Гиро П. Частная и общественная жизнь римлян

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава VII. ЛЕКАРСТВА. — ПОГРЕБЕНИЕ

1. Врачи

Долгое время у римлян совсем не было врачей. Единственные лекарства, бывшие у них в употреблении, это крестьянские снадобья, которые перечисляет Катон. Больные, которым удавалось выздороветь, отправлялись в маленький храм Лихорадки и здесь заявляли о средствах, благодаря которым они восстановили свое здоровье. Больные обращались также к какому-нибудь богу, обещая ему жертву или дар в обмен на выздоровление. Больной писал свою просьбу и свое обещание на табличках, которые затем прилеплялись воском к колену или к бедру божества. Первый врач, появившийся в Риме, был некий Архагат, который прибыл из Греции в 218 г. до Р. X. Он получил права гражданства, и государство купило для него близ масляного рынка лавочку, чтобы он мог там заниматься своим ремеслом; так как он умел залечивать раны, то и получил прозвание целительного; но многие продолжали смотреть на его деятельность весьма неблагосклонно. Вот что писал, напр., Катон Старший своему сыну: «Греки — народ распущенный и упрямый. Моими устами вещает оракул, когда я говорю: каждый раз, когда этот народ приносит нам свои знания, он портит все; и будет еще хуже, если они пришлют нам своих врачей. Все они дали друг другу клятву уничтожить всех варваров при помощи медицины, и под именем варваров они подразумевают также и нас самих. Если они требуют вознаграждения за то, что лечат нас, то это лишь для того, чтобы втереться в наше

206

доверие и тем вернее погубить нас. Я запрещаю тебе раз и навсегда обращаться к врачам».

Но, несмотря на все это, количество врачей все более и более увеличивалось. Богатые люди имели своего собственного врача из рабов. Были также врачи из вольноотпущенников и даже из свободнорожденных. От них не требовалось никаких гарантий: врач обучался своему искусству, где придется, и лечил своих больных, как хотел. Сулла попытался было возложить на них ответственность в случаях нерадения или невежества, и издал закон, по которому врач за дурное лечение подвергался изгнанию и даже смерти. Но этот закон остался без применения.

Так как число врачей все увеличивалось, то между ними не замедлила возникнуть жестокая конкуренция, причем они не пренебрегали никакими средствами для привлечения пациентов. Так каждый из них старался иметь как можно больше учеников, которых он водил с собой к пациентам не столько в интересах обучения, сколько для того, чтобы пустить пыль в глаза. Асклепиад, живший в первом веке до Р. X., чрезвычайно импонировал изяществом своей речи и величавой осанкой. Но самым крупным козырем в руках врача было изобретение какого-нибудь нового способа лечения, какого-нибудь неизвестного еще лекарства. Один из них предписывал холодные ванны, другой ванны паровые, третий предпочитал всему лечение вином и т. д.

Самые способные или же самые ловкие из врачей наживали иногда огромные состояния. Плиний упоминает об одном враче, который оставил после себя состояние в 2 миллиона. Другой вместе с братом собрал 6 миллионов. На гробнице Фессала было начертано его прозвище Iatronice (победитель врачей). Но бывали, конечно, и противоположные случаи: один несчастный медик завещал сделать на своей могиле следующую надпись: «Большое количество врачей погубило меня».

(По Dezobry, Rome au slecle d'Auguste, lettre XCIII, chez Delagrave)