту. Дома поселка за забором - естественная граница, не разъединяющая,
но соединяющая два плана в картине: ближний и дальний. Органично вписываются
в пейзаж домики и старая церковь с колоколенкой. Жилье человека здесь так же
естественно, как березы и грачи...
Картина пасмурна, а мы везде чувствуем солнечный свет - светится теплый
влажный камень церкви, и забор, и крыша дома. И снег малинится, и тучи
слегка розовеют. Зима не возродится. Надежда рождается и не исчезает...
Небольшую картину "Грачи прилетели" сравнивали с вступлением к
"Снегурочке", опере Римского-Корсакова, она стала национальной картиной,
вобравшей в себя негромкую красоту ярославских, костромских, московских
земель - сердца России.
Известный учитель русских живописцев П. П. Чистяков, увидев картину,
написал: "...полное впечатление чистого художественного произведения"...
В пейзаже "Грачи прилетели" нет человека, но есть все, чем он жив: его
дом, его природа, его небо, его птицы, его дали, есть уголок его родины.
Перед нами земля всех, на ней живущих. Картина, как и многие другие полотна
Саврасова, демократична.
Художник поднимает цветастое пламя радуги ("Радуга") над деревенскими
домиками да сарайчиками. Его картина "Домик в провинции. Весна" светится
красной железной крышей, теплой стеной. Милый провинциальный уют расцветает
с приходом весны.
Во многих работах Саврасова звучат драматические ноты. Рядом с картиной
"Грачи прилетели" висит в Третьяковке "Проселок": деревья, "задрав" свои
кроны, унылыми путниками бредут по размытой, драгоценно сверкающей лужицами
дороге вдоль ржаного спелого поля. Обнаженно светится, переливается красками
мокрая земля...
В "Ночке" лес над рекой или озером встает сказочной стеной. Тревожное
небо освещено луной, а белые облака поднимаются живыми горами. Лунный луч
призрачно освещает озерную гладь, бежит по воде, словно кто-то идет сюда, к
берегу, к лесу. Будто слышится: шумят вокруг большие деревья.
Удивительны у Саврасова лунные ночи. Так и хочется сказать -
ослепительные лунные ночи, создающие иллюзию глубокого, почти мертвого сна.
Резкие тени от деревьев, домов, кладбищенских крестов кажутся пугающими,
словно бы тенями чего-то давнего, погибшего, но заявляющего свою власть на
обнаженное лунной ночью поле. Этот мотив повторяется и в картине "У
сельского кладбища в лунную ночь". Церковка. Голые деревья. Вдали избы и
виднеется фигурка человеческая - согбенная, с палочкой: мать ли плакала у
могилы, отцу ли не спалось? И возникает беспокойство: бредет человек,
беспощадно освещенный лунным светом, - куда, зачем? Изломанными щупальцами
тянутся тени деревьев. Загадочно-прекрасным кажется лунной ночью и болото.
Пейзаж у Саврасова - не просто природа, но жизнь человека, часть его
жизни, часть его счастья, без которого он существовать не может, не хочет...
Художник был влюблен в свою землю, у него душа была не "вынута". Он
действительно совершил "подвиг любви": не соблазняясь, не предавая, честно
рассказывал о своей любви к природе. Когда его сравнивали с добрым доктором,
то вспоминались, очевидно, безвестные знаменитые земские врачи, которые
многое знали, многое понимали и главное - чувствовали. Вот и Саврасов
призывал: "Главное - чувствуйте".