Галилео Галилей

доклад: Авиация и космонавтика

Документы: [1]   Word-176637.doc Страницы: Назад 1 Вперед









Галилео Галилей


Одной из выдающихся фигур эпохи зароВнждения современного естествознания был Галилео Галилей (1564тАФ1642). По своему мировоззрению он в основном весьма близок Кеплеру. Галилей являлся убеВнжденным сторонником системы мира КоВнперника и отстаивал решающую роль эксВнперимента в естествознании, видя в нем прямой путь познания человеком природы. Галилей, подобно Кеплеру, много и плодоВнтворно занимался математикой, что и обусловило его выдающиеся достижения в области физики. Учение Коперника, слов но некая программа, определяет научные устремления Галилея: все его исследования в конечном счете были подчинены одной цели тАФ доказать, что учение Коперника отВннюдь не чисто математическое построение, как утверждал Оссиандер, а отражение реВнального строения окружающего мира. Исследования Галилея в области механики прежде всего касались старых и весьВнма значительных проблем статики и динаВнмики. Здесь он добился значительных успехов, потому что, опираясь на принВнципы кинематики, акцентировал внимание не на причинах явлений, а путем длиВнтельных и кропотливых опытов исследовал их точное течение. Галилей, опровергнув воззрения своих предшественников времен средневековья, установил закон свободного падения тАФ ныне столь привычный для нас.

В своих исследованиях он также вплотВнную подошел к открытию закона инерции, гласящему, что тело остается в состоянии покоя или равномерного прямолинейного движения, пока на него не действуют друВнгие силы. В начале XVII в. (около 1609 г.) в Голландии начинают входить в употреВнбление первые зрительные трубы. Дети одного шлифовальщика стекол, играя как-то стеклянными линзами, случайно обнаВнружили, что в определенной комбинации линзы увеличивают предметы. Узнав об этой новости, Галилей сразу же занялся конструированием зрительных труб. НаВнправляя их на наземные предметы, он, наВнпример, установил, что с помощью телеВнскопа можно гораздо раньше, чем невооруВнженным глазом, заметить приближение вражеских военных кораблей. Но дело этим не ограничивалось. УсовершенствоВнвав созданный им телескоп, Галилей обраВнтил его к небесам и обнаружил там нечто, имевшее чрезвычайно большое значение для дальнейшего развития науки.

Редко кому удавалось за столь короткое время (с осени 1604 г. до весны 1610 г.) cделать так много выдающихся открытии, сколько пришлось на долю Галилея. РасВнсматривая в телескоп Луну, он обнаружил там горы и долины, "горные гребни, излуВнчающие свет» и обширные темные, очевидВнно, лежащие ниже равнины. Наблюдения тонкой светящейся кисеи Млечного Пути подтвердили предположение Демокрита, насчитывающее уже более 1000 лет: "Куда бы мы ни направили зрительную трубу, нашему взгляду везде должно предстаВнвляться огромное количество звезд, из коВнторых довольно многие достаточно велики и просто должны бросаться в глаза». ОбВннаруженные в телескоп отдельные детали структуры Млечного Пути срывали первые покровы таинственности с этого объекта, указывали на его облачное строение и даВнже выявляли "туманные звезды», имеющие вид отдельных светящихся объектов. Это были первые попытки наблюдений, коВнторые легли в основу развития науки в поВнследующие столетия.

Однако наиболее важное открытие ГалиВнлей сделал ночью 7 января 1610 г., когда он направил свой инструмент на Юпитер: "Поскольку я построил превосходную зриВнтельную трубу, я заметил... рядом с ним три малые звезды, именно малые, но очень отчетливые. Хотя я принимал их за непоВндвижные звезды, они меня очень удивили, поскольку располагались точно по одной прямой, параллельной эклиптике, и были светлее, чем остальные звезды, которые не отличались от них по величине». Но более точное наблюдение вскоре показало, что речь здесь идет не о неподвижных звездах, ибо они двигались. Через четверо суток Галилей был уже твердо убежден, что "воВнкруг Юпитера вращаются три планеты, подобно тому как Венера и Меркурий враВнщаются вокруг Солнца». Чтобы почтить своего покровителя Козимо Медичи из Флоренции, Галилей назвал спутники Юпитера "Медичейскими звездами». Более того, всем спутникам тАФ а к ним добавился еще и четвертый, который в первый вечер наблюдений находился за планетой,тАФ он дал имена членов семьи Медичи. Правда, ни одно из этих имен не прижилось; сегодВння четыре светлые луны Юпитера назыВнваются по именам известных персонажей древнегреческой мифологии, а именно: Ио, Европа, Ганимед и Каллисто.

На первый взгляд может показаться, что Галилей пришел к своим грандиозным открытиям, мгновенно принесшим ему изВнвестность и почет, всего лишь благодаря своевременному открытию телескопа, поВнэтому они не стоили ему особых усилий и не заслуживают большого восхищения. Однако это совсем не так. Без сомнения на долю Галилея выпали открытия основопоВнлагающего характера, причем все это сверВншилось за очень короткое время. ОгромВнной заслугой Галилея, достойной всяческоВнго уважения, следует считать применение нового инструмента для наблюдения неба и то, что он дал принципиально правильВнное толкование открытым явлениям.

Когда Галилей пожелал ознакомить со столь знаменательными и весьма удивиВнтельными фактами общественность, отвеВнтом было равнодушие.

Ученые-схоласты считали сомнительныВнми знания о природе, полученные от самой природы, да к тому же посредством такого в высшей степени подозрительного, отдаВнвавшего шарлатанством инструмента, каВнким казался им телескоп. Одно только то, что предметы представляются в телескоп иными, чем видит их невооруженный глаз,тАФ приводили они в качестве аргуменВнтатАФ доказывает, что оптическим линзам не следует доверять. Нужно ли удивляться тому, что схоласты средневековья считали гораздо более весомым доказательством чисто формальные рассуждения о принциВнпиальной возможности явлений, открытых Галилеем, чем один взгляд в телескоп. Они объявили этот инструмент ненадежным лишь по той причине, что полученные с его помощью результаты нельзя испольВнзовать для подтверждения учения АристоВнтеля.

Символично, что один из участников спора, описанного Галилеем в его знамеВннитом "Диалоге о двух главнейших систеВнмах мира» (1632 г.), объясняет причину таВнкого отношения следующим образом: "... Я тоже до сих пор не слишком доверял нововведенной зрительной трубе, напротив, я полагал, что то, чем восхищаются друВнгие, есть не что иное, как оптические иллюВнзии, порождаемые линзами».

Несомненно, Галилей явился пионером в использовании зрительной трубы для астрономических наблюдений. В первые десятилетия после изобретения этого инВнструмента едва ли можно найти другие примеры его применения для изучения неВнба.   Напротив,   в   наземных   наблюдениях, особенно в военном деле, зрительная труба сразу же стала играть заметную роль. Здесь, вероятно, вполне "доверяли» обманВнчивым линзам, потому что военное превосВнходство, разумеется, значило для "асть имущих гораздо больше, чем какие-то соВнмнения в канонизированном учении АриВнстотеля.

Галилей поначалу был настроен оптимиВнстически. Он верил, что новые доказательВнства вытеснят старые идеи, и картина мира Коперника восторжествует. Так, обнаруВнжив пятна на Солнце, он торжествовал: "Новые открытия тАФ это погребальный звон или, во всяком случае, первый суд над псевдофилософией, так как уже обнаруВнжены некоторые детали на поверхностях Луны и Солнца. Я не вижу, как еще можно спасти и уберечь принцип неизменности неба».

Результаты наблюдений Галилей, не мешкая, опубликовал в "Звездном вестниВнке» (Nuncius Siderius) тАФ своего рода эксВнпресс-информации. Однако его вера в силу разума потерпела крах. Он так и не сумел, как того хотел, "настроить трубы огромноВнго расстроенного органа философии». ГосВнподствующая реакция почувствовала себя уязвленной, хотя ученые Римской курии официально признали его открытия, но не выводы, сделанные из них. Мнение ГалиВнлея, что учение Коперника можно вполне согласовать со святым учением, если не принимать библейское описание природы слишком буквально, побудило реакцию к действию.

В 1616 г. в Риме конгрегация из 11 домиВнниканцев и иезуитов устроила процесс, наВнправленный против учения Коперника. А в проповеди с амвона церкви святой МаВнрии во Флоренции доминиканец Томассо Кассини обрушился не только на учение Коперника, но и на Галилея, называя его еретиком; он заявил, что математики вообВнще подозрительные люди, а сама матемаВнтикатАФэто творение дьявола. Галилей приВнехал в Рим, чтобы там изложить свои воззрения, но ему пришлось выслушать строгие нравоучения от кардинала Барберини, который потребовал, чтобы Галилей отказался от своих взглядов.

По приговору экспертов Священного трибунала учение Коперника, которое проВнповедовал Галилей, было признано беВнзумным и абсурдным с точки зрения филоВнсофии и абсолютно еретическим. 3 марта 1616 г., когда трибунал собрался вновь, Барберини сообщил, что математик Галилео Галилей, который до сих пор высказыВнвал мнение, что Солнце является центром небесной сферы и неподвижно, а Земля, наВнпротив, движется, внял увещеваниям и отВнказался от него (своего мнения)», и кардиВннал "этим умиротворен». Такая формулиВнровка была записана в протоколе, отраВнжавшем ход процесса, но примечательно, что этот протокол никем не был подписан и до сих пор не доказано, что сам Галилей вообще его признал.

Вероятно, действительные события не совсем соответствовали протоколу. Скорее всего он является фальсификацией. Однако сам факт, что для запрещения труда КоВнперника понадобилось двухдневное заседаВнние, говорит о том, насколько поколебаВнлось положение церкви. В 1616 г. книга "Об обращениях небесных сфер» попала в   "Индекс» тАФ список   запрещенных   книг.

Галилея недвусмысленно предупредили, но он по-прежнему был одержим своими идеями, доказывающими реальность систеВнмы Коперника.

Через некоторое время БарберинитАФ кардинал и глава инквизиции тАФ стал паВнпой. Как выходец из купеческой семьи он проявлял определенный интерес к естествоВнзнанию, отдавая должное исследованиям Галилея. Но как папа Урбан VIII он был выразителем интересов святой римской церкви, положение которой было тогда не из лучших. Ей не удалось добиться абсоВнлютного господства в Италии: ВенецианВнская республика, князья Северной Италии и император успешно сопротивлялись устремлениям церкви. Политика сближеВнния с Францией еще более подорвала знаВнчение naiiciBa, гак как Франция под "ияВннием Ришелье выступала как против ИспаВннии, так и против Италии тАФ "Святой РимВнской империи германской нации», т.е. против обеих католических держав. УдивиВнтельно, что Урбан VIII все же устоял проВнтив попыток Галилея склонить его к отВнмене декрета 1616 г. тАФ ведь политическая и идеологическая позиции клерикальной "асти отовсюду подвергались весьма энергичным нападкам.

Тем временем Галилей создает свой "Диалог о двух главнейших системах миВнра», где выдвигает возражения против арВнгументов приверженцев учения Птолемея и Аристотеля.



Страницы: Назад 1 Вперед