ОСОБЕННОСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОВЕДЕНИЯ В КИТАЕ

НАУКА И ПРАКТИКА
А.А. Белик
ОСОБЕННОСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОВЕДЕНИЯ В КИТАЕ
В мировой экономике фундаментальную роль все больше играют восточноазиатские страны. Их условно объединяют в страны АзиатскоТихоокеанского региона (АТР). К завершению первого десятилетия XXI в. группа стран АТР производила почти половину мировой промышленной продукции. Первым успешным примером быстрого технологического развития стала Япония. Ее примеру последовал Китай. Сегодня он играет решающую роль в развитии мирового производства.
Сравнение с моделью формальной экономики
В чем причина успехов Японии и Китая в экономическом развитии? Их несколько. Одна из них - восточноазиатские страны сохранили культурную самобытность при вхождении в глобальный рынок. Более того, в процессе интенсивного развития товарно-денежных отношений осуществлялась адаптация и трансформация отношений в хозяйственной сфере в соответствии с традициями, особенностями культуры.
Таким образом, на первый план выходят культурно обусловленные стереотипы активности, обычаи и традиции, влияющие на поведение в хозяйственной жизни той или иной страны или региона. Речь идет о роли психологического культурного фактора в экономических процессах, этнопсихологических особенностей той или иной общности населения, тесно переплетенных с исходными положениями религий. При этом существенное значение имеет не только нормативно-регулятивная функция культуры (религии), состоящая в отборе желательных стереотипов поведения и регуляции пространственной и временной активности индивидов, но и ценностная и мировоззренческая функция.
Чтобы выяснить особенности экономического сознания и поведения людей в какой-либо стране или регионе, следует сравнить их со стереотипами поведения, существующими в хозяйственной жизни других стран. Кроме этого необходима некоторая исходная точка отсчета, общепризнанная модель поведения в экономке. Эталоном для сравнения является понятие «экономический человек», разработанное в формальной экономической теории (неоклассицизме) и претендующее на роль универсальной модели поведения людей в хозяйственной жизни.
Для проведения сравнительного анализа выделим следующие основные пары параметров:
35
1) атомизированность, автономность индивида - включенность в социокультурные взаимодействия;
2) действия индивида основаны исключительно на предпочтениях «Я» - действия основаны на культурных нормах;
3) мотивация деятельности как выгода, прибыль - мотивация деятельности определяется ценностями культуры;
4) рационалистическое отношение к людям - эмоциональное отношение к людям;
5) взаимодействие между людьми регулируется ценами (рынком) -взаимоотношения людей регулируются традицией, системой ценностей;
6) количественная теория ценностей - качественная система ценностей;
7) труд есть наличие / отсутствие занятости - труд как ценность;
8) отсутствие общения - необходимость общения;
9) игнорирование культурной специфики - учет культурной специфики.
К данным показателям необходимо добавить еще одно измерение -стиль коммуникации.
Итак, обратимся к характеристике поведения человека, распространенного в современной формальной экономической теории. Центральное понятие «рациональность» понимается как исчисление выгоды, стремление к максимальному чистому выигрышу при определенных ограничениях. Если рациональное поведение - это норма, то систематическое отклонение от него - аномалия (патология). Основное действие человека с точки зрения доминирующей в экономической науке теории - сделать рационалистический выбор, который должен быть предельно полезным (максимум благ за определенную сумму средств) или принести максимальную выгоду (прибыль, выигрыш от финансовых операций).
В современной формальной теории подчеркивается специфика использования понятия «рациональность» при анализе хозяйственной жизни. Содержание этого понятия в экономике резко отличается от его применения в психологии и других науках. «Рациональность» в экономике - формальная категория, означающая лишь максимальную выгоду (прибыль) в результате оптимальных действий. В экономической науке критерий рациональности «является формальным: рациональность в большинстве случаев означает максимизацию данной (любой) целевой функции при данных ограничениях, т.е. выбор оптимальных средств без каких-либо требований к содержанию (рациональности) самой цели»1.
Таким образом, главное - максимизация прибыли безотносительно к содержанию экономического процесса и к его цели. Но цель может быть абсурдна (нерациональна) или вредна и опасна для существования всего живого на земле.
36
Субъект экономических действий - человек экономический - представляет автономного, атомизированного индивида, который осуществляет свою деятельность рационально, исходя из корыстных побуждений, игнорируя нормы и традиции, существующие в обществе. Мотивация его - прибыль. Основное качество - неиссякаемая страсть к наживе и накоплению. Экономический человек не подвержен внешним влияниям в своих действиях. Его «Я» свободно, и это составляет основное содержание его личности. Он свободен от социальных и культурных характеристик, норм и установлений. Его действия определяются лишь его собственными предпочтениями и интересами. «Предпосылка собственного интереса означает, что человек не следует автоматически принятым в обществе нормам, традициям и т.д. и не имеет того, что принято называть совестью и нравственностью»2.
Итак, экономический человек автономен, эгоцентричен в предпочтениях, в мотивации у него заложена только прибыль, он практикует рационалистическое отношение к людям с позиции выгоды; взаимодействие таких людей регулируется системой ценообразования, он не нуждается в общении и чувствах, его система ценностей носит количественномонетарный характер.
Прежде чем рассматривать особенности китайской модели экономики, обратимся к общим чертам конфуцианства - этического учения, философии и в определенной степени религии, доминирующим не только в Китае и Японии, но и в Сингапуре, Малайзии, на Тайване и в Южной Корее. Особенности производства в этих странах исследуются в рамках культуры предприятия, изучающей этнокультурную специфику организации труда. Этой проблеме было посвящено специальное исследование Чэнь Кайкэ «Конфуцианство и культура предприятия в современной Восточной Азии». Автор выделяет характеристики деятельности, которые предпочтительны с позиции конфуцианства и широко представлены на предприятиях восточноазиатских стран, - самоконтроль, бережливость и прилежание, преданность и искренность. Общая установка работы Ч. Кайкэ - культура оказывает прямое влияние на развитие экономики. Он отмечает наличие «внутренних сущностных связей между экономическим взлетом стран Восточной Азии и конфуцианским учением, которое исторически лежит в основе культуры этих стран»3.
На современных восточноазиатских предприятиях ядром управления является человек. С точки зрения восточноазиатских предпринимателей, «источником благосостояния является не власть, не деньги, а чело-век»4. В свое время Конфуций «сформулировал взгляд на человека как на человека коллектива и человека культуры. Свое учение Конфуций называл человеколюбием, подчеркивая самоценность человека и отрицая положение о том, что человек лишь придаток богов. Касаясь цели и качества управления, ставя вопрос: «Лучше всего управлять каким образом?», -конфуцианство отвечает: «Самым дорогим является согласие»5.
37
Даже в общем понимании природы человека в конфуцианских странах есть существенные отличия. Философ эпохи Сунн (960-1267 гг.) Чжу Си различал 3 (а не 2, как в Европе) части в природе человека: «естественная природа», «общественная природа», «духовная природа». Это деление сохранилось до сих пор. «Первая указывает на животное начало в человеке, связанное с его потребностями в еде, питье, с половым влечением и т.п. Вторая обозначает социальное начало в человеке, которое связано с нормами межличностных отношений, моралью, сотрудничеством и т.п. Третья указывает на духовную жизнь человека, связанную с его мышлением, системой ценностей, эстетическим сознанием и т.п.»6.
Особенности экономического поведения
«Этико-политические идеи Конфуция обычно характеризуют как теорию управления при помощи добродетели, то есть управление на основе человеческих отношений <...>. В отличие от классического западного протестантского, конфуцианский рационализм, в основе которого лежали личностные патримониальные отношения, отстаивал уже с древних времен сложившейся в Китае «обряд» справедливости»7.
Для китайца важно было иметь статус благородного человека - быть трудолюбивым и усердным в работе. За праведную жизнь ему не обещали рай, но полагались здоровье и длинная жизнь, иногда богатство, а после смерти - добрая память. Безусловно, в Китае традиционное отношение к труду складывалось на протяжении многих веков. На его формирование наложили отпечаток исторические особенности хозяйствования и стабильная социальная структура этой страны. Определяющим фактором была государственная религия - конфуцианство, которая во многом до сих пор регламентирует поведение китайцев, в т.ч. в процессе производственной деятельности. Строго говоря, даже само понятие «человек» мыслится в связи с другими людьми. В каждой отдельной стране конфуцианская экономика имеет специфические черты. Например, если в Китае стержневым качеством является человеколюбие, то в Японии - преданность.
В последние несколько лет особенности экономического развития Китая некоторые авторы стали обозначать понятием «пекинский консенсус» (по аналогии с вашингтонским консенсусом, который привел развитые страны с затяжной депрессии к полной неопределенности). Сразу оговоримся, что китайская экономика является одной из основ мировой глобальной экономики и выполняет многие правила вашингтонского консенсуса, кроме основного - невмешательства государства в хозяйственную жизнь. Несмотря на то, что Китай является частью глобальной либеральной экономики, в его хозяйственной жизни существует масса отличий от либеральной модели экономического человека. «В «пекинском консенсусе» экономика и управление нацелены на совершенствование общества, что полностью игнорируется «вашингтонским консенсусом». В отличие от
38
последнего, он порождает много абсолютно новых идей и подходов. Их извлекают из уроков, преподанных уничтожением культурной специфики вследствие глобализации в других местах»8.
Таким образом, Китай, сохраняя свою культуру, стремится найти некий консенсус между Востоком и Западом; такая общая задача стоит перед китайской экономикой и обществом. По-иному видится в Китае и процесс глобализации, которую здесь рассматривают «не как путь, ведущий к размыванию национальных особенностей, а напротив, как инструмент для возвышения китайской нации, упрочения ее позиций в мире»9.
Вследствие рассмотренных обстоятельств в Китае сохранились традиционные (конфуцианские) нормы экономического поведения, которые есть достояние сознания индивидов, факт их внутреннего опыта. Возвращаясь к проблеме автономности индивида, отметим, что в Китае нет понятия отдельного человека, а есть понятие «жень» - человек, включенный во взаимодействие с другими. Иероглиф «жэнь» состоит из двух знаков, обозначающих соответственно два момента - число 2 и человека. Поэтому в контексте китайской культуры человек может существовать только во взаимодействии с другим человеком10. В отличие от безличной ориентации западного бизнеса на трансакции, «китайское бизнес-сообщество ориентировано на взаимоотношения. В китайском бизнес-контексте взаимоотношения являются формой социального капитала, принадлежащего предпринимателям и ассоциируемого с компаниями, которыми они управляют»11.
Система личных бизнес-связей получила название «гуанси». Гуан-си - это личные связи, требующие обоюдных и взаимных обязательств. «Эти связи подразумевают и благожелательность, и личную привязанность»12, выражают общий дух неформальных отношений, который принизывает китайский бизнес и в определенной степени есть проявление древнего принципа клановости. Гуанси бывает трех типов: первый - взаимодействие с родственниками; второй - взаимоотношение с земляками, одноклассниками, друзьями друзей; третий - отношения с незнакомыми. Гуанси базируется на доверии, общем прошлом опыте взаимодействий и взаимных обязательствах. Сеть личных отношений играет значительную роль в китайском бизнесе, ибо в его процессе осуществляется коммуникация с людьми, а не с организациями13. Поэтому новому менеджеру-иностранцу в Китае приходится заново создавать гуанси - сеть личных связей в бизнесе. Практика гуанси накладывает существенный отпечаток на бизнес и правила ведения хозяйственной жизни в Китае. Особенно это касается соотношения личного и официального в бизнесе.
На Западе основой сотрудничества является договор, в Китае же взаимодействие в бизнесе опирается на личные отношения и взаимное доверие. В Китае могут отойти от буквы договора, но никогда не нарушат дух сотрудничества. В Китае учитывают как экономические, так и социальные стимулы, на Западе преобладают экономические мотивации.
39
Взаимоотношения в бизнесе отличаются в Китае гибкостью и неформальностью, на Западе они формализованы с четко определенными ролями. Естественно, что в Китае личные отношения влияют на организационные, и наоборот, в то время как на Западе проведено четкое различие между организационным и личным началами14.
Видимо, именно здесь проходит граница между конфуцианским Китаем и материалистически-однозначным Западом, между практически противоположными взглядами на поведение в бизнесе. На Западе - святость договора, в Китае - доверие слову человека. Эти существенные различия в экономическом поведении связаны с доминированием семейных ценностей и неформальных, эмоциональных отношений в Китае, а также с иной философии жизни и деятельности. «Семья, социальные узы и организационная сеть неотделимы друг от друга как внутри китайского бизнеса, так и за его пределами»15.
Такое положение вещей совершенно недопустимо в экономическом поведении на Западе. Саморегулируемый западный экономический человек предпочитает основывать свою деятельность исключительно на своих эгоцентрических интересах, игнорируя любые культурные нормы и даже такие категории, как совесть и нравственность в целом. В Китае такое невозможно. Здесь всегда есть другие люди. «На западе идентичность основана на восприятии самого себя. А в китайском обществе эта идея «самого себя» заменена идей «своей роли» в обществе. Семейные отношения и - в более широком плане - социальные структурируются иерархией ролей, которые определяют всех индивидов»16.
Дифференциация ролей объясняет, как китайцы одновременно могут быть коллективистами и частными предпринимателями. Китайцы относятся к бизнесу как к семье, в организации частных фирм преобладает принцип клановости. Если в Японии принцип клановости реализуется, как правило, коллективом единомышленников, то в Китае основу частного бизнеса составляют кровные родственники. Особенности экономической деятельности семей выражаются в семейной собственности, централизации власти и быстром принятии решений, в высокой степени диверсификации, доминировании главы семьи и в семейном финансировании. Естественно, что данные условия предопределяют особенности практического экономического поведения китайских бизнесменов и фирм в целом, которые опять же значительного отличаются от западных стандартов. Главная цель китайской фирмы - служить интересам семьи, на Западе - содействовать максимальному обогащению акционеров. Высший менеджмент в китайских фирмах назначается из членов семей нередко самим главой семьи, в то время как на Западе ориентируются на профессионализм менеджера, его привлекают сверхвысокой зарплатой. Важнейшей мотивацией функционирования китайской фирмы является престиж семьи в далекой перспективе, в то время как в западных корпо-
40
рациях делают акцент на краткосрочной прибыли и стимулируют повышение цены своих акций17.
Как уже отмечалось, сеть личных связей есть основополагающая особенность китайского бизнеса. От ее качества и функциональной способности зависит успех в бизнесе. Большую роль в бизнесе вообще и успешном развитии гуанси играет умение наладить коммуникацию, т.е. общение с партнерами. Экономическое поведение в связи с деловым общением в Китае существенно отличается от западных стереотипов, в том числе от американского. В Китае принят иной стиль общения, большое значение играет понятие «лицо». Мянцзы, или лицо, есть часть концепции социальных ролей, которая в значительно степени определяет стиль общения в Китае. «В буквальном смысле роль становится имиджем или лицом, которое надлежит сохранять ради поддержания порядка в обществе»18.
Каждый участвующий в коммуникации должен стремиться сохранить не только собственное лицо, но и не допустить потерю лица собеседника. Если отдельный человек или группа является причиной потери лица другого, то это наносит вред, ведет к потере репутации и к нарушению бизнеса данной группы или отдельного человека. Поэтому в рамках какой-либо группы в бизнесе существует коллективная ответственность избегать опасности нанести вред репутации кому-либо. Наличие лица, репутации, престижа человека или фирмы - «это нематериальная форма социальной валюты - группового кредита, которую группа стремится поддержать»19.
В процессе непосредственного общения китаец никогда не нарушит репутацию своего собеседника, поэтому в построении фраз часто присутствует некоторая неопределенность (вероятно, возможно) и отстранение от категорических формулировок. В Китае распространен непрямой и аффективный стиль коммуникации. Американцы же предпочитают прямой, точный и инструментальный стиль коммуникации, который характеризуется стремлением к однозначности, самопрезентации и обязательной победе в деловом общении20.
Кроме этого в Японии и Китае предпочитают безличные предложения или высказывание без «Я», в то время как по канонам английской грамматики местоимение Я должно присутствовать в предложении. Возможно обобщение и выделение двух стилей коммуникации - западного и конфуцианско-буддийского (азиатского). Однозначный и прямой стиль хорошо вписывается в поведенческие характеристики экономического человека, азиатский же никак не соотносится с данной экономической моделью.
Различия в экономическом поведении в Китае, по сравнении с западными моделями, связаны с различными взглядами на мир в целом, с философией жизни, основы который заложили Конфуций, Лао Цзы и Сунь цзы. «Чжун го» (самоназвание Китая) переводится как «серединное государство». Это имеет не столько географический, сколько философский
41
смысл, состоящий в стремлении поддерживать сбалансированную жизнь и целостное восприятие мира. «Слово чжун как бы воплощает суть предписаний Конфуция придерживаться «серединного пути», избегать крайностей, соблюдать умеренную и взвешенную позицию»21.
Важнейшим принципом деятельности человека должно быть стремление к гармонии. «Если достигнуты баланс и гармония, тогда земля и небо будут на своих местах, и все будет расти»22. В отличие от западной (часто чисто аналитической) позиции, в Китае доминирует интегративный, или холистический, взгляд, в соответствии с которым все вещи рассматриваются во взаимосвязи. Когда же говорят о поисках гармонии, то имеют в виду гармонию частей и гармонию части и целого. Понимание баланса в Китае не статично, а динамично; предполагает постоянные действия в создании гармонии.
Понимание времени в Китае не линейно, а циклично. Это также накладывает отпечаток на бизнес и экономическое поведение в целом. С точки зрения повторяющихся циклов ничто не исчезает, все повторяется. Успех и неудача существуют в рамках одного цикла. Прошлое - это всегда настоящее. В западном экономическом мышлении понятия существуют статично и метафизически. В Китае широко распространен диалектический подход к пониманию процессов, происходящих в экономике. Особенно явно это видно на примере такого явления, как конкуренция. В Китае существует непрямая конкуренция, обеспечивающая пошаговой выигрыш и исключающая, как правило, деструктивную конфронтацию. На Западе победитель забирает все и сразу, стремится к доминированию на рынке. В Китае конкуренцию и сотрудничество рассматривают как две стороны одной монеты и стремятся в идеале трансформировать конкуренцию в сотрудничество. В этом также проявляется серединный путь и стремление к балансу и гармонии.
Итак, по всем выделенным параметрам экономическое поведение отличается от модели экономического человека. В Китае не может быть речи о каком-либо варианте автономности индивида. «Мир китайского бизнеса - это не мир борющихся друг с другом за место под солнцем одиночек, а очень сложноорганизованное сообщество, где конкуренция сопрягается с кооперацией, где все связаны со всеми пересекающимися кругами семейных, земляческих, товарищеских, деловых связей. Эти связи придают устойчивость и способствуют преуспеванию не только бизнеса, но и китайского общества в целом»23.
Хотелось бы отметить, что Китай и другие азиатские страны нередко относят без всяких оговорок к коллективистским культурам. Такой подход упрощает действительное положение вещей. Поведение китайцев связано с ролями, которые они выполняют. Конфуцианская система управления предприятием поддерживает индивидуальное развитие сотрудников. В школьном образовании присутствует жесткая система рейтингового
42
состязания. Каждый ученик имеет порядковый номер в классе в связи с его достижениями. Личные достижения связаны с возможностью продолжить образование и влияют на судьбу каждого китайца24. Поэтому квалифицировать культуру Китая надо не как индивидуалистическую и, самое главное, не эгоистическую, а общинную, где определяющую роль играет модель семьи.
В Китае экономическое поведение ориентировано на общие цели, на благосостояние общества в целом. Экономический человек безличен, его связывают нити рынка и узы юридических договоров. Он ориентирован только на личные корыстные интересы, а рациональность не включает осмысленную и осознанную цель. В Китае на первом месте эмоциональные связи людей друг с другом, приоритет отдается знакомым, объединенным в личные сети. Вполне вероятно, что ориентация на личное доверие есть одна из причин экономических успехов Китая и цивилизации в целом.
Как отмечает Я.М. Бергер, «китайские институты, основанные на личном доверии, действуют не хуже, а подчас лучше, чем западные, базирующиеся на законе и легальных практиках»25. Понять экономическое поведение в Китае помогает философская традиция, существующая в стране. В соответствии с ней «занятие бизнесом предстает для китайца не как посвящение своей жизни исключительно погоне за прибылью, но как исполнение одной из важных, но отнюдь не единственной социальной роли. Выполнение всей совокупности собственных ролей и обретение радости от их претворения на благо окружающих тебя людей и от созерцания красоты и совершенства окружающего мира (выделено авт. - А.Б.), выступает как реализация единой миссии, направленной на воплощение Целого, достижение гармонии в человеке, семье, обществе, во Вселенной»26.
Итак, в экономическом поведении в Китае практически нет сходства с моделями поведения согласно формальной теории. Важнейшим отличием является включенность человека в социальные связи и неформальное эмоциональное общение, существующее в хозяйственных отношениях. В концепциях ценностей конфуцианства значительное место занимает чувственный компонент вместе с эстетическим созерцанием. Огромную роль в этом играет красота окружающего ландшафта - бескорыстный дар природы человеку, который должен сохранять его. «Для китайцев горы и реки являются живыми существами. < ... > И мы пытаемся увидеть в очертаниях гор, в рельефе Земли тот же ритм, который мы видим в контурах животных. Куда ни повернись - всюду живая природа. К тому же красота пейзажа и всей поверхности земли для нас - не красота статических пропорций, а красота в динамике»27.
Поиск гармонии и красоты во многом предопределяет поведение китайцев и в бизнесе. Отсюда невозможность применять догмы формальной теории к анализу экономического поведения. В соответствии с этим
43
не может быть речи об универсальном статусе экономического человека в формальной экономической теории. Более того, в конфуцианстве и в китайских традициях в контрастной форме видны радикальные различия между философией жизни западного типа, воплощенной в абстрактном экономическом человеке, и восточным видением мира. Эти различия прослеживаются не только в чисто экономическом поведении, но и в других сферах, взаимосвязанных с хозяйственной жизнью. Если в западном варианте бытия приоритет отдается экономике и там властвует экономический детерминизм, то в восточном образе жизни доминирует традиция, многие положения которой происходят из семьи, общности людей. Другими словами, в восточном мировосприятии огромную роль играет историкокультурный детерминизм. Расхождение точек зрения на вопросы осуществления жизнедеятельности затрагивает различные аспекты деятельности человека, в том числе познание и общий взгляд на окружающий мир. Запад количественно аналитичен, Восток метафоричен, стремится к синтезу, гармонии частей и целого.
Примечания
1 АвтономовВ.С. Модель человека в экономической науке. СПб., 1998. С. 13. Avtonomov VS. Model’ cheloveka v ekonomicheskoy nauke. SPb., 1998. S. 13.
2 Там же. С.- 132. Ibid. S. 132.
3 Кайкэ Чэнь. Конфуцианство и культура предприятия в современной Восточной Азии. Автореф. дис... канд. истор. наук. М., 2001. С. 3.
Kaike Chen’. Konfucianstvo i kul’tura predpriyatiya v sovremennoy Vostochnoy Azii. Avtoref. Dis. ... kand. Istor. Nauk. M., 2001. S. 3.
4 Там же. С. 14. Ibid. S. 14.
5 Там же. С. 15. Ibid. S. 15.
6 Там же. С. 16. Ibid. S. 16.
7 Лапицкий М.И. Религиозные основы хозяйственной жизни // Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. И-Ф., 2002. С. 281-282.
Lapitskiy M.I. Religioznye osnovy hozyaistvennoy zhizni // Veber M. Protestantskaya etika i duh kapitalizma. I-F., 2002. S. 281-282.
8 Бергер Я.М. Китайский путь развития // Мировая экономика и международные отношения. 2009. № 9. С. 75.
Berger Ya.M. Kitaiskiy put’ razvitiya // Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya. 2009. № 9. S. 75.
9 Бергер Я.М. Послесловие научного редактора // Минг-Джер Чен. Китайский бизнес изнутри. М., 2009. С. 270.
Berger Ya.M. Posleslovie nauchnogo redaktora // Ming-Dzher Chen. Kitaiskiy biznes iznutri. M., 2009. S. 270.
10 Чен Минг-Джер. Китайский бизнес изнутри. М., 2009. С. 75.
Chen Ming-Dzher. Kitaiskiy biznes iznutri. М., 2009. S. 75.
44
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26 27
Там же. С. 74. Ibid. S. 74.
Там же. С.75. Ibid. S.75.
Там же. С. 86. Ibid. S. 86.
Там же. С. 96. Ibid. S. 96.
Там же . С. 99. Ibid. S. 99.
Там же. С. 100. Ibid. S. 100.
Там же. С.105. Ibid. S.105.
Там же. Ibid.
Там же. Ibid.
См.: ЛебедеваН.М. Введение в этническую и кросс-культурную психологию. М., 1998. С. 211-217.
Sm.: Lebedeva N.M. Vvedenie v etnicheskuyu i kross-kul’tumuyu psihologiyu. M., 1998. S. 211-217.
Чен Минг-Джер. Китайский бизнес изнутри. С. 119.
Chen Ming-Dzher. Kitaiskiy biznes iznutri. S. 119.
Там же. С. 122-123. Ibid. S. 122-123.
Бергер Я.М. Предисловие к русскому изданию // Минг-Джер Чен. Китайский бизнес изнутри. С.10-11.
Berger Ya.M. Predislovie k russkomu izdaniyu // Ming-Dzher Chen. Kitaiskiy biznes iznutri. M., 2009. S.10-11.
Закурдаев А.А. Школа и школьник в китайской концепции образования: традиции и современность // Этнографическое обозрение. 2012. № 5.
Zakurdaev A.A. Shkola i shkol’nik v kitaiskoy koncepcii obrazovaniya: tradicii i sovremennost’ // Etnograficheskoe obozrenie. 2012. № 5.
Бергер Я.М. Предисловие ... С.11.
Berger Ya.M. Predislovie ... S.11.
Там же. С. 12. Ibid. S. 12.
Юйтан Линь. Китайцы: моя страна и мой народ. М., 2010. С. 291.
Yuitan Lin’. Kitaitsy: moya strana i moy narod. M., 2010. S. 291.
45