Соловьев С. Учебная книга по Русской истории

ОГЛАВЛЕНИЕ

ГЛАВА XXXVI. ЦАРСТВОВАНИЕ ФЕОДОРА АЛЕКСЕЕВИЧА

1. Перемены при дворе в начале царствования. Новый царь, воспитанник
Симеона Полоцкого, был очень хорошо, по тогдашнему времени, образован, но
ему было только 14 лет, и притом он имел очень слабое здоровье. Рождался
вопрос, кому владеть доверенностью царя; начались движения партий. Самым
доверенным лицом при царе Алексее, как мы видели, был Матвеев, но Матвеев
был самый близкий человек к мачехе царской царице Наталье Кирилловне и ее
сыну царевичу Петру; поэтому Матвеев был ненавистен родственникам первой
жены царя Алексея, Милославским, и друзьям их; теперь, когда вступил на
престол сын Милославской, Милославские и друзья их воспользовались своим
временем, чтоб низвергнуть Матвеева; его обвинили в чернокнижии, в
нерадении о здоровье царском и сослали сперва в Казань, а оттуда в
Пустозерск, лишивши имения и боярства.
Тщетно старик писал к царю и вельможам оправдательные и
умилостивительные письма, в которых сравнивал свою участь с участью
Велисария и умолял Феодора уподобиться императору Титу, жаловался, что его
осудили без суда, не дали очной ставки с обвинителями, что ему с сыном и
хлеба на две деньги купить негде в Пустозерске; только в конце
царствования участь его была облегчена:
его перевели из Пустозерска в город Лух и возвратили ему одну вотчину.
Тогда же и умирающего Никона позволено было перевезти с Белого озера в
Воскресенский монастырь, но он умер на дороге в Ярославле. Но не
Милославским удалось занять самое видное место в царствование Феодора: это
место заняли Языков и Лихачев.
2. Война и перемирие с турками. Во время этих придворных перемен на юге
продолжалась война с Дорошенком, против которого под Чигирин отправились в
1676 году князь Григорий Ромодановский и гетман Самойлович. Дорошенко,
видя невозможность защищаться против них, сдал Чигирин и отказался от
гетманства.
Но этим дело не кончилось, потому что турки не хотели выпускать из рук
своих Украины. В августе 1677 года сорокатысячное турецкое войско осадило
Чигирин, осажденные оборонялись отчаянно, а между тем к ним на выручку
спешили князь Ромодановский и гетман Самойлович; турки и татары не могли
помешать им переправиться через Днепр и, поражаемые с одной стороны этими
войсками, а с другой осажденными, ушли от Чигирина.
В июле следующего года вдвое большее число турок опять осадило Чигирин;
опять пошли к нему на выручку Ромодановский и Самойлович, но на этот раз
не могли помешать туркам истребить Чигирин подкопами. Наконец в начале
1681 года заключено было с турками и татарами двадцатилетнее перемирие, по
которому Россия уступила туркам западную украйну, прежние владения
Дорошенки, представлявшие пустыню.
3. Уничтожение местничества. После чигиринских походов, кончившихся не
так, как бы хотелось, возник вопрос о преобразовании войска. Мы видели,
что еще в царствование Михаила Феодоровича не только были приглашены
иностранцы в русскую военную службу, но из русских людей были составлены
полки, обученные иностранному строю; теперь же возник вопрос о
необходимости преобразования в целом составе русского войска. В начале
1682 года царь Феодор Алексеевич поручил рассмотрение этого вопроса князю
Василию Васильевичу Голицыну и выборным из военных чинов.
Выборные объявили, что, по их мнению, надобно разделить полки не
по-прежнему, на сотни, а на роты, полк должен состоять из 6 рот, каждая
рота - из 60 человек, вместо сотенных голов выбрать ротмистров и
поручиков, которым между собою не местничаться. Тут же выборные объявили,
что необходимо уничтожить местничество не только в ратных, но и в
посольских и всяких делах, чтоб всякий от великого до малого чина был
беспрекословно на том месте, которое ему государь укажет. 12 января был
созван собор из знатного духовенства и членов думы, на котором прочли
мнение выборных и царь объявил, что сам дьявол посеял среди русских людей
местничество, от которого во всяких делах была большая пагуба, а ратным
людям в битвах поражение, что дед его, отец и сам он много заботились об
искоренении этого зла, и спросил:
"Отменить ли по челобитью выборных местничество или оставить его
по-прежнему?"
Патриарх Иоаким отвечал, что местничество есть источник всякого зла и
потому он со всем духовенством не знает, как благодарить государя за
намерение искоренить его; светские члены собора объявили, что согласны с
патриархом; тогда государь велел принести разрядные книги и сказал: "Для
совершенного искоренения и вечного забвения все просьбы и записки по
местничеству приказываем предать огню". Присутствующие сказали: "Да
погибнет в огне это богоненавистное, братоненавистное, любовь отгоняющее
местничество и вперед да не вспомнится вовеки!" Книги были тут же сожжены.
После этого государь объявил, что прикажет составить несколько родословных
книг, в которые внесутся фамилии, смотря по их знатности.
4. Славяно-греко-латинская академия. К царствованию же Феодора
относится состояние проекта высшего училища, или академии. Монах Тимофей,
возвратившись из Греции, рассказал царю о жалком положении православной
Церкви на Востоке, происходящем от недостатка образования; тогда Феодор
признал необходимым поддержать православие на Руси распространением
просвещения; учреждено было училище, где собрано 30 человек детей изо всех
сословий; царь писал к патриархам, чтоб прислали в Москву учителей,
искусных в греческом и латинском языках и в науках, особенно же твердых в
православии; ему хотелось, чтоб это училище объемом преподавания равнялось
другим европейским академиям.
Написан был устав для академии, в котором царь говорит, что он, подобно
Соломону, вступив юношею на престол, ни о чем не хочет так заботиться, как
о мудрости, царских должностей родительнице, всяких благ изобретательнице
и совершительнице. Начальник академии, или блюститель, и учители могли
быть только русские или греки, и последние должны были иметь от патриархов
свидетельство в православии. В ученики академии могли вступать люди всех
сословий и возрастов; никто не смел держать домашних учителей иностранных
языков, но мог, если хотел, посылать детей своих в академию; ученики, с
успехом окончившие свое воспитание в академии, жаловались в приличные чины
и как мудрые пользовались особенною царскою милостию. Все ученые
иностранцы, приезжавшие в Россию, подвергались испытанию в академии и
только вследствие одобрения ее принимались в службу.
Академия должна была смотреть, чтоб иноверцы не распространяли своих
учений между православными, блюститель смотрел за поведением всех
иностранцев, обратившихся в православие; блюститель и учителя наблюдали,
чтоб ни у кого не было запрещенных Церковью книг; всякий уличенный в хуле
на православную веру отдавался на суд блюстителю и учителям, и если
обвинение оказывалось верным, то преступник подвергался сожжению. Таким
образом, новая московская академия, несмотря на то что не была училищем
духовным, а всенародным, учреждалась, однако, в видах церковных, должна
была служить Церкви, охранять православие от иноверных учений.
Царь Феодор в 1681 году лишился сына и жены (Агафий Семеновны
Грушецкой); несмотря на слабое здоровье царя, Языков убедил его вступить
во второй брак с Марфою Матвеевною Апраксиной в феврале 1682 года, но
после свадьбы болезнь Феодора усилилась, и он скончался 27 апреля того же
года.