Липатов В. Краски времени

ОГЛАВЛЕНИЕ

КТО ТВОЙ УЧИТЕЛЬ

Ге был оптимист, он верил в человека, верил в добро, верил в действие
искусства на массы...
И. Е. Репин

Николай Николаевич Ге (1831 - 1894) - портретист, исторический
живописец, автор картин на евангельские темы, с помощью которых он решал
актуальные вопросы современности. Одно из самых знаменитых его полотен -
"Петр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе". Н. Н. Ге -
учредитель Товарищества передвижных художественных выставок..

Николай Ге знал, чему учиться, и умел выбирать учителей. "Учителя, -
говорил он, - были дорогие люди, они были светлые точки нашей жизни".
Художник любил и Герцена и Толстого, как он признавался, "безгранично". Два
их портрета - один, написанный в зрелой молодости, другой много позже -
память об учителях, размышление о совести, правде, творчестве.
На портрете Герцен вышел дорогим гостем, которого очень ждали. Словно
только-только вошел и, еще сохраняя инерцию движения, глянул остро, зорко -
мыслью. Наверное, так оно и было. Ге давно жаждал встречи с Герценом, чей
призыв - в истине и совести искать норму поведения, чтобы быть свободным, -
был ему близок и дорог. Художник зачитывался его книгами, находил в них
ответы на самые волнующие вопросы. Хотел даже ехать к писателю в Лондон. И
вдруг тот сам - в гостях у Ге... Вот каким запечатлен Герцен на портрете:
лицо озарено вдохновением, высокий лоб куполом возносится над изломами
подвижных бровей. Крепкое лицо крепкого человека.
По словам художника, лицо публициста и философа, чьи "идеи
электризовали", кто до конца сражался с самодержавием.
В 1867 году, когда писан портрет, Герцен сообщает Огареву о слухах,
"что "Колокол" приказал долго жить...", и заявляет: "Ничуть не расположен к
тому, чтобы своим самоубийством доставить удовольствие его величеству царю".
Лицо поэта. Вот что сказал о Герцене Достоевский: "Агитатор-поэт,
политический деятель - поэт, философ - в высшей степени поэт!" Создавая
портрет политика и остроумца, Ге также разглядел в нем поэта. Порывистый
Герцен смотрит искрометно.
Когда Ге восторженно бросился ему навстречу, заметил прежде всего
"живые умные глаза". Но, заглянув внутрь этих глаз, художник отшатнулся от
неожиданности: перед ним стоял "глубоко несчастный человек".
Лучший портрет Ге парадоксально соединяет радость жизни с грустью
раздумий. Герцен смотрит на вас, он здесь, но он и там, в недавних днях
тревог и разочарований. Он говорит нам и одновременно вопрошает себя.
Незадолго до встречи с художником писатель пережил личную духовную драму.
Герцен заново осмысливает свое место в революционном движении. Герцен -
человек, навсегда разлученный с Родиной. Возможно, у Ге возникло то же
ощущение, что и у Стасова, назвавшего писателя великим человеком с
отрезанными крыльями.
Герцену портрет понравился чрезвычайно: "Портрет идет Rembrandtish
(по-рембрандтовски)".
Имя писателя было запретным. Ге вез портрет в Петербург с
предосторожностями, пририсовав Герцену Анну на шею.
По другой версии - прикрыл картину бумагой, на которой кого-то
изобразил.
Герцен привел Ге к зрелости. Толстой в зрелости ему "все открыл". Они
часто встречались с Толстым. Ге жил у писателя в хамовническом доме, учил
живописи дочь Льва Николаевича.
Толстой и Ге находят друг в друге души откликающиеся. Разговор у них
"поднятый", дарящий Ге радость понимания: чтобы преодолеть муки сомнений,
надо "броситься в море и плыть". И Ге это делает. Он не страшится страдать и
поступать по совести. Мучительно поклоняясь искусству как выражению
"совершенства всего человечества", имеет мужество оставить кисть, когда
утверждается в мысли: воздействие искусства ничтожно, занятие искусством
суетно. Кладет соседям печи и занимается хлебопашеством. И все же
возвращается из печников и земледельцев к искусству, как к трудному подвигу
во имя людей. Помогает ему понять это Толстой.
...Толстой с усилием двигает пером, таким хрупким в его красивой
"моторной" (по Репину), но грубой руке. Окружает писателя слышная нам
тишина. Предгрозовая. Толстой как-то сердито сосредоточен, мысль,
затаившаяся в глубокой складке между бровями, проливается и вонзается в
бумагу кончиком пера. Свободен могучий лоб - вылеплен мощно и крепко, на все
времена. Свет озаряет лоб, и кажется, что напряженное лицо писателя излучает
свет: мысль освещает. Перед нами Толстой, уже создавший "Войну и мир" и
"Анну Каренину", начавший писать "Так что же нам делать", "Власть тьмы" и
"Народные рассказы", которые, кстати, иллюстрировал Ге. В том же 1884 году
писатель уже читает домашним отрывок из "Смерти Ивана Ильича".
...Толстой работает за столом в кабинете своего хамовнического дома.
Сидит устойчиво, а приходит ощущение некоего непостоянства, движения,
временности состояния. Словно шел-шел, жил, страдал и наконец смог сесть за
стол. Впечатление о страннике усиливается и внешними приметами: вьющиеся
волосы отбрасываются назад, Толстой как бы преодолевает порывы ветра -
волосы охватывают голову легким пламенем...
Скажи мне, кто твой друг... А может быть, вернее, скажи мне, кто твой
учитель?.. Два учителя. Солнечный луч падает на лица Герцена и Толстого.
Отмеченные светом правды, страдающие вместе с людьми, они сражались со злом
ради людей.