Верования и праздники древних славян

                          Доклад по обществознанию
                                   на тему
                           «Верования и праздники
                               древних славян»



                                  Введение.
      В славянских сказках встречается множество волшебных персонажей – то
ужасных и грозных, то таинственных и непонятных, то добрых и готовых
помочь.  Современным людям они кажутся причудливым вымыслом, но в старину
на Руси свято верили, что в чаще леса стоит изба Бабы Яги, в суровых
каменных горах обитает змей, похищающий красавиц, считали, что девушка
может выйти замуж за медведя, а конь умеет говорить человеческим голосом.

      Такая вера получила название язычество, т.е. «народная вера».

      Славяне-язычники поклонялись стихиям, верили в родство людей с
различными животными, приносили жертвы божествам, населяющим все вокруг.
Каждое славянское племя молилось своим богам. Единых для всего славянского
мира представлений о богах никогда не существовало: поскольку славянские
племена в дохристианское время не имели единого государства, они не были
едины в верованиях. Поэтому славянские боги не связаны родственными
отношениями, хотя некоторые из них и очень похожи друг на друга. Созданный
при Владимире Святославовиче языческий пантеон – собрание основных
языческих богов – также нельзя назвать общеславянским, в основном он
состоял из южнорусских божеств, причем их подбор не столько отражал
действительные верования киевлян, сколько служил политическим целям.



                             Звериные божества.
         В далекую эпоху, когда основным занятием славян была охота, а не
земледелие, они верили, что дикие животные – их прародители. Славяне
считали их могущественными божествами, которым следует поклоняться. У
каждого племени был свой тотем, т.е. священное животное, которому племя
поклонялось. Несколько племен своим предком считали Волка и почитали его
как божество. Имя этого зверя было священным, его запрещалось произносить
вслух, поэтому вместо “волк” говорили лютый, а себя называли “лютичи”. Во
время зимнего солнцестояния мужчины этих племен надевали волчьи шкуры, что
символизировало превращение в волков. Так они общались со звериными
предками, у которых просили силы и мудрости. Волк считался могущественным
защитником племени, пожирателем злых духов. Языческий жрец, совершавший
охранительные обряды, также одевался в звериную шкуру. С принятием
христианства отношение к языческим жрецам изменилось, и потому словом
«волкодлак» (т.е. облаченный в длаку – волчью шкуру) стали называть злого
оборотня, позднее «волкодлак» превратилось в «вурдалак».

         Хозяином языческого леса был медведь – самый сильный зверь.  Он
считался защитником от всякого зла и покровителем плодородия – именно с
весенним пробуждением медведя древние славяне связывали наступление весны.
Вплоть до ХХ в. многие крестьяне хранили в домах медвежью лапу как талисман-
оберег, который должен защищать своего владельца от болезней, колдовства и
всевозможных бед Славяне полагали, что медведь наделен большой  мудростью,
почти всеведением: именем зверя клялись, а нарушивший клятву охотник был
обречен на гибель в лесу.

       Миф о Медведе  - хозяине леса и могущественном божестве – сохранился
в русских сказках. Истинное название этого зверя-божества было столь
священным, что не произносилось в слух и поэтому не дошло до нас. Медведь-
это прозвище зверя, означающее  «недоед », в слове «берлога» сохранился и
более древний корень – « бер, т.е. «бурый»  (берлога – логово бера).
Довольно долго медведя чтили как священного зверя, и даже намного позднее
охотники все еще не решались произносить слово «медведь» и называли его то
Михайлом Потапычем, то Топтыгиным, то просто  Мишкой.

          Из травоядных животных в охотничью эпоху наиболее почиталась
Олениха (Лосиха) – древнейшая славянская богиня плодородия, неба и
солнечного света. В противоположность настоящим оленихам богиня мыслилась
рогатой, ее рога были символом солнечных лучей. Поэтому оленьи рога
считались мощным оберегом от всякой ночной нечисти и прикреплялись либо над
входом в избу, либо внутри жилища. По названию рогов – «соха» – оленей и
лосей часто называли сохатыми. Русские женщины уподоблялись богиням,
надевая головной убор с рогами, сделанными из ткани, - кичку. Отголоском
мифов о небесных Лосихах служат народные названия созвездий – Большой и
Малой Медведицы – Лось и Лосенок.

     Небесные богини – Оленихи – посылали на землю новорожденных оленят,
сыпавшихся, подобно дождю, из туч.

     Среди домашних животных славяне более всего почитали Коня, ведь
некогда предки большинства народов Евразии вели кочевой  образ жизни, и в
облике золотого коня, бегущего по небу,  им представлялось солнце. Позднее
возник миф о боге солнца, едущем по небу на колеснице. Образ Солнца-коня
сохранился в убранстве русской избы, увенчанной коньком, изображением одной
или двух конских голов. Амулет с изображением конской головы или просто
подкова, подобно другим солнечным символам считались могучим оберегом.



                         Человекоподобные божества.
      С течением времени человек все больше  освобождался от страха перед
миром животных, и звериные черты в образах божеств постепенно начали
уступать место человеческим. Хозяин леса из медведя превратился  в
косматого лешего с рогами и лапами, но все же напоминающего человека.
Лешему, покровителю охоты, оставляли на пне первую добытую дичь. Считалось,
что он может вывести из леса заплутавшего путника, но если его рассердить,
может наоборот завести человека в чащу и погубить. С принятием христианства
леший, как и другие духи природы, стали восприниматься враждебно.

      Божествами влаги и плодородия у славян были русалки и вилы, выливающие
 на  поля  росу из волшебных рогов. О них говорили, то, как о девушках
лебедях, прилетающих с небес, то, как о хозяйках колодцев и ручьев, то, как
о мавках-утопленницах, то, как о полудницах, бегающих в полдень по хлебным
полям и придающим силу колосу. По народным поверьям, в короткие летние ночи
русалки выходят из своих подводных убежищ, качаются на ветвях, а если
встретят мужчину, могут защекотать до смерти либо увлечь за собой на дно
озера.



                              Домашние божества
      Духи населяли не только леса и воды. Известно немало домашних божеств
– доброхотов и доброжилов, во главе которых стол домовой, живший либо в
подпечье, либо в лапте, повешенном для него на печь. В новый дом домового
переносили в горшке с углями  из старой печи, повторяя при этом: « Домовой,
домовой, пойдем со мной!».
      Домовой покровительствовал хозяйству: если хозяева были старательны, к
благу прибавлял благо, а за лень наказывал бедой. Считалось, что с
особенным вниманием домовой относился к скотине: по ночам расчесывал гривы
и хвосты коней (а если сердился, то наоборот спутывал шерсть животных в
колтуны), он мог отнять молоко у коров, а мог сделать удой обильным, он
имел власть над жизнью и здоровьем новорожденных домашних животных. Потому
домового старались задобрить. При переезде  в новый дом  накануне переезда
брали 2 фунта белой муки, 2 яйца, 2 столовых ложки сахара, 0,5 фунта масла
2 щепотки соли. Замешивали тесто и несли в новый дом. Пекли из этого теста
хлеб. Если хлеб хороший, то жизнь хорошая, если плохой – то скоро
переезжать. На 3-й день звали гостей и накрывали ужин и лишний прибор
ставили для домового. Наливали вино и чокались с домовым. Разрезали хлеб,
угощали всех. Одну горбушку заворачивали в тряпочку и хранили вечно. Вторую
солили 3 раза, втыкали ребром серебряную деньгу и клали под печку. Ставили
рюмку полную до самых краев и приговаривали: « Хозяин-батюшка, сударь
домовой меня полюби да пожалуй, мое добро береги, мою скотину береги, мое
угощение прими и вина отпей из полной чаши. Клонились этой печке 3 раза с 3
сторон. Брали кошку и подносили  к печке в подарок домовому: « Дарю тебе
домовой-батюшка, мохнатого зверя на богатый двор. Через 3 дня смотрели –
выпито ли вино, если выпито, то доливалось снова. Если вино не выпито, то
просили 9 дней 9 раз, чтобы отведал угощение. Угощение для домового ставили
каждого 1 числа месяца.

      Вера в домового тесно переплеталась с верой в то, что умершие родичи
помогают живым. В сознании людей это подтверждается связью домового с
печью. В древности многие  верили, что именно через дымоход в семью
приходит душа новорожденного и также через дымоход уходит дух усопшего.

           Изображения домовых вырезали из дерева и представляли собой
бородатого мужика в шапке. Такие фигурки назывались чурами и одновременно
символизировали умерших предков. Выражение «Чур, меня!» означало просьбу:
Предок храни меня! На Руси верили, что домовой лицом сходен с хозяином
дома, только руки у него покрыты шерстью.

           Совершенно иные божества обитали в бане, которая в языческие
времена считалась нечистым местом. Банник был злым духом, пугавшим людей.
Чтобы умилостивить банника, люди после мытья оставляли ему веник, мыло и
воду, в жертву баннику приносили черную курицу.

           В бане также оставляли жертвы навьям – злым душам тех, кто умер
насильственной смертью. Навьи представлялись в виде огромных птиц без
оперения, летающих по ночам, в бурю, дождь. Эти птицы кричали как голодные
ястребы, и их крик предвещал смерть. Чтобы уберечься от гнева навий, с
собой всегда носили головку  чеснока, иголку без ушка или серебряный
амулет.



Божества – чудовища.

         Самым грозным  считался владыка подземного и подводного мира –
Змей.  Змей – могучее и враждебное чудовище – встречается в мифологии
практически любого народа. Древние представления славян о Змее сохранились
в сказках.

        Северные славяне поклонялись Змею – владыке подземных вод – и
называли его Ящер. Святилище Ящера располагалось на болотах, берегах озер и
рек. Береговые святилища Ящера имели идеально  круглую форму - как символ
совершенства, порядка противопоставлялся разрушительной силе этого бога. В
качестве жертв Ящеру кидали в болото черных кур, а также молодых девушек,
что отразилось во многих поверьях.

        Все славянские племена, поклонявшиеся Ящеру, считали его
поглотителем солнца, ежедневно вечернее светило опускается за пределы мира
и подземной рекой плывет на восток. Река эта течет внутри двуглавого Ящера,
проглатывающего солнце своей западной пастью и изрыгающего из восточной. О
древности мифа говорит то, что Ящер не враждебен солнцу: он возвращает
светило добровольно.

       Обычай приносить в жертву подводному богу человека очень долго
существовал на севере в преобразованном виде: так, на Онеге еще в начале ХХ
в. старики делали чучело и в дырявой лодке отправляли в озеро, где оно и
тонуло. Другой жертвой, приносимой Ящеру, был конь, которого сначала
выкармливали всей деревней, а потом топили.

        С переходом к земледелию многие мифы и религиозные представления
охотничьей эпохи видоизменялись или забывались, жесткость древних обрядов
смягчалась: жертвоприношение человека сменялось на жертвоприношение коня, а
позднее чучела. Славянские боги земледельческой поры более светлы и добры к
человеку.


                              Древний пантеон.
        Древнейшим верховным мужским божеством  славян был Род. В
христианских поучениях против язычества XII – XIII вв. о Роде пишут как о
боге, которому покланялись все народы.

       Род был богом неба, грозы, плодородия. О нем говорили, что он едет
на облаке, мечет на землю дождь, и от этого рождаются дети. Род –
повелитель земли и всего живого, он – языческий бог-творец. Имя Рода
восходит к иранскому корню со значением божества и света, а в славянских
языках корень “род” означает родство и рождение, воду (родник), прибыль (
урожай), такое понятие как народ и родина, кроме того, красный цвет-
(рдяной) и молнию, особенно шаровую, называемую «родия». Такое разнообразие
 однокоренных слов, несомненно, доказывает величие языческого бога.

     Много общего с Родом имеют Стрибог и Сварог. Спутницами Рода были
Рожаницы - безымянные богини плодородия, изобилия, благополучия. Образ их
восходит еще к древним Оленихам, однако, Рожаницы – не столько
подательницы плодородия, сколько хранительницы жизни. По наиболее древнему
представлению Рожаницы мыслились в виде двух небесных богинь, подательниц
дождя, но дольше всего держалась вера в них, как защитниц молодых матерей
и маленьких детей. С принятием на Руси христианства культ Рожаниц
постепенно слился с культом Богородицы, надолго пережив культ Рода.

      В честь Рода и Рожаниц устраивались ритуальные пиры во время осеннего
праздника урожая и на зимнее солнцестояние. Приношения богам состояли из
хлеба, меда, творога, пирогов.



                            Погребальные обряды.

       Говоря о языческом культе, нельзя не упомянуть о погребальных
обрядах древних славян.  Еще со времен пастушеского быта и вплоть до
принятия христианства наиболее распространенной формой погребения было
курганное. Хороня умерших, славяне клали с мужчиной оружие, конскую упряжь,
убитых коней, собак, с женщиной клали серпы, сосуды, зерно, убитую скотину
и домашнюю птицу. Тела умерших возлагали на  краду (костер), веря, что с
пламенем их души попадут сразу в небесный мир.

      Когда хоронили знатного человека, вместе с ним убивали несколько его
слуг, причем только единоверцев – славян, а не иноземцев, и одну из его жен
– ту, которая добровольно соглашалась сопровождать мужа в загробный мир.
Готовясь  к смерти, она наряжалась в лучшие одежды, пировала и веселилась,
радуясь будущей счастливой жизни в небесном мире. Во время погребальной
церемонии женщину подносили к воротам, за которыми на дровах, лежало тело
ее мужа, поднимали над воротами, и она восклицала, что видит своих умерших
родичей и велит поскорее вести ее к ним.

          Похороны завершались стравой – пиром-поминками и тризной –
воинскими состязаниями. И то и другое символизировало расцвет жизни,
противопоставляло живых – умершим. Обычай обильного угощения на поминках
дожил до наших дней.



                         Боги земледельческой эпохи.

        С переходом славян к земледелию важную роль в их верованиях стали
играть солнечные (солярные) боги. Многое в культе славян заимствовано у
соседних восточных кочевых племен, имена божеств также имеют скифские
корни.

      Несколько столетий одним из самых почитаемых на  Руси был Дажьбог
(Даждьбог) – бог солнечного света, тепла, времени созревания урожая,
плодородия Бог лета и счастья. Также известен как - Щедрый бог. Символ -
Солнечный диск. Даждьбог располагается в золотом дворце на земле вечного
лета. Сидя на троне из золота и пурпура, он не боится теней, холода или
несчастья. Он — веселый бог и потеря трона не сильно его беспокоит, пока
добро награждается и зло наказано. Наконец, он является покровителем
двенадцати знаков зодиака и прилежно обслуживается придворными и очень
красивыми девами.

         При ежедневном появлении, Даждьбог очень похож на красивого
молодого князя с серебряной бородой и золотыми усами. По мере того, как
день развивается, он постепенно старится, но каждое утро снова
омолаживается. Даждьбог летает по небу в отделанной алмазами золотой
колеснице, которую тянут дюжина белых лошадей с золотыми гривами, дышащими
огнем. Даждьбог находится в браке с Месяцем. Красивая молодая девица
появляется в начале лета, стареет с каждым днем и оставляет Даждьбога
зимой. Говорят, что землетрясения — знак плохого настроения пары.

         Даждьбогу прислуживают четыре девы исключительной красоты. Зоря
Утренняя открывает дворцовые ворота утром. Зоря Вечерняя закрывает их
вечером. Вечерняя Звезда и Звезда Денница, Утренняя Звезда, стерегут чудных
лошадей Даждьбога.

         Дажьбог был богом солнечного света, но отнюдь не самого светила.
Богом Солнца был Хорс.  Представление о том, что солнечный свет существует
независимо от солнца, свойственно многим народам; славянские книжники
подчеркивали зависимость светила от вечного света: «Вещь бо есть солнце
свету»  («Солнце только воплощение света»).

         Хорс, чьё имя означает «солнце», «круг», воплощал в себе
движущееся по небу светило. Это очень древнее божество, не имевшее
человеческого облика и представлявшееся просто золотым диском.  С культом
Хорса  были связаны ритуальный весенний танец – хоровод (движение по
кругу), обычай печь на Масленицу блины, напоминающие по форме солнечный
диск, и катать зажжённые колеса, также символизировавшие светило.

        Спутником богов солнца и плодородия был Семаргл (Симорг) – крылатый
пёс, охранитель посевов, бог корней, семян, ростков. Символ – Мировое
дерево. О древности его говорит звериный облик; представление о Семаргле –
защитнике посевов – как о чудесной собаке легко объяснимо:  реальные псы
оберегали поля от диких косуль и коз.

      Женскими божествами плодородия, благополучия, весеннего расцвета
жизни были Лада и Леля.  Они подобны безымянным Рожаницам – спутницам Рода;
сопоставление с мифологией других народов позволяет утверждать, что богини
были матерью и дочерью.

      Лада – богиня брака, изобилия, времени созревания урожая. Ее культ
прослеживается у поляков вплоть до XV в.; в древности он был распространен
у всех славян, а также балтов. К богине обращались с мольбами поздней
весной и в течение лета, приносили в жертву белого петуха (белый цвет
символизировал благо). Ее имя повторялось в припевах песен: "Ой, Ладо!».

         Ладу называли «матерью Лелевой». Леля – богиня незамужних девушек,
богиня весны и первой зелени. Ее имя встречается в словах связанных с
детством: “ляля”, “лялька” -  кукла и обращение к девочке; “люлька”;
“лелеко» – аист, приносящий детей; “лелеять” – заботиться о маленьком
ребенке. Особо почитали Лелю молодые девушки, справляя в ее честь весенний
праздник Ляльник: выбирали самую красивую из подруг, надевали на ее голову
венок, усаживали на дерновую скамью (символ прорастающей молодой зелени),
водили вокруг нее хороводы и пели песни, прославляющие Лелю, затем девушка
- «Леля» одаривала подруг заранее приготовленными венками.

        К древнейшему земледельческому культу Матери-земли восходит
общеславянское почитание Макоши (Мокши) – богини земли, урожая, женской
судьбы, великой матери всего живого. Макошь как богиня плодородия тесно
связана с Семарглом и грифонами, с русалками, орошающими поля, с водой
вообще – Макоши поклонялись у родников, в качестве жертвы девушки кидали ей
пряжу в колодцы. Макошь была также богиней женских работ, чудесной пряхой.

       Мужским божеством плодородия, связанным с нижним миром, был Велес
(Волос).  Бог торговли и зверей. Также известен как - Хранитель стад.
Символ- Сноп зерна или зерно, связанное в узел. Священные животные и
растения: Вол, зерно, пшеница, кукуруза. Волос — благосклонный бог, который
регулирует товарообмен и убеждается, что обещания держатся. Клятвы и
договоры приведены к присяге его именем. Когда Перун стал величайшим богом
войны, он распознал, что, в отличие от Сварожича, ему нужна хладнокровная
голова, чтобы посоветовать. В связи с этим, он привлек Волоса быть его
правой рукой и советником.

         Волос также имеет другую сторону. Он — защита всех прирученных
зверей. Волос появляется в обличие бородатого пастуха. Волос — бог –
покровитель доспехов.

        С переходом к скотоводству Велес превратился в покровителя домашних
животных, а с развитием у славян Земледелия Велес становится богом урожая,
оставаясь по прежнему богом мертвых.  Еще со времен скотоводческого образа
жизни славяне почитали Велеса как бога богатства. В древней Руси Велес был
покровителем купцов.

       Во многом схожа с Велесом Морена (Марена) – богиня мира мертвых (ее
имя имеет общий корень со словом смерть и мор) и плодородия земли. След ее
культа у славян прослеживались до недавнего времени: Марой или Мареной
называли соломенное чучело – олицетворение зимней стужи, которое на
Масленицу разрывали и разбрасывали по полям, чтобы те дали богатый урожай.
Представления о Морене как царице иного мира, подательнице благ,
сохранилось и в русских сказках, где она называется златокудрой царевной
Марьей Моревной.



Боги – воины.

        Среди общеславянских богов плодородия особое место занимают
воинственные боги, которым приносили кровавые жертвы – Ярило и Перун.
Несмотря на глубокую древностью а, следовательно, широкую известность этих
богов, они были мало почитаемы большинством славянских племен из-за своего
воинственного облика.

          Ярило – бог весны и веселья. Символ- гирлянда или корона из диких
цветов. Священные животные и растения - пшеница, зерно. Веселый Ярило —
покровитель весенних растений.  Ярило носит белый плащ и корону из диких
цветов и владеет связками пшеницы и шкивами зерна. Он представлен
соломенным идолом. Мати-Сыра-Земля — его жена. Бог зерна, умирающего в
земле, чтобы возродиться колосом, он был одновременно и прекрасным и
жестоким. Язычникам он представлялся юношей на белом коне, в белой одежде,
в венке из полевых цветов, со снопом ржи в одной руке и отрубленной
человеческой головой в другой.  Яриле, как богу смерти и воскрешения
приносилась в жертву молодая овца, кровью которой окроплялась пашня, дабы
сделать урожай более обильным.

        Славянским громовержцем был Перун. Символ – скрещенные топор и
молот.  Его культ является одним из древнейших и восходит еще к Ш
тысячелетию до н.э., когда воинственные пастухи на боевых колесницах,
обладавшие бронзовым оружием, подчиняли себе соседние  племена. Перун был в
большей степени богом-воином, чем воплощением оплодотворяющих землю
весенних гроз, поэтому не удивительно, что вплоть до Х века – времени
военных походов киевлян – его культ не занимал центрального места, а в
некоторых областях славянского мира был вообще не известен.

        Основной миф  о Перуне  повествует о сражении бога со Змеем-
похитителем скота, вод, иногда светил и жены громовержца.

        Перуна называли « княжьим богом», поскольку он был  покровителем
князей, символизировал их власть. Такой бог был чужд большинству общинных
славян-земледельцев, и это равнодушие народа к богу, объявленного
верховным, неоднократно наводило ученых на мысль, что Перун – неславянское
божество, заимствованное у варягов.



                                 Календарь.

          Наиболее ярко двоеверие отразилось в крестьянском
земледельческом календаре, где почитание христианских святых тесно
переплелось с языческими поверьями и обрядами. Со временем многие важнейшие
для язычника ритуалы воспринимались все менее серьезно и постепенно
превращались в детские игры.

         Вот как проходил год русского крестьянина. В день зимнего
солнцестояния (25 декабря) надо было помочь солнцу набрать силу – потому
крестьяне жгли костры, катали горящие колоса, символизирующие светило.
Чтобы зима была не слишком суровой, лепили снежную бабу, изображавшую зиму,
и разбивали ее снежками.

        1 января и в ближайшие к Новому году дни старались одеться во все
новое, угощали друг друга, ходили в гости, поскольку верили, что, как
встретишь праздник – таков будет и весь будущий год. Во время Новогодних и
Рождественских празднеств (Святки) считалось магическим – любое доброе
пожелание непременно должно исполниться, а обычные поступки людей
приобретают особое значение, и по ним можно узнать свою судьбу. Поэтому от
Нового года до Крещения (19 января) девушки гадали, каким будет их суженый
и скоро ли свадьба. Так же крестьяне поминали умерших родичей – составляли
им угощение из своей трапезы, разжигали по всему селу костры, чтобы
покойники на том свете грелись.

        Древнейшей формой новогоднего общения с миром мертвых было
переодевание в шкуры животных – мифических предков. Этот обычай сохранился
до настоящего времени, превратившись в новогодний карнавал или Рождество с
ряжеными.

        Любимым развлечением молодежи в Сочельник накануне Рождества
(вечером 6 января) было колядование, прекрасно описанное в произведении
Н.В.Гоголя. Парни и девушки ходили по деревне и пели под окнами колядки –
короткие обрядовые песни, в которых желали хозяевам благополучия, а те в
уплату за пожелание одаривали их вкусной едой. Чем обильнее угощение, тем
сытнее должен быть будущий год.

           Других календарных праздников до весны было не много, однако
веселье в деревнях не затихало, ведь зима – это пора свадеб. А те девушки,
у которых еще не было женихов, устраивали посиделки – собирались у какой-
нибудь старухи, приносили прялки, вышивание, шитье проводили за рукоделием
долгие зимние вечера, чтобы не было скучно, пели песни, рассказывали
сказки, иногда готовили угощение и приглашали в гости парней.

         В конце февраля – начале марта (за 50 дней до Пасхи) праздновали
проводы зимы – Масленицу. Это торжество длилось целую неделю. На Масленицу
пекли блины, катали зажженные колеса, жгли костры – все это символизировало
солнце, набирающее силу. На Масленицу молодожены катались по селу в
расписных санях, целовались на глазах у всех – их молодая и горячая любовь
должна была наполнить жизненной силой всю природу. Ту же магическую цель
преследовал и весь масленичный ритуал – обильные пиры, веселые игры,
катание с гор. В последний день праздника устраивал проводы Масленицы –
соломенной куклы в женском костюме, которую сначала величали, потом
разрывали и разбрасывали по полям, чтобы урожай был богатым.

        Весной было несколько праздников, посвященных птицам, - считалось,
что птицы приносят весну. Поэтому крестьянки пекли из теста «жаворонков»,
выпускали птиц из клеток, тем самым как бы освобождая жизненные силы
природы от зимнего плена.

   Пасха на Руси включала в себя многие черты древнего праздника
наступившей весны. Пасхальные яйца были символом возрождения жизни, поэтому
часть яиц скармливали скоту, чтобы он хорошо плодился. На Пасху обязательно
качались на качелях – чем выше качели взлетали, тем выше должны были
вырасти колосья и травы. В этот день водили хороводы, распевая песни о
любви, - это тоже некогда было магическим обрядом, обеспечивающим
благополучие и плодородие.

         В день Егория вешнего (св. Георгия) – 6 мая – впервые после зимы
выгоняли скот на пастбища, стегали его вербой. Верба – растение, которое
первым оживает по весне, и ее прикосновение должно было увеличить
плодовитость скота. Вокруг животных проводили топором по земле круг, чтобы
оградить их от бед, - топор был символом небесного оружия (молнии) и
считался магическим предметом, обряд совершался ночью либо рано утром, в
нем принимала участие вся семья. Чтобы скотина давала обильный приплод, на
Егория вешнего пекли также печенье в виде лошадей и коз.

         В мае – начале июня было уже не до веселья: крестьяне сажали
овощи, сеяли хлеб и лен. Однако песни все равно не стихали, потому что по
обычаю необходимо было совершать различные магические действия, например,
водить хороводы, чтобы капуста уродилась большой, прославлять дождь, чтобы
колос был тяжелым, и лен, чтобы вырос длинным.

          На это же время приходился праздник Троицы, ставший в народе
проводами весны и встречей лета, прославлением зеленеющей земли. Подобно
тому, как на Масленицу чествовали, а потом уничтожали чучело зимы, на
Троицу срубали березку, украшали ее лентами, с пением носили по селу, а
затем обламывали с нее ветви и разбрасывали по полям, чтобы земля была
более плодородной. На Троицу девушки плели венки, дарили друг другу, желая
при этом счастливой жизни и скорого замужества. Возможно, это следы
языческого праздника в честь Лели – покровительницы девушек.

       В языческие времена главным летним праздником был день летнего
солнцестояния (21 или 22 июня). Многие поверья и ритуалы, связанные с
ним, оказались потом приуроченными ко дню Ивана Купалы (7 июня). Крестьяне
верили, что в ночь на Ивана Купалу деревья и животные разговаривают, травы
наполняются особой живительной силой, поэтому знахари торопились их
собирать. В самую короткую ночь в году совершается великое чудо – огненным
цветом расцветает папоротник, и если человек сумеет сорвать этот цветок, то
найдет клад. Однако искать Жар-цвет опасно, ибо в эту ночь в лесу веселится
нечистая сила, которая может погубить человека.

             Как и другие праздники, посвященные солнцу, на Ивана Купалу
катали горящие колоса. В этот день избавлялись от всякой скверны. Жгли
сорочки больных детей, чтобы уничтожить болезнь, умывались росой, чтобы
хворь не приставала, разжигали костры и прыгали через них, чтобы священный
огонь очистил человека от всякой порчи. Девушки в купальную ночь гадали о
суженом: плели венки, ставили в них несколько зажженных свечей и пускали по
воде – по народному поверью, в середине венка должно привидеться лицо
жениха.

           В конце июля начиналась жатва. Первый сноп считался целебным,
его украшали цветами и лентами, с пением вносили в дом и ставили в красный
угол. Зернами этого снопа кормили заболевших людей и птицу, соломой –
слабую скотину.

           Многие древние обряды сохранились в праздновании дня Ильи
Пророка (2 августа), который вобрал в себя черты языческого Перуна.
Необходимо было умилостивить громовержца, поэтому в жертву ему приносили
быка, которого потом съедали всем селом. Громовержец своими стрелами
поражал нечисть, и бесы, чтобы избежать гибели, превращались в животных.
Потому в Ильин день не пускали животных в дом – боялись, что это злой дух,
которого стрела громовержца может настигнуть в избе, и изба сгорит.

          К концу августа жатва заканчивалась, женщины заплетали последние
несжатые колоски «Велесу на бородку», молили землю вернуть уставшим
крестьянам силу. Последний сноп, так же как  и первый, считался магическим,
его сохраняли до Нового года, он символизировал благополучие дома.

         Окончание жатвы – большой праздник: крестьяне в складчину
устраивали пир, веселились, славили свою работу.  Сжатый хлеб перед
молотьбой просушивался  в овинах – специальных срубах, в которых снопы
помещали в верхней части на жердях, а в низу разводили костер. К несчастью
овины часто сгорали вместе с урожаем, эта беда считалась делом рук
овинника. Крестьяне пытались умилостивить духа, принося ему жертвы.

          День Рождества Богородицы (21 декабря) был окончанием всех
полевых работ, хлебосольным праздником урожая. В языческие времена
торжество было посвящено Роду и Роженицам. В этот день не только готовили
изобильное пиршество, но и совершали обряд «обновление огня»: везде гасили
старый огонь, а новый добывали трением двух деревянных брусков.

        Уже с октября начинались девичьи посиделки. Осенью девушки особенно
охотно приглашали парней, играли с ними в различные игры, в которых
изображалась свадьба. Во время таких часто завязывались серьезные отношения
 между молодыми людьми, и той же зимой они справляли свадьбу.

        Несколько октябрьских и ноябрьских праздников были посвящены
Параскеве Пятнице, заменившей Мокошь. В эти дни женщины молились
покровительнице рукоделия, хвастались друг перед другом шитьем и вышивкой.

         Цикл земледельческих работ завершался осенним Егорьевым (Юрьевым
днем)  - 9 декабря. До конца ХУ1 в. крестьянин в этот день мог уйти от
своего господина.