Семигин Г.Ю. Антология мировой политической мысли

ОГЛАВЛЕНИЕ

Заключение

Цель данного тома познакомить читателей с образцами творчества некоторых наиболее ярких представителей основных течений зарубежной политической мысли XX в. Составители пытались воспроизвести живое движение мысли авторов от формулирования первоначальной задачи вплоть до выводов и рекомендаций. В одних случаях, как убедился читатель, выявить стадии этого процесса сравнительно легко, в других — достаточно трудно, но по крайней мере сам ход размышлений, постановка задач и поиск ответов, своеобразие аргументации и методы исследования содержатся в каждом из представленных фрагментов. Иными словами, критерием отбора текстов были не только известность автора, но и новизна и динамичность его размышлений о политике.

По многим объективным причинам в томе лишь в ограниченном объеме представлены тексты ведущих зарубежных политических мыслителей, относящиеся к последнему двадцатилетию. Между тем это был период драматических изменений как на политической арене, так и в области теоретического исследования политических процессов. Крах колониальной системы, появление десятков молодых, развивающихся стран как субъектов мировой политики, интеграционные процессы в Западной Европе и других регионах планеты, жесткое конфронтационное противостояние между СССР и США, начало переговоров по разоружению, “разрядка” международной напряженности, окончание “холодной войны”, распад Советского Союза, поворот ряда стран на путь демократизации и национально-государственного строительства, подъем исламского фундаментализма и другие, подчас менее заметные, но не менее значимые в исторической перспективе события — все это требовало теоретического осмысления и объяснения, отказа от устоявшихся стереотипов и догм, поиска новых парадигм и методов исследования политики. Не случайно поэтому последнее двадцатилетие внесло существенные изменения в облик самой политической науки. Наметим лишь некоторые штрихи к ее современному портрету.

Переходному состоянию современного общества как на Западе, так и на Востоке соответствует смена картины мира, в большой степени затрагивающая и политические науки. Преодолен лапласовский детерминизм в естествознании, политическая теория с некоторым опозданием пытается свершить нечто аналогичное и в сфере теории политики, отказываясь от гарантированной истории, жестко определенных законов развития и функционирования общества, начиная работать с ситуациями неопределенности и множественностью альтернатив. Вполне естественно, что на этом пути политические науки встречаются с трудностями как теоретико-методологического, так и практического характера.

Мощным стимулом освобождения от традиционных образов малоподвижных, монументальных, традиционных форм классового и национального характера, жестких и упрощенных идеологических антиномий, главным образом черно-белого цветового спектра, явилась на Западе “бихевиориальная” революция. Политическая наука повернулась лицом к человеку, к подвижному и быстро меняющемуся, богатому полутонами микромиру политики, к повседневности, к практическим технологиям и процедурам. Все больший интерес вызывают социокультурные аспекты поведения групп и отдельных индивидов в политике, цивилизационные и культурные детерминанты политических процессов. Важное место в современных работах приобретают проблемы соотнесения универсального и партикулярного, общечеловеческого и национального, прав наций и прав человека.

Все это предопределило возрождение интереса к политической философии. Важной вехой в этом процессе стал выход в 1971 г. в США известной работы Д. Ролза “Теория справедливости”. Основная заслуга Ролза не только в том, что он как бы придал “второе дыхание” либерализму в его реформистском варианте, но и в том, что он вернулся к поиску политического идеала. Его идеи стали по существу катализатором интереснейшей теоретической дискуссии в западной академической науке об основных принципах желательного общественного устройства, о политических ценностях, о политическом устройстве демократического общества. Подвергнувшись весьма аргументированной критике со стороны как “правых” (Р. Нозика и других представителей либертаризма), так и “левых” (прежде всего со стороны “коммунитаристского” течения в либерализме), философов (Ю. Хабермаса, Р. Рорти, Ч. Тэйлора, П. Рикера и др.) и политологов (Ч. Кукасаса, У. Гэлстона, С. Бейтца и др.), Ролз выпустил еще одну книгу — “Политический либерализм” (1992), суммирующую по существу целое направление в современной либеральной политической философии и теории.

Новым и все более мощным течением в современной политической науке Запада становится феминистское направление, которое уже сегодня внесло весьма существенный вклад как в развитие теории познания, так и в категориальный аппарат политической теории. По существу именно с этим связано начало радикального переосмысления всей дисциплины. Сегодня это одно из наиболее динамично развивающихся направлений в политической науке, получающей все более широкое признание прежде всего в США и ряде других стран. Среди наиболее крупных теоретиков этого направления следует назвать Сандру Хардинг, Эвелин Келлер, Джеймса Стербу и многих других.

К новым аспектам политической теории проявляют в последние годы интерес представители так называемой критической теории и постмодернизма. По определению, мыслители этого течения отрицают цель создания единой, интегрированной теории. Тем не менее многие из них все же пытались совместить постмодернистские положения с широкими теориями, относящимися, например, к способу производства в постиндустриальном мире (Д. Харви, Ф. Джемесон). Хотя в постмодернистской политической теории цет фигуры такого масштаба, как Ю. Хабермас в критической теории, уже сегодня можно говорить о сложившейся “школе”, имеющей существенное влияние в академической среде.

С точки зрения анализа и теоретического обоснования актуальных политических проблем важное место в научных исследованиях занимают проблемы демократизации в поставторитарных и посттоталитарных обществах (С. Хантингтон, 36. Бжезинский, А. Турэн, Р. Дарендорф и др.), политических аспектов социального рыночного хозяйства, политической культуры, политических ценностей, теории международных отношений (несмотря на некоторую растерянность после того, как США остались по существу единственной “сверхдержавой”, что опрокинуло практически все политико-реалистские выводы относительно баланса сил и условий сохранения мира).

Заметно продвинулись исследования в рамках сравнительной политической науки. Опираясь на наследие Д. Ис тона, Т.Парсонса и Г. Алмонда, представители этой отрасли политического знания, особенно из развивающихся стран, не только смогли разработать методологические принципы сравнения политических систем, но и ввели в научный оборот эмпирическое знание относительно процессов, происходящих вне западной сферы. Это позволило ряду авторов, например Ч. Тэйлору, поставить вопрос о возможности нахождения универсальных общечеловеческих ценностей не через навязывание западной модели, а через поиск общего при всем разнообразии аргументации.

В целом же можно сказать, что политическая теория и политическая наука к концу XX столетия являются динамично развивающейся отраслью знания, представленной несколькими школами со своей методологией и ясно очерченными проблемными полями. Теперь уже совершенно очевидно, что политическая мысль не только сумела подняться на качественно более высокий уровень, но и стала важнейшим условием современной социальной практики.

Тексты, публикуемые в данном томе, дают представления о политической теории как форме исследования. Несмотря на существенные различия стиля и терминологии, политические теоретики, как видит читатель, обращаются к одним и тем же проблемам; их попытки разрешения этих проблем позволяют проследить, как обогащалась и развивалась зарубежная политическая мысль. Более того, выводы, к которым придет читатель в процессе чтения, могут оказаться стимулом для его собственного поиска, точкой отсчета для построения новой теории или концепции.

Т. А. Алексеева