Сочинения японских воинов

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

ИВАМИДЗУАЭРА МОНОГАТАРИ

Такэда Сингэн (1521-1573)

Такэда Харунобу (Такэда Сингэн) — один из величайших полководцев периода Сражающихся Царств, знаменитый стратег, прославившийся своими сражениями с Уэсуги Кэнсином при Кавана-кадзима. Его отец Такэда Нобутора объединил провинцию Каи, но в 1541 г. сын лишил его земель и стал полновластным даймё.

С этого момента и вплоть до самой смерти Такэда Сингэн участвовал в борьбе за господство над всей страной: с севера ему постоянно угрожал Уэсуги Кэнсин, а с запада — объединенные силы Ода Нобунага и Токуга-ва Иэясу. В 1551 г. Такэда постригся в монахи и принял имя Сингэн. В 1552 г. его примеру последовал Уэсуги.

В 1571 г. Сингэн откликнулся на призыв сёгуна Асикага Ёсиакира и сформировал вместе с кланами Асаи, Асакура и монахами Хонгандзи военный альянс против Ода. В ходе кампании 1573 г. он был смертельно ранен пулей из мушкета и умер несколько дней спустя.

Такэда Сингэн прославился как стратег, администратор и дипломат. Он опирался на способных людей и заключение союзов в большей степени, чем на замки и укрепления. Приписываемые ему строки гласят:

Люди — вот твои замки. Люди — вот твои стены. Любовь — вот твой союзник. Враждебность — вот твой-недруг.

При этом он требовал от своих воинов дисциплины. В Хагакурэ есть примечательный рассказ о том, как он приказал казнить двух крикунов не за то, что они плохо сражались, а за то, что они не погибли. Неудивительно, что он был ревностным поклонником Сунъ-цзы и Хань Фэй-цзы.

Представленный ниже фрагмент является частью 40-й главы Коёгункан — сочинения, написанного после смерти Такэда его близким вассалом Косака Маса-нобу. В нем описываются история клана Такэда, сражения, а также древние обычаи. В 40-й главе, которую часто называют Ивамидзудэра моногатари, рассказывается о беседах Такэда со своими вассалами о человеческой природе. Эти беседы проходили в храме Ива-мидзу в его родной провинции Каи. Его речи порой длинны и утомительны. Тем не менее, они подчеркивают ценность проницательности и умения предвидеть ситуацию и прекрасно характеризуют яркую натуру Такэда Сингэна.

Ивамидзудэра моногатари

Однажды господин Сингэн сказал собравшимся:

«Есть нечто, что отвращает человека от выполнения его долга, каким бы знатным или низким он ни был. Может ли кто-нибудь из вас догадаться, что это такое?» Собравшиеся обсудили его слова, и после каждый из них заявил, что, сколько бы ни думал, не может угадать, о чем идет речь. Тогда Сингэн произнес следующее: «Если только человек будет делать не то, что ему хотелось бы, а то, что он находит неприятным, он пресытится своим долгом, какую бы должность он ни занимал».

Однажды господин Сингэн сказал:

«Только человек низкого ранга может обрезать терпкую хурму и посадить на ее место сладкую. Самурай среднего и высокого ранга, не говоря уже о правителе провинции, найдет много способов использовать терпкую хурму в соответствии с ее природой. Конечно, это не значит, что следует срезать уже посаженные побеги. Разве все вещи не подобны этому?»

По-насяпоящему прозорливый человек всегда увидит и начало, и конец и не станет пренебрегать даже мельчайшими деталями.

Господин Сингэн сказал:

«В этом мире не только самураи, но и низкие слуги рождаются с разными характерами, и люди склонны ошибочно судить о них по их наружности. Во-первых, проницательных людей будут считать интриганами. Во-вторых, прозорливых людей будут считать трусами. В-третьих, людей, которые ведут себя грубо, сочтут настоящими воинами. Все это большие ошибки.

Проницательный человек отбросит семь десятых содержания и будет говорить об оставшемся.

Прозорливый человек всегда увидит и начало, и конец, и не станет пренебрегать даже мельчайшими деталями. Говоря о чем-нибудь в соответствии с предполагаемыми результатами, он сначала подумает о жене и детях, и потому будет трезво смотреть на вещи. Вот что я называю прозорливостью. Не обладающие этим качеством считают тех, кто обладает им, трусами. Что ж, они просто незрелые люди.

Грубый же человек не обладает ни проницательностью, ни прозорливостью, говорит нелепые вещи и принимает немногословность проницательного и прозорливого за малодушие. Лишь когда наступает час битвы, он вспоминает о жене и детях; когда же придет его черед, смерть его окажется, без сомнения, напрасной. Вот почему грубое поведение находится на грани с трусостью».

Господин Сингэн сказал: «Кроме того, грубый человек, не обладающий ни проницательностью, ни прозорливостью, не имеет и чувства стыда. Если враг неожиданно нападет и убьет его отца и братьев, его обычная грубость улетучится, и он и не подумает отомстить за родных. В сражении же грубый человек не решится даже вступить в схватку, и при этом еще будет искать оправданий. Вот к чему приводит отсутствие проницательности и прозорливости».

Однажды господин Сингэн сказал: «Проницательность и находчивость различаются точно так же, как остроумие и содержательность. Ведь в нашем мире есть люди проницательные, но не обладающие находчивостью, и есть находчивые, но лишенные проницательности. Может быть, я говорю непонятно, и в таком случае молодые не станут мудрее. Что ж, ради них попробую выразить это по-другому. Проницательность — свойство ума, в то время как находчивость — свойство ци (ки). Проницательные люди редко совершают оплошности, те же, кто лишены проницательности, но обладают находчивостью, наделают множество ошибок. Знающие люди прекрасно это понимают, чего не скажешь о необразованной молодежи».

Как-то господин Сингэн сказал: «Дальновидность — важное качество для человека, ибо обладающий им является проницательным. Если человек, обстоятельно и до конца все обдумав, не может-таки принять решение, он может посоветоваться со старшими в клане, если имеет высокий ранг, или может обсудить вопрос с умными людьми среди своих родственников и товарищей, если он низкого ранга. В таком случае ошибки будут редки. Вот почему я уверен, что дальновидность лежит в основе проницательности.

Вообще, если люди дальновидны, находчивы и умеют оценить ситуацию, то, какие бы трудности ни встали перед ними, их слава будет жить в последующих поколениях. Существует легенда о том, как Фуд-зивара Фухито благодаря своей проницательности и находчивости достал со дна моря драгоценный камень. Он признался в любви морской нимфе и упросил ее принести ему драгоценность. Конечно, его можно обвинить в лицемерии, однако проявленные им проницательность и сообразительность заслуживают восхищения, ведь благодаря этому драгоценному камню засияли луна и солнце и потекла вода.

Как бы то ни было, но есть нечто, против чего человеческая проницательность и находчивость бессильны. Попробуйте-ка догадаться, что это?»

Никто не нашелся, что ответить. Тогда Сингэн рассмеялся и сказал: «Жизнь человека угасает, и с этим ничего нельзя поделать!»

Однажды господин Сингэн поведал древнюю историю:

«Чжэнь Кун сказал как-то вэйскому императору Вэнь-ди: "Встречаясь с другим человеком, лучше всего говорить лишь о трети того, что лежит у тебя на сердце, и никогда не открываться полностью. Если человек сдержан, он не сближается с другим; если цветок сдержан, он не расцветает сразу же с приходом весны. Иначе вчерашний друг сегодня станет врагом, а вчерашний цветок сегодня превратится в пыль". Поэтому, если говорящий о глубоких вещах оставляет в себе семь и говорит только о трех, он делает это для того, чтобы не опозориться. Но если человеку, лишенному проницательности, объяснять, что говорить резкие слова плохо, он вообще замолчит. Точно так же тот, кто видит суть во всех вещах, не станет прививать ростки сладкой хурмы к дереву, приносящему горькие плоды. Но попробуй объяснить это пустому и глупому человеку, и он обрежет ростки, приносившие сладкие плоды и привьет горькие — и все проделает с понимающим и умным видом. Вот так люди, лишенные проницательнос-

ти, намереваясь совершить добро, творят зло. Древняя пословица гласит: "Крупица золота может и быть высоко ценимой, но если она попадет в глаз, наступит темнота". Разве она говорит не о том же?» Однажды господин Сингэн сказал:

«Учение для человека — все равно что листья и ветви для дерева. Без него он просто не сможет жить. Однако, Учение — это не только чтение книг, но и то, что мы изучаем ради использования в жизни. Рожденный в доме самурая, независимо от ранга, первым делом знакомится с воином, прославившимся своими военными достижениями, подвигами и преданностью. Если каждый день он будет слушать лишь одно наставление такого человека, за месяц он узнает их 30. Нет надобности говорить, что если за год он узнает 300 правил, то станет гораздо лучше. Таким образом, самурай должен сделать три вещи: отбросить зло, придерживаться добра и опираться на свою собственную мудрость. Тогда ничто не опозорит его.

Я буду почитать и назову мудрым того человека, который постигнет этот принцип, даже если он не может написать ни одного иероглифа. Что же касается тех, кто сведущ во всех прочих вещах, я буду избегать их, какими бы глубокими ни были их познания. Вот какой бездарный и недалекий этот монах». Однажды господин Сингэн сказал:

«В мире много разных людей: есть проницательные, но лишенные находчивости; есть находчивые, но не имеющие сострадания; есть сострадательные, но не способные отличить одного человека от другого. Среди почитаемой знати восемь из десяти не могут отличить одного от другого. Среди же низких рангов умеющих это вообще почти нет.

В мире разные типы людей, но если мы попытаемся узнать, отчего это происходит, мы увидим, что причина тому — отсутствие проницательности в их умах. Если только человек сможет развить в себе проницательность, он станет и находчивым, и дальновидным, и способным распознавать людей. Он обретет заслуги. Вот почему человек должен знать, что проницательность — основа всех этих качеств. Если он хочет стать проницательнее, он должен ставить это своей целью каждое утро и размышлять над этим каждую ночь».

Господин Сингэн сказал:

«Если ты принимаешь самураев на службу еще в детском возрасте и хочешь знать, какими они будут, когда вырастут, знай: есть четыре типа людей. Предположим, что трое самураев — один обладает огромным опытом в Бусидо, другой очень отважен, а третий исключительно умен — собираются вместе и в присутствии четырех детей говорят о воинах, боевых подвигах и о прочем.

Один ребенок будет просто сидеть с открытым ртом и смотреть в лицо говорящему. Второй навострит уши и будет слушать, чуть наклонив голову. Третий станет смотреть в лицо говорящему и время от времени радостно смеяться. Четвертый же встанет и уйдет. Таковы четыре типа.

Первый ребенок, сидящий и слушающий, словно во сне, будет со временем слаб характером и не сможет оценивать положение, сколько бы раз он ни участвовал в военных походах. Поведение его лишено концентрации и последовательности, он едва ли привлечет к себе мудрых советников и будет полагаться на мнение своих хороших друзей.

Второй ребенок, внимательно ловящий каждое слово в рассказах о воинах, станет в будущем настоящим самураем. Он будет таким же, как и те великие воины, что служили Ёкота, губернатору Биттю, Хара, губернатору Мино, Обата, нюдо Ямасиро, и Тада, губернатору Авадзи при поколении Нобутада (отец Сингэна) и Ямамото Кансукэ и Ходзё Удзиясу в мое время.

Третьего ребенка, со смехом слушавшего говорящего, в будущем станут восхвалять за военные подвиги. Однако, не зная меры, он зайдет слишком далеко, превратится в надменного гордеца, и вызовет злобу у людей.

Наконец, четвертый ребенок, вставший и вышедший, в восьми из десяти случаев окажется трусом. А те двое или трое, что не станут трусами, будут, идя в атаку, прятаться за спинами других. Такой человек будет с важным и довольным видом рассказывать о своих подвигах и будет считать себя достойным великой славы только за то, что отрубил голову врагу, отставшему от отступающих рядов. Когда же настоящий воин совершит подвиг, такой человек вообразит, что, хотя оба они добыли головы знатных врагов, репутация воина зависит от посредничества других. Полагая, что люди в этом мире не так уж отличаются друг от друга, он обидит настоящего воина и начнет сплетничать повсюду. Вот каким станет, когда вырастет, тот, кто ушел, не желая слушать рассказы воинов».

Господин Сингэн сказал:

«Даймё, управляющие целыми провинциями и нанимающие на службу людей, любят только самураев определенного типа и уважают только тех, кто в поведении и манерах подражают им. Таких они охотно берут на службу и оказывают им свое расположение.

Но я осуждаю подобное отношение. И вот почему. Когда самурай, знатный он или нет, впервые учится играть в кэмари (Игра, напоминающая футбол). Традиционно северо-восточный угол правого поля отмечала вишня, юго-восточ , он отмечает в саду четыре границы.

Весной пышно цветут вишни, а ивы покрываются яркой зеленью. Весна проходит, а с ней заканчивается спор между двумя деревьями. Затем наступает лето. Осенью листья клена краснеют, словно от стыда за то, что скоро опадут. Они шелестят под осенним дождем, и к зиме их не остается ни одного. И тогда проявляет себя вечный и неизменный цвет сосны. То же происходит и среди людей. Вот почему даймё, который любит лишь один тип людей, заслуживает осуждения.

Однако весьма похвально, полагаю я, если хороший полководец набирает воинов какого-то одного типа. Ведь, в конце концов, три помноженное на четыре дает двенадцать, а три, сложенное с четырьмя — только семь».

 

СУЖДЕНИЯ В ДЕВЯНОСТО ДЕВЯТИ СТАТЬЯХ

Такэда Нобусигэ (1525-1561)

Такэда Нобусигэ был вторым сыном Такэда Но-бутора. Именно ему отец хотел передать свои владения, когда восстал Такэда Сингэн. Говорят, что Нобусигэ заключил союз с Сингэном, который доверял своему брату. В сражении при Каванакадзима Уэсуги Кэнсин обошел армию Сингэна, и последний оказался в опасности. Но Нобусигэ с небольшим отрядом в 300 человек преградил путь противнику. Сам Нобусигэ получил в этой битве тяжелое ранение и умер в возрасте 37 лет.

Девяносто девять статей были написаны Нобусигэ в стиле канбун за три года до смерти и предназначались сыну. Они являются своеобразным «проявлением большой силы» образованного воина. Каждое положение подкрепляется какой-либо цитатой, обычно из китайских классиков. Суждения лишены внутренней взаимосвязи и охватывают широкий круг тем: от наставлений в вере в божеств и Будду до предостережения против ношения тупого меча.

Фрагменты сочинения Нобусигэ также были включены в Коёгункан как часть духовного наследия Такэда. Мы уже во второй раз говорим в нашей книге об этом сочинении во-первых потому, что в период Эдо оно было, пожалуй, самым читаемым произведением о буси, а во-вторых потому, что в дошедшем до нашего времени виде оно было отредактировано Обата Кагэнори (1572-1663), военная школа которого дала многих известных писателей и философов, в том числе Дайдодзи Юдзана и Ямага Соко. Сам Обата являлся сыном одного из вассалов Сингэна, после падения клана Такэда поступивших на службу к То-кугава. Он изучал военные искусства и вскоре покинул Токугава, чтобы путешествовать по стране и испытать себя. Обата участвовал и в сражении при Сэкигахара, и в штурме замка Осака и имел, таким образом, возможность применять свое воинское мастерство на практике.

Суждения в девяносто девяти статьях

Никогда не предавай господина. В Беседах и рассужде-ниях сказано: «Следуй Дао даже когда торопишься. Следуй Дао даже в опасности». Далее сказано: «Отдавай всего себя на службе господину».

На поле брани ни показывай ни малейшего признака трусости. В У-цзы сказано: «Тот, кто хочет спасти свою жизнь, потеряет ее. Тот, кто готов отдать свою жизнь, сохранит ее».

Внимательно наблюдай за своими поступками и не позволяй себе небрежности. В Ши-цзи сказано:

«Если правитель поступает справедливо, его слуги хорошо исполняют свои обязанности, даже если он не отдает приказаний. Но если правитель поступает несправедливо, то даже если он будет отдавать приказания, им не последуют».

Отдавай все свои силы постижению боевых искусств. В Сянь люэ сказано: «У хорошего полководца нет плохих воинов».

Никогда и ни при каких обстоятельствах не лги. Божественные прорицания гласят: «Даже если правда не будет вознаграждена сразу же, в конце концов она найдет милосердие божеств и Будды». Однако, в сражении разве не следует поступать сообразно положению? В Сунь-цзы сказано: «Избегай силы врага, наноси удар там, где он слаб».

Не допускай ни малейшей непочтительности к родителям. В Беседах и рассуждениях сказано: «Всеми силами служи своим родителям».

Не относись легкомысленно к братьям. В Истории Поздней Ханъ сказано: «Братья — это твои правая и левая руки».

Не распространяйся о своих недостатках. В Око сказано: «Как только человек произносит одно-един-ственное слово, о нем можно узнать все».

Не позволяй себе быть грубым ни с кем. Тем более вежливым нужно быть со священнослужителями/ женщинами, детьми, нищими и стариками. В Ли цзи (Книга законов) сказано: «Вежливый человек всегда в безопасности, грубый же окажется в беде».

Очень важно неустанно совершенствоваться в боевых искусствах. В Беседах и рассуждениях сказано: «Изучение порочного принесет только вред».

Не пренебрегай Учением. В Беседах и рассуждениях сказано: «УЧИТЬСЯ и не размышлять — значит остаться в темноте. Размышлять и не учиться — опасно».

Не забывай о том, как следует держать себя. В Бе-седах и рассуждениях сказано: «Когда Учитель вошел в храм предков Чжоу, он спрашивал обо всем».

Не предавайся излишествам и соблюдай меру в удовольствиях. В Ши-цзи сказано: «Когда пиршество в полном разгаре, наступает смущение. Когда удовольствие достигает пика, появляется скорбь». В Цзо-чжу-ань (Комментарий Цзо) сказано: «Сладкая жизнь подобна отравленному вину». А в Беседах и рассуждениях говорится: «Почитай добродетель так же, как ты любишь красивую женщину».

Во всех делах, больших и малых, исполняй волю господина. В Беседах и рассуждениях» сказано: «Вода принимает форму сосуда, в котором находится, круглый он или квадратный».

Не проси у господина даров и земель. В Цзо-чжу-ань сказано: «Вознаграждение без заслуг — это несправедливый дар, навлекающий бедствие».

Никогда не жалуйся и не распускай слухов. В Беседах и рассуждениях сказано: «Не будь льстецом, если ты беден, и не будь высокомерным и надменным, если ты богат».

Не пренебрегай упреками в свою сторону.

Относись к своим вассалам с сочувствием. В Санъ люэ сказано: «Использовать людей — это подобно тому, как пользуешься своими руками и ногами».

Если вассал заболел, навести его и прояви беспокойство, даже если это доставит тебе неудобства. В Чжунь чань сказано: «Заботься о воинах точно так же, как заботишься о том, чтобы утолить свою жажду».

Не забывай о подвигах своего слуги. В Сань люэ сказано: «Если к добру и злу относятся одинаково, достойные слуги утратят интерес».

Не пренебрегай упреками в свою сторону. Древние говорили: «Хорошее лекарство горько на вкус, но излечивает от болезни. Искренние слова неприятны для ушей, но они исправляют поведение». Кроме того, в Книге истории сказано: «Если саженец подвязать, дерево вырастет прямым. Если правитель следует увещеваниям, он станет совершенномудрым».

Если верные вассалы из-за каких-то непредвиденных обстоятельств оказались в затруднительном положении, господин должен помочь им. Древняя пословица гласит: «Если хочешь прожить в каком-то месте год, посади пять зерен. Если хочешь прожить десять лет, посади деревья. Если намереваешься прожить долгую жизнь, поддерживай своих вассалов».

Не входи и не выходи из дворца через задние ворота. Древняя пословица гласит: «Отец и сын не сидят в одном ряду, мужчины и женщины не сидят вместе».

Человек, от которого отвернулись друзья, должен стремиться к гуманности. В Беседах и рассуждениях сказано: «Не отступай от Пути гуманности даже тогда, когда принимаешь пищу».

Когда тебя спрашивают о чем-то, не отвечай грубостью. В Беседах и рассуждениях сказано: «Когда общаешься с друзьями, разве не должны твои слова быть искренними?»

Не будь ленивым в исполнении повседневных обязанностей. В Беседах и рассуждениях сказано: «Если после совершенствования в добродетели у тебя остались силы, посвяти их учению».

Приходя на службу, первым делом следуй туда, где собрались твои товарищи, а затем отойди. Человек должен хорошо понимать, где ему надлежит быть. Древние говорили: «Не думай, что твои друзья будут относиться к тебе по-прежнему, если ты не встречаешься с ними три дня. Тем более это касается благородного мужа».

Как бы ни был ты с кем-нибудь близок, не следует сплетничать с ним о пустяках. Древние говорили:

«Трижды подумай, прежде чем произнести слово; девять раз подумай, прежде чем действовать».

Совершенствуйся в дзэнской медитации. Древние говорили: «В дзэн нет никакой особенной тайны. Дзэн просто разрешает вопрос о жизни и смерти».

Не говори без всяких оснований людям из других кланов об ошибках, допущенных в твоем клане. Пословица гласит: «Хорошие вести не покидают ворот, плохие разносятся на тысячу миль».

Когда бы ты ни возвращался домой, пошли вперед гонца, извещающего о твоем прибытии. Если явишься домой неожиданно и увидишь нерадивых слуг, будешь вынужден упрекнуть их. Если же начать заниматься всеми пустяками, разве им будет конец? В Беседах и рассуждениях сказано: «Приговаривать к смерти, не наставив прежде, что правильно, а что неправильно — преступление».

Как бы ни был господин несправедлив с человеком, тот не должен чувствовать обиду. В Сяо-цзин (Канон сыновней почтительности) сказано: «Как бы ни думал ты, что господин не вправе занимать свой пост, но слуга обязан исполнять долг слуги». Также говорят: «Тот, кто охотится на оленя, не любуется горами». Кроме того, сказано: «Слуга не судит вышестоящего».

Что касается наказаний слуг: если проступок незначителен, достаточно ограничиться упреком. За тяжелое же преступление надлежит приговаривать к смерти. Цзян Ши говорил: «Если хочешь, чтобы почка не распускалась, остается воспользоваться топором».

Примечание: Если к смерти приговаривают за незначительные преступления, то разве люди не утратят присутствия духа? В Люй-ши чунь-цю (Весны и Осени господина Люя) сказано: «Если закон слишком суров, его не будут слушать. Если запретов слишком много, их невозможно осуществить».

Не накладывай на крестьян дополнительных к установленным ранее повинностей. В Чжунь чанъ сказано: «Если наверху притеснение, внизу возникает возмущение. Если людей жестоко угнетают, смертным приговорам не будет конца, и люди истребят друг друга».

Раздавать награды, большие они или маленькие/ нужно сразу же. В Сянь люэ сказано: «Награждая за заслуги, не упускай время».

Использовать людей следует в соответствии с их способностями и талантами. Древние говорили: «Хороший плотник не выбросит кусок дерева. Хороший полководец не откажется от воина».

Древние говорили: «Больно слышать гонг, приказывающий отступать. Радостно слышать гонг, называющий идти вперед».

Всегда содержи в порядке и готовности свои доспехи. Древние говорили: «Даже башня в девять этажей начинается с фундамента».

Направляясь к полю битвы, ни на один день не оставайся позади командующего. Древние говорили:

«Больно слышать гонг, приказывающий отступать. Радостно слышать гонг, приказывающий идти вперед».

Хорошо ухаживай за своей лошадью. В Беседах и рассуждениях сказано: «Собаки охраняют человека, лошадь трудится вместо него. Эти животные служат человеку добрую службу».

Когда встречаешься с врагом, наноси удар в незащищенное место. Древние говорили: «Тот, кто часто побеждает врага, делает это не с помощью армии». Еще сказано: «В традициях нашего клана — бросаться на врага на полном скаку, не давая ему передохнуть».

Во время сражения не преследуй врага слишком долго. В Сыма фа (Законы Сыма) сказано: «Преследуя врага, не нарушай рядов. Ибо тогда внесешь сумятицу в войска, утратишь порядок в строю и потеряешь людей и лошадей».

Если видишь, что одерживаешь победу, лучше со всеми имеющимися силами ринуться на врага, не давая ему собраться. Если враг не разбит полностью, у него есть шанс нанести встречный удар. В Сань люэ сказано: «Атака подобна порыву ветра».

Не рассуждай о численности и силе врага перед другими. В Сань люэ сказано: «Не позволяй своим воинам говорить о достоинствах врага».

Пусть твои воины не поносят врага. Древняя пословица гласит: «Разбуди пчелу, и она набросится на тебя с яростью дракона».

Когда приближается битва, будь груб со своими людьми. Они будут кипеть от гнева и станут сражаться с еще большей храбростью. В Сыма фа сказано: «Если имеешь дело со слабым и немощным человеком, обращайся с ним, как с водой. Если же имеешь дело с сильным и могущественным человеком, обращайся с ним, как с огнем».

Никогда не показывай собственной слабости, даже в присутствии любящих тебя родственников и вассалов. В Сань люэ сказано: «Когда человек теряет мужество, слуги и воины перестают уважать его».

Не увлекайся обманными маневрами. Древние говорили: «Желая слишком многого, в конце концов не получишь ничего. Зачем же далеко уходить от естественного?» Более того, в Беседах и рассуждениях сказано: «Избыток так же вреден, как и недостаток».

Если хочешь неожиданно напасть на врага, избегай главных дорог и ищи маленькие тропинки. И затем атакуй. Древняя пословица гласит: «Если тебя легко заметить, иди обходными путями. Если тебя не видно, поднимай всю армию сразу».

Не лучше ли не стремиться к обладанию вещами и притвориться слепым? В Биянъ-лу сказано: «Даже если тебе что-то понравилось, лучше обойтись без этого».

Не сражайся за все подряд. В Беседах и рассуждениях сказано: «Благородный муж не вступает в соперничество. Если он сделает так, чем же это отличается от состязаний в стрельбе из лука?»

Умей хорошо различать добро и зло. В Сань люэ сказано: «Если на один добрый поступок не обратят внимания, все перестанут совершать добро. Если один злой поступок похвалят, все вернутся ко злу».

Когда в лагерь привезли провиант, распредели его поровну между всеми. В Сань люэ сказано: «Когда одному великому полководцу прошлого прислали в дар вино, он приказал вылить его в реку. Потом, стоя ниже по течению, он пил вместе со всеми воинами».

Не совершая усилий, будет сложно возвыситься в этом мире. В Лао-цзы сказано: «Даже путь в тысячу ли начинается с первого шага».

Как бы ни были убедительны твои доводы, не настаивай на своем перед тем, кто выше тебя. Пословица гласит: «Если говоришь много слов, понесешь урон».

Не теряй себя из-за одной ошибки. Главное — не утратить впоследствии присутствия духа. В Беседах и рассуждениях сказано: «Совершив ошибку, не бойся исправить ее». Далее говорится: «Совершить ошибку и не исправить ее — вот подлинная ошибка».

Не относись презрительно к старшим, независимо от их положения. В Беседах и рассуждениях сказано:

«Почитай старших, как если бы они были твоими родителями».

Не имей дела с порочными людьми. В Ши-цзи сказано: «Если не знаешь, каков человек, узнай, кто его друзья». Еще говорится: «Не следует сближаться только с высшими, или только с низшими. Певчая птица, порхающая с цветка на цветок, источает аромат, не знакомясь с ними».

Не сомневайся в людях без конца. В Синь люэ сказано: «Медлительность — это настоящее бедствие для армии».

Не осуждай ошибки других. Древняя мудрость гласит: «Давай другим то, что нравится тебе самому».

Не таи в сердце злобу. В Чжунь чань сказано:

«Если злобный человек занимает пост командующего, все его воины до последнего человека передерутся между собой».

Когда тебе приказывает явиться господин, не медли ни секунды. В Беседах и рассуждениях сказано: «Когда Учителя вызывал правитель, он выходил из дома не дожидаясь, когда подадут повозку».

Никогда не выдавай секреты другим, касаются ли они военных дел или чего-то еще. В Книге Перемен сказано: «Если не хранить тайну, навлечешь на себя беду». А в Ши-цзи говорится: «Дела свершаются бла годаря секретности. Просочившиеся же наружу слова ничего не стоят».

Почитай божеств и Будду. Сказано: «Если следуешь природе Будды, обретешь новые силы. Тот же, кто побеждает других с помощью зла, в конце концов получит то, что заслуживает».

Если армия твоего союзника на грани поражения, ударь с десятикратной силой. В Гу-лян чжуань сказано:

«Тот, кто умело выбирает стратегию, не сражается. Тот, кто отважно сражается, не погибает».

Всегда держи меч острым, и никогда не носи хоть чуть-чуть затупленный. Сказано: «Тупой меч не разрубит кости».

Никогда не говори перед другими ни о еде, ни о торговле. Древняя мудрость гласит: «Металл проверяется огнем. Человек проверяется тем, что он говорит».

Даже если ты с кем-нибудь очень близок, хорошо подумай, прежде чем обратиться к нему с просьбой. Древние говорили: «Жаждущий еще одной чаши вина потеряет полную лодку рыбы».

Не осуждай беспричинно человека в присутствии других. В Чжанъ-го цэ (Планы Сражающихся Царств) сказано: «Восхваляй достоинства другого человека, но не говори о его недостатках».

Даже если враг многочисленен, атакуй его, если он пренебрег обороной. Кроме того, тщательно все взвесь прежде, чем напасть на хорошо укрепленного врага, даже если он малочисленен. В Сунь-цзы сказано:

«Не атакуй внушительный лагерь врага и не пытайся захватить его флаг при хорошо организованной атаке. Если хочешь одолеть такого противника, вспомни о змее с горы Чаншань. Когда ее ударяют по голове, она выставляет вперед хвост, а когда ударяют по хвосту, она выставляет вперед голову. Если же нанести удар посередине, впереди окажутся и хвост, и голова. Вот как следует нападать на такого врага».

Не делай никаких дел с неохотой и апатией. Мэн-цзы говорил: «Каждый, если он искренен и настойчив, может стать Шунем».

Все вышесказанное не следует беспечно передавать другим. Считайте это моим прощальным словом к вам. Пять, помноженное на два, даст десять, а пять, сложенное с двумя, даст семь. Эта тайная устная традиция дома Сингэна.

Эйроку ганнэн (1558) Апрель Главам клана Такэда Самасукэ Нобусигэ

«Знатен человек или низок по происхождению, но если он хотя бы раз не поставил на карту свою жизнь, у него есть повод устыдиться»

 

НАДПИСИ НА СТЕНЕ ГОСПОДИНА НАБЭСИМА

Набэсима Наосигэ (1538-1618)

В 1584 г. при попытке расширить свои владения правитель Хидзэна был убит в сражении при Си-мабара с армией могущественного клана Симад-зу. Земли его вскоре попали бы в руки врагов, если бы не хитрость вассала Набэсима Наосигэ, сумевшего заставить Симадзу поверить в то, что в случае нападения они получат сильный отпор. С тех пор Набэсима стал полновластным правителем земель.

В 1587 г. вновь начались столкновения с Симадзу, а к 1590 г. Набэсима превратился в фактического дай-мё Хидзэна. У него не было только титула. В течение последующих десяти лет он активно участвовал в корейской кампании, сблизился там с Като Киёмаса, а по возвращении в Хидзэн — и с Токугава Иэясу. Сына Набэсима Кацусигэ убедили выставить свои войска в битве при Сэкигахара против Иэясу, но отец быстро отозвал его и отправил бороться с врагами Иэясу на Кюсю. Так клан был спасен от уничтожения.

Когда Бакуфу сочло/ что законный наследник Рюдзодзи Масаиэ не подходит для роли даймё, Набэсима Наосигэ публично и торжественно принял бразды правления Хидзэном. Сам он не взял официального титула правителя Хидзэна и тем самым избежал общественного осуждения и именования гэкокудзё даймё. Зато этот титул получил его сын. Несколько раз за свою жизнь Наосигэ находился между жизнью и смертью, но смог уцелеть и создать прочную базу для дальнейшего существования клана. Его деятельность отражена в третьей книге Хагакурэ, утверждающей идеалы самурая (книга была написана Ямамото Цунэтомо, вассалом внука Наосигэ — Мицусигэ).

Автором Надписей на стене является человек острого ума, умеющий оценивать ситуацию. В его наставлениях просматривается скорее житейская мудрость, чем сухие «домашние законы». Наосигэ предстает в них скорее не ученым и великим стратегом, а просто человеком, который сумел выжить в нелегкое время. Надписи на стене просты и лаконичны, и порой допускают различное толкование. Чтобы исправить это положение, Исида Иттэй, ученый-конфуцианец XVII в., написал более пространное изложение этого сочинения. Наш перевод основывается преимущественно на непосредственном прочтении текста Наосигэ.

Надписи на стене

УМ — это цветок проницательности. Но есть много примеров, когда цветы цветут, но не плодоносят.

Искусствами тяжело овладеть в одиночку. Если ты не способен сам составить правильное суждение, в большинстве случаев ты причинишь вред самому себе.

Знай о настроениях тех, кто ниже тебя, ибо если ты будешь сравнивать их мнение со своим, ты достигнешь цели.

Поощряй своих подчиненных и внимай их словам. Ведь хорошо известно, что золото сокрыто глубоко под землей.

Молитвы потомка должны быть церемониальной службой в память предков.

Закон — это удел подчиненных. Есть еще и Принцип, недоступный восприятию разума.

Последствия добрых или злых дел предка зависят от восприимчивости потомков.

Вера — средство очищения разума, она не должна влиять на умы других. Молитва — та преграда, что сберегает этот цветок.

В этом мире возвышаются подобно тому, как поднимаются по лестнице.

Во всех делах в первую очередь думай о человеке.

Жизнь человека предопределена еще с юности. Поступай так, чтобы твои друзья не утратили доверия к тебе.

Слишком придирчивый человек будет наказан Другими.

К большим делам следует относиться легко.

Во всем надлежит действовать терпеливо.

Книги и летописи теряют нить жизни.

Гадание — дело случая, и полагаться на него было бы ошибкой.

Если дела делаются с неохотой, семь из десяти окончатся неудачей.

Во время сражения опасайся попасться на уловки врага. Если можешь оценивать положение, победа будет твоей.

В сражении следует быть жестоким и безрассудным. Но забудь об этом в повседневной жизни.

Знатен человек или низок по происхождению, но если он хотя бы раз не поставил на карту свою жизнь, у него есть повод устыдиться.

Каждый должен на своем опыте познать напряжение всех сил, как это знают низшие сословия.

«Я останусь здесь против воинов всей страны... и умру великолепной смертью»

 

ЗАВЕЩАНИЕ ТОРИИ МОТОТАДА

Topuu Мототада (1539-1600)

В 1600 г. Токугава Иэясу собирался отправиться на восток, чтобы вести военную кампанию в Ай-дзу. Командовать обороной стратегически важного замка Фусими он оставил своего вассала Тории Мототада. Было более чем вероятно, что армия Исида Мицунари, полководца клана Тоётоми, и Кониси Юки-нага нападет на замок после ухода основных сил. Токугава выразил опасение, что войск в замке недостаточно. Но Тории сказал, что замок падет, даже если численность его защитников увеличить в десять раз, и уговорил господина взять с собой в поход на восток все войска. И вассал, и господин прекрасно понимали, что замок будет уничтожен, и все люди Тории погибнут. Последний вечер они провели в воспоминаниях о былых подвигах.

27 августа случилось неизбежное — огромная армия Исида и Кониси осадила замок. Тории и защитники замка отчаянно сопротивлялись, чтобы дать возможность Токугава уйти как можно дальше. Крепость смогла продержаться десять дней против намного превосходящего врага. Конец наступил 8 сентября, когда предатель поджег замок изнутри. Тории, когда ему кто-то предложил покончить с собой, укорил его, и сказал, что настал час отблагодарить господина за его доброту. С отрядом в 300 человек он вышел из ворот замка и ринулся на врага. Пять раз он бросался в атаку. Наконец, когда у него осталось не более десяти человек, он вернулся в замок и только тут упал от изнеможения. Молодой самурай из числа нападавших приблизился к нему, почтительно подождал, пока Тории совершит сэппуку, и затем отрубил ему голову. Защитники замка погибли все, до последнего человека.

Завещание Тории Мототада адресовано его сыну Тадамаса. Оно написано за несколько дней до начала осады замка. Основная идея этого сочинения, исполненного духа несгибаемой и беззаветной преданности господину — смысл жизни воина в том, чтобы погибнуть в сражении. Язык произведения отличается достоинством и изысканностью, и при этом обнажает глубокие чувства отца по отношению к сыну.

Завещание

Недавно мне доложили о мятеже в области Камигата. Множество восставших даймё, ставших жертвами козней Исида Мицунари, готовятся к походу и вскоре осадят этот замок. Я принял решение остаться в крепости и умереть быстрой смертью. Конечно, мне не составило бы большого труда прорваться сквозь их ряды и спастись, сколько бы десятков тысяч всадников не приблизилось к нам и сколько бы колонн не окружало нас. Но такой поступок не приличествует воину, такое поведение было бы трудно счесть проявлением верности. Поэтому я останусь здесь против воинов всей страны. И пусть у меня нет даже одной сотой необходимого для противостояния числа людей, я буду защищаться и умру великолепной смертью. Я покажу всем, что оставлять замок, который нужно оборонять, что ценить жизнь и ради этого бежать от опасности и показывать врагу свою слабость — не в традициях моего господина Иэясу. Вот почему я призывал остальных вассалов господина Иэясу к решимости и намерен утвердить справедливость среди воинов всей страны. Избегать смерти и быть опозоренным даже в пустяковом деле — не соответствует Пути Воина. Само собой разумеется, что отдать свою жизнь ради господина — это неизменный принцип. Я обдумал свое положение и пришел к выводу, что случаю, представившемуся мне, достойные люди должны просто завидовать.

Ты, Тадамаса, должен помнить следующее. Наши предки в течение поколений были вассалами Мацу-дайра. Мой покойный отец, губернатор Ига, служил господину Киёясу, а потом и его сыну Хиротада. Мой старший брат Гэнситиро проявил безупречную преданность и погиб в битве при Ватари. Когда наш сегодняшний господин Иэясу ребенком был отправлен в Суруга, губернатор Ига сопровождал его. Потом, в возрасте 19 лет, Иэясу вернулся в Окадзаки. Губернатор Ига служил ему с несравненной преданностью. За свои восемьдесят с лишним лет он ни разу не изменил дому. Господин Иэясу, в свою очередь, считал губернатора Ига самураем, равного которому нет. Когда мне было 13 лет, а господину Иэясу — 7, я в первый раз получил аудиенцию у него. Оказанные им с тех пор благодеяния не забудутся тысячами поколений.

Господин Иэясу уверен в моей преданности. Вот почему он оставил меня здесь, в замке Фусима, защищать стратегически важную область Камигата. Для самурая не может быть большей удачи. Первым из воинов страны погибнуть во имя процветания нашего господина — это великая честь для нашей семьи, это мое самое сокровенное желание за многие годы.

После моей смерти ты должен взять на себя заботу о младших братьях, начиная с Хисагоро. Твои младшие братья должны преданно смотреть на тебя, как они смотрели бы на своего отца, и всегда слушаться тебя. Когда они вырастут, они должны предстать перед господином Иэясу, отдать нашему господину все свои силы и таланты, исполнять приказания, любить друг друга и не забывать вечно благодарить наших предков, благодаря которым возник наш клан и почьему благословению их потомки получили помощь и покровительство. Они должны служить клану господина Иэясу во времена возвышения и упадка, во времена войн и мира. Просыпаясь и засыпая они не должны забывать, что им предписано вечно служить клану Токугава, и только ему одному. Жаждать земель, из-за негодования забывать о старых долгах, хотя бы временно вынашивать предательские замыслы — все это порочит Путь человека. Даже если все провинции объединятся против клана господина, потомки наши не должны отступать от него ни на шаг. При любых обстоятельствах вы, старшие и младшие братья, должны быть единой семьей. Оставайтесь верными дому, помогайте друг другу, не отступайте от справедливости и мужества и не позорьте честь нашего клана, который не только никогда не прятался от мира, но и заслужил славу военной доблестью многих поколений, а особенно — со времен губернатора Ига. В любом случае, если вы будете помнить только о том, как отдать жизнь за нашего господина, вас не охватит ни страх, ни дрожь даже перед лицом бесчисленных опасностей и бед, нависших над вами.

Мне 62 года. Я не знаю, сколько раз мне удавалось выжить с тех пор, как я оказался в Микава. Но я ни разу не вел себя как трус. Жизнь и смерть человека, счастье и несчастье вверены ветру времени, поэтому не ищите лишь того, что любите. Что действительно необходимо, так это прислушиваться к словам старых вассалов, опираться на способных и умных людей, не поддаваться юношескому упрямству и внимать наставлениям других людей. Вскоре в руках господина Иэясу будет вся страна. Если это произойдет, люди, служившие ему, начнут тешить себя надеждой стать даймё. Знайте же, что подобные мысли являются началом конца удачи на Пути Воина. Если страстно желаешь рангов и должностей, если захочешь быть даймё, если будешь стремиться к подобным вещам — то разве не начнешь ценить собственную жизнь? А как может человек проявить боевую доблесть, если он ценит свою жизнь? Если человек, рожденный в доме самурая, забывает о верности и думает только о своем положении, он будет льстить вовне и строить козни в своем сердце, он забудет о справедливости и чувстве стыда и обесчестит имя самурая и славу дома перед грядущими поколениями. Это поистине печально. Нет необходимости говорить снова, но вы должны с гордостью носить имя предков. Я уже наставлял вас, как надлежит вести дела клана, и не буду повторяться. За прошедшие годы вы видели и слышали обо всех установ-лениях.

В первую очередь следите за своим поведением и не забывайте о благопристойности, придерживайтесь гармонии между господином и вассалами и не забывайте о сострадании к тем, кто слабее вас. Соблюдайте справедливость в наградах и наказаниях, и пусть ваши отношения с вассалами будут беспристрастными. Долг человека покоится на «истине». Кроме этого сказать больше нечего.

«Рожденный в доме самурая должен думать только о том, как взять короткий и длинный мечи и умереть»

 

НАСТАВЛЕНИЯ КАТО КИЁМАСА

Като Киёмаса (1562-1611)

Като Киёмаса родился в семье кузнеца в провинти Овари, но в 18 лет поступил на службу к воему набиравшему силу земляку — полководцу Тоётоми Хидэёси. В 21 год Като участвовал в битве при Сидзугадакэ, проявил беспримерное мужество, и уже в 26 лет получил замок Кумамото на Кюсю. К 1592 году он уже пользовался таким доверием Хидэёси, что ему было поручено вместе с Кониси Юкинага и Куро-да Нагамаса возглавить авангард войск, отправлявшихся в Корею. Жестокость Като вскоре стала легендарной. Во время этой кампании корейцы называли его Кисёкан, «полководец-дьявол».

В 1597 г. Хидэёси вновь напал на Корею, и опять Като командовал одной из передовых частей. Поход не оказался для японской армии успешным, но слава Като как отважного и упорного воина только возросла. Окруженный со своими войсками в местечке Ёл-сан, Като отчаянно сражался с превосходящими силами противника, хотя Кониси хотел уже было просить мира. Като не забыл его предательства.

Смерть Хидэёси в 1598 г. повлекла за собой прекращение корейской кампании и раздоры между правящими кланами. Часть их продолжала поддерживать наследников Хидэёси, и среди них Кониси. Другие же перешли на сторону Токугава Иэясу. Като поддержал Иэясу, хотя долго и преданно служил Хидэёси. Причин тому называли две. Во-первых, Като понял, что именно Иэясу вскоре овладеет всей Японией и что если он, Като, будет в хороших отношениях с Токугава Иэясу, наследник Тоётоми Хидэёси сможет уцелеть. Во-вторых, Като хотел добраться до Кониси, который предал его в Корее.

После битвы при Сэкигахара, во время которой Като находился на Кюсю и грабил земли Кониси, Като встретился с Иэясу в замке Нидзё, чтобы обсудить будущее Хидэёри, наследника Хидэёси. Хидэёри тоже присутствовал на этой встрече. Говорят, что Като спрятал за пазухой кинжал, чтобы убить Иэясу, если жизнь молодого наследника окажется под угрозой — смелый поступок, если учесть, что Иэясу был уже фактически правителем Японии. Перемирие длилось десять лет, но в 1611 г. Като внезапно умер в относительно молодом возрасте 50 лет. Некоторые считают, что его отравили по приказу Иэясу. Теперь у Токугава Иэясу были развязаны руки, и в течение нескольких лет клан Тоётоми был полностью уничтожен.

Мужество и прямота Като, а также его умение строить крепости, принесли ему широкую известность. Он был воином от начала до конца, ставил боевое искусство выше всего и пренебрежительно отзывался даже о поэзии. Наставления показывают его целеустремленность, спартанский дух и неустанно повторяют: первой обязанностью самурая в начале XVII столетия было «взять в руки меч и умереть».

Современники описывают его как наводящего ужас, хотя и не лишенного приветливости, человека, подлинного лидера и вождя. Вот одно его высказывание: «Говорят, что низшие всегда пытаются соперничать с высшими. Поэтому, если полководец проявит хоть чуточку слабости, его подчиненные станут непослушными. А разве не сказано, что разум полководца передается десяти тысячам подчиненных?»

Наставления

Като Киёмаса, которые должны постичь все самураи, независимо от ранга

Отдавай всего себя Бусидо. Вставай в четыре утра, практикуйся в упражнениях с мечом, затем поешь, а после тренируйся в стрельбе из лука и мушкета и в езде на лошади. Только так можно стать настоящим самураем.

Если хочешь развлечений, то таковыми могут быть только соколиная охота, охота на оленей и борьба.

Что касается одежды, сгодится любая, между хлопковой и шелковой. Тот, кто тратит много денег на одежду и тем самым подрывает благосостояние дома, заслуживает наказания. Самурай должен иметь доспехи, соответствующие его положению, платить своим слугам, а остальные деньги использовать для военных нужд.

Самураи, увлекающийся танцами. Но, кои не входят в число боевых искусств, должен быть приговорен к сэппуку.

Когда встречаешься со своими друзьями, принимай их по одному. Один хозяин - один гость, а на столе должны быть простые угощения. Во время же занятий боевыми искусствами можешь встречаться со многими людьми.

Представление театра Но должны быть запрещены. Когда кто-то обнажает меч, он мысленно убивает человека. Все таится в сердце, поэтому самурай, увлекающийся танцами Но, кои не входят в число боевых искусств, должен быть приговорен к сэппуку.

Не пренебрегай Учением. Читай книги по военному искусству и обращай внимание исключительно на примеры преданности и сыновней почтительности. Читать китайские стихи, рэнга и вака запрещено. Если будешь отдавать свое сердце утонченному и изящному, то уподобишься женщине. Рожденный в доме самурая должен думать только о том, как взять короткий и длинный мечи и умереть. Если человек не постигает Бусидо каждый день, он едва ли сможет умереть достойно, как подобает самураю. Это самурай обязан запечатлеть в своем сердце.

Следует твердо придерживаться моих правил и днем, и ночью. Если кто-либо найдет их трудными для исполнения, его надлежит сместить и провести расследование. Затем следует издать соответствующий указ и скрепить его печатью, что если человек не способен совершенствоваться в Бусидо, то его следует выгнать вон. В этом не может быть сомнений.

Всем самураям Като Кадзуэноками Киёмаса

«Мирные и боевые искусства подобны двум колесам повозки. Убери одно — и повозка опрокинется»

 

ПРЕДПИСАНИЯ КУРОДА НАГАМАСА

Курода Нагамаса (1568-1623)

Курода Нагамаса был сыном даймё Курода Дзёсссуи. Отец его принял христианство, а сам он был крещен под именем Симеон в 1583 г. Впоследствии он прославился как великий стратег. Еще в юности Нагамаса покровительствовал Ода Нобунага, а затем он служил Тоётоми Хидэёси. В возрасте 15 лет он участвовал в битве при Сидзугадакэ, а затем — в военном походе на Кюсю. В 1592 и 1597 г. вместе с Кониси Юкинага и Като Киёмаса он командовал войсками, первыми ступившими на землю Кореи. Хотя Курода несколько раз приходил на выручку Кенией в Корее, и, как и Кониси, был христианином, в сражении при Сэкигахара он выступил на стороне Токугава

Иэясу и за свои заслуги получил в Тикудзэне земли и замок Фукуока.

И Нагамаса, и его отец Дзёсуи известны тем, что всегда внимательно выслушивали мнения других. Сам Нагамаса один раз в месяц собирал своих верных вассалов и позволял им говорить все, что они думают. При этом существовало правило: никто не имеет права обижаться на услышанное и передавать то, что было сказано, остальным. Такие «советы» назывались «встречами без гнева». Хоть и будучи крещенным в детстве, Нагамаса, в отличие от отца, отрекся от веры, когда христианское учение запретили специальным указом.

Нагамаса посвятил свои Предписания, созданные за год до смерти, своему старшему сыну Тадаюки. По содержанию его сочинение весьма сходно с Наставлениями его отца Дзёсуи. Как и большинство авторов в данной книге, Нагамаса превозносит гармонию между «изящными искусствами» (конфуцианское учение и литература) и искусствами боевыми и проповедует честность и сочувствие в отношении к трем низшим сословиям. Что отличает его от остальных, так это внимание и к экономическим вопросам — предрасположенность, несомненно унаследованная от его бережливого отца. Большая часть материала представляет собой сугубо конкретные советы, и потому здесь опущена. Предписания — весьма многословный документ, и читатель легко почувствует, как порой Нагамаса просто сомневается, как лучше довести тот или иной совет до логического конца. Тем не менее, его осторожные рассуждения не остались незамеченными потомками, и клан Курода продолжал существовать и на следующем этапе японской истории.

Предписания

Если полководец, управляющий провинцией, не имеет к тому способностей, ему будет трудно достичь успеха. Его взгляд на вещи должен отличаться от суждений обычных людей. Во-первых, он должен соблюдать правила поведения и этикет, не допускать в управлении личных интересов и заботиться о простом народе. Кроме того, ему следует быть осмотрительным в выборе целей: то, что предпочитает господин, должны предпочитать и его вассалы, и даже крестьянам и горожанам это должно доставлять удовольствие. Если он позволяет себе какие-то мелкие удовольствия, ему следует поступать так, чтобы они не привлекали внимания людей. Он не имеет права забывать ни на мгновение, что является образцом для всех четырех сословий.

Управляющий провинцией обязан исполнять свой долг с любовью и гуманностью и не слушать клеветников. Все помыслы нужно направить на совершение добрых дел. Его управление должно быть ясным, как яркое солнце на голубом небе. Он должен все обдумывать заранее и не допускать ошибок.

Мирные и боевые искусства подобны двум колесам повозки: убери одно — и повозка опрокинется. Конечно, к мирным искусствам прибегают в период спокойствия, а к боевым — во времена смут и хаоса, но очень важно в мирное время не забывать о военном деле, а в сражениях не пренебрегать ученостью. Если управляющий провинцией, зная, что страна в мире, забывает об искусстве войны, то тактика и стратегия окажутся ненужными, воины станут изнеженными и потеряют интерес к тренировкам, мастерство исчезнет, оружия будет недостаточно, мечи, передававшиеся в семьях из поколения в поколение, заржавеют, и в случае опасности воспользоваться будет нечем. Если пренебрегать Бусидо, боевой дух иссякнет. Если вдруг возникнет угроза войны, поднимется паника и суета, не с кем будет держать военный совет, а выбрать стратегию окажется невозможно. Рожденный в доме полководца ни на мгновение не должен забывать об искусстве воина.

Поспевать Путь Воина — это не значит превозносить боевые искусства над всем остальным и превратиться в паникера.

Если же в военное время пренебрегать ученостью, то законы придут в упадок, в управлении воцарятся личный интерес и корысть, исчезнет подлинная любовь к членам клана и простому народу, и начнутся волнения. Обладая лишь отчаянной храбростью, даже на поле боя не будешь верен Пути. Если же ты не думаешь о своих воинах, преданных людей не останется.

Однако хозяину провинции не пристало думать, что совершенствоваться в мирных искусствах — значит просто читать много книг и писать стихи. Он должен познать Путь Истины, внимательно рассматривать каждое дело, быть справедливым, не совершать оплошностей и ошибок, уметь распознавать добро и зло, делать ясными награды и наказания и искренне любить людей. Кроме того, воспевать Путь Воина — это не значит превозносить боевые искусства над всем остальным. Это значит глубоко понимать военную стратегию, быть в состоянии навести порядок в своих владениях и покарать разбойников, тщательно обучать воинов, вознаграждать тех, кто проявил себя, и наказывать тех, кто совершил преступления, правильно оценивать мужество и трусость и не забывать о слове «битва» даже в мирное время. Превращать боевые искусства в самоцель и замыкаться в себе — непростительная самонадеянность. Не таким должно быть Бу-сидо властителя провинции или командующего.

В военной стратегии нашего клана нет ничего особенного. Ее основная сила — в четком исполнении приказов господина и главных вассалов и в единстве воинов. Боевой дух наших воинов будет тверд, как металл или камень, если в повседневной жизни ты будешь заботиться о своих вассалах и без сожаления раздавать награды тем, кто их заслуживает. Если подобным образом ты будешь относиться ко всем без исключения, то сердца верхов и низов будут в гармонии, а воины исполнятся отваги и решительности. И тогда победа окажется неизбежной.

Если полководец не обладает устрашающей силой, ему трудно вести за собой войска. Однако, если это понимать неправильно, то одностороннее пестование устрашающей силы принесет большой вред. Если под «устрашающей силой» подразумевать только запугивание всех и вся, высокомерное поведение в присутствии вассалов кланав, использование грубых слов по любому поводу, нежелание внимать увещеваниям других, упорство в собственных заблуждениях и упрямое пробивание своего мнения, то даже старшие вассалы упрекнут такого человека. Своими поступками он сам приведет себя к уничтожению. Если же относиться таким образом только к старшим вассалам, об этом узнают и все остальные воины. Когда воины просто боятся своего господина, они думают лишь о рангах и должностях, забывают о верности и не проявляют себя на службе. Если господин из гордости и самодовольства пренебрегает людьми, и самураи, и даже простые крестьяне покинут его. А это неизбежно приведет к утрате владений. Устрашающая сила в первую очередь означает благопристойность, этикет и четкое разграничение правильного и неправильного, наград и наказаний. Если не будешь горделив и не станешь запугивать людей, тогда и самураи, и простые люди не будут ни уважать тебя только из страха, ни презирать тебя. Ты обретешь естественную устрашающую силу.

Кроме того, не следует забывать о пополнении запасов в замке, неизменно, год за годом. Тогда уже через несколько лет наш клан станет процветающим, а через сто лет — соберет большую часть богатств всей области.

Нынешние мир и спокойствие не будут вечными. Через сто, сто пятьдесят или двести лет могут начаться волнения. Примеров тому в прошлом немало. Вот почему необходимо заранее составить план действий. Если страна окажется ввергнута в смуту, а у тебя мало запасов, будет трудно вести войну, достойно исполнять свой долг и защищать собственные владения.

Вы, мои потомки, должны идти по моим следам, придерживаться этих наставлений, накапливать богатства, вести себя сдержанно, быть гуманными с людьми, справедливыми в управлении и достойно продолжать традиции семьи. Тогда вся страна узнает о гуманности нашего клана и многие люди со всех земель придут к нам, а особенно те самураи, что постигли Путь ученого и воина и хотят оставить свое имя потомкам. Они умет выбирать себе господина, и без колебаний придут сюда, даже не будучи приглашенными. Наш клан сможет превзойти остальные и будет обладать богатствами и властью.

Однако, угнетать народ и забирать принадлежащее самураям ради того, чтобы быстро разбогатеть — значит разрушать основы существования клана. Драгоценные металлы и камни — не настоящие сокровища. Вашим подлинным сокровищем являются самураи и народ, будьте же добры и гуманны с ними. Не так уж необходимо без конца копить золото и серебро. Ведь несчастье не последует за богатством только тогда, когда оно добыто многолетними заслугами и подвигами.

И господин, и вассалы должны понять мои принципы, действовать согласно моим наставлениям и стараться избегать ошибок.

Возможно, среди моих потомков появятся такие, кто будет поступать несправедливо и эгоистично, кто не захочет слушать советов, кто станет своевольничать и нарушать мои предписания, кто будет неразумно тратить средства. Если такое случится/ старейшены кланов должны собраться вместе, сместить этого человека и выбрать на его место другого, более достойного, из числа моих потомков.

Я надеюсь, что главы дома поймут смысл моих наставлений и будут передавать их каждому из моих грядущих потомков. Пусть они постоянно и внимательно изучают эти предписания.

Моему сыну Тадаюки и главным васалам Нагамаса

«Пусть твои воины не поносят врага. Древняя пословица гласит: "Разбуди пчелу, и она набросится на тебя с яростью дракона"»