Бехтерев В. Избранные работы по социальной психологии

ОГЛАВЛЕНИЕ

ДАННЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТА В ОБЛАСТИ КОЛЛЕКТИВНОЙ РЕФЛЕКСОЛОГИИ

До последнего времени, если не считать анкетного способа опросов, экс-
перимент в прямом смысле этого слова почти не применялся к задачам
изучения деятельности коллектива. Правда, иногда делались и эксперименты
над коллективом, но их цель сводилась ничуть не к выяснению коллективных
реакций или рефлексов как таковых. Они служили обыкновенно для выяс-
нения значения свидетельских показаний или для массового выяснения тех
или других вопросов психологии отдельных лиц без обращения особого
внимания даже на то влияние, которое может оказывать масса или группа
лиц, в ней находящихся.

В этих исследованиях дело шло таким образом по существу о таких же
экспериментах, каковые вообще производились в экспериментальной психо-
логии с тем различием, что здесь пользовались для опыта не отдельными
испытуемыми в одиночку, а целой массой испытуемых одновременно, что
в сущности даже ослабляет чистоту самих опытов.

Цель нижеприводимых опытов другая - выяснить сочетательно-рефлек-
торную или нервно-психическую деятельность коллектива как определенной
собирательной личности по сравнению с деятельностью отдельной личности.
В этом смысле задачи коллективной рефлексологии, как мы понимаем,
сводятся главным образом и прежде всего к следующему.

1. Чем рефлексы целого коллектива вообще отличаются от рефлексов
отдельной личности при более или менее одинаковых условиях эксперимента.

2. Как рефлексы коллектива видоизменяются в зависимости от изменения
состава коллектива.

3. Как рефлексы коллектива видоизменяются в зависимости от тех или
других внешних и внутренних условий, в которых оказывается коллектив.

4. Как рефлексы отдельной личности видоизменяются, т. е. стимулируются
или тормозятся в связи с влиянием на личность самого коллектива по срав-
нению с проявлениями тех же рефлексов и той же личностью вне коллектива.

5. Как рефлексы отдельной личности видоизменяются в коллективе в
связи с различным его характером и составом.

6. Как рефлексы коллектива видоизменяются под влиянием воздействий
той или другой личности.

7. Какие из воздействий отдельной личности и при каких условиях
наиболее действенны по отношению к коллективу.

8. Как и каким способом коллектив действует на самую личность в
смысле внушения, убеждения и других форм воздействия.

9. Выяснение особенностей того или другого коллектива по внешним его
проявлениям в форме коллективных рефлексов.

10. Каковы наиболее основные проявления раздражителей, действующие
на коллектив.

^ Доклад, сделанный В. М. Бехтеревым при открытии съезда по психоневрологии в Москве
15 января 1923 г. Эксперименты проводились с участием М. В. Ланге.

23 В. М. Бехтерев                                                             353

К этим главным задачам, не говоря о многих других, сводится разработка
путем эксперимента коллективной рефлексологии. В этом направлении экс-
перимент в сущности не применялся к коллективной рефлексологии. В
литературе мы встречаем лишь указания на попытки применить эксперимен-
тально-психологический эксперимент к наиболее элементарной форме кол-
лектива - толпе, например, со стороны известного французского ученого
Фере. Автор нашел в отношении ощущений, что общее возбуждение всегда
отражается приращением динамического эквивалента. Поэтому уже простое
пребывание в толпе, судя по его опытам, поднимает динамические силы. Я
думаю, однако, что и толпа толпе рознь. Возбужденная толпа это одно, а
толпа угнетенная, например, на похоронах и во время паники, - другое. И
не может, вообще говоря, настроение толпы отражаться на отдельной личности
одинаковым образом вне зависимости от различных взаимоотношений между
толпой и личностью. Вот почему эти примитивные эксперименты, не
имевшие, по-видимому, своей целью разрешение сложных вопросов кол-
лективной деятельности, не могут быть приняты как руководящие для даль-
нейшего изучения предмета.

С другой стороны, эксперименты нередко осуществлялись в школьной
обстановке над массой лиц одновременно в целях выяснения тех или других
вопросов экспериментальной педагогики, таковы опыты Sterna, Clapareda.
Нечаева и многих других. Эти опыты без сомнения имели свое значение в
разрешении тех или других вопросов, например, для выяснения вопросов
внушения и вопросов, связанных со свидетельскими показаниями; но и в
этом случае множество объектов, участвовавших в опыте, бралось как количе-
ство, а не имелось в виду выяснение вопроса, как общая работа самого
школьного коллектива влияет на участвующих в ней сверстников или как
влияет работа отдельного школьника на деятельность самого коллектива, что
в сущности и составляет главный предмет исследований в области кол-
лективной рефлексологии.

Мы не находим нужным касаться здесь старой и новой литературы по
психологии народных масс, к каковой относятся исследования Tard'a, LeBon'a,
Dougalla, Wandt'a, Михайловского, Копельмана, de la Grasserie, Rossi и др. Все су-
щественно необходимое о них сказано в недавно вышедшем в свет моем
сочинении <Коллективная рефлексология> ^ Замечу лишь, что все упомянутые
авторы в большей или меньшей мере трактуют о народных массах, применяя
к ним методы субъективной психологии, что я считаю в корне неправильным,
и о чем я подробно говорил в только что цитированном сочинении. Недостат-
кам субъективного метода, мне кажется, мы обязаны в значительной мере ус-
тановлением широко распространенного взгляда, что толпа есть коллективное
существо низшего порядка по сравнению с индивидуальностью, которая в
толпе не только обезличивается, но и всегда будто бы принижается в отно-
шении продуктивности своих выявлений. Надо при этом заметить, что
понятие толпы у авторов не ограничивается понятием уличной толпы, а вооб-
ще относится к любому собранию лиц в форме коллектива: так Габеяли дает
иллюстрацию вышеуказанной мысли по отношению к выборам в профессор-
ской среде, например, ректора в университете. <Выбирают того, чей выбор
наименее задевает самолюбие, кто не выдается, наиболее невзрачного. Часто
желают иметь таковым наиболее терпимого, снисходительного, сговорчивого,
имеющего наименьшее значение, одним словом человека наименее
энергичного и решительного. Таким образом выбранный не пользуется до-
верием ни сторонников, ни противников> ^ Так ли это, предоставляю судить
другим. Но мой жизненный опыт говорит другое.

^ Бехтерев В. М. Коллективная рефлексология. Пг., 1921.
" Там же. С. 203.

354

Приблизительно такого же взгляда держится и М. Нордау. <Соедините
двадцать или тридцать Гете, Кантов, Гельмгольцев, Шекспиров, Ньютонов
и т.д. и. предложите их решению или суждению практические вопросы
минуты. Рассуждения их, может быть, будут разниться от суждений обык-
новенного собрания, но что касается выводов, они ни в чем не будут
отличаться от выводов обыкновенного собрания> \

Однако, что же тут удивительного, если дело касается, как в данном
случае, практических вопросов, в которых наверное и Гете, и Кант, и
Гельмгольц) и другие гении не более сильны, нежели самая обыкновенная
лавочница.

Тем не менее вышеуказанная мысль несмотря на неудачную иллюстрацию
этих двух авторов разделяется весьма многими. Так, Э. Ферри ту же мысль
выразил следующим образом: <Совокупность нескольких способных людей
не всегда служит гарантией их общей способности: собрание здравомыслящих
людей может быть лишенным единодушия, как в химии от соединения двух
газов может получиться жидкость> ^

Я не привожу других мнений- Лебона, Сигеле, Сиддиса и некоторых
других сходственных. Могу лишь прибавить, что для объяснения вышеука-
занной мысли дается и пояснение: будто бы в коллективе высшие проявления
ума не складываются, а как бы вычитаются друг из друга, выливаясь в
форму средней линии, все же ценное и разнородное сглаживается,
ни вел ируется.

Однако, так ли это? В своей <Коллективной рефлексологии> я высказыва-
юсь по этому поводу с решительным сомнением и критикой: <Что касается
большей глупости коллектива по сравнению с отдельными индивидами, то в
этом отношении, говорю я, многое было высказано без достаточного
взвешивания всех обстоятельств. Прежде всего, нельзя смешивать, как уже ска-
зано, уличные толпы, связанные одним лишь настроением, с другими кол-
лективами. С другой стороны, то, что делает отдельный индивид, есть плод ча-
сто долговременных поисков и стараний, основанных к тому же на синтезе кол-
лективной работы, тогда как толпа большей частью принуждена принимать
решения, которые не могут быть откладываемы на более или менее долгое вре-
мя. Вместе с тем решение толпы является равнодействующей или вернее сред-
ней арифметической мнений целого ряда лиц, составляющих толпу, и, следо-
вательно, характер решения определяется самым составом толпы, а потому
при преобладании в ней посредственностей и мнение ее окажется посредствен-
ным, но вовсе не доказано, что толпа умных людей будет давать коллективное
мнение, которое окажутся глупее, нежели в том случае, если бы оно при тех же
самых условиях было высказываемо каждым в одиночку> ^

С другой стороны, в <Коллективной рефлексологии> я останавливаю
внимание на том, что даже уличная толпа может быть и героической и
часто является даже жертвой благородных порывов, а, следовательно, не-
правильно приписывать уличной толпе одни свойства дикого зверя, как
принимают многие авторы (Tard, Sighele и мн. др.). Я провожу также мысль,
что возвеличение личности перед толпой или коллективом является взглядом
слишком односторонним, ибо в сущности личность постольку может играть
роль в истории, поскольку она олицетворяет и синтезирует в своем лице
определенное мировоззрение и использует активность того или другого
коллектива. Так, лидер партии олицетворяет собой всю силу данной партии,
монарх олицетворяет собой господствующий и служилый класс и к нему
примыкающие элементы. В этом отношении личность есть как бы синтез

* Сияем С. Преступная толпа: Опыт коллективной психологии. СПб., 1893. С. II.
' Там же. С: 13.
^ Бехтерев В. М. Коллективная рефлексология. С. 205.

23>                                                                355

взглядов определенной партии, класса, слоя и других коллективов, а иногда
и укоренившихся традиций, передаваемых из поколения в поколение. В
конце концов, не общество есть продукт личности, а наоборот, личность есть
продукт общества.

Из работ, появившихся после выхода в свет моей <Коллективной реф-
лексологии>, я имел возможность ознакомиться с работами Freud'a, Kollarits'a,
Donald' а. Работа первого автора, как и все его более ранние работы, проникнута
субъективизмом и к нашей теме не имеет близкого отношения; что касается
работы Kollarits'a, то она устанавливает две психические группы народностей
в Европе, характеризуя их с точки зрения религиозных и других воззрений.
По сущности своей она также не имеет отношения к нашему исследованию.
A MacDonald " изображает образовательное состояние народов, статистически
представленное в отношении безграмотных, посещающих школы, учителей
средних и высших школ, книг в библиотеках, газет и повременных изданий,
а также в отношении патосоциальных явлений. Автор в отношении преступ-
ности вообще, убийства и нанесения смертельных побоев преступности против
собственности, душевнобольных в заведениях, самоубийств, внебрачных рож-
дений, брачных расторжений и разделов, дает довольно интересные параллели.
По его выводам, народы с большим числом безграмотных дают большее
число убийств, высокий процент мертворождений и случаев смерти в течение
первого года и редкость самоубийств. Наоборот, у народов с малым числом
безграмотных самоубийства часты.

Работа Д. MacDonald'a заслуживает большего внимания как основанная
на статистическом материале. Но она опять же не относится к нашему
предмету.

На этом мы покончим с данными литературы и перейдем к постановке
и результатам своих опытов^.

Начиная с зимы 1918 г. и в течение 1919-1923 гг., мной в разное
время с участием моих сотрудников (ассистентов при занимаемой мной
кафедре) производились исследования первоначально в детском саду Каш-
кадамовой над детьми обоего пола в возрасте 6-10 лет, а затем в аудиториях
над студентами и студентками медицинских курсов, в Государственном

" Макдонамд Д. Р. Социалистическое движение: Пер. с англ. Пг" 1919.
^ Лишь после того, как настоящая работа была доложена на 1 Всероссийском съезде по
психоневрологии, я узнал, что в Германии вышла книга Moede W. Experimentelle
Massenpsychologie. Beitrage zur Experimentalpsychologie der Cruppe L., 1920 и лишь в самое
последнее время мне удалось с ней познакомиться. Автор поставил себе целью выяснить,
какие изменения происходят в психике индивида под влиянием коллективных факторов,
т. е. факторов взаимодействия. Строго придерживаясь экспериментально-психологического
метода, он стремился в первую очередь установить <порог коллективного сознания>; поэтому
каждый опыт ставился им сначала на отдельной личности, а затем на группах из 2, 3, 4 и
более лиц (максимум группы достигал 16 участников). Задачами исследования были: авто-
матические движения, воля и сила волевого напряжения, болевые ощущения, внимание,
память и ассоциации. На основании полученных результатов д-р Moede приходит к выводам,
что реакции отдельного индивида изменяются уже, начиная с группы из 2-х лиц, причем
взаимодействие здесь часто сильнее, чем в количественно больших группах. В каждом
коллективе взаимодействие бывает двух родов: тормозящим и стимулирующим. Смотря по
интенсивности взаимодействий внутри группы, Moede различает коллективы статические и
динамические. Чем слабее влияние коллектива на своих членов, тем больше коллектив
приближается к статическому типу; чем взаимодействие сильнее, тем больше он является
динамическим. В опытах на внимание, память и ассоциации коллектив приближался к
статическому типу; в опытах на автоматические движения, волю, силу, волевые напряжения
и болевые ощущения, в особенности там, где появлялся фактор соревнования, коллектив
являлся динамическим.

Как будет видно из последующего изложения, наша работа проведена в другом направлении.
Пользуясь строго объективным методом, мы имеем в виду вовлечь коллектив в общую
объединяющую его деятельность и в этой его деятельности выяснить особенности кол-
лективных проявлений по сравнению с проявлениями отдельных лиц, входящих в состав
коллектива.

356

институте медицинских знаний, в Ленинградском медицинском институте
и над слушателями Педагогического института социального воспитания
нормального и дефективного ребенка, а также на Высших педологических
курсах Государственной психоневрологической академии, т. е. в тех учреж-
дениях, где я читаю лекции по рефлексологии. Эти опыты производились
мной обыкновенно на самой лекции и входили в самый курс лекций как
практически демонстративная часть <Коллективной рефлексологии>.

К участию в этих опытах были привлечены сотрудники по заведываемой
мной рефлексологической лаборатории Института по изучению мозга -
Звоницкая и М. В. Ланге и как ассистенты читаемых мной курсов по
рефлексологии, д-р Триродов-Казаченко (в декабре 1921 г. выбывший из
состава ассистентов), В. Н. Мясищев, Н. И. Добротворская и д-р Шумков.

Разбор полученного материала происходил в рефлексологической лабо-
ратории Института мозга, а в обработке опытов принимали участие слушатели
и слушательницы Высших педологических курсов: 3. Д. Меньшикова, Г. И.
Оришич, О. М. Степанова, Б. Ф. Польман, М. Ю. Шлепянова и А. Б.
Шульговская под общим руководством М. В. Ланге. Эти опыты мы считаем
далеко еще не законченными, они продолжаются и будут еще продолжаться
в последующее время. В настоящий доклад вошла относительно небольшая
только часть произведенных мной многочисленных опытов, ибо часть
пришлось откинуть совсем по тем или другим основаниям ; остальные
будут опубликованы позднее.

Прежде чем приступить к коллективному эксперименту, мы должны
отдать себе отчет в отношении того, что собственно следует понимать под
названием коллектива.

Надо сказать, что в этом отношении далеко не имеется согласия между
авторами. По самой сути дела коллективом следует именовать то собрание
людей, когда между ними устанавливается известная коллективная связь и
взаимоотношение. Не входя в дальнейшие подробности по этому предмету,
замечу, что целый ряд авторов (де Роберта, Зиммель, Новиков, П. Сорокин,
Гиддингс, Драгическо, Бугрэ, Фулье, Грассери, Уорд, отчасти Гумплович и др.)
в основу коллектива кладут взаимодействие между сочленами коллектива
или общественниками. Однако, всякое ли взаимодействие является основой
коллектива? 77. Кропоткин ^ полагал, что в основе образования соединений,
т. е. общества, или что то же, коллектива, лежит взаимопомощь индивидов.
Другого взгляда на этот счет держится П. Сорокин ", полагая, что как
животные, так и люди входят в соприкосновение не для взаимной только
помощи, но и для борьбы. Лев ищет добычи, входя с ней в соприкосновение,
паразиты взаимодействуют с организмами, являющимися их жертвами.
Люди взаимодействуют и общаются друг с другом не только для взаимо-
помощи, но и для взаимоистребления (войны, драки и пр.). Спор двух
противников, доходящий до драки, дает пример кратковременного
объединения людей, а длительное единение будет представлять такие
единения, как борьба никониан и раскольников, католиков и еретиков, пре-
следуемых первыми, в том числе святая инквизиция с ее жертвами,

^ Почти во всех первоначальных ответах некоторые испытуемые не заполняли дополнитель-
ных листков, вследствие чего нельзя было учесть влияния на них коллективной работы.
Другие испытуемые по рассеянности или по каким-либо иным причинам не вносили
сведений о поле, возрасте, образовательном цензе и т. д. Все такого рода неполноценные
записи пришлось выделить при разработке материала и не брать их в расчет при выводе
результатов, вследствие чего пропал целый ряд опытов.

Вышеупомянутые дефекты устранялись нами постепенно по мере улучшения и выработки
самой техники в постановке подобного рода опытов.

^ Кропоткин П. Взаимная помощь как фактор эволюции. Харьков, 1919.
^ Сорокин П. Система социологии. Пг., 1920. Т. 1.

357

религиозные споры и войны и т. п. Это ничуть не недосмотр, ибо автор
говорит в примечании: <Подчеркиваю, что с моей ненормативной точки
зрения группа взаимодействующих раскольников и никониан суть кол-
лективное единство, реальная совокупность, ассоциация> ^. Ясно, что это
даже не может быть названо парадоксом. И на этом-то в корне ненаучном
базисе, где коллективным единением признается драка, зуботычина, убийство
и т. п., построена многотомная социология П. Сорокина, в которой таким
образом в корне ненаучные отделы вступают в своеобразное коллективное
единение с научными ее отделами.

Мы будем держаться здесь того определения, которое дано мной в <Кол-
лективной рефлексологии>: <Коллектив только тогда является настоящим кол-
лективом, т. е. объединенным целым, когда благодаря воздействию одних его
членов на других устанавливается их единение в том или другом отно-
шении> ^. Все пояснения к этому определению коллективного объединения,
как солидаристического взаимодействия, можно найти в той же книге в отделе
<О коллективном объединении>. Эта точка зрения заставила меня остановиться
на такой постановке опытов, где имело бы место то или иное объединение меж-
ду индивидами в смысле пассивного или активного участия в общей работе,
как например, коллективное наблюдение или различие, выявление коллек-
тивного отношения к предмету или действию, коллективное творчество и т. п.

Первоначальные мои опыты, осуществленные в детском саду Кашкада-
мовой вместе с моей сотрудницей Звоницкой, имели целью выяснить вопрос,
в какой мере совместная (хотя по существу своему индивидуальная) умст-
венная работа, производимая учениками в сообществе своих сверстников,
отличается от работы тех же учеников, производимой каждым в одиночку.
Для указанной цели мы взяли умственный счет как особо чуткий показатель
в смысле повышения или понижения умственной работоспособности. Мы
избрали для этой цели детский сад опять-таки не без цели, ибо, как мы
знаем, детский возраст вообще отличается значительно большей возбудимо-
стью, нежели взрослые люди, а потому на детях ярче должно было выступить
влияние участия в совместной работе.

Все дети, подвергнутые испытанию, прошли первоначальные правила
арифметики (сложение и вычитание), но в отношении возраста и успешности
были разделены на младшую группу (до 8 лет) и старшую группу, в большем
возрасте.

План работы состоял в следующем: 10 человек детей старшего возраста
и столько же детей младшего возраста должны были пройти через 3 серии
опытов на сложение двухзначных цифр. Каждая серия состояла из 5 сеансов,
по 5 мин. каждый сеанс. Испытания происходили всегда в одно и то же
время дня - после горячего завтрака, которым пользовались все дети одина-
ково. Первая серия опытов была проведена в течение апреля месяца (1918 г.).
Опыты этой серии происходили в классе. Группе детей, состоявшей, как
сказано выше, из 10 человек, выставлялись большие таблицы с рядами
двухзначных цифр, связанных знаком + для сложения их друг с другом.
Каждый ученик молча производил счет по выставленным таблицам и записы-
вал в своей тетрадке результаты сложения.

Вторая серия опытов происходила по тому же плану в течение мая
месяца. Здесь работа была изолированной, т. е. присутствовали только испы-
туемый и экспериментатор; ученику давался новый ряд двухзначных цифр.
Третья серия опытов снова происходила в классе, так же как и первая
серия. Этой третьей серией опытов мы хотели проверить влияние упражня-
емости, но закончить третью серию опытов нам не удалось по общим

" Там же. С. 312.
^ Бехтерев В. М. Коллективная рефлексология. Ч. 1. С. III.

358

условиям того времени; был июнь месяц; дети стали посещать школу
нерегулярно; на одни опыты являлись, на другие нет. Также не удалось
правильно поставить опыты над детьми младшего возраста; поэтому мы
приводим здесь данные только относительно опытов первой и второй серий,
проведенных над детьми старшей группы.

Само собой разумеется, что учениками делались при счете те или другие
ошибки, но в числе этих ошибок были такие, которые могли быть отнесены
к пропускам и опискам, а не к действительным ошибкам в счете, вследствие
чего пришлось разделить самые ошибки на действительные ошибки и на
пропуски и описки.

В прилагаемых двух таблицах приводится результат произведенной
учениками во время опытов работы. Помещенные в таблицах числа являются
среднеарифметическими из 5 рядов наблюдений, т. е. указывают среднее
число правильных решений в течение 5 мин. для каждого ребенка, а также
среднее число сделанных им ошибок как в групповой работе (см. табл. 1),
так и в изолированной (см. табл. II).

Таблица 1. Серия 1 (совместная работа)

Имя испытуемого   № ученика   Возраст     Число произведенных в течение 3 мин арифметических действий
правильно   ошибок      описок
Костя 1 9 л. 3 м  15    2     0.50
Сережа Шура Петя  11 8 л. Ill 8 л. 3 м IV 9 л.  23 23.6 23.7      0.75 1 1.25  0.25 0.40 0.50
Нина  V 8 л. 3 м  25.4  0.60  0.20
Кирилл Володя     VI 9 л. VII 8 л. 11м.   25.6 30.7   0.66  1
Коля  VIII 9 л.   46.5  1.25  1.80
Таня  IX 9 л. 2м. 56.2  0.80  1
Вячеслав    Х 9 л. 10м  58    0.60  0.40
Всего - -   327.7 8.91  6.05
Таблица II- Серия II {изолированная работа)

Имя испытуемого   № ученика   Возраст     Число произведенных в течение 5 мин арифметических действий
правильно   ошибок      описок
Костя 1 9 л. 3 м  16.22 0.50 
Сережа      11 8 л.     27    1.50  1
Шура  Ill 8 л. 3 м      22.50 0.25  -
Петя  IV 9 л.     34.50 0.75  1.25
Нина  V 8 л. 3 м  23.40 0.83  -
Кирилл      VI 9 л.     24    -     -
Володя      VII 8 л. 11м.     37.70 0.50  0.25
Коля  VIII 9 л.   44    1.25  2.50
Таня  IX 9 л. 2м. 65.80 1     0.60
Вячеслав    Х 9 л. 10м  64.50 1     -
Всего - -   359.62      7.58  5.60
359

Мы видим, что в общем изолированная работа количественно интенсивнее
(359.62 против 327.70) и качественно выше работы совместной (на 1.33
меньше ошибок, и на 0.45 меньше описок). Но является ли это свойством
самой изолированной работы или результатом некоторой упражняемости
мы по этим данным судить не можем, ибо, как сказано, третью, проверочную
серию опытов провести не удалось.

Что касается влияния совместной работы на каждого испытуемого в
отдельности, то мы видим, что шесть учеников из десяти (см. табл. 1 и II,
№№ 1, II, IV, VII, IX и X) в одиночестве работали интенсивнее, чем в
группе. Остальные четверо (III, V, VI и VIII) работали интенсивнее в группе.
Если же мы сравним наиболее сильных и наиболее слабых учеников,
например, I, III и V, VII, IX и X, то увидим, что чем лучше ученик, тем
лучше он работает в одиночестве. Характерно также, что в одиночестве
сделано меньше описок, что можно объяснить большей сосредоточенностью.

Эти данные совпадают с результатами позднейших опытов, произведен-
ных д-ром Moede ^ над рядом школьников в Лейпциге. Худшие ученики,
по его словам, в большинстве случаев выигрывали при совместной работе,
лучшие же - проигрывали.

Эти наши данные, как полученные еще в 1918 г., определились тогда
же, во всяком случае еще до появления в свет книги д-ра Moede.

В предыдущем дело идет собственно о групповой умственной работе,
при которой нет никакого объединения между членами группы при выпол-
нении ими самой работы, вследствие чего и там, и здесь мы имеем работу
отдельных индивидов, но в первом случае эта работа выполняется в
присутствии сверстников, во втором же случае вполне изолированно, если
не считать присутствия не участвующего в работе экспериментатора. Эти
выводы мы не считаем окончательными, и опыты будут продолжаться.

Дальнейшие серии опытов относятся: 1) к слушателям Высших педо-
логических курсов Государственной психоневрологической академии, состо-
явшим из педагогов, мужчин и женщин, 2) к слушателям Государственного
института медицинских знаний и 3) к Ленинградскому медицинскому
институту, состоящим исключительно из студентов и студентов-медиков,
причем в первых двух группах женщины и мужчины делились почти поровну,
а в последней группе имелось большое преобладание женщин.

Возраст первой группы колебался между 20-25 годами, возраст двух
последних групп приблизительно равнялся 18-25 годам.

Для вовлечения всего коллектива как целого в самую работу во всех трех
группах мы поступали таким образом. В качестве раздражителя во всех
опытах за небольшим исключением (см. ниже опыты с творчеством на
создание проекта памятника и на определение времени) мы пользовались
специально предназначенным для этой цели зрительным объектом, который
выставлялся перед аудиторией, смотря по его сложности, на время от 10
до 15 с. Самый же опыт мы производили так: первоначально всем слушателям
раздавалось по листку бумаги, на котором просили отмечать пол, возраст,
образовательный ценз, близорукость или дальнозоркость, если они имелись,
а в позднейших опытах и любимое занятие, а также место в ряду скамеек.
Когда это было проделано всем коллективом, определялось количество уча-
ствующих в опыте лиц, после чего выставлялся объект как раздражитель
без всяких к нему пояснений; аудитория предупреждалась только непосред-
ственно перед показыванием объекта о необходимости внимания к нему. В
случае же опыта с творчеством, где объекта-раздражителя не имелось, давалось
задание с тем немногословным объяснением, которое признавалось необ-
ходимым.

^ Moede W. Experimentelle Massenpsychologie.

360

Когда задание было пояснено, всем в одиночку предлагалось записать
то, что было необходимо выявить в опыте вслед за устранением объекта-
раздражителя. После того все записки отбирались. Тут же производилась их
группировка по общему характеру содержания, а затем мы подвергали пос-
ледовательно все части содержания этих записок коллективному обсуждению
вслух. Ассистенты вели подробный протокол этого обсуждения. Затем присту-
пали к голосованию, дабы получить окончательное коллективное решение
по отношению к тому или иному объекту обсуждения. Голосование в опытах
производилось поднятием рук с выяснением количества согласных, несог-
ласных и воздерживающихся. Под именем последних обозначались те, для
которых было неясно то или другое отношение к данному случаю. Их голоса
при общем подсчете делились поровну и присоединялись затем в половинном
размере к согласным и в половинном размере к несогласным. Результаты
голосования тут же вносились в протокол. Затем отбирались записки от
всех участников опыта, раздавались новые листки и предлагалось каждому
записать возможное изменение его мнения. Когда таким образом коллективно
намечались решения по поводу каждой частности объекта, также кол-
лективным голосованием устанавливалось коллективное решение в пользу
тех или других вопросов общего характера, если таковые имелись в данном
опыте. По такому плану делались пока наши первоначальные опыты по
коллективной рефлексологии, составляющие предмет настоящей работы, но
само собой разумеется, что имеется в виду в дальнейшем разнообразить
методику экспериментального исследования коллективных рефлексов в
зависимости от цели самого эксперимента.

Наши опыты произведены пока с коллективным воспроизведением, с
коллективным выявлением сочетательной деятельности, с различием сход-
ственных изображений (анализом), с установлением сходства между
различными объектами (синтез), с коллективным отношением к поведению,
с коллективным творчеством, с коллективным определением времени и
пространства и с влиянием личности на коллективное отношение к предъ-
явленному объекту. Что касается влияния коллектива на личность, то оно
выявлялось почти в каждом из опытов.

Опыты эти, которые последовательно имеют целью захватить и другие
вопросы, связанные с деятельностью коллектива, требуют, как легко себе
представить, кропотливой последовательной обработки, вследствие чего в
настоящее время я ограничусь рассмотрением только некоторых из этих
опытов.

Поясним теперь же некоторые данные, с которыми пришлось считаться
при обработке полученного материала. В опытах на наблюдательность (предъ-
явлена была в одном случае картина больших размеров, изображавшая
пульмановский паровоз, стоящий на рельсах в поле; в другом случае предъ-
явлено изображение шести общеизвестных животных) при разработке данных
опыта были исключены все встречавшиеся в записках выражения о субъ-
ективных впечатлениях, полученных при рассмотрении картин и рисунков,
как-то: <красиво исполнено> или <прекрасный летний день>, <теплая южная
ночь>; исключены также субъективные суждения о демонстрированном пред-
мете, например: паровоз должен быть американской системы или новый
паровоз, только что выпущенный с завода> и, наконец, не приняты во
внимание обозначения цветов, как например: паровоз синий, фиолетовый,
ярко-красный и т. д. ввиду того, что эти субъективные показания при особом
подсчете будут обрабатываться особо. Таким образом в окончательном итоге
в этих ответах подсчету и анализу подлежат только воспроизведенные отдель-
ные детали предъявленных картин и рисунков, иначе говоря, IX перечислений;
также исключены записки, в которых испытуемый говорит, что по тем или
иным причинам плохо видел объект.

361

В ответах на констатирование различий между двумя таблицами с изоб-
ражениями животных (предъявлены изображения общеизвестных животных:
слон, лев, собака, кролик, лягушка, жирафа, в двух следующих друг за другом
таблицах, различествующих друг от друга изменением их позы) также
исключены все субъективные обозначения рисунков, например: <животные
в спокойном состоянии> или <животные в двигательном эффекте>, <зайчик
грустит>. В результате в этих опытах подсчету подлежали только такие
указания испытуемых, которые давали сравнение рисунков обеих таблиц в
отношении тех или других деталей, например, на 1-й таблице <уши подняты>,
на 2-й - <уши прижаты> и т. д.

В опытах на отношение к поведению (предъявлены две картины во-
ровства мальчиком яблок в саду, поимки его садовником и порки пос-
ледним мальчика) исключены, напротив, все описания предъявленных
рисунков и деталей как ненужных для цели опытов. Принято во
внимание только отношение к поведению мальчика и отношение к пове-
дению садовника. Анализ этого отношения показал, что одни испытуемые
подходили к критике поведения с точки зрения правовой, другие-с
общественно-этической, третьи - с медицинской, четвертые - педагогичес-
кой; поэтому подсчет оценок произведен согласно этим отправным точ-
кам зрения. При этом в видах однообразия в опытах были приняты во
внимание только заявления о реакциях, которые были вызваны в
зрителях действиями мальчика и садовника.

Наконец, при обработке опытов на творчество (предложено создать проект
памятника поэту Некрасову) исключены как неподходящие к делу взгляды
на значение Некрасова в русской литературе и русской народной жизни
вообще; принято же во внимание только то, что относилось непосредственно
к проекту памятника, т. е. его общему виду, его деталям и руководящему
в проекте основному мотиву.

Возьмем с самого начала опыт на наблюдательность или способность
примечать с предъявлением большой стенной красочной картины, изобра-
жающей пульмановский паровоз в поле.

Картина представлена аудитории Государственного медицинского
института в течение 15 с. с предупредительным - <внимание>. Затем было
предложено тотчас же описать на розданных листках возможно подробнее.
Когда эта запись была произведена каждым в отдельности лицом, предложено
было всему коллективу перечислить вслух детали предъявленной картины
и сообща обсудить правильность или неправильность записи, после чего
каждому участнику опыта предоставлялось на свободном месте розданных
листков исправить или дополнить свое первоначальное описание картины в
той или другой ее части, если испытуемый признавал правильным то, что
было высказано во время обмена мнений. На первую запись давалось 10
мин, на вторую - 5 мин.

В результате коллектив заметил 41 деталь предъявленной картины: из
них 7 мнимых (или иллюзорных) деталей (дым, пар, пламя, машинист,
дрова, уголь, вагоны) и 34 детали, соответствовавших действительности
(котел, труба, конус, звезда, площадка, решетка, лесенка, будка
машиниста, спицы, щиты, надпись <пожарный рукав>, тендер, полотно,
рельсы, облака, деревья, ручеек, трава, постройки, рама, ободок рамы,
подпись <слесарь>, колеса, фонари, герб, инициалы, цифры: 2000 и 222).
Последние шесть деталей определялись некоторыми испытуемыми не
вполне точно, например, изображен герб или инициалы, или имеется и
то и другое, имеется цифра 2000, 222 или 2222 и т. д. Такие ответы
отнесены к числу ошибочных определений.

В результате этого опыта мы получили следующие данные (см. табл.
№ III).

362

Таблица III

Число деталей, примеченных всем коллективом. (Участников опыта-66)

      До обмена мнений  После обмена мнений     Изменение работы коллектива после обмена мнений, %
ных деталей абсолютные цифры  %     абсолютные цифры  %    
Правильных  284   80.9  118   86.1  +32.7
Неправильных      29    8.1   17    12.4  +4.7
Мнимых      39    11    2     1.5   +0.6
352   -     137   -     +38
После происшедшего в коллективе обмена мнений мы видим общее
увеличение числа замеченных деталей (137), значительное увеличение
правильных показаний (118), небольшое увеличение ошибочных ответов
(17) и почти полное исчезновение иллюзорных определений (2).

Является ли это результатом равномерной репродукции или растор-
маживания каждого участника в отдельности, или же работой определен-
ных групп в среде самого коллектива? Если мы распределим участников
опыта в порядке правильно данных ими ответов, то увидим, что наблю-
дательность развита была у членов коллектива крайне неравномерно. В то
время как одни успели в течение 15 с правильно заметить до 10 деталей,
другие могли приметить всего 1-2 детали. Большое индивидуальное раз-
нообразие в репродукции сохранилось и после обмена мнений: одни
испытуемые добавляли до 6 деталей (максимум), другие всего до 2 и 1
детали (максимум).

Между тем коллектив был довольно однороден по возрасту и образова-
тельному цензу своих сочленов - студенты-медики II курса - но разноро-
ден по составу полов, состоя почти из равного количества мужчин и
женщин. Репродукция женщин оказалась много слабее репродукции
мужчин.

Индивидуальное различие мы находим и дальше, уже внутри мужской
и женской групп коллектива.

Распределение участников и участниц опыта, в порядке данных ими
правильных отчетов мы находим в коллективе 4 группы (см. табл. IV и
V):

1. Сильную группу мужчин. Входящие в ее состав 15 человек
подметили правильно в среднем 6.2 детали (табл. V).

2. Сильную группу женщин. Входящие в ее состав 18 человек
репродуцировали правильно, в среднем, 5.1 детали (табл. VI).

3. В слабой группе мужчин (15 чел.) воспроизведено, в среднем, 3.46
детали.

4. В слабой группе женщин (18 чел.) в среднем 2.61 детали.
Как отразилась на этих четырех качественно различных группах кол-
лективная работа? Мы видим, что выиграли все 4 группы, хотя
и не в равной мере. Правильность ответов возросла у сильной группы
мужчин на 22%, у сильной группы женЩин на 35%; у слабой группы мужчин
на 38.1% и у слабой группы женщин на 44%. Ошибочность осталась у всех
4 групп, но мнимые детали дала после обмена мнений только самая слабая
группа коллектива 5.6% (табл. V и VI).

Обмен мнений оказался в данном опыте наиболее продуктивным для
самой слабой группы коллектива (процент правильных ответов увеличился
на 44; см. табл. IV), тогда как в наиболее сильной группе (1) улучшение

363

Таблица IV

      Число примеченных деталей
Мужской группой коллектива         Женской группой коллектива
(30 человек                   (30 человек)
Характер                                      
примеченных деталей     До обмена мнений  обмена            Характер примечен-   До обмена мнений  После обмена мнений    
ных леталей            
абсолют-          абсолют-                      абсолют-          абсо-      
ные   %     ные   %     %           ные   %     лютные      %     %
цифры       цифры                   цифры       цифры      
Правиль- 145 86.8 47 85.5     +28.1 Правиль-    139 75.1 71 86.6 +38.3
ных         ных  
Непра- 14 8.4 8 14.5    +4.8  Непра-      15 8.1 9 11 +4.9
вильных           вильных    
Мнимых 88-- -     Мнимых      31 16.8 2 2.4 +1.1
Итого 167-55-     +32.9 Итого 185-82- +44.3
работы сказалось в 22%. Но в той или иной мере выиграли от коллективной
работы все 4 его группы ".

В общем коллектив несомненно устраняет в значительной мере число
иллюзий, хотя ошибочные воспроизведения как менее значительные заблуж-
дения мало им исправляются.

Выравнивание шло таким образом в данном опыте не вниз, а вверх.
К тому же эта нивелировка не идет в ущерб точности воспроизведения,
а наоборот, от нее последняя только выигрывает. Вместе с этим надлежит
признать, что личность в коллективе несомненно приобретает, обогащается,
ибо вместе с обсуждением личность иногда воспроизводит больше деталей
и даже более точно, нежели это могло быть сделано индивидуально без
участия коллектива. Даже те, которые почти ничего не могли воспроизвести
индивидуально, после обсуждения воспроизводили иногда без всяких ошибок
несколько деталей.

В экспериментах Moede, производившего опыты главным образом в классах над
школьниками, работа <худших>, по его выражению, в коллективе повышается, работа же
<лучших> часто остается без изменения, а иногда и понижается. Надо, однако, заметить,
что в опытах Moede сравнивается изолированная, индивидуальная работа ученика с его
же работой в группе, причем никакой общей работы группой не производилось, а дело
шло лишь об индивидуальной же работе, но произведенной в классе, т. е. в присутствии
других без всякого обмена мнений, тогда как в наших опытах сравнивается совместная
работа членов коллектива до и после обмена мнений.
В дальнейшем анализ групп, входящих в состав этого коллектива, показал, что только часть
деталей предъявленной картины воспроизводилась как тем, так и другим полом, другая же
часть деталей примечалась или одними женщинами или одними мужчинами. Мужчины
воспроизводили детали, относившиеся к самому Паровозу (тендер, кран, труба и т. д.), т. е.
к главной части картины, женщинами репродуцировано много деталей, относящихся к
окружающей обстановке (рама, ободок рамы, трава, ручеек и т. п.). Ни один мужчина не
репродуцирует этих деталей; зато женщины минуют решетку паровоза, будку машиниста
(но видят самого машиниста, которого не существует), крышку трубы и ободок колес
тендера, которые не отмечены мужчинами. Если же сравнить детали, репродуцированные
тем и другим полом, то оказывается, что паровоз репродуцирован всеми мужчинами (100),
женщинами же (при расчете на 100)-77%, колеса обозначили 73 мужчины и только 43
женщины, трубы отметили при этом же расчете 47 мужчин и 22 женщины, тендер отмечен
33 мужчинами и 10 женщинами. Все это лишь до общего обсуждения, но эта разница в
полах значительно сглаживается после обсуждения в коллективе. Таким образом в кол-
лективном обсуждении сглаживаются не только различия индивидуальных показаний, но и
различия в показаниях отдельных полов.

364

Таблица V

      Число примеченных деталей
Сильной группой мужчин        Сильной группой женщин
(15 человек)            (18 человек)
Характер                      Изме-                   Изме-
примечен-         После нения Характер                нения
ных деталей До обмена   обмена      работы      примечен-   До обмена      После обмена      работы
мнений            сильной     ных деталей мнений      мнений      сильной
мнений      группой                       группой
мужчин                        женщин
абсол.      %     абсол.      %     %           абсол.      %      абсол.      %     %
Правиль- 93 89.4  23    92 +22      Правиль- 92 76.7 42 91.3 +35
ных               ных
Непра- 8 7.7      2     8 +2  Непра- 10 8.2 4 8.7 +3.3
вильных                 вильных
Мнимых 3 2.9      -     - -   Мнимых 1815-- -
Ито'го 104 -      25    - +24 Итого 120-46- +38.3
Таблица VI

      Число примеченных деталей
Слабой группой мужчин              Слабой группой женщин
(15 человек)                  (18 человек)     
Характер примеченных деталей  До обмена мнений  После обмена мнений      Изменения работы  Характер примечен-      До обмена мнений  После обмена мнений     Изменения работы
абсо-       абсо-                   абсо-       абсо-      
пнтг-       1тют-                   лктт-       пктт-      
°^    %                             <>   
ные         ные                     ные         ные        
цифры       цифры                   цифры       цифры      
Правиль- 52 82.5 24 80  +38.1 Правиль- 47 72.4 29 80.6      +44
ных         ных  
Непра- 6 9.6 6 20 "     +9.5  Непра- 5 7.6 5 13.8     +7.1
вильных           вильных    
Мнимых 5 7.9 - -  -     Мнимых 13 20 2 5.6      +3.5
Итого 63 - 30 -   +17.6 Итого 65 - 36 -   +54.6
Между прочим рассматриваемые опыты с воспроизведением дают прек-
расный случай выявить внушаемость отдельных лиц. Уже из того, как
нивелируются отдельные мнения в коллективном обсуждении, видно, что
некоторое влияние, несомненно, принадлежит взаимному внушению лиц,
участвующих в коллективе. При этом с помощью подходящих вопросов
нетрудно выявить внушаемость отдельных лиц в толпе. Например,
относительно изображения пульмановского паровоза достаточно было в одном
из опытов спросить относительно дыма из трубы паровоза, чтобы несколько
лиц тотчас же откликнулись на этот вопрос, заявив о виденном ими дыме
и о его направлении и распространении, между тем как на самом рисунке
дыма не было изображено вовсе. Здесь в сущности выявлялось внушающее
влияние руководителя собрания, так как влияние ошибочного показания
относительно картины кого-либо из участников собрания далеко не сказы-

365

валось таким образом и в большинстве случаев отвергалось при общем
обсуждении вопроса.

Другой опыт на репродукцию, состоявший в предъявлении 6 изображений
общеизвестных животных, подтверждает сказанное относительно первого опы-
та (с пульмановским паровозом). В этом опыте, поставленном на Педо-
логических курсах, между прочим 20 лицами до общего обсуждения указано
было 54 детали, после обсуждения было названо еще 15 деталей, следова-
тельно, всего 69 деталей. Всеми участниками дано было правильных пока-
заний до обсуждения 92, ошибочных 47, всего 139. После обсуждения число
правильных показаний возросло на 84, ошибочных на 8. Таким образом,
правильных показаний после обсуждения оказалось 176, ошибочных 55.

В числе других опытов для сравнения индивидуальной и коллективной
деятельности мы поставили опыты на различие и сходство. Опыт на опре-
деление различия ставился таким образом, что аудитории предъявлялись
один за другим два больших сходственных рисунка с небольшим различием
в деталях изображений. Мы пользовались для этой цели теми же рисунками
животных. Животные (собака, лягушка, слон, верблюд, кролик, лев) .были
изображены на двух картинах в различных позах; задание состояло в опре-
делении этих поз после того, как обе картины были показаны одна вслед
за другой, каждая в течение 10 с. Для другого опыта было взято изображение
гуся на одном рисунке и лебедя на другом рисунке. Оба изображения в
естественных условиях жизни данных птиц, т. е. на воде. Задание состояло
также в определении различия между тем и другим. Для определения сходства
мы взяли на одном и том же рисунке изображения двух столь различных
объектов, как взрослая женщина и ребенок-девочка, давая задание найти
между ними сходство.

Из опытов на определение различия деталей в изображениях животных
я приведу результаты первого опыта, осуществленные в аудитории Государ-
ственного института медицинских знаний.

Всего участников опыта было 13 чел. Каждый рисунок с изображением
6 животных был предложен вниманию аудитории в течение 10 с. Затем
всем участникам предложено записать те различия, которые они заметили
между изображениями животных на одном и на другом рисунке. Оказалось
по заметкам, что всех отмеченных различий указано было аудиторией 42,
но из них 33 было правильных, а 9 было неправильных или ошибочных.
Когда эти отдельные наблюдения были подвергнуты обсуждению, то число
правильно отмеченных различий достигло 40 и в то же время число ошибоч-
ных показаний убавилось до 2. Иначе говоря, коллектив из 9 ошибок,
сделанных отдельными наблюдателями, исправил 7 и на то же число улучшил
результат сравнения, сделанного отдельными лицами. В этом опыте на
сравнение, лежащее в основе анализа, также можно было отметить обогащение
личности после взаимного общего обсуждения как в количественном, так
иногда и в качественном отношении.

Что касается опыта на определение сходства, лежащего в основе синтеза,
то, как мы видели, объектом сравнения были взяты изображения взрослой
женщины и ребенка-девочки. Участников опыта было 14. Индивидуально
ими были отмечены следующие внешние сходства: в отношении цвета волос
(см. рис. 1) (1), цвета глаз (1), антропологического типа (1), позы, формы
тела (2), общих черт лица (2), семейного родства (2) стройности фигуры
(4), пола (женщина будущая и настоящая) (4), изящества одежды (8). Таким
образом только последний признак собрал большинство голосов, остальные
оказались одинокими. Что же сделал коллектив? Из упомянутых внешних
сходств, он при обсуждении избирает антропологический, т. е. расовый тип
(9), формы тела (9), пол и изящество одежды (14). За первые три признака
он высказывается большинством 9 голосов, а за последний, т. е. яркость и

366

Внешнее сходство

Внутреннее сходство

14                     
\                
13    \                
12    \.
11          \ \        
10          \          
9           \          
8           \          
7           ^     ^^~  
6                      
5                      
4                      
3                 \    
2           у          
1     ^          V-    ^>
0                      
QI          к                
о> в о 1 Б& §1 m&>      о 5 § 5> ч ФХ s§ l§ ^B  к ? к 1 ^ о) ^    1 s? Sj ^1 oS § ? о X §s. ^e >>s      1 к ?& ^ о X      5^ 61 1.1 gS. о о 11

 

до коллективного обсуждения
после коллективного обсуждения

Рис. 1. Внешнее и внутреннее сходство между женщиной и ребенком

изящество одежды всеми 14 голосами. Все остальные признаки, как несо-
ответствующие действительности, им отвергаются при голосовании.

Задание: найти сходство внутреннее и внешнее между женщиной и
ребенком.

Перейдем теперь к внутренним признакам сходства. Индивидуально из
них отмечены следующие: общее социальное положение (1), оба не тру-
дящиеся лица (1), наслаждение обоими моментом (3), для обоих характерны
отдых и игра (5), симпатия друг к другу (1), сходственного умственного
развития (2). Опять отмеченные признаки сходства в большинстве пред-
ставлены единичными голосами, и ни один из внутренних признаков при
индивидуальных показаниях не получил большинства. Между тем коллектив
высказывается абсолютным большинством голосов за симпатию друг к другу,
за сходственное умственное развитие и единогласно признает общее для
обоих социальное положение. Иначе говоря, коллектив и в том и в другом
случае выделил правильные признаки внешнего и внутреннего сходства: он
единогласно высказался за бросающийся в глаза яркий внешний признак
в изяществе одежды и за не менее яркий внутренний признак - общее
социальное положение.

Опыт на отношение к поведению изображаемых лиц был произведен в
следующем виде: слушателями Педологических курсов, среди которых пре-
обладающую группу представляют учителя 1 и II ступени средней школы,
было предъявлено изображение в размере двух ватмановских листов с одной
стороны - воровства мальчиком яблок в чужом саду и появление сторожа
с палкой, с другой стороны - поимка мальчика сторожем и наказание
пойманного на месте преступления мальчика садовником в виде порки ^.
Участников опыта было 24, но одна участница себя исключила ввиду неизве-

^ Рисунки заимствованы из атласа Рыбакова с некоторыми видоизменениями.

367

стности всех обстоятельств при совершении проступка мальчиком. Таким
образом на самом деле в опыте участвовало всего 23 человека. После
предъявления этих двух вышеуказанных изображений было предложено
вникнуть в содержание предъявленного и записать результат своего отно-
шения к изображенному на предварительно розданных листках бумаги с
обозначением как всегда на том же листке возраста, пола и образовательного
ценза. После того, как затем каждым в отдельности была сделана запись на
своем листке по поводу содержания предъявленной картины, приступлено
было к обсуждению каждого мнения в отдельности. При этом естественно,
что одни к нему присоединились, другие отвергали, после чего обсуждаемое
мнение подвергалось окончательному голосованию, причем каждому предо-
ставлялось либо оставаться при своем мнении, либо отказаться от него и
присоединиться при голосовании к чужому мнению, записав изменение
мнения в свой листок. Выяснившееся в записях отношение отдельных лиц
к действиям изображенных на картине лиц сгруппировалось по следующим
категориям: 1) отношение к вине мальчика; 2) отношение к наказанию
мальчика; 3) отношение к порке с общественно-этической точки зрения; 4)
отношение к порке как педагогической мере воздействия. В этом опыте
интересно, как отношения отдельных лиц после обсуждения в коллективе
теряли своих адептов или приобретали новых защитников. Так, вина мальчика
была признана индивидуально 12 лицами (см. рис. 2); за необходимость
наказания мальчика индивидуально высказались 16 лиц. Таким образом и
виновность, и необходимость наказания мальчика были признаны значитель-
ным большинством лиц. После обсуждения в коллективе за виновность
мальчика высказалось 15 лиц, а по обсуждении за наказание в коллективе
высказалось всего 12 лиц, следовательно, взгляд о наказании мальчика
поколебался. Затем индивидуально высказано было 3 лицами, что, если
мальчик воровал яблоки с голода, то он наказанию не подлежит. При
обсуждении в коллективе к такому отношению тотчас же присоединились
многие, так что число приверженцев этого отношения увеличилось до 18.
Затем 4 лица на своих записках индивидуально высказали взгляд, что, если
мальчик-лакомка, то посечь можно, но это отношение в коллективе нашло
сочувствие еще всего лишь среди 3 членов. В общей сложности за такое
отношение таким образом высказалось 7 человек и, следовательно, оно
провалилось. Три человека индивидуально высказались за то, что при этих
обстоятельствах достаточно мальчика отодрать за уши, но в коллективе это
отношение также не встретило сочувствия и за него подано всего 2 голоса,
из чего видно, что половина приверженцев этого отношения от него отка-
залась.

Таким образом общее отношение коллектива к действиям изображен-
ных лиц выразилось формулой: виновен, но при голоде наказанию не
подлежит, а если мальчик-лакомка, то заслуживает снисхождения. Инте-
ресно сравнить индивидуальное отношение к порке с отношением к той
же порке коллектива. Индивидуально отдельными лицами отмечено, что
порка-грубость (1 чел.), порка-жестокость (1 чел.), порка-варварство
(1 чел.), порка-насилие над слабым (2 чел.) и, наконец, порка-воз-
мутительна (1 чел.). Таковы были индивидуальные отношения, заявлен-
ные 5 различными лицами из 23 человек и, следовательно, заявления эти
имели значение лишь как взгляды отдельных лиц. Как же смотрит на
порку коллектив? Оказалось, что первое отношение к порке было принято
19 лицами, второе 23, третье 22, четвертое 17 и пятое 17. Таким обра-
зом, коллектив огромным большинством голосов сказал, что порка и гру-
бость, и жестокость, и варварство, и насилие над слабым, и возмутитель-
на, тогда как в одиночку 18 человек в первоначальных записях не сразу
осудили порку и не возмущались ею.

368

 

--- коллективное суждение

Рис. 2. Опыт на коллективное суждение (Высшие педологические курсы)

Не менее интересно сравнение индивидуальных отношений и отношения
коллектива как целого к порке как педагогической мере. Индивидуальные
записи были следующие: <порка-педагогическое недоразумение> (1), <пор-
ка - метод естественных последствий> (1), <порка - внушение с эмоциональ-
ной окраской> (1), <порка не исправляет> (II), <есть личности, на которых
гуманные меры не действуют> (1), <следует посечь секущего>. После обсуж-
дения в коллективе за <педагогическое недоразумение> высказались 12 лиц,
за метод <естественных последствий> - 8, за <внушение с эмоциональной
окраской>-II, за <вред с гигиенической точки зрения>-17, за существо-
вание лиц, <на которых гуманные меры не действуют>, - 8, за <сечение
секущего> - 7. Таким образом, придерживаясь большинства голосов, следует
признать, что коллективное отношение выразилось формулой: порка вредна
с гигиенической точки зрения, порка есть <педагогическое недоразумение>
и что порка не исправляет.

24 В. М. Бехтерев                                                            369

Нет надобности пояснять, что такое отношение коллектива к порке должно
быть признано по существу правильным и во всяком случае в качественном
отношении выше взгляда некоторых отдельных участников собрания. За-
служивает внимания, что в коллективе педагогов порка решительно осуждена
с общественной (этической) точки зрения, тогда как с педагогической точки
зрения, хотя и признана мерой негигиеничной, но взгляд, что порка <педа-
гогическое недоразумение>, принят незначительным большинством, следо-
вательно, вопрос вызвал большое разногласие, равно как и вопрос, исправляет
ли или не исправляет порка как мера воздействия. Групповой анализ этого
коллектива (по возрасту, полу и образовательному цензу) показывает, что
за порку высказались: 1) исключительно мужская группа, 2) наиболее мо-
лодые из этой группы от 19 до 23 лет, 3) люди с очень малым педагогическим
стажем и со средним образованием; также из мужской группы тот, кто
горячо восстал против порки и в свою очередь предложил <высечь секущего>,
был тоже молод (21 г.) и был лицом со средним образованием. Все женщины,
независимо от возраста и образования, за исключением одной, колебавшейся,
были противницами порки как с этической точки зрения, так и с гигиениче-
ской. Так как в этом коллективе преобладал численно женский элемент, то
он и повлиял гуманизирующе на общее решение коллектива. Повлиял и
возраст: молодые люди, стоявшие за порку, от своего отношения после
обмена мнений отказались. Предложение же <высечь секущего> не встретило
сочувствия коллектива.

Тот же самый опыт мы произвели затем для сравнения в Ленинградском
медицинском институте при 13 участниках-слушательницах и слушателях
того же Института. Уже индивидуальные показания здесь дали мало разно-
образия и самые записки отличались в большинстве случаев краткостью.
Здесь не было выражено отношения к порке ни с педагогической, ни с
общественно-этической точек зрения. Индивидуально большинство голосов
высказалось за осуждение сторожа. Между тем коллектив оправдал сторожа
и осудил мальчика, но признал заслуживающим снисхождения. Итак, в то
время как педологи отнеслись с вниманием к положению мальчика и почти
не интересовались сторожем, в Медицинском институте осудили мальчика
и оправдали сторожа. Мальчик виновен, хотя и заслуживает снисхождения.
Среди медицинской молодежи коллективное отношение было более, так
сказать, прямолинейным и формальным, без углубленного отношения к
происшедшему, в частности к ребенку, поступок которого вызвал у педагогов
всестороннее обсуждение.

Таким образом эти два ответа показывают между прочим существенно
различное отношение двух коллективов к одному и тому же происшествию,
что можно объяснить главным образом различным составом коллектива; в
одном случае будущие медики, в другом учителя; и частью же, быть может,
и неодинаковым возрастом ^" участников обоих коллективов: с одной сто-
роны - юная молодежь, с другой - более зрелые лица.

Что касается опытов с коллективным творчеством, то они были осуще-
ствлены путем заданий подготовить проект памятника Толстому, Достоев-
скому, Некрасову ^; мы остановимся здесь на проекте памятника поэту
Некрасову. Опыт произведен на Высших педологических курсах, следова-
тельно, среди педагогического персонала. На составление и запись проекта
дано 10 мин. Перед опытом было предложено записать, как обыкновенно,
свои инициалы, возраст, пол и образовательный ценз. Когда на том же

^" В будущих опытах мы постараемся выяснить эти вопросы более детально.
^ Мы производили и другие опыты на творчество, например написать по поводу черниль-
ницы с воткнутым в нее пером или написать на тему <весна и осень>, но в настоящей
работе мы их не приводим. Они будут рассмотрены в другом месте.

370

Проект памятника Некрасову (Опыт на Высших педологических курсах.)

 

^^^- индивидуальное творчество
---- коллективное творчество

Рис. 3. Опыт на коллективное творчество

листке был записан каждым его проект памятника, т. е. какую именно форму
он считал бы нужным придать памятнику, записки прочитывались вслух,
причем каждая новая деталь памятника, встречаемая в отдельных записках,
подвергалась обсуждению и голосованию. Общее число участников в опыте
было 16 (см. рис. 3). Но одним было признано, что Некрасов ввиду его
личных качеств недостоин памятника. Следовательно, в обсуждении участ-
вовало 15 человек. Один из участников предложил чисто символический
памятник в виде женщины, закованной в цепи, долженствующей изображать
крепостную Русь и Некрасова, ее освобождающего, одним предложен был
памятник в виде белого обелиска с венком из колосьев и с надписью
<Некрасову>. Затем памятник в виде учреждения, посвященного поэту Не-
красову, был предложен 3 лицами. Были сделаны еще другие предложения,
например, памятник с изображением отдыхающей женщины (4 лицами), и
памятник с изображением трудящегося народа; с изображением крестьянских
детей (4 лицами), с изображением страдания русской женщины (2 лицами),
с изображением народа в труде (5 лицами), с изображением ведения к свету
трудящегося народа (1 лицом). Из надписей, кроме <Некрасову>, было
сделано предложение написать: <сейте разумное, доброе, вечное>. Изобразить
фигуру поэта на памятнике предложено 6 лицами. Место постановки
памятника на родине предложил один, в Ленинграде предложено 4 лицами.

Интересно отношение коллектива к этим различным и не имеющим ниче-
го общего друг с другом предложениям. Ни отрицание памятника, ни предло-
жение поставить белый обелиск, ни предложение изобразить отдыхающую
женщину или страдающую русскую женщину не встретило поддержки со сто-
роны коллектива, несмотря на то, что некоторые из этих предложений сделаны
несколькими (3 или даже 4) лицами. Лишь изображение крестьянских детей,
предложенное 4 лицами, привлекло еще 2 лиц их коллектива, а изображение

24-                                                              371

Памятник Некрасову (Опыт в Петроградском медицинском
институте)

 

индивидуальное творчество
-- коллективное творчество

Рис. 4. Опыт на коллективное творчество

народа в труде, предложенное 5 лицами, привлекло новых 3 голоса, но за то
изображение <ведения к свету и знанию трудящегося народа>, предложенное 1
лицом, привлекло 9 лиц и, следовательно, объединило 10 лиц из 16.

Предложение поставить на памятнике фигуру поэта, внесенное первона-
чально 6 лицами, привлекло еще 2 и таким образом объединило 8 лиц;
надпись <Некрасову>, предложенная 1 лицом, объединила 6 человек, а надпись
<сейте разумное, доброе, вечное>, предложенная также 1 лицом, объединила
8 человек. Место постановки памятника на родине, предложенное 1 лицом,
не привлекло к себе лишнего голоса, тогда как постановка памятника в
Ленинграде, предложенная 4 лицами, привлекла на свою сторону еще 3 лиц
при нескольких воздержавшихся. Этот опыт ясно показывает, как коллектив
отвергает все крайности, как, например, отрицание памятника Некрасову
или постановка ему памятника в форме учреждения, или столь простой
памятник, как белый обелиск с венком из колосьев, или, наконец, слишком
символический памятник в виде женщины, закованной ч цепи. С другой

372

стороны, сделанное всего одним лицом удачное предложение: <ведение к
свету и знанию трудящегося народа> подхватывается педагогами и кол-
лективным умом проект памятника Некрасову выливается в форму изоб-
ражения на памятнике трудящегося народа и ведения его к свету с фигурой
поэта, очевидно, наверху и с надписью <сейте разумное, доброе, вечное>,
причем местом памятника избран Ленинград.

Отметим, что то же задание было проведено в Ленинградском
медицинском институте, где имеется другой состав слушателей - по обра-
зованию медицинская молодежь, более далекая от литературных интересов,
чем педагоги. Опыт в этом случае дал уже качественно другие результаты
(см. рис. 4). Прежде всего обращает на себя здесь внимание бедность
содержания памятника в индивидуальных предложениях. При этом и самый
коллектив не мог определенно высказаться ни в отношении надписи
(ограничились только указанием, что надпись должна быть из произведений),
ни в отношении изображений на памятнике фигур (ограничились лишь
указанием, что барельефы должны быть взяты из произведений поэта).
Самый памятник вышел более простым и реалистическим. При этом кол-
лективу пришлось даже помогать постановкой некоторых вопросов, ибо в
индивидуальных проектах не оказалось самого существенного. В общем
выявилось, что произведения и личность Некрасова лучше изучены педаго-
гами, чем медиками, что вполне естественно.

В заключение упомяну еще об опыте на определение времени, произведен-
ном на Высших педологических курсах. Опыт имел в виду выяснить, влияет
ли коллектив на результаты опытов в зависимости от содержания или его
влияние может стоять и вне зависимости от содержания задания. Здесь тре-
бовалось определить промежуток времени, протекший между двумя последу-
ющими ударами руки по кафедре и представлявший в действительности 1^/2
с. Этот опыт при 58 участниках показал, что более или менее точное опреде-
ление таких промежутков времени большинством не может быть с точностью
достигнуто. Обыкновенно промежуток времени отдельными лицами либо не-
дооценивается, либо переоценивается и последнее в большей мере, нежели пер-
вое. Лишь сравнительно небольшое число (9 из 58) определило в опыте про-
межуток времени правильно ". Но если сравнить коллективное определение
времени (выясненное путем голосования отдельных определений), то оно ока-
залось во всех отношениях ближе к истине, как в отношении большего числа
лиц, высказавшихся за данный в опыте промежуток времени (со включением
воздержавшихся около 20), так и в отношении уменьшения размера недо-
оценки и в особенности переоценки. Таким образом и в определении времени,
где в сущности никакого содержания нет, коллективное решение имеет
преимущество по сравнению с показаниями отдельных лиц.
Подведем теперь итог всему вышеизложенному.

Выводы

Наряду с тем, что было установлено уже прежними авторами относительно
значения подражания в коллективе и нивелировки проявлений отдельной
личности, наши исследования заставляют признать, что коллективная дея-
тельность в некоторых отношениях имеет несомненное преимущество перед
индивидуальной. Так, репродукция внешних воздействий в коллективе без-
условно выигрывает. То, что может воспроизвести коллектив viribus unitis,
несомненно больше и в количественном, и до известной степени в качест-
венном отношении, поскольку такое явление, как, например, устранение
иллюзий у мужчин и уменьшение их числа у женщин, может указывать на
улучшение воспроизведения в качественном отношении.

Не выяснено при этом, не пользовались ли они мысленным счетом.

373

То же следует сказать и относительно наблюдательности различия сход-
ственных объектов. В этом отношении несомненно коллектив достигает
лучших результатов по сравнению с индивидуальными показаниями и в то
же время коллектив исправляет значительную часть ошибок, делаемых отдель-
ными людьми. Далее, и в отношении установления сходства между объектами
различного характера индивидуальные показания в такой мере идут в
разбивку, что в нашем опыте только один признак и притом внешний
(изящество одежды) собрал большинство голосов, тогда как коллектив тотчас
же наметил целый ряд внешних и внутренних сходств, устранив из индивиду-
альных показаний те, которые не соответствовали действительности или не
имели значения. Таким образом и здесь коллективная деятельность имеет
безусловное преимущество перед индивидуальной. Далее, в отношении к
поведению мальчика, воровавшего яблоки, оказалось, что коллектив педоло-
гов, признав виновность мальчика, поколебался, вопреки мнению отдельных
лиц, в необходимости наказания и даже определенно высказался, что, если
мальчик воровал под влиянием голода, то наказанию не подлежит, а если
лакомка, то все же он не заслуживает ни порки, ни отодрания за уши, иначе
говоря - заслуживает снисхождения. Таким образом коллективное отношение
оказалось здесь несомненно более правильным и даже более углубленным
по сравнению с отношением отдельных лиц к тому же мальчику. Точно
также и в отношении порки вообще и порки как педагогического мероприятия
коллектив без колебания установил несмотря на разноречие отдельных лиц,
что порка, - грубость, жестокость, варварство, насилие над слабым; что пор-
ка - педагогическое недоразумение и что она вредна с гигиенической точки
зрения, следовательно, коллектив опять же выявил вполне соответствующее
отношение к порке и, что называется, разобрался в вопросе. Мы видели
затем, что коллектив иногда совершенно видоизменяет решение, уже под-
готовлявшееся индивидуальными показаниями, и видоизменяет, исправляя
его в лучшую сторону. Так было с тем же заданием в Ленинградском
медицинском институте, где индивидуально большинство высказалось за
виновность сторожа без достаточного основания, тогда как коллектив нашел,
что оба заслуживают снисхождения.

Что касается творчества как процесса, стоящего в прямой зависимости
от большей или меньшей одаренности и индивидуальных качеств творца,
то мы не имеем возможности судить за неимением прямых опытов о
существенных особенностях и различиях коллективного творчества по срав-
нению с творчеством отдельных лиц. Надо думать, что этому роду деятель-
ности, где особую роль должна играть степень одаренности и в особенности
талант, каждому, как индивиду, так и коллективу, принадлежит своя роль;
в отношении стиля, замысла и его развития при особой одаренности
индивидуальная деятельность, очевидно, должна иметь преимущество перед
коллективной, но что касается критики и исправления индивидуальной
работы, или, по крайней мере, указаний на ее погрешности и в отношении
ориентировки в разных формах творчества в смысле определения его качества
и общего к ним отношения, преимущество приходится отдать, по-видимому,
коллективной деятельности.

Во всяком случае, согласно нашим опытам, коллектив в выработке общего
плана какого-либо задания, критикуя отдельные взгляды, выявляет себя в
положительном смысле, отмечая все крайности и останавливаясь на предло-
жении, сделанном хотя бы одним лицом, но таком, которое наиболее отвечает
цели задания. Также и другие предложения очищаются в коллективном горне
и выходят из него только те, которые наиболее соответствуют заданию.

Наши опыты показывают затем, что можно вносить в коллектив продукты
своей индивидуальной деятельности, давая толчок тому или другому выяв-
лению в коллективе, и, следовательно, тем самым индивид может определять

374

направление деятельности коллектива, но сама личность несомненно обога-
щается в коллективе, приобретая или заимствуя от него то, что не могло
быть приобретено личностью вне коллектива. Убедительные данные в этом
отношении могут быть почерпнуты из опытов на репродукцию и из опытов
с различием сходственных фигур и из ряда других опытов.

Наконец, имеются данные полагать, как это показывают опыты с опре-
делением времени, что коллективное решение улучшает правильность
индивидуальных показаний даже там, где нет возможности руководиться
содержанием задания.

Далее, применяемый нами метод дает возможность установить характе-
рологию отдельных коллективов, как это мы видели в ряде опытов, произве-
денных то среди педагогов, то среди слушателей Государственного института
медицинских знаний, то среди слушателей Ленинградского медицинского
института. Примером могут служить вышеприведенные опыты с репро-
дукцией картины, с выяснением отношения к воровству и наказанию и с
творчеством. При этом выяснилось, что характер и углубленность решения
коллектива стоят в прямой зависимости от состава самого коллектива.

Также различие между полами выявляется в коллективе с полной ясно-
стью, что между прочим можно было проследить на опыте с репродукцией
картины.

Наши опыты еще находятся в начале их производства несмотря на то,
что мы ведем их уже много лет, начиная с 1918 г. Они будут с каждым
годом еще разнообразиться и углубляться, но уже и нынешние результаты
дают полное основание исключить очень распространенное мнение, что
коллектив умственно менее работоспособен по сравнению с отдельными
индивидами, его составляющими, и что он будто бы устраняет проявление
лучших индивидуальных качеств личности. Лучшие индивидуальные прояв-
ления не только не подавляются, но наоборот они поддерживаются и отте-
няются путем выдвижения их на первый план. С другой стороны, не-
правильные или ошибочные показания отдельных лиц или совершенно
устраняются, или в большей или меньшей мере исправляются и в то же
время отменяются все проявления отдельных лиц более крайнего характера.
Благодаря этому окончательный результат коллективной деятельности явля-
ется более или менее согласованным и несомненно выигрывает по сравнению
с разноречивой деятельностью входящих в коллектив отдельных лиц.

В общем продуктивность работы коллектива зависит от его состава и боль-
шей или меньшей подготовленности его сочленов к выполнению данного за-
дания. Он работает в пределах уже достигнутого отдельными индивидами, его
составляющими. Критикуя и согласуя взгляды отдельных, входящих в кол-
лектив индивидов и контролируя индивидуальную работу, он в то же время
ограждает ее от чересчур грубых ошибок и отметает все крайности и резкости.
Вследствие этого коллективная работа в конечном итоге выигрывает по срав-
нению с работой отдельных лиц. Из наших слов отнюдь не следует делать вы-
вод, что мы считаем коллективное решение всегда и везде непогрешимым: мы
видели в опытах (на репродукцию, наблюдательность и др.), что часть ошибоч-
ности остается и после обмена мнений. История человечества полна примеров
коллективных ошибок и массовых заблуждений (см. интересную в этом отно-
шении работу д-ра Loewenberg'a) ". Тем не менее заслуживает внимания, что
каждый отдельный член в общей работе коллектива обогащается новыми
приобретениями в той или иной степени. Чем сильнее и богаче личность, тем
меньше она черпает из коллективной работы; чем беднее личность, тем она
приобретает больше; уравнение происходит таким образом вверх, улучшая сла-
бых, а не вниз, в смысле ухудшения сильных.

^ Loewenberg. \Лет die Dumrnheit. Munchen, 1910.