Белинская Е., Тихомандрицкая О. Социальная психология: Хрестоматия

ОГЛАВЛЕНИЕ

Б. Ядов О ДИСПОЗИЦИОННОЙ РЕГУЛЯЦИИ СОЦИАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ ЛИЧНОСТИ

Главное в проблеме внутренней регуляции социального пове-дения — это вопрос о структурировании личности как субъекта деятельности.
Чтобы понять, как «организован» активно действующий субъект и каков внутренний «механизм», направляющий его деятельность, надо прежде всего представить его как некоторую целостность. И здесь мы сталкиваемся с немалыми трудностями: следует решить, в каком именно ракурсе должна быть рассмотрена целостность личности, ибо речь идет о целостности не вообще, но в определенном конкретном отношении, соответствующем поставленной задаче — анализу внут-ренней регуляции социального поведения.
Действительно, целостность индивида и личности можно рас-сматривать в различных аспектах. Например, со стороны взаимосвязи биологического и социального, выделяя при этом различные уровни личностной структуры. Можно исследовать целостность субъекта со стороны взаимосвязи и взаимодействия экспериментально зафикси-рованных психофизических свойств или черт, как это принято в диф-ференциальной психологии личности. Целостность личности как объек-та социальных отношений и как субъекта социального общения схва-тывается также в ролевой модели, согласно которой личность интегрирует в своем «Я» весь комплекс социальных предписаний от-носительно «поведенческих схем», рассматриваемых здесь как соци-ально заданные требования, вытекающие из ее положения в системе социальных отношений.
Иными словами, представление о целостной структуре личности предполагает выделение определенного системообразующего призна-ка или системообразующего отношения. И в зависимости от него мо-гут быть рассмотрены различные подходы к целостному анализу лич-ности, субъекта деятельности, индивида.
При всем многообразии подходов к пониманию структуры лично-сти, к изучению различных психических свойств и процессов нельзя не заметить некоторую общую тенденцию, схватывающую главное, а именно — тот несомненный факт, что наиболее существенное в лич-ности — ее отношения к условиям деятельности, сформировавшиеся благодаря предшествующему опыту. <...>
* Ядов В.А. О диспозиционной регуляции социального поведения личности// Методологические проблемы социальной психологии. М.: Наука, 1975. С. 89—105. 416


Именно избирательность, определенная направленность в воспри-ятии и соответственно реагировании на внешние стимулы, истоки которой кроются в социальных условиях существования, в социаль-ном и индивидуальном опыте данного субъекта, отличают одного со-циального индивида от другого. И, что еще более важно для понима-ния социальной природы индивида, здесь же следует искать признаки социально типического, т.е. определенного единообразия в доминиру-ющей направленности восприятия внешних социальных воздействий и доминирующей направленности в практической деятельности.
Поэтому вполне правомерно выделить в качестве системообразу-ющего признака личностной структуры (в интересующем нас аспек-те) многообразие отношений индивида к условиям его деятельности, имея в виду рассмотрение этих отношений как определенной систе-мы, как целостности.
В советской психологии в обобщенном виде этот подход был сформулирован в принципе А.Н. Леонтьева относительно личностной значимости или личностного смысла объективных значений внешних стимуляторов (обстоятельств) деятельности, согласно которому «смысл порождается не значениями, а отношением между мотивом действия и тем, на что действие направлено как на свой прямой результат, т.е. его целью»*. Человек реагирует на обстоятельства деятельности в со-ответствии с тем, каковы его потребности и какую цель он преследу-ет в этой деятельности. А.Н. Леонтьев исследовал также механизмы преобразования цели действия во внутреннее осознанное побужде-ние, в мотив.
Л.И. Божович, а затем М.С. Неймарк экспериментально показали, что в мотивации деятельности обнаруживаются доминирующие тен-денции, которые Л.И. Божович рассматривает как «внутреннюю по-зицию личности» или ее направленность, а М.С. Неймарк уточняет, что эта направленность есть «постоянное доминирование определен-ных мотивов, ...создающих не только целенаправленность поведения, но и целенаправленность всей жизни субъекта»**. Эта направленность мотивации личности формируется в определенных социальных усло-виях, является продуктом ее онтогенеза, индивидуального и социаль-ного опыта.
В.Н. Мясищев еще в довоенные годы сформулировал концепцию «психологии отношений», которую он прямо связывает с Марксовым пониманием сущности человека и утверждает, что отношения «пред-ставляют собой... систему временных связей человека как личности-субъекта со всей действительностью или с ее отдельными сторона-
* Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы и сознание//ХУШ Международный психологический конгресс. Симпозиум 13. М., 1966. С. 9.
** Неймарк М. С. Психологическое изучение направленности личности подро-стка: Автореф. докт. дисс. М., 1973. С. 4.
417
27 - 7380


ми»*. Отношения личности структурируются, по Мясищеву, от отно-шений к отдельным социальным явлениям до целостного мировоз-зрения.
Д.Н. Узнадзе и его последователи экспериментально выделили тот механизм, который обеспечивает психический настрой личности на поведение в данной ситуации, обозначив этот механизм как установ-ку к поведению**.
В зарубежной социальной психологии соответствующие феномены исследуются как эмоциональные, когнитивные и поведенческие пред-расположенности субъекта к реакциям на социальные обстоятельства деятельности, как отношения или «аттитюд» (attitude) к различным социальным объектам и ситуациям. Подобно фиксированной установке, в концепции Д.Н.Узнадзе «аттитюд» есть продукт предшествующего опыта, выполняющий регулятивные функции в поведении субъекта.
Наконец, в социологических исследованиях личности ее изби-рательное, целенаправленное отношение к социальной дейст-вительности обнаруживается как система ценностных ориентации — высший уровень интернализации социальных условий.
Итак, имеется немало экспериментальных и теоретических дан-ных, свидетельствующих о наличии установочных или диспозицион-ных механизмов регуляции социального поведения личности. Следует отметить, что работающие в этом направлении исследователи стре-мятся интерпретировать опытные данные исключительно в рамках того или иного диспозиционного образования, положенного в основу со-ответствующей теории или концепции.
Так, ряд представителей психологической школы Д.Н. Узнадзе, универсализируя понятие установки как бессознательного, по спра-ведливому замечанию Ф.В. Бассина, тем самым лишают эту плодо-творную теорию возможностей быть примененной к изучению регу-ляции наиболее сложных, высших форм человеческой деятельнос-ти***. Л.И. Божович и ее школа трактуют понятие «внутренней позиции» или «направленности личности» по преимуществу (или исключитель-но) как эмоциональный феномен, ибо, согласно этой концепции, мотив направляет деятельность благодаря эмоциональной значимости предмета. В концепции личностного смысла, развиваемой А.Н. Леон-тьевым, напротив, подчеркиваются когнитивные, рационалистические аспекты личностных диспозиций.
Что же касается зарубежных и прежде всего американских иссле-дователей «аттитюда», здесь обнаруживается необъятное море разно-
* Мясищев В.Н. Личность и неврозы. Л., 1960. С. 150.
** См.: Узнадзе Д.Н. Экспериментальные основы психологии установки. Тби-лиси, 1961.
*** См.: Бассин Ф.В. К проблеме осознаваемости психологических устано-вок//Психологические исследования, посвященные 85-летию со дня рождения Д.Н. Узнадзе. Тбилиси, 1973. С. 50.
418


образных и часто не согласующихся между собой подходов и «мини-теорий»*.
Рассматривая «аттитюд» или социальную установку вне общей структуры личности, разные авторы приписывают ей самые разнооб-разные свойства и функции, выдвигая на первый план то, что лучше всего объясняет конкретный экспериментальный материал. Но основ-ной порок «аттитюдных» концепций состоит в том, что, претендуя на рассмотрение социальных отношений личности к различным объектам и условиям ее деятельности, их авторы ограничивают область социаль-но-установочной регуляции поведения некими абстрактными социальны-ми условиями, вне их связи с конкретно-исторической, социально-экономической основой. «Аттитюд» рассматривается на уровне микро-среды индивида при полном игнорировании общих социальных условий деятельности личности. Между тем именно эти общие условия опреде-ляют не только специфику микросоциальной среды, но они же детер-минируют и высшие регулятивные сферы социально-установочной де-ятельности — систему ценностных ориентации личности.
В связи с этим представляется правомерным рассмотреть диспозици-онно-установочные явления в рамках некоторой общей диспозиционной структуры личности как целостного субъекта деятельности. Системооб-разующим признаком, единым для этой целостности, должны быть раз-личные состояния и различные уровни предрасположенности или пред-уготовленности человека к восприятию условий деятельности, его по-веденческих готовностей, направляющих деятельность, которые так или иначе фиксируются в личностной структуре в результате онтогенеза**.
* См. обзорные работы: Бозрикова Л.В., Семенов А.А. «Аттитюды» и поведение. Реферативный обзор (по материалам американской литературы)//Общественные науки за рубежом. Философия и социология. М., 1973; Шихирев П.Н. Исследования социальной установки в США//Вопросы философии. 1973. № 2; см. также: McGuire W.I. The Nature of Attitudes and Attitude Change//The Handbook of Social Psychology. Vol. 3. Ed by G. Lindzey and F. Aronson. Cal.: Addison-Wesley Co., 1969; Rokeach M. The Nature of attitudes//The International Encyclopedia of the Social Sciences. Vol. 1. N.Y.: The Macmillan Co. and The Free Press, 1968.
** Надо заметить, что применяемый здесь термин «диспозиция» не очень удачен, хотя бы потому, что в качестве предположенностей к определенным по-веденческим реакциям можно рассматривать любые психические свойства, ибо это их основная функция. Известно, что Г. Оллпорт, сопоставляя 27 различных наименований, обозначающих свойства или черты личности, считал, что наилуч-шим обобщением для этих свойств является термин «склонность», или «диспози-ция». Кроме того, этот же термин, введенный в 20-е годы В. Штерном, до сих пор используется в персоналистской психологии для обозначения причинно не обусловленных склонностей к некоторым процессам и действиям, иными слова-ми, слово «диспозиция» оказывается связанным с различными истолкованиями, не имеющими отношения к тому пониманию, в котором оно применяется в на-шем случае. Следуя совету А.И. Зайцева, можно предложить, например, использо-вать греческий аналог латинского термина «диспозиция» — «диатаксис», что соот-ветствует русскому «предрасположение», «предрасположенность». Тогда следует говорить «диатактическая структура», «диатактическая система».
27-                                                                                           '                                                                                               419

Согласно теории Д.Н. Узнадзе, установка представляет собой целостно-личностное состояние готовности, настроенности на поведение в данной ситуации и для удовлетворения определенной потребности. В результате повторения ситуации, в которой данная потребность может быть реализована, установка личности закрепляется, фиксируется. Фиксированная установка есть как бы вторичная, тогда как актуальная ситуативная установка выступает в качестве первичной.
В концепциях «аттитюдов» или социальной установки также подчеркивается их прямая связь с определенной (социальной) потребностью и условиями деятельности, в которых потребность может быть удовлетворена. Смена и закрепление (фиксирование) социальной установки также обусловлены соответствующими отношениями между потребностями и ситуациями, в которых они удовлетворяются. Следовательно, общий механизм образования фиксированной установки на том или ином ее уровне описывается формулой П —> Д <— С, где П — потребность, Д — диспозиция, С — ситуация или условия деятельности. Принципиальное значение имеет следующий шаг в развертывании диспозиционной концепции: и потребности, и ситуации деятельности, и сами диспозиции образуют иерархи-ческие системы. Что касается потребностей, то выделение в них потребностей первого (низшего) уровня как психофизиологических или витальных, а также более возвышенных, социальных — общепринято. Вопрос о более летальной классификации собственно социальных потребностей дискуссионен. Здесь можно выделить несколько различных оснований классификации. Например, по сферам жизнедеятельности (потребности труда, общения, познания), по объекту, на который направлена потреб-ность (материальные, духовные или этические, эстетические и проч.), по функциональной роли (центральные, периферические, ведущие, доминирующие и, напротив, ситуативные, не ведущие и т.п.) и по субъекту самой потребности (индивидуальные, коллективные, общественные). В рамках развиваемой здесь концепции целесообразно структурировать потребности по уровням включения личности в различные сферы социального общения, социальной деятельности.
Эти уровни включения человека в различные сферы социального общения можно обозначить как первичное включение в ближайшее семейное окружение, далее — в многочисленные так называемые контактные коллективы или малые группы, в ту или иную сферу трудовой деятельности, наконец, включение через все эти каналы, а также и многие другие в целостную социально-классовую систему через освоение идеологических и культурных ценностей общества. Основанием классификации служит здесь как бы последовательное расширение границ активности личности, источник которой со стороны субъекта — потребность или нужда в определенных и расширяющихся условиях полноценной жизнедеятельности человека.
420
Условия деятельности или ситуации, в которых могут быть реализованы те или иные потребности личности, также образуют некоторую иерархическую структуру. За основание структурализации мы примем в этом случае длительность времени, в течение которого сохраняется основное качество данных условий, т.е. ситуацию деятельности можно принять как устойчивую или неизменную. Низший уровень такой структуры образуют «предметные ситуации», особенность которых в том, что они создаются конкретной и быстро изменяющейся предметной средой. В течение краткого промежутка времени человек переходит из одной такой «предметной ситуации» в другую. Следующий уровень — условия группового общения. Длительность подобных ситуаций деятельности несравненно больше.
В течение значительного времени основные особенности группы, в которой протекает деятельность человека, сохраняются неизменными.
Еще более устойчивы условия деятельности в той или иной социальной сфере — в сферах труда, досуга, семейной жизни («в быту»). Наконец, максимальная устойчивость во временном отношении (и по сравнению с указанными выше) свойственна общим социальным условиям жизнедеятельности человека, которые составляют основные особенности (экономические, политические, культурные) общесоциальной «ситуации» его активности. Иными словами, общесоциальная обстановка претерпевает сколько-нибудь существенные изменения в рамках «исторического» времени, условия деятельности в той или иной социальной сфере (например, в сфере труда) могут изменяться несколько раз в течение жизни человека, условия групповой ситуации изменяются в течение лет или месяцев, а предметная среда — в считанные минуты.
Обратимся теперь к центральному члену нашей схемы П —> Д <— С, т.е. к диспозициям личности.
Если они представляют собой продукт «столкновения» потребностей и ситуаций (условий), в которых соответствующие потребности могут быть удовлетворены, и если они закрепляются (фиксируются) в личностной структуре в результате онтогенеза, то естественно предположить, что эти диспозиционные образования также формируются в некоторую иерархию. Рассмотрим иерархическую систему диспозиций.
1. К низшему ее уровню относятся, по-видимому, элементарные фиксированные установки. Они формируются на основе витальных потребностей и в простейших ситуациях. Эти установки как закрепленная предшествующим опытом готовность к действию лишены модальности (переживание «за» или «против») и неосознаваемы (отсутствуют когнитивные компоненты). Согласно Д.Н. Узнадзе, сознание участвует в выработке установки, когда привычное действие наталкивается на преграду и человек объективирует собственное поведение,
421


осмысливает его, когда акт поведения становится предметом осмыс-ления*. Не являясь содержанием сознания, установка «лежит в основе этих сознательных процессов»**.
2. Второй уровень диспозиционной структуры — социальные фик-сированные установки, точнее — система социальных установок (по-добно тому как предыдущий уровень представляет собой систему эле-ментарных фиксированных установок).
В отличие от элементарных поведенческих готовностей социальная установка обладает сложной структурой. Она содержит три основных компонента: эмоциональный (или оценочный), когнитивный (рассу-дочный) и собственно поведенческий (аспект поведенческой готов-ности). Факторы, ее формирующие, с одной стороны,— социальные потребности, связанные с включением индивида в первичные и дру-гие контактные группы, а с другой — соответствующие социальные ситуации. Иными словами, это «аттитюд» или «отношение», по В.Н. Мясищеву. Социальные установки образуются на базе оценки от-дельных социальных объектов (или их свойств) и отдельных соци-альных ситуаций (или их свойств). Согласно экспериментам М. Роки-ча, можно выделить «объектные» и «ситуационные» социальные уста-новки. Последние относятся к диспозициям способов действий, первые — к диспозициям по поводу объектов действий***.
3. Следующий диспозиционный уровень — общая направленность интересов личности в ту или иную сферу социальной активности, или базовые социальные установки. С некоторым упрощением можно полагать, что данные установки формируются на основе более слож-ных социальных потребностей приобщения к определенной сфере деятельности и включения в эту сферу как доминирующую среди дру-гих. В этом смысле направленность личности представляет собой иден-тификацию с той или иной областью социальной деятельности (что не нужно смешивать с направленностью мотивации, по Л.И. Божо-вич). Например, можно обнаружить доминирующую направленность в сферу профессиональной деятельности, в сферу досуга, на семью (ос-новные интересы концентрированы на семейной жизни, воспитании детей, создании домашнего уюта и т.п.).
Предполагается, что социальные установки этого уровня также содержат три компонента: когнитивный, эмоциональный (оценочный) и поведенческий. Притом когнитивные образования таких диспози-ций намного сложнее, чем образования низшего уровня. Вместе с тем общая направленность личности более устойчива, чем установки на отдельные социальные объекты или ситуации.
4. Высший уровень диспозиционной иерархии образует система
* См.: Узнадзе Д.Н. Экспериментальные основы психологии установки. С. 128.
**Тамже. С. 41.
*** Rokeach M. Beliefs, Attitudes, and Values. San Francisco, 1968. P. 148-152.
422


ценностных ориентации на цели жизнедеятельности и средства дос-тижения этих целей, детерминированные общими социальными ус-ловиями жизни данного индивада. Логично предположить, что систе-ма ценностных ориентации, идеологическая по своей сущности, фор-мируется на основе высших социальных потребностей личности (потребность включения в данную социальную среду в широком смысле как интернализация общесоциальных, социально-классовых условий деятельности) и в соответствии с общесоциальными условиями, пре-доставляющими возможности реализации определенных социальных и индивидуальных ценностей.
Такова, как нам представляется, упрощенная модель диспозици-онной структуры, которую следует рассматривать лишь в качестве основы для дальнейших рассуждений.
Первое существенное уточнение состоит в том, что диспозицион-ная иерархия не структурируется из установок как из «кирпичиков», в которых замешаны три компонента: когнитивный, эмоциональный и поведенческий. Эти компоненты, отражающие основные свойства диспозиционной структуры, образуют как бы относительно самостоя-тельные подсистемы в рамках общей диспозиционной иерархии. Ос-нованием к такому предположению служат экспериментальные дан-ные исследований «аттитюд».
В отношении когнитивных аспектов диспозиционной системы, экспериментально изученных М. Розенбергом, Ф. Хайдером, Л. Фес-тингером, М. Рокичем и другими, было найдено, что когнитивные элементы «аттитюд» обладают свойствами дифференцированности и обобщенности, свойством транзитивности (переноса знания или ос-нованного на знании отношения с одного компонента на другой), а главное, в этой структуре действует принцип, согласно которому зна-ния как бы «стремятся» к логической и психологической согласован-ности*.
Эмоциональные аспекты диспозиционной организации скорее характеризуются свойствами напряженности или «центрированности» в отношении ведущих потребностей личности.
Поведенческие аспекты, взаимосвязи между которыми и ког-нитивно-эмоциональной системой, как это ни странно, изучены ме-нее всего, надо полагать, структурируются по принципу, отличному от двух предыдущих. Ниже мы остановимся на этом более обстоятель-
* См., в частности: Theoriesofcognitiveconsistency/Ed, byR. Abelsonetal. Chicago: A Sourcebook, 1968; FestingerL. A Theory of Cognitive Dissonance. Stanford, Calif., 1957; HeiderF. Attitudes and Cognitive Organization//Journal of Psych. 1946. Vol. 21. P. 107-112; Tnsko Ch. Theories of Attitude Change. Appleton Century Crofts, 1967; Rokeach M. The Open and Closed Mind: Investigation into the Nature of Belief Systems and Personality Systems. N. Y., 1960; Rosenberg M., Hovland C. Cognitive, Affective and Behavioral Components of Attitudes//Attitude Organization and Change/Ed, by M. Rosenberg et al. NewHaven: YaleUniv. Press, 1960.
423