Борисов С. Б. Культурантропология девичества. Морфология и генезис девичьей составляющей cовременной неофициальной
детско-подростковой культуры

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 5. Девичьи магические практики


Существует немалое число девичьих практик, основанных на гипотетическом
вступлении в контакт с потусторонним миром. Рассмотрим их, предварительно
классифицировав.
5.1. Игры с «покойником» («Панночка померла»)
Эта магическая забава, по-видимому, навеяна фильмом «Вий» по одноименной
повести Н.В. Гоголя. Правила ее таковы. «Панночка» ложится на спину,
остальные девочки садятся на корточки и подставляют под лежащую
указательные пальцы рук. После этого все поочередно произносят примерно
следующий набор реплик: «Панночка померла. Будем ее хоронить? Нет, пускай
ее черти хоронят. Раз черт, два черт». После условленной последней фразы
участники «обряда» поднимают «панночку» на пальцах. Если участники не
выдерживают и начинают смеяться, задуманный подъем не получается. Принято
считать, что без участия « нечистой силы» поднять человека указательными
пальцами невозможно, На наш взгляд, при 4-6 участниках нагрузка на один
палец измеряется 3-5 килограммами, и в поднятии такой «тяжести» ничего
чудесного нет.
Не вдаваясь в подробный анализ, заметим, что в данной магической забаве
налицо все признаки сходства с распространенными в русской святочной
традиции играми в покойника (Чичеров, 1957), генетически восходящими к
«древнеславянским похоронным обрядам, обусловленным культом предков»
(Гусев, 1974, 55), и пронизанными, как показывают публикации 1990-х годов,
мощным зарядом вульгарного эротизма (РЭФ, 1995, 199, 212-214; Лурье, 1995,
34-37; Ивлева, 1994 и др.)
5.2. Девичьи практики, связанные с исполнением желаний
Различного рода обычаи, имеющие корни в магических представлениях, широко
распространены в современной девичьей культуре. Укажем выявленные нами
типы этих «низовых» магических практик.
5.2.1. Завязывание ниток или рисование на руке
«Девочки…загадывали желания по ниточкам… Например, одна девочка завязывает
ниточку на три узелка. На каждый узелок ты загадываешь желание. Затем
должна завязать трем другим девочкам, тогда твои желания сбудутся… Когда
последней завяжешь, она тебе должна порвать твою ниточку». В другом случае
вместо завязывания узелков девочки рисовали друг другу на руке
определенные «памятные знаки» (число, букву, цвет). Если «претерпевшая»
выполняла зашифрованные требования (увидеть столько-то машин такого-то
цвета и т.д.),то ее желание должно было исполниться.
5.2.2. Загадывание желаний на одновременное произнесение слова (»Мое
счастье»)
Эта «магическая забава» описывается многими респондентами. Заключается она
в следующем: если две девочки одновременно произносят одно слово, они
хватают друг друга за волосы и кричат: «Когда мое счастье?» или «Мое
счастье, когда придет?». Каждая называет дату и время исполнения желания
(«счастья») другой.
5.2.3. Загадывание желаний на проезжающие машины
Загадывают желание на число проехавших машин определенной модели
определенного цвета, на буквы и цифры номера. Увидев машину с двумя
одинаковыми соседними цифрами в номере (например, 2677), следует сказать:
«77, моя удача, никому не передача!» и загадать желание.
5.2.4. Загадывание желаний на найденный предмет (» Пача, пача, чья удача
?»)
Увидевшая первая (пустую) пачку сигареты закрывает ее ногой и предлагает
подругам отгадать марку: «Кто правильно назовет, у того и будет удача».
5.2.5. Загадывание желаний на выпадение ресницы
Предлагается отгадать, из какого глаза выпала ресница. Если спрашиваемая
угадывает, ее желание должно исполниться.
5.3. Девичьи медиумические практики («вызывания»)
Трудно с уверенностью назвать время, когда возникла и оформилась эта часть
девичьей культуры. Уверенно можно утверждать лишь то, что к 1970-м годам
она была достаточно хорошо развита и к концу 1990-х годов была широко
распространена. Рассмотрим выявленные разновидности «вызываний».
5.3.1. Вызывание Пиковой дамы
Первооткрывателем этого жанра выступил А.Л. Топорков, записавший в
1980-1984 гг. рассказы о Пиковой даме и ее вызываниях, и опубликовавший в
1992 году статью об этом жанре девичьей культуры (Топорков, 1992).
А.Л. Топорков полагает, что «значительную популярность Пиковая дама обрела
только во второй половине 1970-х годов, прежде всего в результате ее
вызывания при помощи зеркала», поскольку «от долгого, напряженного
всматривания в зеркало у участников вызывания, естественно, возникают
зрительные галлюцинации». Об обстоятельствах, целях и половозрастном
составе участников вызывания автор пишет следующее: «Вызывают как правило
в темном месте… чтобы задать какие-нибудь вопросы и просто пережить
чувство страха… В вызывании участвуют в основном дети школьного возраста,
чаще всего девочки 9-12 лет».
По мнению А.Л. Топоркова, «вызывание Пиковой дамы воспроизводит схему
девичьих гаданий о суженом» (подтверждение этому — использование зеркала,
свечей, время проведения, общая обстановка). В то же время автор
указывает, что «вызывание Пиковой дамы — преимущественно городское
явление»
В собранных нами материалах также встречаются указанные А.Л. Топорковым
зеркало и свеча. Свечу ставят напротив зеркала или, садясь напротив
зеркала, держат в руке. Зеркало используется более многообразно: к нему
подносят карту Пиковой дамы,его намазывают духами, кладут под нитку, на
нем помадой рисуется «домик с окошком и крестиком и лесенки».
Символика свечи и зеркала достаточно хорошо известна. Свеча — символ жизни
и судьбы. Относительно зеркала приведем цитату из статьи Н.И. Толстого: «И
зеркало, и… вода в колодце представляют собой, согласно народным
верованиям, границу между земным и потусторонним миром, этой и «той»
жизнью, окно в другой мир. В силу своей пограничности они…нужны для
некоторых действий, прежде всего для гаданий, так как через эту границу,
через это «окно» можно заглянуть в будущее» (Толстой, 1996, 28-29).
Рассмотрим другие атрибуты вызывания. К их числу относится нить, чаще
черного цвета. В нижеприведенном описании она выступает как средство связи
двух миров, и разрыв нити должен привести к восстановлению их взаимно
изолированного существования: «…Надо было натянуть двум девчонкам нить,
закрепив у себя на пальцах. Они залазили под одеяло на кровать… говорили
какое-то заклинание и ждали, пока на этой нитке проявится Пиковая дама… Ее
очень боялись, считали, что если в нужный момент не разорвать черную
нитку, дама может освободиться, и тогда все девочки, вызывавшие ее,
умрут». Нитку также прикрепляют к потолку, по натянутой нитке водят
картой, кроме того применяют еще такой способ: « натягивали черную нитку
на иголку, прикалывали или привязывали карту с пиковой дамой».
Еще одним частым элементом вызывания является карта «пиковой дамы». Ею
могут водить по нити, ее могут протыкать иголкой, подносить к зеркалу
изображением внутрь, подвешивать к веревке. Помимо собственно гадальной
семантики «пиковой дамы», означающей недоброжелательство, а также
коннотаций, связанных с пушкинской повестью, оперой П.И. Чайковского и
снятым в 1970-е годы фильмом, следует указать и на более общий
семантический фон, связанный с феноменом игральных и гадальных карт. Речь
идет о категории человеческой судьбы, которая испытывается в карточной
игре и о которой вопрошается в карточных гаданиях. Поэтому то
обстоятельство, что в гаданиях не просто эксплуатируется литературный
образ Пиковой дамы, но и используется игрально-гадальная карта, может быть
интерпретировано как подтверждение наличия в обряде фаталистической
составляющей.
Укажем, наконец, на почти неизменное использование в вызываниях такого
классического магического приема как «заклинание»: «Пиковая дама, появись,
появись, покажись, покажись», «Пиковая дама, выходи, всю правду
расскажи».В одном случае указывается, что для разрыва контакта следует
сказать: «Пиковый король, помоги».
В последние годы все чаще встречаются сообщения о том, что вызывания
Пиковой дамы производятся вне жилого помещения — в подъезде, в кладовке.
Неотъемлемым компонентом девичьей культуры вызываний Пиковой дамы являются
рассказы о зловещем поведении Пиковой дамы. Вот несколько суждений,
относящихся к данной теме: «Если она придет, то у нее можно будет спросить
свое будущее, а если ты ей не понравишься, то она тебя задушит. У нее
большие когти, и она проткнет тебе шею»; «Помню, что во дворе
рассказывали, как будто она пришла к какой-то девчонке, та ей «спасибо» не
сказала, и девчонка потом три дня разговаривать не могла (она у нее голос
забрала). Та ходила, ревела да тряслась. Или еще у другой девчонки были
волосы красивые, густые, а после Дамы стали выпадать напрочь». Пиковая
дама в этой девичьей мифологии выступает как средоточие отрицательных
женских культурных — прежде всего фольклорных — образов (Бабы-Яги, злой
колдуньи).В жанровом отношении эти рассказы можно отнести к быличкам —
устным рассказам о сверхъестественных событиях с установкой на
достоверность.
Погружение в смысловую толщу этого «былично-мифологического континуума»
практически исключает формирование у девочек психологической готовности
идти до конца в проведении обряда вызывания. Чаще всего он завершается,
едва кому-то покажется, что в зеркале что-то мелькнуло или участницы
услышат какой-нибудь «подозрительный» звук.
Таким образом, вызывания Пиковой дамы представляют собой действо,
включающее в себя семантику контакта с миром потустороннего, вопрошание о
судьбе и тесно связанное со святочными любовными гаданиями девушек и
сказочно-быличной фольклорной традицией.
5.3.2. Вызывание девичьих персонажей европейской литературно-сказочной
традиции
Вызывание «девичьих» персонажей европейского литературно-сказочного
происхождения, не имеющих, в отличие от Пиковой дамы, изначально заданной
негативной маркировки, следует, на наш взгляд, выделить в особую рубрику.
Источником их появления в русской девичьей среде являются, по-видимому,
как книги и мультфильм, так и включение их в тезаурус дошкольных
воспитательных учреждений.
Из всех атрибутов вызывания наиболее часто встречается нитка. Так,
вызывание Дюймовочки состоит в следующем: «Берется свеча, выключается
свет, двое держат нитку и зовут Дюймовочку. Она придет и потянет нитку».
То есть в данном случае важно не исполнение какого-либо желания, а
подтверждение наличия «иного мира» и возможности установления с ним
элементарного контакта.
Роль медиатора между двумя мирами играет нить и в вызывании Красной
Шапочки: «…берется стакан воды, белая нитка опускается в стакан. Когда
нитка заблестит, нужно загадать желание и перерезать нитку». Обращает на
себя внимание цвет нити — белая, тогда как при вызывании Пиковой дамы, как
правило, использовалась нить черного цвета, а также характерный жест —
перерезание нити как ритуальное прекращение контакта.
Золушка в имеющихся у нас описаниях может выступать как репрезентант
«иного мира» («К ручке двери привязывалась длинная нить и опускалась на
пол. В полночь по этой нитке опускалась Золушка»), как верификатор его
существования («…Вечером зажечь две свечи на столе… Затем положить под
подушку бусы, на стол расческу, косметику, зеркало, заколки… Наутро
посмотреть, все ли вещи на месте. Если вещи сдвинуты, то Золушка
приходила…»).
5.3.3. Вызывание гномиков
В вызываниях гномиков — представителей европейской сказочно-мифологической
традиции — применяются нитка («обвязали ножки стола нитками, то есть по
кругу, на середине нитки привязали конфету…») и зеркало («взяли зеркало,
зубной пастой его намазали и положили его в темное место, сами спрятались
за шкаф… вышли, достали зеркало, там оказались следы гномика (следы от
мизинцев)»). Часто гномики вызываются с помощью еды — конфет, печенья,
хлеба. Для вызывания особой разновидности гномика — гномика-сладкоежки —
нужны, как правило, только конфеты. Иногда кладутся фантики «от конфет
повкусней» и ожидается, что вместо фантиков появятся конфеты.
Встречаются сообщения о гномике-любовнике и гномике-матершиннике.
Последний вместо использованной жевательной резинки должен принести
свежую.
5.3.4. Вызывание чертика, домового, русалки, бабки
В записях существуют указания на вызывания «русских» демонологических
персонажей — чертика, домового, русалки (с помощью нити, свечи, стакана с
водой). К этому же классу существ мы отнесем и «бабку», существующую, как
и гномик, в двух ипостасях — «бабки-матершинницы» и «бабки-конфетницы».
Таким образом, медиумические практики (вызывания) являются важнейшей
частью современной девичьей культуры. С одной стороны, они наследуют
традиционным девичьим любовным гаданиям, а с другой стороны, они
используют «достижения» городских эротически нейтральных медиумических
практик. Одновременно они включают в себя весь доступный материал
литературной и фольклорной мифологии, попадающей различными путями в
детско-девичью среду. Попадая в девичий мир, литературно-фольклорный
материал обрастает добавлениями, а «изнаночность» мира, вызываемого на
контакт, побуждает включать признак антиповедения (Успенский, 1994,
320-332) в название персонажей («гномик-матершинник» и
«бабка-матершинница»).
5.4. Девичьи гадания
В современной девичьей среде бытуют две основные разновидности любовных
гаданий — гадания «традиционного типа», которые правильнее было бы назвать
«гаданиями на замужество», и гадания школьные. Рассмотрим их в особых
подразделах.
5.4.1. Гадания «традиционного типа»
В современных девичьих практиках нам встретились следующие гадания
«традиционного типа».
5.4.1.1. Гадание (с валенком) на «сторону», в какую выйдешь замуж. Девушки
поочередно бросают валенок (сапог) на дорогу и по направлению «носка»
валенка узнают сторону, в какую выйдут замуж. Гадание это относится к
числу «классических» святочных гаданий и встречается в русской среде не
менее двухсот лет (Абевега; Максимов, 1903, 268; Смирнов, 1927; Зеленин,
1927, 405; Сахаров, 1997, 123)
5.4.1.2. Гадание (со сжиганием нити) на быстроту и очередность выхода
замуж. Оно заключается в том, что девушки отрезают нити одинаковой длины и
поджигают их. «У кого вперед догорит нитка, тот первый окажется замужем»;
«Если нитка потухала сразу и меньше половины сгорало, то замуж не
выйдешь».
Нам не удалось отыскать среди описанных этнографами традиционных девичьих
гаданий в точности такое же. Однако у Забылина встречается следующее
описание: «Насолят нитку, к ней кольцо привяжут, а другим концом вверх к
чему-нибудь закрепят…Нитку подожгут, пока она горит, кольцо не падает, вот
и смотрят в него — показываться должно» (Забылин, 1880)
5.4.1.3. Гадание (с кольцом или иглой) на пол будущего ребенка. С кольцом
или иглой проделывают определенные действия (кольцо опускают в стакан с
водой, иглой протыкают шерстяную ткань), затем, подвешенное на волоске или
нитке, медленно опускают возле руки того, на кого гадают. Если предмет (
кольцо, игла) начнет совершать круговые движения — родится девочка (реже —
мальчик), если маятникообразные — мальчик (реже — девочка), если предмет
не движется — детей не будет.
5.4.1.4. Гадание (с выбором предмета) на «качество» жизни и жениха. В
миску, блюдце или валенок кладутся предметы, девушки выбирают их. Выбор
предмета символизирует будущую жизнь: зола –плохая жизнь, сахар — сладкая
жизнь, кольцо — выход замуж, луковица — к слезам, рюмка — веселая жизнь,
золотое кольцо — богатая жизнь и т.д. Другое, основанное на идее
«судьбоносной случайности» гадание, осуществляется, как правило, с
петухом. В одну тарелку насыпается зерно (или кладутся деньги), в другую
наливается вода, рядом кладется зеркало, иногда приносятся курица. Петух,
подошедший к зеркалу, символизирует красоту и нежность будущего жениха,
подошедший к зерну или деньгам — его богатство, к воде — склонность к
пьянству, если петух подходит к курице, значит, жених будет «бабником».
Гадания с петухом, в которых используются кольца (медное, серебряное и
золотое), вода, хлеб и уголь, достаточно хорошо известны и описаны в
этнографической литературе (Максимов, 1903, 268; Забылин, 1880, 16-17).
5.4.1.5. Гадание (на лай собаки) о возрасте жениха. После определенных
действий участницы гадания прислушиваются к лаю собаки. «Хриплый лай сулит
старого жениха, а звонкий — молодого. Это гадание также известно из
этнографической литературы (Максимов, 1903, 270; Смирнов, 1927; Зеленин,
1927, 404).
5.4.1.6. Гадание о судьбе по теням. Этот вид гадания в силу своей простоты
весьма распространен в современной девичьей среде. Девушка поджигает
смятый ею бумажный лист, а затем рассматривает тень от сгоревшей бумаги. В
этом гадании присутствует и брачная тематика («И мы на стене увидели
силуэт деревьев, леса. Это означало свободу, что я не выйду замуж. Оно так
и оказалось»).
5.4.1.7. Гадание с кольцом на вызывание образа будущего жениха. В стакан с
водой девушка брросает обручальное кольцо и вглядывается внутрь кольца,
приговаривая (иногда) слова: «Суженый (мой), ряженый…». Это гадание также
относится к числу традиционных (Смирнов, 1927).
5.4.1.8. Гадание с зеркалами на вызывание образа будущего жениха. Это
хорошо известное из литературы гадание (Абевега, Смирнов, 1927) нередко
используется и сейчас. Девушка садится в темноте между двумя зеркалами,
зажигает свечу и начинает вглядываться в «галерею отражений»,надеясь
увидеть своего жениха. По замечанию И.П. Сахарова, «гадание в зеркале не
принадлежит к кругу изобретений русских ворожеек; оно перешло в наше
отечество из других земель. Суеверные греки, получившие это завещание от
древней восточной жизни, осуществляли его своими таинствами, приноравливая
к разным обстоятельствам, и потом, вместе с просвещением, передали его
разным народам» (Сахаров, 1997, 115). В других случаях в зеркало смотрят
через стакан или графин с водой или же наблюдают в нем находящуюся за
спиной дверь.
5.4.1.9. Гадание с вызыванием сна про суженого. Чрезвычайно
распространенный тип гадания. Ложась спать, девушка должна осуществить
определенное магически окрашенное действие (положить под кровать матери
сковородку, положить себе под подушку расческу, лечь на новое место и
т.д.) и произнести заклинание: «С понедельника на вторник я гляжу на
подоконник, кто мечтает обо мне, пусть приснится мне во сне»; « Приди,
милый, к теще на блины», «Суженый, ряженый, расчеши меня»; « На новом
месте приснись жених невесте»). Приведенные заклинания в принципе
аналогичны тем, которые были зафиксированы более полувека назад: «Ложусь
на понедельник, кладу в сголовье ельник, приснись тот мне, кто думает обо
мне» (Смирнов, 1927, № 210)
Часто отмечаются респондентами гадания с колодцем, сложенным из спичек:
«Мы с сестрой строили колодец из спичек. Нужно закрыть колодец ключом, и
ключ положить под подушку. Кто придет за ключом, тот и суженый». Данное
современное гадание, несомненно, восходит к русскому гаданию с запиранием
настоящего колодца: «Ночью, перед тем как ложиться спать, девушка запирает
колодец на замок (ко многим колодцам поверх сруба приделывается деревянная
крышка) со словами: «Суженое-ряженое, приводи коня поить, у меня, у
красной девицы, ключа просить». Ключ на ночь она кладет себе под подушку.
Увидишь во сне, как жених придет просить ключа от колодца, чтобы напоить
коня» (Смирнов, 1927). О редукции данного обряда писал Ю.М. Соколов:
«…Первоначальная форма гадания требовала, чтобы девушка, желающая увидеть
во сне жениха, запирала на замок колодец со словами: «Суженый, ряженый,
приходи ко мне за ключом (от колодца) коня поить»; затем стали делать из
лучинок модель колодца и класть ее под подушку; далее ограничивались лишь
тем, что под подушку клали какой-нибудь ключ, наконец, все гадание было
сведено к произнесению словесной формулы. Так закономерно совершается
переход об обрядового синкретизма к обособленному словесному творчеству»
(Соколов, 1941, 490).
Еще одно современное гадание с вызыванием сна: «…пишем имя юноши на клочке
бумаги, целуем это слово накрашенными губами ( чтобы остался след), ложили
на зеркальце маленькое и под подушку». Оно также имеет параллели в
традлиционных русских гаданиях: « На 17 декабря кладут под подушку три
лавровых листка. На одном пишут — «Ананий», на лругом — «Азарий» и на
третьем — «Мисаил». Должен привидеться суженый» (Смирнов, 1927).
5.4.1.10. Гадание на имя (юноши) с наматыванием нити на палец. В отличие
от ранее описанных гаданий, настоящее не включено в особый хронотоп
(святки, отход ко сну, атмосфера таинственности и т.д.). Оно
осуществляется «по случаю»: как только девушка находит у себя на одежде
нитку, она наматывает ее на палец. На каждый оборот отсчитывается одна
буква алфавита. Различными правилами устанавливается отношение
«выявленной» буквы (по числу полных витков) к имени, фамилии или отчеству
«угадываемого». Кроме того, по цвету найденной нитки умозаключают о цвете
волос «жениха». Этот вид «повседневного» гадания практикуется с самого
раннего, 7-8-летнего, возраста до «зрелых» студенческих лет.
Рассматривая корни этой гадальной практики, мы можем вспомнить сообщение
Геродота об обычаях скифов: «Энареи — женоподобные мужчины… гадают… при
помощи липовой мочалы. Мочалу эту разрезают на три части и полоски
наматывают вокруг пальцев, а затем вновь распускают и при этом произносят
предсказания». Русский ученый В.С. Миллер усматривает сходство этого не
вполне ясного описания с наблюдавшимся им самим обычаем знахарей Осетии.
Знахарка, приходя к больному, завязывает на куске холста узел и начинает
отмеривать длину куска в локтях. При этом она называет подозреваемых в
причинении болезни духов. До определенного имени у нее выходит одно и то
же число «локтей», когда же доходит очередь до того духа, которого ворожея
желает обвинить, она быстро передергивает и получает другое число. Тем
самым причина зла, а значит и средство от него обнаружены (Дюмезиль, 1976,
38-39). Таким образом, современная девичья гадальная практика, не имеющая
аналогов в записях традиционных сельских обычаев, перекликается со
скифскими и осетинскими гадальными обрядами.
5.4.1.11. Гадание на спичках. По бокам спичечной коробки вставляются две
спички и поджигаются. Если сгоревшие головки будут обращены друг к другу,
значит «загаданные» парень и девушка будут вместе. Существует аналогичное
гадание, зафиксированное более полувека назад: «Зажигают… спичку и…
втыкают ее горящим концом в носок валеного сапога…Спичка или уголек от нее
после горения наклоняется в какую-либо сторону; куда наклонится спичка или
уголек, туда и выйдешь замуж…» (Смирнов, 1927, №143)
5.4.1.12. Гадание на характер по волосу. Это чрезвычайно распространенное
гадание у современных девушек: «Девочка выдергивает волосинку и проводит
по ней двумя ногтями, если она круто завьется «пучком» — значит, ты
вредная, если волнисто — добрая, если никак — упрямая и ленивая».
5.4.2. Девичьи графические («школьные») гадания
В эту рубрику входят разного рода письменные гадания, практикуемые обычно
в школах. Они, как представляется, являются продуктом синтеза
математической, рационалистической модели мировосприятия и
традиционно-магических представлений. Их изложение требует, как правило,
приведения графических изображений.
5.4.2.1.Составление графика. Одно под другим пишутся имена, отчества и
фамилии гадающей и того, на кого гадают. Затем вычеркиваются совпадающие
буквы, после чего составляются «графики» двух фамилий. Если в конце линии
фамилий сойдутся, то и их «прототипы» будут вместе.
5.4.2.2. «Клетки в сердце». « Рисуешь левой рукой сердце на бумаге в
клеточку, загадываешь парня, потом обводишь клетки так, чтобы они не
касались контура сердца. Затем высчитываешь в порядке «../». В этом
гадании существуют свои обозначения… Результат смотришь по последним 4-м
клеткам, например: «…/» — любит, «/…» — думает, « /..» — скучает, «/.» —
интересуется».
5.4.2.3. «Лурнист» — распространенное гадание, существующее по меньшей
мере с 1970-х годов: в результате определенных операций с разного рода
сведениями выявляются имеющиеся на данный день чувства объекта гадания к
гадающей: «Любит, Уважает, Ревнует, Ненавидит, Испытывает, Страдает,
Тоскует». Есть основания считать, что такого рода гадание восходит к
традиционному гаданию с ромашкой, когда каждый лепесток означает
какое-либо отношение «загадываемого» к гадающей ; «любит, не любит,
плюнет, поцелует, к сердцу, прижмет, к черту пошлет»
Список гаданий можно умножить. Но даже приведенные гадания свидетельствуют
о том, что, во-первых, в современной девичьей среде гадания занимают
весьма устойчивое место, а во-вторых, в значительной мере они укоренены в
традиционных русских или иных гадальных практиках.
5.5 Любовно-магические практики (привораживания)
Известный этнограф и историк религии С.А. Токарев писал: «Вообще приемы
половой магии чрезвычайно однообразны и в большинстве случаев очень
несложны всюду, начиная от самых отсталых и высокоцивилизованных народов.
Привораживания и отвораживания, присушки и отсушки, приворотные зелья и
заговоры — весь этот нехитрый и немногочисленный инвентарь средств
эротических обрядов в какой-нибудь дореволюционной русской деревне мало
отличался от приемов, употребительных в Меланезии» (Токарев, 1990, 124).
Подтверждением того, что современные девушки всерьез верят в возможность
привораживания, являются дневниковые записи. В дневнике 16-летней девушки
читаем: «…Я не могу больше так. Буду его привораживать»; аналогичная
запись — в другом дневник девушки того же возраста: «Вот возьму и
«приворожу»,тогда хочешь-не хочешь никуда не денешься…Я вот опять все
думаю, если приворожу… Вдруг это ему плохо будет».
Рассмотрим принятые в современной девичьей среде практики любовного
привораживания.
5.5.1. Привораживания, рассчитанные на поглощение пищи
В рамках привораживаний с поглощением можно выделить несколько
разновидностей
5.5.1.1. Добавление в пищу выделений организма (менструальной и обычной
крови, слез). Этот вид привораживания, как нам представляется, хорошо
известен в современной девичьей среде. Вот несколько цитат из сообщений
наших респондентов: «Слышала, что если в питье или конфету добавить
несколько капель менструальных выделений, дав это парню, и он тоже тебя
полюбит»; «…в молоко добавляются пять капель месячных кровей женщины и
подают мужу…»; «…чтобы привязать к себе навечно парня, нужно девушке взять
и накапать ему в питье 3 капли своей менструальной крови… Я, естественно,
пробовала этот приворот…».
Привораживание с помощью менструальной крови не является «русским девичьим
изобретением» последних десятилетий. С давних пор оно распространено у
многих народов. Г. Фреймарк в работе «Оккультизм и сексуальность»,
написанной в начале ХХ века, замечает: « Все, что имеет какое-нибудь
отношение к половым органам, эксплуатируется в интересах колдовства. На
первом месте здесь, конечно, стоит менструальная кровь женщины». Он
приводит примеры использования менструальной крови в любовной магии:
«Узулка (по-видимому, представительница какого-то народа в неудачном
переводе с немецкого — С.Б.) умеет пользоваться… менструальной кровью
своей. Она вливает обыкновенно в настойку пару капель воды, в которой
вымывает свои грязные рубахи, и этой-то настойкой она угощает своего
возлюбленного. При этом она тайно причитывает: «Подобно тому, как эта
кровь пристала к моей рубахе, пусть сердце твое прильнет ко мне в вечной
любви…». Мадьярская девушка… пользуется менструальной кровью в качестве
вернейшего средства для пробуждения любовной страсти. Она проливает
несколько капель ее на печенье или фрукты, которыми затем угощает молодого
человека… Южная славянка обмакивает сахар в менструальной крови и
заваривает его в каком-нибудь блюде, которое подает своему возлюбленному»
(Фреймарк, 1994, 76-77, 83, 93 ).
«Наиболее распространено у восточных славян, — замечает А.Л. Топорков, —
привораживание с помощью пищи или питья, которое дают особе
противоположного пола… подмешав… кровь (особенно менструальную), пот и
т.п.» (Топорков, 1995б, 249). В подтверждение сказанному уместно сослаться
на материалы Этнографического бюро князя В.Н. Тенишева по Владимирской
губернии (XIX век), где имеется указание на существование следующего
«суеверного средства приворота»: «…девушки угощают парней лепешками,
сделанными на воде после мытья сорочки или после месячных очищений»
(Тенишев, 1993, 136).
Помимо менструальной крови нам встретилось сообщение об использовании в
целях привораживания и обычной крови (из пальца).В своей работе Г.
Фреймарк замечает: «Вместо менструальной крови очень часто употребляется
кровь, выжатая из пальца» (Фреймарк, 1994, 83).
К описанным выше средствам примыкает привораживание, использующее другое
«выделение» организма — слезы: «Отрезать кусочек платка, которым ты
вытирала слезы, и сжечь его, дать мужу или любимому в пище, чтобы он
съел».
5.5.1.2. Использование пищевых добавок (соли). Этот способ, заключающийся
в «пересаливании пищи любимого», на наш взгляд, восходит к применению в
любовной магии слез. А.Л. Топорков считает иначе: «…соль, как и другие
виды пищи широко применяется в любовной магии, причем по признаку
«солености» сближается с человеческим потом (Топорков, 1995в, 365).Как бы
то ни было, в обоих случаях соль семиотически уподобляется телесным
выделениям, использование которых в сфере магии занимает главенствующее
положение. Е. Кагаров указывал на существование свадебного обряда лизания
молодыми соли, объясняя его тем, что «соль повышает половую силу и
способствует беременности» (Кагаров, 1929, 176).
5.5.1.3. Наговаривание на пищу привораживаемого. В нашем распоряжении
имеются указания на наговор на конфету и пряник. Наговор на пищу является
обычнейшим видом любовной магии, об этом, в частности, пишет А.Л.
Топорков: «Наиболее распространено у восточных славян привораживание с
помощью питья или пищи, которое дают особе противоположного пола,
произнеся над ним специальный заговор…» (Топорков, 1995б, 249)
5.5.1.4. Поглощение жидкости привораживающим. Нам встретилось две основных
разновидности привораживаний такого рода. Первая предполагает
использование чистой воды и мысли (желания): «Нужно загадать имя парня,
который тебе очень нравится… и выпить 4 стакана чистой воды, думая о
парне…». Вторая предусматривает добавление в выпиваемую жидкость пепла от
сожженного предмета. Этим предметом может быть лист бумаги или сигарета,
на которых предварительно пишется имя любимого, а также фотография
привораживаемого.
5.5.2. Привораживания с использованием волос
В сообщениях указывается целый ряд способов привораживаний с
использованием волос: обмотать волосы привораживаемого вокруг пуговицы;
вставить волосок парня в хлеб: «сохнет хлеб — сохнет парень по девчонке»;
волос парня и девушки завернуть в платок, зарыть в землю и ждать, пока
сгниет платок. Волосы используются также в привораживаниях с помощью
фотографии.
Использование в современной русской девичьей магии волос объясняется,
по-видимому, существованием «обширного комплекса представлений, согласно
которым волосы обладают определенной «энергетической емкостью» — будь то
энергия эротическая, магическая, колдовская или просто физическая мощь
(что, в сущности говоря, не поделено никакими четкими границами)»
(Неклюдов, 1977, 217). Соответственно, в магии отрезанные волосы (как и
ногти, пот, слюна) воспринимаются как заместитель (двойник) человека
(Толстой, Усачева, 1995, 105-106).
Неудивительно, что использование девушками волос в любовной магии
отмечается у многих народов: «Хорватские девушки верили, что они смогут
приворожить молодых людей, если незаметно подложат свои волосы в пищу
избранников» (Толстой, Усачева, 1995, 105-106). В Новгородской губернии
девушки привораживали парней следующим образом: «Брали два волоса, один
свой, другой парня, свивали их вместе со словами: «Как эти два волоса
дружно свились, так бы и мы с рабом божиим (имя) дружно сжились»; затем
замазывали их глиной куда-нибудь в печь: “Как в этой печке жарко, так бы и
рабу божьему такому-то было бы меня жалко”». Существует украинское
поверье, согласно которому ведьмы жгут на огне волосы человека, отчего их
возлюбленный поднимается в воздух и летит к ним, как птица (Топорков,
1995б, 249-250).
О привораживании при помощи волос «любимого» сообщает и Г. Фреймарк:
«Мадьярская девушка, — пишет он, — закапывает волосы своего возлюбленного
у порога его дома». «Среди южных славян, — продолжает он, — широко
распространено следующее средство: несколько волос,принадлежащих любимому
человеку, заворачивают в маленькую тряпочку и носят их на голом теле, под
самым сердцем. Для того чтобы возлюбленный пришел, достаточно в первый
день новолуния бросить эти волосы в огонь и сжечь их» (Фреймарк, 1994,
83-84).
Таким образом, использование волос в современных девичьих привораживаниях
имеет весьма мощные корни в европейской и, в частности, восточнославянской
(и конкретно русской) магической традиции.
5.5.3. Привораживание с использованием нитки и иголки
«Проткнуть палец булавкой, кровью смочить ниточку, вдернутую в иголку,
иголку (незаметно) бросить в парня, чтобы иголка воткнулась в одежду и
крикнуть (шепнуть): “Бегай за мной, как нитка за иглой”».
С.А. Токарев, характеризуя приемы любовной магии у восточнославянских
народов, в частности, замечает: «Эти приемы обычно очень несложны, тут и
передача полового влечения… через иглу и нитку… с непременным
произнесением заговора» (Токарев, 1990, 124).Стало быть, и современные
девичьи привораживания, использующие иголку и нитку, восходят к
восточнославянской любовно-магической традиции.
5.5.4. Привораживание, связанное с дверью, порогом, жилищем, следом
«…К его квартире перед порогом положить прутик»; «купить в церкви крестик…
и в полночь вбить в землю в передний правый угол дома… человека, которого
привораживаешь»; «взять любую вещь мужчины, вымыть ей пол и положить под
порог»; под рождество размести дорожку до дома привораживаемого и посыпать
сосновыми иголками»; смешать с золой вырезанные из снега следы
привораживающей и привораживаемого, «эту смесь кинуть ему под ноги и идти
домой. Возле дома высыпать половину возле ворот, а оставшуюся часть —
возле крылечка»; под рождество размести дорожку из дома привораживаемого и
посыпать сосновыми иголками.
5.5.5. Привораживания со сжиганием написанного
В сообщениях отмечено две разновидности данного рода привораживаний.
Первая: на листе пишется текст, связанный с привораживаемым, затем он
сжигается. Вторая: на сигарете пишется имя привораживаемого, сигарета
выкуривается.
5.5.6. Привораживание с использованием изображений (фотографий или карт)
В сообщениях указывается множество способов использования фотографий в
привораживании: сложить фотографии привораживаемого и привораживающей
лицом к лицу,перевязать, произнести заклинание; приклеить фотографию
привораживаемого на косяк двери, стук по двери должен передаваться на
сердце парня; зарыть фотографию на кладбище; прикрепить фотографию на
потолок над кроватью; проткнуть иголкой область сердца на фотографии;
положить фотографию под подушку. Имеются также указания на использование в
привораживании игральных карт: прикрепить «вальта» к потолку над кроватью;
проткнуть иголкой место сердца «короля».
5.5.7. Эпистолярные любовно-магические практики
В 1980-1990-е годы большое распространение в девичьей среде получили т.н.
«письма любви». Тексты четырех таких писем (1980-1998 гг.) приведены в
публикациях Е.Н. Пономаревой (Пономарева, 1999).
Структура писем выявляется достаточно легко. В полном варианте обязательно
указывается название «игры» («Счастье», «Мир и молодежь», «Индия» «ВИА» и
т.д.), сведения о ее «происхождении» («Игра началась в 1949 году во
Франции»; «Ирина Вершина, взрослая девушка, придумала эту игру в 1910
году» ; «Игра “Чей” была опубликована в “Крестьянке”… Началась она во
Франции») и «доказательства» ее «научности» («Это все правда, проверено
дочерью ученого»; «Если ты не веришь, то посмотри в журнале “Крестьянка” №
3 за 1987 год»).
Кроме того, сообщается о том, что игра «ходит по свету» или «должна обойти
весь свет». Далее предлагается, во-первых, не оставлять письмо у себя и не
уничтожать его под угрозой неминуемой кары; во-вторых, не сообщать о
письме мальчикам; в-третьих, переписать письмо определенное число раз (от
3-4 до 30 и более) и отправить по соответствующему числу адресов;
в-четвертых, осуществить определенные магические процедуры. Наконец,
сообщается, что в случае исполнения всего вышесказанного, через некоторое
число дней «что-то должно произойти», кроме того спустя определенное время
желанный мальчик должен проявить любовно-дружеские чувства («предложит
дружбу», «признается в любви»; «напишет письмо»)
Отношение девочек к получению подобных писем бывает двояким. В одном
случае девочки верят в «благотворное» магическое действие письма
(«…“святые письма любви”… переписывали по несколько раз, отсылали другим и
загадывали желание. После этого ждали чуда, что мальчик, про которого
загадали желание, посмотрит или предложит дружбу»); в другом случае лишь
угроза несчастья заставляет девочек переписывать письма («…надо было
переписать их 5 раз, а где даже 20 раз. Я всегда сидела и писала, так как
в них говорилось, что если не напишешь, то будет несчастье, я этого
боялась»), а затем распространять их («Переписав их, надо было раздать, и
вот проблема: как? Давать в руки — никто не берет. Я так же, как и другие,
подкладывала их в раздевалке или на перемене, пока никого нет в классе, в
сумку, тетрадь или учебник»). Самые сообразительные избавлялись от писем
другим способом: «…По почте приходили… “письма счастья”… Уничтожать,
рвать, жечь их нельзя, чтобы не накликать на себя беду. Мы их просто
перекладывали в другой почтовый ящик». Лишь с возрастом (и опытом)
приходит понимание того, что все это «чушь, ерунда», и получаемые письма
начинают уничтожать.
В публикациях, посвященных «письмам любви», по-разному оценивается их
природа. Е.Н. Пономарева полагает, что это — «почтовая игра»,
разновидность «письменного детского фольклора». Нам ближе позиция А.А.
Панченко, определяющего «письма счастья» как разновидность жанра
«магических писем». При этом оба автора указывают на сходство девичьих
«писем любви и счастья» с т.н. «святыми письмами» (в них также
предлагается переписать письмо, указывается срок «счастья», запрещается
оставлять письмо у себя и т.д.). Е.Н. Пономарева, кроме того, обращает
внимание на то, что «почтовые игры» отчасти «напоминают письменные
заговоры» (Пономарева, 1998, 41-43; 1999, 10-11; Панченко, 1998, 175-177).
Мы же хотим обратить внимание на формальное сходство «писем любви» с
денежными «почтовыми пирамидами», имевшими место в 1970-х годах
(предлагалось отправить почтовым переводом деньги на указанный адрес и
подвигнуть на подобные действия еще некоторое количество энтузиастов;
обещалось через определенное время получение солидной суммы денег почтовым
переводом) и «открыточными» «почтовыми пирамидами» (вместо
любовно-дружеского вознаграждения обещалось получение несметного числа
открыток).
Таким образом, девичьи «письма любви и счастья» можно считать продуктом не
только магической традиции (письменных заговоров и «святых писем»), но и
пока не получившей научного освещения традиции «почтовых афер».
Все изложенное в настоящей главе показывает, что практика гипотетических
контактов с миром сверхъестественного — в виде медиумических, гадальных,
привораживающих и иных «волшебных» практик является неотъемлемой частью
современной девичьей культуры.